Всего одна жуткая ночь

— Вулкан!

Если девушка в ужасе замерла на месте, не соображая ничего, то адмирал понял: у них на спасение считанные минуты!

Рядом раздался резкий, слышимый даже в какофонии повсеместного грохота звук — что-то схожее с воем сирены. Рина только вздрогнула, выходя из ступора, а адмирал резким движением подхватил девушку и бегом устремился к ближайшему «кубику». Благо, он оказался метрах в шести от них.

Звук сирены в этом месте означал аварийное открытие всех дверей жилых и защитных сооружений. Вот только открывались они на кратчайший срок, давая шанс на спасение лишь тем, кто находился рядом! Адмирал Коас с девушкой на руках успел заскочить в ближайший бункер, прежде чем дверь за их спинами с жутким скрежетом захлопнулась и автоматически заблокировалась до стабилизации ситуации снаружи.

— У-у-ужас! — стуча зубами и все еще страшась открыть глаза, выдохнула Рина. И, стоило мужчине поставить ее на ноги, плавно съехала по стеночке на пол. — Мы же могли погибнуть!

— Треклятый спутник, — буркнул адмирал, сосредоточенно осматривая внутренние стены защитного бункера и изучая панель управления его функциональными возможностями. — Я же говорил, что не стоит проводить здесь встречу!

— Ой! — вздрогнула девушка. — А они… Покупатели погибли?!

— Не думаю, — отвечая, мужчина деловито ощупывал на полу какой-то кабель, не обращая внимания на сотрясаемую волнами панической дрожи девушку. — Они не спешили, задержались в центральном бункере. Там и переждут катаклизм. Там это делать лучше всего — есть все необходимое.

— А м-мы? — трясясь как осиновый лист, хрипло выдавила Рина. Она отчаянно цеплялась за этот разговор, боясь скатиться в пучину истерии.

— Мы тоже переждем. Тут.

— А… чье это?

— Не имеет значения. В критических случаях укрыться здесь в любом спасательном строении. Это закон. Тем более мы никого не стесним — тут пусто. И, по-моему, давно.

— А… д-долго будет… эт-то? — пережитый ужас от увиденного ранее никак не отпускал девушку.

— Не знаю. Пройдет минимум трое суток, прежде чем начнут эвакуацию. Все зависит от силы выброса. Так что наша задача — продержаться.

При этих словах адмирал обернулся и быстро обежал взглядом сжавшуюся у стены женскую фигурку. Девушка неосознанно продолжала судорожно цепляться руками за сумку, что несла. Адмирал довольно прищурился:

— И мы продержимся!

— Т-точно? — Рина явно не верила, что можно спастись от этого ада. Ей все еще казалось: вот, еще секунда — и все защитные преграды вокруг исчезнут, а их поглотит жуткое море огня.

— Да! — жестко и категорично откликнулся мужчина, шагнув в направлении туалета. — У нас стопроцентные шансы.

«Какое счастье, что он со мной!» — в эти секунды Рина диаметрально изменила отношение к заносчивому и самодовольному адмиралу. Если бы не он…

Сердце учащенно стучало в груди от колоссального облегчения, которое она испытывала от присутствия рядом этого ужасающего и несносного мужчины.

«Какое счастье, что рядом тот, на кого можно положиться! Тот, за чьей спиной я спрячусь от этой беды».

* * *

Девушка слегка пришла в себя и уже не так тряслась, следя за обследующим внутреннее пространство местного жилья-убежища мужчиной. На удивление, вокруг не ощущалось удушливого жара, воздух не раскалился от плещущейся снаружи лавы.

— А… из чего это все сделано? Как получается, что стены не плавятся от наружной температуры? — собралась она с мыслями.

— Особенная сверхпрочная вулканическая руда, — прозвучал сухой ответ. Адмирал в это время укладывал в углу все мягкие предметы, вероятно организуя место для ночлега. Минимум трое суток без сна не продержаться. И без…

— А вода? — встрепенулась девушка. — Еда?

— Ваш бокс, — по-прежнему спокойно и четко перечислил адмирал оптимистичные факты. — Вода здесь есть. На всякий случай я наполнил единственную имеющуюся емкость. В крайних обстоятельствах — имеется вода технического назначения.

— Ах, да! — безмерно благодарная в душе за этот его сухой и деловой тон, девушка почувствовала, как отступила паника и успокоилась дрожь в животе.

Собравшись, Рина наконец-то смогла разжать пальцы, вцепившиеся в ручки сумки мертвой хваткой. И с чувством гордости за себя (совладать с собой в такой жуткой обстановке — дорогого стоит! Пусть это полностью и заслуга мужчины рядом) отставила ее в сторону.

— Мы… — чтобы развеять остатки беспокойства, она не могла промолчать. — Мы ведь точно здесь в безопасности?

Адмирал Коас, сосредоточенно хмуря изувеченное лицо, рассматривал табло с данными о системах жизнеобеспечения бункера. Удивительные стены этого сооружения не только укрывали своих нежданных «гостей», но и сохраняли абсолютную звуконепроницаемость: Рина слышала лишь звук их дыхания и стук собственного, все еще не успокоившегося сердца.

— Да. Дверь можно открыть лишь изнутри. И она — единственная возможность для агрессивной среды снаружи проникнуть к нам. В этом случае мы мгновенно погибнем, это несомненно, — адмирал лаконично констатировал истину.

«Какое отвратительное место этот спутник!» — прониклась пониманием Рина, осознав, что ее ноги обрели способность стоять. Приподнявшись, девушка собралась по примеру своего спутника осмотреться, когда…

С вибрирующим гулом, послышавшимся откуда-то со стороны толстого кабеля, который недавно осматривал адмирал, свет в небольшом внутреннем пространстве бункера погас.

Рина, не ожидавшая такого поворота, нервно вздрогнула и вновь замерла на месте.

— Что это значит? — шепнула девушка.

Страх вернулся вновь! Она надеялась… знала, что только адмирал сумеет развеять его. И еще… стремилась услышать голос своего спутника. Получить такое необходимое подтверждение, что не одна изолирована в этой тьме. Обступившая ее темнота резко сузила ощущение свободного пространства вокруг, вызывая чувство острого дискомфорта и паники.

Вот только адмирал в этот раз не спешил с ответом. Несколько минут прошло в напряженной тишине, прежде чем до нее донеслись на удивление прерывистые вдохи с той стороны, где он стоял.

— Система энергетической подпитки… перегорела… Лава… пережгла… что-то снаружи… видимо…

Голос адмирала звучал жутко. Хрипло. Как-то надрывно и глухо. Ничего общего с недавней спокойной четкостью и деловитостью!

— Что с вами? — всполошилась Рина.

И снова он очень долго медлил с ответом!

— Я… боюсь, что… это плохо… — вот и все, что он прохрипел ей.

— Вы… — начала было тараторить девушка, инстинктивно ища источник опасности, когда со стороны адмирала донесся странный стон. А затем и вовсе — судорожные хрипы!

«Он задыхается! — осознала девушка и, не думая больше ни о чем, метнулась ему навстречу. Вернее, неуверенно, вытянув вперед руки, зашагала в том направлении, где находился мужчина. — Ему необходима помощь!».

— Сейчас… — спешно забормотала Рина. — Я иду…

— Нет! — ее остановил хлесткий и зверски яростный вскрик адмирала. — Не приближайтесь!

Растерянно остановившись, девушка по привычке попыталась рассмотреть что-то в кромешной тьме и отчаянно вслушивалась в странные звуки, что издавал мужчина. Нечто похожее на… булькающие стоны? Полурычание? Необъяснимый вой?

«Что за безумие?» — страх из-за происходящего рядом вытеснил мысли о глобальной опасности снаружи.

— Адмирал Коас? Что с вами происходит? Вам нужна помощь? — осторожно спросила она в пустоту.

Ответом ей послужили яростные удары! И новые хрипы, стоны и жуткий вой…

«О стену», — мгновенно поняла Рина, все больше изумляясь поведению мужчины. Что стало с абсолютно невозмутимым воякой после исчезновения света?!

И тут до девушки дошло: «Боязнь темноты!».

Не иначе, это было наитием! Или же мозг в критической ситуации мобилизовал резервы — но, стоило Рине понять причину неадекватного поведения спутника, она успокоилась.

Какая-то острая форма этой фобии, наверняка усугубленная замкнутым пространством и кошмарным стечением обстоятельств.

«И что делать?! — пусть это был мысленный вопль, но именно вопль! — Сейчас только этого не хватает».

Впрочем, на душевные метания времени не осталось. Сбив Рину с ног, адмирал устремился к наружной двери.

«… открыть ее можно только изнутри…» — прозвучала в сознании недавно услышанная фраза. — «Это единственное, что отделяет нас от смерти!».

— Мамочки! — вскрикнув от ужаса, девушка рекордно быстро вскочила на ноги, чтобы устремиться следом — туда, где раздавались завывания адмирала, где было слышно, как его руки шарят по поверхности двери, к этим звукам добавился еще и неприятный скрежет (возможно, ногтей?!). — Отойдите от нее! Немедленно! Вы нас убьете!!!

Толку не было, все призывы Рины не произвели на мужчину никакого эффекта. Наоборот, девушке казалось, что с каждой минутой адмиралу становится все хуже. Он с таким исступлением бился головой о стены и рычал, явно не осознавая, что наносит себе вред, что было очевидно — он не воспринимает смысл ее слов. Пусть Рина не могла видеть его действий, но даже на слух картина была очевидна — ее спутник был в невменяемом состоянии.

Он то накидывался на дверь, истово пытаясь нашарить в темноте панель блокировки, то падал на пол и с криками катался по нему, то бился головой о стены. И бормотал, бормотал, бормотал:

— Выпустить… Наружу…

Стоны его были ужасны — дикие, полные необузданной ярости и боли.

Не помня себя от страха, девушка попыталась, обхватив руками, удержать его на месте, чтобы с помощью слов достучаться до его сознания:

— Адмирал Коас! Слушайте меня! Вы должны успокоиться! Иначе вы погубите и себя, и меня! Успокойтесь!

Всего на миг он замер, зародив в душе Рины слабую надежду. Но уже в следующую секунду сильным рывком отшвырнул от себя девушку и вновь исступленно заколотил в двери.

— Наружу! Мне надо туда! — в приступе безумия орал он.

А Рину его ударом отбросило как пушинку. Рухнув в темноте в какой-то угол помещения, девушка основательно ударилась локтем. Но резкий прострел боли только сделал ее цель еще четче — остановить адмирала. Как бы то ни было, лава снаружи пугала ее больше охваченного паническим ужасом мужчины.

Осознав, что не ощущает очков, Рина в отчаянье стала шарить вокруг. Безрезультатно! В такой темноте слетевшую оправу найти было нереально. Да и в любом случае действовать приходилось на ощупь. Поэтому, оставив сожаления, девушка встала и вновь бросилась к мужчине. Он обнаружился на полу. Воспользовавшись моментом, Рина навалилась сверху, надеясь собственным весом сдержать его и попытаться договориться.

Какое там! Взревев, как бешеный бык, адмирал вскочил и заметался по темному помещению. Рина, которая из страха быть раздавленной так и не отпустила шеи мужчины, болталась, словно былинка на ветру, периодически ударяясь ногами о стены.

При этом адмирал истошно вопил девушке в ухо. Не имея сил терпеть его приступ, Рина в порыве отчаяния вцепилась в щеку мужчины зубами. Это была единственная часть тела, доступная ей. В глубине души девушка надеялась, что чувство боли слегка притупит панический страх и отвлечет от страстного желания вырваться на свободу — к свету!

Рина впилась зубами в мягкую часть лица и яростно сжимала их. Она даже почувствовала во рту ржавый привкус крови. Но это сработало! Адмирал остановился!

С трудом удерживая равновесие, девушка попыталась встать на ноги и отстраниться от мужчины.

— Извините, адмирал Коас, — с трудом выговорила она, — но я не представляла, что еще можно сделать. Вы… меня понимаете?

Стоящий рядом напряженный мужчина резко выдохнул. Потом еще раз, и еще.

— Мне необходимо на чем-то сосредоточиться! — оглушающе громко рявкнул он. — Немедленно!

Не успела Рина ощутить облегчение от проблеска разумного поведения у мужчины, как ее стиснули и повалили на пол огромные ладони адмирала.

* * *

А дальше случилось невообразимое.

Несколько секунд девушка лежала неподвижно, оторопев от действий мужчины. Дар речи тоже пропал. Притиснув ее к полу, адмирал стремительно стягивал с нее форму, порой выдирая крепления магнитных застежек «с мясом». И пусть в темноте Рина не могла видеть выражения его лица, ей было вполне достаточно тяжелых судорожных вдохов и дрожащего от сдерживаемого напряжения тела.

— А-а-а-адмирал! — зашипела она.

Но он в ответ лишь бессвязно забормотал:

— Пожалуйста… вы должны отвлечь… позволить мне… сдержать…

Прошло всего несколько минут, а Рина, не оставлявшая попыток вывернуться из объятий спятившего спутника, уже ощущала прикосновения его рук всей поверхностью обнаженного тела! Это, а также бурлящие в душе эмоции заставили ее сопротивляться яростнее.

«Что же делать?!» — билась в голове паническая мысль.

При этом собственное состояние Рины было весьма далеким от привычного, впрочем и окружающая обстановка не располагала к уравновешенности и спокойствию. Кровь стучала в висках, грудь болела от напряжения, пальцы рук сжимались в кулаки от нестерпимой жажды действия. Тот самый случай, когда нет сил сидеть на месте, необходимо сорваться и что-то совершить! Что-то… невероятное!

«К примеру, загрызть беспардонно шарящего руками по моему телу адмирала! Или… отдаться ему?» — такие предположения и вопросы мелькали в голове девушки, а ее тело уже содрогалось от все нарастающего нетерпения и отчаянного желания что-то делать.

Это не могло закончиться как-то иначе! Слишком прочно захватил обоих водоворот адреналинового возбуждения, подпитанного стрессом и жуткой обстановкой.

Слишком неоднозначные эмоции вызывал в душе Рины этот обезображенный шрамами гигант. Раздражал? Пугал? Да! Но и забыть о нем отчего-то не получалось.

Слишком сильно поразила и привлекла его запретная мягкость и женственность ее манер и облика. Но мог ли позволить себе внимание этой рафинированной и с явной брезгливостью рассматривавшей его девушки такой мужчина, как он? Нет! Никогда бы он не позволил себе, не допустил и намека.

Но сейчас…

Когда для них, возможно, наступил «конец света»… Когда пришло время, отпускающее любые грехи… Все разумное и правильное отступило, став второстепенным.

Адмирал не был способен на размышления, слишком сильными тисками парализующего волю ужаса сковал его сознание страх. А Рина…

«Я могу. Так я спасу нас, отвлеку адмирала», — это оправдание позволило ей успокоиться и отрешиться от снедавшего страха. Страха стать не собой.

* * *

Резкий рывок, и сильные руки адмирала поставили девушку на ноги. Его огромное твердое тело практически вдавливалось в нее. Шумное дыхание мужчины оглушало. Ее собственные рваные вздохи странным эхом разносились в пустоте тьмы.

И эта тьма больше не пугала. Ведь она стала жаркой и осязаемой. Она, не давая вздохнуть, стискивала в объятиях. Она, не заморачиваясь скромностью или необходимостью согласия, настойчиво овладевала женским телом. Впивалась губами в шею и плечи, вынуждая Рину в ответ ногтями царапать тело, до необъятных размеров которого сжалась сейчас окружающая тьма.

Адмирал не оставлял ей времени на сомнения. Наоборот! Кровь шумела в венах с каждым мгновением сильнее, ослепляя и оглушая. Делая обоих… обреченными. Обреченными на страсть и безумство.

Одно движение — и девушку прижали к теплой стене бункера. И тут же мужчина навалился на нее, вынуждая Рину принять его в объятия рук и ног. Не оставляя ей выбора, с рычанием уперся лбом в женское плечо, одновременно рукой настойчиво нащупывая укрытый влажными складками вход в ее лоно.

Хотела ли девушка его проникновения? Готова ли была уже сейчас почувствовать в себе его пальцы? И спустя миг, сразу за ними, его твердую мужскую плоть? Да! Отчаянно и безумно, с какой-то животной жаждой тупого совокупления. Искупающего любые решения и выжигающего в душе все эмоции. Все!!! И страх в первую очередь. А Рина боялась… остаться одна. Боялась возвращения его одержимости самоуничтожением. Боялась признаться себе, насколько невероятно желанный поворот приняли события!