Университет Междумирья. Скажи мне, где выход

Значит, можно не рассматривать вариант, в котором меня заманивают в университет Междумирья и подло крадут в столовой магический дар, пока я наворачиваю салат. Дракон резко наклонился, лавируя в воздухе, меня окончательно впечатало в Кеннета. Вдохнула поглубже. Так, все. Не думать о его горячей ладони и не менее горячем дыхании, наслаждаться видом. Вон какой красивый. Избушковые небоскребы, высокие шпили. Квадратики парков, линии длинных улиц и их пересечения. Явно обещанная столица уже. Хлопья облаков сверху, снизу, по сторонам… Покосившийся дом с торчащим сбоку носом корабля. Без аварий не обошлось…

Ловко пролетев между шпилями высотных башен, мы начали снижаться сквозь молочное облако. А ведь за весь полет я и не сползла с драконьего загривка ни разу. Ремень-то особо ни к чему. Страховка, видимо. Облако кончилось, показался бревенчатый небоскреб в добрую сотню этажей. Со стрельчатыми окнами в витражах и узорчатыми балконами. Ого, махина! Плавно спикировав вниз, дракон нарезал круг над приближающейся крышей. Столичный аэродром был прямо там, на вершине небоскреба! Кружение других драконов, аккуратные пристройки, взлетно-посадочная площадка. На нее мы и приземлились. Ветер приятно обдувал лицо, голова кружилась от высоты и впечатлений, ощущался жар от мужской ладони, прожигающий через блузку. Ладонь соскользнула, а жар остался. Кажется, летающий транспорт здесь с подогревом. Точно! Не замерзла же в полете.

Людей на крыше толпилось видимо-невидимо, очередь на взлет тянулась аж до лестницы. Оказалось, что спускаться с дракона гораздо тяжелее, чем подняться на него, особенно если забыл отстегнуться… Чертов ремень с чертовыми заклепками! Кеннет выпутал меня из этой сбруи, стащил вниз и торжественно объявил:

– Добро пожаловать в Башню Зла.

Я фыркнула, чтобы не думал, что вновь попадусь. Но тут взгляд упал на приветственную табличку: «Торговый центр БАШНЯ ЗЛА. Деньги – это зло, избавьтесь от него у нас». Занятное на Ладосе чувство юмора. Прямо как у Кеннета. Ну, зато честно!

– Мы за покупками? – заинтересовалась я.

– Не совсем. Здесь работает тот, с кем мне нужно увидеться. Поговорим, а потом в библиотеку заскочим, – Кеннет указал на невысокое здание сбоку внизу, с колоннами и заостренной крышей, – за твоими координатами.

Хороший план, хотя от прогулки по магазинам я бы не отказалась… Чисто поглазеть. На какую-нибудь лавочку для рукоделия. Мы спустились в холл последнего этажа по отдельной, почти пустой лестнице, и тут-то до меня и дошло. Сто этажей, отключенная магия… Лифт наверняка не работает! Господи боже! Я так впечатлилась перспективой бесконечного спуска по лестнице, что готова была даже выпрыгнуть с парашютом в окно. Слава богу, не пришлось: сквозь все здание сверху донизу проходили стеклянные трубы, смахивающие на пожарные столбы, с выходами на каждом этаже в отдельных комнатках с контролерами. Прокатилась до семьдесят седьмого, с ветерком. Волосы дыбом, про юбку промолчу… Не слетела, и то счастье. Надо было другой вариант формы требовать. Как у Глэдис!

Этаж усеивали вереницы магазинов, лавочек и ресторанчиков. Стандартный торговый центр, только вместо стекол и витрин – деревянные панели в мелкую сеточку, сквозь которую было замечательно видно одежду всех оттенков строгого ретро, умопомрачительные кукольные домики, книги из тончайшей, но плотной бумаги… Салон летающих корабликов, киоск говорящих обоев. Эти, конечно, закрыты. Оно и понятно – без магии много не налетаешь, а болтать со стен – жесть! Забавные вывески поблескивали впечатанными внутрь буквами. Цветочная лавка «Задобри дракона», фирменный магазин артефактов «Энброк и Артеил», музыкальная студия «Ноты на работе». Из соседнего киоска с треугольными цветными пончиками аппетитно пахло свежей выпечкой. Я сглотнула слюну и мысленно себя одернула. Нечего тут! Вообще неизвестно, имеются ли у нас… тьфу, то есть у него деньги. За дракона не платили, погонщика удовлетворила та непонятная бумага. Не факт, что продавец пончиков ею утешится.

Забрели мы в самый конец коридора, к неработающему ныне лифту, и остановились у входа в сувенирную лавку с глухой непрозрачной стеной. «Древности и сладости» – было подписано над сказочной полукруглой дверью. Сладости-то хоть не древние? «Не уверен – не стучись» – гласила мелкая приписка под вывеской. Гостеприимно…

Кеннет посмотрел на меня задумчиво и вдруг как спросил:

– А ты девственница?

Я аж поперхнулась. Направленный на меня взгляд никуда не делся. Определенно ждали ответа. Всерьез?..

– Это… – выпалила я. – Никого не касается, вот!

У них в Междумирье что, принято подобные вопросы задавать?!

– Ладно, как хочешь, – пожал он плечами и, проделав несколько решительных шагов, без стука толкнул дверь.

Та приоткрылась, внутри звякнул колокольчик. Я не стала дожидаться приглашения и юркнула следом. Тесное помещение было заставлено шкафами со всевозможной утварью и безделушками. Прокуренный полумрак, колыхание единственной занавески в углу, прилавок, за которым восседал… гном? Маленький, лысый, сморщенный и зеленый, словно кусочек рокфора. Я озадаченно замерла у двери, Кеннет подошел вплотную к прилавку. Гном снял очки и, протерев их рукавом безразмерного халата, водрузил обратно на крючкообразный нос.

– Ох ты ж, кого я вижу! – Рот без малейших признаков губ расплылся в довольной улыбке. – И я даже знаю, что тебе надо.

– Поэтому, Юв, с вами и приятно иметь дело, – хитро отозвался Кеннет.

Тот достал неведомо откуда толстенную книжищу и зашуршал страницами. Неожиданно выронил ее и остолбенел, принюхиваясь. Как у него выразительно носище-то ходуном ходит… Ахнув, Юв перемахнул через прилавок и, уставившись прямиком на меня в два широко распахнутых глаза, заголосил:

– О-о-о! Заступники-покровители, чтоб вас! Невинная дева… Священны визиты твои! Проходи-проходи.

Э?.. Я попятилась, но уперлась спиной в дверь. Где у нее ручка, где?! Кеннет стоял с невозмутимым лицом, но глаза его весело блестели.

– Давненько не захаживали, давненько, – ликующе бормотал хозяин лавки, двигаясь ко мне. – Истлел в ожидании весь сосуд!

Какой еще сосуд?! Сердце подскочило к горлу, пальцы продолжали панически нащупывать ручку.

– Не стой же на пороге. – Узловатая ладонь настойчиво ухватилась за мою. – Окажи честь тебя принять!

На буксире тащило от двери, Кеннет открыто давился смехом. Ну все. Вот теперь я зла!

– Не окажу! – Я стряхнула этого подозрительного гнома и уперла руки в бока. – Может, потому и не захаживали давно, что вы на них с порога кидаетесь?

И вообще, неприлично чужую девственность нюхать! Последнее я предпочла оставить при себе, но Кеннету и так хватило – согнулся пополам, схватившись за живот. Юв отпрянул, в его мутноватых глазах заплескался страх и, кажется, слезы. Ой…

– Прошу, дева, не гневайтесь, – взмолился он. – Не хотите – как хотите… Двери для вас всегда открыты, в обе стороны, никто не смеет задерживать! Ваше слово – закон.

А вот теперь мне тут даже нравится. Может, и останусь.

– Но, если решите все же почтить мою скромную обитель своим присутствием, – подхватил Юв, заметив, что я еще в лавке, – буду несказанно счастлив и польщен.

– М-м-м, – как-то даже растерялась я, – ладно. В общем-то, ничем сейчас не занята…

Повелитель сувениров просиял и, жестом попросив подождать, скрылся за шторкой. Видимо, было там еще какое-то помещение, причем заполненное чем-то стеклянным, судя по звонким звукам и подозрительному журчанию. Он что-то по рюмкам разливает и сам с собой чокается? Решив не думать об этом, я прошествовала к прилавку мимо старающегося делать равнодушное лицо Кеннета и от души пообещала:

– Я отомщу…

– Ну, прости, – протянул он без малейших признаков раскаяния. – Между прочим, я пытался предупредить!

– В следующий раз пытайся лучше! – Я покосилась на шторку, за которой гремели все громче, и в панике быстро прошептала: – О чем еще мне надо знать? Что за сосуд?

– Без понятия, мне его не предлагали, – грустно вздохнул Кеннет. – Не берут в невинные девы…

Я закатила глаза.

– Да ладно тебе, – он примирительно вскинул руки вверх, – Юв безобидный. Просто жадный до редкостей, денег и чужих долгов. А детектор юных дев у него встроенный после пропития лечебного курса от депрессии из пыльцы рога единорога. Дорогущая вещь, кстати, вон на третьей полке витрины баночка стоит, крайняя справа.

Баночка там действительно стояла, с радугой на этикетке, именно так и подписанная. Вроде не врет.

– А кто он такой, этот Юв? Какая раса местная? Типа гнома?

– Жаль тебя разочаровывать, но не бывает гномов, эльфов и прочих орков, только люди.

– Странновато он для человека выглядит… – недоверчиво хмыкнула я, тихо-тихо на всякий случай.

– Ему пятьсот лет, – пояснили тоже шепотом. – Заклятие вечной жизни имеет свои побочные эффекты.

Ужас какой! Не хотела бы я жить вечно маленькой, зеленой и покрытой плесенью, даже если она трижды волшебная. Не заклятие, а проклятие настоящее! Немудрено в депрессию впасть. Пока я ужасалась, шторка приоткрылась, просунувшаяся сквозь проем ладонь поманила войти. Я замешкалась, Кеннет легонько подтолкнул меня вперед:

– Расскажешь потом, что там было. Ну, если выживешь.

Я фыркнула и пошла, совершенно не собираясь ему потом ничего рассказывать. С сегодняшнего дня я ужасно злопамятная, вот!

За шторкой оказалась кладовая в три раза просторнее лавки. От всевозможных шкатулок, статуэток и баночек зарябило в глазах. Полки со всем этим добром уходили под потолок и выглядели кристально чистыми, будто хозяин регулярно и бережно протирал каждую безделушку тряпочкой. Юв торжественно провел меня через всю кладовую, усадил на кресло в углу, рядом с заваленным пирожными столиком, и протянул невероятной красоты флакон – хрустальный, с сотней блестящих граней, переливающихся безо всякого солнца. Я завороженно схватила его, с опозданием задавшись вопросом: а стоило ли?

– Это для слез, – объявил Юв, я ошарашенно моргнула, – искренних и горячих.

– Не повезло вам, – не удержалась я, – только с утра обревелась.

– Жаль, – печально обронил он, – что мимо сосуда. Но ничего, думаю, еще будет шанс повторить. С вашим-то спутником.

Сдается мне, они неплохо знакомы… Хотя в моей недавней истерике вины Кеннета не было. Да и вообще, он меня после визита в лавку домой обещал отправить. Я попыталась вернуть флакон, но Юв отрицательно замотал головой.

– Возьмите с собой и более слез зазря не роняйте. Приносите потом полный, платой не обделю! Вовек должен буду!

– А в чем их ценность? – прищурилась я, чуя подвох. – В Ладосе разве недостаток в девственницах, которые плачут?

– Отнюдь нет. Но дева должна быть невинна не только физически, а абсолютно вся. Редкость, такая редкость…

Ну ничего себе. Кто бы мог подумать… Может, поэтому меня в Междумирье и заманили? Унюхали единорогами и похитить вздумали, чтобы регулярно до слез доводить.

– Вы тут посидите, отдохните с дороги, – Юв попятился прочь, – угоститесь. Я пока с вашим спутником закончу.

Он улизнул обратно за штору, оставив меня с флаконом и пирожными. С виду были обычные кремовые розочки на коржике, весьма аппетитные, но прикасаться к ним я не рискнула. Все же в его интересах, чтобы я прямо здесь разрыдалась, мало ли что там намешано. Из лавки донеслось невнятное бормотание ее хозяина и что-то насчет проверенной информации, потом фраза Кеннета про обдираловку. Ого, еще и торгуется! Я с любопытством огляделась. С ближайшей полки на расстоянии вытянутой руки свисал моток массивных бус, мерцали диковинные камни. И не боится Юв меня одну без присмотра среди этой роскоши оставлять? Вдруг умыкну что-нибудь, магическая сигнализация-то небось не работает. Не подозревая о моих крамольных мыслях, тот долго вещал об эксклюзивно добытом приглашении, ему непреклонно отвечали скептическим хмыканьем. В итоге Кеннет припечатал: «Это уже завтра, и не с самыми удобными условиями», на что получил тяжкий вздох и причитания по поводу грядущего разорения.

Похоже, все же договорились…

Глава 11

Из лавки я вышла с флаконом для горячих слез, а Кеннет вроде как без ничего, но довольный. Ясно, чем-то ценным обзавелся и уже припрятал. Хитрые пространственные карманы… И почему мне такого не досталось? Но хрустальный пузырек поместился и в обычный карман пиджака, составив компанию выключенному телефону.

Кеннету я о таинственных делах Юва с невинными девами ни слова не обронила, хотя спрашивал. Про флакон сказала, что это для крови тех, у кого шуточки сомнительные. Он сделал непонимающие глаза и ответил, что как раз такого одного знает, но портал ради этого ставить не будет, вот если бы сосуд побольше был… Я бодро зашагала к межэтажному пожарному столбу и сполна насладилась спуском на первый этаж.

На выходе из торгового центра было свежо и зелено, маленький скверик посреди площади был полон. Несмотря на вызванный отключением магии апокалипсис, люди не желали киснуть дома: гуляли, сидели на резных скамейках с книгами и делали покупки, звеня наличными монетками из мешочков. Тяжело тут, наверное, быть богатым. Замучишься так вот деньги таскать. В голубом, пронзенном шпилями избушек небе плыли хлопьеобразные облака, пролетали драконы, по земле цокали копытами обыкновенные с виду лошади, как со всадниками, так и с похожими на кареты повозками. До библиотеки, хранящей справочники координат, было рукой подать, но Кеннет отчего-то не торопился. Жестом позвал вглубь сквера и уселся на уединенную скамейку меж фигурно стриженых кустов. С шеста неудачно спустился, что ли?

– А тебе очень срочно домой надо? – осведомился он, и я села так села, потому что ноги от его вопроса буквально подкосились.

– М-м-м… – вырвалось вместо логичного вопроса «зачем».

– Может, задержишься на денек?

– М-м-м… – Меня явно заклинило.

– Как ты относишься к частным вечеринкам в старинных поместьях с красивой музыкой и вкусной едой?

– Это приглашение? – уточнила я неуверенно.

– Именно оно.

В воздухе мелькнул зигзаг пространственного кармана, в моих руках оказался конверт. «Бал-маскарад в главном замке владычества Эллодиа» – гласила размашистая надпись на вложенном листе. Ничего себе частная вечеринка! Это действительно было приглашение. Выцарапанное у Юва, видимо. Волшебно сверкающее, не именное, зато на две персоны – явка строго парами. Вот зачем я понадобилась. Найти девушку на завтрашний вечер для него вряд ли проблема, но вот такую, чтобы неудобных вопросов не задавала…

– Ты там чисто развлечься собираешься? – недоверчиво прищурилась я. Взгляд черных глаз был слишком честным и… теплым. – Интересные у тебя планы.

– Составишь компанию? – спросил Кеннет и медленно улыбнулся. Я сглотнула. – А после домой отправишься. Соглашайся, иначе получится, что между мирами прыгала, чтобы отключение магии посмотреть, домик в глуши заповедника да унылый торговый центр? Обидно же.

Если он не перестанет так смотреть и улыбаться, то я опять смогу только мычать. Или он этого и добивается?! Провокатор! Я села ровнее, отдала приглашение. Понаблюдав, как оно растворяется в воздухе, уставилась на безопасное дерево и твердо заявила:

– Объясни, что будешь на балу делать, или я не пойду.

Нагло было? Пожалуй… Учитывая, что ему ничего не стоит встать и уйти. Другую девушку в замке вкусно кормить… Пока я гордо сижу на скамейке и думаю, как выжить в чужом мире. Но я имею право знать, на что подписываюсь! В конце концов, на той вечеринке может быть опасно. Не думаю, что он туда развлекаться идет, раз после того, как получил магический накопитель, первым делом приглашение добыл. Судя по мрачному вздоху рядом, я была права.

– Послушай, – сказала я уже не так требовательно, – не надо разбираться в устройстве ваших миров, чтобы не заметить очевидного. У тех типов в экспериментальной зоне тоже была магия, значит, кто-то еще помимо вас с Лукашем занимался ее упаковкой в накопители. Судя по всему, они прорицатели, а их руководство и ввело запрет. Не знаю, от конкурентов они избавлялись или чего похуже задумали, но история мутная. Особенно на фоне последующего исчезновения магии. Эти вещи связаны?

Кеннет с искренним удивлением приподнял бровь, но не с таким, будто я ляпнула глупость, а наоборот. Кажется, в точку попала.

– Связаны, – криво усмехнулся он, глядя куда-то в никуда, – так или иначе.

Я облизала губы и добавила осторожно:

– Подозрительно – запрещать что-то и не объяснять почему. Не понимаю, с чего люди верят пророчествам, которые держат в тайне.

– Видения доступны лишь пророкам высшего ранга – тесным кружком сильнейших собираются и призывают глючные картинки. Таких магов по пальцам можно пересчитать, и все они состоят в Союзе прорицателей, пользуясь неоспоримым авторитетом. Просто никто из них еще не попадался на вранье. Верить им на слово – незыблемое правило, пришедшее со времен сотворения Междумирья, когда благодаря пророчеству удалось избежать войны между мирами. Длинная история… Однако ничто не мешает им недоговаривать или трактовать увиденное в свою пользу. Правдивость пророчеств в принципе ничем не докажешь, но и никак не опровергнешь. Думаю, они либо знали, что магия исчезнет, либо сами же это и спровоцировали.

– Например, как? Она ведь раньше не отключалась.

– Не отключалась глобально, а вот для отдельного мира…

Я навострила уши. Интересные подробности выясняются!

– Много веков назад Аулин был магическим миром, – терпеливо начал Кеннет. Видимо, очередная порция общеизвестных истин. Но на этот раз без намека на поучительные интонации. – Собственно, конец света там из-за магии и приключился – массовое, убивающее все живое проклятие. Его распространение остановилось лишь благодаря изменению течения потока энергии. Ее стало недостаточно для того, чтобы проклятие работало и завершило начатое. Выжившие предпочли раз и навсегда забыть о магии. Уничтожили для своего мира свидетельства о прошлом и фактически построили новый, опираясь исключительно на технологии. Справились, процветают.

– А почему поток изменил течение и перестал поставлять целому миру магию?

– В том-то и дело, что неизвестно. Однако это спасло Аулин. Точнее, то, что от него оставалось.

– А Земля? – возник закономерный вопрос. – У нас раньше была магия?

– Сомневаюсь, – он развел руками, – поток тысячи лет огибает шестой мир, чем-то тот ему не нравился.

Да уж… Не во вкусе мы волшебного потока оказались. Впрочем, лучше игнор, чем массовое проклятие и конец света. Не завидую в этом отношении Аулину. Что же получается, если магия туда вернется, проклятие вновь активируется и прощай все живое? Жуть. Я бы на месте его жителей глобальное отключение предпочла, нежели смерть.

– О! – зацепилась я за пульсирующую в мозгу мысль. – Вдруг магический поток вновь начал менять течение и его отключили, ну или позволили ему отключиться, чтобы спасти Аулин? Одна шестая часть всего живого против магии, без которой вполне проживешь. Или теперь проклятие угрожает другому миру или даже всем мирам? Возможно, видение было как раз про это.

– Возможно, все и впрямь в высшей степени благородно… – Кеннет поморщился, и стало ясно, что не особо он в такое верит. – Но поток энергии не способен активировать старое проклятие в Аулине, оно давно рассеялось. Признаков нового проклятия не было нигде. Подло убирать магию заранее и без предупреждения, чтобы люди по всем мирам, а особенно в Междумирье, лишились порталов и шанса возвратиться домой. И зачем запрещать сохранять энергию в накопители? При этом сами прорицатели ею тайком запасались. Нет уж, не сходится. Тут что-то другое.

– А как они научились сохранять магию, если исследования Лукаша запретили? Вообще многие умеют делать накопители?

– Нет. Все или мертвы, или принудительно без магического дара, или в глуши заповедника травку косят.

Я промолчала. Ответить было нечего, идеи кончились. Кеннет посмотрел на меня странно, с непривычным замешательством и без малейшей насмешки. Перевел взгляд на куст за моей спиной, после – снова на меня, и сказал:

– Прорицатель, который изъял наработки Лукаша, перед закрытием проекта затребовал у него полный мастер-класс по сохранению магии в накопители, якобы чтобы убедиться в опасности этого процесса. Вот он будет завтра на том маскараде.

– Ага. И ты хочешь с ним… м-м-м…

– Поговорить.

Тон был такой, что просилась надпись как на пачке сигарет: «Минздрав предупреждает: разговоры могут навредить вашему здоровью».