Помоги проекту - поделись книгой:
— Мне надо подумать, — торгаш инстинктивно не дал себя так играючи ограбить.
— Тогда, — Летар сдвинул стул и поднялся с места, — я наведаюсь к тебе завтра утром. Когда ты будешь готов обменять меч на исцеление от похмелья.
Убийца беспрепятственно покинул общество пьяниц и выбрался на свежий воздух. Гроза давно кончилась, да и Летар успел обсохнуть за время, проведённое в мастерской. Однако промозглая погода все равно нашла способ добраться до самых его костей. Ветер бился в истерике, подталкивая Летара и норовя сбить его с ног. Ледяная морось сходу окропила неприкрытое лицо. Окинув взглядом ветвистые улочки нижнего города, убийца направился против течения дождевой воды. Лужи под ногами плескали с каждым шагом, выстраивая единый ритм ходьбы и мысли.
В голове уже крутился примерный план действий, почти не менявшийся от заказа к заказу. Времени была масса и распределять его было некуда. Однако это не было поводом для праздного шатания по округе, совсем нет. Девяносто дней на заказ — отличный срок. Девяносто дней с печатью убийцы на руке? Хуже не придумать. Нельзя расслабляться, нельзя терять осмотрительность. Спать с этого дня придётся в перчатках, а на улице руки всегда будут в карманах. Чем больше сторонних поверхностей отделяет проклятую руку от любопытных взоров, тем лучше. Стоит этим преградам хоть на мгновение рассеяться, и Летар отправится в ссылку на юг, в земли гарпий. Там по истечению девяноста дней придёт его закономерный конец, если склока с крылатой тварью не загонит его под двухметровый слой песка раньше срока. И если эльфов за свою жизнь Летар как минимум видел, то о гарпиях он разве что читал в книжках и очень смутно представлял возможности пернатых варваров.
Углубляться в эту тему мыслями решительно не хотелось, и убийца вернулся к цели.
«Придворный архимаг. Невыполнимый заказ».
Зачем архимаг решил посетить Фьерилан Летар так и не узнал, но точно мог сказать, что Дерас остановится во дворце на холме. Нужно заранее прикинуть точки наблюдения, да и подыскать ночлег. Первым делом стоит отыскать постоялый двор поближе к крепости. А уже потом…
Впрочем, что потом? Заказчик подробности утаил, но это и к лучшему — изобилие информации от нанимателя с большой вероятностью означало, что убийца с задания вернуться не должен. Недавние же собеседники оказались куда информативнее, рассказав о том, что Дерас сюда едет не один, а в компании императора. Сколько с ними будет охраны и насколько профессиональной Летар боялся даже представить. В идеале ему нужно было дождаться, когда пути императора и архимага разойдутся — хотя бы на сутки — чтобы появился какой-то шанс. И нужно подготовить план действий на эти самые сутки, начиная с орудия убийства. Яд отпадает — его выведут целители. Соревноваться с архимагом в колдовских умениях Летар не слишком хотел. Старая добрая сталь? Снесённую голову на место не вернёшь, но для удара мечом нужно оказаться вплотную к цели. Убийца вернулся мыслями к мечу за полсотни золотых, а заодно вспомнил связанный с ним визит в мастерскую. Может, взрывчатка? После взрыва исцеление архимага станет проблематично. Определённо хороший вариант, если удастся незаметно разместить взрывчатку на маршруте архимага.
«Ну и так ли мне нужен треклятый меч? Может, инженер окажется сговорчивее, чем торгаш?»
Впрочем, меч ещё мог пригодиться, если архимаг не задержится в городе. Летар при всём желании не разместит бочку с порохом посреди дороги. Да и в целом достать мага в пути будет значительно сложнее, нежели в городе. Император всё время рядом, вокруг трётся усиленная охрана, карета усыпана дорожными заклятьями словно снегом, идущие впереди разведчики перетряхивают каждый куст.
«Невыполнимое дело. Почему заказчик выбрал именно меня? Или в деле не только я? Сколько ещё меток роится вокруг архимага?»
Убийцу вдруг кольнула доселе не приходившая в голову идея.
«А если его убьёт кто-то другой, печать останется на мне?»
Убийца вспомнил формулировку, с которой заключал договор. Но нет, вроде бы он сделал всё правильно, привязав метку не к факту убийства, но к факту смерти цели. Зато формулировка заказчика показалась ему странной. Либо Летар единственный исполнитель, либо это было оговоркой с непредсказуемыми последствиями.
— Дьявол, — выплюнул Летар вслух.
Поглощённый раздумьями убийца покинул нижний город и зашёл в район побогаче. Первым, что бросилось в глаза, было запустение. Широкие улицы, рассчитанные на несколько карет в ряд, пустовали из-за непогоды (не считая стражников, сновавших отрядами по четыре человека по каждому переулку). Также плавно изменилась архитектура, отойдя от обшарпанных низкорослых коробок и сменившись зданиями повыше и понаряднее. Особняками их назвать язык не поворачивался — какие особняки в захолустье? — но домишки выглядели достаточно презентабельно, чтобы принадлежать правящей элите города.
Летар понял, что среди таких домов постоялый двор точно не найдёшь, и сменил улицу. Несколько минут ходьбы вывели его на площадь, показавшуюся заброшенной, — единственный человек в поле зрения брёл мелкими шажками по своим делам на другой конец площади. По периметру стояли здания самых разных форм и вывесок, среди которых могло оказаться подходящее, и потому Летар немедля пустился в обход территории, цепляясь взглядом за каждую разрисованную дощечку.
Миновав фасады трёх построек и уже заприметив нужную, Летар остановился. Инстинкты против воли заставили принять стойку и вскинуть руки для колдовства.
Человечек вдалеке семенил мимо переполненного водой нерабочего фонтана, когда его атаковала взметнувшаяся из тени фигура. Беспорядочные движения рук и короткий танец кинжала — два тычка и широкий удар наотмашь. Грабитель сорвал с жертвы кошель и оттолкнул в воду потерявшее всякую ценность тело, после чего рванул с площади быстрее выпущенного из баллисты снаряда.
Летар опустил отозвавшиеся коротким спазмом руки. Протяжно посмотрел на фонтан вдалеке, мутная вода которого становилась чернее с каждой секундой. Убийца обратился в статую и долго не мог определиться с чем-то, пока наконец не отвёл взгляд и продолжил свой путь к постоялому двору.
Твёрдой рукой распахнув дверь, Летар оказался в трактире. Никто не повернулся на звук распахиваемой двери, в помещении и без того было шумно. Если где-то сейчас жизнь и могла бить ключом, то только в таком месте. Больше дюжины человек рассеялись за выскобленными столами, обедая, пьянствуя, играя в кости и совмещая все три занятия. Больш
Летар бросил мрачный взгляд на занавешенное окно. У опрометчивого грабителя не было и шанса. Его, такого прыткого, уже наверняка поймал патруль на соседней же улице. Бег без оглядки — первая ошибка, которую может совершить убийца. Второй ошибкой будет не выкинуть окровавленный кинжал в тот же фонтан. Существовала ли третья ошибка, которую совершил убийца?
«Не считая этических», — неизменно каркнул внутренний голос. Было что-то неправильное в убийстве случайного прохожего ради той малости, что он имел при себе. Разве мог он ожидать, что поплатится жизнью за пару монет?
Убийца рухнул за стойку и обратился к хозяину заведения:
— Комнаты есть?
Хозяин заведения был детиной ростом чуть ниже самого Летара и имел довольно устрашающий вид. Первоначальное впечатление развеялось, стоило ему открыть рот:
— А то ж. Надолго? — спокойный, чуть ли не нежный, тембр сбивал столку.
— На три дня. Может, дольше.
Трактирщик вскинул кустистые брови:
— Дела в городе?
— Вроде того.
— Один золотой.
— Десятка за месяц? — в интонации Летара не нашлось места удивлению, ведь его пытались ограбить второй раз за день. — В верхнем городе зверски заламывают цены.
Делать было нечего. Летар расстался с монетой без трогательных прощаний и кивнул на бутыль вина стоящую на полке позади трактирщика.
— А это почём?
— Двадцать серебряных. В комнату алкоголь проносить нельзя.
Летар хмыкнул и достал свою флягу с водой. Пил он короткими глотками, высоко запрокидывая голову, почти не касаясь губами горлышка. Трактирщик взирал на это без особого восторга, но и поводов открыто выразить недовольство не находил.
— Хочешь пробиться на аудиенцию к Ульфу? — вдруг спросил он.
Летар поперхнулся, но удержал жидкость в себе, приложив ладонь ко рту. Справившись с собственной глоткой, он поспешил уточнить:
— А я похож на желающего?
— И не такие хотят попытать счастья, — поведал трактирщик без особой учтивости. — Вон там в углу тоже едва наскрёб денег на проживание. Всё утро мне пел о том, как поразит императора своей идеей летающих шаров.
Летар присмотрелся к бедняку не от мира сего. На собрата Летара по ремеслу он не походил совсем, слишком уж пёстро выглядел: красный камзол без рукавов поверх жёлтой рубахи, на голове длинный капюшон, складками лежащий на плечах. Видимо, впрямь чудак.
Так бы Летар и разглядывал этого чудака, да и прочих посетителей трактира, если бы внимание не привлекла вошедшая в заведение группа людей из четырёх человек. Кольчуга на толстых поддоспешниках в цветах городской стражи, мечи и кинжалы на поясе, у одного из четверых ещё и капральская повязка на плече.
Летар процедил что-то невнятное и отвернулся от входа в трактир. Четвёрка стражников за его спиной разделилась: одна пара осталась у двери, вторая пошла напрямик к хозяину постоялого двора. Тот на глазах преобразился, став самим благодушием во плоти.
— Желаете пропустить кружечку? — учтиво поинтересовался он у подошедшей пары стражников.
— Не до того, — отмахнулся капрал. — Там под твоей дверью мужика зарезали. Труп ещё остыть не успел. Кто сюда за последние полчаса заходил?
«Они не поймали убийцу?» — мысль ударила Летара словно пушечное ядро.
Трактирщик как по команде уставился на Летара.
— Ну, этот вот.
«Третья ошибка убийцы. Остаться рядом с местом чужого преступления, имея на себе метку».
Летар нервно глянул на двух стражников, обошедших его с разных сторон.
— На мне что, чья-то кровь? — попытался он отбрить ищеек, но неудачно.
— Это мы сейчас проверим, — рутинным тоном пообещал капрал. — А ну встань. Рядовой, обыскать.
Летар выпрямился во весь рост и навис над стражником, чьи руки сразу же начали шарить по всему телу убийцы, ощупывая во всех пристойных и не очень местах.
— Чисто, — подвёл итог стражник, отряхивая руки.
— Точно? — усомнился капрал, присматриваясь к Летару с ястребиной внимательностью. — Рукава проверил?
— Да нет там ничего.
— А перчатки почему с него не снял?
— Перчатки?
— Да, перчатки, — капрал с вызовом уставился в глаза Летара, словно искал там своё отражение. — Много ли людей не снимает перчатки в помещении?
Время застыло. Летар мог ощутить вкус времени на кончике языка. В каждом услышанном слове. В каждом движении, что сейчас произойдёт. Время было повсюду, бесконечно растягиваясь и обвивая Летара узлами. На деле, ступор продлился считанные мгновения. Стражник схватил перчатку на правой руке убийцы, и время схлопнулось обратно.
Свободной рукой Летар врезал в лицо замешкавшегося стражника и сбросил перчатку, как чешую. Печать размылась в воздухе, когда Летар наотмашь ударил локтём в нос другому стражнику и рванул в сторону лестницы на второй этаж. Преодолев пролёт в мгновение ока, Летар вломился в чью-то комнату и подбежал к ведущему на площадь окну, да так и застыл. На улице возле фонтана и окрестностей теперь дежурили ещё несколько патрульных четвёрок стражи. У некоторых за спинами на ремнях висели арбалеты.
«Дьявол!»
Риски оказались просчитаны мгновенно. Летар развернулся на топот ног за спиной и беспомощно поднял руки.
— Я сдаюсь.
Глава 2
Богато украшенная карета ехала по тракту, ведущему в Фьерилан. Снаружи за каретой следовали сотни ряженых в парадные доспехи людей — кто пешим, кто на лошади. Внутри кареты сидели двое.
Один — обладатель скривленных в недовольной гримасе тонких губ, носа с горбинкой и крутого наклона глаз, из-за которого все выражения лица казались разными оттенками свирепости. Чёрные волосы тронуты сединой у висков, но лицо сохранило последнее дыхание молодости наперекор возрасту в полвека. Император Ульф не стеснялся прибегать к помощи магов-целителей, чтобы сохранить достоинство в зрелости.
Его ближайший соратник выглядел куда старше, хотя разница в возрасте едва достигала десяти лет. Дерас был бессменным архимагом империи Синномин четыре декады, и опыт читался в выцветших карих глазах, сливающихся по цвету с жидкой растительностью на голове. Ветхость взгляда, однако, была обманчивой. Дерас не был отошедшим от дел стариком, греющим пост за одну лишь выслугу лет. Если первое впечатление о нём и можно было выразить словами «потрёпанный и уставший», то второе впечатление составить могли только союзники, неспокойно отводя взгляд и выплёвывая слова вроде «быстрый» и «опасный».
Архимаг разминал свой основной инструмент, сгибая и разгибая кисти рук, вращая их, то и дело яростно хватая и отпуская воздух. Для мага нет ничего важнее рук. Можно колдовать без глаз, без языка, будучи оглушённым или смертельно раненым, однако без рук ничего не выйдет. Начиная от ключиц и до самых кончиков пальцев, каждая мышца и каждое сухожилие — всё играет роль. Стоит потерять один палец и почти весь арсенал заклинаний окажется за гранью применения.
— Предвкушаешь битву? — бросил Ульф, наблюдая за своим советником.
— Битвы не будет, — отозвался архимаг, не отвлекаясь от упражнений.
— Все трое герцогов Края приехали на эти переговоры. Разве можно избежать драки, если собрать их под имперской крышей?
Дерас не ответил. Его пальцы бешено замельтешили, размываясь словно крылья стрекозы.
— И даже бровью не повели, когда я назначил место встречи, — продолжил Ульф, — не в Альмуне, а в захолустном Фьерилане.
— Любой увидит в этом манёвре плевок в лицо. Отсюда неизбежный вопрос, почему они согласились подставиться?
— Прознали о наших драконах.
Дерас предпочёл бы, чтоб эта фраза оказалась фигурой речи, как и любое упоминание драконов в простонародных присказках. Однако это было не так. Дерас лично участвовал в экспедиции на крайний север. Туда, где нет ничего кроме снега. Туда, куда нет смысла соваться ни одному разумному человеку. Туда, где, как выяснилось, полтысячелетия назад драконы были закованы в вечную мерзлоту. Дерас провёл месяцы в поисках реликтов прошлой эпохи с целью вернуть их к жизни и использовать для обороны от угроз в лице недоброжелательных соседей: Края, гарпий и даже эльфов.
— Вряд ли, — попытался он привести мысли в порядок. — Драконы ни разу не показывались никому на глаза, о них в курсе лишь несколько высокопоставленных чинов и связных с печатями неразглашения… Даже если герцоги каким-то образом прознали о драконах, тем меньше логики в их поведении. Они же суют голову в петлю, разве это не настораживает?
— Настораживает, что ты помешался с тех пор, как подчинил себе этих крылатых тварей. Край первым позвал нас на переговоры, а значит право выбрать место было за мной. Они не могли отказать.
«Помешался? Ещё бы я не помешался. Западники что-то задумали, а я далёк от пика своих возможностей — крылатые твари отнимают у меня с половину всей энергии. Стоят ли драконы рисков, что мы берём на себя?» — нить мыслей Дераса, к несчастью, обрывалась на риторическом вопросе. Ведь мнение Ульфа он уже знал, а его собственное не имело значения.
— Да, я волнуюсь, — признал Дерас вслух. — Если со мной что-то случится, драконы выйдут из-под контроля. Даже сейчас некоторые из них кружат над облаками, желая обрушиться вниз, на города, которые им должно защищать, и потоки моей магии — это единственное, что удерживает их от истребления людей.
— Если мой телохранитель боится, что с ним что-то произойдёт, — Ульф нахмурился пуще обычного. — Может, мне пора заменить его?
— Переговоры — отнюдь не то место, откуда я бы мог эффективно управлять драконами, если что-то пойдёт не так. Даже если сам я буду цел.
— Тогда вот тебе повод для радости: переговоры пройдут стремительнее некуда.
Дерас выдохнул, услышав очередной скользкий намёк из уст императора. С тех пор, как стало известно о переговорах, Ульф заявлял нечто подобное каждый раз, как оказывался наедине с Дерасом. При этом он ни разу прямо не заявил о намерении пролить кровь. Безобидная бравада или искреннее безумие, почерпнутое от вида подчинённых его воле крылатых чудовищ? Дерас гадал без особой уверенности.
— Не стоит быть таким резким, — осадил Дерас как можно тактичнее. — Вы же помните донесение из Пьелта о флоте гарпий, идущем вдоль нашего побережья? Пернатые что-то затевают.
Дерас, родившийся на юге империи, ещё будучи юнцом застал последнюю войну с гарпиями, где потерял много друзей детства, но проявил себя как чрезвычайно умелый боевой маг. В дальнейшем, длинный список заслуг и наград (самому Дерасу напоминавший перечень потерь, горечи и осколков его души), сыграл немалую роль в назначении на пост придворного архимага. А назначил его давно почивший отец Ульфа.
— Они не нападали с полсотни лет, — фыркнул Ульф, слепой к страхам Дераса на тему пернатых. — И сейчас не станут.
Архимаг стиснул зубы, и понадобилось чудовищное усилие, чтобы не выдать злость.
— Вы недооцениваете гарпий.
— У нас есть дракон на юге, — повысил тон император. — И на западном побережье.
— Если эти драконы не получат моего приказа, толку от них не будет, только вред.
— Хватит паниковать, — беспечно оборвал император, и всю дорогу до Фьерилана Дерас был вынужден кипеть молча.
Сотни людей пришли к городским воротам поглазеть на императорскую карету, а если повезёт, то и на самого Ульфа Аури. Сотни же стражников изо всех сил этому препятствовали, чтобы обезопасить владыку. Излишние меры, по мнению Дераса. Нет такого глупца, который бы рискнул напасть на Ульфа, пока рядом его архимаг. Стрела отскочит не долетев, меч раскрошится как от удара о гору, и никакой маг даже руки вскинуть не успеет. Пока ещё никто не одолел Дераса в магическом поединке или хотя бы сравнялся с ним по уровню энергии, — в списках гильдий за всю его жизнь не значилось имени, что могло бы оказаться с ним на одной ступени.
В верхнем городе карета остановилась и сопровождающие её войска рассеялись, освобождая проход ко дворцу. Из распахнувшейся дверцы вышел император Ульф, в короне и мантии, которые всё путешествие провели на скамье подле него. Государственный меч, чей резной эфес торчал из-под мантии, был накрепко пристёгнут к поясу. Император коротко вскинул руку в знак приветствия собравшейся толпы. Следом вышел Дерас, не скрывая своего присутствия, но и не пытаясь произвести впечатление на зевак. Свои регалии он не взял, относясь к этой поездке как к деловому визиту. А может, из-за не вполне осознанной боязни, что вес орденов и медалей пригвоздит его к земле.
Плотный мужчина средних лет, выбежавший навстречу главным лицам государства из местной имитации столичного дворца, был не кем иным, как бароном Клаведом, нынешним правителем Фьерилана и окрестностей. Не слишком успешным правителем.
Дерас поморщился, припоминая причины чехарды в рядах подчинённой императору аристократии, предъявлявшей претензию на эти земли. Уже декаду с исчезновения графа Дитра Кааса Фьерилан переходит из рук в руки от одного барона к другому «во временное пользование», пока блудный граф не объявится. Дерас предложил бы передать город и окрестности кому-нибудь навсегда, но достойных кандидатов среди лордов Империи не находилось. А что касается назначения в правители кого-то из простолюдинов… Что же, последняя попытка безродного архимага передать часть власти в руки низкого сословия обернулась учреждением совета министров. Органа, который практически целиком заполнили вторые сыновья дворян и прочие жадные до власти крысы без земель, но с громкими фамилиями. Получивший власть по праву рождения император закономерно не противился сложившейся ситуации.
— Ваше Величество! — барон Клавед поравнялся с Ульфом и пал на одно колено. — Ваше Величество!
Поделиться книгой: