Помоги проекту - поделись книгой:
– Так ведь мы уже почти начали строить баню!
Глава ОЗК обреченно махнула рукой. На это письмо все равно вряд ли кто-то откликнется, поэтому какая разница, что обещать?
Сара была иного, более оптимистичного мнения:
– Тогда давайте скоренько прилепите сюда свой автограф, и начнем действовать! Сергей Петрович тоже в деле, вот его закорючка.
– А где он сам? – подозрительно спросила Кира, под неодобрительное пыхтение юриста переправляя «сто лет» на «год». – Надеюсь, вы его нигде «случайно» не забыли ради этой подписи?
– Совсем даже наоборот! – оскорбленно возразила Сара. – Я буду вспоминать за этот позор до конца своей жизни, который с такой жизнью уже скоро, но мы с главбухом, увы, достигли взаимовыгодного понимания!
Коридор содрогнулся от душераздирающего вопля Константина: «КАК?! КАК ОН ЭТО ДЕЛАЕТ?!»
– Ну наконец-то! – благодушно проворчал Женька, возвращая Джеку свежеотпечатанную паспортную карточку колониста Кассандры – пока не межгалактическую, но дающую право на получение оной в ближайшем административном учреждении Федерации. – И стоило так нервничать?
– Я не нервничал, – возмутился Джек. – Лежал себе спокойно и отвечал на вопросы, ты же видел!
– Ага, только каждый раз вздрагивал, когда Константин наклонялся к стенду, поправлял очки и хмыкал! (Надо признать – это действительно выглядело зловеще, словно приборы показывали кибертехнологу нечто несовместимое с Джековой жизнью и свободой).
– Я не из-за этого! У него от халата кошмарно пахло.
– Да ладно, – не поверил Женька. – Едой какой-то, он же из столовой пришел.
– Вот именно. Нормальная еда так пахнуть не должна!
Лесник привычно отмахнулся от балагурящего напарника, но Джек уже всерьез увлекся новой, куда более интересной темой:
– Слушай, раз здесь есть столовая, то должна быть и кухня!
– Мы вообще-то обещали Трикси веники поискать.
Киборг выразительно посмотрел в окно.
– Там снегопад и смеркается, к тому же мы сегодня так нормально и не пообедали.
– А ты только о еде вечно и… – Женька внезапно осознал, что последний корабельный завтрак тоже был почти символическим, и сейчас лесник готов сожрать даже тот кулинарный «ужас», которым пахли халаты кибертехнологов. Даже, пожалуй, сами халаты. – Ладно, пошли поищем обещанный «пансион».
– Она где-то в подвале, – воодушевленно сообщил киборг, бережно пряча карточку во внутренний карман. Белую тканевую наклейку с логотипом ОЗК ему тоже выдали, но Джек не спешил лепить ее на форму, хоть Збышек и говорил, что так сотрудникам-людям Центра удобно отличать людей от киборгов, а разумных от неразумных – у тех наклейка желтая. – Оттуда сильнее всего воняло.
– Давай просто подойдем к Трикси и спросим, где здесь кормят, – предложил Женька.
– «Просто» – это если я к ней по внутренней связи обращусь, – снисходительно возразил Джек. – И она, скорей всего, отправит нас в столовую.
– Так, может, посторонним в кухню и нельзя?
– Вот поэтому я и не спрашиваю. Если что – скажем, что пошли на запах и заблудились.
– Никуда я с тобой не пойду! – возмутился Женька. – Первый день на новом месте, а ты уже нарываешься!
– Ну ладно, я тебе принесу что-нибудь, – невозмутимо пожал плечами киборг и выскользнул за дверь.
– Эй! Стой! Стой, кому говорю! Ёпт… – Женька спохватился, что Збышек окончательно доломал DEX-программу Джека, установив ему новую, полностью автономную версию, и лесника это почему-то совсем не обрадовало.
Реми обнаружил горе-маляров в углу игровой комнаты. Скрыть свое местонахождение от старшего киборга они не могли, но на вызов по внутренней связи ответила только Тайра, послушно «показав» секретарю насупленного, тут же отвернувшегося к стене Алана.
Реми не стал настаивать и обратился только к девушке, на общем для троих канале:
Этот вариант воодушевил юную «семерочку» не меньше, а ее неразлучного приятеля, кажется, даже больше: на внутреннем экране Реми появилось как изображение темнокожей кудрявой Тайры, на которую теперь внимательно смотрел Алан, так и анфас самого Алана: густая песочная челка до подбородка с любопытно выглядывающим из нее кончиком носа.
Вообще-то Реми мог проинструктировать «семерок» и по сети, а затем виртуально присматривать за ходом поисков, но подвал, в который все спускались уже по тысяче раз, внезапно обрел мистическую притягательную силу.
В отличие от обеденного затишья, сейчас в замке бурлила жизнь, особенно заметная в отсутствие лифтов: обитателям замка приходилось регулярно ходить вверх-вниз по относительно узким лестницам, создавая на них бурное движение, а то и заторы. Какой-то рыжий парень, не выдержав, вскочил на перила и лихо по ним покатился, однако чей-то грозный вопль: «Лаки!» картечным залпом сшиб его на середине пролета. Причем кнаружи. Миг спустя снизу раздался грохот и треск, Женька похолодел, но судя по второму, еще более гневному воплю, разбился явно не прыгун.
Новички не привлекали особого внимания, максимум – вежливое любопытство. Трикси внесла Джека с Женькой в общую базу данных Центра, и все замковые киборги распознавали их как нейтральные объекты с гостевым доступом; у него наверняка существовали какие-то ограничения, но пока напарники их не обнаружили.
Джек, вечно подтрунивающий над Женькиной нелюбовью к толпе, внезапно очутился в его шкуре.
– Черт, тут слишком много киборгов! – не выдержал он, разминувшись с парой неразумных «шестерок», охраняющих спуск в подвал. Остановить гостей они не пытались, но бдительно проводили взглядами от и до.
– И что? – не понял напарник.
– Ты их только видишь, а я с ними еще и данными обмениваюсь.
– Так не обменивайся, делов-то.
Киборг промолчал, но, похоже, для него это было то же самое, что идти с закрытыми глазами.
– Здесь наверняка и Bond’ы есть, – вслух подумал он. – Вроде Трикси. Пока она сама не отправила мне запрос, я не идентифицировал ее как киборга.
– Ну и что? Если ты к ним не полезешь, то и они тебя не тронут.
– Тебе легко говорить, а я телохранитель, мне положено реагировать на все потенциально опасные… – Джек внезапно повеселел и ухмыльнулся.
– Что? – подозрительно спросил Женька.
– Ты прав, забей. – Киборг дружески хлопнул напарника по плечу. – Я действительно слишком нервничаю. О, нам туда!
Подвал был полноценным подземным этажом, а то и двумя: высокий коридор налево, направо и прямо. Левое крыло перегораживала современная раздвижная дверь, запертая, с сенсорной панелью в алой рамке, правое тонуло во тьме, в глубине которой Женьке почудились несколько пар алых глаз (Джек коротко глянул туда и ускорил шаг, а значит, не почудились). Впрочем, даже если бы развилка была равнозначной, запах еды уверенно вел голодных гостей вперед. А то и нес: судя по его концентрации, повара ОЗК вовсю готовились к ужину.
По сравнению с невзрачными дверьми кладовок и подсобок высокие двустворчатые врата в торце коридора выглядели как вход в логово архидемона в компьютерной игре: деревянные, резные, ровесницы замка или очень качественная имитации. Но открылись они по легкому робкому тычку в створку, под тихое шуршание скрытых сервоприводов, – иначе персонал кухни замучился бы с ними возиться, таская туда-сюда блюда и пустую посуду.
– Здесь одни киборги, – упавшим голосом сказал Джек. – Причем DEX’ы, вообще кошмар!
Женька хотел снова пошутить над внезапной фобией напарника, но присмотрелся и понял, что тот имеет в виду. У всех кухонных работников эмблемы были желтые.
– Ну да, откуда тут нормальной еде взяться… – Джек подошел к одному из киборгов, сосредоточенно шинкующему морковь, и взял кусочек. DEХ никак на это не отреагировал, и осмелевший гость цапнул целую горсть.
Женька хотел последовать его примеру, но тут доносившийся откуда-то шум воды стих, и незваным гостям явился архидемон: крупная, обрюзгшая тетка с носом сливой, подбородком картошкой и помидорами щек. В глубине этого салата недобро поблескивали черные, чуть выпученные глаза.
– Чего надо?! – сварливо поинтересовалась повариха, обтирая руки о фартук, служивший, похоже, не только полотенцем, но и прихваткой, а в крайнем случае и тряпкой. В совсем крайнем – половой.
Женька малость струхнул, однако закалка Степановной не прошла даром: как бы подобные тетки не ругались, умильный взгляд и смиренная просьба о паре ломтей хлеба (желательно по бокам трехэтажного бутерброда) способны решить множество проблем.
А киборги – их доставить.
– Извините пожалуйста, мы здесь новенькие, только сегодня прилетели… – начал Женька, но тут повариха небрежно выдернула половник из кастрюли с компотом и им же помешала булькающий на соседней плитке гуляш.
– Вы что, с ума сошли?! – По голосу Джека можно было подумать, будто на его глазах варвары подожгли Александрийскую библиотеку. – Это же принципиально разные блюда, их даже готовить надо в противоположных концах помещения, под вытяжками! А вы их – одной ложкой! Кошмар какой, немедленно все выливайте!
Глаза поварихи налились кровью под стать щекам. Все кухонные киборги синхронно повернули головы на вырвавшийся у повелительницы рык, и на какой-то миг Женька всерьез испугался, что их сейчас уськнут на гостей, а потом сделают гуляш еще наваристее, но архидемон не пожелал даровать нечестивцам столь легкую смерть и попер на них лично.
– А ну пошел вон отсюда, гурман недобитый! – рявкнула тетка, замахиваясь половником. – И киборга своего забирай!
Впечатленный Джек выскочил из кухни первым. Половник оказался самонаводящимся: кувыркаясь и угрожающе свистя, он в последний миг изменил траекторию, проскользнул в закрывающуюся дверь вслед за Женькой и поразил его в загривок.
Лесник охнул – больше от неожиданности и незаслуженной обиды. Дверь захлопнулась, Женька повернулся к напарнику, собираясь сделать из него гурмана добитого, но Джеку, похоже, прилетело гораздо больнее.
– Ты это видел?! Кажется, у меня сейчас будет инфаркт, – трагично прошептал киборг.
– Не будет, – злорадно возразил Женька, потирая место ушиба. Пальцы угодили во что-то мокрое, липкое и теплое, но, к счастью, это оказался всего лишь соус. – У тебя же сердце пополам с имплантатами, тебе инфаркт только прямым попаданием из бластера можно устроить.
– Как совершеннолетний гражданин Федерации я имею право на добровольный уход из жизни, – с видом мученика сообщил Джек.
– Ага, уйдешь ты, как же… Десять раз с полпути вернешься, чтобы посмотреть, хорошо ли по тебе страдают, – проворчал Женька, но горе напарника было так неподдельно и безгранично, что лесник смягчился: – Брось, могло быть и хуже.
– Что?!
– Она могла помешать этим половником сперва гуляш, а потом компот.
– …!
Напарники заполошно отскочили от открывающейся двери. Невозмутимый кухонный киборг подобрал черпак и понес поварихе.
– Ну вот и пообедали, – в сердцах бросил Женька. – На фига было с ней ругаться, а?! Не прокис бы этот чертов гуляш от пары капель компота, я тоже иногда так делаю…
Джек с шумом выпустил воздух сквозь стиснутые зубы, изображая пронзенного Брутом Цезаря и готовясь изречь что-нибудь столь же эпичное, но тут Женька случайно скосил глаза на рукав и обнаружил, что вместо «елочки» Эдемского лесничества там красуется эмблема ОЗК: двойная спираль ДНК с встроенным в середину процессором и оберегающие ее ладони на белом, издалека бросающемся в глаза фоне.
– «И киборга своего забирай»?! – Женька попытался отодрать наклейку сперва ногтями, потом, сняв куртку, зубами, до треска ткани, и разозлился еще больше: – Ёпт, испортил мне форму! Восемнадцать лет ему, как же! Просто у них и третий стенд сломан!
– Да ладно тебе, – миролюбиво (а значит, признавая свою вину) сказал Джек, тоже не ожидавший от наклейки такой стойкости. – Всего-то малюсенький клочок ткани, можно залепить его чему-нибудь сверху.
Напарнику почти удалось убедить Женьку, что это он по-детски обижается из-за ерунды. Но удержать омлох первенства киборг не сумел, сдавленным от смеха голосом добавив:
– Или желтеньким закрасить.
– Точно сломан! – свирепо заключил лесник, натягивая куртку. Она была уже порядком истрепанная, выцветшая, но тем и ценная, как старая боевая подруга с отметинами шрамов. В ней Женька чувствовал себя комфортнее и увереннее всего. – Попрошу Мэй, чтобы она тебя перепроверила.
– Эй! – теперь Джек бросился догонять размашисто шагающего напарника. – Пошутить уже нельзя…
Женька шел и злорадно ухмылялся: не одному ж тебе шутить! – но уйти из подвала без новых приключений не удалось.
– Интересно, а там у них что?
Напарники остановились возле двери в левое крыло коридора, на уровне глаз провокационно снабженной прямоугольным окошечком из матового стекла. Джек почти уткнулся в него носом, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь. Женька хотел одернуть напарника, но тоже не сдержал любопытства, и возмездие застигло их врасплох.
– Что вы здесь делаете?
Трикси словно вышла из стены, как привидение. Джек сумел-таки расслышать ее почти беззвучные шаги и обернулся первым, но этим его достижения и ограничились: Bond была уже в нескольких метрах.
– Ходили кухню искать, – от неожиданности ляпнул правду Женька. Впрочем, он сказал бы ее в любом случае, только не с таким видом, будто его застали на месте преступления и надо быстренько соврать хоть что-нибудь.
– Зачем? – изумилась Трикси.
– Ну, это… кушать хотелось. – Лесник почувствовал себя еще глупее, особенно когда ему поддакнул утвердительно заворчавший живот.
– А почему вы не пошли в столовую? – смягчилась Трикси.
– Я тоже очень хочу это знать, – с чувством сказал Женька, покосившись на напарника.
– На кухне интереснее, – отмахнулся тот неопровержимым аргументом. – А там ЭТА! – Джек руками обрисовал масштаб катастрофы, не сильно-то и преувеличив.
– Эльвира? – понимающе уточнила Трикси. – Ну… да. Она у нас дама строгая.
– Она кошмарно готовит, – без обиняков заявил Джек. – Как вы такое едите?!
Женька укоризненно пихнул напарника локтем, однако Трикси не только не обиделась на привередливого гостя, но и принялась смущенно оправдываться:
– Понимаешь, она единственная, кто остался в замке из прежнего персонала. Большая часть слуг уволилась сразу после смерти Ванессы, остальные в течение ближайших месяцев – мы не могли платить им прежнюю зарплату, а объем работы многократно возрос.
Поделиться книгой: