Возвращение на Теллуру

Третий пилот совершенно потерял от девушки голову, а Криг в душе не одобрял этого, хорошо представляя, как посмотрит на потенциального зятя Стэк.

— Да так, ничего, — напустив на себя равнодушный вид, ответил Арно. — Смотрю, как верховный консул важно вышагивает по ангару.

Арно наблюдал за дочерью консула сверху и унылые мысли роились в его голове. «Ола, как долго мы не увидимся с тобой! — думал он. — Пройдет много лет, пока я снова смогу обнять свою Олу,» — его сердце тоскливо заныло в груди.

— Что они там не торопятся? Долго мы будем стоять пустыми? — недовольно, окончательно потеряв терпение, воскликнул Гун.

— Не переживай, командир! Думаю, желающих отчалить с этой планеты должно быть предостаточно! — попытался успокоить его Криг, но напрасно.

— Интуиция мне подсказывает, что тут что-то не так! — беспокоился Гун.

Ангар совсем опустел, а на его корабль ни один пассажир так и не поднялся. Свод ангара разъехался в стороны, и пять кораблей один за другим стали подниматься в небо.

— Что за черт! — выругался Гун, окончательно ничего не понимая. — Они что про нас забыли что ли?!

Только он произнес это, как командный отсек заполнил голос Стэка.

— Прием! Прием! Как слышите? — спросил он.

— Слышу вас хорошо! — ответил Гун, немного успокоившись. — Что случилось? Где пассажиры нашего корабля?

— Понимаешь, Гун…, — начал говорить Стэк, и с его словами тревога снова заползла в душу командира. — Не знаю даже, как тебе сказать… Твой корабль не может лететь с нами!

— Как это? Что случилось? — воскликнул Гун.

— Центр управления полетом только что сообщил мне, что он не дотянет до Филарии… Он слишком стар для этого… Если вы последуете за нами, вы навсегда застрянете в космическом пространстве…

— Этого не может быть! Здесь какая-то ошибка! — запротестовал Гун.

— Мне очень жаль…, — это было последнее, что он услышал от консула.

— Ну и сволочь же этот Стэк! — послышались сзади ругательства второго пилота. — Думаю, что он специально все подстроил!

— Что ты имеешь ввиду? — не понял Гун и увидел, как Криг бросил взгляд на Арно.

— Что тут непонятного… Чтобы избавиться от недостойного поклонника своей дочери, он пожертвовал его, а заодно и нашими с тобой жизнями…

Гун молча смотрел на Крига, его мозг отказывался верить в это.

— Не придумывай, Криг! У тебя слишком богатая фантазия! — неуверенно произнес он.

— А ты, конечно, поверил, что еще вчера наш корабль мог долететь до Филарии, а сегодня нет! Да он раньше обо всем знал, этот Стэк! — сказал Криг.

— Ола!!!!! — вдруг дико закричал сзади Арно.

Испугавшись, Криг и Гун одновременно повернулись к нему, астронавт с остервенением стучал кулаком по иллюминатору. Он с такой яростью делал это, что Криг и Гун вынуждены были силой успокаивать его. Они вместе схватили его за руки и с силой прижали его к спинке кресла. Арно пытался вырваться из их крепких объятий, но, поняв, что это бесполезно, весь обмяк и затих, в его глазах стояла тоска.

— Как ты? — спросил его Гун через пару минут.

— Все нормально…, — простонал Арно. — Просто мне сейчас вырвали сердце, а как жить без него, я не знаю, — он отвернулся к стене.

— Что будем делать? — поинтересовался Криг.

— Пока не знаю, — ответил Гун. — Надо подумать…

— Как тебе все это? — снова взялся за свое второй пилот.

— Что все?

— Эта подлость Стэка…, — Криг никак не мог успокоиться.

— Если это действительно так, как ты говоришь, то поступок консула отвратителен. С другой стороны, это лишь твои предположения…

— Давай посмотрим правде в глаза, Гун, — горячился Криг. — Стэк не мог не знать заранее, что звездолет не в состоянии долететь до Филарии. Он лично назначил экипаж нашего корабля и включил в него Арно, меня и тебя. Я уверен, что он все продумал заранее и это неслучайное совпадение!

— Может, ты и прав, — задумчиво произнес Гун. — Но сейчас это обсуждать бессмысленно… Давай лучше думать, что делать дальше.

Криг покачал головой и замолчал.

— Ола! — закричал Арно так, что оба астронавта от неожиданности подпрыгнули на своих местах.

— Ну, хватит! Сколько можно? Будь, наконец, мужчиной, — с осуждением произнес Криг, поворачиваясь к Арно.

— Ола, Ола!!! — снова завопил третий пилот и стал тыкать пальцем в иллюминатор, как будто собираясь проткнуть его насквозь.

Гун и Криг переглянулись, им показалось, что их коллега совсем потерял рассудок.

— Ола, Ола, она здесь! — Арно сорвался с кресла и пулей помчался к выходу.

Криг и Гун тоже вскочили со своих мест и ринулись к иллюминатору: внизу по взлетной полосе к кораблю стремительно двигалась женская фигурка. Она отчаянно размахивала руками, стараясь привлечь к себе внимание.

— Черт возьми, что происходит? — растерянно воскликнул Криг. — Откуда она тут взялась?

— Ты тоже думаешь, что это дочь Стэка? — спросил Гун.

— Похоже на это, — ответил Криг. — Наш-то, наш-то, смотри, что вытворяет, летит к ней словно у него крылья за спиной выросли. Всю печаль в момент как рукой сняло…

Арно действительно мчался к женской фигурке на невероятной скорости. Наконец, их силуэты встретились и слились в объятиях. Глядя на эту идеалистическую картину, Гун и Криг невольно заулыбались.

Они и представить себе не могли, в каком отчаянии в это время пребывал Стэк. Он, как безумный, метался по кораблю в поисках дочери, буквально сбивая с ног всех оказавшихся вольно или невольно на его пути. Ола все время находилась рядом с ним и вдруг, как по волшебству, испарилась куда-то.

— Я видел, как она пошла к себе в каюту, — оправдывался его помощник, семенивший за консулом по пятам. — Сказала, что сейчас придет…

Стэк с силой оттолкнул его от себя и бросился к каюте, еще надеясь, что дочь может быть там, но напрасно. Комната встретила его холодной пустотой. Консул окинул ее торопливым взглядом и заметил на столе записку. «Отец, прости, я остаюсь…», — сообщала она. От такого известия Стэк остолбенел, в одну секунду весь мир вокруг рухнул, а вместе с ним умирал и он сам. Он еле живой добрался до кресла, обхватил голову руками и закричал. Это был вопль, полный боли и отчаяния. Он поплатился за свою хитрость сполна: пытаясь избавиться от Арно, как он считал, недостойного его дочери, он потерял Олу.

— Верните сейчас же корабль назад! — закричал он. — Там осталась моя дочь!

Но было уже поздно, звездолет, набирая скорость, вышел на расчетную траекторию полета.

— Воркуют два голубка, — прокомментировал Криг, когда они с Гуном спустились с корабля и добрались до влюбленной парочки. — Словно и нет никакого вируса…

Действительно, Ола и Арно стояли, обнявшись, и о чем-то мило болтали, не замечая ничего и никого вокруг себя.

— Каким ветром тебя занесло? — громко крикнул девушке Криг. — Ты должна была улететь с отцом!

— Должна, да не улетела! — с вызовом ответила Ола, отстранившись от Арно.

— Как тебя отец-то отпустил? — миролюбиво спросил Гун.

— А его никто и не спрашивал, — ответила Ола и нежно взглянула на Арно.

— Ну и ну, — проворчал командир. — Ты зря здесь осталась… Ты, наверное, не в курсе…Мы в отличие от твоего отца никуда не летим…

— Я знаю, но мне все равно…, — пожала плечами Ола, слышавшая весь разговор Гуна со Стэком.

От Олы мысли Гуна перешли к Бэлл. Он вспомнил, как первый раз увидел ее, но на этом месте ему пришлось прерваться.

— Командир, у нас ЧП! — раздался в комнате встревоженный голос Крига.

Гун открыл глаза, в одно мгновение вскочил с кресла. Он швырнул дневник на стол и бросился к выходу из каюты. В командном отсеке он появился последним, все астронавты, за исключением Пола, уже ждали его. На их лицах отражались страх и тревога.

— Ну, что тут у вас? — спросил с порога Гун, переводя взор с одного члена экипажа на другого, но астронавты молчали. — Надеюсь, мы не попали в черную дыру, а все еще продолжаем лететь в нужном направлении? — поинтересовался он, но опять не услышал ни слова в ответ.

Ему уже стало надоедать это всеобщее странное молчание, как вдруг заговорила Бэлл.

— Командир, у нас на борту вирус! — четко выговаривая слова, сообщила она, в упор глядя на него.

— Что? — не понял Гун. — Вирус? Я не ослышался? А где Пол? — Гун, наконец, заметил, что один из астронавтов отсутствует.

— Пол болен… У него радиум… Мы с Карой поместили его в изолятор…

— Ты точно уверена, что это вирус? — нахмурился Гун.

— К сожалению, это так…, — вздохнула тяжело Бэлл.

Ее выдержка и спокойствие восхищали Гуна, ее отцу грозила смертельная опасность, а она держала себя в руках, не закатывая никаких истерик по этому поводу.

— Так, и что нам делать дальше?

— Пока нужно просто наблюдать за развитием болезни…, — продолжала Бэлл. — Возможно, ему улыбнется удача, и он с ней справится…

— Нет уж, так не пойдет! — вмешался в их разговор Криг. — Я против того, что ты предлагаешь. Держать на борту корабля инфицированного-это безумие!

— А что есть другие предложения? — спросил Арно.

— Как бы нам всем не было тяжело, — продолжал говорить Криг, — мы должны пожертвовать одним членом экипажа, чтобы спасти жизни всех остальных. Это самый лучший выход из ситуации, поверьте!

Он намеренно не называл имя Пола, словно говорил о ком-то совершенно постороннем. Видно было, что последние слова давались ему нелегко.

— В изоляторе он никому не опасен! — стала защищать отца Бэлл. — Я как первоклассный вирусолог отвечаю за то, что говорю.

— Он-твой отец, ты не можешь в этой ситуации мыслить объективно, — возразил Криг.

— Кара подтвердит мои слова, — Бэлл повернулась к подруге за поддержкой, но та молчала, отведя глаза в сторону.

— Послушайте, ну, нельзя же так? — вступила в разговор Ола. — Мы ведь говорим сейчас о нашем товарище… Мы не можем так просто взять и убить его… Это неправильно! А вдруг он действительно поправится? Ведь такое тоже может быть?

Криг посмотрел на нее, как на сумасшедшую, он никогда не верил в чудеса.

— Преступно с вашей стороны не давать отцу шанс на жизнь! Наукой доказано, что после любой эпидемии всегда остаются выжившие, у которых врожденный иммунитет к болезни! — снова стала убеждать всех Бэлл, в душе благодаря Олу за поддержку.

Астронавты молчали, глядя на командира корабля, который должен был за всех принять непростое решение. Гун тоже не спешил говорить, не зная, что делать дальше. Предложение Крига ему казалось слишком жестоким, Бэлл — безумно рискованным.

— Предлагаю отложить решение до завтра, — произнес он, так ни на что и не решившись.

После этих слов Гуна напряжение в помещении сразу спало, экипаж немного расслабился.

— Как там Пол? — спросил капитан Бэлл.

— Ничего, держится молодцом! — грустно ответила та.

— Он понимает, что болен вирусом?

Бэлл в ответ только кивнула.

— А он знает о перспективах болезни?

— Да, ему приходилось сталкиваться с ней по службе… Он ведь работал в полиции.

— Ясно, — задумчиво произнес Гун. — Без моего личного разрешения в изолятор никому не входить! Всем понятно? — строго произнес он и обвел взглядом собравшихся.

Все послушно закивали, не решаясь спорить с командиром, Криг тоже молчал.

— Как там наш детский сад? — спросил Гун Арно, имея ввиду маленьких пассажиров.

— Все системы жизнеобеспечения работают в штатном режиме…, — отчитался тот, Гун удовлетворенно кивнул.

— Ну, а теперь все свободны! — распорядился командир.

После его слов астронавты покинули командный отсек, только Криг и Арно остались там следить за приборами управления. Второй и третий пилоты молчали. Заметно было, что Криг остался недоволен решением Гуна, Арно же был согласен с ним. Криг не скрывал своего раздражения и Арно чувствовал, что спор о судьбе Пола был не последний…

6

Пол не сразу понял, что серьезно болен. Утром он почувствовал странную усталость, которая внезапно навалилась на него. Затем ни с того ни с сего у него пропал аппетит, при виде еды к горлу подкатывала тошнота. Пол старался не обращать на это внимание, но к ним прибавилась изматывающая ноющая боль во всем теле. Несколько проглоченных пилюль не помогли избавиться от страданий, и, измучавшись окончательно, Пол обратился к дочери.

— Бэлл, должен сказать тебе, что я, кажется, болен! — осторожно начал он, когда они были вдвоем в лаборатории.

Слова отца заставили Бэлл отвлечься от работы и повернуться к нему.