Помоги проекту - поделись книгой:
— Хорошо. Во-вторых, говори, что думаешь, и спрашивай, что хочешь. Ты не сможешь меня ни обидеть, ни смутить. А мне будет так гораздо проще.
— Если что вдруг — первым делом, колокольчик. Ты поняла?
— Во-первых, ты сама не хотела переходить на официальные титулы, дав понять, что тебе совершенно все равно, кто перед тобой в смысле происхождения. Во-вторых, это было просто интересно. Я боялся, что ты не сможешь оставаться такой же непринужденной.
Авантюрист покачал головой.
— Не только смертные. Хотя и ангелы — не лучше, надо сказать. Например, у них есть мир-тюрьма. Туда попадают смертные, которые им чем-то серьезно не угодили. Они перерождаются там, исключительно в людей, кстати, без памяти о прошлой жизни, но все отрицательные эмоции, накопленные за жизнь, им оставляют. А основные местные религии заставляют почитать некоего Единого бога света, храмы в его честь выпивают силы жизни из природы, его учение заставляет страдать, а высшим благом называют — мучительную смерть. Ритуалы напрочь отрезают все магические и мистические способности тех, кто в них участвует. В каком-то времени их мира тех, кто сохранил остатки памяти — сжигают на кострах заживо. А в другом — объявляют сумасшедшими. Люди там не знают ни об Эмпиреях, ни об Инферно, ни о Хаосе. Они вообще считают свой мир — единственным во вселенной. Они постоянно воюют и убивают друг друга, причем, обе стороны — во имя добра и света. Там ломают самые яркие души, заставляя их смиряться и гаснуть.
— Да, — кивнул он с таким видом, будто говорит «сдаюсь».
Авантюрист издал тихий смешок, и в голосе его появились вкрадчивые, почти интимные интонации.
Ой-йо… Я заткнулась, чувствуя, как пунцовеют уши. Стыдобища какая. Зато мы можем, наконец, выяснить интересующий нас всех с моими голосами вопрос, а заодно отвлечься.
Он решил, что я шучу, а я рассказала историю названия со слов Дэвлина, уже когда мы вернулись к остальным.
— Похитить кого-то из моей семьи, — принялась я загибать пальцы, уставившись в потолок и невольно вновь пародируя манеру Эрика, — угрожать чем-то реальным кому-то из вас. Пытать на моих глазах маленького пушистого зверька: котенка, там, или щенка…
— Ваше величество.
— У-ку, — не согласился Пепелок, — там началась неразбериха. Не до прицельной стрельбы. Я думаю, что попали случайно. Максимо, как по-твоему?
Подарки, кстати, были дорогие и чаще всего банальные. Мечи, драгоценности, книги, золотая утварь, чудные музыкальные инструменты, усыпанные драгоценными камнями уздечки в придачу к чистокровным скакунам… Наконец, подошла и моя очередь. Я преодолела три ступеньки наверх и поклонилась новым королю и королеве Аскота. Потом не удержалась и таки стрельнула глазами в герцога.
Он повел рукой, и, повинуясь простейшему жесту, часть фигуры погасла, осталась единственная, привычная мне по лаборатории, оставшейся от Даро, пентаграмма, только здоровенная.
Кажется, демона окончательно достала моя непредсказуемость, и он таки решил со всем этим покончить раз и навсегда.
— Там не было золота, — возразил Дэвлин.
— Нет, — неохотно ответила я, пытаясь одновременно убить его взглядом, — просто не похоже, что он мог это разыграть. Если это не действие какой-то ментальной магии, конечно. И в таком случае, я не думаю, что он устроил эту засаду.
— Да нет же!
— Ты чего? — изумился Эрик.
— Ты что-то штурмуешь?
— Благодарю, — улыбнулась я, хотя на самом деле предпочла бы чего-то покрепче.
— Они стреляли. Когда хотят схватить ради выкупа — не пытаются убить.
«Чего ты ожидала?» — печально проговорил Лусус.
— Графиня.
— Я не воин, — рассмеялась я, — мне просто постоянно везет на какую-то ерунду. Если бы не вы, я бы сегодня не выкрутилась.
— А если он откажется? — мрачно полюбопытствовала я.
Ластар решил проблему одним из самых критично неправильных способов: ввел запрет на постоянное проживание равнинных парней на территории горной области и наоборот. Жители столицы порадовались. Жители равнин оскорбились, и вот в этот-то момент и появился Алесий в компании герцога Гиса. И нерастраченная энергия разозленных баронов нашла выход. Думаю, Гис уже поднял старые планы ирригации, и восточные области теперь ожидают глобальные перемены с целью возвращения равновесия. Это не я так думаю, на самом деле, это мнение Десятого. Ему лучше знать, с Гисом они жили в одно время и спали мертвым сном примерно одинаковый срок. Химерик с таким увлечением рассказывал, что бы предпринял в смысле построек лично он, что без эмпатии было понятно, как бы ему хотелось бы в этом поучаствовать.
Засвистели стрелы, и пришлось отвлекаться, ставя щит, поэтому преследователи выиграли еще пару метров. Н-да, нехорошо. Надо бы тоже чем-то швырнуть, но для этого придется остановиться или обернуться, вот тут-то меня веткой из седла и выбьет, а я без брони, говорила уже. Как же неудачно все вышло-то.
Еще одно движение пальцами, и вспыхнуло все: круги, пол, стены, двери, сам воздух стал плотнее от обилия вязкого алого света, затопившего, казалось, весь мир. От такого количества активных инфернальных символов мне стало физически плохо. Дурнота, головокружение и прочие радости жизни — нормальная реакция для любого человека, а уж для эмпата и подавно. Мэтр Купер пододвинул мне откуда-то взявшееся здесь кресло. Оно было удобное, мягкое и совершенно неуместное здесь. Совершенно!
— Чтобы в итоге не возникло какого-то трагического недопонимания? — усмехнулся Десятый, приобнимая нас всех за плечи. — Это разумно. Но только не сегодня, хорошо? Эх! Как я любил когда-то этот город! Давайте пока я лучше расскажу пока, какой Аскара была в прошлом тысячелетии. Как-то мы с друзьями устроили тут глобальную пьянку…
— Ревнуешь? — усмехнулся Десятый.
Я подцепила серебряной вилкой салат, чтобы немного выиграть время. Все мужчины заинтересованно ждали.
— … невероятно! Я не представляю, как вы вообще сидите на лошади!
Там тоже все было очень торжественно, снова сверкали и переливались яркие магические шары, перемещались по залу множество дорого одетых людей, ласкала слух приятная музыка. Оркестр располагался в специальной нише на уровне второго этажа, сделанной в виде раскрытой морской раковины, и черная строгая одежда музыкантов, очень выгодно смотрелись на фоне перламутровых стен. Отполированный паркет — ловушка для дам на каблуках. Вон какая-то жгучая брюнетка в пышном алом платье чуть не растянулась, благо, кавалер еще не пьян — успел подхватить. Потолок выкрашен в темно-синий и изображает ночное небо, а вместо люстр — светящиеся мягким светом звезды. Да и все линии стен плавно изогнутые — снова чувствуется рука какого-то эльфа.
— Ты не замечала случайно, за тобой последнее время никто не следил?
— Спасибо, но я…
— Мой друг занимается со мной фехтованием, я ехала от него как раз, когда сюда и попала.
— Д-да, — неуверенно согласилась я, — пожалуй. Кстати! — в голову пришел другой вопрос. — А почему ты не подошел к Алесию, когда дарили подарки? Ты не хотел, чтобы тебя видел Гис, верно ведь?
Впрочем, спрятаться в собственные мысли надолго не удалось: через полчаса ко мне подошел раззолоченный слуга с церемониальным жезлом и продекламировал, что меня ожидают в малой библиотеке. Чего? Это кто это? Я таки достала Гиса своими выходками?
— А я думала, что просто люблю тебя, — хмыкнула я, пытаясь добавить иронии.
— Я выросла не совсем в привычных человеческих традициях.
На кровати лежало потрясающее темно-синее платье, вышитое серебром с россыпью мелких сапфиров по вороту. В таком, вообще-то, только в королевском дворце щеголять. Мама дорогая, это к кому же меня занесло-то на сей раз?
Думаю, отчасти это объяснялось тем, что он не хотел ссориться с Идальго, но по большей части тем, что Дэвлину было нужно тихое место для его… чем уж он там занимается? В быстро разрастающимся Дай-Пивка наступили мир и спокойствие.
— Мне хотелось бы сказать тост за ваше здоровье и пожелать, чтобы больше вы не попадали в подобные истории.
Сознание подсказало, что мы действительно двигаемся вверх по лестнице. Причем, идет — мэтр Купер, а я изображаю движимое имущество у него на руках. Мой новый камзол небрежно висел на его плече и сейчас служил мне подобием подушки.
— Да, я чувствую.
На фоне моих переживаний, где-то там далеко — бой закончился.
Эрик картинно вздохнул. Этот звук был квинтэссенцией вздохов всех родителей, старших братьев и вообще взрослых людей во время разговоров с малолетними бестолочами.
Он разорвал пострадавший рукав рубашки и тоже уставился на оперенное древко, торчавшее из моего тела. Весь его вид выражал готовность и желание что-то предпринять, но он, похоже, боялся причинить мне боль и из-за того — чуть замешкался.
Мысль мне понравилась.
— Да, мне его одолжили. Очень вовремя, как мне кажется.
— Моим прадедом был драконид. Что-то вроде их «героя». Ты знаешь, кто такие герои? Нет? Ладно, потом расскажу подробнее. Полубожественное создание, но со всеми особенностями драконидов. Включая практически отсутствие эмоций. Это оказалось крайне полезным для моего деда. Системное мышление, умение просчитывать на несколько шагов вперед, умение делать верные выводы. Он быстро захватил власть. А мой отец придумал эту идею с Потоком. Тузат, кстати, сказал, что ты сама додумалась до такого варианта?
— Странная история.
— Но она же сработала! Ирен, я так понимаю, узнала перстень, и поэтому мы здесь сейчас беседуем. Не беспокойся, это тебя совершенно ни к чему не обязывает. Честное слово. Не хочешь потанцевать?
— Если ты не против танцевать с человеком в форме.
Охренеть, как говорит Эрик. Вот чего мне только не хватало. Правда, теперь вся эта история выглядит совершенно в ином свете. Мог, например, кто-то узнать про геомантию, добавить к этому мои новые черты лица и захотеть парню немного удачи, чтобы посадить его на трон? В обход еще двоих принцев? Мог, теоретически. Надо прошерстить его окружение и как можно быстрее.
— Мне нравится и в явленном мире, — абсолютно невозмутимо отозвался Дэвлин, не поведя даже бровью, — круги можно использовать и по отдельности, кстати. Смотри.
— Крис, ты самое… мертвяки!.. самое беспокойное существо, которое я когда-либо видел. Ты хотя бы сможешь найти на карте, где ты находишься, и сказать мне?
— Скорее выкуп, — ухмыльнулся Эрик, — чтобы пожить подольше, раз уж такой наследничек объявился, беспокойный.
— Ты нравишься ему. И ты вешаешься ему на шею, проводишь с ним ночи, а потом сидишь на балкончике за завтраком и смотришь только на его лучшего друга. А если твои опасения верны? И все в итоге действительно кончится плохо, и демон выпьет твою душу? Эрику что делать, если бы он женился на тебе? Лишиться и тебя и Дэвлина? Они же тогда больше не смогут оставаться друзьями. Или устроить поединок и погибнуть самому? Потому что другого выхода у него не останется.
— Так что там с предположениями? — вернулся к теме разговора Десятый.
— Расскажешь мне про герцога? Я давно хотел тебя расспросить поподробнее. Ну не здесь, разумеется и не сейчас. А вообще.
Какой хор-р-роший вопрос…
— Он честен с тобой. Да, не говорит всего, оно и понятно, но не играет, как кошка с мышью. Люди друг с другом зачастую поступают гораздо хуже.
Не буду описывать торжественную часть, она слишком скучна. Какой-то клирик Аллеара Солнцеликого положил тяжелую золотую корону на голову нашего бывшего пленника и благословил на всё, что ему заблагорассудится теперь творить. Я глазела по сторонам, рассматривая людей, нет ли еще знакомых? Но нет, увы. Отец Ирен, король Дайса с супругой сидел в почетной ложе, и выглядел нарочито скучающим. В специальных ложах присутствовали и другие короли со свитой. А Алесий? Гвардейский мундир шел ему больше, на мой взгляд. Но традиции, ничего не попишешь. В общем, сама коронация прошла штатно, после чего гостям было предложено пройти в бальный зал.
— А вы не нарушаете этот Договор этим фокусом с Потоком? — вот мне неймется-то.
— Кое-что узнать, — безо всякого выражения ответил он.
— Чего? — изумился авантюрист, а такой молчаливый сегодня Гнарл аж поперхнулся чаем и тоже на меня уставился.
— Пожалуй, я съезжу пожить в Дайсар, — проговорил мужчина, наконец, когда пауза затянулась, — я полагал, что спас тебя, но теперь мне кажется, что ты могла бы справиться и сама.
Я рассмеялась.
«Стихли оба, — велела я, — что бы там ни было, сначала — еда!»
Он вздохнул и потер лицо руками.
— Да шучу я.
Я вернулась в комнату — «облачаться». Потому что по-другому назвать процесс надевания этого произведения искусства было нельзя. Нет, у меня самой полно дорогих шмоток, особенно в последнее время, но не настолько. Девушки помогли мне затянуть шнуровку на корсете, и телу снова пришлось вспоминать, как это — почти не дышать. Не люблю я все-таки платья. Отвыкла совсем, что ли?
— Конечно, полагаю, ваши родные весьма волнуются.
Он тепло улыбнулся мне, успокаивая.
Я подошла и обняла его, а Десятый, даже не вставая, похлопал меня по плечу огромной рукой.
— Почему он тогда так просто ее отпустил? — возразил мэтр Купер.
Я пожала плечами, но скорее обрадовалась, чем расстроилась. Он мне понравился, но меня не тянуло к нему, как к тому же Эрику, а кроме того, плечо и рука все еще болели. Ладно, зато высплюсь. Я поворочалась еще, потом встала, выглянула в окно, проверила щеколду на двери, потом — крепко ли заперты ставни. Все было в порядке, оставалось только вздохнуть и лечь спать.
— Конечно! — навострила я уши, пожалуй, эта откровенность — некая плата за то, что он сегодня, а в этом я теперь совершенно не сомневалась, действительно едва не убил меня.
— Маловероятно. Он не смог бы не почувствовать Печать. В случае если бы он тронул что-то мое, по Договору это расценивается близким к прямому нападению. Это или вызов на дуэль или продуманная провокация. Что возвращает меня к предыдущей версии. Впрочем, я увлекся, это не относится к делу. Не думаю, что кто-то поступил бы подобным образом, не озаботившись последствиями. А значит, о них знали и на них рассчитывали.
На меня в упор озабочено смотрели темно-синие глаза.
— В каком смысле?
Ночевали мы в Замке, и я, захватив бутылку энтильского, явилась к Десятому. Поговорить, а вовсе не то, что вы наверняка подумали.
«А может, того… не надо?»
— Ну… Когда ты была в Аскаре крайний раз, ты участвовала в ее штурме. Ничего — возвращаться?
— Ну вот, значит, ты находишь в таком порядке вещей даже какое-то свое извращенное удовольствие.
И ушел.
— Хорошо. Не затягивай. Я пока посмотрю следы, где, говоришь, на тебя напали?
Именно Дирус-Хитрец, поймав мой взгляд, откинулся с бокалом вина на спинку кресла и полюбопытствовал:
— Молодец, — боги! он хоть раз говорил мне что-то хорошее раньше? Хотя, да, как-то сказал, что мне идет эриковская одежда, — в итоге, вышло нечто странное для Инферно. Мы сохранили нормальную для демонов жажду власти, жажду боя, удовольствие от вида поверженного врага, а к этому получили еще и холодность рептилий. Но я появился… практически сразу воплощенным. Это немного другое. Эрик научил меня некоторой… человечности что ли. Мне доставляет удовольствие его компания, и теперь я знаю, как принято это выражать среди людей. И поступаю именно так. Стараюсь. Но ничего бы не получилось, если бы он не был таким…
— Взаимно.
— Мы обошлись именами, ваше величество.
— Твоя фамильная драгоценность? — приподняла я в удивлении бровь, невольно пародируя Дэвлина. — Первой встречной?
«Не важно, где мы, лишь бы кормили?» — усмехнулся Лусус.
Я фыркнула, но возразить было нечего, Десятый был, как обычно, прав.
— Хорошо. Возвращаясь к нашему происшествию, логично, что меня вся эта история, скажем так, беспокоит, — проговорил Дэвлин, — рассмотрим худший вариант. Ангел, если это он, разумеется, не стал бы добираться до моей семьи напрямую, только через смертных. В лично моем случае, это ты или Эрик. Десятый тут недавно, да и связываться с драконами — слишком хлопотно. Но Эрик — слишком специфичен: насколько мне приятно его общество, настолько же для обитателей Эмпиреев он непонятен и чужд.
«Думаешь?.. — засомневался Шепот. — А не подстава ли это все?..»
— И рассказывала свой сон. Про море. В красках.
Я не нашла определенного занятия, пошаталась по залу, вышла в картинную галерею, прогулялась, поглазела на портреты и снова вернулась назад. Еще бокал. Отходя от официанта, я сделала, не глядя, шаг назад и столкнулась с кем-то.
Поделиться книгой: