Лазурный дракон (издательская)

— И то верно, — согласился Гюрза. — И, кстати, лучше бы нам поторопиться…

— Ясно, — кивнула Ката. — То есть примерно как у нашего Стинга.

— В смысле — если даже Док перелез? — обиделся некромант. — Я что, по-твоему, совсем криворукий?

Даня и Терехов вцепились в веревку и быстро потащили Кату вверх. Вода под ней уже буквально бурлила от скопища змеевидных тел. Когда она достигла кромки моста, Гюрза и Берс ухватили ее за шиворот…

— Да ты! Ты кто такой вообще?

Псы кричали наперебой, стараясь подбодрить девушку и привести ее в чувство. Гюрза даже полез было сам на веревку, но его оттащили — двоих она могла и не выдержать. К тому же, что он сделает-то? На спину к себе забросит? Мы в этой ситуации никак не сможем помочь Кате — она должна выкарабкаться сама.

— Да, может сработать, — тоже закивал Гюрза.

— Ты правда думаешь, что можешь? Да кто ты такой? Ты даже ни разу не слышал голос того, кто шепчет! Или, может, ты уже отведал плодов, исполненных неизбывной горечи? Или собрал семена, орошенные небесным туманом? Или перехитрил того, кто останавливает течение рек? Да ты даже не видел лазурный свет под сенью первого древа! И ты говоришь, что готов стать Мастером?

— Заколебал ты уже выпендриваться своим кунг-фу! — с долей обиды выкрикнул мне вслед Стинг. — Нам-то чего делать? Никто из нас все равно так не сможет.

— Угу, — поддакнул Данила. — А то я вообще растерялся — то ли бросать веревку, то ли дальше тянуть, то ли голыми руками этой твари пасть разрывать…

Хануман воззрился на меня с удивлением и ужасом, но секунду спустя стало понятно, что это не более, чем притворство. Потому что он разразился таким хохотом, что не удержался на ногах и принялся кататься по траве, дрыгая ногами в воздухе. Ладошки у него на всех четырех лапах оказались человеческие, с противопоставленным пальцем.

И едва подавил испуганный возглас.

— Ну, кровища из меня уже не хлещет, все зарубцевалось, — раздраженно отозвалась ведьмачка. — Дальше само заживет. Что вы со мной носитесь-то? Это же игра. А я сама виновата, что так долго болталась на этой веревке.

— Это мы-то странные?!

— Нет-нет-нет, не могу! Хануман добр и справедлив. Он не может обратить свой гнев против своих подданных.

За бамбуковой рощей мы впервые за все время наткнулись на следы цивилизации. Правда, следы настолько старые, что тех, кто их оставил, явно уже давно не было в живых.

В ход пошли дорогие лечебные зелья. Еще пара минут — и она, бледная и дрожащая, но живая, сидела, прислонившись спиной к перилам моста. В качестве последнего средства для приведения ее в чувство Док подсунул ей железную кружку со своим пойлом. Девушка, уставившись в одну точку, отхлебывала самогон, как чай — только зубы о железный край стучали.

— Он столь же могущественен, сколь и безумен… — пробормотал я, вспомнив слова Бао. — Но мне кажется, что в его словах что-то было. Какая-то подсказка…

— Я их чую, — сказал я. — В обычном состоянии — не очень далеко. А вот во время медитации могу засечь метров за двести.

Свой шлем-переросток он на время привала снял, и голова его на фоне массивных шипастых наплечников и толстенной кирасы смотрелась слишком маленькой. Да уж, на нем столько железа понавешано. Немудрено, что он сразу топориком ко дну пошел. Надо было быстренько деактивировать элементы доспехов в ячейках снаряжения или перетаскивать их в инвентарь. Но, видимо, не успел — захлебнулся раньше.

Очередная выпрыгнувшая из воды тварь была гораздо крупнее предыдущих — пожалуй, метра три в длину, и башка размером с лошадиную. Она одним махом захапала ногу Каты до колена и я, кажется, даже расслышал хруст кости. Или это просто железные бляхи на ее сапоге заскрипели на зубах рыбины.

Ванар сидел справа и чуть позади меня, сгорбившись и вместе с нами разглядывая опустевшую поляну. На меня он воззрился округлившимся от изумления глазами и даже коротко взвизгнул, изображая испуг.

Еще пара минут пролетели в напряженной тишине.

Стинг справа от меня подался вперед, натягивая тетиву лука. Но медлил — похоже, не мог толком прицелиться. Змеевидная тварь извивалась, как бешеная. Еще немного — и она отвалилась сама, утаскивая в пучину изрядный кусок кожаных доспехов, окрашенных кровью. Но на смену ей из воды, будто запущенная из пращи, выскочила другая. Промахнулась, пролетев по дуге чуть ниже.

— Ты полегче, волосатый! Я, между прочим, Мастер Воды и победитель черных генералов. А пройдет время — я и тебе брошу вызов!

Ванар снова посмотрел на меня снисходительно.

Берс чуть задержался, чтобы забрать веревку. Дальше мы продвигались не торопясь и стараясь не шуметь. Источник был совсем близко — когда я останавливался и прислушивался, то чуял его даже без медитации. Кажется, он где-то выше нас, в аккурат под тем деревом, которое мы видели с противоположного берега реки. Последние метров тридцать мы и вовсе преодолели чуть ли не на пузе, пробираясь через заросли высокой травы. А уж когда подобрались к источнику на расстояние прямой видимости, и вовсе дыхание затаили. И было из-за чего.

Растительность вокруг изменилась — здесь на довольно обширном участке раскинулись заросли бамбука. Его суставчатые стебли были самой разной толщины — от молодых побегов, которые легко можно было переломить голыми руками, до прочных пустотелых стволов сантиметров тридцати в диаметре. Росли оно довольно плотно, но протиснуться между ними вполне можно было. И это было к лучшему — махать саблями, прорубая дорогу, Гюрзе с Тереховым явно уже осточертело.

Только когда все были в сборе, мы, наконец, устроили полноценный привал, чтобы обсушиться и перекусить. Развели костер, хлопнули по три порции ядреного доковского самогона, подлечили раны. Настроение понемногу улучшилось. Даже Док перестал сокрушаться о потерянных асаях и принялся подбивать остальных поскорее убить еще каких-нибудь мобов, чтобы создать очередную зомбятину.

Размером он был чуть помельче встреченных нами до этого горилл. С ног до головы покрыт густой блестящей медно-рыжей шерстью и выряжен в богатые шелковые одежды с позолотой и вычурными позументами. В руках его был боевой посох с утолщениями на концах, украшенный золотыми и красными лентами. И этим самым посохом он мутузил алтарь, методично разваливая его на мелкие обломки. И даже на этом не успокоился — когда от алтаря уже практически ничего не осталось, он долго пинал осколки черепов, втаптывая их в траву и что-то непрестанно бормоча себе под нос на разные голоса.

— Перепрыгнувший океан и Дарующий жизнь! Обладатель могучих сил и великой доблести! Сжегший город Десятиглавого…

— У него! — отозвался ванар и взглянул на меня, как на идиота. — У того, кто постоянно шепчет, хотя у него и нет рта. А эти глупые шаманы слушают, слушают его! И не слушают своего истинного царя!

— Ну и отлично! Причем засечем мы эту штуку заранее, так что можно будет подбираться к ней незаметно.

Ванар в ужасе отшатнулся от неё, но потом принюхался и, сгорбившись, начал внимательно осматривать ее со всех сторон, уделяя особое внимание разного рода выпуклостям.

Хануман поклонился и ведьмачке и шумно втянул ноздрями воздух.

— Позже… — эхом повторил ванар. — Ну, что ж, Великий Хануман будет ждать. У Великого Ханумана много времени. Целая вечность!

— Да ты уже давно не чемпион по выживанию. У нас новый фаворит, — усмехнулся Данила и недвусмысленно кивнул в мою сторону.

— Ага. Люди — они как деревья, — глубокомысленно изрек Берс. — Они тоже падают, если подрубить их топором.

— Тащите! — благим матом заорал Гюрза, увидев, что наши на секунду опешили.

С каждой фразой он становился все выше ростом, буквально на глазах увеличиваясь в размерах. Еще немного — и он нависал над нами уже трехметровым великаном. Голос его становился все более грозным и под конец рокотал, как раскаты грома.

— Что за…

Зато чуть позже мы нашли Доку следующую жертву для его некромантских развлечений. Это оказался крупный пятнистый хищник из семейства кошачьих. Вроде леопард, но я думал, что они поменьше. Он устроил засаду на свисающей над тропой ветке дерева и почему-то выбрал именно меня в качестве добычи. Наверное, потому что я шел в хвосте отряда. Меня спасло зерно Морской саламандры — я увернулся от первого, самого страшного удара когтями в прыжке, а дальше уже помогли ребята.

— Зачем ты разрушил алтарь? — осторожно спросил я, пытаясь сменить тему. — Его ведь построили твои подданные?

Ванар скорчил обиженную рожицу и понюхал виноградины. Потом закинул их в рот.

— А как их искать-то, эти источники? — спросил Гюрза. — И тотемы? Я же говорил уже, что мы раньше ни на что подобное не натыкались.

— Точно? Ты не геройствуй особо — раны довольно серьезные были…

— Они плохие! Негодные, негодные шаманы! О, я знаю… Я, конечно, знаю, что это все из-за него… Он шепчет им! Постоянно шепчет! Вестники, вестники… Какая чушь! Зачем он им это шепчет? Зачем они его слушают? Думают, он видит будущее? Как он может — у него ведь нет глаз!

Упоминание о постройке рядом с Источником привело рыжего ванара в ярость. Он снова бросился топтать несчастные обломки, непрестанно бормоча себе под нос. Выкрики его были бессвязны и больше похожи на бред, хотя и проскальзывали какие-то вспышки просветления.

Мы рывком выдернули Кату на мост вместе со вцепившейся в нее тварью. Гюрза подскочил к рыбине и рубанул ей несколько раз пониже головы, целясь в одно и то же место. После очередного удара чудовище выпустило добычу и тяжело плюхнулось обратно в воду.

— Да нет, пойдемте. Я в порядке.

— Кстати, Стас, так что там у тебя за идея по поводу того, как выследить ванаров? — напомнил Док.

— Позволь хотя бы угостить тебя сладчайшим виноградом с берегов Озера жизни, красавица!

— А разбросаны они далеко друг от друга. Один на несколько квадратных километров… — задумчиво пробормотал Берс. — Не особо мощный локатор у тебя, малой.

Хотя…

— Так покажи им, кто здесь хозяин! — усмехнулся Берс.

— У кого нет глаз? — спросил я.

— Да ну? И что же?

Рядом с источником был выстроен еще один алтарь уже знакомой нам конструкции — с тремя рогатыми черепами на верхушке. И ванары радом обнаружились. Точнее, один ванар.

Вспыхнуло алой дугой заклинание Перекачки жизни, ударило ей в грудь. Девушка, до крови закусывая губу, застонала, выгибаясь дугой, будто на дыбе.

— Ну, спасибо, — буркнула она.

Док, улыбнувшись, покачал головой и молча потряс ветки ближайшего куста — те с уходом Ханумана потихоньку распрямились.

Он ребром ладони постучал по задней стороне шеи.

— И как нам его искать?

— Да тихо вы!

Чуть позже попробовали таким же образом покачаться на тапирах. Это такие свинтусы с короткими смешными хоботками и черно-белой, как у панд, окраской. Но они оказались куда шустрее, чем можно было предположить, и большая часть их стаи разбежалась прежде, чем мы успели хоть что-нибудь сделать. Только Стингу удалось подстрелить парочку.

— Сам себе удивляюсь. Неужто старею?

— Ветер? — предположил Гюрза.

— Что, привал небольшой устроим? — предложил Терехов. — Только надо уйти с моста, а то мы здесь, как на ладони…

— А, точно! Дерево! — совсем по-детски воскликнула Ката, радуясь догадке. — Дерево тоже шелестит листвой, вроде как шепчет. Вот, наверное, что он имел в виду. Это подсказка!

— А кто шепчет, не имея рта? — спросила Ката. — Похоже на детскую загадку…

— Держись! — выкрикнул кто-то из наших.

Мелькнув напоследок золотыми позументами, он скрылся в листве.

— Ползи быстрее! Ката, ну же!

— Эм… У меня вроде были еще какие-то титулы… — он почесал в затылке, пытаясь что-нибудь припомнить. — Много титулов! Но я их не очень часто повторяю, и кое-что позабылось.

— Ммм, самки безволосых так сладко пахнут!

— Ну, что он свалил?

— Ну, давай, не бойся! Если уж Док перелез, то ты чего? — подбодрил ее Стинг.

В ответ ванар расплылся в улыбке, стреляя глазками, как пьяная потаскушка в баре. И тут же подвалил к Кате. Та попятилась было от него, пытаясь спрятаться за Стинга, но лучник, хихикнул, наоборот, пихнул ее в спину, выталкивая вперед.

— Безволосые? Помогут Великому Хануману? Великий Хануман сам повергнет любых врагов!

— Нет, не в том смысле, что я мужик… - запротестовала, смутившись, Ката и даже, кажется, покраснела.

Река здесь разлилась широко, метров на десять-двенадцать. Но обломки моста частично сокращали это расстояние — проем между ними был метров шесть-семь. Я отступил чуть назад от края, взял короткий разбег…

Здоровенную зверюгу, похожую на помесь носорога со скорпионом, мы попросту обошли по широкой дуге — благо, что у того, похоже, была близорукость в крайней стадии. Потом устроили геноцид небольшой стае тучных черных быков с увесистыми серповидными рогами. Подбил нас на это Гюрза — за этих мобов давали немало опыта, плюс их рога были довольно ценным трофеем. Я в этой бойне не участвовал — не хотелось, да и оружие было не совсем подходящим. Но врубил ауру скоротечности, чтобы давать бафф отряду и заодно получить свой процент Ци.

Время от времени мы ненадолго останавливались. Я проводил цикл медитации, вслушиваясь в джунгли в поисках отголосков новых Источников. Но пока нам не везло.

Глава 7. Обратная сторона медали

Торец деревянного шеста снова больно ткнул меня по ребрам — пластиковая защита не особо-то спасла. Я отшатнулся и зарычал — не столько от боли, сколько от досады. Гюрза, откровенно потешаясь, закрутил шест перед собой, как пропеллер.

Я бросился в контратаку, но захватить его врасплох не получилось. От моих ударов он либо уворачивался, либо парировал их серединой шеста. Потом атаковал в ответ — снова преимущественно колющими ударами — в живот, в бедра, в пах. Отбивать такие без щита было сложно, разорвать дистанцию тоже не получалось. Под защитой у меня, наверное, уже все пузо и ноги в синяках.

Терехов ухватил Даню за голову и что-то орал ему в лицо. Они почти упирались друг в друга лбами. Выглядело это все жутковато — глаза у здоровяка были бешеными, остекленевшими. Было видно, что он никого не узнает, и может и на Терехова сейчас наброситься.

— Тебе-то какое дело?

— Может, ты насчет задания чего-нибудь выведал? Ну, ради которого нас вызвали?

Она вскинула лук, оттянула тетиву и на несколько мгновений замерла. Я, как и остальные зеваки, остановился, невольно засмотревшись на ее точеную стройную фигурку. В её позе было что-то завораживающее, хищное — будто в ней дремала сила, которая вот-вот вырвется наружу. Как стрела, отправленная в полет. При этом она умудрялась сочетать эту затаенную мощь с некоторой небрежностью и расслабленностью. Была сосредоточена, но не напряжена. Лук казался естественным продолжением ее руки, на губах играла легкая усмешка. Лишь на короткий миг, перед самым выстрелом, она перестала жевать жвачку и, кажется, даже затаила дыхание.

— Эй, Мангуст! Сюда!

— Пусть садится за другой стол! — отрезал Терехов.

Я побежал к ним.

Убрал шест на специальную стойку на краю тренировочной площадки и побрел прочь. Остальные бойцы тоже потихоньку заканчивали занятия, большая часть народу уже расходилась по своим делам. Только несколько особо прилежных до сих пор упорно молотили друг друга деревянными мечами и копьями или отрабатывали блоки щитом.

— Вяжи его, падлу! — кричал один из бойцов Чингиза, с трудом удерживая руку Данилы заведенной за спину. Еще кто-то бросился толстяку в ноги, видимо, пытаясь повалить его на спину. Но это была пустая затея — человека с таким весом с места-то сдвинуть тяжело, не то, что опрокинуть.

— Скажи мне, кто твой друг, и… Что ж, у тебя еще есть время подумать. Я просто предупреждаю. Ты в команде аутсайдеров. И если так и останешься с ними — вместе с ними и потонешь. Хотя… Может, это и неслучайно. Может, ты просто такой же неудачник, как и они все? И совсем не зря оказался с ними?

— Три года назад он был одним из лучших курсантов военной академии, — глядя вслед Даниле, произнес он. — Терехов тогда работал там инструктором. А потом — несчастный случай. Тяжелая черепно-мозговая. Эндокринные осложнения. С тех пор на инвалидности. Дикие проблемы с гормонами. От этого лишний вес, припадки ярости. Я удивлен, как ему вообще удалось сохранить НКИ.

В коридоре чуть не столкнулся с Катой, Стингом и Берсом — те шли к себе в комнаты, которые находились чуть дальше, за выходом на лестницу. Ката смерила меня недоуменным взглядом, покосилась на дверь. Стинг же скорчил многозначительную рожу, тайком показывая мне большой палец. То есть якобы тайком, потому что его ужимки прекрасно были видны и остальным.

— Пфф! О каком предательстве ты говоришь? Это бизнес. Да и кто они тебе, этот Терехов и остальные? Ты и знаком-то с ними меньше месяца.

Ну, зашибись! Только амурных переживаний мне сейчас не хватало!