Обрести любовь демона

Это теперь ей ясно, а в тот момент было унизительно и обидно. Хотелось показать, что она выросла и тоже кое на что способна. Показала… браст лиеть.

Ну где же слезы, когда они так нужны?!

Съежившись на покрывале, обняв старого, замусоленного игрушечного феникса, Аля просила у Высших только одного: чтобы когда-нибудь Фенрир захотел найти к ней дорогу. Она будет ждать. Теперь у нее тоже в запасе немало времени: хоть какая-то польза от проклятой наследственности. В груди поселилась странная пустота и безучастность, а выплакать их по-прежнему не получалось.

Отныне она сама по себе, больше не стоит рассчитывать на незримую тень за спиной в виде сильнейшего демона Нижнего Мира. Ничего, она справится, он хорошо ее подготовил. Есть время всерьез заняться изучением собственного дара, откровенно поговорить с бабушкой и выяснить уже наконец все слепые пятна прошлого. Хватит недомолвок!

Мысли вяло колыхались в голове Алинро, цепляясь за будущее, рисуя картинки ближайших свершений. Сейчас было важно думать о чем угодно, лишь бы не о пылающем взгляде Фенрира. Как она будет жить без него? Без его улыбки, привычной ехидцы и непоколебимого чувства опоры, что он давал?

Аля осторожно провела подушечками пальцев за ухом, словно боясь, что печать договора все же исчезла. Нет, узор оставался на месте, хоть и стал практически неощутим, сгладился. С Фенрира станется поменять условия, не нарушая сделки, ведь он упоминал о каком-то статусе и награде духов Тьмы. Осознание, что от нее в данном случае ничего не зависит, тревожило. Алинро вздохнула, вспомнив, как нежен с ней был Фенрир, как хорошо и правильно было воспринимать себя единым с ним целым. Как он чувствовал малейшие изменения в ней и откликался, даря ощущение безграничного счастья. И как закрылся, отстранился, стал холоден и непреклонен потом.

Почему так? Причина в ней или в нем? Ошиблась она или нет? Приняла собственные фантазии за чистую монету или все же смогла стать для этого демона чем-то большим, чем забавное развлечение? Остается лишь ждать и надеяться, что время поможет расставить все по местам, покажет, где истина, а где детские иллюзии и пустые мечты.

В конце концов, теперь-то она вольна делать все, что захочет! Можно отправиться в морское путешествие, можно продолжить испытывать судьбу, танцуя у опасной кромки, за которой ждет гибель. Никто не явится и не станет вбивать мудрость всего мира до ломоты в мышцах. Впереди столько всего! Ничего, ей не придется скучать в ожидании своего непостижимого демона. И она дождется.

Алинро улыбалась внутренним надеждам и собственным успокаивающим мыслям, цеплялась за них, чтобы не скатиться в пустоту, которая темной бездной разлилась в груди. Раз плакать не получается, придется улыбаться. Она не замечала, как по ней топчется Шиа, пытающийся пробиться в ее сознание. Не шла с ним на контакт, не хотела его поддержки.

Феникс сдался и просто раскинул над ней крылья, хоть так стремясь защитить и прогнать тоску. Он чувствовал перемены внутри морской девочки: привычный свет теперь разбавляла холодная и липкая тьма. Шиа боялся тьмы и настороженно присматривался к вырисовывающемуся узору. Пока баланс все же не был нарушен, и он слишком любил Алинро, чтобы отвернуться от нее, повинуясь инстинктам. Одно точно: Аля менялась, и изменения эти связаны с ее собственным выбором. Значит, пока нет повода для паники, он подождет.

Внизу хлопнула дверь. Вернулась Лада, которой удалось спасти жизнь двух малышей: брата и сестренки. Ведьма ощущала усталость, но настроение было хорошим. Ее взгляд зацепился за букет цветов в окружении темно-синей дымки. Такие не растут в Среднем Мире, наверняка опасные и ядовитые. Лада-Санрэль улыбнулась, подойдя ближе и с задумчивостью разглядывая влажные лепестки и прожилки на листьях. Несмотря на все меры предосторожности и способы защиты дома, упертый демон, больше похожий на эльфа, каждый раз находил путь пробраться внутрь и напомнить о своем существовании.

Отвратительный демон!

Настырный, самоуверенный и абсолютно невосприимчивый к отказам. В шкафу у Лады скопилась изрядная коллекция сомнительного назначения: то ли для игр, то ли для наказания. Рангар умел вызвать в ее душе шквал эмоций, пользуясь тем, что даже отрицательные работали на его конечную цель. Привязать, выработать привычку реагировать, что угодно, кроме равнодушия. И вот уже в мыслях ведьмы прочно обосновался до отвращения безупречно выглядящий архистраж.

Дальше больше: за много лет одиночества она и забыла, что еще способна на столь сильные чувства, которые он в ней пробуждал. Чередуя ласку и откровенные провокации, негодяй все же умудрился пробраться к ней в постель. В конце концов, Лада никогда не была правильной девочкой.

Вот только когда оба получили желаемое, Рангар не утратил к ней интереса, наоборот, стал как будто заботливее и… Дохлые тритоны! Лада могла поклясться, что ощущает, как он взял ответственность за ее благополучие. Она не знала, как такое возможно, просто чувствовала его незримое присутствие и сильное плечо. Внутри поселилась уверенность: случись что серьезное, он встанет рядом, а то и вовсе задвинет за спину и примет удар на себя, словно это его личные обязательства. Как, зачем, почему? Ведь демон, и еще какой.

Смутное ощущение неправильности, беспокоящее на тонком плане пространства, вырвало Ладу из раздумий. Прислушиваясь к себе и к дому, она вздрогнула, порывисто развернулась, неосторожно смахнув на пол цветы. По спине пробежал холодок, сердце сдавило от предчувствия непоправимого.

Стремительно взбежав по лестнице, Лада вошла в комнату внучки. Та свернулась калачиком и безучастно смотрела в одну точку. На ее появление никак не отреагировала. Сверху с несчастным видом восседал Шиа. Распластав крылья, он будто бы стремился укрыть Алю от чего-то плохого. Лада осторожно присела рядом и взяла ее за руку. Горячая. Потрогала лоб. Да она вся горит!

Ведьме потребовалось несколько минут для тщательного обследования состояния Алинро, как на физическом уровне, так и на энергетическом. Сдержав рвущиеся наружу ругательства, она с болью посмотрела на внучку. Сволочной асурендр, именно этого Лада больше всего и боялась. Страх понемногу притупился после того, как он вытащил Аленького из лап своих сородичей, после того, как узнал кое-что об истинной природе Листар. Она видела, что теперь он вряд ли оставит Алю в покое, но и спешить с чем-то большим не торопился.

И вот теперь она меняется.

Выбрав мужчину, сирена перенимает его суть и вступает в заключительную фазу взросления. И какого пекла он сейчас не рядом? Слабо верилось, что закоренелый собственник и эгоист вот так запросто решил бросить любимую игрушку. Ведь он действительно заботился об Аленьком, всегда. Что бы Лада ни думала об этом демоне, не могла отрицать его странных нежных чувств к ее внучке. Слишком очевидно, да он и не скрывал. И где теперь это все, когда дело сделано? Когда он так нужен? Что ей делать с входящей в силу сиреной, отождествившей себя с демонической сущностью? Нет, ну сволочь! Сволочь и гад.

– Аля, посмотри на меня, – тихо позвала Лада. Никакой реакции.

Пришлось потянуться к тусклым каналам, по которым едва-едва циркулировали жизненные силы. Послав легкий импульс, должный привести внучку в чувство, ведьма вновь повторила:

– Аленький, что случилось?

Та вздрогнула и посмотрела на Ладу. Аквамариновое свечение радужки медленно сменялось тлеющими алыми угольками на дне зрачков. Витиеватое и мелодичное ругательство на чистом эльфийском, конечно, никак не могло ни помочь, ни исправить ситуацию. Ах, насколько все было бы проще, выбери она человека!

– Где он? – только и смогла произнести ведьма.

– Ушел.

И было в этом коротком слове столько горечи и потерянности, что Ладе сразу стало понятно, что «далеко и надолго». Тем не менее она мрачно уточнила:

– И какого тролля он это сделал?

Аля поджала губы, явно не собираясь делиться подробностями.

– Прибью, – глаза Лады вспыхнули, выдавая пограничное состояние.

Алинро прижалась к ней, обняла и попросила:

– Пожалуйста, не лезь в это дело. Очень тебя прошу. Для меня это важно, понимаешь? Я и так совершила ошибку, не усугубляй.

Чего стоило Ладе промолчать, знала только она.

– Обещаешь? – настойчиво попросила Аля.

– Ложись, вся горишь. Несколько дней уйдет на перестройку организма и адаптацию. Поздравляю, теперь ты окончательно снесла все ограничивающие щиты. Высшие, лишь бы родня не заинтересовалась.

– Пообещай!

– Да обещаю, обещаю! Не до поганца сейчас. Плевать на него, свалил – и пусть катится. Без него прекрасно обойдемся, – уверенности в последнем Лада совсем не испытывала.

Только сейчас, получив подтверждение от бабушки, Алинро осмыслила и остальные слова.

– Родня? Что происходит, ба? Может, хватит загадок и тайн?

Лада уложила внучку, прикидывая, с чего бы начать. Не ко времени разговор в ее нынешнем состоянии. Хотя… разве могло у него быть удачное время?

– Я приготовлю снадобье, чтобы тебе было легче. Иначе скоро появится озноб и перед глазами все поплывет. Если бы…

Она осеклась, упоминать имя Фенрира не хотелось. Но если бы он был рядом, для Алинро все прошло бы гораздо проще. Больше всего злило, что и обвинить его в этом нельзя. Демон попросту не знал о последствиях своей невоздержанности. Аля понимающе хмыкнула и отвернулась к стенке.

– Я быстро, – пообещала Лада и, погладив внучку, ушла на кухню готовить лекарства.

Будет непросто рассказать Алинро, что ее мать не погибла, а вернулась в морские глубины. Объяснить, что не бросила ее и очень любила, но, чтобы защитить семью, пришлось выбрать меньшее из зол. Что и там, в скрытом от посторонних глаз мирке, вряд ли удастся найти покой, и ради счастья малышки ее родители пошли на крайние меры. Как все это взвалить на плечи внучки, когда всю сознательную жизнь Лада оберегала ее от этих знаний? Не должно было все так выйти! И Мораона, и Вирсэль хотели, чтобы Аленького никогда не коснулось сомнительное наследие. У нее должен был быть шанс на ту жизнь, какую она сама себе выберет. Вот только…

В руках ведьмы рассыпались в труху листья восьмицвета. Очнувшись, она отряхнула пальцы и взяла новую порцию. Продолжила отстраненно смешивать ингредиенты для снадобья.

…только выбрала Алинро того, кого ее родители и в страшном сне не могли представить. И избавиться от этого чувства будет очень непросто. Если уж сирена полюбит, то это, как правило, навсегда. Ничего, она поможет внучке пережить самое тяжелое время, все у них наладится.

Когда-нибудь Лада выторгует у асурендра свободу для Али, нужно просто подумать о цене. Мелкими шажочками она будет двигаться дальше, разбираться с проблемами постепенно и по мере их поступления. Главное, не паниковать, оставаться сильной и не терять здравого смысла. Пока на повестке стояло основное: стабилизировать состояние Алинро, затем рассказать о матери и причинах ее ухода. Остальное потом. Лада справится, вот закончит с лекарством и обязательно справится. Как и всегда, ведь выбора у нее все равно нет.

Возвращаясь в комнату Алинро, ведьма задержалась взглядом на рассыпанных по полу цветах из Нижнего Мира. Стазис помогал им оставаться в первозданном виде, даже столь неосторожное обращение не испортило привлекательности растений. На миг Лада прикрыла глаза, подумав о Рангаре. Как же она устала быть сильной, как тяжело хранить тайны, не иметь возможности довериться. Как хочется поделиться, облегчить ношу, знать, что есть тот, кто готов и хочет защитить, поддержать. Сказать: «Вместе мы справимся».

– Не понравились?

От неожиданности она едва не выронила поднос с чашками. На плечи осторожно легли ладони Рангара, одновременно и согревая, и вызывая беспокойство. Лада нахмурилась.

– Если помнишь, я запретила тебе являться в мой дом иначе, кроме как через дверь. – Предвосхищая его аргументы, поспешила добавить: – Способом, принятым среди цивилизованного населения.

Над ухом тихо рассмеялись, очевидно, ничуть не усовестившись. И верно, демон вкрадчиво произнес:

– Если помнишь, я запретил тебе что-либо мне запрещать. Дурная привычка. И когда ты уже уяснишь, что она бесполезна?

У Лады не было сил и желания продолжать спор. Наверху ждала Аля, требовалось ей помочь – это главное. Высвободившись из объятий Рангара, она молча продолжила путь. Даже не обернулась.

Тут же заподозривший неладное демон настороженно поинтересовался:

– Что случилось?

Он достаточно изучил свою строптивую ведьмочку, чтобы правильно истолковать ее настрой. И пусть у них были сложные и неоднозначные отношения, если вообще были – архистраж предпочитал склоняться к мысли, что первое вернее, – тем не менее Санрэль и Алька давным-давно находились в ближайшем круге, среди тех, кто дорог и важен Рангару.

– Это ты у своего дружка спроси, – все же не удержалась и язвительно откликнулась Лада.

Ищейка окончательно посерьезнел:

– Спрошу, – твердо произнес он. – Пока хотелось бы послушать тебя, ведь его здесь нет, а я пришел именно к тебе.

– Как же вы меня оба достали. Катись откуда пришел, я тебя не звала. Без вас обойдемся.

С каждой брошенной фразой, словно пощечиной, градус напряжения в воздухе рос. Уловив столь сильные эманации, исходящие от любимой женщины, Рангар в три шага догнал ее и, прежде чем она успела что-либо предпринять, отобрал поднос. Наложил на него простенькое заклинание левитации и крепко прижал Ладу к себе, не позволяя вырваться. Взгляд с отсветами золотого пламени, совсем не обжигающего, теплого, внимательно исследовал лицо ведьмочки.

– Еще раз: что случилось? – мягко, но вместе с тем требовательно повторил Рангар.

Лада сказала. На непечатном эльфийском, коротко и емко.

Архистраж ее отлично понял, быстро просчитывая варианты развития событий. Мотивы поступка Фенрира еще предстоит выяснить, и сомнительно, что он снизойдет до того, чтобы ими делиться. В любом случае Рангар попытается поговорить с другом, даже если это будет стоить ему изрядной доли здоровья. Быть не может, чтобы Фенрир вычеркнул синеглазку из жизни. Наверняка всему найдется объяснение. Ненаследный асурендр вспыльчив, принципиален, часто нетерпим и категоричен, но с ним всегда есть возможность договориться, разобраться. Это потом, а сейчас…

– Мы справимся, поняла? Вместе. Я вас не оставлю.

Серьезно, уверенно, глядя в глаза. Рангар ни на миг не сомневался в произнесенном, и Лада это почувствовала. Почувствовала, что больше не может и не хочет сопротивляться, бояться обмана, предательства. Ее ресницы дрогнули, по щеке скатилась одна единственная слеза. Ищейка резко выдохнул, не веря увиденному. Все же не ошибся, все же она показала ему ту мягкую и уязвимую сердцевинку, ради которой он теперь был готов свернуть горы. Прижимая Ладу к себе еще теснее, целуя ее волосы, он повторил:

– Вместе мы справимся.

Глава 7

Фенрир буравил друга мрачным взглядом, от хорошего настроения не осталось и следа. Хотя еще минуту назад он ощущал, что жизнь вполне себе прекрасна. Важные переговоры прошли успешно, и ненаследный асурендр собирался отметить это за кружкой чего-нибудь горячительного. Давненько он не навещал заведение бессменного Ирвейна, не куролесил с огоньком. Рангар же умудрился парой фраз перечеркнуть все его планы. А кто любит, когда его планы рушат? Точно не демоны высшего порядка. Впрочем… с некоторых пор он дал себе слово, что его это больше не касается. Значит, намерение поразвлечься остается в силе, но настроение все равно колебалось на отметке «причинить кому-нибудь боль».

– Не понимаю, зачем ты мне все это сообщаешь? – наконец обронил Фенрир, скрестив руки на груди. – Я отдал тебе полномочия по принятию решений относительно семьи Листар, в обмен попросил лишь об одном. Ты запамятовал, о чем именно?

– Никогда не упоминать о них и не посвящать в детали их жизни.

Асурендр кивнул.

– Ну и? Какого пекла ты нарушил это правило? И почему ждешь от меня действий?

Ищейка вздохнул, прошел от окна до кресла напротив друга и грациозно в него опустился. На губах Фенрира отразилась ироничная улыбка. Нынешнее настроение Рангара да и его положение в Когорте абсолютно не вязались с въевшимися или врожденными манерами. Даже если он бывал крайне зол или приходилось применять силу, архистраж выглядел так безукоризненно, словно находился на высокосветском приеме. Рангар настроя Фенрира не оценил, хотя это было гораздо лучше агрессии.

– Не знаю, что у вас там произошло… – Вспыхнувший алым взгляд асурендра красноречиво уведомил о скользкой тропке, на которую ступил архистраж, но тот упрямо закончил: – Тебе не кажется, что это уже слишком?

– Не кажется, – несмотря на холодность в голосе, Фенрир выглядел расслабленным.

Ободренный этим, ищейка продолжил гнуть свою линию:

– Больше года прошло. Полагаю, все уяснили урок и сделали выводы.

– Ближе к делу. Я задал вопрос: какого пекла мы вообще это обсуждаем? Ты расписался в своей несостоятельности? Иди и решай, если тебя так беспокоит их судьба.

Рангар скривился. Они оба отлично знали, что Фенрир позволил себе наплевать на Листар, исключительно зная, что ищейка заинтересован в их благополучии не меньше, чем сам асурендр. Он, конечно, «позволил» архистражу продолжить контролировать все, что касалось их защиты, формально это выглядело так. В действительности Рангар сомневался, что друг был бы столь же категоричен, не имей под рукой того, кому можно довериться и свалить «полномочия». Хотя в последнее время Рангар уже ни в чем не был уверен, упрямство и принципиальность Фенрира не имели границ. Даже когда возникли проблемы с безопасностью Алинро на территории Светлоэльфийских Ареалов, он лишь пожал плечами, предложив выделить отряд низших вампиров в помощь. И все.

Высшие силы, как сложно порою понять, что творится в чужих головах и душах! Неприятные воспоминания о том случае отозвались внутри ищейки липким чувством гадливости. Тогда ему пришлось убить Ланиэль, собственноручно. Рут оказалась мудрее и отделалась лишь несколькими увечьями, жить будет. А вот Лани…

Стихийники воды и огня всегда точили друг на друга зуб. И когда выяснилось, что огневичкам доверили охранять потенциальный источник безграничной силы водников, они не смогли устоять перед соблазном использовать данный козырь в своих интересах. Увы, последние вошли в конфликт с интересами Рангара. Самое паршивое, что именно он и предложил Ладе кандидатуру проверенных подруг на роль личных телохранителей Алинро. Тогда это казалось эффективным.

Родственнички сирен все-таки объявились. Лада почувствовала их близкое присутствие и на время выяснения обстоятельств приняла решение перевезти Алю к эльфам. Вот только в Тауринэле ее бы стали искать в первую очередь. Для морского народа не было тайной, откуда черпает силы верховный жрец стихии Воды. А соваться на земли недружественного Ареала в поисках потеряшки – это еще додуматься надо. Да и никто там коврик под дверью не постелил: пришлось бы потрудиться, чтобы проникнуть на закрытую территорию и что-то выяснить. При этом высока вероятность расстаться с силой или жизнью.

Казалось бы, отличный план: аура Алинро могла считываться, как у чистокровной демоницы – не подкопаешься. Рут и Лани вначале ничего и не поняли. Мало ли, по какой причине давний партнер по делам и не только попросил охранять молоденькую девчонку. Может, родственница, или планирует поиметь с нее выгоду. В Нижнем Мире своих заморочек хватает, поэтому опальная демоница никого не удивила. Огонь к огню, чего бы и не помочь, тем более Рангар платил всегда более чем щедро.

Ищейка не учел одного: когда-то они вместе очень плотно занимались выяснением секретов касты водных эльфов, и осведомленность сестричек с тех пор существенно возросла. Если архистраж в конечном итоге заполнил пробелы скупыми откровениями Санрэль, то неугомонные эльфийки все это время продолжали докапываться до сути.

До многого докопались.

Поскольку Аля еще не умела безупречно управлять своим состоянием, то порою противоположные стихии входили в ней в конфликт. Опытный и наблюдательный маг мог заметить некоторые странности и заинтересоваться. Так и случилось. Повезло, что Рангар появился в доме Ланиэль раньше, чем они успели передать гостью своему верховному жрецу. Повезло, что Санрэль тогда находилась в Тауринэле. Иначе дело рисковало принять более масштабный оборот и выйти за пределы узкого круга знающих.

– Ты в своем уме? – гневно возмущалась Арутиэль, когда правда всплыла наружу.

– Подсунуть нам мощного проводника водников, не моргнув утверждая, что она демоница! – вторила ей сестра, держа обездвиженную Алинро на прицеле. – Эта девка – залог нашего возвышения, давно пора обновить состав совета Стихий.

В отличие от демонов, эльфов тонкости происхождения сирен не волновали, они с легкостью приняли тот факт, что на просторах Среднего Мира обитают иные, не стремящиеся к контакту, формы жизни. Влияния морских жителей на привычный уклад в Светлоэльфийских Ареалах они не чувствовали, и этого было достаточно. Зато какая удача поймать одну из тех, кто с легкостью может перетянуть расклад сил в сторону ненавистных водных.

– Я поручил вам ее охранять! Ланиэль, убери оружие, – пока еще Рангар держал себя в руках, хотя картина, которую он застал в доме одной из подружек-любовниц, сильно нервировала.

Алинро, по всей видимости, совершенно не ждала угрозы со стороны гарантированных защитниц, а потому не успела ничего предпринять. Теперь синеглазка покорно ожидала своей участи, спеленатая силовыми нитями. Да и противостоять двум обученным, опытным эльфийским магичкам, отвечающим за безопасность государства… Как бы они с Фенриром ее ни готовили, расчет шел на другие условия. Теперь, конечно, и Санрэль, и сам он усиленно обучали Алю владеть тем даром, что в ней уже полноценно открылся, но прошло еще слишком мало времени.

– Ты поручил охранять демоницу, на сирену уговора не было, – мелодичный голосок Ланиэль звенел уверенно и непоколебимо.

– Да за какой бездной она тебе сдалась? – вкрадчиво поинтересовалась Арутиэль. – Сладенький, в чем твой интерес, м? Наверняка мы сможем договориться. Всегда договаривались.

По выражению глаз Алинро Рангар понял, что ход ее мыслей движется в верном направлении. Еще не хватало потом испытывать на себе все прелести общения с разъяренной сиреной-эльфийкой-ведьмой в одном флаконе! А то, что Санрэль будет вне себя, когда узнает, кому именно он доверил ее цветочек, это очевидно, как первый закон менталистики.

– Заткнись и послушай! – рявкнул Рангар, взбешенный от того, что все катится в пекло. – Ваши дрязги за власть в совете меня не касаются. Разбирайтесь с внутренними проблемами самостоятельно. Эта малышка вне политики, и я лично отвечаю за ее безопасность.

– Просто назначь цену, – не унималась Ланиэль. – Хватит изображать из себя благородного рыцаря. Ран, тебе совсем не идет этот образ.

Архистраж витиевато, даже в некоторой степени изящно, высказался на местном мелодичном диалекте, где и в какой последовательности девочкам следует оставить свое мнение и расположить дальнейшие глупые мысли, которые их посетят. Умудрился при этом просклонять всю их родню до третьего колена, но так и не оскорбил острые ушки ни единым грубым ругательством. В прямом смысле. Зато при наличии богатого воображения все сравнительные обороты и метафоры вполне укладывались в неприличный сюжет коротенького незамысловатого рассказа с эротическим уклоном.

– Да пошел ты! – огрызнулась Ланиэль, слегка пунцовея. Видимо, на воображение эльфийка не жаловалась.