Роа и тигр (ознаком)

– Я помню ваши ласки, господин, – слово «господин» звучало, как ругательное. – Поэтому только попробуйте, дотроньтесь до меня, это будет последний раз, когда вы коснулись ведьмы. Да и других женщин сможете только касаться! Неповадно будет, – она запнулась, подбирая слова, – в лесу развлечения искать.

– Мы рассчитаемся, мы обязательно рассчитаемся с вами, леди Полина! – Рата, не глядя на девушку, любовно гладила отвоёванную Зорьку.

– Что?! – победная улыбка медленно сползла с лица незнакомца. – За какую услугу?

Голос! Именно его слышала Полина той ночью, когда… Пусть девушка не узнала его внешне, но это он! Тот, кто так грубо лишил её девичества. Тот, кто помог ей обрести родовую силу ведьмы. Тот, кто дерзко приходил в её сны. Может, если прикинуться немой, то он не узнает одну из многих, с кем имел кратковременные встречи? Вдруг, он тоже не разглядел её в темноте.

– Говорите! – приказала она.

– Ох, Начек, ох, хулиган, пороть тебя некому, – говорил наутро довольный дядька Орон, приведя домой смущающуюся Рату – ночевали молодые в доме у новоявленного жениха.

Приговаривая так, Полина поливала горячим настоем свою голову. Кажется, у неё стали получаться заговоры – волосы не только на ощупь были длинные, но и на вид. Вот и прекрасно, значит, выросла её сила, и справиться с пустяковыми царапинами можно будет без проблем. Как ни странно, но именно царапины не пожелали исчезать. Вернее, они исчезли отовсюду, кроме трёх самых больших на руке. Покрасневшие рубцы превратились в три тёмные полосы. Придётся сводить их бель-травой. Эту травку знали не только ведьмы. Почти все женщины пользовались ею, очень уж хорошо она отбеливала лица и плечи красавиц.

Мужчина игриво поводил бровями, похабно улыбнулся и многозначительно кивнул на хлев с пристройкой сеновала, откуда немногим ранее вытащили кормилицу Зорьку.

– Что же ты предлагаешь?

– Вот и проходи мимо! – подспудно Начек чуял исходящую от мужчины угрозу.

– Зовите меня так. Так меня никто ещё не называл, – Полина погладила собеседницу по руке, а потом спросила совсем о другом: – Кажется, в доме пахло свежим хлебом, Зорька, дашь нам молочка?

– Али бежишь от кого? – Рата пристально глянула на гостью, но потом остановилась. – Не хочешь, не рассказывай, но дети, им-то нужно что-то сказать.

Что значат его гадкие улыбки? Зачем он пошёл за Ратой?

Лина сорвалась с места и побежала к коровнику, в котором уже скрылись Рата и её неприятный гость.

***

– Спасибо, так даже лучше будет.

Никто ему ничего не ответил. Вскоре во дворе заскрипела телега, и господин Форен отправился дальше.

– Надо же! – удивлялась Ниса. – Ещё вчера на этих полянках ничего не было.

Скоро состоится свадьба ошеконского принца и той, кого дени Ралита выдала за Лию. Вот тогда и выяснится, что обещанная невеста, на которую возлагали такие надежды, не так уж и сильна. Станут разбираться. Если докопаются до истины, начнут искать. А тут совсем недалеко – ранее неизвестная ведьма объявилась. Что будет, если её найдут, Полине думать не хотелось. Утратили её доверие отец и Рикад. Как они воспримут её самоуправство? Полина сама добьётся всего, и потом обязательно вернётся домой. Хотя бы для того, чтобы отдать должок дени Ралите. Надёжнее всего было прятаться в большом городе. Там ведьм много, попробуй, разыщи. Особенно, если искать будут стройную черноволосую красавицу, а в наличии имеется рябая Маритка. Главное, не показывать всю свою силу, тогда не найдёт её никто, даже если очень захочет. И пусть Лина уже сейчас могла вернуть себе прежний вид, но придётся хорошенько следить, чтобы облик недалёкой дворовой девки, так любезно предоставленный мачехой, не спал с неё раньше времени. Нужно поговорить с гостеприимными хозяевами, и до первых холодов покинуть приютивший её в трудную минуту дом.

– Ну да, кто же в здравом уме будет перечить ведьме. Я тоже не собираюсь. Буду беречь тебя и лелеять. Ты узнаешь мои ласки! Пойдём со мной! – мужчина потянулся, чтобы взять её за руку.

– Ну и чего ломалась, сказал же, что моей будешь, – Форен похабно ухмылялся.

– Тебе придётся выслушать меня! Решай сама, скажу ли я то, что должен сказать, наедине, или об этом узнает весь лес, – крикнул странный незнакомец.

Лина достала из карманчика ровно шесть монет, подошла к вымогателю, взяла его ладонь, вложила в неё деньги, сама же крепко сжала его пальцы и, жёстко глядя мужчине в глаза, произнесла лишь одно слово:

Лина заметила, как отчаяние в глазах парня сменяется сначала недоверием, а потом надеждой.

– Спасибо вам, Рата. Я постараюсь отработать ваше гостеприимство. А волосы? Волосы мы вернём, вы не против? – неприятно было, что принимают тебя за гулящую девицу, но то, как тактично к этому факту отнеслась женщина, неожиданно согрело душу. Да и кто она теперь есть? Уже не девушка. Всё верно.

– Рата, мне тяжело слышать от вас эти слова, – Лина подошла к женщине. – Вы приняли меня в образе гулящей девки, накормили, помогли с одеждой, оставили у себя. И ни о чём не спрашиваете, за что я вам очень благодарна. Скажите, вы ждали от меня какой-нибудь оплаты?

– Уйди, девка, не до тебя сейчас, – проворковал мужчина. – Потом, всё потом.

День прошёл очень плодотворно – ягод в лесу оказалось очень много.

– Просто прохожий, – ответил тот.

– Я же сказала, что знаю чудо-травку, – улыбнулась она. – Вот волосы и выросли.

– Я сварю зелье. Нужно обработать им мою одежду, постель, на которой я спала и следы после того, как я уйду.

– Ты была девственницей! – в его голосе слышались явственные нотки обвинения.

Растёшь, где вздумаешь,

– Ты уйдёшь, да? – Начек правильно понял её молчание.

Орон растерянно оглядел двор, как и следовало ожидать, нигде не обнаружил хозяйку и, махнув рукой, зашёл в баньку. Начек, победно улыбнувшись, подпёр дверь предбанника заранее припасённой чурочкой. Немного постоял под дверью, послушал, потом улыбнулся ещё шире и пошёл доделывать свои дела. Много позже он отодвинул от двери непонадобившуюся подпорку, но и тогда увлёкшаяся парочка не сразу покинула столь гостеприимный домик.

Меняешь ты облик побегов своих,

ГЛАВА 7

Орон довёз Полину до постоялого двора, в котором останавливались караванщики, сам договорился с одним из них о том, чтобы тот доставил «дочку» до столицы соседнего графства, после чего долго и тепло прощался с ней, вручив напоследок вместительную суму с заботливо собранными снедью и кое-какими вещами на первое время. Было решено, что добираться до столицы девушка будет несколькими караванами, так сложнее будет отыскать её следы. Рано утром следующего дня они отправились в путь.

Важный дородный караванщик Рамид из койротских нугар хитро щурился и задумчиво поглядывал в сторону одинокой пассажирки. Только к обеду, когда караван остановился на дневной отдых, он решил заговорить с ней.

– Нани-и!

– Показывайте, что у вас, – обратилась она.

– Есть немного, – кивнула головой девушка.

– Сейчас, я сейчас, – Тинька стал трясущимися руками развязывать ремешок на штанах. – Мой малыш, он так истосковался по ласке, даже гудит от напряжения. А тебе ж совсем не трудно, а? Рамида приласкала, этого, из цирка бродячего, приласкала. Приласкай и меня, ну что тебе стоит? – мужичонка справился с непослушными завязками и принялся спускать штаны.

– А зачем? – задала неожиданный вопрос девушка.

– Я не могу остаться. Зверь последует за тобой, моя нани.

– О, их известно множество, – с готовностью стала пояснять Лина. – Пусть ваши люди попробуют отыскать хотя бы часть из них, там уже посмотрим, какую мазь сделать, – она обратилась к внимательно прислушивающимся караванщикам: – Ищите подорожник, тысячелистник, крапиву, можно зверобой и девясил, если повезёт, полынь и головки клевера. Коры с вон той ивы надерите немного! Мёд, лук, чеснок и хрен есть с собой? – Рамид утвердительно кивнул. – Давайте!

– Да, – врать этому оборотню не хотелось.

– А что, дейна Лина, как же тебя отец одну-то отпустил? Не боится, что на лихих людей попадёшь? Что за нужда такая приключилась, иль бежишь от кого?

– Спасибо, ребята, я сама справлюсь, – поблагодарила их Лина. Она подняла взгляд на своего собеседника, вздохнула, видимо, разговора не избежать, и направилась к своей комнате. Райден не отставал.

– Для пальцев ты совсем другая, нежели для глаз. И потом, волосы. Они отросли, и стало заметно, что корни тёмные, – пояснил он.

– За тобой, ты теперь моя нани.

Лина вздохнула. Кажется, этот родственник посланника Райдена слегка, а может, и не слегка, не в себе. Нужно на всякий случай встать так, чтобы между ними был хотя бы этот шаткий стол.

– Не буду вам мешать. Вы позволите? – наглец взял небольшой холст, служивший здесь полотенцем, обернул им бёдра и вышел из комнаты.

– Звать его, – проворчал Рамид так, чтобы странный гость услышал, – незачем нам тебя звать, сами справимся.

– Мои секреты никого не касаются! Завтра я отправляюсь дальше, а вы остаётесь здесь! – нельзя давать бедняге надежду.

– Вы меня испугали! – Лина попыталась обойти возникшее препятствие.

Уф, кажется, его отпустило. Оборотень осторожно, словно хрупкую вазу, поставил свою ношу на пол и отошёл в самый дальний угол.

– Прости, если так. Я не хотел.

– А вы же, ведьмы, не только проклинать можете, но и помочь-подлечить человека, коли беда с ним какая приключится? – не унимался хитрец. Ясно, решил удостовериться, что Лина не лжёт насчёт своих способностей.

Быстро поужинав, девушка прошла в выделенную ей отдельную комнатушку и принялась доделывать обещанную денину Рамиду мазь. Когда всё было готово, она прошла в комнату караванщика и отдала тому горшочек с лекарством.

– Ваш зверь успокоился, и мы можем решить вопросы, как нормальные люди?

До самого вечера, когда они остановились на постоялом дворе небольшого городка, Лина так и эдак обдумывала ситуацию. Решение пока не приходило. Но она обязательно найдёт его, или она не дей Гори.

Лина лихорадочно стала вспоминать, что же она знает о душевных болезнях? Совсем мало. Только то, что они есть, и лечить их почти невозможно. Бедный посланник. Такой приятный мужчина, и такое горе в семье. Его безумный сын, наверняка, сбежал. И теперь его ищут. Да, именно так и есть. Нужно бы проводить его до родных, но она не может рисковать. Придётся отправить письмо. Молодой Райден, меж тем, затих. К сожалению, он опять крепко прижимал её к себе.

Полина старательно мяла свои травки. Неужели это тот настырный оборотень, что заявил на неё свои права? Но как он мог отыскать её? Сваренное зелье не только уничтожило её запах, но вдобавок пахло так противно, что ни один пёс не взял бы след, а то и вовсе потерял нюх. Даже зверю её не выследить.

– Собираемся и быстро уходим! – распорядился караванщик. – Только опасную зверюгу нам ещё не хватало встретить.

– Точно, тигр! – Тинька даже подскочил от возбуждения. – Я же говорил, что не вру! Огромный полосатый тигр!

– Рад, что нашёл тебя, – Норт уже распустил ей косу и с наслаждением зарылся в волосы, продолжая подносить их к лицу. – А ещё он жутко ревнует. Ко всем! К этим возницам в коридоре, к тому нугарину, от которого ты вышла. Человек во мне понимает, что ты лишь отдала ему лекарство, а тигр – рвётся разорвать его на мелкие кусочки!

– Я не наносил её. Такая метка появляется у оборотня, обретшего пару, иначе – нани. Это значит, что ни мне, ни моему зверю уже никто другой не нужен.

– Что вы себе позволяете?! – Лина взвизгнула и отскочила в дальний угол небольшой комнатёнки.

– Помню я, денин Рамид, как не помнить! С самого позапрошлого вечера ни в одном глазу! Вы ж сами проверяли наши вещички, нетути у меня нигде заначки. Тверёзый я, как есть тверёзый! Заначки нет, – с сожалением повторил он. – А зверюга в лесу есть!

Мимо них по коридору прошли возницы из каравана Рамида.

– Ну да, – Лина со странной обидой вспомнила его рассказ про то, как он оказался в цирковом фургончике. – И бежали с бродячим цирком вы вовсе не от разгневанного мужа!

– Ты моя нани – единственная, и теперь должна следовать за мной! – твердил своё упрямец.

– Именно так вы нашли меня? – заинтересовалась Лина.

– Твои последние слова были «Не на вашей постели!» – кажется, её в чём-то пытаются обвинить. – Ты пригласила нугарина к себе?!

– Сама заколдует! – жёлтые глаза жутко сверкнули в темноте.

Рамид даже спрятал руки за спину. Кто их знает, этих ведьм, может и ещё какую болячку наслать в дополнение к тем, что уже имеются.

– С какими расценками? – караванщик сделал вид, что не понял.

– В замыкающем поедешь, – распорядился он. – А к дейне ведьме не лезь, иначе такого тебе наколдует, что навсегда забудешь дорожку в чужие спальни.

– Ну что? Неужели ещё что-то нужно?

– Цыц! – остановил его Рамид, а потом почтительно, но в то же время непреклонно обратился к своей пассажирке: – Дейна, вы позволите заглянуть к вам в комнату?

Ну кто её тянул за язык? Несчастный стол всё же пострадал. Его снесло от одного взмаха руки. Осколок щепы задел Лине щёку.

– Хорошо, оставайтесь, – покладисто согласилась девушка. – Я без проблем смогу продолжить свою дорогу без вас!

– Там, там! – к шуму в коридоре добавился дребезжащий фальцет Тиньки. – Он там. Говорю вам, тигра там! Он хотел меня сожрать! Хорошо, я сбежать успел. А ведьму уже и сожрал, наверное! Не помогли ей колдовские штучки!

– Госпожа ведьма, у вас всё в порядке? – из-за двери послышался голос нугарина.

– Я пойду, а? – голос Лины прозвучал совсем жалобно. Она могла наслать на него какую-нибудь из ведьмовских штучек, но нельзя обижать того, кто и так обижен Верховными.

В одно мгновение внешне неповоротливый купец превратился в грозного бойца. В руках оказалась кривая сабля, сам он не кинулся в ту сторону, откуда послышался крик, а остался стоять около повозок, заняв оборонительную позицию между неизвестной опасностью, исходящей из леса, и своим добром. Вскоре все ушедшие на поиски были на месте.

– Что всё? – мужчина смотрел на неё затуманенным взором.

– Возьми такого, а потом окажется, что и шайка его неподалеку обитает, – купец уже откровенно гнал мужчину прочь.

– Я не считаю, что что-то вам должна, – мягко начала девушка. – За услугу я с вами рассчиталась. Или вы считаете, что одной серебряной монетки мало?

– Отдыхай, моя нани. Завтра нам рано вставать, – Норт наклонился и в последний момент ухитрился чмокнуть Лину в макушку.

– Зачем же вы нанесли её? – спросила она больше для того, чтобы избавиться от возникшего неловкого молчания.

– Нет, со мной не всё в порядке, мне требуешься ты, – упрямо твердил странный мужчина, он стал обходить преграду, чтобы быть ближе к предмету своего вожделения.

– Не съел! Неужели госпожа ведьма сама съела полосатого? – поразился Тинька.

Лина почти ползком добралась до кровати, забралась под одеяло, не раздеваясь, свернулась калачиком и попробовала уснуть. Но сон всё не шёл. Можно было на разные лады задавать себе вопрос, почему ей повстречался именно этот оборотень, да что толку, уже ничего не изменить. Стоило признать, что, по большому счёту, её ведьмовская сила увеличилась гораздо больше, нежели отдай она невинность простому крестьянину или охотнику. Но и неприятности тоже растут, как квашня у Раты за печью. Как завтра глядеть в глаза караванщикам? Где искать заговоры, чтобы отвадить от себя этого ненормального? И почему её всё время тянет дотрагиваться до волшебного цветка на его руке? Так, видя перед глазами ведьмин цветок, распускающийся то ли в лесу, то ли на руке у голого Норта Райдена, Лина заснула.

Лина села на пол прямо там, где стояла. Она прикрыла лицо руками и стала раскачиваться из стороны в сторону. Так хотелось спрятаться и никого не видеть. Особенно этого… голого.

– Да, зверь идёт не по запаху, он идёт на зов. Оборотень всегда знает, где находится его нани. Зверь найдёт её и будет рядом.

Как же так получилось, что голым был этот негодяй, а неудобно почувствовали себя все, начиная с Полины? Под его тяжёлым взглядом защитнички стали поспешно покидать чужую комнату.

– Зачем ты так? – покаянно спросил Норт. – Я готов просить у тебя прощения, стоя на коленях, – он и вправду бухнулся на колени.

– Не врёт он, Рамид, – к спорящим неспешной походкой подошёл помощник караванщика. – Я тоже видел полосатую тварь. Не такого большого, как наш Тинька приметил, но с лошадь точно будет.