Князь темной пустоши

— Твари, — кивнул мужчина, а потом поправил. — Да только не наши. Тесть трактир держал в Тарине. Когда Маринка дома гостила его подожгли. Выжила лишь одна ее мать. Уж как она просила отдать внучку… Только не бывать этому. Не отдам. Лучше пусть действительно стражем станет, как сейчас мечтает. Князь не обидит.

— Она просто хочет быть похожей на вас, а подрастет, может, найдет что-то другое по душе.

— Я на это очень надеюсь, — искренне произнес Александр. — Если б хоть теща с нами жила… Марина ей не призналась, что уехала в Акарам, а когда я рассказал… — мужчина махнул рукой. — В этом "рассаднике мракобесия" она даже ради родной крови отказалась появляться.

Повисла тяжелая тишина.

— Что вам еще показать? Может, театр? — спросил офицер на улице.

Мимо пробежала стайка детворы, тщетно стремясь поймать грифона.

— А где Адель? Она разве не с вами? — окликнул Александр, отставшую от сверстников девочку.

— Нет и не было.

— Небесные владыки, — горестно воскликнул мужчина.

— Давайте поищем вместе, — предложила Алиса.

Лицо военного просветлело. Оставить без сопровождения гостью он не мог, но, когда исчезает единственная дочь… Нет, в городе ей никто ничего плохого не сделает. У них даже дома закрывать не принято, но в прошлый раз Адель едва не свалилась с крыши, а до этого…

— Я знаю, где эта паршивка, — осенило отца чрезмерно активного ребенка.

Давно Алиса столько не бегала, а позвать Криса не додумалась.

Они успели к самой кульминации. Малышка упала с грифоньей спины и покатилась по траве. Хорошо, хоть зверь бежал по земле, а не летел.

— Адель.

— Я сама, — сердито ответила двенадцатилетняя девочка, проигнорировав помощь.

Падение принесло больше морального ущерба, чем физического. А к синякам она привыкла.

— Упрямая, норовливая скотина, — беззлобно заметил офицер, просто как констатацию факта.

У Алисы не возникло сомнений, что "комплименты" относятся к грифону.

— А седло?

— Эти твари не признают ни седел, ни уздечек. И перед тем, как подняться в небо, на земле изматывают так, что и летать не захочется.

— У меня все равно получится, — упрямо заявила Адель.

Отец вздохнул. "Получалось" уже почти четыре месяца.

— Ничего, — улыбнулась Алиса. — Зато потом не сорвешься.

— У вас есть грифон? — заинтересовалась малышка.

— Мантикор.

— Правда?

После этого вопроса Алиса поняла, что могла проехать с комфортом, а не бежать, едва поспевая за своим сопровождающим.

— Крис? Крис.

Зверь, сбросив маскировку, возник в нескольких шагах от хозяйки.

Адель восторженно выдохнула. Потянула загребущие ручки… и спрятала в карманы. А что делать, мантикоры не любят чужого внимания, и не забывают об этом напоминать.

— Один кружок, согласен? — спросила Алиса. Ведь нет ничего прекраснее, чем сказка, ставшая явью.

Кристоф задумался.

— Смотри сколько эмоций, — продолжила уговаривать хозяйка. Этот аргумент малыш счел весомым. — Садись, прокатишься. — Обрадовала Алиса девочку.

Малявка, не веря свалившемуся счастью, влезла на спину. Кристоф степенно зашагал по кругу. Грифон ревниво наблюдал. Он давно признал в дочери офицера хозяйку, но для совместных полетов еще не пришло время. Девочке пока не удержаться в небе, сорвется.

После столь щедрого подарка Адель осталась с Алисой до вечера. Грифон тоже… Домоправительница не возражала. Вместе осматривать город намного веселее.

— Когда научишься летать — жду в гости, — пригласила Алиса.

— В замок? — загорелись глаза малышки. Потом она грустно вздохнула. — Такие долгие перелеты мы никак не осилим раньше, чем через три месяца…

— Оптимистка, — негромко заметил отец.

— Я правда буду рада вас видеть. И если кроме полета на грифоне есть другие доступные пути — приходите.

— Спасибо, — искренне ответил офицер.

Может, Адель посмотрит на Алису и раздумает становиться стражем? И будет носить наконец платья. Ведь в замке княжеская домоправительница вряд ли облачается в амазонку.

* * *

С неба на террасу опустился орел, на пол спрыгнул человек. Она снова проморгала момент изменения. Алиса удивительно спокойно относилась к смене обличий князя. В том, что весь мир считал темным искусством, она не находила ничего дурного или противоестественного.

— Жаль, что я не умею летать, — вздохнула домоправительница.

Ян понял: девушке стало тесно в замке, и говорит она вовсе не о путешествиях на спине грифона.

— Очень жаль, — повторила Алиса едва слышно, обычный человек и не разобрал бы.

— Это можно исправить, — мгновение подумав, пообещал князь.

Исправлять отправились на следующий день. Девушку обмотали особыми лентами: широкими, легкими, но такими крепкими, что не всякий нож разрежет. Концы привязали к грифоньим лапам. Конечно, это всего лишь иллюзия, однако грифон реагировал на малейшее движение, и казалось, будто у Алисы и впрямь выросли крылья. Ни с чем не сравнимые ощущения.

— Это что-то невероятное, — выдохнула покорительница небесного простора. — Спасибо.

Кончик последней ленты выскользнул из рук князя. Алиса сияла почти так же ярко, как в ту ночь, в Тарине. Какая же право малость понадобилась ей для счастья: полет над принадлежащими нежити землями. Его землями… У владык Акарама железная воля, но Ян понял, что больше не хочет, да и не может сдерживать желание прикоснуться к ее губам.

— Хозяин. Разрешите обратиться.

Будто колокол ударил. Они отпрянули друг от друга, ощущая почти осязаемое разочарование.

— Говори, — приказал князь, спрятав эмоции под маской ледяного спокойствия.

— На наше посольство в Малонии напали.

— Погибшие?

— Среди воинов нет, но слуги…

— Текущая ситуации?

— Отбились, нападавшие захвачены и задержаны на территории посольства. Сейчас подоспела городская стража, якобы для сопровождения вероломных мятежников в каземат. Однако если наши люди их не передадут…

— То нападение повторится, чтоб "обезопасить город, или оказать помощь", — кивнул повелитель темных пустошей. — Почему так поздно докладываете?

Призрак виновато потупился:

— Как только смогли, хозяин.

Однако князь уже не слушал его оправданий. Смотреть глазами призрака, находящегося за сотни миль, говорить за него — задача не из легких, Ян ее давно освоил. Призраки обеспечивали правителю Акарама мгновенную связь с посольствами во всех восьми княжествах. Тело мужчины застыло, даже дыхание и то будто замерло, лишь губы шевелились:

— Потяните время, через сорок минут у вас будет три горгульи. Разрешаю скормить всех нападавших и тех, кто будет пытаться помешать. Ведьмаков не опасайтесь, навредить горгульям они не смогут. На случай непредвиденных обстоятельств в резерве будут ждать виверны. Без крайней необходимости не использовать. Завтра я приеду и напомню о двадцать первом пакте и обязанностях передавать нам жертвы.

Разорвав контакт, князь прижал ладонь к земле, и продолжил распоряжаться:

— Вылет дозволяю, вылет подтверждаю. Тронете кого без санкции — упокою.

Алиса стояла бледная, улыбка пропала. За это Ян не то, что горгульям — гарпиям скормил бы всех виновных.

— А без горгулий нельзя? — спросила она тихо. Не могла не спросить, хоть и знала, что вмешиваться не в праве.

— Акарам не прощает нападения. Акарам не оставляет своих подданных без помощи. Горгульи не трогают души. Так какая разница будут сражаться они или мои люди? Три горгульи справятся лучше целого гарнизона.

— А двадцать первый пакт?

— Нам сейчас отдают преступников, а по пакту положены невинные девицы. Вот и напомним.

Князь ушел, переместившись на иную тропу, а призрак вдруг поинтересовался:

— Хозяюшка, может, чего узнать хотите?

— Ко мне уже одни такие приходили, с услугами, — отмахнулась Алиса рассеянно.

— А я много не попрошу, а знаю достаточно. В качестве оплаты соберете энергию в ладонях (сколько отдать не жалко), сформируете в форме шара, и бросите мне.

Цена и впрямь невысокая, конечно правдивость ответов никто не гарантирует, но вдруг…

— Почему напали на посольство?

— Дураки, что с них взять. В Малонии переворот намечается, ход с нападением показался хорошим, вот и отыграли. Но ничего, князь живо наведет порядок.

— А насчет невинных девиц?

— Ревнуете, хозяюшка?

Мантикор зашипел и прыгнул. Призрак торопливо исчез, чтоб проявиться метрах в пяти от прежнего места.

— Понял, я все понял, — затрещал он торопливо. — Зачем хозяину эти истерички? А вот если офицеры жениться хотят, то, может, кого и возьмет, на испытательный срок.

— Испытательный срок? — изумилась домоправительница, впервые столкнувшаяся с таким понятием в институте брака.

— Ну, да. А вдруг не подойдут? Тогда вернут обратно. Не гарпиям же их скармливать. Угодил я вам, хозяюшка?

— Я как-то совсем запуталась, — пожаловалась Алиса.

— Могу в замковой библиотеке книги показать интересные, исторические.

— Толку мне от тех книг, если языка не знаю, — воскликнула девушка в сердцах.

— А зеркальце зачем? — опешил призрак.

— Зеркальце?

— Книгу над ним переворачиваешь, а буковки отражаются так, чтоб тебе понятно стало. Так что, хозяюшка? — поинтересовался подручный князя, вдруг решив перейти на "ты". Может, невежество в отношении к ценному артефакту на него так повлияло.

— Согласна.

Очнулась Алиса благодаря Крису: мантикор вылизывал ее лицо. Да так активно, что еще немного и протрет в щеке дырку.

— Ты чего это? Зачем так много отдала? — испуганно причитал призрак.

— Обрадовалась, из-за зеркальца, — честно ответила Алиса, и не стала добавлять: откуда ей знать, много отдала или в самый раз? — Пошли в библиотеку.

Она кое-как забралась на спину малыша. Хотя, какой он уже малыш? Такая зверюга вымахала — просто загляденье.

* * *

Зеркало в библиотеке оказалось настоящей находкой. Если б еще книги не весили так много. Впрочем, Алиса отрывалась от хроник, только когда руки начинали безобразно дрожать.

Призрак отлично разбирался в литературе. За две недели домоправительница выяснила о тварях больше, чем за всю свою жизнь. Следующим этапом стала история Акарама. Скупые хроники столь причудливо перемешались с легендами, что Алисе иногда казалось, будто она сама переносится на тысячи лет назад, а буквы в зеркале вот-вот оживут, сменяясь красочными картинами.

"…Изначально не существовало ни хранителей, ни тварей. Земли, вдоль великой реки, носили иное название, ныне преданное забвению. Девять правителей присутствовали на совете, изменившем историю. Восемь из них отказались от бремени, выбрав хаос, и ухватившись за ничтожную вероятность исправить положение, не принимая участия в ритуале. Никто из них не захотел уступить тварям хоть малейшую часть своих владений. Властители не решились нарушить целостность своих душ, и выковать для нежити привязку нитями собственной крови. Тогда девятый князь сам провел ритуал. Девять частиц земли, положенной нежити, — оказались почти всем его княжеством. Города сменились болотами, села превратились в пустыню, а полчища неистребимой нежити обрели дом. Тюрьму.