Дальневосточный штиль (целиком)

— Что за жизнь, ну ё-моё!.. — пожаловался непонятно кому Олег, поправляя висящий на плече мешок с медикаментами, куда еще неизвестно что накидали медбратья, собиравшие целителя. Впрочем, необходимое можно было и дозаказать: во время контрольных облетов собирались, помимо всего прочего, и просьбы населения либо заботящегося о нем медика. До полноценной гуманитарной помощи в этом мире еще не доросли, но вот выдать просимое из запасов государства под «божеские» проценты соглашались. Входили, так сказать, в положение. Драли с трясущихся за свою жизнь людей всего одну шкуру, а не три сразу. — Только хотел отдохнуть в мирной, тихой и безопасной Сибири пару лет после войны, как тут проблемы начались. То храбрые до безобразия контрабандисты попадутся, то мраны косяком налетят, теперь вот эпидемия пожаловала…

— Олег. Целитель второго ранга, боевой маг третьего. Будешь время тратить на всякое там «благородие» и прочие расшаркивания, в морду дам, не посмотрю, что больной. Заодно и образцы пораженных тканей возьму, — представился врач, рассматривающий фронт работ. Благо тот был, как говорится, налицо. Вернее, на лице. Большая часть кожи стоящего перед ним человека оказалась покрыта серо-зеленым налетом, который, судя по отдельным следам, пытались не то отодрать, не то прижечь. Вот только вряд ли чего-то этим добились: дьявольский лишай не оставлял свою жертву, даже если той сдирали абсолютно всю кожу и выращивали новую на месте удаленного эпителия, поскольку споры этой дряни оставались дремать в глубине организма и быстро прорастали вновь. Ну а болезнь, поразившая этого человека, явно находилась в близком родстве с тем магически измененным грибком. — Кроме тебя зараженные есть? А здоровые?

— Жена и самый младший из сыновей больны. Он еще грудничок, без молока не может, ну и вот… Я, похоже, заразил его мамку, а она сначала грудью дитя покормила и только потом заметила, что с ней чего-то не так. — Мужчина держался хорошо. Не стонал, не плакал, не пытался сулить целителю золотые горы или собственную душу за немедленное избавление от пожирающей его заживо пакости. И это Олега очень сильно радовало: бороться не только с болезнью, но и с больными ему сильно не хотелось. Против оригинального штамма дьявольского лишая методы противодействия были известны. Но возможности тормозить развитие покрывающих кожу колоний паразитических клеток и угнетать их всячески до тех пор, пока к делу не подключится маг-целитель, способный за один раз выжечь или сгноить в организме больного всего возбудителя без остатка. В одиночку боевой маг подобное бы не потянул — только в составе группы из еще трех-четырех чародеев схожего класса, и только при помощи стационарных артефактов. — Старших я загнал в подвал, куда с позавчерашнего дня не спускался. Там у них есть варенья и соленья, святой воды бутылка стоит. Вроде пока здоровы, ну или просто пятна друг на друге при свечах не нашли. Или не признаются, не хотят нас пугать… Господин целитель, а хоть они-то выживут?!

— Вот и оно… — Олег непроизвольно вздрогнул, когда увидел на воротах белую простыню, прибитую к доскам гвоздями, чтобы ветром не унесло. Простейший знак о помощи, доступный тем, кто еще хоть как-то передвигает ноги. Люди ведь так наивны, они до последнего хотят верить, что их спасут… И именно такие дома чародеи станут уничтожать огнем с безопасной дистанции в первую очередь, если дела пойдут совсем плохо. — Эй, хозяева, есть кто живой? Я вхожу!

Солдат заселили в хлев, из которого и пропадали овцы. Собственно, в длинном-длинном сарае квартировала вообще почти вся местная живность: куры, кролики, овцы, лошади, коровы. Амбре там стояло соответствующее, но лишь недавно вышедшие из крестьян стрельцы едва его замечали, а Олег чуть не начал молиться небесам в благодарность за то, что в его подразделение назначили именно Ченя. Китаец, ранее входивший в состав штурмовых частей империи Золотого Дракона, прекрасно умел создавать магические фильтры, очищающие воздух перед носом человека от дыма, некоторых газообразных ядов и просто неприятных запахов.

О том, как герой встречает незваных гостей свинцом, борется с распространением болезни при помощи огненного шара и готовится убивать ради денег

Глава 10

То, что вспыхнувшая в городе эпидемия выходит на новый виток развития, Олег понял, когда мимо него с оглушительным воплем «Шайта-а-ан!» пробежал один из относительно нетяжелых больных, который заметил первые пятнышки лишайника на себе всего-то часов пять назад. Причем бежал он с занесенной над головой лопатой, и не убегал от кого-то, а наоборот, стремительно настигал свою цель, несмотря на все попытки оной скрыться от истошно орущего человека. Нечто среднее между клубом дыма, осьминогом и кошкой, отлично видимое на фоне снега благодаря своему антрацитово-черному цвету, отчаянно пыталось спастись, но шансы были не равны. Подржавевшее железо обрушилось сверху и мощным ударом расплескало существо в стороны.

Впрочем, расплющивание едва ли не в блин хотя и убавило ему прыти, но не убило. Получившаяся блямба после пары секунд зашевелила своими ложноножками, то ли пытаясь зарыться в снег, то ли надеясь все же смыться куда подальше, однако это не спасло ее от ужасной судьбы. Со злобным хеканьем больной вонзил в нее острие лопаты, погружая свою добычу поглубже в снег так, чтобы она достигла земли, а потом отработанным движением подналег на садовый инструмент ногой.

— Сыне, извини брата Родиона за его горячность. Для него магия крови — больная тема. Из-за небрежности с ней большая часть коптской[17] общины, откуда он родом, едва свои души одному хитрозадому арабскому демону не отдала, — солидно и неторопливо пробасил священник, явно отработанным движением накручивая длинные косички негра на руку. — И ты, брат Родион, извини сего молодого человека за те выстрелы. Вот видит бог, не смоешь с лица свои клановые татуировки — однажды тебя из-за них таки прямиком к апостолу Петру с перепугу и отправят. Ну или хотя бы рясу начни носить с глубоким капюшоном, а то по нашей погоде с голым пузом расхаживать удается только тебе да нежити, которой остыть уже совсем и не страшно.

— Рад за тебя. Как обстановка в форте? — Олега этот вопрос действительно весьма беспокоил. Анжела в ее положении была не то чтобы особо уязвимой к мору, но если уж лишайник ее зацепит, то последствия могут быть самыми неприятными. — Там появились заболевшие?

— Это лекарство от дьявольского лишайника. Гадость редкостная, но готовить ее для опытного алхимика не так уж и сложно, — перехватил взгляд Олега главный из шаманов. — Против поразившей честной люд пакости, несомненно являющейся близким родичем того проклятого грибка, тоже может сработать.

— Даже будущих магичек?!

Ядовитые мази не останавливали распространение проклятого лишайника, но значительно его замедляли. Раз в пять или шесть, точную статистику выводить было некогда. Если бы из Москвы через портал архимагистра пришли квалифицированные целители высших рангов, число жертв эпидемии среди жителей города вряд ли превысило бы двухзначное число. Однако помощи не было. Даже монахи из ближайшего скита, вроде как выдвинувшиеся к очагу опасного заболевания, не то заблудились по пути, не то устроили крестный ход по заснеженным дорогам, вместо того чтобы дружно погрузиться на какой-нибудь транспорт. А потому по улицам Стяжинска бродили лишь маги из гарнизона да выполняющие роль патрульных автоматроны. Магические роботы, по понятным причинам, спорам лишайника не поддавались, а порядок поддерживать могли и даже были достаточно понятливыми, чтобы среагировать на просьбы о помощи. Воды там принести, охапку дров своими стальными пальцами наломать… Или оттащить тело свежеусопшего на кладбище, поскольку нести его туда оставшиеся близкие сами уже не могут.

— Скорее, речь идет о двух-трех миллионах покойников, потенциально пригодных для обращения их в ручных тварюшек. Может, даже и больше, — почесал голову Стефан. — Китай недаром называют самой многолюдной страной мира. Даже гражданская война тут ничего изменить не могла, она пока еще недостаточно жестока, чтобы массово стало вырезаться гражданское население… Ладно, вот тебе ваши лекарские примочки, а я пойду. Мне еще столько народа надо оббежать, что просто ух!

— А у них женщин много, и дешевых, потому как полноценными людьми не считаются. Не как у османов, но все же. Выгодно продать девочку — вполне обычная практика в большинстве семей, не исключая и благородные, — откликнулся ему кто-то из более опытных чародеев, видимо хорошо знавший обычаи соседней державы. — Да и сам попробуй подсчитать, сколько там сейчас вдов и сирот образовалось. Сначала гражданская война несколько лет бушевала, потом вампиры нагрянули… Короче, лишних баб им девать некуда, вот и пытаются нам сбагрить, чтобы самим с ними не возиться.

— Муж еще жив… — тихонько прошелестела женщина, лежащая на кровати бок о бок с заросшим лишайником по самые брови телом, в котором уже нельзя было узнать человека, сунувшего Олегу взятку серебром. Запястья двух больных, один из которых уже практически не мог дышать самостоятельно, соединялись друг с другом. Олег при помощи своих навыков целительства просто физически соединил друг с другом вены и артерии супругов, а затем срастил их в единое целое. Благо им очень повезло: кровь, судя по результатам экспресс-анализа, оказалась совместимой. Большинству других пациентов, находящихся в столь же тяжелом состоянии, пришлось оказаться прикованными к кому-то из соседей. Близкие родственники, может, и подходили для этого лучше, но не получится за взрослого бугая дышать старому деду или маленькой девочке. А если они еще и здоровы, то подобной процедуры Олег с людьми проводить бы и не стал. Низкие шансы не заболеть смертельным заболеванием — это лучше, чем совсем никаких. — Мне очень плохо, но я держусь… Кажется, лицо даже стало чище, чем вчера вечером. Но оно болит.

— Э-э-э… — Погребельский растерянно уставился на пожилого монаха. — Существует поисковая конструкция пятого ранга, нужная, чтобы отслеживать возмущения в пространстве, оставляемые полетом насекомых?! Да кто мог такое создать?! И зачем?!

— Сбегай за каким-нибудь горшком, собери туда эту дрянь и поставь на огонь. Тушить под закрытой крышкой полчаса; если эктоплазма улетучится не полностью, остаток можно вылить. Или съесть, добавив чеснока и посолив по вкусу. Говорят, на холодец похоже. Вообще из него еще некоторые зелья делают, но хороших алхимиков в городе нет, а хранится сия субстанция не больше четырех суток.

Лучики различимого даже ясным днем алого света, которые выпускало по своей цели заклинание, действительно словно приклеились к неким объектам, вместе с которыми и смещались со скоростью около метра в секунду. Притом один из них находился всего в пяти метрах от людей, и Олег, как ни напрягал глаза, не сумел его разглядеть. Но судя по той уверенности, с которой магический целеуказатель приклеился к данному участку воздуха, что-то там все-таки было.

— Да ить кто ж знал, что тут такое?! Чары-то я создал хорошие, но узкоспециализированные. Только моль они и обнаруживают… — развел руками бывший заведующий Главным московским архивом. — Ну, мух с комарами еще. На крайний случай — воробьев. Против голубей уже не годятся, к нам залетел разок один, так мы, пока сотрудники его пепел нашли, четыре секции с совершенно секретными документами волей-неволей осмотрели.

— Та-ак-с… А вот у вашего мужа дела идут хуже. Состояние тяжелое и не сказать, чтобы очень стабильное. Я не могу вычистить его легкие, а вы за двоих полноценно дышать не можете.

Олег от таких известий скривился. Если пришедший в Стяжинск мор не просто случайная мутация более-менее привычного возбудителя, а целенаправленно созданная разновидность биологического оружия, то бороться с ним окажется очень тяжело. Особенно учитывая создателей этой мерзости. Наследники погибшей тысячи лет назад Атлантиды сохранили значительную часть знаний своей утонувшей родины. Особенно самых темных разделов магии, ибо все остальное высшей нежити особо не надобно.

— Да нужна она мне сто лет! Вот прицепилась, егоза, перед людьми меня позорит! — злобно пробурчал мужчина, явно с намеком поглаживая пряжку своего ремня. — Чего тебе вообще так сдалось это убожество выщербленное?

— Ну что ж, начнем! — Архимагистр хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание тех, кто отвлекся на рассматривание обстановки. Впрочем, тот же отец Федор головой по сторонам не крутил — явно был в этом месте не впервые. Всего в построенном гиперборейцами помещении оказалось около сотни людей, и среди них — ни одного простого человека. Только чародеи разных рангов, от ведьмака до полноправного магистра. — Я собрал вас всех здесь по двум причинам. Первая — вы умеете драться. Вторая — вы хотели бы как следует пересчитать клыки кровососам, из-за действий которых в Стяжинск пришел мор. Третья — у нас есть такая возможность. Несколько моих старых друзей, что живут в Китае, намерены отбить у вампиров Шанхай, пока кровососы еще не успели смыться обратно в Южную Америку со всем, что им удалось там награбить.

Олег заметил еще одного темного духа, бывшего, видимо, поумнее первого. Во всяком случае, этот клуб дыма по снегу не ползал, а затаился у крыльца одного из строений, где и колебался под порывами отсутствующего в реальности ветра. Просочиться в щель между порогом и дверью тварь, видимо, не могла, а проявиться прямо внутри строения, скорее всего, мешали купленные хозяевами в церковной лавке иконы. Хотя как сторожевые артефакты подобный дешевый эрзац никакой критики не выдерживал, однако жизнь с ними оказывалась все-таки несколько безопаснее и комфортнее, чем без них. И обыватели к этому привыкли испокон веков, а потому могли пропить с себя последнюю рубаху, но не нательный крест или какой-нибудь другой религиозный символ…

В том, что такая возможность у него теоретически имеется, чародей почти не сомневался. Обычный человек не может отмахнуться от нескольких выпущенных в упор револьверных пуль с той же небрежностью, что и от приставучих комаров. Да и аура странного гостя несла в себе не так уж и мало магии. А кроме того, заявившиеся вслед за ним монахи — один совсем молодой, а другой постарше, с тронутыми сединой волосами и морщинистым лицом — отчетливо показывали, кем является этот негр. Стиснутый ужасной хваткой мора Стяжинск наконец-то дождался помощи. А то, что один из явившихся на выручку магов, судя по внешнему виду, оказался родом из самого центра Африки — так это дело житейское.

— Найдем, — уверенно кивнул монах. — Кажется, у брата Павла как раз что-то такое среди его книжек завалялось. А зачем ему их столько? Пыль с них стирать и на полках переставлять, по старой памяти?

«Как же я устал, а работы только прибавляется… — целитель с силой потер лицо рукой. На ногах он был уже третьи сутки и успел изрядно притомиться, несмотря на принятые стимуляторы и часа четыре сна, украдкой урванных прошлой ночью в доме очередного больного. — Проклятый мир, где в перечне возможных осложнений даже после вспышки банального гриппа с полным на то правом стоит зомби-апокалипсис! Неудивительно, что тут людей мало. Удивительно, что они в нем вообще есть, а не вымерли еще черт знает когда!..»

Несмотря на все усилия целителей, мор только набирал обороты, и количество погибших увеличивалось с каждым часом. А остановить его распространение не получалось — карантинные мероприятия помогали очень-очень ограниченно. Что-то разносило возбудителей заболевания, а потому условные знаки с просьбой о помощи вывешивали даже те дома, где никто не выходил дальше околицы и никаких моряков из Китая не видел. Грабителей, обнесших аптеку, нашли менее чем за сорок восемь часов после совершения ими преступления. Мертвых. Идиоты просто нажрались самых дорогих препаратов, наивно полагая, будто полезность лекарств зависит сугубо от цены, и померли в самые короткие сроки. Выше всего ценники, как оказалось, задирали на средства для повышения потенции. А наиболее дорогие артефакты спасали от ревматизмов, мигреней и прочих хронических болей. И сердца моряков такой дозы возбудителя, способного обеспечить эрекцию даже мумии, банально не выдержали. Зато умерли они, вполне неплохо себя чувствуя…

«Может, не все больные порождают переносчиков лишайника? Если каждый из них станет эдакой маткой, то темпы заражения окажутся крайне высоки, но и изменения в их телах гарантированно обнаружат в первые же дни мора. А так эта пакость распространяется относительно медленно, будто почти обычный грибок, но тем не менее избавиться от нее не получается, и карантинные меры не помогают, — пришла Олегу в голову мысль, когда он поздоровался с шорником и проворно вошел внутрь дома. — Скажем, рассылать выведшихся внутри него тварей станет один из сотни трупов. И только если попадет в подходящие условия вроде отсутствия поблизости людей и низкого магического фона, которые невозможны в крепости, госпитале или лаборатории, — в общем, типичных местах обитания медиков и прочих ученых. Запрограммировать подобный цикл развития сложно, но теоретически можно…»

С трудом выкроивший несколько часов между обходами пациентов и начавший было засыпать на лавке в одном из домов, Олег внезапно вздрогнул, когда его интуиция подала сигнал о приближающейся опасности. Напрягшийся чародей весь превратился в слух, пытаясь понять, кто или что может ему угрожать. Хозяева жилища, пустившие целителя на постой за внеочередной осмотр, совмещенный с ограниченно эффективными попытками лечения, вроде бы посапывали в своей спальне. Никого постороннего в доме чародей, усиливший свои органы чувств, заметить не смог. Зрение простое и зрение магическое доказывали своему обладателю, что в комнате кроме него больше никого нет. А между тем чувство тревоги достигло максимума… И голой пятки, с которой оказались сняты и сапог, и носок, что-то едва заметно коснулось. Хотя Олег уж точно не шевелился, и рядом с единственной его ногой не имелось какого-нибудь мусора, который можно случайно задеть. Так могли бы чувствоваться усы кота, осторожно изучающего нового человека на своей территории, да только домашних любимцев в этом здании почему-то не было!

«Это что-то маленькое, раз люди его не замечают. Не мышь, та бы без остатка не сгорела. — Олег внимательно изучил свою постель, игнорируя хозяев дома, мгновенно проснувшихся от запаха гари и примчавшихся разбираться, что случилось. — Таракан? Кто там будет разбираться, обычный он или не совсем… Тех же мух несколько веков после Аристотеля восьминогими считали, ленясь рассмотреть поближе.[18]Хм, а почему я решил, что оно непременно бегает? Может, как раз наоборот — летает! Так перемещаться между домами по улицам, полным снега и воды, ему даже проще будет».

— Добрый день, святые отцы, — поспешно поздоровался Олег, спрыгивая с борта летающей лодки чуть ли не в самый центр подозрительно посматривающих на него церковников. И про себя радуясь, что хотя бы до человеческих жертв в попытках обуздать мор пока вроде не дошло. Да, данное средство было признано чрезвычайным… Но ведь иногда и на него выдавались лицензии! — У меня срочные новости!

Пока мирились целитель и чернокожий шаман, оказавшийся беженцем из Османской империи, несмотря на суровый климат новой родины не желавший отказываться от привычного с молодости стиля в одежде, третий из новоприбывших уже вовсю занимался больными. Но не читал над ними молитвы и даже не творил заклинания, а проворно вкалывал в наиболее крупные колонии лишайника какую-то подозрительно бурлящую прямо внутри многоразового шприца зеленую гадость.

— Отца Федора сюда! Или Андрэ! Срочно! — прокричал он снизившейся к нему летающей лодке. Как бы там ни повернулось дело, но прыгать через голову собственного начальства для состоящего на военной службе целителя стало бы не лучшим вариантом действий. Тем более кто мог лучше отследить и захватить мелкое и, скорее всего, невидимое летающее существо, чем младший магистр магии воздуха, способный резко придать нужному объему атмосферы плотность камня, чтобы добыча застыла там, как муха в янтаре. — Или меня к ним!

— Да, имеет смысл… — подумав пару секунд, признал Олег. — Может, потому они и затеяли всю эту возню с эпидемией, чтобы в свои войска лишних пятьсот — семьсот тысяч немертвых бойцов в один момент заполучить.

Бывший заведующий Главным московским архивом рассеял свое заклинание и схватился за сердце. Впрочем, его участие в деле истребления разносчиков мора уже не требовалось. Священнослужители, опознавшие в самоуничтожившемся невидимом летуне творение некромантии, принялись обсуждать тонкости молебна, при помощи которого можно будет выжигать эту пакость квартал за кварталом. Шаман и некромант стали упокоивать обратно свое творение, до сих пор качающееся в петле, зло рычащее и ругающееся. А Олег вернулся в выделенный ему район города лечить больных и занимался этим несколько часов подряд до тех пор, пока жезл-накопитель вдруг снова не нагрелся до высокой температуры и не дернул своего хозяина сквозь пространство пред пылающие огнем очи архимагистра. В этот раз он прибыл не последним, а скорее, одним из первых: перед Саввой уже стояли человек двадцать — двадцать пять, а он все доставал и доставал будто из воздуха новых слегка дымящихся людей.

Хозяева дома подверглись внеплановому осмотру, при котором Олег изучал их тела с такой тщательностью, которой от супруга не могла добиться и Анжела в кружевном белье. Вот только ничего интересного, кроме потенциально способной стать раковой меланомой расчесанной родинки и парочки едва-едва появляющихся пятен лишая, чародей так и не обнаружил. Внутри организмов больных не имелось полостей или фурункулов, в которых вызревали бы созданные некромантами разносчики мора. Ну или маскировка их оказалась настолько совершенной, что опытный целитель не мог ничего обнаружить без вскрытия и тщательного анализа каждого миллиметра как пораженных лишайником, так и кажущихся здоровыми тканей.

— Детей вы сможете вылечить, раз уж нашли правильный способ лечения? — Мать в первую очередь волновало именно это. — Они же больны покуда не так сильно, вы сами вчера говорили…

— Как мог, так людей и спасал, — с достоинством ответил Олег, убирая револьвер обратно в кобуру. Но левая рука у него на жезл-накопитель легла почти сама собой. Вдруг чернокожий решит отомстить?

— Еще бы: я при помощи специальной краски нанес вам вчера на губы, веки и уши специальные руны, притягивающие некроэнергию. Фактически проклял. Уровень воздействия слишком низок, чтобы убить человека, хотя определенные негативные процессы в тканях и начинают постепенно нарастать, а вот молодым частичкам лишайника их вполне хватает, чтобы увянуть. Возможно, на месте воздействия останутся побелевшие из-за омертвения участки кожи, ну да косметика решит данную проблему.

— Как видишь. Разношу притирания, микстуры и прочую дрянь, которую ваш брат тратит десятками литров, а в крепости варят целыми котлами. Мне-то найти разбредшихся по городу волшебников намного проще, чем кому-либо еще. — Егерь тряхнул здоровенным рюкзаком, что красовался у него за плечами. — Впрочем, я не особенно переживаю по этому поводу. Модифицированный организм и все такое прочее.

— Спасибо. — Целитель стесняться совершенно не собирался. — Кто-нибудь уже выяснил, в каких случаях куски лишайника трансформируются в переносчика болезни, который облегчает распространение эпидемии?

Пока целитель общался с монахом, шаман на пару со служкой проводили над больными какие-то таинственные манипуляции. Косточки, вплетенные в волосы чернокожего колдуна, дергались туда-сюда, глаза его закатились, да и сам христианин родом из Африки почему-то вдруг стал почти на минуту каким-то полупрозрачным, словно привидение.

— Сейчас мы посмотрим их, и вот увидите: раз на вас примененные чары так хорошо сказались, то дети и вовсе окажутся почти здоровы. Если правильно наносить руны и вовремя их убирать, то мы не только не дадим лишайнику разрастаться, но и несколько увеличим устойчивость детей к темной магии на ближайшие годы. Их организмы привыкнут к ней в достаточной мере, чтобы ребятишкам больше не пришлось бояться обычных сглазов, — заверил ее Олег. — Плохо только, что нет у нас запасного меня. Число заболевших постепенно растет. Я не уверен, что смогу, как и вчера, заходить к вам каждые восемь часов…

— Да, но никаких наград или посмертного продвижения по службе не ждите, — кивнул Савва. — Официально такие просто пропадут без вести во время патрулирования. И через положенный срок будут признаны мертвыми.

— Условия вроде как неплохие. Драка вряд ли затянется дольше чем на пару дней, а деньги за нее сулят приличные. Опять же, когда еще выдастся возможность посетить Китай без оформления кучи документов? — Рисковать жизнью целителю не очень хотелось. Однако, учитывая состояние Анжелы и неизбежно связанные с ним и его последствиями дополнительные расходы, надо было идти. — Но имей в виду, медведь сиволапый: в восточных традициях девушкой на выданье принято считать такую мелюзгу, которую у нас исключительно куклами балуют, поскольку о нарядах им еще рано задумываться. И вообще азиатки куда меньше по размерам, чем привычные тебе деревенские молодки. Так что подбирай себе зазнобу по своим габаритам, а не какой-нибудь хрупкий нежный цветок, пусть и до жути симпатичный. Или я, вот чисто по-дружески, так над тобой поколдую, что ближайшие года три в организме не случится ни одной победы гидравлики над гравитацией!

— Я и создал, милок. Я ж до того как эти предатели Союз развалили, Главным архивом самой Москвы заведовал, — печально вздохнул старик, по всей видимости, насильно постриженный в монахи и удаленный от столицы, дабы новой власти проблем не создавать. — А нет для секретных документов худшего врага, чем моль! Нет, сырость еще и пожары вредны, ну да против них у нас такие обереги существовали — просто сказка. А вот против бабочек они не помогали, так что самому возиться пришлось.

Подпрыгнув едва ли не до потолка, боевой маг обрушил вниз огненный удар, однако пламя лишь впустую обуглило застеленные одеялом доски и испортило постельное белье. Никакого подпаленного вредителя-диверсанта, пусть даже размером с таракана, там не обнаружилось. А то место на пятке, которого что-то коснулось, выглядело абсолютно целым. На нем не удалось обнаружить ни ран, ни проколов, ни даже царапин. Но целитель все равно бестрепетно срезал не меньше полусантиметра плоти на подозрительном участке ступни. Интуиция подсказывала боевому магу, что несколько секунд назад его пытались инфицировать. Спящий человек, которым он наверняка выглядел со стороны, столь слабого воздействия просто не почувствовал бы. Да и бодрствующий запросто мог не заметить, если бы не находился на взводе. Подумаешь, зачесалось где-то слегка… Да такие случаи на дню по сотне раз бывают. А много ли надо неведомому переносчику вируса, чтобы внедрить маленькую колонию клеток лишайника в эпидермис жертвы? Дальше же модифицированный грибок-паразит вполне способен распространиться самостоятельно.

— Думаю, вампиры надолго у берегов Китая не задержатся, — покачал головой Стефан. — Из всех ценностей, которые там имеются, им важнее всего люди. Золота у ацтеков хватает и своего.

— По регламенту… — заикнулся было летун, которому явно не улыбалось в сей ранний час срываться с патрулирования и искать далеко не самых слабых магов гарнизона, а то и вытаскивать их из кроватей. Да и от общества целителя, плотно контактировавшего с великим множеством больных потенциально смертельной дрянью, ему, скорее всего, хотелось отвертеться.

Он взглянул на часы и с чертыханьем бросился одеваться. Из-за промедления почти опоздал начать свой следующий обход, и хотя проконтролировать целителя было в общем-то некому, но люди-то его ждали… И если волшебник вдруг возьмет и опоздает или вообще не придет, то им могло стать резко хуже.

— Олег, дык ты это… — в толпе чародеев оказался и Святослав, глаза которого от открывающихся перспектив буквально горели. И вряд ли его так возбудило обещанное потенциальным нанимателем золото. Бывший крестьянин среди своих друзей являлся, пожалуй, наиболее состоятельным типом, поскольку тратить жалованье ему было особо не на кого. — Думаешь-то чего?

— Судя по паническим обрывкам тех астральных сообщений, что сумели расшифровать наши связистки, атаковано не меньше семи прибрежных городов. А китайцам и ответить-то толком нечем — все военные части друг с другом воюют, — добавил Стефан.

— Так ты его не уничтожишь, только вырубишь недельки на две-три. А потом оно оклемается, соберется в кучку и либо уйдет на свой план, либо опять на охоту выйдет, — флегматично заметил Олег, наблюдая за тем, как стоящий одной ногой в могиле пациент перекапывает теоретически вечное и бессмертное существо, в недобрый для себя час надумавшее связаться с решительно настроенным человеком.

На секунду Олега заинтересовало, как именно сможет древний волхв залегендировать такую убыль подчиненных в случае катастрофических потерь. Впрочем… Проверяющей комиссии, буде она появится в Стяжинске, архимагистр, скорее всего, подберет маршрут, уводящий в такие дебри, откуда она вовек не вернется. В конце концов, за последнюю пару тысячелетий ряды мамонтов-личей не особенно и поредели. Значит, надо придумывать новые методы борьбы с этой угрозой! Например, попытаться пугать их канцелярскими крысами. Обычные слоны же вроде боятся мышей? Вот! Значит, теоретически это может сработать! А не испугаются, так потравятся. Ну а если и не потравятся, так хотя бы наедятся и лезть к поселенцам некоторое время не будут.

Пересказ всей логической цепочки, пришедшей в голову целителю, занял едва ли пару минут. А вот поиск доказательств выдвинутой гипотезы — и того меньше, секунд пятнадцать.

А потому целитель сначала полностью опустошил по непонятной угрозе барабан и только после двукратного напрасного щелканья курком задумался о том, а что сие такое было. Именно было — на прежнем месте оно теперь уже не наблюдалось. Близкое знакомство с тяжелыми пулями не свалило его на пол и даже не заставило истекать кровью, лимфой или эктоплазмой, а лишь побудило выскочить из дома по кратчайшей траектории. В окно, под которым сейчас слышался испуганный и слегка заикающийся отборный русский мат вперемешку с какой-то латынью, отдельные слова из которой Олег узнавал благодаря изучению трофейных европейских магических трактатов.

Олег досадливо цыкнул зубом. Ограничить распространение эпидемии сильно мешало то, что до сих пор оставалось неясным, как именно она передается. Причем вроде бы уже опровергнутой оказалась даже версия с воздушно-капельным путем. Кто-то из богатых ссыльных, отгородившийся от остального мира барьерами и заставивший воздух в своем особняке циркулировать и заново обогащаться кислородом не хуже, чем в подводной лодке, с удивлением обнаружил на пришедших ему пожаловаться домочадцах пятна лишайника. Все возможные и невозможные меры предосторожности попросту не действовали! Даже глухие костюмы алхимической защиты, вытащенные с какого-то склада времен Первой мировой магической войны и надетые на назначенных санитарами ведьмаков, не смогли уберечь своих обладателей от спор ужасного грибка. Хотя купание под дождичком из слабенькой кислоты и пребывание в облаках ядовитого тумана их обладатели выдерживали стоически. Разве только часто чесались, поскольку обильно потели внутри герметичных зачарованных комбинезонов из резины.

— Как будет осуществлена доставка в Шанхай и эвакуация? — Старшие чародеи продолжали забрасывать китайского архимага вопросами. — За чей счет будут заботиться о раненых?

— Все живые будут исцелены лично мною, гарантом в том будет архимагистр Савва. Мы знакомы с ним более семисот лет, и он не раз повторял, что не встречал более умелого лекаря. — Ситуация с тем, почему именно древний волхв решил вломить вампирам, обросла дополнительными подробностями. Видимо, архимагистр не сильно надеялся на помощь из центра страны в своевременной борьбе с мором, а потому напряг свои связи, чтобы получить помощь из ближайшего возможного источника. Пусть и не совсем забесплатно. Хотя китайский архимаг и собирался компенсировать наемникам боевые риски более чем щедро, но по большому счету в данный момент ему небольшой отряд союзных чародеев был нужнее, чем волхву — персона, способная обуздать мор. — Он же построит для добровольцев портал на мой летающий корабль, что сейчас парит где-то над лесами Сибири. А оттуда их к Шанхаю перенесу уже я. Обратно вы пройдете тем же маршрутом ровно через двадцать четыре часа после того, как вампиры окажутся сброшены в море!

— Он в него выстрелил, святой отец! Вот ей-богу, выстрелил! — возбужденно затараторил чей-то довольно юный голос снаружи дома.

Выбежав во двор, он без промедления запустил в небо сигнальный огненный шар. Пусть и заманчиво было самому отловить разносчика мора и предъявить его да хоть тому же архимагистру, но следовало здраво оценивать свои силы. А также время, требуемое для выполнения данной задачи. И новые люди рискуют заболеть каждую минуту, и особо ценные сведения враз способны утратить свою актуальность, если кто-нибудь из чародеев придет к тем же выводам. Или просто из Китая, где на борьбу с эпидемией наверняка брошено куда больше сил, даже несмотря на гражданскую войну и вторжение вампиров, придет полный и детальный отчет по этому новому оружию массового поражения.

Падальщик астрала по вкусу действительно напоминал холодец, разве только оказался все же несколько более плотным и жестковатым. Впрочем, возможно, хозяин дома свою добычу попросту передержал на плите дольше необходимого, поскольку, по его же собственному признанию, тушил загнанную лопатой в котелок субстанцию почти шесть часов, чтобы уж точно очистить огнем все имеющиеся в ней минеральные примеси и опасную магию.

— Дело первостепенной важности! Кажется, я знаю, как победить болезнь!..

Правда, простым горожанам заполучить помощь такого специалиста не светило: ее удостаивались лишь ссыльные дворяне, некоторые чиновники да купцы. Увы, даже так его не хватало на всех, а за место в очереди на прием к сильнейшему магу округи среди верхушки местного высшего общества разворачивались интриги, по накалу страстей мало уступающие борьбе за престол какого-нибудь мелкого княжества. Во всяком случае, одну отравительницу, пытавшуюся продвинуться вперед самыми радикальными методами, на главной городской площади казнили публично. Олег, узнав об этом, только и мог, что начать ругаться. Такой рассадник и без того со страшной скоростью заражающего людей грибка, может, и служил хорошим наглядным доказательством необходимости соблюдения законов, но вот число заболевших явно увеличивал со страшной скоростью.

Отец Федор и некоторая часть прибывших на подмогу священников обнаружились на городской площади, где темнокожий беженец из Османской империи и Бахарь Погребельский на пару поднимали из мертвых труп отравительницы, даже не вынимая его из петли. Женщина, лишь недавно бывшая относительно красивой и даже соблазнительной, ныне больше напоминала заросшую мхом кикимору. Только цвет у дамы, покрытой лишайником в несколько слоев, оказался немного не такой, как у исконных обитательниц болот. А еще она отчетливо рычала, сквернословила и дергалась, протягивая руки в сторону представителей власти, приговоривших ее к смерти. Хотя и вполне по заслугам. Но особе, вырванной из царства мертвых, похоже, до подобных мелочей не было никакого дела. Впрочем, на плохое настроение «объекта» шаман и некромант не обращали ни малейшего внимания. По очереди они проводили с телом живого мертвеца понятные только им манипуляции, а потом оглашали результат, который немедленно фиксировался монахами.

— Ничего странного в том не вижу, отрок. В брата Родиона по первому разу многие стреляют. Я и сам его кадилом огрел, как в первый раз спросонья увидел. — Как оказалось, снаружи людей было как минимум трое. И один из них, скорее всего, был попом. Уж больно по интонации отца Федора напоминал, проскальзывало у многих священнослужителей в речи нечто такое общее. Видимо, имелся у них какой-то свой курс ораторской подготовки, чтобы проповеди лучше читались и обличение грехов прихожан торжественнее звучало. — И ведь сколько раз говорили ему, аспиду: убери ты это непотребство, бога ради. Не позорься сам и не пугай народ! Так ведь нет! Упорствует. За что и страдает… Но в этот раз вроде без крови обошлось, уж больно ругается он шибко. Эй, там, в хате! Не стреляй! Свои мы!

— Олег, дык, да ты чего! — аж возмутился такой постановке вопроса Стефан. — Нешто я совсем того… без понятия?! Да у нас в роду ни на ком младше четырнадцати не женились!

— Мне бы польско-русский словарь магических терминов, особенно с учетом тех деталей, которые применяются в артефакторике. — Олег каким-то образом понял, что «разумные» пределы у этого типа заканчиваются где-то в районе десяти рублей. Скорее всего, сработали его способности оракула. Или просто мозг высчитал подсознательно среднеарифметическое значение щедрости разного рода чиновников. А светские они там или духовные — это уже дело десятое. Оставалось лишь надеяться, что одним только словарем его награда за сделанную удачную догадку не ограничится и что-нибудь еще подбросит и комендант. Или Андрэ с отцом Федором. — Привез с войны пару книжек трофейных, а прочитать их толком и не могу.

Вторично ворвавшаяся в дом высокая черная фигура с красно-багровой мордой чуть снова не нарвалась на несколько револьверных пуль. Лишь большим усилием воли Олег смог удержать палец на спусковом крючке, а вот лежащая на кровати женщина вновь испуганно взвизгнула. И, надо сказать, реакция больной на подобного гостя была очень даже оправданна. Уж больно страшен он оказался на неискушенный взгляд простого обывателя. Рост — два метра с хвостиком. Черная кожа, несмотря на весеннюю прохладу, почти не скрыта одеждой, за исключением коротких шорт, больше напоминающих семейные трусы. Вместо лица — переплетение светящихся багрово-красным линий, рун и каких-то иероглифов, отдаленно похожих на египетские. Заплетенные в сотни косичек длинные волосы, украшенные множеством поделок из кости и птичьих перьев, создают гриву, которой обзавидовался бы любой лев. Даже Олегу потребовалось несколько секунд на то, чтобы понять, что видит он не демона, а просто здоровенного и мускулистого негра с размалеванной какими-то магическими татуировками рожей. Притом крещеного, судя по небольшому крестику из коричневого дерева, заметить который на широкой груди удалось далеко не сразу.

У Олега в горле застрял кусок «шайтана», тушенного с грибами, перцем и чесноком, а в голове с неслышимым другим щелчком сложились детали головоломки. Да, неживые наследники атлантов были великими некромантами. Но даже им при сотворении своих ужасающих шедевров приходилось оглядываться на законы сохранения массы и энергии, которые магия могла помочь на отдельных участках обойти, но никак не проигнорировать. И потому для рождения тварей, переносящих лишайник без непосредственного участия темных чародеев, требовался какой-то биологический материал и жизнеспособные клетки отвратительного грибка-паразита. И кусочки колонии, которые были насильственно удалены со своих носителей, подходили для создания переносчиков мора лучше всего!

В продолжающем дергаться, несмотря на неоднократное расчленение, комке то ли дыма, то ли плоти чародей уверенно опознал мелкого темного духа. Падальщики астрала, подобные ему, нередко появлялись в тех местах, где за короткие сроки много людей гибли, а еще больше начинали плохо себя чувствовать. Со взрослыми здоровыми жертвами они по своей воле не связывались, но вот накинуться на ослабленную добычу, уже не способную им сопротивляться, любили больше всего на свете. Как уж они находили идеальные для охоты места и воплощались в реальность — оставалось только гадать. Хорошо хоть усилия свои не координировали, оставаясь завзятыми индивидуалистами, и наброситься толпой на одного больного могли если только случайно.

— Действительно уникальная возможность, грех такую упускать. — Сарказмом в голосе Олега можно было бы дезинфицировать хирургические инструменты вместо хлора, но, похоже, младший магистр магии воздуха даже не заметил издевки. Отойдя от него в сторону на пару шагов, целитель наконец-то осмотрелся по сторонам… И впал в недоумение.

— Молодец, боец! Объявляю благодарность! — покровительственно похлопал Олега по плечу тот из священников, в котором чувствовалась начальственная нотка. — Может ли в чем тебе помочь святая церковь? В разумных пределах конечно же.

— Может, как раз теперь и прекратят. Ничто так не сплачивает людей, как наличие общего врага. Тем более такого. — Олег сплюнул на талый снег, не скрывая своих эмоций. К империи Крови, как официально называлось занимающее большую часть Южной Америки государство, очень мало людей питали теплые чувства. Это вообще очень странно — любить тех, кто хочет тебя сожрать живьем. — Хотя я думал, ацтеки слишком увязли в войне с США, чтобы на кого-то еще набеги делать. Отдельные пиратские налеты — это одно дело, но тут речь чуть ли не о целом вторжении идет.

— Господин целитель, а вот вчерашней добычи отведать не изволите ли? — Помимо воли не успевший позавтракать Олег постоянно косился в сторону кухни, откуда, несмотря на царящие в городе упаднические настроения, очень завлекательно тянуло крайне аппетитными ароматами. И для хозяина дома, который чувствовал себя вроде бы и хуже, чем вчера, но все еще передвигался без посторонней помощи, это не осталось незамеченным. — Я ведь этого шайтана и вправду сварил в котелке, как зайца какого! Недурственно так получилось, особенно если сушеных белых грибов добавить; половину мы и съели уже…

Небольшой заряд пламени, созданный чародеем, врезался в темного духа и буквально размазал того по крыльцу. Остатки стали испаряться, как и положено всяческой порядочной эктоплазме, но вряд ли тварь умерла. Скорее всего, просто поспешила вернуться на свой план реальности, где она снова соберется в более-менее устойчивую форму. Вот только произойдет это лишь к тому моменту, когда проблемы Стяжинска разрешатся так или иначе. Либо пандемия пойдет на спад, либо город попросту сожгут, чтобы уничтожить эпицентр заразы.

— Да, мне тоже пора возвращаться к работе, — согласился Олег. — Только пристукну вон того духа, что у крыльца прячется, пока он не разъелся в тварь, действительно способную доставить нам неприятности и чей-нибудь труп на ноги поднять.

— Нет, пока еще ни одного не было, — обрадовал собеседника толстяк. — Учитывая последние новости, это неудивительно. Скорее всего, наложенные архимагистром на свой дом защитные чары оказались достаточно действенны.

— Ну? — обернулся к нему священнослужитель, как только негр закончил свои таинственные манипуляции. — Не томи, Родион: что ты узнал?

Нет, прямо вот здесь ничего интересного не было. Видимо, перетащили то ли выше, то ли ниже. Но сам зал, которому никак не могло быть меньше нескольких тысяч лет… такая древность внушала легкое почтение к мастерству тех, кто построил это место, раз оно за столько времени все еще не обрушилось к чертовой бабушке. И ничего больше. Преклоняться перед древними магами Олег не собирался. Раз они были все из себя такие умные, так что ж едва планету не угробили, спустили достижения своих цивилизаций в канализацию, да и сами передохли?..

— А давайте: попробую, каков он, темный дух с гарниром! — не стал отказываться чародей, который как никто другой знал, что на магию требуются силы. Тем более что нанесенные им накануне руны дали очень даже неплохой результат. Под воздействием магии смерти развитие лишайника практически остановилось. Миллиметры роста против сантиметров — очень неплохой результат! Дающий ощутимую надежду дотянуть до нахождения по-настоящему действенного лекарства. Учитывая личность его создателей, скорее всего, это было нечто вроде встроенной системы защиты. В городах Южной Америки, где некроэнергией были пропитаны даже камни, данный штамм биологического оружия существенных неприятностей причинить бы не смог при всем желании и оказался бы оперативно локализован и уничтожен без большого количества жертв. Кровососы жрали поклоняющихся им людей, но в то же время и заботились о них. Ведь от количества и качества доступной пищи зависело их собственное существование!..

— Олег! Сюда! — Одним из присутствующих в зале оказался Андрэ, рядом с которым стоял его дядя. — Слышал, как ты вычислил эту порхающую дрянь, которую сейчас по всему городу уничтожают. Хорошая работа!

— Хм, странно как-то… — пока взрослые ели, старшая дочь шорника, которой было лет пятнадцать, принялась наводить на кухне порядок. — Па-ап, а ты эту чашку не трогал? Точно не трогал? А когда ночью пить ходил, тоже не трогал?

Громко хлопнула входная дверь, раздался шумный топот шагов кого-то тяжелого, с трудом встающая с постели хозяйка дома испуганно округлила глаза, резко дернулась и открыла рот, чтобы панически завизжать, а сзади на Олега дохнуло четко ощутимой опасностью… В общем, падать на пол, вырывать из кобуры револьвер и телекинезом метать в направлении угрозы ближайшую табуретку он начал практически одновременно. Инстинкты боевого мага взяли свое, да к тому же замеченная краем глаза и почти уже дотянувшаяся до чародея высокая широкоплечая черная фигура с какой-то багрово-красной мешаниной вместо лица и громадной гривой с заплетенными в нее костями выглядела на редкость недружелюбно.

— Мы очень упрямые существа, Олег. Просто не знаем, когда надо лечь и сдохнуть, а потому продолжаем бороться, даже когда шансов вроде бы нет. — Олег настолько глубоко ушел в свои мысли, что не заметил, как сзади к нему подошел человек. По крайней мере, это оказался один из тех, кого он очень хорошо знал, а не какой-нибудь люмпен, намеревающийся при случае разжиться медикаментами и прочим, без сомнения дорогим имуществом целителя.

— Подключить детей? Нельзя. Я наложил чары на ваши мышцы и кишечник, чтобы облегчить длительную неподвижность, но с ними так не получится, — отрицательно покачал головой целитель, осторожно разъединяя запястья супругов. Единственному дееспособному взрослому в этой семье требовалось сходить удалить излишки накопившихся в организме продуктов распада и съесть как можно больше калорийной пищи. И в это время поддерживать жизнь в тяжелобольном человеке придется Олегу. Правда, донорством он заниматься не собирался, ему бы вполне хватило и одной лишь магии, чтобы на четверть часа стимулировать работу легких больного. — Они из-за обычной непоседливости не усидят на месте и разорвут соединения. А тогда есть опасность, что вы истечете кровью, если не сможете сами наложить жгут и не сумеете меня дозваться.

«Крупнейший порт империи Золотого Дракона. А может быть, даже и всего мира, — вспомнил Олег общеизвестную информацию об этом городе, который и в его мире был весьма знаменит. Чего стоит хотя бы тот факт, что чайнатауны иногда именовали шанхаями… — Следовательно, китайцев, желающих его вернуть, будет много. И нежити, поднятой на основе зараженных лишайником горожан, там тоже окажется предостаточно. Как и ацтеков: ведь высаживать в тех краях относительно небольшую десантную партию в пару тысяч кровососов не имеет смысла. Затопчут просто за счет количества защитников».

Пока все остальные говорили, единственный в компании некромант был занят действием. Брусок алхимического мела, который он достал из кармана, оказался растерт руками мага смерти до состояния порошка. И эта взвесь, повинуясь воле чародея, сорвалась в короткий полет туда, где заканчивался луч магического целеуказателя. Большая часть крупинок безвредно осыпалась вниз, но меньшая осела на… чем-то. На высоте примерно тридцати сантиметров над слоем подтаявшего снега неспешно летело создание, имевшее, на взгляд Олега, куда больше общего с комаром, чем с молью. Нет, крылья у него и в самом деле оказались почти как у бабочки, но в комплекте к ним прилагались длинные ноги и не менее длинный хоботок длиной около сантиметра с заметным расширением на конце. Скорее всего, именно прикосновение данного органа и почувствовал целитель сегодня утром. Из-за дополнительного веса, вызванного облепившей его пылью, творение вампирской магии стремительно снижалось. Стоило ему коснуться снега — и оно тут же истлело. И даже попытавшиеся найти его останки монахи так ничего и не смогли обнаружить. Зато чары бывшего архивного работника засекли еще одну, новую цель, то ли влетевшую в их радиус действия, то ли просто родившуюся несколько секунд назад.

— Можно ли сразу договориться о том, чтобы вместо женщин или ваших трактатов получить деньги? — Видимо, не только стоявшие позади Олега чародеи знали об этих особенностях Китая, и один из ссыльных магистров решился задать иностранному архимагу свой вопрос. — Или артефакты ранга так четвертого, не меньше?

— К вечеру, — подтвердил Олег. — Посмотрю, как помогают носовые фильтры, что я установил вашей матушке.

Целители, священники и прочие медицинские эксперты внимательно осматривали больных и трупы, пытаясь понять, как может распространяться созданный кровососами мор. Однако живые и мертвые тела не содержали ответа на вставший перед ними вопрос, поскольку именно там разносчика и стали бы искать в первую очередь. Существа же, переносившие заболевание, рождались из отпавших от человеческого организма частей лишайника! Скорее всего, они крайне мелкие и хрупкие, ведь набрать массу им неоткуда, и не почудилось же ему то недавнее едва уловимое прикосновение, после которого на обугленном постельном белье никаких следов уничтоженной тварюшки не осталось. Возможно, они невидимы: однажды целитель уже сталкивался с летающими хищными медузами, умеющими виртуозно мимикрировать под окружающую среду; но точно вполне материальны! В то время как отчаявшиеся найти способ распространения мора священники и чародеи уже стали подозревать лишайник в том, что тот заражает новых жертв при помощи какой-то хитрой магии, которую они и обнаружить-то не способны…

— Не знаю, да и зачем гадать? Все равно Савва скоро все расскажет, — отмахнулся Андрэ. — А насчет горожан ты особо не волнуйся. К завтрашнему дню на летающем корабле должны прибыть студенты из Петербургской Академии оккультных наук под руководством нескольких специалистов-эпидемиологов. Когда еще у них выпадет возможность потренироваться в борьбе с искусственно модифицированным мором без того, чтобы отвлекаться на вражеских солдат, различных диверсантов и прочие мелочи?

— Сам ты нежить! — Последовавший вслед за этим взрыв непереводимого национального фольклора целитель опознать не смог. Нет, было понятно, что ругают, но вот на каком языке? Вроде таких конструкций он ни разу не слышал, а уж в госпитале при действующей армии каких только нецензурных оборотов не наслушаешься… Солдаты из десятков разных народов, собранные со всех концов матушки-России, во время операций или после них имели тенденцию в словах ничуть не стесняться, знакомя персонал лечебного заведения со всем богатством родной им речи. — А еще псих, дебил, идиот, кретин и истеричка! А самое главное — неуч! Ты зачем, поганец, чуть не половину всех целителей города надоумил ритуалы на крови проводить?!

— Не предатели, а правители, — одернул старика другой церковник, который на фоне остальных собратьев выглядел как-то… начальственно. Вроде и ряса того же фасона, и крест не больше, чем у других, и даже аура не особо мощная, однако на остальных священников он поглядывал с видимым превосходством. — И почему же вы тогда раньше это замечательное заклинание не использовали?

— Будем надеяться на лучшее, — дипломатично отозвался Олег, которому почему-то не верилось в простую и быструю победу над эпидемией. — Если не секрет, святой отец, то сколько и кого вместе с вами прибыло в Стяжинск? Просто хочу я узнать, идти ли мне на очередной обход или можно наконец-то спать завалиться.

— Добрый день, — поприветствовал Олег хозяев, входя в дом, и лишь поздоровавшись, понял, насколько неуместны его слова. Это было то же самое строение, куда он заглянул первым делом, и младшего из детей проживающие в нем люди вчера под вечер похоронили в заранее вырытой могилке. А старшие вылезли из подвала, поскольку обнаружили на себе пятна лишая. Ну а глава семейства накануне подвергся весьма сомнительной терапии, поскольку сам дышать уже не мог. — Простите… Как вы?

Тщательное обшаривание не только комнаты, но и всего дома ничего не принесло. Либо таинственный переносчик сгорел абсолютно без остатка, либо успешно умудрился спрятаться от разыскивающего его чародея. Обе эти гипотезы имели примерно одинаковое право на существование. Вампиры из Южной Америки не стали бы делать существ-диверсантов, которых легко обнаружить и поймать. Доказательством данного факта служило то, что чародеи Стяжинска во главе с целым архимагистром покуда не могли поймать разносчиков заразы. Иначе Олегу, как и прочим целителям, уже прислали бы информацию о том, что это за существа, где их чаще всего получается обнаружить и как можно уничтожить. В конце концов, как прикажете бороться с мором, если какие-то мерзкие твари беспрепятственно инфицируют все новых и новых людей? Да и свежевылеченные от изначально здоровых в этом плане не должны особо отличаться — иммунитет обычного человека против паразитического лишайника не слишком-то эффективен.

— Ты о чем? — не понял целитель. — Я здесь, если ты не заметил, несколько ограничен в доступе к свежей информации.