Демон (СИ)

Не отдавая себе отчёта, я прикоснулся к груди, понимая, что здесь задействованы потусторонние силы.

— Значит, и в том проулке вы оказались не случайно? — с тех пор как мне открылась правда, я больше не старался объяснить события случайностями. И не раз задумывался о том, как Эйрига занесло в тот проулок.

— Неслучайно, — протянул он.

— И в лавке скупщика тоже? — сверкнул я глазами, припоминая, что тогда Эйриг говорил, что якобы искал меня повсюду и случайно наткнулся.

Он тоже понял, к чему я клоню.

— Ты прав, Тэг. Но тогда, ты не знал всей правды, и чем меньше тебе было известно, тем для тебя было лучше, не считаешь?

Это имело смысл, но…

— С местом мне понятно, господин, но оба раза вы появились так вовремя.

Улыбка Эйрига стала шире.

— Ты очень наблюдателен, — он промокнул губы салфеткой, не сводя с меня карих глаз. — Да, я не только знаю где ты, но и чувствую, как ты себя ощущаешь в каждый отдельно взятый момент.

— То есть?

— Чувствую, когда тебе страшно, когда ты напуган.

Это было неожиданным и, пожалуй, требовало объяснений.

— А если у меня всё хорошо и я, скажем, в отличном настроении?

— Я тоже буду об этом знать.

Смущение коснулось груди. Пусть Эйриг и не читал мысли — и всё же знал обо мне больше, чем было нужно. Как мне следовало к этому относиться?

— Но ведь это только из-за цепочки, верно? Когда вы её снимете, всё будет, как обычно?

— Само собой, — подтвердил он, и мне не оставалось ничего другого, как принять такое положение вещей.

— Господин, могу я задать ещё вопрос?

— С радостью отвечу.

— Вы ведь высокого положения, а пригласили меня за стол… — «не много ли для меня чести?» — я не знал, как закончить и не ляпнуть лишнего.

— Кого приглашать за свой стол, моё дело, — произнёс Эйриг без тени сомнения. — Иногда я обедаю с гостями. Теми, что живут в правом крыле. Но, как ты можешь догадаться, это довольно необычные вечера, когда я бы желал простого общения. Пока ты под моей крышей, я был бы рад твоему обществу. Если ты не против, конечно.

— Что вы, господин. Просто я боялся нанести вред вашей репутации.

Эйриг неожиданно рассмеялся:

— Не беспокойся о моей репутации. Ей навредить достаточно сложно.

Мы замолчали, снова сосредоточившись на блюдах. Пусть у меня всё ещё было мало опыта со столовыми приборами, но я старался.

— Лучше расскажи, Тэг, как прошёл твой день? Рискну предположить, что ты занимался делом Гошера.

Поскольку Эйриг именно так и сказал, стоило мне переступить порог обеденной залы, да к тому же знал, где именно я пропадал и каково мне было, я тут же рассказал ему всё и по порядку, где был и что мне удалось узнать.

— Завтра, я собираюсь прийти к театру пораньше, чтобы поймать кого-нибудь из тех, с кем бок о бок зарабатывал Гошер, до того, как они войдут в театр, — закончил я, делясь планами.

— У меня другое предложение, — Эйриг уже покончил с ужином и слушал меня внимательно, откинувшись на спинку стула.

— Какое, господин?

— Мы отправимся с тобою в театр вместе, а в антракте почистим обувь. Как ты на это смотришь?

Мысль была не плоха, вот только…

— Есть возражения? — прервал меня Эйриг, не дав поразмыслить.

— Нет. Возражений нет, господин.

— Замечательно! — широко улыбнулся он, и я отчего-то покраснел, понимая, что чувствую себя в обществе моего господина не так спокойно, как раньше. И в тоже время был уверен, что не боюсь его.

Часть 9

Пожалуй, я ещё никогда так прекрасно не высыпался в своей жизни! Да и не удивительно: дрых я ведь на шикарной перине, под огромным пуховым одеялом, совершенно один! Никто не толкался и не пинался, не пытался стащить с меня мамину шаль, не храпел и не делал луж посреди ночи.

Желание остаться в этом доме, в этой чудесной комнате существенно окрепло. Расчувствовавшись, я даже погладил амулет, висевший на груди, впервые подумав, что мне всё-таки повезло, когда тот застрял на моей шее.

Уже вечером я собирался выяснить о Гошере больше, не сомневался, что решу дело, заработаю денег, останусь жить в доме… да и просто порадую господина Эйрига. Покажу, чего стою.

Пусть вечер и обещал быть занимательным, весь день мне предстояло «заниматься гардеробом», как объявил Содар за завтраком. Господин Эйриг, который снова пригласил меня к столу, вёл себя тихо, но я заметил, что он частенько поглядывает в мою сторону, наблюдая за мелкими препирательствами с управляющим, огласившим «список необходимых вещей».

— Я же не на содержании здесь, — шипел я Содару, надеясь, что не расстрою нового господина неосторожным словом.

Неблагодарным выглядеть совсем не хотелось, но куда мне пять костюмов на каждый день, три на выход, несколько домашних рубах и портков, белья на всю неделю, да ещё пара ночных рубашек?!

— Я вообще голым сплю, — недовольно бросил я Содару, как Эйриг вдруг поперхнулся вином.

Я смутился, уставился в собственную тарелку, надеясь что странное чувство юмора нового господина никак себя не проявит.

Вообще-то голым я спал только этой ночью. Я же один был, и простыни были такими шелковистыми, одеяло таким мягким, что я не устоял. С детворой дома я и одежды-то не снимал, только чтоб помыться.

Но тратиться на тряпки, чтобы потом в них спать… настоящая чепуха!

— Это не имеет значения, — протянул Содар на моё замечание по поводу предпочтений. — Подручный господина должен обладать всем необходимым. После ужина жду тебя в холле.

— Зачем это? — отвлёкся я от великолепной запеканки.

— Мы отправимся в ателье и по лавкам.

И чего это я решил, что всё будет, как в тот раз, когда портной наведался сам? Наверняка это было накладно и неудобно. Больше спешить некуда, и можно купить всё нужное так, как делают все нормальные люди.

Я бросил взгляд на господина, и застал его за подглядыванием. Смотрел он на меня, конечно. Растерявшись, я брякнул первое, что пришло в голову, поняв что и сам пялюсь в ответ слишком долго:

— Может, мне столько не надо?

— Надо, Тэг. Надо, — кивнул он с самым озабоченным видом, и я тут же понял, что происходящее его забавляет.

«Демон тебя побери!»

* * *

— Я готов, — объявил я Содару после того как сбегал за оставленным в комнате сюртуком.

— Прекрасно, — бесчувственно произнёс управляющий, развернулся в противоположную от двери сторону и шагнул в тень.

— Эй, ты куда? Содар? — окликнул я, поскольку тот попросту исчез!

Этот угол я приметил, как только переступил порог дома. Ничего особенного, тёмный закуток прямо напротив входной двери.

Неожиданно мрак прорезал свет. В углу оказалась другая дверь! Содар стоял у распахнутой створки, ожидая, должно быть, когда я к нему присоединюсь.

— Но, Содар? — заикаясь начал я. — Там же…

— Тартара, — закончил за меня мертвец.

— Да… я думал мы туда пойдём, — ткнул я пальцем себе за спину, в сторону города. Моего города!

— Нет. В Тартаре услуги и качество товара гораздо лучше.

— У вас какие-то сложности? — в коридоре возник господин Эйриг.

Он был облачён в синий костюм с красной отделкой, высокие кожаные сапоги, в руках держал трость с золотым набалдашником и шляпу. Выглядел он с большим вкусом и роскошью, чем любой франт, которого я когда-либо видел.

— Нет, хозяин. Как раз готовимся уходить, — ответил Содар, и я, очнувшись, закрыл рот.

— Я мог бы прогуляться с вами недолго, а после отправиться по делам.

— Как вам будет удобно, хозяин.

Эйриг улыбнулся мне, надел шляпу и шагнул наружу. Содар последовал за ним.

Несмело я приблизился к порогу и выглянул наружу. Кроваво-красное небо потеряло яркие краски. Ослепительный шар, походивший на знакомое мне солнце, закатился почти целиком, оставляя взгляду обрамлённый огненными кудрями обод. Тартара погружалась в сумрак, когда я нашёл смелость переступить порог и встать рядом с господином Эйригом.

Мы двинулись прямиком через площадь, которую я так долго рассматривал вчера из окна.

После ужина, когда я вернулся в свою комнату, первое что я сделал, это раскрыл шторы занимаемой спальни, и передо мной тут же развернула свои витиеватые улочки Тартара. День в Навистрале только занимался и чудищ было не так уж много, но вполне достаточно, чтобы завладеть моим вниманием на следующие несколько часов.

Сейчас, ступая рядом с господином Эйригом, я взволнованно озирался вокруг, стараясь унять сердцебиение. Когда меня пугала очередная звериная физиономия, я только крепче сжимал кулаки, чтобы не вскрикнуть и не броситься наутёк.

Но я мало что замечал — моё внимание целиком и полностью было приковано к неведомым существам, спешившим по одним им ведомым делам. Собаки, то есть оборотни, уже казались не такими пугающими, хоть и порядком отталкивали. Ощущение усилилось, когда один оказался достаточно близко, чтобы я почувствовал запах немытой псины.

Куда интереснее казались разноцветные морды. Здесь были синие карлики, зелёные гиганты, краснощёкие толстяки с чешуйчатыми лбами и носами. В голубовато-бледных лицах я узнавал Содара, так что понял — ребята давно померли. Призраки тоже казались немного привычными.

Спустя некоторое время шествия нашей молчаливой процессии, возглавляемой господином, я пообвык, и задумался о других созданиях, тех, что ничем — или почти ничем — не отличались от людей.

Однажды, после того памятного ужина, я уже видел девушку с крыльями. В остальном крылатые не отличались от меня. За исключением тех, чьи крылья были покрыты перьями. Нос у таких походил на клюв, а уши висели до самых плеч.

Но встречались и такие, у которых мне никак не удавалось углядеть никаких особенностей, как бы внимательно я ни присматривался.

— Это люди? — тихонько спросил я, надеясь, что господин Эйриг услышит вопрос.

— Среди встреченных нами только двое.

— А кто же остальные?

— Колдуны, химеры, ведьмы, василиски. В этом мире многие создания способны менять облик по собственному усмотрению. Здесь не стоит полагаться на то, что видит глаз.

— На что же тогда?

Эйриг замедлился, давая мне сровнять шаг, и пошёл рядом.

— На чутьё.

— Чутьё?

— Шестое чувство или внутренний голос — так это называют в твоём мире. Навистральцы скорее чувствуют с кем имеют дело. Не буквально, конечно, но часто могут оценить, кто перед ними или следует ли опасаться незнакомца. В твоём случае это будет непросто. Ты — человек. Поэтому я советую тебе всегда быть настороже, если окажешься в Тартаре один.

— Что же мне здесь делать одному?

— Кто знает. Если останешься у меня, такая возможность вполне может возникнуть.

Внутри всё похолодело. Именно этого я и опасался. Значит, не ошибся.

Я снова окинул окружавший меня мир враждебным взглядом. Смогу ли я явиться сюда сам?

Небо совсем потемнело, превратившись в пурпурное, и на необъятном полотне я увидел искрившиеся начищенным серебром звёзды! Крупные, они усыпали небо и казались так близко, что если бы рядом были горы, я бы смог взобраться на самый верх и дотянуться до них.

— Красиво? — прозвучал голос над моим ухом, и я опомнился.

— Да. Очень. — Выглядеть ребёнком, дивящимся каждой мелочи, не хотелось, и я поспешил перевести разговор в новое русло: — А почему мы отправились за покупками ночью? Ведь в Тартаре сейчас ночь, верно?

— Да, но в Навистрале, и в Тартаре в том числе, тёмное время суток считается более, э… подходящим для некоторых существ.

— Для каких?

— Видишь ли, те кто способен вести ночной образ жизни считаются более развитыми особями, менее зависимыми от времени. Те, кто бодрствует только днём, как правило, примитивны. Поэтому днём в Тартаре такое столпотворение. После захода Радан три четверти жителей ложатся спать и на улицах становится свободнее. Гулять гораздо приятней, и ходить по лавкам тоже, — Эйриг подмигнул.

— О, как оно замысловато устроено, господин.