Оружейники

— Ну… все Шагнувшие объединяются в Цвета и вассальные им Оттенки. Причём территория Цветов не всегда совпадает с территорией стран. Наш Цвет — Синий, вассальные Оттенки — Лазоревый и Бирюзовый.

— Во главе каждого направления деятельности стоит свой мастер-покровитель. Каждым Цветом или Оттенком правит свой гранд-мастер и Большой совет из сильнейших магистров и мастеров-покровителей. Титул мастера носит самый сильный в своём направлении, — закончил Олег. — И?

— Во-первых, давно пора познакомить Тёну со своими родителями. Сколько можно скрываться? Я, конечно, понимаю, что заочно, по чьим-то воспоминаниям твоя, — мастер сделал ударение, — девушка с ними знакома. Во-вторых… Двадцатого августа в городе начинается международная конференция по журналистике. Для нас — переговоры Жёлтого и Зелёного, где Синий выступает посредником. С нашей стороны приедут несколько искателей, которые и станут официальными посредниками. Старшим среди искателей будет представитель династии, причём очень редкой. Четвёртое поколение подряд, и все искатели.

Олег удивлённо присвистнул: способности Шагнувшего передавались по наследству, вот только, как правило, через поколение. Два-три поколения подряд — это уже редкость, а сразу четыре, да ещё все одной профессии…

— Геннадий Константинович приедет с сыном. Он тоже искатель. В пятом поколении, — мастер бесстрастно посмотрел на ошарашенные лица, — но пока младший. Приставить к нему официальную охрану… М-м-м… Скажем так, политически недальновидно. Следить, чтобы с парнем ничего не случилось, будете вы. При нужде хоть с утра до вечера. И если со стороны Анастасии проблем нет, то тебе — неделя на разбирательство с родителями. Чтобы в критический момент не возникли вопросы, где это сын пропадает днями напролёт. А теперь бегом исполнять.

Едва закрылась дверь, и мастер-оружейник остался один, боковая стена пошла мутной рябью, сквозь неё шагнул высокий худой мужчина в спортивном костюме. Осмотревшись, он снял бейсболку, и по плечам рассыпались платиновые кудри.

Хозяин кабинета недовольно сморщился:

— Тебе не надоело, Ормгейр? Не можешь зайти ко мне нормально, обязательно надо устраивать цирк?

— А перед кем ещё? Велизарий не оценит, им, — гость махнул рукой то ли в сторону ушедших Тёны с Олегом, то ли в сторону девушки-искательницы в зале, — про мастера-ткача знать вообще не положено. Остаёшься ты, Славомир.

— Тогда хотя бы придумай новый ответ, за столько-то веков можно и постараться. Ты ведь не просто так? Будущее переменилось.

— Было один к семи, стало два к пяти.

— Любишь ты уходить от ответа, — усмехнулся главный оружейник. — Ведь понял, что меня больше интересует не успех переговоров.

— А, про это… — мастер-ткач уселся прямо на стол, спортивный костюм на нём превратился в обычные брюки и рубашку. Затем мужчина насмешливо посмотрел на коллегу, недовольного таким выпендрёжем — пусть и под защитным пологом, и соизволил ответить. — Не знаю уж, чем тебя интересует нить судьбы именно этого меча… Она с этой недели тоже переменила цвет. Не ближе к чёрному, как в мае. И не аметист, как ещё месяца полтора назад. Изумрудная. И всё-таки почему? Я понимаю — теперь, потому что Кречеты отказались участвовать в финале Турнира…

— Об этом не сейчас, и тем более — не здесь, — резко отрезал мастер-оружейник, в голосе завибрировали стальные нотки.

Разговор не сложился. Мастер-ткач недовольно покачал головой — всё равно выясню — и ушёл обратно в стену.

Офис Олег покидал в какой-то прострации. Едва они оказались на улице, парень, всё так же погружённый в свои мысли, обхватил девушку за талию и пошёл вперёд. От неожиданности Тёна растерялась. До этого даже наедине Олег обнимал её — по пальцам можно разы пересчитать, а на людях всегда только брал за руку, словно обоим лет по двенадцать. Но решила пользоваться моментом, устроилась поудобнее, мысленно гадая, что за затмение на Олега нашло, сколько всё продлится и куда он её ведёт.

Направились они в городской парк… который неудачно оказался слишком близко. А на узеньких тропинках-аллеях пришлось идти за руку или вообще друг за другом. Но отыскав подходящую скамейку в самой глуши, Олег опять «сошёл с ума». Усадил Тёну рядом, положил её голову к себе на колени, после чего снял резинку и начал гладить рассыпавшиеся волосы ладонью. Тёна от всего этого окончательно растаяла и не сразу заметила, что Олег заговорил:

— Ты, наверное, удивлена, что я тебя до сих пор не познакомил… Вживую, так лучше сказать? Ведь по моим воспоминаниям ты с ними вполне знакома. И как они относились к Инге… хорошо.

Олег прекратил гладить волосы, положил руки на спинку скамейки и невидящим взглядом посмотрел на полосу кустов перед собой.

— Как бы лучше сказать… Мы заглядывали вглубь до момента, когда я первый раз пересёк грань за-Отражения. А до этого… Нет, лучше начать с того, что я, — Олег усмехнулся, — ошибка врачей. После рождения старшей сестры матери поставили диагноз бесплодие. Только вот оказалось это непостоянным, что-то хитрое по части здоровья. Вот я и стал для всех сюрпризом. Наде тогда было уже пятнадцать. А родители… Нет, они мне обрадовались. И любят не для проформы, не по обязанности. Только вот оба тогда уже ушли в свой бизнес с головой. Нет, не скидывали меня платным нянькам — но когда папа играет с тобой, вдруг звонок, он бросает всё на середине и уходит говорить по телефону, забывает… Дети на такое очень обижаются. Да и позже на меня во многом смотрели как на продолжателя дела, на образцового и успешного ребёнка. Не в последнюю очередь потому им и понравилась Инга. Первый мой щит была чем-то похожа на родителей — шла не останавливаясь к выбранной цели, сметала на пути любую преграду, не жалея себя… Зато сестра — вот она-то относилась ко мне как к человеку. Не завидовала, что теперь всё внимание не ей, единственной. Не бурчала, что мешаю личной жизни, когда ей стало восемнадцать. Зато таскалась со мной везде, где можно. И где нельзя тоже, — усмехнулся Олег. — За что обоим крепко влетало. И за что ей огромное спасибо.

Взгляд снова стал осмысленным, привычно сосредоточенным.

— Вообще, мастер прав. Хватит откладывать. Пора кому-то уяснить, что мой выбор — это именно мой выбор. Скажем… через четыре дня. Попрошу Надю заехать к нам без мужа и племяшки. А пока давай обратно на пляж, чувствую, остаток лета нам отдохнуть не дадут, — Олег крепко поцеловал девушку, после чего встал, схватил её за руку и повёл к выходу из парка.

* * *

Ближе к выбранному сроку решимости у Олега поубавилось, он стал нервничать. Предложил для «обработки» родителей воспользоваться их общими способностями. Тёна резко отказалась: не то что это запрещено, но считалось неэтичным. И выковано правило было не одним поколением горьких ошибок и неудач тех, кто считал себя выше остальных. Тёна посоветовалась с мамой, после долгих сомнений выбрала свои «счастливые» новогодние блузку с юбкой и в назначенный день вместе с Олегом стояла перед дверью, старательно задавив в себе червячков сомнения и нерешительности.

Домашние Олега были предупреждены и ждали, родители при этом надумали знакомство обставить чуть официально, организовали небольшой стол. Но как всегда что-то запоздало и к приходу Олега с Тёной было не готово. Поэтому стоило переступить порог, как прямо в прихожей последовало короткое знакомство по именам.

— Это Анастасия.

— Наслышаны, очень приятно. Я Андрей Викторович, это Нина Геннадьевна.

Дальше мама Олега скомандовала:

— Так. Ты, Настя, пока отдохни и освойся. Олег, быстро мыть руки и пошли, поможешь.

— Может, мне тоже вам помочь?

— Нет-нет, отдохни лучше, — и дальше уже слегка грозное. — Олег, не стой на месте. Мыть руки и бегом, — после чего все трое скрылись кто в зал, кто на кухню.

Тёна осматривала квартиру со странным чувством. И дело было вовсе не в том, что в подобном доме она оказалась первый раз. Судя по всему, родители Олега не поскупились на очень хорошего дизайнера, выглядело все просто и изящно, а не кричало в глаза дорогим ремонтом. Но вот от чувства двойственности избавиться не получалось. Когда глядишь на обои в комнате и знаешь, что через год их сменят, а заодно переберут паркет в коридоре. Или на подоконнике кухни в горшке стоят не фиалки, а щучий хвост. В Отражении нынешние цветы разбила через два года во время крупной ссоры Инга, когда Олег приехал из армии в отпуск. Интересно, будет ли эта ссора и здесь, но уже с Тёной? Или нити будущего изменились безвозвратно? Додумать не получилось, в дверь позвонили — пришла старшая сестра Олега.

Как-то вышло, что в воспоминаниях старшая сестра всегда появлялась мельком и ненадолго. В этот раз Надежду девушка постаралась рассмотреть внимательнее, хотя и попыталась делать это незаметно. Как и брат — высокая, но худощавая и чуть сутулится. Хотя последнее-то по уже чуть наметившемуся животику вполне понятно. Зато узкогубое скуластое лицо на Олега не похоже совсем, разве что глаза те же самые, и в них горит схожий огонь. А ещё, в отличие от младшего брата, Надежда была куда словоохотливей, и дом сразу же наполнился весёлым и добрым семейным шумом. Женщина сразу пошла в зал, быстро остановила попытки всё идеально приготовить и расставить, и вскоре они уже чинно сидели за столом. Какое-то время ели, шли аккуратные, но дотошные расспросы: как познакомились и тому подобное. Но всего минут через двадцать Надежда встала и утащила Тёну в другую комнату, оставив брата «на заклание родителям».

Едва захлопнулась дверь, женщина с улыбкой довольной кошки разлеглась на диване и легонько похлопала по нему рукой:

— Да ты не стесняйся, приземляйся рядом. Они там сейчас будут терзать Олежку, и, уж буду честной, сравнивать тебя с Ингой. Не бери в голову эти глупости. Нехорошо, конечно, отзываться о ней плохо — но два года спустя можно, наверное. Инга всегда была, как бы это сказать? Слишком уж она была целеустремлённой, слишком правильной. Не в смысле выглядеть перед соседями прилично, но установка у неё по жизни была — как по рельсам, идти от победы к победе.

Тёна еле сдержалась, чтобы не вздрогнуть. «Шла не останавливаясь к выбранной цели, сметая на пути любую преграду, не жалея себя», — всплыли слова Олега. И почти сразу пришёл на память комментарий Александра Аркадьевича: «Я рад, ты понял, что победа в Турнире любой ценой — это не твоё желание. Понял раньше, чем стало поздно».

— Вот в этом мы всегда и расходились, — Надежда побарабанила пальцами по дивану. — Я считала — склонности Инги надо не подогревать, а, наоборот, сдерживать. Впрочем, что теперь об этом говорить. Когда её сбила машина, тебе Олег, наверное, рассказывал?

В этот раз Тёна всё-таки вздрогнула. Что случилось тогда и последовало потом, она не только видела, но и прочувствовала вместе с Олегом даже слишком хорошо. В общих воспоминаниях сдержать себя парень тогда не смог, и эмоции чуть не смели обоих. Надежда поняла всё по-своему.

— Вижу, рассказывал. И, судя по всему, куда больше, чем мне. Ты говоришь, вы встретились под Новый год? Так вот, ты просто чудо, настоящий подарок под ёлку. Честное слово. За такое короткое время превратить его в живого человека, заставить жить дальше… За одно это, пусть кое-кто хоть слово против… О! Слышу, что разговор переходит на повышенные тона. Кажется, кого-то начинают учить, как правильно обращаться с девушками и когда их надо знакомить с родителями. Как будто сами спрашивали, — последнюю фразу женщина буркнула себе под нос. — Ладно, — Надежда встала и потянулась, — пошли Олежку спасать. А наш разговор давай продолжим, когда зайдёте к нам в гости. Обещаешь? Вот и договорились. Главное, не задерживайтесь, — она погладила себя по животу.

Тёна и Надежда успели вовремя — скандал разгореться не успел. Хотя остаток вечера всё равно Олег и его отец посматривали друг на друга недовольно. А по дороге домой Олег выглядел непривычно рассеянным и задумчивым. Но когда неделю спустя Кречеты снова оказались в бизнес-кабинете Александра Аркадьевича, меч выглядел как обычно: спокойная, чуть насмешливая сосредоточенность и выдержка. Мастер-оружейник показал на кресла перед собой и выложил на стол фотографию курносого, темноволосого, кудрявого парня лет девятнадцати.

— Имя — Никита. Возраст примерно как у тебя, второй курс. В аэропорту всех встречают и провожают до гостиницы. Ваша работа начинается вечером. После заселения вам скинут его номер, подойдёте туда к пяти.

— Уровень угрозы?

— Специально охотиться ради убийства почти наверняка не будут. Но вот со всем остальным возможны эксцессы.

На стол легла тяжёлая кобура с пистолетом. Тёна в моделях оружия не разбиралась — хотя как любой оружейник и могла его использовать. Но Олег пистолет узнал. Со знанием дела взял в руки, что-то в нём проверил, отщёлкнул обойму, после чего положил всё на стол и с усмешкой спросил:

— Надо же, «Дрель». Редкая игрушка. Смолянин из запасов какого-то спецподразделения реквизировал? И давно знаете?

— Ну, если бы я не догадался ещё прошлым летом, — ровным тоном, сделав вид, что подначки не заметил, ответил Александр Аркадьевич, — то гнать меня с этого кресла. А уж после твоих художеств в июле, — мастер позволил проникнуть в голос недовольству, — можно и не сомневаться. Кстати, потом назовёшь фамилию, кто вас там натаскивал. Если ещё не знаю — грешно такими кадрами разбрасываться.

— Тогда понятно, почему именно мы, — Тёна непонимающе посмотрела на мужчин, и Олег соизволил объяснить: — Понимаешь, за-Отражение даёт много возможностей. Ты, например, можешь из этой штуки сносно стрелять, хотя огнестрельного оружия никогда в руках не держала. Вот на этом многие и попадаются. Мало знать, например, как ударить ножом — существуют ещё и примитивные рефлексы. Сила, скорость, воля, наконец. Первый раз выстрелить в человека, зная, что можешь убить… Довольно непросто.

— А разве ты?.. — в глазах у Тёны заплескались удивление и немного тревоги: в воспоминаниях Олега ничего подобного она не видела.

— Да, — парень ответил неожиданно резко и сухо. — И извини. Расскажу как-нибудь в другой раз, — видно было, что на эту тему он говорить не хочет. Совсем.

— Так, молодые люди. Обсуждать свои проблемы будете в свободное время. А сейчас — дело. Кречет, тебе пристреляться нужно?

— Да. И ещё документы.

— Тогда в подвал, час у тебя есть. Там получишь запасную обойму и всё, что нужно на пристрелку. Теперь документы, — на стол полетел паспорт и удостоверение сотрудника какой-то службы из МВД. Мастер подмигнул девушке и весело сказал: — Первосортная липа. Никто не докажет.

— Ага, на настоящих бланках и за визой соответствующего уполномоченного лица. Как будто я не в курсе, кто из магистров работает в этом ведомстве, — пробурчал Олег, надевая кобуру и пряча её под ветровку. — Пошли, заодно и ты попробуешь. Раз уж есть возможность попрактиковаться, — взял Тёну за руку и повёл в тир. Демонстративно не замечая провожающее их веселье во взгляде Александра Аркадьевича.

В гостиницу Тёна с Олегом приехали ровно к семнадцати вечера. Дверь номера открыл парень с фотографии… В хорошем костюме, при галстуке, ненавязчиво пахло нежным парфюмом. Настоящий джентльмен из английской классики. Дальше парень тоже повёл себя, словно они на светском приёме. Идеально выверенным движением пригласил в номер, познакомился с Олегом, попросил представить спутницу, поцеловал девушке руку. Рассыпался в изящных комплиментах — даже если выискивать подтекст, обозвать лестью нельзя было ни одно слово. Лицо Олега оставалось непроницаемым, Тёна смущённо порозовела и растерялась. И из чувства противоречия «джентльмену», когда тот на выходе придержал дверь и подал руку, подхватила под локоть Олега и чуть не силой вытащила парня за дверь. Никита от «неправильного» поведения — по всем признакам Тёна должна была выйти под руку вместе с ним — растерялся.

Олег впервые после знакомства позволил себе улыбнуться уголком губ и с издёвкой произнёс:

— Тёна, помнишь, мы говорили, как некоторые Шагнувшие считают себя чуть ли не отдельной расой, гордятся особыми возможностями? И забывают, что с любыми способностями остаются людьми. Вот сейчас перед тобой хороший пример. Он — искатель. И если ты с ними пока не встречалась, то со мной учились аж двое сразу. Он заранее собрал про тебя информацию, определил методы воздействия и как на девушку, и как на оружейника. Вызвать симпатию, может, чуть привязать к себе. Вот только про остальные, самые обычные человеческие отношения между мной и тобой — не подумал.

Никита заливисто расхохотался:

— Один-ноль в вашу пользу, — и сделал искренний уважительный полупоклон в сторону Олега. — Так изящно и вчистую меня давно не обыгрывали. Спасибо. Тогда, если позволите — дайте мне немного времени, сменить маскарад на что-то более подходящее.

Впрочем, гуляли они в первый вечер недолго. То ли Никита пожалел сопровождающих, то ли его вымотал перелёт, но уже через час все вернулись в гостиницу и договорились встретиться завтра утром. А вот со следующего дня Никита принялся мотаться по городу, словно что-то потерял и теперь пытается отыскать. Недавно отремонтированный ко Дню города центр, спальные районы новостроек, набережная. Олег относился ко всему философски: они лишь охрана, куда «объект» ноги несут — туда же тащатся и телохранители. Но Тёна не выдержала. И вечером третьего дня, когда все устало плелись через домики частного сектора к остановке автобуса — такси Никита не любил вызывать, похоже, принципиально — Тёна взмолилась:

— Слушай, ну объясни, чего ты так вынюхиваешь и выискиваешь? Может, мы знаем, где оно лежит?

Никита остановился, на минуту задумался: рассказать или нет. Но всё-таки решился.

— Вы знаете о переговорах Жёлтого и Зелёного? От нас там пятеро искателей во главе с моим отцом. Все — ищущие слово. Их задача проследить и зафиксировать точность формулировок договора, чтобы ни одна из сторон не могла оставить лазейку и двусмысленность в свою пользу. Но этого мало. Возможно, потребуется свидетель.

— Ты? — с иронией произнёс Олег. — И потому…

— Нет. То есть не совсем. Понимаете, — искатель Никита тяжко вздохнул, — человек в таких случаях, особенно когда соглашение бессрочное, свидетелем выступить не может в принципе. Свидетелем станет весь город… Ваш город. Я — искатель смысла. И стану посредником между городом и Шагнувшими. Но для этого мне нужно понять, почувствовать город и его жителей.

— Тогда, — предложила Тёна, — есть идея. Предлагаю не мотаться туда, не понимаю куда — а начать со знакомых мест. По крайней мере, про них мы с Олегом знаем и можем объяснить.

— Здорово. Годится, — радостно закивал Никита.

Следующим утром все трое стояли на остановке неподалёку от дома Олега, который неожиданно оказался в роли гида:

— Так. Олежка, город ты знаешь на отлично и вообще весь август водил меня гулять по таким местам, про которые никто не слышал. Вот и сейчас постарайся для пользы дела….

Недовольный взгляд напарника она предпочла проигнорировать. Зато Никита был просто в восторге и постоянно задавал вопросы, ничуть не связанные между собой. Например, не помнит ли уважаемый меч, когда открылось вон то кафе? А следом — нравится ли местным мальчишкам прыгать по крышам старых гаражей в одном из дворов? К обеду они покинули район, где жил Олег, и неторопливо двинулись пешком в сторону центра. Причём теперь вёл их Никита сам, временами довольно грубо указывая, куда идти. Чуть смущаясь, искатель признался:

— Извините, что так резко. Просто я, кажется, нащупал нить. И если пойду за своими ощущениями сам, всё закончится намного быстрее. Если честно, я тоже устал. И надеюсь, что успею прогуляться по вашему замечательному городу просто как турист. А не по делам.

Тёна с Олегом не сговариваясь пожали плечами: нормально, не переживай.

Возле одного из домов Никита встал и спросил, что в нём недавно произошло необычного. Олег замялся, затем нехотя в двух словах объяснил про схватку с зеркальным демоном. Потом с ещё большей неохотой по требованию искателя рассказал полную версию событий. Всё время поглядывал при этом на Тёну — ведь девушка до сих пор знала историю не целиком. Едва Олег дошёл до момента, когда подоспела помощь, Никита попросил:

— А можно мне заглянуть в клуб, с которого началось преследование? — пришлось нехотя подчиниться.

В «Тропикану» их пустили с трудом. Стоило охраннику провести металлодетектором по ветровке, как устройство тревожно запищало. Лица у всех трёх мужиков в камуфляже закаменели, мышцы напряглись, ближний положил руку на дубинку на поясе.

— Молодой человек, что у вас там?

Олег без слов сунул под нос документы, полученные от мастера. Охранник внимательно прочитал, замялся, лоб задумчиво нахмурился. Но всё-таки охранник твёрдо запретил:

— С оружием пропускать правов не имею.

Спорить или что-то доказывать Олег не собирался. Быстрый молчаливый вопрос Никите — и такой же беззвучный ответ: «Надо вниз. Очень». Потому Кречет холодно осведомился:

— Мне бы не хотелось беспокоить своё начальство. Но если понадобится, я через него выйду хоть на министра и всё равно пройду. Дела службы. Но тогда у клуба будут неприятности, это я вам обещаю.

На этих словах рядом раздалось покашливание: оказалось, подошёл замдиректора. Его вызвал один из охранников. Менеджер достал из кармана пиджака платок, вытер лицо — видимо, сюда пришлось бежать, попросил:

— Можно документы? — внимательно прочитал, ещё раз вытер лицо и приказал: — Пропустить. Под мою ответственность.

Трое мужиков в камуфляже нехотя сдвинулись, освобождая проход… Неприятный осадок остался у всех, кроме, кажется, Никиты — словно всё прошло именно так, как надо.

Приближался вечер, но до ночи ещё было далеко. Люди в зале хоть и сидели, но клуб заполнился едва ли на треть. Тёна разглядывала внутренности «Тропиканы» с любопытством, в таком месте она оказалась первый раз. И родители не одобряли, да и сама стеснялась. Олег себя тоже чувствовал не очень уютно. С одной стороны, раздражала ветровка — пришлось её оставить, чтобы не «светить» кобуру. С другой — накатили нехорошие воспоминания, заныло уже зажившее предплечье, и потому сразу возникло ощущение, что и сегодня просто так визит не закончится. Зато Никита чувствовал себя как рыба в воде. Вроде тот же… Но чуть иначе двигается, иначе смотрит на девушек за соседними столиками и на танцполе, жадный взгляд на бутылки пива на барной стойке — ничем не отличишь от завсегдатая подобных заведений.

Стоило всем найти и усесться на свободное место в углу «барной зоны», оружейники почувствовали лёгкий толчок за-Отражения. Искатель протянул нить внимания к компании за соседним столиком. Тёна тоже пригляделась. В полумраке особо не разобрать, но ничем от остальных ни девушка, ни четверо парней — Олег про таких шутил: «Гопота, не обезображенная интеллектом», — не отличались. Пустых бутылок из-под пива на столе многовато, так, насколько Тёна представляла, для клуба вполне нормальное явление. Разве что рановато начали. Но ведь чем-то они Никиту заинтересовали? Хотя вряд ли надолго — явно собрались уходить. Причём девица перебрала, двоим пришлось помогать ей подняться… Неожиданно Никита тоже встал и пошёл в сторону бара. И как-то случайно столкнулся с одним из парней!

Сразу вспыхнула ссора, гопники бросили девицу обратно за стол и окружили «наглого ботаника». Драки не случилось, вмешался Олег. Немедленно грубо обложил всех четверых матом по-армейски — так, что внимание сразу переключилось на него. Распускать руки в зале гопота не стала. Олег был покрупнее Никиты, да и могли вмешаться охранники. Но когда ругань уже дошла до стадии «пошли выйдем, поговорим», как бы случайно полы ветровки распахнулись. Ненадолго, но достаточно, чтобы увидеть кобуру с пистолетом. Трое протрезвели буквально на глазах, схватили за руки четвёртого так ничего не понявшего приятеля и чуть ли не бегом поспешили к выходу. Один попытался было снова поднять девушку, но после резких, словно удар, слов Никиты: «Тёлка останется здесь. Мы её и сами» — гопник молча развернулся и поспешил за приятелями.

На немой вопрос: «Зачем?» — Никита не ответил. Лишь сказал, что пора и им, а «девочку взять с собой». Выругаться и послать ненормального подальше Олегу помешал исключительно категоричный приказ Хозяина клинков. Пришлось подставлять девице плечо и тащить. На крутой лестнице помогли способности меча, хотя в таком качестве — угадывать, в каком направлении мотнётся или попытается пойти «тело» на очередной ступеньке — использовать за-Отражение до этого не приходилось. На улице стало чуть легче, но Никита пошёл вперёд, и нагнать его получилось только за два дома от клуба, когда искатель остановился. Олег аккуратно прислонил девицу к стене, не переставая ругаться себе под нос, а Тёна, наконец, смогла рассмотреть, кого они прихватили с собой. Девушка выглядела смутно знакомой, но понять, кто это получилось не сразу. Размалёвана девица была не хуже зулуса в боевой раскраске, местами косметика потекла, превращая лицо в маску клоуна. Да и сгустившиеся сумерки давали слишком мало света.

В это время вспыхнули уличные фонари, стало лучше видно, и Тёна ахнула:

— Не может быть! Это же Марго! То есть Маргарита, которая Максова. Помнишь, Олежка, я тебе про неё говорила?

— Помню, — Олег излучал мрачное негодование. — В общем, так, дорогой наш искатель. Приказ приказом, но без объяснений, зачем тебе понадобилось делать из нас цирк на выезде, я её дальше не потащу.

— На ней был тёмный полог, — просто ответил Никита. — Я сразу узнал, читал описание в одном старинном трактате.

— Тёмный полог!.. — ахнул Олег. — Я тоже про него читал.

Увидев, что Тёна их не поняла, Никита пояснил:

— Понимаешь, Анастасия, искатели смысла несколько отличаются от остальных искателей. Нас мало… А ещё иногда проявляются довольно необычные возможности. Очень редко, со мной такое вообще первый раз. Мы можем видеть… Как бы это сказать? Не будущее, а возможность будущего для какого-то предмета. Или человека. Вот и здесь я заметил у неё угольно-чёрную линию судьбы, — он на пару мгновений смолк, затем принялся говорить снова. Но теперь он скорее рассуждал вслух. — Да. Эта чёрная линия означает, что если мы не вмешаемся, девушка к утру будет мертва. Но я не знаю, что с ней случится… — Искатель замолк на полуслове, додумав остальную мысль про себя, только скомандовал: — Анастасия, вызови, пожалуйста, такси. Тёмного полога я больше не вижу, но это ещё ничего не значит. Может, просто всплеск предвидения утих. Не стоит рисковать. Отвезём её в гостиницу, там я за ней присмотрю. К утру будущее точно переменится.

Хлопот с доставкой вышло немало. Первый и второй таксисты везти пьяную отказались: ещё салон испортит. Но третий за хорошую «добавку» наличными сверх счётчика согласился рискнуть, Никита с Олегом сумели Марго впихнуть в машину. А потом вдвоём дотащили до номера. Искатель бесцеремонно воспользовался, как он сам пошутил, «служебными полномочиями в личных целях» — и администратор закрыла глаза на пункт гостиничных правил, запрещающий на ночь приглашать к себе посторонних, тем более «девиц подозрительных занятий». После чего Никита обоих оружейников вежливо выпроводил домой.

* * *

Утром Тёна с Олегом приехали, когда стрелки часов едва добрались до половины девятого. К удивлению, встретил их Никита в холле, причём явно ждал уже довольно долго. И почему-то был в той же самой футболке, что и вчера. А когда все подошли к двери номера, достал карту-ключ, весело подмигнул и спросил:

— Ну что, проверим, как там наша гостья выспалась? Заодно свежую футболку заберу, с вечера как-то недосуг было…

— А разве ты?.. — удивился Олег.

— За кого вы меня принимаете? — насмешливо переспросил Никита, видно было, что вопрос его несколько смутил. — Я, естественно, ушёл ночевать в другой номер. Как-то неприлично, знаете ли, — и быстро, пока разговор не пошёл куда-то не туда, открыл дверь.

Марго ещё спала. Причём кто-то смыл с лица косметику и помог гостье раздеться — глядя на юбку, лифчик и блузку на стуле, Кречеты переглянулись: не в этом ли причина смущения Никиты? Тёна первый раз видела Маргариту вот так близко, без раскраски и в спокойной обстановке, поэтому внимательно принялась её рассматривать. И подумала, что Марго-то, оказывается, довольно симпатичная: милое круглое лицо, курносый нос, небольшие мягкие губы, слегка пухловатые щёчки. Разве что сквозь золотистый загар пробивалась бледность. Но после вчерашней попойки это наверняка нормально. Ей бы ещё нормальную причёску вместо обесцвеченной «в блондинку», да волосы подлиннее.