Помоги проекту - поделись книгой:
— Надо соблюдать тишину, — сказал Комплейн.
Путешественники молча двинулись дальше.
Путь преградил металлический шкаф, вокруг которого буйно разрослись водоросли. Чтобы обогнуть его, пришлось свернуть к центру комнаты. Во времена Гигантов здесь, возможно, была столовая — значительную часть территории занимали длинные столы и кресла из металлических трубок.
Водоросли были очень густыми и продвигаться вперед становилось все труднее. Путешественники расчищали себе проходы между столов, яростно отмахиваясь от свирепых насекомых. Чащоба сделалась совсем непролазной. Водоросли ломались при малейшем прикосновении, падали, образуя скользкие горки, идти по которым было все равно, как по грязи. Появилась липкая голубая плесень, которая облепила всех с головы до ног, и Фермор сказал, что дальше не пойдет.
Комплейн, тяжело дыша, оглянулся. Сзади, всхлипывая, тянулся Вэнтедж. Его лицо опухло, глаз было почти не видно. Заметив, что Комплейн на него смотрит, Вэнтедж принялся монотонно материться.
Комплейн молчал. Его, как и других, допекала жара, но он старался не подавать виду.
Неожиданно впереди показалась стена. Путь среди водорослей был очень сложным и поэтому никто не мог сказать с уверенностью — удалось ли пересечь все помещение поперек. Путники потеряли ориентацию и не знали, куда идти дальше.
Мараппер тяжело опустился на влажный зеленый ковер, усталым движением вытер пот с лица.
— С меня довольно, — прохрипел он.
— Мы и без твоего соизволения не смогли бы идти дальше, — резко сказал Комплейн.
— Не забывай, Рой, что это была не моя идея.
Комплейн глубоко вздохнул. Воздух был настолько тяжелым, что казалось, будто в легкие набились комары.
— У нас нет другого пути, — сказал Комплейн и уселся возле священника. — Надо идти вдоль стены, пока не найдем какую-нибудь дверь.
Неожиданно на Вэнтеджа напал кашель. Каждый приступ сгибал беднягу пополам. Его искусанное комарами лицо настолько распухло, что уродство было совсем незаметным. Когда Вэнтедж закашлялся в очередной раз, почему-то погас свет.
Комплейн мгновенно вскочил на ноги и направил на Вэнтеджа луч фонарика.
— А ну, прекратить! — прошипел он. — Тихо!
— Погаси фонарик, — столь же тихо сказал Фермор.
Они застыли в напряжении, и каждый чувствовал, как его сердце подкатывает прямо к горлу.
— Может, это случайность, — неуверенно заметил Мараппер. — Я помню, что и в Кабинах бывало такое.
— Это Носари, — прошептал Комплейн. — Они выследили нас.
— Нам не стоит оставаться на месте, — сказал Фермор. — Давайте все-таки потихоньку продвигаться вдоль стены до ближайших дверей. — Он чуть ли не дословно повторил то, о чем недавно говорил Комплейн.
— Тихо идти? — поинтересовался Комплейн. — В этих зарослях? Да нас моментально услышат. Лучше держите парализаторы наготове. Скорее всего, они постараются подобраться к нам, а так мы будем куда более боеспособными, чем во время движения.
Они вновь замолчали — было ясно, что все согласились с доводами Комплейна. Душный и влажный воздух обволакивал их, как дыхание раскаленной печи.
— Произнеси Литании, отец, — начал умолять священника Вэнтедж.
— Только не сейчас, — выдохнул Фермор.
— Литании. Прочитай Литании, — повторил Вэнтедж.
Они услышали, как Мараппер опустился на колени, Вэнтедж последовал за ним.
— На колени, скоты, — грозным голосом зашипел Вэнтедж.
Мараппер монотонно начал с Символа Веры.
С чувством полной беспомощности Комплейн думал: похоже, что мы на этот раз оказались в безвыходном положении; возможно, нас еще до очередной сон-яви ожидает конец, а этот поп молится, как будто сейчас это самое главное. Не знаю почему, но я еще совсем недавно считал его человеком действия.
Он погладил свой парализатор, чутко вслушиваясь во все посторонние звуки, потом без особой охоты встал на колени. Голос священника то стихал, то силился, и под конец молитвы Комплейн вроде почувствовал себя лучше.
— И выявляя в себе наши нездоровые инстинкты, мы сможем избавиться от внутренних конфликтов, — нараспев гудел священник.
— И жить в психосоматической чистоте, — подхватывали остальные.
— И чтобы неестественная такая жизнь могла завершиться Путешествием.
— И дабы процветало психическое здоровье.
— И корабль был счастливо доведен до гавани, — завершил Мараппер.
Ободренный своим выступлением, священник в полной темноте подполз к каждому по очереди и, пожимая руки, пожелал всем пространства.
Комплейн резко отпихнул его.
— Прибереги это до той поры, пока не изменится наше положение, — сказал он. — Мы должны выбраться отсюда. Если мы сумеем идти тихо, то мы услышим любого, кто попытается к нам приблизиться.
— Ничего из этого не выйдет, Рой, — сказал Мараппер. — Мы и здесь хорошо спрятались, и, кроме того, я устал.
— Ты уже позабыл о той власти, которую собирался добыть?
— Нам следует оставаться здесь, — почти умолял священник.
— Ну, а что ты скажешь, Фермор? — спросил Комплейн.
— Послушайте!
Они напрягли слух. Водоросли по-прежнему шумели, но этот шум был знаком каждому из членов экспедиции: растения готовились к скорому увяданию и смерти. И происходило это увядание в таких темпах, что его можно было наблюдать визуально. Тучи комаров не унимались и продолжали досаждать путникам, дополняя собой симфонию Джунглей.
Воздух, словно вибрирующий от этих звуков, был мало пригоден для дыхания: масса гниющих водорослей почти полностью поглощала кислород.
Внезапно Вэнтедж набросился на Фермора и повалил его на землю. Они копошились в грязи, яростно осыпая друг друга ругательствами. Комплейн на ощупь, только догадываясь, что происходит, добрался до Вэнтеджа, лежащего на Ферморе. Тот тщетно пытался оторвать от своего горла руки Вэнтеджа, сжимающиеся самым безжалостным образом.
Комплейн довольно сильно стукнул Вэнтеджа по шее и оттащил его в сторону. Вэнтедж наугад нанес удар, промахнулся и потянулся за парализатором. Ему удалось достать оружие, но Комплейн перехватил его руку, вывернул ее, а затем врезал кулаком по челюсти. Однако в темноте Комплейн промахнулся, и удар пришелся в грудь. Вэнтедж покачнулся, высвободился, но Комплейн снова схватил его левой рукой, а правой нанес удачный удар. Колени у Вэнтеджа подогнулись, и он всем телом рухнул наземь.
— Спасибо, — произнес Фермор.
Они прислушались, но кроме прежних шумов ничего не услышали. Все те же звуки — писк насекомых и шелест водорослей.
Комплейн протянул руку и коснулся Фермора, который дрожал словно в лихорадке.
— С чего это он? — спросил Фермор.
— Это бывает, — ответил Комплейн. — Мне приходилось видеть, как люди впадают в безумие, находясь длительное время в Джунглях. Иногда это проходит, а иногда — нет.
— Тебе надо было воспользоваться парализатором, — сказал Комплейн.
— Я уже и собрался, но он выбил его, — признался Фермор. — Как его теперь найти?
Фермор наклонился и зашарил руками в темноте. К нему присоединился священник, включив свой фонарь. Комплейн немедленно выбил фонарик из рук Мараппера. Однако священник успел разглядеть Вэнтеджа, лежащего без сознания в грязи.
— Я видел многих, кого подстерегало это, — прошептал Ма-раппер. — Но у бедного Вэнтеджа грань между нормальным состоянием и сегодняшним безумием была всегда настолько расплывчата… Такие припадки называются гиперклаустрофобией. Думаю, что все мы в разной степени страдаем этой болезнью. Она стала причиной смерти многих в племени Грина. Большинство больных не выздоравливало.
Объяснив это, священник прищелкнул пальцами.
— Хватит о болезнях, поп, — сказал Фермер. — Скажи лучше, что нам теперь с ним делать?
— Оставить его здесь, а самим убраться, пока не поздно, — предложил Комплейн.
— Вы действительно настолько бессердечны, что готовы бросить товарища? — с возмущением спросил Мараппер. — Я знал Вэнтеджа еще тогда, когда он был ребенком, и теперь я должен видеть, как он умрет, ничего не делая при этом? Нет. Он когда-то отправится в Долгое Путешествие, но никто не скажет, что его товарищи по несчастью бросили его в беде и оставили умирать одного. Человеческая жизнь — это нечто изумительное! Знаете, как это великолепно — проследить за человеческой жизнью полностью? Это все равно, что узнавать настоящее произведение искусства с момента, когда оно только начинает создаваться. Человек уходит из жизни, но он оставляет после себя след в истории — пусть не он сам совершит что-то выдающееся, но кто-то другой войдет в историю благодаря действиям незаметного героя. И пусть не на скрижалях Истории, а только в памяти некоторых людей останется маленький человек — и тогда надо жить и всячески поддерживать жизни других! Когда Вэнтедж появился на свет, мать его жила в глубине Джунглей, изгнанная своим собственным племенем. (Говоря, Мараппер не переставал колдовать над Вэнтеджем, устраивая его поудобнее.) Она изменила мужу и ушла из племени с одним из охотников. Тот охотник погиб во время схватки с подранком, и она, не в силах жить в одиночестве, нашла убежище у нас, в Кабинах. Тогда Вэнтедж еще ползал на четвереньках. Его мать сошлась со стражником и вскоре погибла во время пьяной драки.
— Кого, по твоему разумению, должен успокоить твой рассказ? — задал вопрос Фермор.
— У страха нет пространства. Наша жизнь только одолжена нам, — не совсем к месту отпарировал Мараппер. — Присмотрись к судьбе нашего несчастного товарища. Как это всегда и бывает, у каждого конец жизни связан с ее началом. Колесо совершает свой полный оборот, а потом ломается… Будучи ребенком, он ничего не знал кроме страданий. Другие дети издевались над ним из-за его уродства, из-за его матери. Он стал сторониться людей, связав два своих несчастья в одно. Вы знаете, что он всегда ходил вдоль стен, стараясь, чтобы люди не видели его изуродованную половину лица. И вот теперь он в тяжелом состоянии здесь, в Джунглях. К нему в этой ядовитой атмосфере вернулись старые воспоминания, многие кончали так же… Мы не должны его бросать, говорю вам!
— Ну, а теперь, когда эта лекция по психоанализу благополучно закончилась, — невесело вмешался Комплейн, — может быть, перейдем к главному вопросу — как спасти шкуры остальных? А Вэнтедж теперь представляет для нас серьезную опасность, надеюсь, ты не станешь этого отрицать?
— Так ты думал, что я позволю погибнуть троим из-за одного? — перебил Комплейна священник. — Плохо же ты, Рой, обо мне думаешь! Я, между прочим, как раз и собирался его прикончить. Зажги-ка на минуту фонарик. И чтоб тут же выключил! Мне надо примериться, а то попаду не туда, куда надо…
Такого они не ожидали. Комплейн почувствовал, как кровь бросилась ему в голову. Ему стало страшно. Он захотел, подобно Вэнтеджу, броситься на Мараппера и задушить его или с воплями помчаться сквозь заросли. Лишь потом он начал понимать Мараппера: в своей риторике тот находил выход для собственного страха. Своеобразная эксгумация детства Вэнтеджа была лишь замаскированной попыткой спасения самого себя.
— Друзья! Я боюсь, что начну сейчас кашлять, а это опасно — нас могут обнаружить, — совершенно нормальным голосом произнес неожиданно пришедший в себя Вэнтедж.
Остолбеневший Комплейн машинально включил фонарик, и Вэнтедж увидел склонившегося над ним священника со своим коротким мечом.
В тонком, как карандаш, луче света Комплейн едва узнавал его лицо. Оно опухло и было залито кровью. Вэнтедж тоже все понял и с диким возгласом вывернулся из-под рук священника. Вскочив, он мгновенно метнулся в заросли…
Комплейн, которого Вэнтедж отпугнул, потеряв равновесие, упал, но тут же вспыхнул фонарик Мараппера. Он выхватил в зарослях спину Вэнтеджа.
— Погаси свет, кретин! — рявкнул Фермор.
— Иначе его не достать, — огрызнулся Мараппер.
Но Мараппер не успел пустить в дело свой парализатор. Вэнтедж, они это увидели в свете фонаря, неожиданно остановился и повернулся к ним лицом. Он хотел что-то сказать, но вместо этого издал какой-то свистящий звук, после чего зашатался и рухнул замертво. Они слышали, как билось в судорогах его тело. Потом наступила тишина.
Мараппер вновь включил фонарик, и они увидели лежащего Вэнтеджа. Его голова была приподнята, мертвые глаза с изумлением рассматривали стрелу, торчащую из солнечного сплетения…
Они все еще стояли, тупо разглядывая тело Вэнтеджа, когда из тьмы выступили вооруженные до зубов Носари и обступили их со всех сторон сплошным кольцом.
Часть третья
НОС
I
Никогда еще Комплейну не встречался район, подобный Носу. Солидность Лестницы На Корму, уютная теснота Кабин, враждебная и зловещая дикость Джунглей, даже море, на берегу которого Комплейна похитили Гиганты, — ничто не могло сравниться с Носом. Нос разительно отличался от всего, виденного ранее. Сейчас, правда, руки охотника были связаны за спиной, но зоркие глаза подмечали все мелочи.
Основное отличие Носа от прочих поселений было очевидным. Племя Грина, а также другие подобные племена находились в состоянии медленной, но постоянной миграции, Нос же имел стабильные границы, и жизнь здесь вели оседлую. Что было тому причиной, Комплейн не знал. Еще раньше до него доходили всевозможные легенды и рассказы охотников, но обычно они не внушали доверия. Даже баррикады на границах Носа отличались от примитивных конструкций, которые возводились в Кабинах.
Сначала пленники и их стражники, продравшись сквозь заросли, уперлись в массивную ограду, увешанную маленькими колокольчиками, начинавшими звенеть от малейшего прикосновения. За баррикадой находился невзрачный коридор, загроможденный мебелью, металлическими шкафами и прочими предметами обихода, за которыми стояли часовые, вооруженные парализаторами и луками со стрелами.
После обмена паролями часовые пропустили патруль и пленников. Потом была еще одна преграда — тонкая сеть, защищавшая поселение от комаров и мух. А дальше начинался собственно Нос.
Больше всего Комплейна поразило отсутствие водорослей. В Кабинах тоже вырывали и вытаптывали водоросли, но делалось это без энтузиазма, поскольку все знали, что это бесперспективное занятие — очищенный участок вскоре вновь зарастал. Причиной тому были корни, которые оставались неповрежденными. Поэтому близость Джунглей в Кабинах ощущалась во всем — начиная от воздуха, пропитанного кисло-сладким ароматом млечного сока, и кончая грязью, вечно хлюпавшей под ногами.
На Носу же водоросли, несомненно, уничтожались планомерно и беспощадно — было очевидно, что растения здесь должны быть, но тем не менее их не было. Комплейн догадался, что даже грунт, в котором водоросли находили себе пищу, был убран и заменен каким-то другим.
Яркий свет ламп не заслонялся ветвями и листьями. Все, что находилось вокруг, казалось необычайно надежным и незыблемым. Даже расположение коридоров и дверей здесь было иное — более правильное.
Пленников впихнули в крохотную комнату, развязали руки, забрали все вещи, заперли снаружи дверь.
— О, Сознание! — воскликнул Мараппер. — Неужели бедный и безгрешный священник должен пребывать в таких ужасных условиях? О, Фрейд, сделай так, чтобы у этих мерзких облизывателей металла сгнили их поганые души!
— Однако, прежде чем схватить нас, они позволили нам сотворить молитву над Вэнтеджем, — заметил Фермор, очищая одежду от грязи.
— А ты ожидал другого? — язвительно спросил Мараппер. — Эти подонки тоже люди. Но если бы не они, нам бы не пришлось молиться… И потом, не очень-то распускай слюни. Смотри, как бы на завтрак они не украсили свои шеи нашими кишками.
— Если бы у меня был парализатор, — вздохнул Комплейн.
Но у пленников было все отобрано. Комплейн бесцельно кружил по комнате. Помещение, как и подобные ему в Кабинах, не имело никаких отличительных признаков. Над дверью висели два циферблата, которые были разбиты, с противоположной стороны находились койки, через решетку в потолке поступал свежий воздух. Не было ничего, что могло бы сойти за оружие. Пленникам оставалось ждать и гадать, какую судьбу им уготовили Носари.
Внезапно тишину нарушило бурчание в животе Мараппера. Все беспокойно заерзали.
Открылась дверь, и в проеме показались двое стражников. Мараппер немедленно встал и, протиснувшись между Фермором и стеной, подошел к ним.
— Пространства для вашего «я», — сказал он. — Немедленно отведите меня к вашему начальству. Это очень важно. Я не могу ждать.
— Вы все пойдете с нами, — ответил один из вошедших. — Таков приказ.
Мараппер снова попытался намекнуть на некую исключительность своей особы, но его довольно нелюбезно подтолкнули к двери.
Пленники и Носари говорили на одном языке и прекрасно понимали друг друга. Тем не менее Комплейн отметил, что в речи Носарей было и такое, к чему он не привык, — произношение отдельных слов, построение фраз было не всегда привычным.
В коридоре им повстречались несколько прохожих, которые таращили глаза, не скрывая своего удивления. Некоторые смотрели с явной ненавистью. Какая-то женщина средних лет отчаянно заголосила:
— Проклятые собаки! Вы убили моего Фрэнка и теперь поплатитесь за это.
Комплейн понял, что их дела совсем плохи. Машинально он подмечал все детали пройденного пути, а по обрывкам фраз стражников догадался, что прошли они по главному коридору. Коридор был заблокирован так, что, наверное, и мышь не смогла бы проскочить незамеченной. Видимо, поэтому пришлось основательно попетлять по коридорам и соединительным переходам. Нос был защищен великолепно.
Так они миновали два отсека. На одной из дверей Комплейн заметил надпись: «Отсек 22». Он подумал, что, наверное, они были схвачены в крайнем отсеке Носа, и тогда на Носу должно быть двадцать четыре отсека. А что же дальше, за двадцать четвертым? Джунгли или нечто иное?
Поделиться книгой: