Встретимся на Кассандре!

– Теперь я понимаю, почему герцогиня так рано скончалась, – потрясенно пробормотал Джек.

– Нет, что ты! – поспешно возразила Трикси, пока мстительный дух Ванессы не успел прислушаться, что тут про него говорят. – У герцогини был прекрасный вкус и шеф-повар высочайшего уровня. А Эльвира работала посудомойкой, и когда кухонные работники стали один за другим уходить, ей пришлось брать на себя их обязанности, а в конце концов – и поварские… В общем, мы очень благодарны, что она не бросила нас в тяжелую минуту. Тогда у нас вопрос о разносолах не стоял, главным было накормить эту ораву хоть чем-нибудь.

– Но ведь те времена давно прошли, – возразил Джек, – почему бы вам не найти кого-нибудь поприли… попрофессиональнее?

– Кого? – устало поинтересовалась Трикси. – На Земле у нас были неплохие повара, но они отказались переезжать на Кассандру.

– Ну… я мог бы помочь вам с этим делом, – «скромно» предложил Джек. – Составить нормальное меню, оптимизировать запасы, наладить работу кухонного цеха…

– Ты поиграешь в шеф-повара и улетишь, – жестко перебила его Трикси, – а нам здесь жить. И если Эльвира обидится и тоже уйдет, то мы вообще останемся без кухни. Придется переводить туда кого-то из научных или административных сотрудников, а они у нас все на вес золота. Так что пусть уж Эльвира хозяйничает. Не настолько ужасно она готовит, можно привыкнуть.

Джек уязвленно фыркнул и скрестил руки на груди, забирая обратно свое щедрое предложение.

– Но почему на кухне работают одни киборги? – спросил Женька. – Да еще такие… желтенькие?

– А что с ними еще делать? – вздохнула Трикси. – Просто в угол поставить тоже не вариант, продать тем более. Так от них хоть какая польза, да и Эльвиру они устраивают.

– Ну да, – проворчал Джек, все еще обиженный отказом, – едят все, что она приготовит и не жалуются.

– Тогда зачем вы их купили? – не понял Женька.

– Мы не покупали, это «отказники». Киборги, которых отдали в ОЗК, но наличие разума у них не подтвердилось.

– Но… Они же столько стоят! – не поверил Женька. – Как можно просто так взять – и отдать?

– Хозяйственный ты наш! – иронично умилился Джек.

– Отдают, – заверила лесника Трикси. – У людей, которые приобретают себе боевого киборга, это редко последние деньги. Mary и Irien – да, на них копят и берут кредиты, но DEX – это статус. Простому человеку он не нужен, его охранять не от кого. Ну, разве что фермеры списанных армейских по дешевке скупают – они да, жмотистые, но они к киборгам и не присматриваются, относятся, как к рабочему скоту. На Маске, например… – Трикси помрачнела и не стала договаривать. – В общем, почти все наши неразумные киборги – бывшие телохранители. А, еще иногда совсем поломанных тащат, которых либо в утилизатор, либо к нам. Мы чиним, если можем… Но разумные у нас в приоритете, и зачастую приходится выбирать, кого чинить, а кого…

Дверные створки разъехались.

– Вы же хотели посмотреть, что там? – Трикси призывно махнула рукой. – Заходите!

Гости робко переступили порог, сделали несколько неуверенных шагов и замерли.

Здесь тоже властвовала тьма, только огоньки в ней горели зеленые, да бледно светились окошки криокамер, двумя рядами вдоль стен уходящих, казалось, в бесконечность.

– Сто семьдесят шесть штук, – уточнила Трикси, клацнув допотопным рубильником, и зловещий склеп со спящей армией сверхлюдей, готовой поработить мир, превратился в обычный склад техники. – В основном недосорванные «семерки». Нам банально не хватает рук и ресурсов, чтобы ими заниматься, а Мэй бьет тревогу: чем позже происходит вторичный синтез, тем дольше и сложнее идет реабилитация. Приходится в буквальном смысле слова откладывать работу в долгий ящик, и эти ящики уже заканчиваются…

Несколько минут все в траурном молчании смотрели на ряды криокамер, затем Трикси погасила свет и повернулась к гостям.

– Ну что, идем в столовую? – бодро предложила она. – Там есть кофеварка и буфет, где всегда можно перехватить пару бутербродов.

– Ага, – упавшим голосом согласился Джек. Да уж, на фоне такого крутить носом действительно некрасиво…

Выход на лестницу оказался каким-то заколдованным. Не успела Трикси поставить ногу на первую ступеньку, как пол дрогнул ощутимо даже для человека, а из темноты правого, еще не изученного гостями крыла коридора донесся жуткий вибрирующий скрип, словно там проснулось еще одно древнее чудовище и теперь со скрежетом продирается на волю.

Женька оторопело заозирался, в мгновение ока оставшись в одиночестве: Трикси серым промельком исчезла во тьме, Джек тоже не стал долго раздумывать (если вообще этим озаботился).

– Эй, вы куда?! – Лесник, чертыхаясь, включил фонарик на видеофоне и бросился следом.

Коридор, скорей всего, был зеркальным отражением левого – и по длине, и по ширине, и по изгибам, и по дверям подсобных помещений, но темнота все это удваивала, а адреналин утраивал. Женьке показалось, что он пробежал как минимум километр, когда вибрация и скрип наконец прекратились, перестав заглушать радостные девичьи вопли:

– Нашли! Нашли!

Вскоре Женька разглядел и саму девушку, и двух ее спутников, – помимо Трикси с Джеком. Наклейки киборгов оказались светоотражающими и бело полыхали под лучом фонарика, как зеркальца.

Девушка в свою очередь уставились на Женькин рукав и растерянно замолчала. Лохматый парень набычился еще сильнее, кудрявый, напротив, недоуменно вскинул брови.

– Он человек, – поспешила прояснить ситуацию Трикси. – База верна. – И укоризненно обратилась к Женьке: – Зачем ты наклеил эту штуку? Она же для киборгов!

Женька только вздохнул, устав оправдываться и кивать на вредного напарника. Решат еще, что у него такая манера – вечно сваливать вину на бедного DEX’а!

– Это я наклеил, – наконец проснулась совесть у Джека, но тут же снова задремала: – Нечаянно. Куртки перепутал.

Несмотря на его покаянную физиономию, у всех возникло стойкое ощущение, что киборг выгораживает непутевого друга.

Женька поводил лучом света и обнаружил, что стоит возле узкого проема-провала, такого черного, что, казалось, тьма вытекает и расползается по подвалу именно оттуда.

– Тайре показалось, что один из камней кладки чем-то отличается от остальных, – вслух объяснила Трикси ради единственного человека в компании. – Они стали крутиться возле него, и часть стены внезапно…

Часть стены точно также внезапно начала закрываться обратно. За годы бездействия допотопный механизм заржавел и оброс пылью, каменная дверь немилосердно скребла по полу, производя те самые жуткие звуки. Она и открылась-то от силы на треть, так что Реми едва успел подскочить к схлопывающейся щели и, к ужасу Женьки, глубоко сунуть в нее правую руку.

Рука с хрустом сплющилась, затем с металлическим скрежетом согнулась посредине плеча почти под прямым углом, и, когда у лесника внутри екнуло в предвкушении «выстрела», наконец замерла, намертво заклинив систему. Из-под лопнувшей псевдокожи матово поблескивала титановая «кость» с «мышцами» сервоприводов в разноцветных изоляционных оболочках.

Реми нетерпеливо дернул культей, отщелкивая крепления протеза, и выпрямился.

– Я же говорил, что это намного практичнее регенерации! – невозмутимо заметил он. – Уже третий за полгода, между прочим.

– Потому что ты повадился совать их куда ни попадя, – звенящим от волнения голосом возразила Трикси. – Вот была бы эта рука настоящей…

– …дверь бы захлопнулась, и мы бы еще полдня пытались понять, как она открывается, или вообще резали стену лазерами, – закончил секретарь. – А новый протез мне Ия за час соберет.

Трикси безнадежно помотала головой.

– Здесь вообще-то свет есть, – сообщила она Женьке, и свет немедленно появился – его включила Кира из дальнего конца коридора.

– Что там у вас гремит?! – встревоженно крикнула она.

– Мы нашли труп! – счастливо взвизгнула Тайра, с обожанием глядя на главу ОЗК, как первоклашка на директора.

Кира позеленела и ускорилась; тем не менее на последних метрах ее обогнала Сара – вальяжная, забавно косолапящая авшурка при необходимости почти не уступала киборгам в скорости, ловкости и силе.

Фонарик все-таки пригодился – в тайнике стояла только оплавленная свеча, к которой рубильника не прилагалось. Пока Женька услужливо светил в щель, а Кира смотрела, киборги в девять рук сумели отжать дверь на полметра и даже подпереть где-то раздобытым куском трубы.

– М-да… – протянула глава ОЗК, тщетно пытаясь определиться с эмоциями.

Находка меньше всего напоминала старичка, почившего в своей постели в окружении безутешной родни. Ну, разве что он изъявил такое экзотическое последнее желание – за руки приковать свое мертвое тело цепями к потолку.

В углу стояло трухлявое ведро с насквозь ржавыми обручами.

– О! – восхитилась Сара. – Полный цимес и даже с курагой!

– Сара, это же явно не он!

– Чем это он не он? – изумилась авшурка. – Вот череп, вот кости, все как в ориентировке!

– Ну, хотя бы тем, что он женский, – меланхолично сообщил Реми.

Юрист возмущенно уставилась на секретаря, словно скелет был Шредингера – пока киберхуманс не раззявил свой вредный рот, найденные кости пола не имели.

– Таки шо мешает нам сделать ему генеральную стрижку, а урожай пустить на бороду?

– Сара, мужчины и женщины отличаются друг от друга не только волосами! – окончательно утвердила пол скелета Кира. – Программа реконструкции тела по скелету сразу нас сдаст.

– А может, дедушка барона был бабушкой? – Уж больно не хотелось упускать такую шикарную возможность авшурке. – Насколько я не забыла вашу коротенькую смешную историю, самкам хумансов в те времена жилось очень грустно, вот она и прикинулась ущербной хромосомой! А если истец отопрется открывать ей родственные объятья, то мы натравим на него ассоциацию феминисток, пусть они спросят с него за такой некрасивый шовинизм!

– У барона есть средневековый портрет его предка, – мстительно возразила ущербная хромосома в лице того же Реми, – примитивный и сильно облезлый, но на нем определенно изображен мужчина.

– Тю! Ассоциация транссексуалов…

Кира демонстративно зажала уши руками, зажмурилась и громко объявила:

– Ищем дальше!

– Я вижу, вам таки сильно надоело это помещение! – в сердцах объявила Сара, выхватила из тайника ведро и, демонстративно им бренча, удалилась.

Спросить, зачем оно авшурке, никто не осмелился – счастье, что никому на голову не надела!

Тайра и Алан все равно были в восторге – их поиски увенчались успехом, да еще каким! Новость разлетелась по замку быстрее, чем если бы ее объявили по громкой связи, и всем немедленно захотелось стать очевидцами. Прибежали и Мэй, и Збышек с Константином, и Сергей Петрович в окружении оживленно квохчущих бухгалтерш, и стая коржей, в которую на этот раз затесался здоровенный черный пес, и незнакомый лесникам мужчина с военной выправкой, в форме без знаков различия и громоздком армейском визоре, а также отряд разумных и неразумных киборгов, которые оттеснили зевак и организовали вежливое, но непреклонное заграждение.

– Начальник охраны, Олег Валерьевич, – шепнул Женьке Джек, сверившись с базой. – Это он всеми командует, а визор у него вместо нашего внутреннего экрана. С его помощью он может подключиться к видеоканалу любого из своих киборгов и наблюдать за замком его глазами.

Про обещанные бутерброды Трикси напрочь забыла, а напоминать Женька постеснялся. Проще дотерпеть до ужина.

– Пошли, – потянул он напарника за рукав, – пока Мотя там всю комнату не разнесла.

Для Джека тут тоже стало многовато киборгов, но смириться с пропущенным обедом ему было сложнее. На развилке коридора киборг печально оглянулся и вздрогнул: архидемон выполз из своего логова и, стоя у самых дверей, подозрительно прислушивался к разносящемуся по подвалу гаму, похлопывая поварешкой по бедру, как раздраженно хлещущим хвостом. Противники скрестились взглядами, одинаково сузили глаза, и хлопки участились.

– Пойдем-пойдем! – Женька со смешком увлек напарника дальше. – Далась тебе эта кухня! Видал же, что у них творится – криокамеры эти, скелеты, долги…

– Видал, – с вызовом подтвердил Джек. – Но если все так плохо, то почему бы не сделать хорошо хоть что-нибудь? Ведь проблема с питанием, в отличие от остальных, вполне решаема!

– Ну так оставайся на Кассандре и решай, – серьезно предложил Женька. – Вот тебе прекрасная возможность не расходовать свой кулинарный талант впустую, как ты вечно жалуешься…

– А ты?

– А я здесь на черта сдался? Морковку тебе крошить? – Женька возмущенно покосился на наклейку. – В кассандрийском лесу я все равно ничего не понимаю, да и не нравится он мне.

– Откуда ты знаешь? Ты его даже толком не видел!

– Это инопланетный лес, – упрямо повторил Женька. – А я к эдемскому привык. Он мне тем и дорог, что свой – родной, понятный…

– Так со временем и к кассандрийскому привыкнешь!

– Не, ну правда, – продолжал гнуть свою линию лесник, – я же сто раз предлагал тебе написать тому твоему знакомому, Томасу[2]…

– Нет, – быстро перебил Джек. – Этого я точно делать не собираюсь.

– Почему? Вы же не ссорились, это новая хозяйка тебя продала. А он как раз недавно свой ресторан открыл и там есть вакансия шеф-повара… да-да, я видел, как ты листал его инфосайт! Думаю, ты ему идеально подойдешь.

– Не уверен. – Джек отвел взгляд под предлогом еще одного пробегающего мимо человека. – Он, конечно, хороший мужик, но, подозреваю, я устраивал его именно как киборг – дружба без обязательств. Даже если он согласится взять меня на работу, то между нами будет постоянная неловкость, напряженность…

– Так проверили бы, – «добросердечно» предложил Женька, – вдруг привыкнете?

Киборг возмущенно засопел, поняв, что снова угодил в ловко замаскированный лесником капкан.

* * *

– Радиоуглеродный анализ показывает, что ей около девятисот лет, – авторитетно сообщил Константин, стараясь глядеть исключительно в вирт-экран. – Практически ровесница замка.

В прохладном микроклимате склепа ткани трупа частично мумифицировались, не давая скелету развалиться, и в стенде он лежал наискось, с по-прежнему вытянутыми над головой руками и распахнутым в беззвучном крике ртом. Даже волосы продолжали седыми рыжеватыми клоками торчать в стороны, как уложенные лаком.

– А судя по уцелевшим фрагментам одежды и амулетов – перед нами типичная средневековая ведьма! – Збышек, напротив, так воодушевленно увивался вокруг стенда, словно там лежала спящая красавица. Целовать ее, правда, кибертехнолог не отваживался.

– По-моему, типичные ведьмы в такие ситуации не попадают, – усомнилась Кира.

– Смотрите, что я нашел! – Реми создал еще одно вирт-окно. Секретарь весь день просеивал инфранет в поисках любой относящейся к замку информации, которая могла бы помочь судебному делу, и это, видимо, был один из найденных манускриптов. – В летописи четырнадцатого века имеется обрывочное упоминание о «черной колдунье», которой оказали недостаточно вежливый прием, и она в отместку прокляла замок и ее владельца. Дескать, и замок развалится, и все баронские потомки перемрут.

– Да, ведьма она действительно была так себе, – согласилась с начальницей Трикси.

– А жаль, – веско добавила Кира.

– Возможно, дело спасла баронесса, нагулявшая наследника на стороне, – жарко вступился за ведьмино злое имя Збышек.

– Или барон решил выбить клин клином, – предположил Реми. – То бишь магию магией. В средние века существовало поверье, что если замуровать в фундамент здания живого человека, то оно будет стоять вечно. Видимо, ведьма оказалась такой роскошной жертвой, что это перевесило ее колдовство. Ну а раз первая часть заклятья не сбылась, то и со второй не выгорело.

– Первая сбылась! – осенило Трикси. – Замок «развалился» и снова собрался на Кассандре.

– Ладно, уговорили – ведьма настоящая, – вздохнула Кира. – Но нам-то с ней что теперь делать?!

– Подарим историческому музею, – продолжал фонтанировать восторгом Збышек. – Или даже оснуем свой!

– В бане? – безжалостно остудила его пыл начальница.

В приоткрытую дверь лаборатории воровато заглянул Сергей Петрович, наткнулся на три грозных взгляда и один убийственный, и предпочел пройти мимо.

– Значит, так, – вернулась к делу глава ОЗК. – Про шки… нашу находку мы пока никаким музеям не рассказываем и вообще не треплемся о ней за пределами замка, ясно? Переложите ее куда-нибудь в прохладное место и разберитесь с механизмом склепа, только как можно аккуратнее, чтобы не попортить плесень и паутину. Они нам еще пригодятся, когда будем делать инсталляцию с напечатанным скелетом.