Вторжение

— Мой принц нуждается в помощи. и я охотно ему помогу.

А дальше Кейн практически моментально поставил меня на землю (то есть на брезент), задвинув себе за спину.

— Агарет, — мягко — слишком мягко для привычного мне Кейна. обратился он к блондинке. — Тебя ждут на станции.

— Это ведь ты сделал, да? — спросила девушка. — Ты меня отослал?

— Твоя работа здесь закончена, — пожал накаченными плечами Кейн. — Тебя ждут дома.

— Неправда, — завопила блондинка и тут же, истерично рассмеявшись, наставила на нас какую — то металлическую пластину. — Ты избавился от меня! Специально избавился, чтобы я не мешалась тебе под ногами.

— Так и не мешайся, — протянул Кейн. — Агарет. если ты сейчас повернёшься назад и улетишь на станцию, я обещаю тебе — никаких последствий не будет. Никакого наказания.

— Ты ведь пил мою кровь, — пропустив слова Кейна мимо ушей, настаивала на своём девушка. — Пил, и она тебе нравилась!

— Это ничего не значит. Ты же знаешь, мы любим, посмаковать кровь наших самок.

— Но она, — взмах пластины в мою сторону, — Она ведь не наша… у нее вообще нет рода.

— Это не важно, — просто ответил Кейн. — Она цветок моей жизни.

— Нет! — воскликнула Агата.

— Ты ведь не убьешь будущее империи, правда? — вкрадчиво поинтересовался Кейн. — Не оставишь трон без наследников — только за одну мысль о подобном моя гвардия вырежет всю твою семью — весь твой род до последнего старика. Разве ты готова пойти на такое?

— Нет, ты не понимаешь… — рассмеялась девушка. — Она тебя отравила чем — то…

Она не может, просто не может быть цветком твоей жизни — это невозможно!

Поймав мой взгляд, Агата дико улыбнулась.

— Трясешься, тварь… правильно, трясись…

— Агарет, — позвал, отвлекая на себя, блондинку, Кейн. — Агарет, не надо.

— А знаешь, что это такое? — не слушая своего принца, спросила меня девушка, снова демонстративно помахивая пластиной.

— Арагет, — уже низко рычал Кейн.

— Оружие? — предположила я.

— Догадливая обезьяна, — ухмыльнулась блонди. — Оружие. Новое. Самая удачная разработка последних двух лет. Тут внутри заложен прекрасный принцип — уничтожать людей в радиусе 50 метров, при этом, не причиняя вреда рашианцам…

Разница видов, — с довольной ухмылкой добавила она.

И подняла пластину.

— Ревнивая тварь, — рыкнул Кейн, кидаясь на блондинку. Агата среагировала с опозданием, но и этого было достаточно. Подняв в защите руку, она активировала парализатор. которыми имели при себе все без исключения гвардейцы захватчиков… Я, не единожды испытав его действие на себе, хорошо знала, какую боль сейчас испытывает Кейн — эта машинка пришельцев, в отличие от новой разработки, работала не только на землянах, отчего высоко ценилась в сопротивлении.

Однако Кейн и вправду оказался каким — то особенным. Впервые за всё моё время скитаний после захвата я увидела, как пришелец продолжает действовать после полученного разряда. Да, движения Кейна стали чуть медленнее, и захват его, возможно, стал слабее — иначе бы у Агаты и вовсе не было шансов, но он продолжал бороться, а не падал, как подкошенный, в конвульсиях.

Они боролись, боролись не на жизнь — а на смерть, при этом оба захватчика сейчас только отдалённо напоминали людей. Мощные когти Кейна, распоров Агате ключицу так, что одежду девушки залила хлынувшая густым потоком кровь, немного втянулись. Продолжая удерживать трепыхающуюся блондинку одной рукой, другой Кейн провёл по открытой ране, чтобы затем слизнуть с неё кровь.

— Да, — воскликнула Агата. — Да, у меня был другой самец!

— И даже спрашивать не буду, кто он, — хмыкнул Кейн. — Дала полакомиться одному из моих гвардейцев? То- то запах знакомый. Ты настолько дура? Парня ведь теперь казнят за идиотизм и предательство.

— Тебе всё равно… — прошептала Агата и, всхлипнув, с новой силой бросилась на Кейна. — Да, я отдалась ему — и он был счастлив. Слышишь — счастлив.

— Что ты ему наврала? — отведя сильный удар девушки, поинтересовался Кейн. — Этот идиот ведь тебе и флип дал?

— Дал, — кивнула Агата. — Он… я сказала ему, что хочу привезти питомца родным для развлечений. На Земле сейчас столько много дешевых питомцев.

И презрительный взгляд в мою сторону. А я… только сейчас я вспоминала, кто передо мной: захватчики, враги, убийцы… Те, кто уничтожает людей просто за то, что мы — люди.

В голове всплыла неожиданная мысль о подарках, оставленных мне Шоном. Что если…?

И я плавно потянула руку к своему рюкзаку.

— Алёна, не смей! — рыкнул хорошо знакомый голос, и стоило мне поднять взгляд. как мерцающие светлые глаза строго посмотрели мне в душу. — Не надо, — уже мягче повторил Кейн, впрочем, в этот же момент отрывая голову Агате.

Я испуганно дернулась, высвободив чеку — и всё ещё глядя в глаза Кейну. машинально кинула гранату вперед.

Казалось, наш взгляд длился вечно.

— Я всё равно найду тебя, дурочка. — прошептали хорошо знакомые губы. — И на этот раз точно отшлёпаю.

— Нет, — прошептала в ответ я. — Никогда.

И лишь раздавшийся взрыв заставил меня очнуться. Бежать. Необходимо было как можно быстрее бежать — Кейн восстановится максимум через минут пятнадцать. может быть через двадцать — с учетом того, что вначале Агата огрела его парализатором. Что она там сказала про флип? Небольшой челнок захватчиков мне бы сейчас сильно пригодился.

Наспех натянув рваные брюки и ботинки, я схватила рюкзак и бросилась к выходу.

Слава Богу, рана на ноге успела затянуться — иначе бы мне точно не успеть смыться отсюда. А так… шанс, хоть и маленький, но всё же был.

Оставалось только его отыскать. А между тем, флипа перед амбаром не оказалось.

Шон, который подобрал меня после первого плена, учил в сопротивлении каждого. кто хотел учиться, выживанию в новом, враждебном для нас, мире.

И его главное правило заключалось в том, чтобы думать как твой враг.

Зная нежную любовь Агаты к матушке — Земле, я сильно сомневалась. что эта инопланетная выскочка стала бы приземляться где — то далеко — и утопая в снегу, топать к амбарам… Нет, эта девица наверняка оставила свой флип где — то совсем рядом…

Теряя драгоценные минуты, я всё же решила обежать вокруг амбара, но лишь когда завернула за второй, обнаружила то, что искала — небольшую воздушную шлюпку захватчиков.

— Спасибо, Господи, — подняла я голову к верху, в то же время, прислоняя руку к абсолютно гладкой поверхности флипа- так, как учили пилоты сопротивления.

Вряд ли Агата, одолжив флип у гвардейца, выспрашивала коды блокировки — а потому, тепла человеческого тела должно было хватить, чтобы бортовой компьютер автоматически открыл доступ внутрь.

Так и вышло. С коротким щелчком, на поверхность флипа «всплыла» едва заметная дверца. Проведя рукой вдоль неё, я дала тем самым компьютеру команду открыть шлюп для пассажира — и это было выполнено. Оставалось забраться внутрь и включить систему.

Думай как враг… Обычно все фпипы, особенно армейские флипы, были подключены к одной глобальной системе локации — потому — то сопротивлению и не удавалось захватить корабли захватчиков. За три месяца, проведенные в лагере Шона американские спецназовцы сумели отбить только один флип — да и тот гражданский.

Поэтому, залезая сейчас внутрь воздушного челнока захватчиков, я точно не знала, что меня ожидает впереди: в конце — концов, система шлюпа могла включить режим опознавания владельца, или обязательный ввод паролей… или ещё что — нибудь, о чем я даже не могла предположить. А в случае неправильного ответа, просто заблокировать нарушителя внутри — такое тоже было возможно, но…

Думай как твой враг — учил Шон, и я старалась это делать.

Агата призналась, что флип ей одолжил гвардеец, которого она «приласкала»…

Парень, сумевший дорваться до тела одной из высших, наверняка настолько обалдел от произошедшего, что перестраховался везде, где только возможно — чтобы случайно не подставить свою родовитую девочку… А значит шлюп на пару часов точно безопасен — должен быть безопасен, если я что- то ещё понимаю в логике. А потому…

Надо бы когти отсюда как можно быстрее.

Пара часов — это если не считать Кейна, который скоро восстановится и пойдет за мной следом.

Затаив дыхание, я запустила систему управления флипа — на память воспроизводя действия, которые показывали боевые пилоты американских воздушных сил…

Вроде всё заработало. Сверилась с картой на дисплее — оказывается, две недели, которые я плутала по местности, я двигалась абсолютно правильно — карта указывала, что пресловутые амбары находятся в каких то пятидесяти километрах от Баффало.

Я улыбнулась сквозь слезы. Со шлюпом это не расстояние… а что, если махнуть дальше, и перемахнуть через Ниагарский водопад на канадскую сторону?

Глава 4

Выдохнув, я нажала по памяти нужные клавиши — точнее, просто прикоснулась к панели в тех местах, где они должны были быть. Флип тут же пришёл в движение, резко набрав высоту — казалось, будто поднимаешься в скоростном лифте.

Карта тут же замигала, уточняя параметры пункта назначения. Затаив дыхание, я указала Ниагара Фолс небольшой городок на территории США. Вообще то, городов с таким названием два — но второй уже за канадской границей.

Туда, куда я как раз и стремилась всё это время.

После вторжения, когда мне удалось улизнуть на улице от первых захватчиков, я ещё не понимая толком, что происходит, вернулась в общежитие колледжа, где случайно, буквально на лестнице, встретила двух наших соотечественников: Димку с Ильей, и их приятеля Кевина — из Канады. Ребята, которые учились в местном колледже на программистов, быстро оценили происходящую ситуацию и уже с рюкзаками выбирались из здания общаги.

— Смывайся, пока можешь, — рыкнул Димка, попутно разворачивая какую — то карту…

— Нам нечего им противопоставить.

И ребята, более не теряя времени на разговоры, помчались по лестнице вниз. Я же просто стояла и смотрела им вслед… в полной растерянности, что же делать мне. Бежать? Но куда…

— А, блин, — рыкнул вернувшийся за мной Илья. И, ухмыльнувшись, добавил фразу из Брата — Русские своих на войне не бросают. Давай, Алёна, смываемся…

И мы побежали все четвером.

План ребята был прост: перекладными путями добраться до канадской границы, откуда до Аляски — а уже там и до Чукотки недалеко…

— Вы можете остаться у меня, — каждый раз добавлял Кевин, когда речь заходила о наших планах. — В Эдмонтоне.

Мы, трое, кивали и упорно мечтали о доме.

Только путь из Денвера, где находился наш колледж, до Аляски оказался непреодолим. Нас сцапали уже через пару дней.

Зажмурившись, я запретила себе вспоминать то, что происходило в плену. Мужчин отсеивали на сильных особей — тех, кто мог быть полезен захватчиком, и тех, на кого не стоило тратить ресурсы. Впрочем… захватчики что-то делали с людьми… мужчины — после процедур, они становились абсолютно послушными воле инопланетян, этакими биороботами — не больше, не меньше…

С женщинами было примерно тоже самое. Единственное — захватчики не тратили время на обработку женских мозгов, предпочитая действовать по старинке — наручниками (электронными браслетами) и железной — дисциплиной.

Сельскохозяйственные (вроде бы) работы, жилье в общих бараках, и постоянное наблюдение… Смены в полях, накрытых тентами, длились по восемь часов в сутки — просто таки нормированный рабочий день. Зато после…

Девчонки быстро заметили: захватчики отбирали для своих вечеринок только женщин, у кого на руке браслет мигал зеленым. Их либо пускали по кругу сами пришельцы, либо отдавали на потеху «биороботам», наблюдая за изнасилованием девушек и женщин как за интересным кино..

У кого браслет мигал красным, уже не трогали — наоборот, определяли на легкие работы и давали усиленное питание. Рабы должны воспроизводить рабов.

Ужасно, но со временем многие девчонки сами старались попасть на «вечеринки» захватчиков.

Я устало потерла лицо, вспомнив, как несколько первых недель в плену специально мазала вещи… собственными фекалиями. Приметила, что инопланетяне — те ещё чистюли, и была уверена — меня насиловать не будут.

Либо пустят в расход, либо станут сторонится… Так и вышло.

Только когда девчонки уже стали сами вешаться на врагов, я вздохнула с облегчением и отправилась после отбоя в душевую… Дура была, не знала, что у них и там наблюдение имеется. Устроила шоу. Из душевой меня выволокли за волосы…

Я до сих пор помню, как они измывались надо девчонками передо мной… Как уродовали кожу молоденькой блондинке, которая посмела закричать от боли… А когда эти ублюдки стали надвигаться на меня…

Кейн, ворвавшись в помещение, скупыми, будто бы ленивыми движениями, убил всё отделение своих же воинов.

Я тогда единственный раз была по настоящему рада его видеть. Если, конечно, не считать того времени, когда я, наивная идиотка, встречалась с мальчиком — мажором.

Впрочем…тогда, в плену, он меня действительно спас. Чтобы не говорила потом Агата — или Агарет.

Тогда же я впервые увидела, как они умеют изменяться — Кейн раскидывал своих воинов отнюдь не человеческими руками — это было страшное, непередаваемое зрелище. Казалось, пришелец сошёл с ума, не реагируя и не отвечая своим же… В зал дЛя «развлечений» ворвалась новая группа военных инопланетян — и они были тут же растерзаны Кейном, затем последовала вторая, третья…

Наконец, один из командиров лагеря — судя по голосу, этот был тот, кто следил за браслетами, через стоны умирающих, что-то прокричал Кейну на их родном языке.

«Мой пришелец» услышал это далеко не сразу — к тому времени пострадало ещё несколько захватчиков. И всё же…

Внезапно склонив голову на бок, Кейн как — то резко прекратил убийства, пристально посмотрев на меня. Затем с шумом втянул в себя воздух.

Из — за двери опять послышался всё тот же голос. Кейн, обернувшись, что-то сердито рыкнул, направляясь в мою сторону.

Я. полностью голая (из душевой же вытащили!), жалась к ножке каменного стола, со страхом взирая на надвигающегося нелюдя.

Резко схватив меня на руки, Кейн ткнулся носом куда — то в область моей шеи — между шеей и ключицей и тяжело задышал.

— Если тронули — всех до последнего уничтожу, — прохрипел он на английском. И тут же произнёс что-то на своём, добавив снова по английски. — Каждого… каждый род. До последнего колена… Всех.

Однако, продолжая меня обнюхивать, Кейн словно успокаивался.

Пока из — за двери опять не послышался всё тот же голос. Кейн матюгнулся и… перевернул меня вверх тормашками.

Я, которая из — за подвигов своей старшей сестрички, даже невинные ласки — то только в кино и видела, оказалась в одной из самых глупых и нелепых поз. Голая, с влажными, уже испачканными в крови, волосами, я стала болтать ногами, пытаясь вырваться из рук Кейна. Захватчик рыкнул и. осторожно разведя мои ноги в сторону, уткнулся носом… туда…

Казалось бы — чушь несусветная; после всего, что происходило в «лагере» надо было напрочь забыть о стеснении и стыде — пачкала же я свою одежду, чтобы остаться целой.