Волею случая (издательская редактура)

«Как же сильно затекла шея…»

Сознание стало постепенно гаснуть.

Последнее, что увидел Валера, это был медик, который склонился над ним…

Как и в прошлый раз, сознание вернулось резко. Словно вынырнуло из темноты. Он за рулём машины. Впереди какой-то грузовик.

— Ёжики пушистые, я же водить не умею! — машину начало таскать из стороны в сторону.

Тормоз где-то тут. Сбрасываем скорость. Машина остановилась, Валера ошалело смотрел по сторонам. Вытер рукавом струящийся пот.

— Стресс за стрессом. Что же это со мной творится? Я теперь почище супермена, получается.

Сзади просигналили, и слева появилась белая «Волга». Водитель махнул рукой в сторону обочины и умчался дальше.

Валера осторожно тронул машину с места, аккуратно съехал на обочину.

— И что же я тут должен был сделать?

Он несколько минут посидел в машине, потом вышел, осмотрелся. Слева и справа тянулись поля с колосящейся рожью. Или пшеницей. Таких тонкостей он не знал, хоть и прожил в прошлой своей жизни пятьдесят лет. Впереди дорога изгибалась и уходила за массив леса.

— Хорошо-то как! — воскликнул Валера и подставил лицо солнцу. — Интересно, как я выгляжу? Я ведь до этого не имел возможности посмотреться в зеркало. И документы можно глянуть.

В зеркало заднего вида на него смотрел тридцатилетний мужчина с неброской внешностью и монгольскими чертами лица. Тёмные глаза выражали присутствие недюжинного интеллекта.

— В кого же это я попал?

Он хотел было поискать документы, но впереди раздался визг тормозов, грохот, лязг.

Валера нырнул на водительское место. Машина была не заглушена. Аккуратно тронулся с места и на небольшой скорости поехал на донёсшийся страшный звук. Километра через три перед глазами предстала ужасная картина. Несколько автомобилей на перекрёстке столкнулись друг с другом.

— Грузовик, который ехал впереди меня, развёрнут попёрек, ЗиЛ-131. Под стоящим рядом «Икарусом» — «Волга». Передок разбит. Капот открыт, идёт дымок. Перед ЗиЛом ещё какой-то грузовик. Его кабина смята в гармошку. И там что-то разгорается. Народу никого не видно. Валера бросил машину, не поставив её на ручник, и та скатилась в кювет. Водитель Волги был мёртв. Автобус оказался закрыт. Водителя ЗиЛа пришлось вытаскивать через сиденье пассажира. Грузный мужчина. Не менее ста килограммов рухнули на Валеру и прижали к земле.

— Ёжики пушистые, — пробормотал Валера, с трудом вылезая из-под водителя.

Прихватил его за подмышки, потянул в кювет. Пришлось приложить все силы. Напряжение такое, что, казалось, вот-вот лопнут вены на лице. Огонь разгорался. Горело что-то в кузове разбитого грузовика. Его водитель был расплющен, и лезть туда не имело смысла.

— Так, а что у нас с автобусом? В окнах вроде никого не видать. Водитель лежит на руле. Двери заклинило. Надо разбить стекло, залезть и открыть двери изнутри. Не дай Бог что-нибудь взорвётся.

Монтировка из ЗиЛа помогла забраться в автобус. Водитель начал приходить в себя, по его разбитой в кровь голове было понятно, что помощи от него ждать не придётся. Валера окинул взглядом салон. Человек десять в разных позах. Кто-то охал и шумно вдыхал воздух. Валера помог водителю выйти из автобуса.

— Вон туда, на траву, к кустарникам, дойдёшь? — Валера, не дожидаясь ответа, бросился обратно в салон.

Молодая женщина с ребёнком лежала попёрек сидений. Мальчик лет трёх молча наблюдал за Валерой.

— Ничего не болит? — спросил он.

— Нет, — шёпотом ответил тот.

Осторожно освобождая ребёнка из крепко сжатых рук женщины, он увидел, как на её лице начал расплываться синяк.

«Сильно чем-то приложило».

— Как тебя зовут?

— Селёжа, — ответил малыш тем же голосом.

— Беги вон туда, где дядя сидит, а я твою маму принесу. Обгонишь меня?

Мальчик кивнул и побежал в указанное место. Женщина оказалась лёгкой, и Валера захватил и её сумочку. Несколько пассажиров пришли в себя и самостоятельно покинули салон.

Задняя часть «Икаруса» была деформирована, именно оттуда доносились охающие звуки. Мужчина лет сорока оказался зажат между развернувшимся сиденьем и стенкой автобуса.

— Как это тебя угораздило?

Красное от напряжения лицо, безвольно болтающаяся рука.

— Слышишь меня? Моргни, — сказал Валера, тронув мужчину за плечо.

Веки тяжело закрылись и открылись.

— Рёбра сломаны и рука?

Веки опять опустились и поднялись.

— Что-нибудь еще сломано?

В этот раз взгляд остался немигающим.

— Можешь ещё немного потерпеть? Выведу старушку, какой-нибудь инструмент найду, а то так просто тебя не вытащить отсюда.

Мужчина моргнул.

— Держись, постараюсь быстро.

Валера подхватил старушку пошел с ней, с трудом удерживая её, потому что она оступалась и падала. Вдруг он увидел разгоревшееся пламя. ЗиЛ уже горел. Значит, времени оставалось совсем немного. Надо торопиться. На обратном пути к автобусу какой-то парень вцепился в руку и постарался задержать Валеру.

— Дурак, сейчас все взорвётся! Ты погибнешь! Идиот!

Валера стряхнул его, как нечто ненужное, схватил брошенную до этого монтировку и нырнул в салон.

— Держись, друг! — как можно веселее крикнул он мужчине.

Под сиденьем водителя обнаружился домкрат.

В ходе небольших манипуляций получилась своеобразная распорка. Валера обратил внимание на то, что совсем не боится взрыва и действует спокойно, хладнокровно. Будто выполняет свою привычную, делаемую уже не раз, работу. Мужчина глазами стал показывать на огонь и мычать.

— Вместе уйдём! — Валера посмотрел в обречённые потухшие глаза, не переставая заниматься делом. — Слышишь? Уйдём только вместе!

В какой-то момент мужчина вскрикнул и стал медленно оседать. Валера, стоя на колене, подхватил его.

«Нести придётся на руках. На плечо не закинешь, рёбра сломаны».

С трудом поднялся на ноги. Слегка потемнело в глазах.

«Мужик сознание потерял. Тем лучше».

Добрался до выхода в переднюю дверь, так как не открывалась задняя, была деформирована. Едва успел сделать шаг на спасительную ступеньку, как раздался взрыв, и их обоих с силой швырнуло вперёд. Приложившись об асфальт, Валера не отключился и, не замечая ушибов и ссадин, вскочил и потянул травмированного мужчину на обочину. Но его кто-то вежливо отстранил и заставил пойти рядом без ноши. Мужчину уложили на носилки и понесли к машине «Скорой помощи».

«Пожарные приехали. И «Скорая», — отрешённо подумал он, глядя в землю прямо перед собой.

Медсестра что-то спрашивала у него, заглядывала в глаза, смазывала раны зеленкой. Но Валера её не слышал.

«Я ехал за грузовиком и должен был оказаться на месте Волги», — неожиданно мелькнула догадка.

Взгляд скользнул по горевшим автомобилям, его машине, торчащей задней частью из кювета, пожарным, медикам, спасённым и задержался на мальчике Серёже.

Тот во все глаза смотрел на него. Валера поднял руку и помахал ему, улыбаясь.

— Всё будет хорошо, — крикнул он. — Ёжики пушистые…

Постарался встать, но внезапная боль пронзила тело, и он, заваливаясь на пытавшуюся удержать его медсестру, провалился в темноту.

Сильный удар откинул его к стене. Неудачно приложился плечом. Появилась боль, но пока терпимая.

«И куда нас занесло на этот раз?»

Валера поднял глаза. На него смотрел высокий абрек с кинжалом на поясе, в военной разгрузке, с чёрной бородой и злыми глазами.

— Руський, ты — труп! Ми просто будем тебя убивать.

— Звериная сущность — убивать себе подобных. Хотя, нет. Звери убивают, когда хотят жрать, а тебе подобные — для развлечения.

Удар пришелся по рёбрам. Валеру скрутило. Боль была невыносимая.

— Аслан, оставь его, — раздался скрипучий голос. — Нам его еще на видео снимать.

— Убить мало.

— Убьешь! Только сделаешь на видео. Ты понял меня?

— Да мне разницы нет.

— Эй! Руський! Вставай! Чего разлёгся? В могила лежать будешь!

Валера с трудом встал, опираясь на стену. Второй мало чем отличался от первого. Разве только не было кинжала на поясе, да на голове — бандана цвета хаки. Хотя ещё и виден приклад автомата за спиной.

— Борис! — крикнул боевик в бандане.

Тут же появился небольшого роста мужичок в потёртой кожаной куртке. Суетливо поставил треногу, водрузил на неё профессиональную видеокамеру. Проделал какие-то манипуляции и преданно посмотрел на главного.

— Готов, — пискнул мужичок.

— Хорошо.

— Руський. Чё у тебя в сумке? Наркотики?

— Посмотри, если хочешь, — ответил Валера.

«Прежний хозяин тела это знает. Спросили бы его».

— Дерзкий? Да? — усмехнулся главарь. — Открывай свой сумка!

Валера, пошатываясь, подошёл к сумке. Открыл и стал доставать вещи. Сменное бельё.

— Наркотики спрятал! Где? Говори! А то резать буду, как свинья!

— Ты кроме, как резать, вообще ещё что-нибудь умеешь? — Валера с усмешкой посмотрел на главаря.

Глаза боевика злобно засверкали.

— Ты отброс! Второсортный руський!

— Марат, можно я его? — первый боевик оскалился, глядя на Валеру, доставая из ножен кинжал.

— Погоди, Аслан, успеется. Он должен просить о пощаде. Валяться у нас в ногах. Лизать сапоги.

— А кинжал в задницу для острых ощущений не воткнуть? А то мечты зашкаливают, — Валера выпрямился и твёрдо смотрел в глаза боевика.

— Борзый? — злобно ухмыльнулсятот. — Неверный, где твой крестик?

Валера нащупал его на груди левой рукой, сжал в кулак.

— Что, в православную веру перейти хочешь?

— Ты труп, руський! Ты мертвый труп! Понял! — неожиданно закричал главарь, брызгая слюной. — Голову отрежу, как барану!

Валера автоматически отряхнул грязный, видавший виды, джинсовый костюм.

«Похоже, мне придётся принять смерть. Мученическую».

От мысли, что будут резать шею ножом, передёрнуло и бросило в жар.

— Снимай крестик, кидай на пол, топчи, — главарь с нескрываемой ненавистью смотрел на свою жертву. — Сделаешь, жизнь дам!