Помоги проекту - поделись книгой:
— Ой, они там с утра раннего. Сначала говорили что-то про «Алые Небеса», потом пришел странный путник в грязных лохмотьях и повздорил с одним из них, началась драка и нешуточная. К счастью там оказался умный человек, Зеном кличут, он всех успокоил. С тех пор беседа идет про Ледяную Пещеру, у нас в горах. Вы ведь слышали, что там нашли?
— Так, почему же вы не остановили его, когда он осмелился явиться здесь? — не унималась девочка, хотя говорила она, достаточно напугано.
— Бой закончится только в том случае, если одна из сторон лишится своих монстров. — спокойно произнес Кичум, не взирая на своих бойцов, разглядывая силуэт соперника по другую сторону завесы, — Я не потерплю неповиновения от своих учеников! Теперь ментал холодно и жутко уставил свои очи прямо на покемонов и те испуганно задрожали.
— Какие красивые, и как им не холодно, — девочку передернуло от следующего порыва ветра, и она вдруг что-то вспомнила, радость пробежала по бледному лицу, — Кстати, самой известной «королевой» на подобных мероприятиях всегда была Лона Радон, она то и прозвище свое так получила… Маша, ты ведь в сотни раз её красивее, может и тебе попробовать?
— Куда интересно?
— Все в порядке, еще чего-нибудь прикажете? — осведомился мальчик, заканчивая накрывать на стол и, получив доброжелательный кивок со стороны девушки, продолжил, — Меня зовут Гаронтр, я сын Не?зифса, хозяина трактира, можете звать меня просто Гаро, меня так все называют и мне даже нравится. Если чего понадобится, звоните, я мигом явлюсь.
— Но как мы его найдем…?
— Понимаете, у меня врожденная способность. Я вижу неупокоенные души, и могу понимать язык монстров. Сначала, это выходило лишь на призраках, но потом я попробовал и на обычных покемонах, и понял, что тут они ничем не отличаются. Я просто поговорил с Майро, когда встретился с Хэлекэаном, и монстр мне назвал себя. Самое необычное было в том, что хозяин странно перепугался и поспешил к трактиру, я встретил его уже здесь, сегодня утром.
— Я…. Прав?
— Хм… надо бы знать, что подобная спешка вольна привести к неприятным случайностям вроде этой. Да вы думаете только о себе… мисс…
— На самом деле Гарри, просто так выражает свою боль. Я слышала он потерял своего друга в Диких Землях, все в Канто это знают, — Сьюзи, как и её парень, докуривала сигарету, сбивая пепел в общую пепельницу.
Новоприбывшие отправились бродить по городу. Здесь можно было гулять бесконечно, ни один из домов не повторял другой, стараясь хоть чем-то выделится. Были здания и с башнями, и с крышами плоскими и изогнутыми; стенами, пестрящими огромными мозаиками. Были постройки с окнами круглыми, как покеболы, были и с классическими. Попадались крыльца высокие и низкие, широкие и узкие, на некоторых обязательно присутствовала какая-нибудь статуя, или непременно, растение, что во многих случаях, было дорогой роскошью. Разнообразная структура городской сети словно делила Колднесс на два независимых города, внутри городских стен — прекрасный и современный, высеченный изо льда, вечный «Замок Зимы», за городской стеной — старый район, обжитый людьми поскромнее и беднее, здесь не было возможности заселиться в богатые покои, и дома строились, как обычно, из камня или дерева, растущего в низинах. Тамара сбилась со счету, пытаясь опознать количество архитектурных ансамблей, всегда уникальных и занимательных. На каждой улице им встречался еще более пышный памятник, но в нем уже не было чего-то, что запомнилось в предшественнике. Через белоснежные сплетения нагих ветвей, в городском парке, была видна лучезарная поверхность замерших прудов, по которой мчались в разные стороны фигуристы со своими монстрами. На площадях, несмотря на вечерний холод, собирались величественные, похожие на ушедших царей и цариц, дамы и господа в роскошнейших нарядах, — ночные балы стали здесь традицией, каждую ночь выбиралась «Снежная Королева», — девушка, удостоенная такого звания, могла рассчитывать на выполнение любого своего каприза.
— Все замечательно, спасибо Гаро. Кто у вас тут поселился последнее время, никого не узнал?
Мало помалу, но к началу первого, впереди вновь замаячила стена, прямая без изгибов, вырезанная из белоснежной скалы Ледяных гор. Вновь покатились низенькие домики, сложенные из напрочь неровного камня, казалось, если хорошо по нему стукнуть, строение развалится. Можно было предположить, что скоро здания расселят, но даже здесь, в Ледяном Королевстве, все затягивалось на многие годы. Из стены был лишь один выход, через задние ворота цитадели, выводящие к знаменитому туннелю Колднесса, через которые и сейчас все еще валил народ, правда тонкими и редкими струйками, — туннель сейчас спросом не пользовался. Ворот не обнаружилось, либо их сняли от ненадобности, либо забрали на реконструкцию, но под аркой стояло лишь четверо стражников, таких же холодных и надменных, как у главного въезда. Документов у компании они не спросили, лишь проводили их каким-то ожидаемым взглядом и пошептались, когда те скрылись за стеной. Они вошли в старый район, где селились не бедные, но не богатые жители города, в уютных и крепких домиках, большинство было служено из дубовых стволов, или из дерева картаса. Здесь была лишь единственная улица, вытянутая на всю ширину городской стены, резко уходящая в сторону к предгорью, где обрывалась огромной статуей, изображающей Артикуно. Здесь жил хорошо известный в городе Тинни Колдрон, сильнейший из всех юниоров Колднесса, коротала свои выходные Лона Радон, навещая старых знакомых и друзей, ну и редко Мастер Клайд, спускался со своих гор, проведать родителей. Все они жили здесь, в теплых и самых обыкновенных особняках, отапливая жилища обыкновенными печами. На этой улице, судя по гиду, и находился трактир «Сизая Городьба», в который целый день шагали усталые путники.
Натянулась струна томительного молчания. День выдался ясный, приятно прохладный, — идти, наверное, было одно удовольствие, если бы не бесконечный гул, просто каша нечленораздельных голосов. Чем ближе толпа подходила к городу, тем кучнее становились их ряды, вскоре и вовсе, наступила «пробка». Люди здесь не шагали, а качаясь, продвигались вперед, дышать становилось труднее. Некоторые поворачивали назад, чтобы провести день где-нибудь на свежем воздухе, а потом, когда толпа рассосется — спокойно войти в город. Были конечно и такие, которые прекрасно знали, «пробка» стояла и будет стоять до самого начала чемпионата.
Наконец, они пересекли площадь и нырнули в первый же переулок, короткий и многолюдный. Ноги пошли в гору и вскоре, вся компания вместе с общим потоком вытекла на следующую улицу. От неё брали начало многочисленные «артерии» города с наиважнейшими центрами. Автомобилей здесь никогда не было, самые последние автостоянки толпились вокруг центральной площади у ворот, далее не устремляясь. Большинство горожан пользовались городскими извозчиками, использующих компактные кабинки, работающих на электричестве. Но здесь, не было даже таких, люди просто шагали по, выложенной белым камнем, улице и не оборачивались. Дома здесь стали еще выше, красивее и светлее. Приятный ледяной отблеск дополнился неоновыми вывесками «самых лучших» заведений города, через каждые три — четыре здания, стали попадаться всевозможные тренерские участки: клубы, центры, магазины, манежи и даже парки. Антик молчал и гордо отводил взгляд в сторону, когда на него падали заинтересованные взгляды прохожих, даже здесь, он был необычным типом. Тамара не уставала называть по имени, встреченных по пути, знаменитостей тренинга, поминая многих, как «мой знакомый». Мария продолжала сохранять подлинную бдительность, озираясь по сторонам, в каждом встречном, подозревая карманника. Не было никаких сомнений, попадись ей подлинный вор, она применила бы свой револьвер Ремингтона 45 калибра.
Перед Гарри появилось двое монстров, сильных и достаточно больших для своего рода. Сэндслэш и черного цвета Чаризард словно передавали состояние своего мастера, они были готовы разорвать юнца на части, от чего их удерживали лишь нравы современного мира.
— Потому что, Эш считает нам нужно подождать, — подхватил Брок, бросив неуловимый взгляд на старика, в белом плаще, — Но, я честно говоря, Митек и Морти, еще на грош не поняли, чего он ждет.
И он скрылся за дверью, вместе с заработанным пирожком. Мария принялась поедать еду, не сумев скрыть с лица волнительное напряжение, Тамара смотрела на неё с опаской, ища поддержку у Антика, но тот оставался все также спокоен, он и ни слова не понял из их разговора с Гаро.
— Нет все, на редкость замечательно. Добро пожаловать, — и он вернул документы законному обладателю, и не дожидаясь, когда компания скроется за поворотом, громко сообщил товарищам, как он презирает Кантовцев.
— Не знаю, слухи нехорошие ползут. Говорят, что администрации до этого и дела нету, заморожен, так и пускай себе лежит себе в этой пещере, она то далековато от города. Не знаю, но последняя группа так и не вернулась. Вот теперь и думают, собирать ли следующую. Сюда теперь стали пребывать странные постояльцы, отец говорил, что это лучшие из лучших, среди тонулундов.
Тамара и Антик послушно следовали за Марией, которая с ключами наперевес резво поднималась наверх, по крутой и старой лестнице, — половицы тоскливо скрипели под тяжестью усталых тел. Мария даже не оглянулась на второй этаж, в котором стоял странный человек, укутанный в лохмотья, с интересом взирая на лестницу. Девушка уверенно добралась до третьего этажа и торжествующе вздохнула, по заверениям Шарлоты, так звали хозяйку, на третьем этаже все комнаты все еще пустовали. Они быстро прошли по коридору и остановились у неприметной двери, сливающейся со стеной. Номера на комнатах не обозначались, поэтому постояльцам приходилось самим отсчитывать двери. Девушка зазвенела ключами и в один поворот открыла замок, пропуская вперед старика и подругу. Антик свалил вещи у маленького и уютного камина, Тамара беспомощно повалилась на широкое ложе в дальнем конце комнаты, а сама стала взыскательно оценивать оплаченное жилье. Это была маленькая и уютная комната с низким потолком и единственным окном над кроватью, широкой, видимо двухместной. В кованых шандалах стояли свежие свечи, которые принялся разжигать Антик. Других источников света, в номере не было, если не учитывать камин, возле которого располагалось два деревянных кресла и низенький столик, накрытый черным сукном. На нем стояла стеклянная вазочка, наполненная воском, из которого торчал фитилек. Старик зажег и её, а затем принялся разбирать вещи и кажется устраивать себе ночлег, прямо на полу, возле камина. Мария посмотрела на него уважительно и гордо, хотя внутри проснулась неясная жалость. Девушка прошла по комнате, взад и вперед, после остановилась у окна и распахнула ставни, впустив в комнату лунный свет. Тамара устало поднялась и поспешила к Антику, мечтая самой разжечь огонь в камине. Через двадцать, а то и пятнадцать минут, по бревенчатым стенам бегали алые отблески, полыхающего в камине, огня. Мария уныло сидела у окна, вслушиваясь в ночной воздух, доносящий чьи-то голоса далеко из центра города. У Камина сидел Антик и Тамара, а по комнате уже плавал уловимый аромат старческого табака. Сидели молча, лишь Тамара иногда заводила какой-нибудь малозначительный разговор, и сама его заканчивала. Мария несколько раз вставала с кровати и вновь ходила по комнате с интересом посматривая на шнурок, уходящий в глубь стены. «Не позвать ли трактирщика?».
— Нам надо найти жилье, — вдруг предусмотрительно заметила она, как только они миновали гостиницу, к сожалению, полную от постояльцев.
Мария обтекала потом, кожа во многих местах покраснела, в глазах предательски щипало. Она яростно сжала кулаки и скрипела зубами, взирая на уже закрытые двери. В таком состоянии, её догнала подруга и верный охранник.
— Знаешь, думаю, что Шэзан — это просто самодовольный тип, ленивый и безучастный, ни на что не годный, кроме как воровать, чтобы выжить, — Мария оставалась непреклонной, хоть ей никогда и не нравились споры с лучшей подругой.
На него никто не обращал внимания, некоторые лишь отвратно отводили от него взгляд, заслышав очередную брань. Среди них особо выделялась троица весьма колоритных путников, прекративших дорогу, изучая бегство Шэзана и его Майро. Когда пыль за поворотом окончательно улеглась, они, как и многие другие, зашагали дальше.
Говоривший поймал несколько презрительный взгляд и засмеялся, его речь уже продолжил ментал. Эш говорил из-за плотного ряда своих соседей и Тамара его не видела, чему была несказанно рада, она прекрасно помнила, что через глаза, он сможет узнать обо всех её чувствах.
Друзья воссоединились и все еще молча зашагали по узкой улочке шедшей вдоль городской стены на юг, справа тянулись низенькие дома из камня, скромные и невзрачные. Из всех густой спиралью тянулся дым печной трубы. Дорога сделала поворот и пограничный Колднесс сменился сегодняшним, пышным и высокотехнологичным городом, известным на весь мир своими ледяными архитектурными чудесами. Широкий проезд выплескивающий поток граждан врезался в городскую площадь с просто громадным фонтаном, вода в котором никогда не замерзала и была достаточно горячей, чтобы сварить яйцо. Удивительным было даже не это, а то, что ледяная основа и статуя в центре, оставались незыблемыми. Вокруг и повсюду, далеко по сторонам, вырастали одно другого краше, здания, уникальные в архитектурном плане. Спиралевидные башни, кубические комплексы, постройки совсем удивительной формы, напоминающие дракона, укрывшегося собственным крылом. Здесь были и стадионы, всем похожие на бутон тюльпана, чуть открывшегося солнцу, и «вытянутые черви» магазинов и киосков. Прибывающие поезда укрывались за лазурным ограждением изо льда, а затем и совсем прятались в потрясающей шарообразной постройке. Все блестело и переливалось на солнце, сохраняя холод ледяных массивов. Люди здесь не терялись, как в обычных городах, места на площади было вдоволь, каждый мог найти то, что он хотел, но в этот день, найти место для остановки, было сложнее, чем остановить Шэзана и его верного монстра.
За время скитаний, у них нередко просыпался аппетит, особенно у Китисилианца, хотя он и словом не обмолвился, лишь облегченно вздохнул, когда Тамара запищала, что не пройдет дальше ни метра, если не зайдет в какое-то бистро, с названием «Тетушка Ариндрия». И они зашли в него перекусить; было начало четвертого, за окном вечерело, город захлестнуло потоком приятного золотистого света. Здесь их ждал радужный прием, сытная и скромная еда, приготовленная видимо той самой «тетушкой», да хмельное пивко для старика, который умяв приличную горсть ножек камбаскена, принялся курить трубку, задумчиво вглядываясь в наступившие сумерки. Тамара и Мария вели весьма оживленный разговор с троицей самых обычных тренеров, лишенных занудства и тщеславия. За время их разговора они не стали друзьями, но приятельские отношения надежно установились. Это была несколько угрюмая Сьюзи из Вертании, ровесница Марии, её не менее печальный спутник Дум, прибывший из Сутополиса, да их новоиспеченный «друг» — Коннорс из Петалбурга, с которым они познакомились в «очереди» на подходе к городу. В отличие от них, он был достаточно жизнерадостным, постоянно шутил, все чаще над самим собой, не забывая при этом отписывать непонятные СМС, непонятному кому. В разговоре, они сблизились, и Тамара, с согласия своих друзей, поведала им случай, произошедший с ними днем. Антик даже отвлекся от окна, услышавший ненавистное «Гарри Оак». К изумлению компании, их собеседники отреагировали весьма сдержано.
— Это еще почему?! Видишь вон те башни и купола, знаешь что это? Это главный стадион и площадь Четырех Стихий, место состязаний. Этот клуб идеальное место для проживания! — и не дожидаясь ответа, Тамара зашагала к входу. Мария упорно стояла на месте, хотелось говорить, кричать и ругаться на всех выученных языках, дабы заглушить желание хорошей драки. Антик подошел ближе и спокойно кивнул в её сторону…
И девочка улеглась, с головой погрузившись в размышления об услышанном, перед головой вставали смутные образы погибших храбрецов, слышался скрежет ручки Марии, — она что-то писала, — да мерное сопение Антика, пристроившегося у огня, как и планировалось. Тамаре захотелось поговорить с подругой, но усталость брала свое и через секунду, она уже беспамятно повалилась в сладкие объятия сна.
— Если вы про тренеров, то я в них не разбираюсь совсем. Был важный такой, широкоплечий в ковбойской шляпе, он вот вроде как известен, я его и раньше тут видел. Он сейчас в зале, там разговор важный…
Тамара совсем забыла про приличия и неуверенность, походкой быстрой и свободной, она подскочила к «столу шестерых», так, как бы попросила запасную ручку у одноклассника. На неё сразу обернулись, прежде чем она успела о чем-то спросить. Наиболее преуспел здесь Брок, рассматривая её, каким-то проверяющим взглядом.
Наверное, Мария тотчас подлетела бы к нему и показала, как горячо она его «полюбила», если бы не довольное восклицание тринадцатилетней девчонки в черном камзоле.
Раздался тяжкий стон раненого монстра; коготь Снизела, вонзившийся в плоть соперника исчез во вспышке багрового пламени огнемета Квилавы, Клефэйбл отлетел назад, но тут же поднялся. Серафим облегченно выдохнул, взмахнул посохом и улыбнулся. Теперь он принялся отдавать команды с большим энтузиазмом. Покемон принялся крутиться на месте и в следующую секунду воздух сотряс оглушительный свист; одобрительная голубизна неба, присыпанная снежными хлопьями облаков была растерзана на части. На поле битвы стали падать десятки метеоритных камней, Снизел был повержен мгновенно, втоптанный в почву Колднесса тяжелым булыжником космоса. Квилава же пока отказывалась сдаваться и умело избегала опасных брусков. Клефэйбл все еще «колдовал» возле своего тренера, неспособный к надежному блоку. Покемон принял решение сразу и ринулся вперед, в надежде поразить врага, но что-то на секунду задержало Квилаву, опять этот несчастный белый свет! Ничтожный миг отделил победу и вывел к поражению, на Квилаву рухнул очередной метеоритный камень и она потеряла сознание.
— И чего думают, администрация города?
— Очень не плохо, у тебя сияющий Чаризард, — Оак злорадно улыбался, рассматривая оппонентов, как отличник взирает на сложные, но легко выполнимые им, задачи, — Бурана будет достаточно…
— … кровь монстров смешается с кровью людей, ангел падет и станет дьяволом сущим, принося в мир страдания и ненависть, тьма накроет мир и все канет в небытие.
— Извините, простите меня пожалуйста, — извинялась Мария, не сумев увернутся от очередного путника, тот, как будто специально сменил направление движения, в сторону клуба тренеров.
— Тонулундов? — вдруг встряла Тамара, страшно испуганная известиями о загадочном чудовище.
— Меня уже даже не волнует его поведение. Меня испугала его сила и мастерство, он с такой легкостью одолел монстров мистера Антика, с какой каток пройдется через дерзкого Дитто!
— Конечно! А ну его Оака, мы — новая гвардия, и если не в этот турнир, так в следующий, мы покажем чего стоят наши монстры.
— Скотина, уже шестой за месяц, — причитал купец, сравнивая с землей собственный навес.
Безо всяких предупреждений и приготовлений, две команды, — стенка на стенку, — бросились друг на друга, на ходу используя все возможные энергетические атаки. Октилери зарядил водометом, в конец избавившись от костра. Огромный поток воды и, поднятая в воздух, горсть золы полетела на встречу ментальным монстрам. Абсолютно спокойный Кичум, что-то прошептал, и Квилава ответила мощнейшим огнеметом, испарив поток воды до последней капли. В тот момент Клефэйбл уже сцепился со Снизелом в ближней схватке, получив оплеуху, второй чуть отскочил назад, но тот же заручился поддержкой Октилери. Водный монстр обхватил Снизела щупальцами, но тот мгновенно вывернулся, приняв облик шара. То же самое сделала и Квилава, поразив Октилери, перекатом. Покемон Фьюзера отскочил назад и замер на месте, вместе с «лунным товарищем». Странное сияние исходило от обоих, горячий пыл в глазах монстров Эша стремительно угасал, они едва не пропустили следующий водомет Октилери, к счастью Снизел сумел его заморозить, — превратить в ледышку, прежде чем он поразил Квилаву. Бой затягивался, Квилава и Снизел продолжали защищаться от усиленных маневров противника, контратаковали, но как-то лениво, без былого энтузиазма и это была единственная и главнейшая способность серафимов. Через некоторое время, оба монстра уже посматривали на тренера, с надеждой, что бой окончен. Было похоже, что драться с соперниками, они совсем не хотят. Клефэйбл крутил невероятные финты в воздухе, распыляя пыльцу, продолжая светится ярким белым светом. Октилери уже не брезговал покрывать поле битвы дымовой завесой, заняв некоторую оборонительную позицию, — видимо тренер надеялся потянуть время. Эша это совсем не устраивало, тянуть было нельзя, вся его тактика в одночасье рухнула, пришлось идти на жертвы. И он приказал пойти в опасную, но не лишенную надежды, атаку. Квилава сцепилась в парящего Клефэйбла с такой свирепой преданностью тренеру, что ненароком получила сильный ответный удар и рухнула у ног мастера, — глаз ментала непреднамеренно содрогнулся. Снизела ждал больший успех, затерявшись в непроглядном дыме, он использовал преимущество Октилери против него самого и выпрыгнул в подходящий момент, поразив врага быстрой атакой. Покемон моментально потерял сознание. Темный монстр скрестил когти на груди и поклонился поверженному противнику, затем оглянулся: Квилава испуганно взирала на стремительно приближающегося врага. Снизел растерялся, но вдруг услышал спасительный голос тренера, прямо в своей голове…
Однако мерцание, окутывающего мошенника — исчезло. У угасающего костра стоял высокий юноша, одетый в белоснежный фартук, поверх которого был аккуратно накинут белый дорожный плащ с капюшоном, сейчас откинутым. Истинно голубые и длинные волосы играли на ветру, за его спиной, а он торжествующе улыбался старику напротив. Он казался невооруженным, лишь все тот же ящичек был у него в руках. Мальчик закрыл его и был готов покинуть заброшенный участок, но вдруг услышал старческое рычание, охрипший голос человека, давно ни с кем не говорившего:
Юноша замер на месте, ящик упал к его ногам, но сам он не смел обернуться…
Антик аккуратно взял все вещи команды, Мария и Тамара пошли вперед, чтобы сразу договорится с хозяином. Тамара дернула за ручку, но дверь даже не шевельнулась, — девочка беспомощно простонала. Стоявшая позади, Мария лишь покачала головой и сама дернула за ручку, но к её удивлению дверь лишь немного отошла от косяка, и тут же вернулась на место. Девушка собиралась позвать Антика, но тут же обнаружила рядом с собой странника и Шифтрая. Он самодовольно ухмыльнулся и с легкостью открыл дверь, пропуская дам вперед, после чего дождался и Антика, отвесив ему поклон со словами…
— И куда они уехали?
— Ты опозорил меня, ты откинул тень на мое имя и будешь откидывать её вечно, — слова мужчины были громкими, сложными, но говорил он дружелюбно, хоть и смотрел с глубочайшим презрением, — Ты же Серафим! Как ты посмел использовать силу светлых, во Зло? Ты принял облик гордого борца с несправедливостью и грабил путников на дорогах, ты перевоплотился в героя Волны, и украл реликвию семьи Хорина, ты низложен…. Я твой учитель и изгоняю тебя.
Но Маши уже не было видно, хвост её белоснежных волос скрылся за очередным поворотом. Тамара оглянулась на отстающего старика, сделав малозначительный жест. Девочка схватила того за руку, но он тут же отдернул её, посмотрев на помощницу страшно сурово. Он быстро отошел и улыбнувшись, стал сам проталкивать дорогу впереди, теперь тренерше пришлось быть догоняющей. Слышались нервозные возгласы потревоженных горожан, но никто не стремился устремиться им вдогонку, кто знает, что это за низкорослый старикашка такой.
— Я бы на вашем месте — не волновался, — вмешался в разговор Коннорс, отправивший очередное сообщение, — Не секрет, если мы будем сильны, нам рано или поздно придется сразиться с сильнейшими. Не говорите мне, что вы приехали сюда кубок выигрывать… Я конечно дурак и все такое, но я постараюсь пробиться подальше, ну а как далеко, зависит уже не совсем от меня. Хоть этот Оак будет у меня первым оппонентом, ну вылечу я и что?! А если на протяжении турнира мне, наоборот, будут попадаться слабые тренера, что…. Я стану членом Великолепной Шестерки? Ну не смех ли? Знайте, на всех турнирах, все — весьма условно, вы приехали сюда для собственного тестирования… так чего же вы паритесь? Тест он никуда не денется, а какая вам разница, с кем сражаться? Ваши навыки то, ваши, а не чужие.
Успокоившись, троица не спеша шагала по тротуару, вдоль длинной дороги, по которой медленно ползли автомобили, дорогие и яркие, сейчас они совсем не привлекали внимания путников. Они все еще сохраняли молчание, обдумывая увиденное. У старика недовольно дергалась левая щека, Тамара тяжело вздыхала и бубнила что-то вроде «куда мы сунулись», а Мария и вовсе была не в себе. Обычно спокойная и собранная, она отрешенно смотрела под ноги и ни о чем не думала, казалось, если ей предложат завтра уехать из города, едва скоротав ночь, она серьезно обдумает предложение. Ничего подобного в «Ледяном Королевстве» они не могли ждать. Уверенные в силах и навыках Антика, они не могли представить себе столь быстрое поражение в битве против, пускай и сильного, тренера из Алобастии. Неприятная судорога растекалась по телу при вспоминании злорадства Оака над телами поверженных покемонов и тем не менее, об этом вслух не говорили. Колднесс вдруг превратился в холодное и мрачное место, где в грош ставилось достоинство человека, если тот не располагал достаточным влиянием, властью или силой. Да по какому праву, Гарри так ведет себя с людьми? Зачем ему это? Или он хочет, чтобы его ненавидели?
— Учитель… Я…
— Судя по вашим глазам, вы унижены и злы. Лишнее. Увидимся позже, — парень резко обернулся, подняв правую руку в воздух, продолжая сдерживать торбу левой. Он уверенно двигался к клубу, не обращая внимания на многочисленные взгляды со сторон и даже из окон здания, в которое он через мгновение вошел.
Они подошли к большому пятиэтажному зданию со стрельчатыми окнами, сквозь которые хорошо было видно забитую залу столовой. Единственная дверь посредине фасада была скромно украшена двумя желтыми цветочками и фонариками в голубой оправе. От неё не исходило никакого холода, как от обычного льда, скорее возникало ощущение, что руку подносишь к вентилятору. Поодаль находилась длинная стена с широкими воротами, въезд во двор, но Мария даже не заметила их, а едва оказавшись у двери, дернула за ручку. Дернула… и тут же упала наземь с ушибленным лбом. Дверь открывалась и снаружи, на пороге стоял тот самый юноша, оскорбивший юниора из Мармории. Теперь он смотрел на неё сверху вниз, изображая удивление, хотя еще не успел скрыть довольной ухмылки.
— Для этого у нас есть лучший следопыт Алобастии — Лера Уиспер и серафим, Фьюзер Белерубиньян… Правда, Фьюзер…? Тебе пора взять себя в руки, — укорительными были слова ментала, надменными и переполнены презрением, но все почему-то уставились на старика, в белом дорожном плаще.
Мальчик ничего не ответил и проводил старика надменным взглядом, Лера отступила к Эшу, встав справа от него, будто ожидала очередного указания. Антик, совершенно спокойный, продолжал лицезреть, как Фьюзер медленно двигается к своему ученику.
— Если побежишь сейчас, успеешь перекрыть врага, но не смей нападать на него, он готов контратаковать.
Словно очнувшись, к Эшу подбежала Лера, Брок, Митек и даже Тамара пытаясь каким-то образом поддержать его. Ментал, не в силах отвести взгляд от того места, где исчез последний из его монстров, думал о затеянном, им же, сражении. Он уже понимал, что разучился проигрывать. Наделенный способностями Дигнатеру, он совсем позабыл о том, что может проиграть вот так, потеряв все заработанное. Сейчас, он терял лишь товарища, но мог потерять и больше. Фьюзер посмотрел на юношу так, словно проиграл сам, а затем медленно промолвил…
Команда была отдана в тот же миг, — оба покемона ринулись на встречу сопернику, который был скрыт где-то далеко впереди, как вдруг появился, прямо перед ними. Квилава лишь успела приоткрыть рот и вылетала от удара в противоположную стену. Снизел, скрипя зубами, крепко приложился к противнику, брызнула кровь, потекли слезы, но «пришелец» не поддался и из последних сил оглушил второго монстра ментала. Он рухнул рядом со своей подругой. И бой был бы непременно окончен, если бы серафим сражался не с ментальным тренером; уже дул холодный ашеронский ветер, завеса таяла на глазах, обнажая испуганные взоры зрителей, лился колдовской шепот Кичума, Снизел и Квилава поднимались, сбрасывая с себя щебет обвалившегося строения. Прибывшие на место представители власти нацепили наручники на Дарна и уволокли его куда-то в сторону, Фьюзер даже не обернулся, когда мальчик выкрикнул его имя «Дядя Фьюзер!».
— Этот клуб занят, каким бы хорошим он не был, в нем для нас уже нет места, нужно поторапливаться.
— Не стоило этого делать, Эш Кичум, — гордо произнес старик, показавшийся возле ментального тренера, — Я должен был сам его остановить.
Ответ последовал через десять секунд, да и то, при помощи переводчика в лице Марии:
— А ты прав, Коннорс, чертовски прав, — ожила и засияла Мария, чуть ли не хлопая в ладоши от радости.
— А откуда вы знаете имя коня?
— Ну понятно… ну это ладно. Я тогда пойду, если что понадобится, звоните…
— Спасибо, может только булочку, — и Гаро сел, скромно откусив от небольшого пирожка с капустой, — Там в ледниках нашли замороженное чудовище, не похожее на обычных монстров, совсем не такой, каких я привык видеть. Тварь, футов восемнадцать ростом, с огромными клыками и глазами, вот, как этот бочонок.
— А ты бы осмелилась на такую дерзость…
— Нет, потому что я, в отличие от него, воспитана иным образом.
— Серафим! — презрительно воззвал ментал, заставив старика обернутся, — Он не опозорил тебя! Этот несчастный не отбрасывал на тебя никакой тени, и ты это знаешь. Вы оба позорите свой орден. Эш уже перекатывал в руках два покебола и было яснее ясного, чего он хочет. Серафим, впервые, злобно оскалился, со сторон послышались волнительные возгласы. Брок состроил Митьку испуганную гримасу, тот ответил глотком из пивной банки и с интересом уставился на развитие событий.
В дело вступил мастер по призрачным покемонам, светловолосый парень, имеющий слабость к белому вину. Он и сейчас смаковал аромат напитка и, заслышав о просьбе вступить в диалог, немного удивился. На Тамару уставился загадочный взор лидера, изучающий и необыкновенно долгий:
Тут Тамара непреднамеренно рухнула на скамью, задев подол плаща старика, она испуганно прикрыла рот руками, но потом сомнительно перевела взгляд на говорившего тонулунда.
Дарн подарил Фьюзеру испуганный взгляд, — из покеболов Эша уже появилась Квилава и её верный спутник Снизел, два безоговорочных лидера команды, — дело предстояло серьезное. Ученик было потянул руку к учителю, но получил сильный удар посохом по костяшкам. Не издав не звука, Дарн стал свидетелем, как старик отцепил два покебола со своего посоха и отправил их в бой. Клефэйбл и Октилери, не менее сильные и опытные монстры, встали напротив соперников. Бой начинался.
Снизел облизнул пересохшие губы. Страх, казалось, парализовал его, но что-то более сильное, соединившись с усилиями его собственной воли, подтолкнуло вперед и покемон ринулся на помощь. Клефэйбл уже разворачивался для удара, как вдруг явился черный монстр, весь в копоти и, выставив перед собой обе лапы, заблокировал выпад оппонента. Оставшийся боец Серафима был вынужден отступить, уверенный в скорой сдаче противной стороны. Снизел тяжело дышал, но сохранял некоторую волю к сражению, а вот Квилава заметно пятилась назад.
— Что-то не так? — невозмутимо вмешалась девушка.
— Сараха, гурга нэдаро, — подал голос Антик, смотревший в плечо невысокой Тамары, хоть и не понимал ни слова, догадался, что назревает ссора.
— Ну… я вообще-то пошутил. Все мы безнадежно — вляпались… Смерть и разрушения придут в мир, с наступлением Ледяного Королевства, кровь монстров….
— Что же ты? Повернись, мы давно не виделись, я хочу посмотреть на тебя.
Но ответ юноши был неожидан, он взмахнул руками так быстро и неуловимо, что на следующую секунду говоривший отлетел далеко назад, сделав переворот в воздухе, и упал на покореженный сарай, превратив его в груду обломков. Послышался стон, а на лице Дарна вдруг изобразилось не ликование, а некоторый испуг. Мальчик в зеленой мантии, наоборот, широко улыбнулся и дал странный сигнал девушке у костра. Миг и она совершила неуловимый рывок в сторону, Дарн громко взвыл и упал наземь, из его ног торчали два меленьких метательных ножа. Кровь стала медленно орошать белоснежную землю Ледяного Королевства, Дарн громко выл, с окрестностей стали сбегаться люди, заинтересованные непонятным шумом.
— Неудивительно, Оак постоянно этим занимается. Говорят, что он просто обогнул очередь, используя психические способности своего Магмара, наплевав на правила, установленные администрацией. Его конечно остановили и он обязан был подчиниться, но вы бы его видели. Как говорят, он все так состроил, что стражники буквально унижались пред ним в момент проверки документов. С того момента, они немного нервные, — Дум закончил речь продолжительной затяжкой своей четвертой сигареты за время ужина…
Посреди огороженного забором пространства, возле нескольких сиротливо растущих елочек, во дворе скромного домишка, на земле кружком сидело двое. Небольшой костерок, заботливо разожженный у их ног, едва — едва спасал их от утреннего мороза. Сидя скрестив ноги, они медленно о чем-то разговаривали, укутавшись в грязные брезентовые плащи, видимо служащие навесом в трудной дороге.
— Ах… да! Сэр Антик говорил про вас, вы ведь Тамара из Растборо?
— Да, у нас так называют учителей монстров, прижилось как-то, — Гаро провел ладонью по улицу и протер сонные глаза, продолжая весьма дрогнувшим голосом, — Вы то, что думаете об этом всем?
И на следующий миг улицу поглотил леденящий ветер, бросающий осколки льда в глаза, кто-то из безучастных зрителей оцарапал лицо и испуганно скрылся за живой стеной. Тамара упала на живот, накрыв голову руками, выносливый Антик, лишь прикрылся краем шарфа, Гарри же, буран чудесным образом не трогал. Мария стояла в стороне, — силуэты двух монстров боролись со стихией, где-то в эпицентре атаки, — девушка потирала онемевшие ладони, выдыхая изо рта пар. Буря стихла, а на земле лежали два заледеневших покемона… Гарри ногой проверил крепость их темниц и, видимо довольный работой, зашагал куда шел, в сторону очередного переулка. С крыши одного из зданий, к нему спрыгнул Абсол — верный напарник и помощник в любой схватке. Антик, ничего не понимающий, провожал его взглядом, обозленный уже на себя, а не на обидчика. Мария воссоединилась с Тамарой и молча кивнула своему защитнику…
— Гаро, ты не видел случайно, выходил ли из трактира, Антик, низкорослый старик с которым мы приехали?
— Вот и прибыли. — голос девочки дрогнул… перед ней стояла разъяренная подруга детства. Такой она её не видела уже без малого четыре года.
— Прибыли, значит прибыли….
— А это опять вы… мисс…
— Секлоно, секлоно, дафиснао — ке, Мари…
— Ты ничтожен, мне очень жаль тебя Дарн… и жаль себя, я жалею о том, что привел тебя в Орден Благословения. Из-за забора уже выглядывали любопытные лица, их было не менее трех десятков, среди них узнавалась испуганная Тамара, в окружении Брока и Митька, чьими стараниями, она удерживалась в стороне. Вдруг, относительную тишину нарушил звучный и холодный голос Кичума:
Троица… Это был низенький, похожий на толстого школьника, старик в дорогом смокинге золотистого цвета. У Антика, как и у большинства Китисилианцев, была смуглая, с медным отливом, кожа, лысая голова, тело сухое и поджарое. Малый рост, выпирающий живот в сочетании с лысой головой, создавали достаточно потешный вид, но мужчина вполне мог постоять за себя. Жилистый, крепкий, закаленный жизнью в пустыне, тренер смотрел на любую обиду всей гордостью своих хорошо выраженных глаз. Бровей у него и вовсе не было, поэтому на путников таращились только красивые и очень яркие голубые глаза коренного жителя Бутвола. Рядом с ним шагали две молодые девушки, одна и совсем юная, постоянно что-нибудь рассказывала старику, он улыбался, но видимо ни слова не понимал. Это Тамара из Растборо, начинающий тренер, «темная лошадка» грядущего турнира, ей и невдомек, что домой она вернется, мировой Звездой. В перерывах между байками, она спешила поправить свой черный камзол и застегнуть непослушную молнию на талии. Рядом шла молчаливая и высокая девушка, с устремленным вдаль взглядом. Её белые, как снег, волосы прекрасно сочетались с синими, как море, глазами, — все без исключения ни один раз оборачивались, чтобы еще раз, хоть миг, посмотреть на неё. Мария из Мармории, тоже тренер, на чью долю выпало сильное испытание. Родившись в богатой семье, она была вынуждена прожить свои годы вместе со светскими львами, растрачивая семейные деньги. Но, она выбрала судьбу тренера, мечтая об абсолютной независимости. Её не волновали титулы, она лишь хотела стать сильнее, а проверить это можно здесь, в Колднессе на мировом состязании, призванном определить самого сильного тренера в мире.
— Ой, — Тамара скорчила такую гримасу, что казалось она только что поняла, что забыла выиграть битву за последний символ чемпионата, — Надо, только в гостинице мы остановиться, никак, не можем. Надо идти дальше, в конец…
— Сомневаюсь, что далеко. Майро, Рабидаш Хэлекэана все еще стоит во дворе…
— Ты прав, ментальный тренер, я откидываю тень на свой орден. Ты лишь оборвал мои «крылья», которых я и так не заслуживаю. Старик повернулся и ушел, вновь накинув на голову капюшон.
Вскоре у нелюдимого Антика, начало щипать в глазах от такого скопления народа. Ему было в диковину такое обилие и разнообразие персон, встречаемых по пути, что на здешние красоты внимания уже не оставалось. Дорогу то и дело переходили шикарные девушки в богатых ухоженных нарядах, облокотившись на фонарный столб, или просто, усевшись где-нибудь на ограждении, странники прятали свое лицо под капюшоном. Тренера здесь были в избытке, они были повсюду, но меньше всего обращали на себя внимания. Большинство заходило и выходило из множества дверей, бегало по площади в неизвестных поисках, либо ныряло в густую сеть переулков, обтянутых ледяными стенами фасадов. Были здесь и ученые, и фермеры, и моряки, ну и конечно целое обилие торговцев, привозящих сюда самые ценные и редкие товары. Ярмарка процветала, в отличие от обыденных тренерских занятий. Устроить бой, сейчас, в такой суматохе, никто даже и не подумал бы, все были заняты собой, а это прекрасный шанс для любого мошенника и это всегда нужно понимать, когда прибываешь в подобный город. Тем не менее, большинство гостей теряли бдительность под красотой здешних сооружений, чья ледяная синева радовала самый взыскательный взгляд.
Episode № 6: Wings of Seraphim
Как свет предшествует тьме, а тьма предшествует свету.
И преступление всегда предшествует наказанию,
От правды не убежать,
Твой отец, Дэвид Лоренкраут был замешен в теневом бизнесе, по добыче эволюционных камней на рудниках Кауны. Ты уже взрослый и можешь представить себе какие суммы крутились в подобных операциях. Лоренкраут начинал с легального бизнеса, но в океане конкурирующих фирм, он бы непременно разорился, поэтому пошел по иному пути. Все начиналось с несчастных случаев в шахтах, затем убийства конкурентов. У Лоренкраута появилось много врагов, среди которых был и синдикат Бледного Медведя, доминирующего в области обработки рудников. Когда вес твоего отца стал притеснять чистый доход такой сильной мафии, его убрали… Ваш особняк в Вестроуте был сожжен… и в огне погиб не только твой отец, но и мать, абсолютно невинная и ничего не знающая о бизнесе мужа. Я хорошо знал Арену, твою маму, она никогда бы не стала жить в столь темной компании, уж поверь мне. Оба погибли, дом подожгли ночью, ты чудом уцелел. Видимо, кто-то из родителей успел запереть тебя в ванной… это и спасло тебя в пожарище.
Когда мне сообщили, что Арена — убита, что её дом был охвачен пожаром — я едва не лишился рассудка, впрочем… думаю, это совершенно не важно. О твоем спасении я узнал гораздо позже, когда уже был членом ордена Света, именно тогда ко мне вернулась былая твердость и вера в собственные силы. Твое появление в моей жизни, стало для меня символом, даром Божьим — я торопился встретиться тобой. Дарн, ты долгое время жаждешь мести, ищешь человека, виновного в смерти твоих родителей. Так вот, я не нашел в себе силы сказать это тогда, в приюте, но сейчас я принял решение — тебе нужно знать правду. Я знаю имя исполнителя. Ваш особняк поджег Фьюзер Белерубиньян, я убийца твоего отца и матери! И пожалуйста, успокойся, дочитай письмо до конца, это важно…
В конце восьмидесятых я работал на Бледного Медведя, в его синдикате. Работа, как правило, заключалась в крыше над различными мелкими предприятиями, да мелких разборках с должниками нашей организации. Я быстро продвигался вверх, а затем босс, лично, рассказал мне о проблеме с твоим отцом. Он жил как раз в этом городе, но ничего о его семье, я не знал. Я никогда бы не пошел на убийство, но тогда я испугался, я понял, зачем мне дают это задание. Мне нужно было испачкать руки в крови, чтобы остаться в банде навсегда. И взялся… В тот день мы сильно напились…»
«Дорогой племянник! — старик начал новое письмо, необыкновенно быстро выводя буквы. — Вероятно, если ты читаешь это письмо, то получил заслуженное наказание. Но! Я вовсе не виню тебя, во всем виноват я — твой Учитель, Фьюзер Серафим. Прошу, выслушай меня и не выбрасывай письмо, ибо оно полностью изменит сложившуюся ситуацию.
Поделиться книгой: