Помоги проекту - поделись книгой:
На Кубинском полигоне испытывались и специальные приспособления для защиты танка от противотанковых собак. Так, инженер Гончаров сконструировал особую металлическую сетку, ограждавшую танк от проникновения собаки под днище танка.
Сетка состояла из заостренных металлических стержней, загнутых поочередно то во внутрь, то на наружу и доходивших почти до земли. Если бы собака попала в эту сетку, то она была бы многократно проколота.
Вожатый Гарольда — Качалкин, ему одному известным способом узнал замысел «противника» и сумел применить контрмеры. Из резиновых покрышек он сделал удобный и прочный футляр для своей собаки и в таком виде пустил Гарольда под танк. Собака с таким рвением ворвалась в сетку и начала раздвигать прутья, да так, что прутья стали отлетать один за другим, а Гарольд, защищенный прочной резиновой оболочкой был для них — неуязвим.
Этим все не окончилось. Инженер Гончаров решил пропустить через сетку ток, напряжением до 70 вольт. Вожатый Качалкин в ответ, приделал к резиновой броне своей собаки несколько металлических проволочек, соединенных с землей и на этот раз победа осталась за собакой и ее инициативным вожатым.
Гарольд погиб в 1940 году при очередном испытании, успев при этом подорвать испытуемый танк.
Такова одна из многих историй с возникновением и отработкой методик использования собак истребителей танков противотанковой службы. И если смотреть с позиции известной нам дальнейшей истории, то можно только констатировать, что дело реализации нового вида противотанковой техники двигалось слишком медленно, но это не зависело от Центральной школы.
Чтобы спасти собаку, пытались применить вьюк самораскрывающийся, собака выдергивала рычажок, но в реальности, собака, как правило, заползала со взрывчаткой под танк и шанс на спасение был слишком мал.
Действенным было применение огнеметов, залпы которых распугивали почти всех собак, хотя были и такие, которые продолжали бросаться на танк, даже после того, как были опалены огнеметной струей.
Пытались воздействовать на собаку пулеметным огнем, но собаки иногда оставались незамеченными для механика-водителя, кроме того у него было слишком мало времени, чтобы поразить своего противника до того момента, когда тот оказывался в «мертвой» зоне пулемета.
Что касается применения сеток с металлическими шипами вниз, препятствовавших подползанию под днище танка, а верхние шипы на сетке и броне предохраняли от прыжка на танк. Но такая конструкция не была принята на вооружение, т. к. шипы внизу уменьшали скорость, особенно в рыхлой почве, а те, что были непосредственно на корпусе танка, могли стать причиной гибели экипажа в случае срочной эвакуации из машины.
Как показала практика, самым эффективным средством защиты от «собачьих атак» были маневр и огонь, т. е. испытания показали, что при перемене направления движения танка многие собаки отходили в сторону от намеченной цели, а огнем уничтожить собаку — значит спасти себя.
К середине 30-х годов теоретическая база по использованию служебных собак в условиях современного боя уже окончательно сформирована. Насколько назрела эта проблема для того времени видно из того, что аналогичные предложения способу ШОШИНА-НИТЦ, выдвигали и другие лица. Так в 1932 году эту идею выдвинули Спасенко и Гончаренко, но менее разработанную.
Справедливости ради, надо подчеркнуть, что в России первым предложил использовать собак-подрывников против танков и проволочных заграждений некий Поклонский, служивший в армии. Он первый предложил использование собак в качестве живых мин. Это было в 1915 году, но нашлось много противников этого способа.
К концу 1939 года методика и способы применения нового оружия были отработаны и поступили на вооружение Красной Армии.
Командование ЦВТШД-КА в работе по подготовке офицерских кадров всегда стремилось довести до их сведения самое лучшее, самое передовое, что имелось на вооружении на тот период.
Так, в начале 1941 года вышла книга полковника Балабанова В. М. «Противотанковая оборона в новых видах боя» (Воениздат, 1941). В книге теоретически разработан и обусловлен вопрос о путях развития средств и способов борьбы с танками. Этот труд был тщательно изучен под руководством командования всеми офицерами-собаководами, что положительно сказалось на действиях подразделений СИТ в дальнейшем, правильно ориентироваться и совершенствовать применение СИТ в их, борьбе с танками противника.
Надо отметить, что параллельно с противотанковой службой в конце 1934 начале января 1935 годов в районе Монино проводились испытания собак, обученных для диверсионной службы. Но это тема отдельного разговора.
Если собака-истребитель танков, как говорится — повезло и она сравнительно быстро пошла в гору, то совершенно другая судьба постигла специальность, столь же нужную, но не столь востребованную. Имеется в виду собаку — химразведчика. Коротко о ней.
Идея об использовании собаки для разведки в отношении отравляющих веществ возникла давно, значительно раньше, чем идея использования собаки против танков.
В 1928 году у научного сотрудника Центральной школы Крылова возникла идея использования собаки для разведки отравляющих веществ. В 1938 году этой же идеей занялся профессор Ю. А. Фролов. В 1940 году эта работа велась в Центральной школе В. Г. Голубевым.
Профессора Ю. А. Фролова на эту идею натолкнули потребности химической промышленности, с которой он до некоторой степени был связан. Дело в том, что в процессе производства различных химических препаратов, неизбежно наличия в воздухе некоторого количества вредных веществ. Пока концентрация этих веществ не превышает известного предела, с присутствием их можно мириться, но за этим пределом возникает вопрос о специальных мерах, охраны здоровья рабочих.
Наконец, эти вредные вещества могут появиться в нежелательной концентрации совершенно неожиданно, очень важно обнаружить этот факт как можно быстрее, гораздо раньше, чем это сделал бы человек, а это может сделать только или какой-то очень точный механический прибор, либо собака с ее изумительным чутьем.
Для профессора Ю. А. Фролова поэтому вопрос стоял не столько о возможности организовать при помощи собаки химразведку (этот вопрос не вызывал у него сомнения), сколько и главным образом — о тренировке собаки на умение улавливать запах газов в различной и, прежде всего, опасной концентрации.
Опыты профессора Ю. А. Фролова увенчались полным успехом, доказав полную пригодность собаки для роли химического разведчика, но они же поставили для этой роли и определенные пределы: собака не может (особенно в поле, на ветру) определить границы зараженного участка.
Крылова и Голубева к этой идеи привели потребности противохимической обороны нашей страны на тот период. Их опыты закончились положительно, но с их уходом из Центральной школы закончилась эта страничка применения собаки.
Никто тогда не предполагал, что все эти разработки и практические наработки в ближайшее время.
Миф 3
При изучении материала, связанного с темой «Противотанковая служба в военном собаководстве», обращает на себя внимание информация отдельных сайтов Интернета, таких как «Анатомия армии», «Противотанковая собака» (подвижные мины), «Псы-рыцари и минеры», «Спецназ» (Резун) и другие, на которых публикуются материалы, мягко говоря, «далекие от исторической истины». Авторы публикаций в меру своей компетентности излагают материалы о службе, в основу которой положена подготовка собака-истребитель танков. Правда каждого из авторов подается о противотанковой службе без учета архивных документов, воспоминаний ветеранов службы, итоговых цифр или учета хронологии войны. Легче всего написать: «я не верю», «нет документов», «это выдумка» и т. п.
Есть все, есть документы, цифры, воспоминания ветеранов и т. д. Если обратиться в Центральный архив Министерства обороны РФ (г. Подольск) или в архив музея истории военного собаководства, то все встанет на свое место.
Об истории возникновения противотанковой службы собак мы уже писали в предыдущем материале. Теперь об участии подразделений собак-истребителей танков в годы Великой Отечественной войны. Уже 2 июля 1941 года в Центральной школе был сформирован 1-й отдельный батальон специальных служб под командованием капитан П. Т. Новикова. Батальон численностью 199 человек и 212 собак состоял из двух рот: рота противотанковых собак (командир роты лейтенант Некрутенко) и рота связи (командир роты лейтенант Шкенин). Батальон был направлен в действующую армию на Западный фронт. 30 сентября 1941 года батальон был брошен в бой против частей 3-й танковой дивизии противника, т. е. в самом начале битвы за Москву. Роты действовали отдельно друг от друга, т. к. имели различное предназначение.
При применении роты СИТ сразу же выявились грубые просчеты в подготовке собак, их готовили без применения танков, используя в этом качестве трактора. Слабо была разработана тактика применения СИТ. Собак выпускали слишком далеко от приближающихся танков, атакующих пехоту, противника не прижимали огнем, давая им тем самым возможность расстреливать собак даже из личного оружия прямо из люков танков.
Кроме того сказался и низкий боевой дух большей части роты, она сдалась в плен, совершенно не исчерпав своей возможности к сопротивлению, имея при себе 108 собак-истребителей танков. На допросах вожатые собак дали всю необходимую информацию по вопросам дрессировки, предполагаемой тактики применения, вооружению и штатной численности формируемых подразделений СИТ. Случившееся стало большим уроком, в Центральной школе было сделаны серьезные выводы, внесены изменения в подготовку вожатых СИТ и их собак. К 25 июля 1941 года из личного состава Центральной школы формируется 1-й армейский отряд собак истребителей танков в составе 18 офицеров, 40 сержантов, 430 вожатых и 372 собаки. Отряд под командованием майора К. А. Лебедева дислоцируется на станции Савелово. В дальнейшем формируются 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9 и 10 армейские отряды СИТ с выделением 148 офицеров и 320 сержантов.
10 августа 1941 года из состава Центральной школы формируется 2-й армейский отряд СИТ в составе: 18 офицеров, 40 сержантов, 430 вожатых и 372 собак. Командиром отряда назначается капитан Н. И. Мусийченко. Место дислокации г. Перово. Отряд включается в состав Резервной армии Западного фронта с местом дислокации — станция Савелово. А уже 31 августа 1941 года после окончания учебно-боевой подготовки на Брянский фронт отправляется на боевую стажировку и испытание в боевых условиях противотанкового вьюка курсантский батальон. Состав батальона: офицеров — 18, сержантов — 48, курсантов-вожатых — 249, собак — 272. Командиром батальона был начальник ЦВТШД-КА полковник Г. П. Медведев.
При проводимых испытаниях противотанкового вьюка не срабатывал механизм подрыва взрывчатого вещества, этим сразу же заинтересовались органы НКВД, грозил арест руководства школы. Полковник Г. П. Медведев быстро вернулся в Центральную школу, где неисправность была быстро ликвидирована. А вскоре стала видна и практическая ценность СИТ. Первые результаты их применения показали, что немцев можно бить, и они собак-истребителей танков очень боятся.
Не будем загружать текст перечислением сформированных подразделений СИТ, подчеркнем одно: в 1941 году ЦВТШД-КА подготовила и отправила на фронт — 1272 человека, из них: 67 офицера, 157 сержанта, 1048 вожатых и 1007 собак противотанковой службы.
Новая техника себя оправдала, она наводила панику на немцев. Они стали поголовно истреблять собак в оккупированных районах, видя в каждой собаке «живую мину», а при встрече с настоящими «живыми минами», не стыдясь, «показывать тыл». Танк с «непобедимым арийцем», удирающим от собак, какое зрелище! На многих участках фронта, как вспоминают ветераны-собаководы, с появлением противотанковых собак танки исчезали, а наши бойцы и собаки переживали «вынужденную безработицу».
Вместе с тем, Центральная школа продолжала отправлять на фронт подразделения СИТ. Так, 25 июля 1942 года на фронт убывает 27-й отдельный отряд СИТ в составе: 17 офицеров, 39 сержантов, 155 вожатых и 159 собак, командир отряда старший лейтенант В. В. Шанцев. 28 августа 1942 года — 28-й отдельный отряд СИТ в составе: 18 офицеров, 38 сержантов, 158 вожатых и 202 собак, командир отряда старший лейтенант А. С. Кунин. В сентябре-ноябре 1942 года на фронт отправлены 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39 и 40 ООСС. На фронт убывают комплексные отряды, составленные из людей и собак разных служб военного собаководства. Такой принцип формирования был подсказан опытом войны. Всего за период 1941–1942 годов ЦВТШД-КА подготовила и отправила на фронты Великой Отечественной войны по противотанковой службе — 2217 человек, из них: офицеров — 195, сержантов — 411, вожатых — 1611, собак — 1790…
Сформированные Центральной школой и отправленные на фронт спецчасти собаководства для участия в оборонительных и наступательных боях, как средство усиления, за период боевых действий 1941–1942 г. г. имеют следующие результаты (по донесениям командиров):
1. Подбито и уничтожено танков противника — 192.
2. Отбито танковых атак при помощи СИТ — 18 раз.
Зимняя кампания 1942–1943 годов была несомненно решающим периодом войны и в этой ответственный период сформированные ранее подразделения и части военного собаководства продолжали делать свое скромное дело на фронтах, а в помощь им школой направлялись все новые и новые отряды. Первоначально эти отряды состояли из четырех рот служебных собак по 126 в каждой (ЦА МО РФ. ф.09. оп.4840. д.3. л.1). Практическое применение такой организации показало, что структура слишком громоздкая и трудно управляемая. И с июля 1942 года две роты в отряде были упразднены. В результате уменьшилось количество собак с 504 до 216, отряды стали мобильными и легко управляемые.
7 ноября 1943 года отдельные батальоны собак-миноискателей и истребителей танков (ОБСМИТ) переведены на новый штат с численностью личного состава — 188 человек и 144 собак-миноискателей.
За период с 1941 по 1943 годы Центральной школой подготовлено: личного состава противотанковой службы — 2306 человек, в том числе: офицеров — 200, сержантов — 424, вожатых — 1882, собак — 3755.
По донесениям командиров в 1943 году уничтожено 48 танков противника, а за период боевых действий 1941–1943 годов и 5 месяцев 1944 года подразделениями СИТ подбито и уничтожено 230 танков противника.
Всего по официальной статистке (основание: боевые донесения командиров в Центральную школу) за годы Великой Отечественной войны подбито и уничтожено — 304 танка противника. Не трудно подсчитать, что для уничтожения одного танка противника, в среднем, использовались примерно 13 подготовленных собак-истребителей танков.
О тактических условиях применения подразделений СИТ в рамках этой статьи мы опускаем, отметив, практика боевого применения в ходе боевых действий собак-истребителей танков показала, что они применимы в различных видах боя.
Не всегда все шло гладко, были неудачи, просчеты, но все решалось, исправлялось, а на поверку получился убедительный результат. Две немецкие танковые дивизии были разгромлены с помощью собак-истребителей танков. Много это или мало? Надо обратить внимание на тот период войны, когда применялись собаки-истребители танков и все встанет на свои места, будет ясно. Успех применения СИТ зависел во многом от умения и желания правильно использовать собак в бою со стороны командиров подразделений и общевойсковых начальников в чьем подчинении они находились. Вот пример грамотного использования СИТ в бою.
Из доклада командира 2-й гвардейской дивизии полковника Акименко А. З. начальнику Управления связи Красной Армии об использовании СИТ (Брянский фронт, 14 октября 1941 года):
«Использование собак-истребителей танков дало отличные результаты: на участке 160 стрелковой дивизии в районе Глухов 24.09.41 года 6-ю собаками уничтожено 5 неприятельских танков.»
Это было одно из первых применений СИТ на практике.
В тот же период, когда противник вел наступление на Москву под кодовым названием «Тайфун», все школы военного собаководства были перенацелены на подготовку отрядов СИТ. Результаты этой трудной и ответственной работы стали проявляться в мужестве, стойкости, самоотверженности и героизме военных собаководов, которую они вели в борьбе с танками.
Вот, что вспоминает генерал армии Хетагуров Г. И. в своей книге «Исполнение долга»:
«…в 13 часов противник возобновил наступление. Двадцать его танков подорвались на наших минных полях, но остальные, преодолев минно-взрывные заграждения, продолжали двигаться вперед. Еще двенадцать были подорваны бойцами из одиночных окопов с помощью собак».
Летом в составе 38-й армии Юго-Западного фронта действовал 27-й отдельный отряд СИТ (командир старший лейтенант В. В. Шанцев). За период с 10 июня по 2 июля 1942 года отряд уничтожил 21 танк, 14 автомашин, а также много живой силы противника. Совинформбюро в своем вечернем выпуске от 2 июля 1942 года сообщало: «на другом участке пятьдесят немецких танков попытались прорваться в расположение наших войск. Девять отважных бронебойщиков из истребительного отряда старшего лейтенанта Шанцева открыли огонь и подожгли 7 немецких танков.» В сообщении нет фамилий этих смельчаков, названных бронебойщиками из-за существовавшей в то время секретности на СИТ. Но история сохранила нам их фамилии. Вот выписка из газеты «Красная Армия» № 182 от 2.07.42 г. Юго-Западного фронта. Статья называется «Величественный подвиг 9-ти бронебойщиков»:
«Девять советских воинов вступили в бой с вражескими машинами. Метко без промаха бьет из своего оружия красноармеец Романов. Один за другим он выводит из строя два танка. Из засады ведут огонь наши истребители. Охваченная пламенем, горит уже седьмая машина… Защищая родную землю, девять бронебойщиков: старший сержант Буймин, сержант Сатиров, младший сержант Гайнутдинов, красноармейцы Романов, Панин, Лазунин, Запаров, Шамсиев и Колесников пали смертью храбрых, но не отступили ни на шаг…»
Так дрались военные собаководы, их подвиг — золотые страницы летописи Великой Отечественной войны, советские воины стояли на смерть, горели фашистские танки и бронетранспортеры, в том им «помогали» их верные четвероногие друзья.
Вот, что писал командующий 30-й армией, в дальнейшем генерал-лейтенант, Герой Советского Союза Д. Д. Лелюшенко в своем письме от 14 марта 1942 года на имя начальника Центральной военно-технической школы дрессировщиков Красной Армии о применении военных собак в его армии:
«Практика применения в армии собак Первого истребительного отряда показала, что при наличии массированного применения противником танков, противотанковые собаки являются неотъемлемой частью противотанковой обороны. Имел место случай, когда в период разгрома немцев под Москвой, пущенные в атаку танки противника были обращены в бегство собаками истребительного отряда (они боятся противотанковых собак и специально за ними охотятся)».
Вспомните трудный час 1941 года, когда фашистские полчища рвались к Москве. Военные собаки ценой своей жизни на подступах к столице сделали то, чему их научили: подорвали около сотни танков противника, но остались жить и бороться во имя будущего людей.
Бывшие гитлеровские генералы в своих мемуарах отмечают, что командиры их танковых подразделений не раз отдавали приказ об отступлении, если замечали, что на поле боя появлялись СИТ. Насколько противник считался с СИТ можно судить по изданию специальной Инструкции для немецких войск уже в январе 1942 года, как бороться с нашими собаками немецким войскам. Только по официальным данным при помощи СИТ в 1941–1942 годах было сорвано 18 танковых атак противника. Собаки применялись разных пород, в том числе и беспородные-«дворняжки». Именно такая «дворняжка» по кличке «ИРМА» по свидетельству фронтовиков первой в Великой Отечественной войне подорвала немецкий танк 27 июня 1941 года под Рогочевом.
В архиве музея истории военного собаководства хранится «Сводка о формировании частей ЦВТШД-КА для фронта за период с 22.06.41 по 31.12.42 г. г.», вот ее содержание:
Отправленные на фронт, на передовую группы вожатых СИТ порой действовали как скорая помощь, где трудно, там они.
Подвиг бойцов и командиров Красной Армии в битве за Москву вошел в историю и навсегда вписан в память нашего народа. В этом великом сражении в разных местах, на различных участках великой битвы принимали участие воины-собаководы всего двух армейских истребительных отрядов, но они внесли свой вклад в защиту столицы и забывать об этом не надо.
Как важнейшую цель общего наступления немецких войск на СССР Гитлер рассматривал захват Ленинграда. Не буду вдаваться в подробности проводимых мероприятий. В связи с этим хочу отметить, что в этой сложной обстановке по обороне и мобилизации сил и средств на защиту Ленинграда в состав 42-й армии был придан 5-й армейский истребительный отряд под командованием майора Петра Алексеевича Заводчикова, широко известного ленинградцам, специалиста служебного собаководства.
В начале 1942 года в отряде была подготовлена группа собак-подрывников. Собак приучали со взрывчаткой в специальной сумке пробираться по проходам в колючей проволоке, попав в расположение противника, собака забегала в бункер, бросалась на двери ДЗОТа, блиндажа, где она чуяла людей. Взрыватель задевал за стенку или дверь, срабатывал и производил подрыв. С их помощью отряд уничтожил три землянки с солдатами и склад боеприпасов противника.
О событиях июля 1942 года на Южном фронте написано до обидного мало. Тем важен для нас любой материал, проливающий свет на события, связанные с обороной советских войск в районе Ростова-на-Дону и роли в них приданных армейских истребительных отрядов с собаками-истребителями танков. И хотя имеющийся материал проливает свет на участие СИТ в обороне, это только край айсберга, основной материал ждет своего исследования. Опущу подробности обороны войсками 56-й армии, но она была такой героической, что из 121457 бойца и командира 56-й армии (командующий генерал-лейтенант А. И. Рыжов) в живых осталось около 18 тысяч, но никто не сделал и шагу назад!
В этих боях неувядаемой славой покрыли себя и военные собаководы, присланные сюда из Центральной школы 7, 8 и 9-го армейских истребительных отрядов. (командиры отрядов соответственно Яценко, Скорев и Акишин). Отряды сформированы в соответствии с директивой заместителя наркома обороны СССР № 538274 от 21.07.1941 г. по штату 014/45 (офицеров — 63, сержантов — 98, вожатых — 398, всего 559 человек и 504 собаки). Приданные дивизиям Южного фронта эти роты СИТ совместно с другими противотанковыми средствами создали прочную противотанковую оборону и в часы наибольшей опасности выполнили стоящие задачи ценой самой жизни, громили ненавистного врага.
20 июля 1942 года 56-я армия получила приказ обеспечить отвод главных сил Южного фронта (12, 18 и 37 армий) на левый берег Дона, удерживать внешний обвод Ростовского оборонительного района.
Прикрывая отход войск фронта 56-я армия силами 4-х дивизий и 4-х стрелковых бригад с артиллерией усиления заняла оборону по указанному рубежу. Воины 56-й армии совместно с пулеметно-артиллерийскими батальонами 70-го и 158-го укрепрайонов стойко отражали многочисленные атаки противника, нанося ему большие потери.
Накануне для обороны Ростова прибыли три бригады морской пехоты Тихоокеанского флота: 68-я, 76-я и 81-я.
Когда 1-я танковая армия немцев справилась с Харьковом, она повернула на юг, одновременно 17-я немецкая полевая армия начала наступление на Таганрог с линии Миус-фронта на Ростов-на-Дону. Город атаковали три армии врага: две танковые и одна пехотная. Подобного больше за историю войны не было.
Тихоокеанские моряки упорно защищали город.
Это заставило Гитлера направить сюда 4-ю танковую армию, которая из-за этого не пошла на Сталинград. Если бы она ударила от Воронежа на Сталинград, то заняла бы его без боя, поскольку войска для обороны не были сформированы. Направив эту армию на Ростов-на-Дону, Гитлер фактически отменил план «BLAU». Если бы этого не произошло, ход войны мог бы стать совсем другим…
21 июля 1942 года севернее села Чалтырь, со стороны Таганрога, на позиции 68-й отдельной морской стрелковой бригады наступало около 40 танков противника. Двенадцать из них, подавив батарею 45-мм противотанковых пушек, двинулись на КП. Положение становилось критическим. И тогда, командир бригады полковник А. Е. Шаповалов использовал последний резерв: 4-ю роту СИТ. 56 собак бросились навстречу танкам. Это была первая атака роты СИТ в полном составе.
Вот как записано в краткой исторической справке о боевых действиях бригады:
«… в это время через боевые порядки обороняющихся моряков промчались собаки-истребители танков. На их спинах был пристегнут заряд с толом и, точно антенна, торчал рычаг, от соприкосновения которого с днищем танка срабатывал взрыватель и взрывался тол. Танки взрывались один за другим. Поле покрылось шлейфами черного едкого дыма. Танковая атака приостановилась. Уцелевшие танки вместе с сопровождавшей их пехотой начали отходить назад. Бой затих…».
К сожалению, нам пока неизвестно: к какому армейскому истребительному отряду относилась 4-я рота СИТ, но тайны понемногу открываются, и безызвестные Герои обретают свои имена.
В ночь с 21 на 22 июля командарм — 56 А. И. Рыжов приказал сменить на внешнем оборонительном обводе морские стрелковые бригады 30-й, 339-й и 31-й дивизиям, а бригады вывести на 2-й и 3-й рубежи обороны, увеличивая ее глубину.
30-я СД полковника Б. Н. Аршинцева и 31-я СД генерал-майора Н. И. Озимина за короткую июльскую ночь сменили 16-ю, 68-ю и 81-ю бригады, а 339-я дивизия этого не сделала. 76-я морская стрелковая бригада осталась с тремя батальонами дожидаться смены.
Вечером 21 июля немцы разбомбили штаб 76-й бригады. Погибло 32 человека, больше 100 было ранено и контужено. Немецкая авиация господствовала в небе.
22 июля 1942 года у села Султан-Салы, северо-западнее Ростова, в полосе обороны 256-го стрелкового полка 30-й Иркутской, Чонгарской ордена Ленина и дважды Краснознаменной, имени Верховного Совета РСФСР стрелковой дивизии (командир дивизии полковник Б. Н. Аршинцев) сложилась чрезвычайная обстановка. В 11.30 свыше 50 танков с автоматчиками стали наступать, огибая правый фланг 256 стрелкового полка. Атаки противника были отбиты. После неудавшейся атаки, участок обороны полка подвергается яростной бомбардировке с воздуха, в которой участвуют до 60-ти самолетов.
Решением командира 30-й СД для прикрытия правого фланга 256 СП выбрасывается противотанковый резерв: противотанковые орудия и 3-я рота СИТ (отряд неизвестен) с задачей не допустить окружения дивизии в районе села Султан-Салы. И как за сутки до этого, под селом Чалтырем, севернее села Красный Крым, собаки-истребители танков спасли положение. В критический момент боя, по приказу командира 30-й СД, командир 3-й роты СИТ капитан Иванча дал команду спустить с поводков 64 собаки-истребителя танков.
В считанные минуты было подорвано 24 вражеских танка. (цифра в документе поставлена карандашом). Проведенная противником танковая атака захлебнулась. Оставшиеся без собак, погибших под танками и скошенных немецкими пулеметами, вожатые 3-й рота СИТ продолжали бой с личным оружием. Своим залповым, заградительным огнем из личного оружия они сумели в этом бою еще сбить и двухмоторный бомбардировщик противника. Это единственный случай в истории военного собаководства.
Так выглядела общедоступная информация в СМИ о 22 июля 1942 года у села Султан-Салы. И вот, когда статья об этом бое была уже написана, работая в архиве музея истории военного собаководства с документами в марте 2015 года, я обнаружил уникальный документ, который изменил и открыл одну из тайн истории военного собаководства. Привожу его полностью.
«От командира 1-й роты СИТ Командиру 9-го Армейск. отр. СИТ
9 Арм. отр. ст. лейт. Кокора майору Акишину.
Сообщаю подробности боевых действий 1-й роты СИТ 9-го Арм. Отряда, действовавшей в составе 56-й армии во время обороны г. Ростова, за период с 19 июля по 3 августа 1942 года.
1. К 19 июля 1942 г. рота, занимавшая оборону возле р. Миус (выс. 116, 3, выс. Соленая и х. Антонов), получила боевой приказ через нач. штаба 30-й СД подполковника Костюка, отойти в район Ростова и занять оборону двумя взводами в р-не с. с. Крым-Чалтыр, а остальные 2 взвода сосредоточить как резерв в вост. части х. Ленинаван. Мне, как заместителю командира роты, было поручено исполнение этого приказа.
К утру 20.07.42 г. приказ был выполнен: 1-й и 2-й взвода под командованием л-та Кондратова и мл. л-та Хараберюш заняли оборону между с. с. Крым и Чалтыр. 3-й и 4-й взвода (командиры ст. л-т Махинько и мл. л-т Попов) сосредоточились в х. Ленинван.
2. К вечеру 20.07.42 г. штаб 30-й СД, коей рота была придана, отдал приказ двум резервным взводам продвинуться к юж. окраине с. Чалтыр и занять оборону. К 2.00 21.07.42 г. приказание было выполнено. К-р роты капитан Иванча находился с 1-м и 2-м взводами, а я с 3-м и 4-м взводами.
Утром 21.07.42 г. последовала первая танковая атака противника в составе ок. 150 танков, но рота собак не применила, т. к. атака была отбита артиллерией. К 11.00 21.07.42 г. последовала вторая танковая атака. Четыре средних танка вышли в участок обороны 1-го взвода и были атакованы собаками и обстреляны артиллерией, в результате чего все 4 были выведены из строя. При осмотре вечером 21.07. оказалось, что все вражеские машины имеют пробоины от снарядов и подорваны собаками. Поскольку собаки шли под движущиеся танки, имею основание заключить, что уничтожили их собаки, и лишь потом добивала их артиллерия. Танки в этой атаке взаимодействовали с авиацией. В этом бою был ранен к-р 1-го взвода л-т Кондратов. Команование 1-м взв. передано ст. серж. Костенко.
3. К вечере 21.07.42 г. командир 30-й СД приказал: роту СИТ поставить на оборону балки Чалтыр возле укрепрайона. В связи с тем, что к-р роты кап. Иванча оказался болен, командир 30-й СД приказал командовать ротой мне. Приняв командование, я расположил роту на оборону в следующем порядке: 3-й взвод — вост. отрог балки Чалтыр 300 м. вост. дороги Ростов-Чалтыр, 4-й взвод — ю. з. часть балки Чалтыр за противотанк. препятствием, 2-й взвод — возле КП дивизии в резерве. 1-й взвод остался с 35 СП.
4. К 11 часам утра внезапно появились танки противника возле х. Ленинван со стороны дороги Ростов — С. — Салы, т. е. с тыла. Мне было приказано: задержать движение противника для того, чтобы дать возможность вывести полки из создавшегося положения. 2-й взвод был выдвинут лицом к Ростову и занял оборону поперек дороги Ростов-Чалтыр 300–400 м. южнее противотанкового рва. 3-й взвод занял оборону в отроге балки и частично в расположенных выше ДОТах и ДЗОТах. 4-й взвод занял правый фланг обороны, использовав траншеи и хода сообщений. Я находился с 4-м взводом. Менее чем через час танки в колич. 82-х при 2-х бронемашинах двинулись в нашем направлении с целью захватить шоссе Ростов-Чалтыр.
Первым принял бой 2-й взвод, пустивший и подорвавший 4 тяжелых танка, идущих во главе развернутого строя. Танки, видимо из воздушной разведки, узнав, что здесь нет артиллерии, шли на малой скорости, изредка простреливая подозрительные объекты. Первыми пустили собак ст. серж. Генкало (впоследствии ранен и эвакуирован), серж. Машкевич (впоследствии убит) и к-цы Стариков и Викентиев. Последующее замешательство противника и нарушение строя танков было использовано для пуска собак 3-м и 4-м взводами. В течение 3–4 мин. я насчитал 28 взрывов. Противник отошел на 600–700 метров и начал вести интенсивный артиллерийский и пулеметный огонь по нашей обороне в течение 1,5–2-х часов при содействии авиации. К 14 часам подошла вражеская мотопехота и начала вести наступление. Имея потери и не имея достаточных огневых средств, я приказал к-рам взводов отойти к ж. д. полотну. Всего за этот бой на поле осталось 17 мертвых машин. На некоторых из них были явно видны разрушения (машины имели осадку на один бок, две машины горели).
5. Выйдя к ж. д. полотну южнее ст. Хопры, я получил приказание от пом. нач. штаба 30-й СД переправиться через р. Мёртвый Донец и сосредоточиться к переправе через Дон. Переправляясь через Мертвый Донец, рота попала под арт. огонь, который вёл противник с Верх. Гниловской. Я был вынужден взять южнее. Преодолев 12 км. болота, к утру 23.07.42 г. я вышел к г. Азов. Узнав, где находятся части 30-й СД, я присоединился к ним с группой в 17 чел. при 8-ми собаках и находился там до 3 августа 1942 г. последнее время возле ст. Кисляковка. 3 августа сдал командование капитану Иванче, который к этому времени получил приказ двигаться на формировку вместе с 56-й армией. 7 августа, находясь в г. Майкоп, я получил приказание от кап. Иванча заготовить продукты питания. Находясь в городе, попал под огонь прорвавшихся танков противника и потерял связь с ротой. Узнав местонахождение 9 Арм. Отряда прибыл туда 26 августа 1942 г.
Таков итог этого боя по словам его руководителя. Снята завеса с ещё одной тайны военного собаководства в боях за г. Ростов-на-Дону. Только в последние годы этот трагический участок советско-германского фронта начинает открывать скорбные страницы своей истории. Сделаны лишь первые шаги в объективном изучении роли военных собаководов на Южном фронте. Приведённый выше документ несомненно шаг вперёд, позволяющий досконально восстановить ход событий тех далёких дней.
Одновременно с наступлением на юге, немецкие войска рвались к Волге, чтобы овладеть Сталинградом. Наступление фашистских войск было мощным и стремительным. Они шли на Сталинград. И как шли! Казалось, нет силы, способной их остановить.
62-я армия вступила в бой с надвигающимся противником, это было началом оборонительного этапа Сталинградской битвы. К середине июля 1942 года, отбросив наши войска за Дон, противник завязал боевые действия в большой излучине Дона. Несмотря на упорные бои, остановить врага на дальних подступах к Сталинграду не удалось.
23 августа 1942 года, не считаясь ни с какими потерями, противнику удалось прорвать оборону 62-й армии, в прорыв рванулись немецкие войска. Им удалось выйти к Волге севернее поселка Рынок. 62-я армия была отрезана от основных сил Сталинградского фронта. Это был самый драматический и трагичный день в обороне города. Город был превращен в руины. Утром 24 августа 1942 года противник перешел в наступление, но безуспешно. Началась многомесячная оборона города и бои за его освобождение.
В числе защитников города, в составе 62-й армии был и 28-й отдельный отряд собак-истребителей танков, под командованием старшего лейтенанта Анатолия Семеновича Кунина. Отряд прибыл на Сталинградский фронт 23 августа 1942 года и поступил в оперативное подчинение 10-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД (с. Заплавное). Именно им пришлось одними из первых вступить в неравный бой с прорвавшимися к городу немецкими войсками.
Впервые в битве за Сталинград собаки были применены в августе 1942 года на северных окраинах города, в районе наступления гитлеровских танков, на участке обороны 282-го стрелкового полка 10-й СД НКВД.
Воины дивизии с мужеством и честью выполнили поставленную перед ними задачу задержать прорвавшегося к Сталинграду врага до подхода наших сил. Весьма значительную роль в начальный период обороны Сталинграда сыграли собаки-истребители танков.
Отдельные группы истребителей, созданные в отряде, показали исключительное мужество и отвагу. Так, например, 13.09.42 г. в районе аэродрома на рубеж, который контролировала группа истребителей танков под командованием старшего сержанта Федора Крючкова шли немецкие танки. Истребители танков вожатые Алексей Кузякин, Алексей Кузьков, Николай Матвиенко и другие бойцы группы приняли бой, при этом уничтожив 13 немецких танков. Вся группа истребителей пала смертью храбрых, выполнив свой долг перед Родиной.
15.09.42 г. группа истребителей танков, возглавляемая младшим лейтенантом А. И. Варламовым вела бои с превосходящими силами противника в районе железнодорожного разъезда Воропанова. В группе было 15 вожатых с 15 собаками-истребителями танков и 20 зарядов ВВ.
Вся группа героически погибла, выполнив боевую задачу, но обороняемого рубежа не сдала, отразив три атаки противника и уничтожив 6 танков с десантом.
В боях за Сталинград 28 ООСИТ уничтожено 42 танка, 2 бронемашины, 4 автомашины, 2 пулеметные огневые точки и 578 солдат и офицеров противника.
Именно в боях за Сталинград в состав 28 ООСИТ были включены расчеты противотанковых ружей по 3–4 на взвод СИТ.
Известно, что в начале войны из-за недостатка противотанковой артиллерии и танков остро встал вопрос о быстрейшем вооружении нашей пехоты надежным средством борьбы с танками противника. На вооружение нашей армии стали поступать сразу два варианта противотанковых ружей системы С. Г. Симонова (ПТРС — 41) и В. А. Дегтярева (ПТРД — 41). Высокие тактико-технические характеристики позволили применять их успешно до последних дней войны.
За стойкость и отвагу командующий 62-й армией генерал-лейтенант А. И. Чуйков объявил всему личному составу 28-го ООСИТ благодарность, а 47 воинов удостоены правительственных наград (приказ № 73/н от 29.03.43 г.)
Поделиться книгой: