Сражение на Венере (сборник)

Сражение на Венере

(сборник)

Тайны сестры Земли

Венера — вторая планета от Солнца и вторая по «посещаемости» в научной фантастике, как западной, так и отечественной. Причем в нашей фантастике 30-60-х годов прошлого века она даже опередила Марс. Венеру называют сестрой Земли из-за ее сходства по физическим параметрам — размеру, массе и т. п. Она самая близкая к Земле планета и одновременно самая таинственная, потому что покрыта густыми облаками, в которых никто еще не наблюдал никаких просветов. В настоящее время на Венеру высаживалось несколько автоматических станций, последние даже успешно, но мы по-прежнему толком не знаем, что происходит на ее поверхности, и не узнаем, пока там не побывает человек.

Но это, так сказать, в реальной реальности. А в фантастической реальности Венера, описанная во множестве произведений, известна нам не хуже Земли. В отечественной фантастике самое яркое, запоминающееся и даже, можно сказать, страшное произведение про Венеру — это первый роман братьев Стругацких «Страна багровых туч», написанный и изданный в 1959 году. Но фантастика многолика. И до, и после него написано много произведений, в которых Венера предстает каждый раз иной, и каждый раз люди стремятся открыть ее тайны.

В нынешнем сборнике самое значительное по объему произведение — это роман Дэвида Гриннелла «На Венеру! На Венеру!». Изданный в 1970 году, через год после высадки американских космонавтов на Луну, этот роман написан в манере «реалистической фантастики», в котором автор стремился показать, как на самом деле мог бы произойти полет людей на Венеру. Венера в нем описана максимально достоверно и представлено несколько гипотез, объясняющих, что, несмотря на царящие на ее поверхности суровые условия, там все же может быть жизнь.

Произведения А. Барнса «Мир двойников», Ф. Каммера-младшего «Белая Земля Венеры» и Дж. Т. Макинтоша «Крушение на Венере», написанные в разные годы, тоже относятся к направлению «Тайны Венеры и их разоблачение». Правда, авторы в них вольно интерпретируют научные данные, но на то и фантастика. Венера в них совершенно разная, но все перечисленные авторы сходятся в одном — человеку будет на ней трудно выжить, хотя, разумеется, и возможно.

Торнтон Эйр в рассказе «Специальный агент на Венере» описал залихватские, невероятные приключения героического космопилота во время войны между Землей и жителями Венеры. Научной фантастикой здесь уже и не пахнет, это сугубо так называемая «космическая опера», хотя без «звездных королей», но с типичным супергероем, одной рукой раздвигающим все препятствия.

И, наконец, повесть У. Темпла «Сражение на Венере» — это, скорее, притча, обернутая в покрывало научной фантастики. В нем ярко и образно показано, к чему может привести одно-единственное научное открытие, сделанное не вовремя и попавшее не в те руки.

В итоге — шесть произведений и шесть разных взглядов на одну и ту же планету. Причем данный сборник не претендует на исчерпывающее освещение темы Венеры. Про нее уже много читали наши любители фантастики, а еще больше ждет их когда-нибудь в будущем, я надеюсь, не таком уж далеком.

Андрей Бурцев

Дэвид Гриннелл

На Венеру! На Венеру!

«To Venus! To Venus!» by David Grinnell

Асе books (Асе Double), 1970

Глава I

— Чет, говорит корабль-носитель. Вы нас слышите?

— Громко и отчетливо. А что случилось?

— Ничего. Просто вам следует знать, что ваша цель находится по другую сторону горного хребта. Еще один подъем — и вы на месте. Просто продолжайте идти, как идете, и будете там как раз к обеду. Свободного вам маршрута.

— Большое спасибо. Конец связи.

Чет Дункан знал, что парни на корабле-носителе, движущемся по высокой орбите над поверхностью Луны, просто пытались его подбодрить. Он ценил их усилия. Но устал и не хотел тратить даром энергию на ненужные разговоры. Он уже несколько часов брел по унылому лунному ландшафту, и это было нелегко. Теоретически, при силе тяжести в одну шестую от земной можно было передвигаться легкими прыжками или длинными шагами. Но, как обычно, выходила большая разница между теорией и практикой, особенно если вы имели дело с подразделением одной из самых специализированных правительственных служб, Космическим агентством Соединенных Штатов.

Выживание в космосе требовало огромного количества механизмов, и, конечно, ожидалось, что вы будете выживать в нем одобренным методом и способом. В результате, преимущество малой силы тяжести с лихвой аннулировалось дополнительным оборудованием, какого ни за что было бы не поднять на Земле. Громоздкий скафандр с тяжелым шлемом, баллоны с кислородом, кондиционер, аппарат рециркуляции плюс батареи, оборудование связи и различные аварийные источники питания составляли, в целом, такой вес, что Чет лишь кряхтел и потел. Но все же он пересек пустой кратер, и теперь между ним и целью оставалась лишь одна стена.

Он брел вперед, едва волоча тяжелые ноги, и начал длинный подъем, который проведет его по последнему горному хребту. Его левый наушник был настроен на длину волны Джима Холмса, который и был его целью. Джим выполнял задание, курсируя по Луне на неуклюжем на вид, но очень эффективном лунном ровере, когда машина вдруг перестала работать. Чет надеялся перезапустить ее.

Его правый наушник был настроен на длину волны корабля-носителя, который, в конечном счете, заберет обоих на Землю. Нужно было немного привыкнуть к приему двух каналов одновременно, но это произошло во время интенсивного обучения, которое прошел Чет, так что теперь он мог слушать сразу двух собеседников и понимать обоих. Микрофон в шлеме передавал его слова кораблю-носителю, а уж тот разносил их по всей Луне или, если было нужно, даже посылал на Землю.

Чет полагал, что, если будет выдерживать нынешний темп, то окажется на вершине хребта кратера чуть меньше, чем через два часа, а оттуда его ждет спуск до самого лунного ровера. Он не знал, почему ровер перестал работать, потому что Джим, превосходный геолог, совершенно не разбирался ни в каких механизмах. Если все дело в контактах, как предполагал Чет, то ровер заработает через пятнадцать минут после его прибытия. Но если там что-то другое, то придется проделать ряд тестов и надеяться, что он достаточно быстро отыщет причину поломки и что ровер вообще будет возможно отремонтировать.

Тяжело дыша при подъеме на крутой утес, Чет с удивлением думал, что там, наверху, у него и мысли не возникало, что в случае неудачи, если он не сумеет починить ровер, то ему придется проделать пешком весь путь обратно к точке, где его подберет корабль-носитель. Так как был не в настроении думать о такой веселенькой перспективе, то сосредоточился на сообщениях с Земли, которые передавались ему через левый наушник. Как это часто бывало, Земная база транслировала радиопередачу международных новостей:

«Сегодня Москва сделала официальное заявление о том, что космический экипаж, возглавляемый командиром Раффаловичем, произвел посадку на планету Венера».

Чет фыркнул. Он давно уже перестал верить, услышав любые новости, которые содержали официальные объявления о больших прорывах русской космонавтики. Это верно, что они многого достигли. Никогда нельзя забывать, что они первыми послали человека в космос. Однако, столь же верно, что они зачастую объявляли как о выдающихся достижениях о том, что на поверку оказывалось весьма незначительными событиями. Нынешнее сообщение могло означать, что орбитальный корабль-носитель, которым командовал Раффалович, послал для исследования венерианской поверхности беспилотное устройство, а могло означать, что их космонавты на самом деле высадились на поверхность соседки Земли. Вот это было бы действительно захватывающим событием. Даже если бы исследователи не покинули судно, само присутствие корабля на венерианской почве положило бы начало новой эре.

Чет внимательно слушал сообщение, пока тащился вверх по склону.

«Информация, полученная от команды приземления, передана на Землю и, после анализа и проверки на точность, ее результаты будут обнародованы всему миру».

Потом связались с экспертами из разных стран и прослушали их комментарии. Но, ввиду краткости сообщения и недостатка сопровождающих данных, они мало чего рискнули высказать о самой планете и возможности высадки на ней. Сам Чет не то, чтобы отрицал саму возможность такого подвига. В конце концов, уже несколько часов шагая по поверхности Луны, у него не было ощущения, что полеты на соседние планеты находятся вне досягаемости человека.

Но ключевыми словами сообщения, которые уловил Чет, были: «информация, полученная от команды приземления…» Это казалось явным признаком, что приземлившаяся единица была беспилотной. «Команда», которая сообщала информацию, могла находиться где угодно, от борта корабля на венерианской орбите, до штаба, расположенного где-нибудь «к востоку от Урала». Ввиду того, что несколько месяцев назад Соединенные Штаты объявили, что собираются направить беспилотник с различными приборами, чтобы проникнуть сквозь облачный покров Венеры и узнать, наконец, состав атмосферы, температуру у поверхности и структуру грунта, Чет мог легко предположить, что советское заявление было попыткой украсть у Америки первенство по освоению Венеры.

Пока он занимался тем, что рассматривал это заявление под всевозможными углами, время пролетело незаметно, и он преодолел самую трудную часть пути. Но прежде, чем Чет готов был сделать собственные выводы, он выбрался на вершину кратера и остановился, чтобы оглядеть его внешний склон. Спуск не был таким же крутым, как подъем, а через двести ярдов, там, где он переходил в пологую равнину, стоял неподвижный лунный ровер.

— Эй, Джим, — произнес Чет на волне интеркома, — ты уже в поле зрения. Я буду у тебя через несколько минут.

— Знаю, — небрежно ответил Джим. — я следил за тобой по радару Судя по твоей скорости, я сначала подумал, что ты оседлал жирную лунную гусеницу, и хотел уже было сообщить о ней, как о фантастическом открытии, когда обнаружил, что ты все же идешь сам. Но так или иначе, мне бы не поверили, — торжественно закончил он, — потому что гусеницы ползают гораздо быстрее, чем ты. Даже самые толстые.

Чет улыбнулся, но ничего не ответил. Инструкции требовали радиомолчания, за исключением необходимых переговоров. И следуя им, от Джима требовался всего лишь ответ в три слова. Но в привычки Джима не входило следование инструкциям. Он был превосходным геологом, но не военным, и был вынужден пойти в Космическую Службу лишь потому, что страна нуждалась в таких специалистах, как он. Он пойдет, куда бы его ни послали, и сделает все, что потребуется, но делать это будет своими способами. Джим Холмс от рождения был сугубо гражданским человеком.

Подойдя на несколько ярдов к машине, Чет вызвал Джима по рации:

— Ты готов открыть люк?

— Конечно, — прозвучал лаконичный ответ. — Я в скафандре, машина разгерметизирована.

Люк распахнулся, и Чет поднялся на борт. И, хотя они оказались лицом к лицу в небольшой каюте, но продолжали разговаривать по радио.

— Как ты думаешь, что случилось? — спросил Чет.

— Понятия не имею, — качая головой, ответил Джим. — Я думал, именно за этим они послали тебя.

— Конечно. Я просто подумал, может, ты мне что-нибудь подскажешь. Давай проверим контакты. Помоги-ка…

Чет опустился на колени, отвинтил и поднял защитную пластину пола. Затем запихнул руку глубоко внутрь машины и стал ощупывать контакты.

— Расскажи мне, как это вышло? — спросил он друга, уютно устроившегося на сиденье и наблюдавшего за ним.

— Она просто остановилась.

— Это понятно, — нетерпеливо оборвал Чет. — Я имею в виду, исчезла энергия, или ты внезапно потерял тягу?

Джим выглядел сбитым с толку.

— Я в самом деле не знаю, — сказал он. — Машина просто перестала ехать, затем я выключил двигатель и позвал на помощь.

— Хорошо, тогда попробую иначе, — настаивал Чет. — Двигатель работал, пока ты не отключил его?

— Ну, да. Именно это я и пытаюсь тебе объяснить. Двигатель работал, но машина не трогалась с места, поэтому я ее выключил, — сказал Джим таким тоном, словно разговаривал с клиническим идиотом.

— Понятно, — кивнул Чет. — Ты весело катил по Луне, затем произошел толчок, и машина остановилась, хотя двигатель продолжал работать. Тогда ты его выключил и вызвал корабль-носитель.

— Ты прав, — улыбнулся Джим, хотя и выглядел озадаченным.

— Но как ты узнал о толчке?

— Я не узнал, я просто надеялся. Думаю, нам крупно повезло. Кажется, проблема в сломанной ведущей шестерне, а я взял с собой запчасти. Через десять минут все будет в порядке.

— Ну, если это так легко, — улыбнулся Джим, — то они могли бы научить нас производить такой ремонт.

— Они нас учили, — заметил Чет.

— Вот как? — Джим смотрел, как Чет удаляет сломанную шестерню и ставит на ее место новую, а затем ему в голову пришла очередная мысль. — А почему она вообще поломалась? — спросил он. — Я имею в виду, там же внутри ничего не изменилось?

Чет закончил ремонт, но не стал устанавливать пластину пола.

— Да, ничего не изменилось, — пояснил он, — но в девяти случаях из десяти это происходит из-за обычной усталости металла. Если ты не заклинил двигатель, пытаясь силой заставить машину ехать, то мы можем отправляться домой.

— Ничего я не заклинивал, — ответил Джим, и в его голосе звучало облегчение.

Чет сел на водительское сиденье, установленное на опоре, косо торчавшей из пола. Джим занял место штурмана справа от водителя. Лунным ровером можно было управлять с любого места, но Джим с удовольствием готов был проехаться пассажиром. Оба надели ремни безопасности, и Чет щелкнул главным переключателем, активирующим приборную панель. Стрелки тут же встали по местам, показывая, что все в порядке. Бормоча по привычке показания приборов, Джим прошелся по ним взглядом. Пальцы Чета в толстых перчатках скафандра сомкнулись на выключателе двигателя и перевели его в позицию «вкл.»

Микрофоны шлема передали внутрь слабый гул, и небольшая вибрация показала, что двигатель работает нормально. Чет увеличил мощность, одновременно выжав сцепление. Потом стал медленно его отпускать, и по обеим сторонам каюты очнулись гигантские автоматические лапы. Покачнувшись и приподнявшись на них, точно громадный жук, ровер тронулся с места и стал подниматься по склону. Чет тут же отжал сцепление и уменьшил тягу до минимума, потом поставил рычаг скоростей в нейтральное положение и отстегнул ремень безопасности.

— Как я и думал, все в порядке, — просто сказал он.

— Слава Богу! — выдохнул Джим.

Чет быстро установил на место панель пола и подключил свой скафандр к системе лунного ровера. Джим не тронулся с места, но тоже подключил себя к системе.

Чет включил рацию и настроил ее на нужную частоту.

— Лунный ровер кораблю-носителю, — сказал он и немедленно получил ответ:

— Корабль-носитель слушает. Прием установлен. Продолжайте.

— Говорит Чет. Ровер исправлен. Могу я продолжить работу?

— Прекрасно. Сколько времени вам понадобится?

— Я собираюсь потихоньку прокатиться вокруг, даже если это и займет больше времени. Мне нужно, примерно, три с половиной часа. Потом я отправлюсь к точке встречи, и буду на стартовой позиции через четыре с половиной часа. Это нормально?

Докладывая, Чет достал комплект карт и развернул одну из них на столике перед собой. Орбитальный корабль-носитель обрабатывал информацию, которую он передал в его компьютер, чтобы определить, когда они смогут оказаться в точке встречи. Это дало Чету время перепроверить свой маршрут и подтвердить, сколько времени ему понадобиться.

— Хорошо, Чет, мы снимем вас через четыре часа и семнадцать минут с тремя четвертями: этот будет в 15:20:22 по Среднему Вашингтонскому времени. Хотите сверить часы?

Чет тут же ткнул кулаком в кнопку у основания расположенных на приборной панели часов. Это позволило орбитальному кораблю проверить и установить на них точное время. Теперь нужно было просто придерживаться графика. Впрочем, «просто» — неправильное слово. Тысяча и одна вещь могла пойти не так, как надо. Одно только управление неуклюжим ровером являлось само по себе работой, сравнимой с тяжелым днем портового грузчика.

Если все пойдет как надо, то у них будет изрядный запас времени, чтобы включить ровер, полностью дезактивировать его и перенести хрупкую аппаратуру в модуль, который доставит их на корабль-носитель. Ровер же останется на Луне ждать прибытия следующей команды. Но это если все пойдет так, как надо. Чет, конечно же, понимал, что они с Джимом — вообще люди — были нужны на тот случай, если что-то пойдет не так, потому что не существовало пока что машины, которая могла бы сравниться с человеческим мозгом.

Они прибыли к месту встречи, имея в запасе еще много времени. Чет задом загнал ровер под нависающую скалу, которая должна была укрыть его от метеоритного дождя. И они начали упаковывать приборы. Солнечные батареи были демонтированы и помещены в контейнеры, где будут храниться, огражденные от слишком высокой и слишком низкой температуры, пока не понадобятся снова. Когда все работы были закончены, Чет постоял, озираясь, пока Джим лез внутрь модуля, а затем присоединился к нему. Лязгнул, закрываясь, герметичный люк, и Чет повернул колесо запора, а потом стал поднимать давление внутри модуля.

Затем он включил приборную панель и настроил главную антенну точно на волну корабля-носителя. Ожило оборудование дистанционного управления, от которого зависела их благополучная погрузка.

Все приборы, принесенные с ровера, были установлены на соответствующие места, так что стали частью общей системы. Как только модуль будет подобран кораблем-носителем, он включится в его систему. Если же во время стыковки что-то пойдет не так, Чет мог принять на себя ручное управление, но это не поощрялось. Считалось, что будет лучше, если старт модуля, встреча с кораблем-носителем и завершающая стыковка пройдут автоматически.

Как только индикатор давления в модуле стал зеленым, показывая, что давление атмосферы на борту стало идентичным земному, Джим начал снимать с себя громоздкий скафандр. Это было совсем не по инструкции.

— Эй, приятель, лучше бы ты оставался в скафандре на тот случай, если мы вдруг начнем терять воздух, — бросил Чет.

В каюте установилось нормальное давление, позволяющее общаться без рации, но Чет все еще оставался в шлеме, поэтому разговаривал через микрофон. Джим, который остался без наушников, когда снял шлем, ясно слышал его голос из динамиков каюты, а его слова воспринимались общим микрофоном.

— Если мы вдруг начнем терять воздух, — проворчал он, — я не хочу задержаться и торчать тут на этой голой скале. Ты же знаешь, что в таком случае нас не скоро спасут. А скафандр мне мешает. Он весит целую тонну.

— Все это верно. Но в инструкциях написано…

— Перестань, Чет! Все эти инструкции берутся с потолка и призывают нас делать свое дело, не вставая с кресел, кроме как в случае неожиданного парада. Когда мы состыкуемся с «Мамочкой», то пройдем по герметичному проходу в герметичную каюту, где все встречающие будут одеты в форму. Правильно? Тогда какой смысл ждать этого момента в тяжелом скафандре?

Чет хотел было возразить, но тут прозвучал предупреждающий сигнал и на пульте замигали огоньки, сообщая, что подошло время старта.

Через полминуты модуль стартовал и полетел на сближение с кораблем-носителем.

Глава II

Чет осторожно прополз через воздушный люк, заботясь, чтобы не удариться шлемом об узкую переборку. Он небрежно ответил на приветствие и уступил дорогу Джиму, который следовал за ним. Два члена экипажа подошли к нему и помогли снять шлем. Чет мотнул головой в знак благодарности и одновременно наслаждаясь приобретенной свободой. Члены команды, офицеры, равные ему по званию, помогли Чету снять неуклюжий скафандр. Их звали Филип Ломбарди и Дуглас Мэйл и, оба отличные космонавты.

Капитан Александр Борг, старший офицер, отвечающий за экспедицию, шагнул вперед, чтобы поздороваться с прибывшими.

— Рад видеть вас в безопасности на борту, Чет, — сказал он с умиротворенным видом.

— Спасибо, сэр.

Но смуглое лицо капитана тут же потемнело.

— Холмс! Где ваш скафандр?

— Там, сэр, — Джим ткнул рукой на воздушный люк, ведущий в модуль.

— У вас что, возникала чрезвычайная ситуация? Вы были ранены, и поэтому напарник снял с вас скафандр, чтобы оказать первую помощь? Или в механизмах вашего скафандра произошел сбой?

Джим выглядел смущенным.

— Нет, сэр, — запинаясь, пробормотал он. — Это просто… просто… ну, вы сами понимаете…