Пробуждение Зверя

Крафт знал, что многие люди, которые сумели выжить в Шолле, обычно изменялись и становились аберратами. По словам его отца, некоторые из них были чрезвычайно опасны. Большинство из существ, пытались вырваться из Шолла, но в основном они были убиты пограничными патрулями замка. Другие, тех кого не изменил Шолл, жили на «Дневных Островах» — участках земли, окруженных Шоллом. Эти люди зависели от курьеров, таких как отец. Курьеры несли сообщения, с островов в «Светлый Мир» и обратно, а иногда даже приносили медицину или магические артефакты. На некоторых островах не хватало земли для выращивания еды, и поэтому ее нужно было доставлять с помощью портьерского заклинания, точно так же, как в шкаф Крафта в подвале. Но это был сложный процесс и часто терпел неудачу — как это было с Крафтом. И поэтому все те, кто был в ловушке — хороший или плохой, должны были оставаться в Шолле и выживать, как могли.

Крафт услышал шум позади него и увидел четырех охранников пограничного патруля, мчащихся вниз по склону к нему и его отцу, с мечами и цепочкой, мерцающей под солнечным светом. Но когда они подошли ближе и узнали отца Крафта как Курьера Бэнсона, они замедлили шаг. Как курьеру замка, ему было разрешено как входить, так и выходить из Шолла. Любой, кого он вывел, считался находящимся под его защитой, и, при условии последующего изучения властями и ратификации герцогом, им обычно разрешалось жить. Курьеры были доверенными лицами — в конце концов, они знали Шолл лучше, чем большинство.

Отец Крафта поприветствовал охранников, те кивнули ему в ответ, и, не спеша, продолжили патрулирование границы между Шоллом и Светлым Миром.

Когда они продолжали свой путь, Крафт посмотрел на дома и увидел сломанные окна и двери, свисающие с петель. Они были брошены. Люди оставили их, пока Шолл не приблизился. В основном он двигался на север, но Крафт слышал, что есть также движение на восток и запад, что делает Шолл шире. Но он больше не расширяется на юг. Никто не знал, почему. Шолл обычно рос не более чем на несколько дюймов каждую неделю, но иногда он мог разрастаться на целых несколько миль. Эти внезапные движения были непредсказуемыми.

Мать Крафта была на местном рынке, когда Шолл внезапно охватил весь район — и убил ее или изменил. Несмотря на то, что отец Крафта искал ее несколько недель, он так и не нашел ее тела. Впоследствии отец попытался сделать подвал безопасным для Крафта и его братьев, используя все навыки и знания, которые он приобрел в качестве курьера. Но это было только временной защитой. Он знал, что в конечном итоге существа Шолла — аберраты — сокрушат их. Итак, отец Крафта предлагал своим сыновьям служение Главному Мансеру, который был могущественным человеком. Работа на него, позволила бы им убежать от Шолла. Но бежать к чему — к смерти? Чтобы работать на Главного Мансера, пришлось бы пройти этот опасный тест — что бы это ни было. Братья не пережили этого. Желудок Крафта перевернулся в нервном ожидании.

Они пересекли ближайший мост через канал и подошли к замку.

Лавки выстроились на мощеных улицах, показывая товар, который лишь немногие люди вокруг, способны купить. В продаже были всевозможные продукты: горячие пироги, дымящиеся суставы мяса, сушеный горох и чипсы. Но самый сильный запах был у морских существ. Омары медленно корчились в больших чашах воды, а из залива Моркамб — были креветки и мидии. Живот Крафта вновь загудел, и он задался вопросом, что ему дадут поесть в замке.

Когда он огляделся, то увидел людей, которые, как кажется на первый взгляд, просто продолжают свою жизнь и игнорируют угрозу. Но более пристальное изучение их лиц предполагает иное. Они были озабочены и напуганы, их умы не были в состоянии покоя. Если посмотреть на север, не обращая внимания на эти преследуемые лица, все действительно выглядит нормально, но на юге остались только заброшенные здания и темная стена Шолла.

Они подошли к страже, стоящей у главных ворот.

— Это мой сын — сказал отец Крафта, одному из охранников. — Главный Мансер ожидает его. Завтра ему предстоит собеседование.

Охранник взглянул на Крафта — это была жалость, которую он видел на его лице?

— Иди с ним, Крафт — сказал, отец, поворачиваясь к нему лицом. — Ложись пораньше спать, чтобы завтра ты был в лучшем состоянии. И удачи. Я скоро вернусь, чтобы посмотреть, как ты поживаешь.

Крафт колебался, надеясь, что его отец обнимет его. Но потом он вспомнил, что после смерти матери, его отец стал более отдаленным и жестким. Все, что он получил, было кивком, когда его отец повернулся и ушел. Ком встал у Крафта в горле, но он знал, что должен быть сильным.

Пока его отец не сказал, что на следующий день ему предстоит собеседование, Крафт ожидал, что его сразу отведут прямо к Главному Мансеру. Вместо этого он прошел серию винтовых лестниц, которые привели его в маленькую комнату в одной из башен, с кроватью, стулом и столиком, а также узким окном, через которое был прекрасный вид на юг над городом. На столе он увидел, тарелку с сыром, хлеб и ветчину. Из его рта полились слюни. Когда охранник ушел, заперев дверь, Крафт помчался к столу и быстро очистил тарелку. После трапезы, он вдруг почувствовал себя усталым. Крафт не много поспал прошлой ночью, и сегодня был утомительный день, поэтому он разделась и забрался в постель, ожидая, что скоро заснет. Но он все еще был ранен событиями дня. Повернувшись на бок, он начал думать о своей матери. Он вспомнил то время, когда ему было не больше пяти или шести лет, когда Шолл был еще далеко к югу от их дома.

Все началось, когда он услышал плач в темноте. Этот шум разбудил его. Он вышел на кухню и увидел, как мать стояла на коленях, смотря на пылающие угли огня. Слезы текли по ее щекам и капали с подбородка.

— Мама! Мама! — Воскликнул он, его собственные слезы падали на пол, когда он бежал к ней. Она обняла его, и он прижался лицом к ее длинным волосам.

— Что случилось, мама? Что случилось?

Она подняла его, села на стул, посадив его на колени.

— Ничего не случилось, Крафт. Просто я скучаю по твоему отцу, и на этот раз его очень долго нет. Хотелось бы, чтобы он поспешил назад.

Они сидели молча, ничего не говоря. Он был счастлив быть на ее руках и рад что она больше не плачет. Наконец он посмотрел на нее и сказал.

— Когда я вырасту, я хочу быть как мой отец. Я хочу быть таким же, как он, и носить униформу, быть курьером и посещать замок.

— Может быть твое желание исполнится, — сказала его мать, улыбаясь. — Ты Фейр — ты отличаешься от других людей. Это работа, которую ты, возможно, сможешь сделать лучше других.

— Как я другой, мама?

— Ты, твои братья и твой отец, вы являетесь Фейрами. Когда ты станешь старше, он расскажет тебе все об этом, без сомнения.

— Мальчик по соседству сказал, что я вырасту, и стану чернокнижником, а они закроют меня в темнице и выбросят ключ, будут давать на обед мне личинок и мучить, вставляя в меня горячие иглы.

Мать нахмурилась и сильнее обняла его.

— Не обращай внимания, моя любовь. Люди всегда высмеивают тех, кто отличается от других. Дети хуже всех. Не утруждай себя своей маленькой головой.

Крафт вернулся из воспоминаний в реальность…

Только теперь, когда он стал старше, он понял, как страшно было его матери после каждого отъезда отца, опасаясь, что ее муж не сможет вернуться — что он будет убит на юге в Шолле, и она больше никогда его не увидит. Для нее, должно быть, было тяжело, быть единственным членом семьи, не являющимся Фейром.

Соседи опасались Фейри. Они держали дистанцию и обсуждали за спиной. Избегали. Когда мать выходила, чтобы повесить белье после стирки, то те, кто был в соседнем саду, немедленно заходили в дом. Их дети были счастливы дразнить Крафта и его братьев. Он понял, что его матери, было очень одиноко. Для обычного человека было необычным выйти замуж или жениться на Фейре. Люди смотрели на него сверху вниз. Должно быть, она была очень смелой. Теперь она мертва, сраженная Шоллом, и он никогда больше не увидит ее снова.

Глава 4:

Простолюдины

На следующее утро Крафт проснулся, увидев, светло-розовый рассвет из окна его маленькой комнаты.

Он не спешил вставать с постели — он все еще думал о своем детстве. Слезы появились у него на глазах, когда он снова вспомнил, как его мать стоит на коленях на холодном полу и плачет.

— Плакать не хорошо, нужно быть сильным — сказал он себе.

Он попытался вспомнить счастливые воспоминания. Свою счастливую семью. Он вспомнил, что сидел за кухонным столом, его ноги еще не были достаточно длинными, чтобы достать до пола, прислушиваясь к рассказу отца о том, почему его называют «Крафтом» вместо его собственного имени, Колина.

— Ты никогда не умел ползать, сын — сказал он, смотря на него сверху вниз. — Тебе и не нужно было. Ты был чуть больше, чем младенец, когда нашел свой собственный способ передвижения. Ты мог шпионить, за кем-нибудь, своими маленькими глазками, а потом взять и начать перекатываться с бока на бок, пока не достигнешь своей цели. Ты перекатывался, а не ползал! У тебя всегда был свой хитрый способ сделать что-то.

Крафт подумал, поможет ли это ему сейчас.

Охранник принес завтрак — бекон и яйца, которые были холодные, — и не сказав ни слова, ушел закрыв дверь. Крафт все еще был голоден, поэтому он быстро расправился с пищей, а затем стал ожидать, когда его вызовут. Несомненно, Главный Мансер был занятым человеком, и проведение теста было лишь небольшой частью его обязанностей в течение дня.

К вечеру раздался стук в дверь. Крафт был сопровожден из своей комнаты другим охранником. Они спустились по ступеням, затем по коридорам без окон, а после снова по ступенькам, и вскоре Крафт почувствовал, что они находятся ниже уровня земли. Охранник не говорил, даже если Крафт пытался начать разговор — он просто указывал путь, подталкивая его в спину, жирным указательным пальцем.

Наконец они достигли толстой дубовой двери с серебряным молотком в виде узкого черепа. Это был не человеческий череп: у него были рога, слишком много зубов и длинная челюсть. Крафт никогда не видел ничего подобного в своей жизни. Он даже не мог представить, что это. Над молотком стояла большая медная доска с надписью:

«ГЛАВНЫЙ МАНСЕР».

Крафт сделал глубокий вдох. Видимо здесь, он будет проходить свой тест.

Охранник постучал три раза, и сделал шаг назад. Дверь открылась и Крафт увидел в комнате лишь темноту. Страх начал учащать его сердцебиение. Ему не хотелось заходить в эту комнату, но большой страж с силой подтолкнул его в спину. Крафт услышал, как дверь закрылась позади него.

Он стоял совершенно неподвижно, ожидая, когда его глаза приспособятся к темноте. Через некоторое время, Крафт увидел туманную форму прямо перед собой. Его сердце начало биться сильнее. Он удивленно крикнул, от внезапного сияния света, от того места, где он видел движение, а затем увидел контур высокого худого человека, поджигающего жирную, черную свечу. Должно быть, он сидел в темноте. Зачем он это делал? Поинтересовался Крафт. Это был странный способ, чтобы начать тестирование. В тусклом свете свечи, Крафт разглядел, что комната была чрезвычайно захламлена. Высокий стол был завален книгами и рукописями, что едва хватало места для свечи. На стенах были полки, заставленные книгами с кожаными переплетами — и все было покрыто толстым слоем пыли.

Человек за столом встал и сделал несколько шагов в сторону Крафта. Его глаза выпучились, когда он подошел ближе. Мужчина выглядел не бритым. На его черной одежде, были видны пятна от еды. Если это Главный Мансер, он удивительно неряшлив, подумал Крафт. Волосы человека были черные, но с сединой на висках, он не был стариком, он определенно был мужчиной в рассвете сил. Наконец мужчина заговорил:

— Ну, молодой человек, почему молчишь? Спросил он. — Лучше задай свой первый вопрос, прежде чем я начну испытывать нетерпение.

— Вопрос? — спросил Крафт. Он был удивлен, он не предполагал, что будет тем, кто будет задавать вопросы.

— Да, вопрос! Ты должен иметь его и не один. Как ты надеешься узнать, чего от тебя ждут, если не задашь никаких вопросов?

Крафт не знал, что происходит, но у него были некоторые вопросы.

— Вы Главный Мансер?

— Об этом тебе должна была сказать дверь. Кого еще ты ожидал увидеть в моей комнате?

— И что делает Мансер, сэр? — спросил Крафт.

Главный Мансер поднял брови, как будто Крафт был каким-то идиотом, поэтому он продолжил говорить.

— О, я знаю, что вы имеете дело с Шоллом, но каковы практические аспекты этого?

Мужчина долго молчал, смотря на него. Когда он снова заговорил, его голос был намного мягче.

— Практичность! Это большое слово для маленького человека. Ты будешь удивлен, узнав какова практичность. Но это секреты Гильдии, и они не разглашаются непосвященным.

— Но я узнаю, если пройду тест, не так ли, сэр? Когда я стану вашим учеником, разве вы не научите меня и не расскажите?

Лицо Главного Мансера покраснело. Сначала Крафт подумал, что он рассердился, но потом раздался смех, когда Мансер начал ходить по комнате. В конце концов он перестал смеяться, остановился перед Крафтом и покачал головой.

— Глупый мальчик! Прохождение теста не говорит о том, что ты станешь моим учеником. Нет никакого способа, чтобы им стать. Привратником нужно родиться, иметь особую кровь в своих венах, иметь особый тип ума. Твой отец достаточно хороший человек и отличный курьер, но он и твоя мать обычные люди. Кровь, которая течет в ваших венах, очень обычная, не заблуждайся на этот счет — по крайней мере, в отношении социальной иерархии этого города. Ты простолюдин мальчик.

— Зачем же тогда нужен тест, если не для того, чтобы стать вашим учеником?

Крафт старался быть вежливым. Ему не понравилось, как Главный Мансер назвал его и его семью. Он напомнил ему о детстве, о детях, которые дразнили его. О страданиях за то, что он был Фейром и считался не таким как обычные окружающие его люди.

— Завтра ты узнаешь, что именно это влечет за собой, но. Сейчас уже поздно чтобы проводить тест, поэтому, отложим его на завтра в полдень — сказал Главный Мансер. — Это лучшее время для его прохождения.

— Это убило моих двух братьев, и я полагаю, что я буду следующим. — сказал ему Крафт.

Но Мансер покачал головой.

— Это не тест убил их. Они оба прошли его с честью. Тест просто говорит мне, какую работу ты способен выполнить, простую работу или работу, которая опасна, гораздо более рискованная чем тест, которая может убить тебя — или свести с ума…

Крафт был сопровожден обратно в свою комнату тем же тихим охранником. Снова он был заперт в одиночестве. Единственным изменением, за многие месяцы заточения, был скудный ужин холодной ветчины. Крафт хотел пройти тест, и чем дольше он этого ждал, тем более нервным он становился. Следовательно, ему потребовалось много времени, чтобы заснуть.

На следующий день, незадолго до полудня, тот же самый охранник доставил Крафта в ту же комнату, подтолкнул его внутрь и закрыл за ним дверь. Там было так же темно, как и раньше, и, опять же, Главный Мансер зажег одну свечу.

— Почему вы сидите в темноте, сэр? — Спросил Крафт.

— Это одна из моих практик, молодой человек. Теперь, иди и сядь здесь, рядом с этим занавесом.

Крафт увидел крепкий стул, обращенный к черному занавесу, который падал с потолка прямо на пол, прикрывая стену. Сразу две вещи беспокоил его. Во-первых, стул был прикреплен болтами к полу, и к нему были прикреплены две пары коричневых кожаных ремней, которые, как предполагается, были для того что бы привязывать кого-либо к стулу. Верхние два ремня были для привязывания груди; нижние два, для ног. Во-вторых, ему не понравился внешний вид этого черного занавеса. На первый взгляд все выглядело достаточно обычным — большие шторы на окне, которые можно было бы закрыть для приватности. Но эта комната была глубоко под землей. Если за этим тяжелым черным занавесом было окно, за ним мог бы быть только камень или грунт.

— Садись! — скомандовал Главный Мансер, он явно устал ждать.

Крафт повиновался, ожидая, что его привяжут ремнями к стулу. Но вместо этого Мансер отдернул занавеску, показав Крафту что было за ней.

В нише в стене была странная штуковина он никогда не видел ничего подобного. Четыре декоративных железных ножки поддерживали то, что на первый взгляд казалось большим круглым зеркалом диаметром около пяти футов. Его толстая рама была серебряной, но внутри нее не было стекла. Крафт не видел никакого отражения — просто закрученная тьма.

— Это, — сказал Главный Мансер, — Серебряные врата. Каждый привратник, отвечает за одни из них. Это их основной инструмент для изучения Шолла.

Внезапно Крафт заметил что-то еще. Что-то очень тревожное. По обе стороны от врат — прямо перед ним, между стулом и серебряным зеркалом — стояли два блестящих металлических столба. Он поднял глаза и увидел между ними лезвие, которое, казалось, было готово резко опуститься. Это была гильотина.

— О, не беспокойся об этом, — сказал Мансер. — Я управляю ей, используя это…

Он указал на деревянную педаль на левом краю (и вне его досягаемости).

— У нее есть предохранитель, и в настоящий момент он включен. Мы не будем сейчас использовать ее.

— Для чего она, сэр? — спросил Крафт и его рот внезапно пересох.

— Она для отрубания придатков, — спокойно ответил Главный Мансер, как будто это была самая очевидная вещь в мире.

— Что такое придатки? — спросил Крафт.

— Ты не знаешь, что такое придатки? Меня это удивляет, молодой человек, поэтому позволь мне рассказать об этом. Это часть, прикрепленная к чему-либо. Это может быть человеческая конечность или ее часть, например, руки или пальца. Это могут быть так же щупальца или когти. Иногда мы считаем нужным отрубить их!

Крафт был в ужасе, но Главный Мансер продолжал.

— Я надавливаю на эту педаль ногой, лезвие падает, и делает свое дело. — Он странно улыбнулся Крафту. — Поверь мне, она очень острая.

Гильотина была очень близко, и Крафт почувствовал, как его тело начало дрожать.

Глава 5:

Тест

Крафт взглянул на Мансера.

— Эти ремни для меня, сэр?

— Их наверняка можно было бы использовать, чтобы удержать тебя в кресле, но сейчас они не для этого. Не волнуйся, молодой человек, я все объясню позже. Не будем тратить время на рассказы, пока я не уверен, что ты станешь привратником, поэтому, давай проверим.

Он подошел к стулу Крафта.

— Теперь, сосредоточься! Смотри в центр круга и скажи мне, что ты видишь.

Пытаясь игнорировать гильотину, Крафт сделал так, как ему было поручено. Но что он должен был видеть?

— Все, что я вижу, это тьма, — ответил он. — Кажется, она движется.

— Сконцентрируйся и посмотри лучше, — скомандовал Главный Мансер.

Крафт пристально смотрел в круг — и теперь, к его удивлению, он увидел, что что-то изменилось.

— Тьма клубится, — сообщил он — Похоже, что темные облака движутся против часовой стрелки.

— Хорошо! Это верно. Они движутся в обратном направлении. Теперь посмотри более внимательно. Постарайся смотреть через темные облака. Ты видишь какие-то когти или зубы? Или, может быть, большие глаза смотрят на тебя?

Крафт снова насторожился. Что это значит? Какие когти или глаза он должен разглядеть в темных облаках? Что если он не сможет разглядеть ничего? Это будет значить, что он провалил тест? Он думал. Но не было никакого смысла лгать. Отец всегда говорил, что лучше сказать правду, какой бы она ни была.

— Все, что я вижу, — это темные облака, сэр.

К удивлению Крафту, человечек казался довольным его ответом.