Сбежать от стального короля

Мужья обеих леди, по слухам, тоже соперничают и меряются доходами, лошадьми, колясками, домами, балами… и женами. Хм. Хм. Какая удача. Если как-то ненавязчиво намекнуть леди Мийте, что она может неким образом обойти соперницу, а леди Альяне, в свою очередь, дать понять, что первенство в местном бомонде стремительно уплывает в руки другой… хммм…

— О да, дорогая, эти лайковые перчатки на молнии еще даже не появились в самых модных салонах столицы, было всего две пары для рекламного показа, но благодаря моим связям я их получила, — разговаривать на птичьем языке провинциальных салонов было не то чтобы трудно, просто от обилия словесного сиропа я слегка слиплась уже к середине чаепития.

Мы сидели в изящно обставленной гостиной моей гостеприимной хозяйки и «непринужденно болтали» уже около полутора часов. Если честно, я чувствовала себя выжатой — после целого дня прогулок, прививок, плавания по реке с выдрами… А куда деваться? Зато поймала наконец нужный момент и ввернула тему эксклюзивных новинок в разговор так, чтобы казалось, что это не я его начала, а меня расспрашивают.

— И вы не представляете, как меня уговаривали уступить хоть одну пару, — я понизила голос до доверительного шёпота, — предлагали компенсировать очень, просто очень щедро. — Я перестала шипеть и заговорила нормально. — Но вы же понимаете… я не могла согласиться на подобное, для столицы это было бы недопустимо вольно. Могли пойти нежелательные слухи о состоянии ат Леннистонов.

Моя собеседница согласно покивала, но я видела, каким ярким светом загорелись ее глаза. Вброшенная в ее прелестную белокурую головку мысль явно упала на благодатную почву, теперь надо было дать ей время прорасти.

Я еще раз мило улыбнулась и сменила тему, но разговор все равно крутился вокруг столичной моды. Местная голубоглазая королева бомонда, разодетая в шелковое платье прошлогоднего сезона, буквально не отпускала меня от себя, одним взглядом осаживая слишком приблизившихся дам рангом пониже. Похоже, леди Альяна решила стать моей близкой подругой, во всяком случае до того момента, как мои наряды выйдут из моды.

Тут ведь еще в чем фишка — мужчинам, особенно местным дельцам, до дамских тряпок, как правило, нет никакого дела. Своих жен они либо держат безвылазно в колонии, либо вообще оставляют на материке. Наряды им заказывают у местных портних или по каталогу — естественно, с опозданием от метрополии минимум в год. По-настоящему модные новинки приходят в Фиакетту редко и случайно. А я, попав практически с корабля на бал, произвела своим гардеробом настоящий фурор. Хех, права была мэстрисс Коруол, не зря я мучилась с модной портнихой, рисуя ей выкройку платья на молнии, вспоминая красивую линию стоячих и отложных воротничков, блуз с рукавом «летучая мышь», а также внедряя в портновский мозг идею юбки-брюк.

Мысли о скорой прибыли грели меня весь вечер, хотя я больше ни разу ни намеком не упомянула о каких-то перепродажах. Но внимательно наблюдала за рыбкой и, когда мы прощались внизу у лестницы, была уже полностью уверена: наживка проглочена вместе с крючком и осталось только аккуратно подсечь.

А заодно бросить сеть в мутные воды и попытаться выудить вторую акулу.

Как это провернуть? К чему что-то изобретать? Передам леди Мийте «ответную записку». Без указания имени! Зато с намеком, что подумаю и, возможно, найду в себе решимость расстаться с некоторыми безделушками в пользу такой милой новой знакомой. Плевать, что я ничего от неё не получала. Леди либо примет мою игру, либо я извинюсь, скажу, что произошла ошибка, в любом случае, информация о том, что некто пытается перекупить модные новинки, до этой курицы дойдет.

Чтоб мне лопнуть, если она не кинется знакомиться и скупать на корню весь мой гардероб за любые деньги. И в жизни потом не признается, как получила обновки, будет врать, конечно, что муж специально снарядил ради нее пароход в метрополию. И муж, что интересно, подтвердит. Хех, тут главное не продавать соперницам одинаковых аксессуаров. И вообще, не слишком их баловать — пусть покупают немного, но задорого.

А вот потом… Потом через слуг надо пустить слух, что со мной можно договориться. И леди, я уверена, потянутся ко мне одна за другой. Вот потихоньку, по одной штучке, всё и пристрою.

Едва гости разъехались, я из последних сил пожелала спокойной ночи мэстрисс Нисон и сбежала в свою спальню, где без сил рухнула в кровать, едва умывшись и прополоскав рот волшебным отваром — он прекрасно очищал и предохранял зубы от кариеса. Все, о делах подумаю завтра… А выдреныш был лапочка. Не отказалась бы завести себе такого… И маленькая чернокожая Касавка тоже очень миленькая… Хорошо, что я успела.

Утро началось с того, что таинственно-торжественная Кати вручила мне записку. О как! От леди ат Вайсон. Ее принес мальчишка-посыльный из губернаторского дома и, как я поняла, с самого рассвета строил глазки моей горничной, чтобы она передала это послание самым первым. Обалдеть! Я даже не успела развернуть свою интригу вокруг губернаторской жены, а ей уже все шпионы донесли. Скорее всего, вчера вечером наш разговор с голубоглазой королевишной подслушал кто-то из знакомых этой самой Вайсон и потащил ей новость в клювике сразу, как только вышел из дома Нисонов. А шустрая дамочка решила брать быка за рога, не отходя от кассы.

«Дорогая леди ат Леннистон, простите мне мою дерзость, только крайняя необходимость заставляет меня презреть правила приличия и обратиться к Вам напрямую, минуя официальное знакомство».

О как. Интересно, и какая же у леди «крайняя необходимость»? Читаем дальше.

«Я уповаю на Ваше великодушие и благородство, слухи о которых дошли и до нашего скромного городка».

Так, не ржать. Это неприлично.

«Вы, несомненно, войдете в мое положение и поймете, как женщина женщину. Только в Ваших силах помочь мне!»

Блин, какой высокий слог и ни намека на содержание. Я догадываюсь, конечно, чего хочет эта дамочка, но воспитание не позволяет ей сказать об этом прямо.

«Очень надеюсь, что Вы примете мое приглашение посетить наш дом сегодня около полудня, Вы сами прекрасно понимаете, что не всё можно передать на бумаге. Тет-а-тет мы сможем, наконец, познакомиться, и я подробнее поведаю Вам о деликатной ситуации, в которой оказалась и которая вынудила меня Вам написать прежде официального знакомства. Кроме того, как жена губернатора Фиакетты, я располагаю некоторыми сведениями, которые могут представлять интерес и для Вас, так что наша встреча, несомненно, будет приятна и полезна нам обеим. С уважением и искренней симпатией, Мийта ат Вайсон».

И роспись с причудливой загогулиной.

Глава 23

Ехать или не ехать? Разумеется, ехать! Как удачно складывается. Подумав, я прихватила с собой кое-то из накреативленных мною нарядов. Мы с портнихой знатно развлеклись перед моим отъездом, кроя и примеряя эти потрясающие брючные костюмы с драпировками, эти офигенные женственные курточки а-ля стимпанк-милитари — это когда в талию, с кокетливым воротничком, с кружевным жабо на груди и с чертовой дюжиной мегаудобных накладных карманов.

Мы с мэстрисс Шильтой честь по чести подписали соглашение на использование этих фасонов, хотя портниха, с одной стороны, капала слюной от восторга, а с другой, сомневалась, что столичные леди осмелятся такое носить. Я в столице тоже не щеголяла — мне же нельзя было привлекать внимание. И первые дни в колонии не решилась с ходу народ шокировать. Зато тепе-е-е-ерь… на ловца и зверь бежит.

У меня еще тогда на континенте одна интересная мысль возникла. Ведь здесь в Фиакетте никто в ближайшие полгода даже не узнает, какие там в нынешнем сезоне модные новинки в столице. Если соблазнить законодательниц здешней моды надеть то, что я придумала, то и самой потом это можно будет носить! И чуть позже, после экспедиции, привезти в столицу как заморскую диковинку, и, если правильно подать… короче, будет им новая мода.

В связи с финансовыми затруднениями я временно забыла о своих планах, а тут спохватилась — вот же оно! Если леди Мийта щегольнет в юбко-брючном костюме, в новой курточке и кожаных перчатках без пальцев, зато на молнии и до локтей — смело можно будет писать мэстрисс Шильте о том, чтобы готовила партию новинок и присылала сюда. Откроем тут колониальное отделение ее ателье, я войду на паях… развернемся! А кроме денег у меня будет более-менее удобная одежда и нормальные трусы с лифчиком. Идею отказаться от корсета в жарком ауриканском климате примут гораздо благосклоннее, чем в прохладной дождливой столице.

Итак, решено: еду. А новомодный прикид продемонстрирую даме под предлогом — ах, дорогая, я слышала о вашем безупречном вкусе и хотела посоветоваться о новейших столичных веяниях: как вы думаете, не слишком ли вызывающе будет надеть этот наряд? Спорю на свои будущие алмазы, губернаторша уломает меня уступить ей первенство и костюм за хорошую сумму. И, главное, мы с портнихой так его скроили, что с помощью пряжек, молний, декоративных шнуровок и вытачек он сядет на любую фигуру! Перешивать не придется. Кстати, надо и кое-какие аксессуары к костюмчику не забыть…

Пока ехала в экипаже к роскошному губернаторскому дворцу в колониальном стиле, успела сама себе ехидно задать вопрос: а что, если леди Мийта — упитанная коротышка поперек себя шире? Тогда планы придется пересматривать… Но обошлось.

Жена губернатора оказалась моей ровесницей, яркой брюнеткой, почти такой же рослой, как я, может быть, чуть более рыхлой, но достаточно стройной для того, чтобы ее телеса не выпирали из туго затянутого корсета как тесто из квашни.

Она томно обмахивалась огромным веером и всем своим видом демонстрировала аристократическую болезненность, очень модную среди высшего колониального общества.

Ну да, я уже слышала, что благородные леди с трудом переносят здешний климат и часто падают в обморок — еще бы! По сравнению со столицей здесь жарко, влажно и душно, а они себе пузо в рюмочку затянули и дышат хорошо если на треть легких. Тут слона в обморок укатает, не то что среднестатистическую леди. Не-не, я решительно за новую моду, скандальную и шокирующую. Минус три нижние юбки — кто, спрашивается, их вообще считает? И минус пыточное приспособление для преобразования нормальной женщины в песочные часы.

— Леди Леннистон, я бесконечно рада вас видеть! — губернаторская жена вместе со своим веером почти сбежала с крыльца мне навстречу. — Познакомиться с невестой самого Эрвина Маубенроя, будущей леди Маубенрой, огромная честь для меня! И я безумно рада, что вы столь любезны и приятны в общении! — выпалила она с такой скоростью, что знаки препинания просто за ней не успели.

Ой-ой-ой. Какая болтушка, три сотни слов в минуту, и ввинчиваются прямиком в мозг. И… Стоп. Чья я невеста?! Ах ты ж паразит! Даже в Африку, тьфу, в смысле в Аурику, добрался со своими гнусными слухами. Но и опровергать глупо: будущая леди Маубенрой звучит во сто крат солиднее, чем старая дева Леннистон. Во всяком случае пока я не стала сказочно богатой алмазной королевой, которая пинком открывает дверь в любой чиновничий кабинет.

— Ох, леди! — воскликнула я неопределённо, сделав слегка смущенный вид. — Я так рада была получить ваше письмо…

— Леди Леннистон, вы ещё более великолепны, чем я слышала! — с ходу польстила мне чернявая губернаторша и, изящно метнув хвостом шелкового платья по ступенькам, подхватила меня под руку. — Но пойдемте скорее в дом! Позвольте угостить вас кивано? Уверена, вы ещё не пробовали!

— Ах, конечно! — я еще раз мысленно проверила, все ли правильно помню из своих планов: держаться независимо, но скромно, почаще многозначительно молчать, а если говорить, то как можно неопределеннее — люди сами додумают. И обязательно выждать, пока хозяйка сама созреет и скажет, зачем она меня звала. Ни в коем случае не заводить разговор первой.

Ну что сказать, эта тактика себя оправдала. Мы с леди Мийтой очень мило попили ледяной, чуть газированный напиток с кусочками местных фруктов — тот самый кивано, обсудили все последние колониальные новости, мило почирикали о громкой премьере столичного варьете (в глаза никакого варьете не видела, делать мне, что ли, нечего было в столице, но опыт прежнего мира не подвел и знающий вид вполне удался), дружно осудили мужчин, слишком занятых всякими скучными деловыми вопросами…

И только после часа пустой болтовни, в точном соответствии со светским этикетом, леди Вайсон перешла, наконец, к сути вопроса.

— О, дорогая… мне ужасно неловко, право… но только вы можете мне помочь! — леди молитвенно сложила руки под пышной грудью и посмотрела на меня глазами котика из мультфильма про Шрека. Будь я мужиком — отдала бы за такой взгляд последнюю рубашку с себя. — Дело в том… ах, как неловко… дело в том, что пароход моего мужа с последними покупками задержался в метрополии, а я уже имела неосторожность объявить дамам о первом осеннем бале и легкомысленно похвасталась, что обязательно продемонстрирую все столичные новинки… Это так неприлично, неудобно… но я просто ума не приложу, что делать, — я все же не простая служанка и даже не мэстрисс с богатой плантации, я родовитая леди и не имею права дискредитировать имя своего мужа необоснованным хвастовством…

Ох и заворачивает! Как будто речь идет не о тряпках, а как минимум о выживании целой нации. Мужа она дискредитировать не хочет. Боится, что соперница обскачет по всем фронтам, — это точнее будет. Ну так мне оно на руку.

Я уже открыла рот, чтобы успокоить взволнованно дышащую всем своим декольте даму, как на ум снова пришел «жених». А почему бы не извлечь из несса Маубенроя пользу, раз уж он все равно сам все время подворачивается под руку?

— О, дорогая! — я снова сделала чуть смущенный вид. — Вы даже не представляете, как я вас понимаю! Ведь я тоже хотела посоветоваться именно с вами и по весьма похожему вопросу. Дело в том, что мой жених заказал для меня у безумно дорогой и модной портнихи туалеты из самой последней коллекции. Это нечто невероятное! Несс Маубенрой буквально настаивал, что я должна носить только эксклюзивные вещи и выделяться на любом балу. А я, признаться, воспитана в скромности и не совсем уверена, что осмелюсь появиться в обществе в наряде, который привлечет слишком много внимания своей элегантностью и новизной… Но и подвести будущего мужа, пренебрегая его деньгами и вкусом, я не могу. Вот если бы вы… я могла бы уступить вам один из этих нарядов… возместив на счета будущего мужа соответствующую сумму, естественно… Понимаете, если бы такая признанная законодательница мод первая продемонстрировала эти новинки свету, я уже не так смущалась бы, одеваясь так, как хочет несс Маубенрой.

По тому, какие яркие прожектора зажглись в глазах «законодательницы мод», я поняла, что моя стрела попала точно в цель. Осталось вытрясти из этой цели побольше денег, и все речные пароходы Фиакетты у меня в кармане. А претензии по поводу «неприличных нарядов», если что, будут адресованы «жениху» — это же он меня заставил. Леди Мийта разнесет сплетню быстрее «Дорожного радио». А я вся такая скромная и ни при чем.

Глава 24

Всё получилось даже лучше, чем я предполагала. Леди Мийта буквально выцарапала у меня аж три платья, ведь, чтобы я не смущалась, она должна продемонстрировать столичные новинки со всех сторон. Первая партия золотых кружочков в элегантном замшевом кошельке поселилась в моей сумочке уже к вечеру. Естественно, леди не расплачивалась со мной лично! Это неприлично, хотя и в рифму. Деньги принес посыльный и отдал моей горничной — таким образом все формальности были соблюдены, а я разжилась наличными.

Леди Альяна, узнав, что соперница обходит её на повороте, в тот же вечер примчалась ко мне с таким видом, будто собирается закатить то ли истерику, то ли скандал. Я с сожалением поняла, что вторая местная королева бомонда свою собственную нерасторопность мне никогда не простит. Обязательно попытается отомстить, но позже. А пока же она с некоторым трудом натянула на лицо обворожительную улыбку и принялась страстно торговаться за каждую тряпку и побрякушку. Естественно, я ей уступила.

И началось… Следующие два дня дом моей хозяйки под тем или иным предлогом посетили почти все местные дамы, из тех, что могли себе это позволить. Мэстрисс Нисон была счастлива и наслаждалась внезапной популярностью. Конечно, она понимала, что приходят отнюдь не ради неё, но собиралась извлечь из ситуации максимум пользы. И, кажется, умудрилась чуть ли не на лету сосватать чью-то состоятельную дочь за своего младшего отпрыска.

— Леди Фаина, вы столь любезны, а мне столь неудобно ставить вас в неловкое положение, но обстоятельства… Через три недели состоится свадьба моей дочери. Я не могу допустить, чтобы у невесты не было модных новинок, которыми будут щеголять гостьи. По слухам, супруг леди Мийты выписал из столицы чуть ли не целый пароход.

Я мысленно рассмеялась над рассказом очередной просительницы. Подумать только, какое изящное объяснение придумала супруга губернатора: ради её тряпок муж потратил целое состояние. А ведь супруг подтвердит… Остальным приходится соответствовать.

Разумеется, на свадьбу девушки меня пригласили. Я пообещала, что постараюсь поздравить новобрачных, но заранее извинилась, что дела могут вынудить меня покинуть город к этому времени.

Сидеть тут три недели? Дудки! Мне уже не терпится отправиться в увлекательную собственную геологоразведочную экспедицию. Настоящая разведка полезных ископаемых! А не копошение в изученных вдоль и поперёк карстовых пещерах.

Словом, золото полноводным ручьём потекло в мой кошелёк, я распродалась почти в ноль и была тихо счастлива. Осталось нанять носильщиков, проводника, зафрахтовать речной пароход и погрузить на него мое драгоценное оборудование. Особенно бур. Эх, я была бы рада и дальше плыть на «Горной лилии», но океаническое судно по реке не поднимется при всём желании.

Записка от леди Мийты стала неожиданностью. Получив желаемое, на некоторое время леди словно забыла о моём существовании и вдруг вспомнила, да ещё и литр словесного сиропа не пожалела. Это значит, что меня хотят снова о чём-то попросить. Только о чём? На самом деле, мне уже не до леди, надо отправляться в порт и начинать переговоры с капитанами речных судов, но, поколебавшись, я всё же приняла приглашение. Пару часов, конечно, убью, зато узнаю, что ей могло от меня понадобиться.

— Леди Фаина, я рассчитываю, что вы по-женски повлияете на жениха, — улыбнулась прифрантившаяся брюнетка после часа расшаркивания.

— В каком смысле? — насторожилась я.

— Леди Фаина, несс Маубенрой — тот человек, которого будут рады принять в любом доме. Уверяю вас, его буквально засыплют приглашениями. Я знаю, что ваш будущий супруг не большой любитель светских развлечений и салонам он предпочитает конторы, а с бала готов сбежать даже в шахту. Леди Фаина, но вы ведь понимаете, как важно, чтобы хотя бы пару раз несс Маубенрой всё же порадовал нас своим обществом. И я имею в виду, что вы с женихом посетите любое мероприятие на его вкус, но организованное мной.

Я натянуто улыбнулась:

— Вы узнали, что несс Маубенрой прибудет на Аурику?

— Разумеется, узнала, — самодовольно призналась леди Мийта. — Несс Маубенрой общался с моим супругом по поводу своего скорого прибытия и настоятельно просил удержать вас от рвения помочь ему в делах и не фрахтовать судно, по прибытии он всё организует сам. Муж уже переговорил со всеми капитанами речных судов, так что одной заботой у вас меньше, стараниями вашего жениха. Потрясающий мужчина! Безотносительно того, что он наследник стального короля.

У меня на мгновение потемнело в глазах. Причем не от страха, а от злости. Чтобы сопоставить скорое прибытие Маубенроя, его переговоры с губернатором и мои, черти бы их побрали, затруднения с банком, много ума не требовалось. Так вот откуда ветер дует!

Зря я, получается, решила, что, помахав мне на прощание с причала, безбородый гном смирится с потерей. Недооценила его упрямство. Он и через океан меня достал. С-сволочь бритая.

И что теперь делать? Нет, в порт я все равно съезжу. Может, не все капитаны станут слушать губернатора, может, кто-то рискнет ради денег, может, успею зафрахтовать того, кто только вернулся из рейса и еще не знает последние новости. Может…

А если нет? Я, главное, дурында жадная, сама публично признала себя его невестой. Пусть неофициально, но, с точки зрения местных чиновников и деловых людей, он, когда приедет, будет иметь полное право мною распоряжаться, и я окажусь в дурацком положении.

Нет, принудить меня к замужеству упертый гном все равно не сможет. Но, учитывая его «длинные руки», поймавшие меня аж на другом материке, зарекаться я бы не стала.

И что мне делать, если окажется, что ловушка захлопнулась? Хоть садись обратно на пароход и плыви на материк несолоно хлебавши. А самое обидное, что, несмотря на злость и досаду, я чувствую к наследнику Маубенрою… нет, не симпатию. Это только уважение к сильному противнику, вот! А на его бритую физиономию с правильными и очень мужественными чертами лица и на азартно-жгучие искры в карих глазах с густыми ресницами мне наплевать. Что я, смазливых мужиков не видела? Ха!

Все эти мысли молнией пронеслись в голове, пока я натянуто улыбалась губернаторше и клятвенно обещала повлиять на жениха, как только его увижу. Быстро попрощавшись с довольной Мийтой, я уселась в коляску и, не откладывая на завтра, приказала ехать в речной порт.

Чем черт не шутит, вдруг успею?

Через три часа я отпустила коляску и устало присела на плетенный из местного тростника стул под зонтиком уличного кафе. Заказала себе мороженое, кофе и задумалась. Нда, впору было не сладости просить, а бутылку коньяка для успокоения нервов.

Мне отказали ВСЕ. Даже последний шаромыжник с дырявой лодки на одном мажителе и тот вежливо послал в гостиную, сидеть с вышивкой и ждать мужчину.

Глава 25

Эрвин:

Демонстративно развернувшись к уходящему пароходу спиной, я перебирал в уме всё, что помнил о жизни в Аурике. Жаркий тяжёлый климат, дикая неукрощенная природа, вездесущие ядовитые насекомые, тропические болезни, никакой цивилизации, всюду племена дикарей, которые снуют даже в городе, к слову сказать единственном на всём континенте, где мы более-менее укрепились. Нет, в городе относительно безопасно, особенно днём на центральных улицах, но, печенкой чувствую, в безопасности леди не задержится. Угодит прямиком к каннибалам на вертел!

Картинка в воображении нарисовалась слишком реалистичной, и я сорвался на бег. Быстрее! Никогда не прощу себе, если с леди Фаиной что-нибудь случится. Вот горнюк! Мне-то какое дело?!

А вот…

Для начала я на всякий случай уточнил в администрации, куда и, главное, каким маршрутом отправилась «Горная лилия». Я всё же лелеял глупую надежду, что леди Леннистон просто хочет меня одурачить и ни в какую экспедицию всерьёз не собралась, сойдёт в следующем порту во время остановки ещё на нашем континенте, это бы объяснило согласие капитана… Увы, подтвердилась информация конторских: судно идёт прямым курсом в Фиакетту. Да-да, я уже понял, что всё невозможное у козы получается само собой и без усилий.

Горнюк побери!

Эта идиотка, на шахту готов поспорить, попрётся смотреть мои, то есть свои, участки. Убьётся же! Аурика чудовищно опасна!

Леди надо спасать, это однозначно. Кто о ней позаботится, если не я?! Тьфу… Вот с какой стати я чувствую себя обязанным? Эх…

Значит, срочно отправляюсь следом, ловлю и возвращаю. И повод хороший есть — один участок по соседству я всё-таки приобрёл. Опять же, отец приказал жениться… За сутки отплыву? Горнюк! Понадобится трое суток минимум! Я помчался искать подходящий пароход, а заодно мне в голову пришла гениальная идея.

Леди, чтобы она не вляпалась во что-нибудь смертельное, надо задержать в городе. Так? Так. Законно это не провернуть, но при намёке на щедрое вознаграждение в фактории наследнику стального короля пойдут навстречу. «Горная лилия» — океаническое судно, по реке не поднимется при всём желании, осадка не та. Получается, чтобы добиться желаемого, мне нужно всего лишь попросить не фрахтовать леди речной транспорт. Ну и для верности задержу банковский перевод. Не потащила же она с собой мешок денег! Стреножу, догоню и… Ррррр!

Трое суток я метался как угорелый, спал по два-два с половиной часа, пытался уложиться в запланированный срок, но катастрофически опаздывал. То есть собрать экспедицию я смог, да. Но надо же было ещё и дела в порядок привести, отдать распоряжения поверенным, отчитаться перед отцом.

Неожиданно много времени заняли переговоры с поверенным леди Леннистон. Судя по мелкому размеру поставляемых партий и очень медленному развёртыванию производства, леди Фаине не хватало финансов для начальных вложений, а ведь очень важно не скупиться именно на старте нового дела. Я предложил спонсорство, причём не от имени стальных королей, а от себя лично, и даже согласился сохранить инкогнито. Да, я собирался в будущем получить процент, но настолько маленький, что себе-то можно признаться: я старался не ради собственной выгоды. Поверенный колебался, но всё же подписал бумаги, и мы обменялись клятвами. Старый пройдоха настоял включить пункт, что, если леди нашего сотрудничества не одобрит, мне будут возвращены затраченные деньги и выплачена компенсация за неудобство. Я согласился.

Дурная у меня привычка вырабатывается: соглашаться на всё, когда речь заходит о леди Леннистон.

Хорошо, что отец, наконец, оправился от подкосившей его болезни. То есть оно само по себе хорошо, но ещё и очень вовремя. Не второму же шахты доверять! У него одна жена на уме и счастье фонтаном во всех брызжет, впору зонтиком прикрываться. Ходит, счастливой лыбой бесит, ни горнюка не соображает.

— И зачем же ты едешь, Эрвин? — спросил меня отец, в очередной раз разбирая документы, которые я принес ему на подпись.

Я удивленно вскинул брови и посмотрел на лорда Маубенроя с недоумением. Не понял.

— Ты сам сказал, что леди должна стать моей супругой.

Отец покачал головой и посмотрел на меня как на недоумка:

— Из твоего доклада я понял, что она собирается убиться об Аурику. Так?

— Да, так, — я все ещё не понимал, к чему он клонит, но заподозрил что-то нехорошее и заранее подобрался. Предчувствие меня не подвело.

— Леди Леннистон отказалась от нашей опеки. Сейчас она абсолютно свободная в своих желаниях леди. И если с ней что-то случится, на нашей репутации это никак не отразится. Зато и рудник, и интересовавшие тебя, Эрвин, участки, и заодно патенты перейдут по наследству единственной родственнице леди Фаины, то есть по факту в наше ведение, как мы и хотели. Более того, ты верно перечислил опасности и на тебя они также распространяются, поэтому, Эрвин, о твоём личном участии не может быть и речи. Выброси эти глупости из головы. Я не позволю тебе рисковать наследием Маубенроев, исправляя дурости взбалмошной бабенки. Все, иди и займись настоящими делами. Никаких экспедиций.

Я вылетел из кабинета как ошпаренный.

Нет, я знал, что мой отец жёсткий человек, правит железной рукой и умеет приносить жертвы. Но до сих пор я… я закрывал глаза и старался не замечать, что это его отношение распространяется не только на шахты и партнёров, но и на семью. Леди Фаина, она… она не семья, конечно, но она сестра жены Оуэна.

Да горнюк с родством!

Она женщина, а обязанность каждого мужчины женщину защитить и окружить заботой. Конечно, я не обязан беспокоиться обо всех леди мира, я отвечаю за мать, чуть меньше за леди Раину, поскольку в первую очередь о ней должен думать Оуэн, за компаньонок матери и невестки. Но. Если чужая, совершенно незнакомая женщина попала в беду, я обязан оказать самую первую необходимую помощь и передать леди её опекунам. Так ведь? Именно так, и никак иначе.

А отец… Такое чувство, что мозг мне подменили заржавевшим механизмом. Мысли прокручивались со скрипом, а правильные слова никак не хотели подбираться. Отец поступает недостойно. Вот, я это сказал. Не вслух, конечно, но сказал. Отец поступает недостойно. Я даже повторил эту фразу несколько раз, чтобы хоть капельку к ней привыкнуть и перестать впадать в ступор от её звучания.

Лорд Маубенрой недвусмысленно дал понять, что будет только рад смерти леди. А я… я не могу допустить гибели Фаины. И не только из-за того, что отправиться за ней — моя обязанность как мужчины, ближайшего к ней в её окружении. Горню-у-ук. А ведь если считать, то ближе как раз Оуэн и отец. Оуэн — как муж сестры. Отец — как бывший официальный опекун. Но ни один, ни второй не пошевелятся. Оуэн, возможно, мог бы, но он послушается отца. Зачем ему, как он выразился, сухариха. Братишка… чего уж там, слишком поверхностного и безответственного второго достойным тоже не назвать. С годами придёт, я сам был тот ещё шалопай. Но у леди Фаины нет этих лет!

И в пустую породу все эти высокие материи и расчёты, кто кому когда и сколько должен! Я, горнюк побери, просто хочу вытащить свою козу из тех неприятностей, в которые она, несомненно, вляпается! И я отправляюсь!

Но, чтобы отправиться за леди, я, получается, должен нарушить волю отца? Прямого запрета не было… А раз не было, уеду по-тихому, и всё. Ловите меня в Аурике по следам козы.