Помоги проекту - поделись книгой:
Примерно половина португальцев покупают рождественские и новогодние подарки не в больших фирменных торговых центрах, а все чаще в промтоварных отделах супермаркетов. Атмосфера там гораздо более спокойная, покупки, как правило, не заворачивают в праздничные упаковки и к тому же там довольно часто можно встретить то, что ты ищешь. Подарки на Рождество португальцы часто приобретают сильно заранее, средняя потраченная сумма из-за продолжающегося кризиса, который последние десять лет периодически о себе напоминает, в последнее время, согласно последним опросам, уменьшилась примерно на десять процентов и составляет около 270 евро.
Торговые центры и безопасность
Мы вряд ли когда-либо забудем ужасный пожар в Кемеровском торговом центре «Зимняя вишня» в марте 2018 года, унесший жизни десятков человек, большая часть из которых были дети.
Торговых центров с самыми разными названиями в Португалии существует великое множество. Их настолько много, что в последние годы специалисты серьёзно говорят о перенасыщенности этого рынка товаров и услуг и о нерентабельности новых миллионных вложений в строительство других торговых моллов: гораздо разумнее модернизировать уже существующие и адаптировать их к новым постоянно развивающимся технологиям. Одна из главных причин отставания больших торговых центров от потребностей современного покупателя – бурное развитие интернет-торговли.
Поэтому объективно шоппинг-центры всё больше становятся местами досуга, развлечений и отдыха, в том числе детского.
В небольшой десятимиллионной Португалии около полутора сотен крупных сетевых торговых центров, занимающих огромные площади. Половина их сконцентрирована в Лиссабоне и Порту, и каждый из них имеет детский парк, детские площадки, игротеки, горки, лабиринты, какие-нибудь бассейны из шариков, обучающие мастерские, детские кинотеатры и так далее. Вопросами безопасности торговых центров занимаются специализирующиеся именно на этом виде охранной деятельности фирмы, нередко частные, как, например, Prosegur, испанская частная компания, охраняющая крупнейшую торговую сеть Continente. То, что ее родина – соседняя Испании, о многом говорит: если бы Prosegur не завоевала себе международного признания, португальцы вряд ли бы задействовали ее. Предотвращение пожаров компания осуществляет через хорошо продуманную систему: сначала обнаружения, реагирующую на даже небольшое задымление, на повышение температуры воздуха, выброс оксида углерода, на взрывчатые смеси и возгорания, а затем уже, собственно, через систему пожаротушения. Она предполагает мгновенное включение потолочных пульверизаторов и разбрызгивателей воды, а также наличие доступных пожарных кранов, брандспойтов и систем пенного пожаротушения.
Почти тридцать лет назад в португальской столице произошёл крупнейший по масштабам пожар в самом старом национальном торговом центре Шиаду, который был открыт в этом качестве в 1894 году, а само здание построено еще веком раньше. Пожаром были охвачены около двадцати примыкающих друг к другу зданий исторической части города. В его тушении были задействованы более тысячи пожарных на двухстах пятидесяти машинах. Работа была сильно затруднена сложным доступом к зданиям, в том числе из-за того, что на прилегающей площади незадолго до этого мэрия установила массивные бетонные клумбы. Пожар был потушен в тот же день, но потом еще два месяца рабочие разгребали завалы, обнаружив под ними одного из двух погибших. Первым был сотрудник пожарной службы, получивший сильные ожоги. От здания Центра Шиаду остались только его фасадные стены XVIII века, которые в течение последующих лет были восстановлены. Всего же под огнем в центре Лиссабона оказалась территория, равная по площади восьми футбольным полям.
Городские парки
Российский формат «Парк культуры и отдыха», который прижился и утвердился у нас с советских времен, пожалуй, уже несколько закостенел и перестал развиваться: идя с семьей в центральный городской парк, мы представляем себе качели, карусели, буфет ну и какой-нибудь заезжий компактный аттракцион вроде «мотогонок по вертикальной стене».
В начале 2010-х годов в Москве, например, благодаря усилиям ее властей были попытки несколько расширить данный формат другими жанрами, но долгое время эти инициативы не продержались. Португальские городские парки, смею это с уверенностью утверждать, в этом отношении гораздо более разнообразны и тематически, и содержательно.
Если говорить о португальских парках, то, конечно, нельзя не сказать о столичном Парке наций, построенном на месте международной выставки Экспо-98, которая в свою очередь была затеяна при подготовке к празднованию 500-летия первой португальской экспедиции в Индию. Лиссабонцы, жители других городов и туристы приезжают сюда на целый день, обычно в выходные. Здесь есть буквально все, чего душа пожелает: прекрасный вид на реку Тежу и на 17-километровый мост Васко да Гамы, входящий в пятерку самых протяженных мостов мира, целый ряд тематических павильонов – Португалии, Атлантический, Международный, знаменитый Восточный железнодорожный вокзал, мимо которого здесь никак не пройдешь, и, конечно, величественный лиссабонский Океанариум – полное тайн и загадок подводное царство на расстоянии вытянутой вперед руки. Главное здание Океанариума окружено водой и само по себе напоминает корабль, готовый прямо сейчас отчалить от берега и отправиться в далекое плавание.
Вообще в Португалии касательно парков у строительных компаний, по сути, существует целая разнарядка: любой строящийся новый микрорайон предполагает обязательное наличие парка, пусть небольшого, но обязательно, что называется, «с видом» – на реку, океан, горы или любую другую вдохновляющую на добрые дела и подвиги красоту. Сильна страна и своими «тематическими» парками и зонами отдыха, например детскими. Для детей здесь выстраиваются целые игрушечные миниатюрные города. Самый знаменитый из них – Portugal dos Pequenitos, «Португалия для маленьких», где представлены макеты наиболее примечательных и ценных архитектурных достоинств нации, как, например, лиссабонский Монастырь Иеронимитов, томарский Монастырь тамплиеров, смотрящая на столичные воды Тежу Белемская (Вифлеемская) башня или один из древнейших европейских университетов в городе Коимбра, неподалеку от которого и находится данный музей миниатюр. Португальцы очень любят воссоздавать и объяснять – как они говорят, «интерпретировать» свое историческое прошлое – великие географические открытия или крупные решающие сражения, например с испанцами или с маврами. Кроме этого каждый год летом в разных городах страны проводятся так называемые средневековые ярмарки, в которых принимают участие молодые актеры и где воссоздается атмосфера средневекового города: там прямо перед вами на вертеле жарят быка, на улицах работают ремесленники, тюремщики ведут мимо вас закованного в кандалы преступника, лихие музыканты с дудками, волынками и стилизованными под древность электрогитарами выдают «средневековый рок»; тут же в незатейливой таверне вам приготовят вкуснейший «суп из камня», приехавший из далекой Африки магрибский колдун наговорит вам всякой всячины про злых духов, а древняя гадалка обязательно нагадает счастье, мир и процветание вашему дому.
Лиссабон: куда пойти, куда лучше не ходить и чего лучше не делать?
Дабы не быть банальным и не вести вас туда, куда вас отправит любой путеводитель, предложу по приезду в Лиссабон в первый же вечер пойти и послушать фаду, португальский городской романс, занесенный недавно ЮНЕСКО в список шедевров нематериального культурного наследия человечества. Этим вы убьете сразу двух зайцев: во-первых, почувствуете настоящую атмосферу города, его душу, а во-вторых, наверняка более четко и предметно определите для себя, что вы хотите от этого города получить.
Фаду, тем более если это ваш первый опыт, стоит слушать в известном лиссабонском Clube de Fado, который находится неподалеку от старого кафедрального собора Sе́. В течение вечера, как это заведено с давних времен, на небольшую сцену будут выходить разные исполнители, подобранные по условному принципу: «хороший, лучше и еще лучше». Последним, как правило, выступает признанный и известный артист. В Clube de Fado, например, начинала свою профессиональную карьеру певица Мариза, бывавшая несколько раз с концертами в России.
Так уж повелось, что изначально фаду исполнялся в тавернах и ресторанах, куда люди, понятное дело, приходят поесть. Здесь трапеза также предполагается, только, чтобы не мешать исполнителям, она отделена от представления: сначала вы делаете заказ, едите, общаетесь, а потом в зале приглушается свет и – всё внимание на сцену. Тут уж, будьте добры, если хотите избежать косых неодобрительных взглядов, прекратите жевать и греметь приборами.
Одним не самым приятным условием посещения Клуба является то, что вы обязательно должны заказать полноценный ужин, даже если вы только что поели. Это входит в программу вечера. В одно из посещений Clube de Fado, куда я с друзьями попал, что называется, по большому блату, поскольку объявил о своем желании буквально накануне, когда все места уже были распроданы, сев за свой столик, мы решили, что ужинать не будем, поскольку всего за час до этого довольно плотно поели, и обойдемся только бутылкой вина и какой-нибудь легкой закуской. Наш отказ от ужина вызвал неподдельное удивление официанта. Он ненадолго удалился, чтобы с кем-то посоветоваться, и потом вернулся и почти в категоричной форме заявил, что мы должны что-то заказать, мол, так не принято. Тогда, чтобы не подводить моих друзей, устроивших нам это посещение, мы сказали, что закажем фруктовое ассорти, подаваемое здесь на десерт. Фруктовый десерт оказался очень помпезным и обильным. В итоге мы заплатили, наверное, больше, чем за обычный ужин.
Цены тут и вправду кусаются, даже по лиссабонским меркам. Кроме этого приготовьтесь, когда будете расплачиваться, к четко произнесенному вопросу официанта: «Сколько бы вы хотели оставить на чай заведению?». Когда вы, отягощенные едой и вином, назовете цифру, он лихо приплюсует ее к вашему счету. Вот такой сервис, который последнее время встречается в Лиссабоне все чаще. И тут я плавно перехожу к рассказу о том, каких действий стоит избегать и какие места в городе посещать нежелательно, основываясь на собственном опыте: «Ты туда не ходи, а то снег башка попадет…», – как говорил герой культового советского фильма.
Начнем с того, что Лиссабон, а еще Хельсинки, является самой безопасной столицей Европы. Чтобы это звучало не слишком сладко, уточню: здесь регистрируется наименьшее количество преступлений, в том числе тяжких. Понятно, что и эти показатели тоже можно немного скорректировать, если учесть еще и то, что Лиссабон – не самый крупный европейский город. Так называемый Большой Лиссабон вместе с восемью городами-спутниками, расположенными в радиусе примерно 30 км, часть которых является непосредственным продолжением столицы, имеет два с четвертью миллиона населения.
В самом городе, как, впрочем, и везде, где наш брат-турист ходит, задрав голову вверх или развернув свою простыню-карту, стоит опасаться карманников. Особенно они вместе с приезжими любят знаменитый старый трамвай номер 28, который везет наверх к замку Святого Георгия, куда мы любим забираться, чтобы посмотреть на городские красоты с высоты птичьего полета. Вторым распространенным преступлением здесь считаются автомобильные кражи: убирайте все ценное и даже не очень из салона в багажник, с глаз долой, не показывайте таким образом всем, что вы, прошу прощения, обычный «лох»-иностранец, а лучше оставляйте свое авто на платной стоянке (впрочем, бесплатную вы здесь последнее время вряд ли найдете, только в паре мест в городе и еще на окраине).
Сумку через плечо лучше повесьте на себя так, чтобы сорвать ее можно было только вместе с вашей головой, а, сидя в уличном ресторанчике, лучше ее не снимайте. Будьте готовы к тому, что где-нибудь на площади Россиу или в районе Байша (мы говорим о центре города), где вы будете прогуливаться, какой-нибудь цыганский отрок в темном костюме, который он носит и в холод, и в жару, предложит вам гашиш: полиция на них уже давно плюнула, к тому же это, скорее всего, обычные скрученные лавровые листья.
Не опасайтесь обшарпанных стен старых центральных районов города Байрру Алту или Алфама, здесь, как правило, не опасно даже ночью. Опаснее считается зона вокруг конечной того самого 28 трамвая и дальше в сторону проспекта Алмиранте Рейш и районов Интенденте и Анжуш. Если идти дальше по проспекту Алмиранте Рейш, можно дойти до площади Мартин Мониж, где вечером и даже ранним утром кроме вас могут прогуливаться токсикоманы и проститутки. Хотя и те, и другие обычно ведут себя довольно безобидно. Если вы все же хотите избежать подобных встреч, лучше прийти сюда днем, поскольку здесь довольно много самых разнообразных иммигрантских магазинов, – африканских, азиатских и других.
По-настоящему нежелательными для посещения являются лиссабонские пригороды: район Кинта-да-Фонте в городке Лоуреш, где в основном, на 50 процентов, проживает молодежь, большая часть из которых – африканцы из бывших португальских колоний – кабовердианцы, гвинейцы и ангольцы, переселенные сюда из лиссабонских трущоб; здесь же неподалеку – район Кинта-ду-Мошу, где на 90 процентов обитают выходцы из Африки. Далее следуют лиссабонский город-спутник Амадора и его район Кова-да-Моура, известный своим нелегальным строительством и наркотрафиком. В принципе, если вы турист, то вам туда не надо. Но, как говорится, если что, запишите телефон службы экстренной помощи в Лиссабоне и в Португалии – 112, кстати, тот же, что и в большинстве других европейских стран.
Глава 8
Окружающая среда
Как уже говорилось, Португалия – страна со средиземноморским климатом, как, например, Испания, однако здесь сильно ощущается влияние океана, что объясняет и обуславливает многое из того, что касается в первую очередь погоды внутри страны и в прибрежных районах. Атлантический океан во многом и делает эту погоду: летом – теплую и жаркую, но вполне сносную, благодаря свежему ветру, который, как пелось в дешевой эстрадной песенке, «с моря дул», дует и в жару освежает. Но вот внутри территории Португалии температуры бывают довольно высокими. В июле, августе и сентябре они достигают сорока градусов и выше.
Жара
Встретив в Португалии не одно лето, я стал свидетелем того, что регулярно в стране случаются лесные пожары, ежегодный бич, с которым она неустанно борется. Самыми тяжелыми из жарких летних месяцев, которые до сих пор помнят местные жители, были июль и август 2003 года. В столице, которая часто бьет температурные рекорды, было 36, а на севере и в центре, в Бежа и Сантарене, расположенных далеко от моря, – сорок с лишним. Тогда общий уровень смертности в стране увеличился на треть, а из-за жары погибли 1300 человек, в основном пожилых людей. Для них, а также для детей и беременных женщин в жаркое время года здесь специально отводится телефонная линия скорой помощи, по телевидению неустанно напоминают, что на солнце надо пользоваться защитными средствами от ожогов, перегрева и т. д.
Поскольку Португалия, как и вся Европа, передвигается по жизни на колесах, существует целый ряд рекомендаций автомобилистам, которые дублируются всеми возможными средствами массовой информации: ставьте машину по возможности в тень, закрывайте панель приборов специальным солнцеотражателем, не экономьте на кондиционере, несмотря на то что он поедает и так недешевое (почти в три раза дороже, чем в России) топливо.
Есть несколько моих личных объяснений тому, почему внутри португальского дома и даже около него, всегда прохладнее, чем снаружи. И главное из них заключается в том, что он, как в сказке о трех поросятах, сделан не из соломы, что он не лубяной (деревянный, а именно из дерева по причине зимних холодов строят дома на селе в России), а каменный. Камень и кирпич лучше всего предохраняют дом от жары и сохраняют в нем холод.
В знойный сорокаградусный день португальская хозяйка не распахивает, а, наоборот, плотно закрывает все окна, ставни и двери, и от этого в нем всегда прохладно и уютно.
Холод
Португалия – теплая южная страна. Температура воздуха летом здесь не намного выше, чем зимой. В зимние месяцы при средней температуре днем в 13–15 со знаком плюс (за редкими исключениями, например, в горах Серра-да-Эштрела, где даже есть горнолыжные курорты) здесь так же зелено, продолжают расти и плодоносить лимоны и апельсины. (Зима – это сезон сбора урожая цитрусовых, когда твои истосковавшиеся по солнцу друзья просят прислать фотографию какого-нибудь апельсинового дерева во всей своей оранжевой красе.) Все это так. Но тем не менее для меня лично зимой Португалия – это еще и самая холодная страна: нигде еще в это время года я не мёрз так, как там. Днем, пока вы активны и светит солнце, холод не чувствуется, но зато ночью при плюс восьми градусах мы можете задубеть так же, как при минус 30 в России. Как выясняется, все дело во влажности, которая особенно ощущается на побережье.
А теперь – несколько цифр. По официальной статистике, за последние десять лет в Португалии от холода, точнее, по причинам,
Португальцы, как я успел убедиться, – мастера обмануть холод, точнее, идущую от океана сырость. Именно в этой стране я впервые встретил два неведомых мне ранее хитроумных приспособления для борьбы с холодом и влажностью – электрическое одеяло, позволяющее нагреть постель до того, как в нее лечь, и осушитель, или «деувлажнитель» воздуха. Этот прибор буквально вытягивает из вашей спальни влагу, в которой, как выясняется, вы спите и мерзнете. Хороший осушитель за несколько часов работы набирает в своем накопителе влаги до пары литров воды. Как результат, вы спите в сухом, теплом помещении и вам снится жаркое, солнечное лето.
Пожары
Наблюдая за летом в Португалии все последние годы, я могу казать, что буквально на глазах оно сдвинулось на один месяц вперед, то есть начинается оно по большому счёту не в июне, а в июле. Из последних лет 2018-й в этом смысле был особенно удивительным: до самого конца июня добрая половина национальных пляжей даже не устанавливали так называемые барракаши, матерчатые тенты, которые любители пляжного отдыха обычно арендуют на целый день или даже на весь отпускной месяц. Для португальцев пляж – это почти религия. К морю они выбираются и в погожие зимние выходные, не говоря уже о лете.
Начавшись, уже почти по привычке, в июле, лето робко «разгонялось» чуть ли не до начала августа, но в начале месяца три-четыре дня были действительно жаркими: во внутренних, далеких от океана районах страны температура достигала 48 градусов. Даже в стоящем на устье впадающей в Атлантику реки Тежу Лиссабоне уличные термометры тогда показывали 44, абсолютный рекорд для португальской столицы. Парадоксально, но я не раз наблюдал, что нередко даже при таких высоких температурах некоторые океанические пляжи в стране остаются закрытыми для купания: люди сюда приезжают, загорают, дышат свежим морским воздухом, но в воду не заходят – запрещено, слишком сильные, высокие и потому опасные волны. Конечно же, в жаркие летние дни все средства массовой информации предупреждают жителей об опасности обезвоживания организма, о необходимости буквально постоянно пить воду, о повышенном уровне радиации. Люди стараются следовать этим рекомендациям, но все равно, к сожалению, без жертв, особенно среди пожилых людей, в такие дни не обходится.
Самая большая опасность летней жары состоит в том, что она почти каждый год неизменно сопровождается лесными пожарами. Еще совсем недавно, летом 2018 года, горели леса в провинции Алгарве, на юге страны, в районах Моншике, Силвеш и Портиман. В Моншике пожары были особенно сильными, жильцы полутора десятков домов в сельской местности были заранее эвакуированы, два десятка человек пострадали – надышались дымом, получили тепловой удар, легкие ожоги, но, слава Богу, на этот раз обошлось без жертв, и будем надеяться, что такая жара и сопровождающие ее пожары хотя бы этим летом уже не повторятся.
В 2017 году Португалии с пожарами очень сильно не повезло. И это очень мягко сказано. Два мощных лесных возгорания – один в июне, другой в октябре – в центре и на севере страны унесли в общей сложности более ста человеческих жизней. Июньский лесной пожар в районе Педро́ган-Гранде уничтожил 11 000 гектаров реликтового соснового леса, от него пострадало две с половиной сотни человек (7 человек – серьезно) и 66 погибли. Причиной трагедии стали так называемые «сухие грозы»: это когда гремит гром, начинается дождь, но до земли он не доходит; из-за супервысокой, далеко за 40, температуры воздуха влага испаряется, так и не опустившись на землю. Сопровождает сухие грозы резкое усиление ветра, что, конечно, только способствует распространению огня. Из-за такой вот грозы с молнией в июне 2017 года загорелось огромное дерево (пожарные его потом локализовали), а от него – весь сосновый лес, посаженный еще в XIII веке. Сосны и получаемая из них смола использовались для строительства каравелл, на которых португальцы открывали новые земли и свои будущие колонии в Америке и Африке. Лес все эти годы и века, конечно, периодически вырубали, но и постоянно обновляли. Кроме прочего он всегда надежно защищал сельхозугодья центральной части страны от песка, приносимого ветром с побережья. И вот за несколько дней и ночей всё сгорело.
После пожаров 2017 года в Педроган-Гранде власти Португалии, конечно, зашевелились: стали разбираться в причинах возгораний, выяснять, почему люди оказались к ним неготовыми, почему не было своевременного оповещения об опасности, не перекрывались дороги (большинство ведь тогда погибло в автомобилях, пытаясь на скорости проехать задымленные участки). Президент Ребелу де-Соуза объявил о создании постоянной комиссии, которая будет в ежедневном режиме анализировать ситуацию с пожарами. Однако, по большому счету, стоит сказать, что пока правительство страны эффективно бороться с пожарами так и не научилось.
Экология
Россияне хорошо помнят еще совсем недавние многочисленные истории с пригородными свалками, то, как они становились поводом для народных протестов и волнений. Сегодня эксперты говорят, что в ближайшее время ситуация со свалками и особенно с мусоросжигательными заводами обернется, по крайней мере, для Москвы и области настоящей экологической катастрофой. Послушайте или почитайте, что на этот счет в интервью «Эху Москвы» говорил экс-депутат Госдумы Геннадий Гудков: «Мусоросжигательный завод вырабатывает боевые отравляющие вещества, которые долго использовались, когда еще не было запрета на химическое оружие, двумя армиями мира как боевое отравляющее вещество – это армия США и армия Израиля. Это диоксины».
Так как с этим у них?
В Португалии со сжиганием мусора и его переработкой, как выясняется, тоже не все благополучно. Если коротко, то проблема заключается в том, что, сжигая неотсортированный мусор, например на двух главных перерабатывающих заводах под Лиссабоном и северной столицей страны городом Порту, сгорает довольно большой процент пластика, стекла и бумаги, что серьезно вредит атмосфере, создавая так называемый парниковый эффект. Эксперты говорят, что переработка мусора путем его сжигания при таких условиях, благодаря которой производится электрическая энергия, тем не менее не может рассматриваться как такие виды обновляемой энергетики как гидро-, ветряная и солнечная, а поэтому не может финансироваться в сопоставимых объемах.
И тем не менее в XXI век Португалия вступила без организованных свалок под открытым небом. Решение избавиться от них в рамках Стратегического плана по утилизации твердых мусорных отходов было принято во второй половине 1990-х правительством Жузе́ Со́кратеша и претворено в жизнь в течение непростых для отрасли пяти лет и 28 дней, на которые, как иронически заметил тогда премьер, его реализация выбилась из намеченных сроков. Это не означает, что сейчас в Португалии невозможно наткнуться на спонтанно сваленный мусор где-нибудь в лесной полосе или поблизости от промышленной стройки. К сожалению, такое встречается, только это будет нелегальная свалка, на которую можно пожаловаться в экологическую полицию или сообщить на сайт общественной организации «Очистим Португалию», где публикуются карты подобных объектов и где строго за этим следят. К концу 1996 года в стране существовало и процветало 340 (назовем их «классическими») привычных нашему взору свалок, 13 – так называемых санитарных свалок, где мусор не просто сваливался, а обрабатывался и утилизировался (хотя тогда это было бо́льшей частью лишь на бумаге) и пять станций по производству компоста или органического перегноя, который использовался в качестве удобрения. За означенную «ударную пятилетку» все свалки в стране были закрыты, и вместо четверти всех отходов Португалия начала тем или иным способом перерабатывать все 100 процентов производимого ею бытового мусора, из которого «каждый божий португалец», живущий под небесами, исправно и буквально «выдает на гора» в среднем по полтонны в год: до этого перерабатывалась лишь мизерная часть отходов, в основном стекло.
За деятельностью центров по обработке мусора внимательно следит государственная служба экомониторинга, чтобы выбросы в атмосферу и почву не превышали установленных пределов. Интересно, что эти же службы и распределяют контракты на утилизацию производимого здесь сырьевого полуфабриката – аккуратных брикетов из пластмассы, железа, алюминия и других цветных металлов, которые формируются по окончании процесса селекции и обработки мусора. Процесс раздачи контрактов, при котором главный критерий – это экологичность производства, осуществляется обычно в конференц-зале Центра и напоминает нечто среднее между аукционом, работой трейдеров на бирже или даже птичьим базаром. И на эту с позволения сказать «свалку» слетаются не галки и вороны, а уважающие себя и свое дело бизнесмены. Только, как уже говорилось, проблема парникового эффекта и диоксинов далеко не решена, и в этом смысле Евросоюз – еще одна инстанция, которую в Лиссабоне побаиваются даже больше, чем собственных экологов.
Глава 9
Выпить-закусить?
Как говорилось чуть ранее, за столом португальцы не только едят, но также пьют и выпивают. Точнее, они запивают еду водой, соком, пивом, ставшим последнее время популярным сидром или вином – от так называемого не созревшего «зеленого», до белого, розового и красного. Сейчас, когда в России многие из числа людей среднего и высокого достатка переходят на вино, несмотря на его относительную дороговизну, отказываясь от условной водки, на этом, казалось, не стоило бы заострять внимание. Но ведь раньше, еще не так давно типичный русский стол кардинальным образом отличался от португальского. Помимо наполнения одного стола – острые закуски, соленья, наваристый суп, плотное, часто мясное, второе блюдо, с одной стороны, и сезонного салата, морепродуктов, легкого овощного супа-пюре, свежей рыбы – с другой – различалась и последовательность, то есть порядок потребления всего этого прекрасного как в одном, так и другом случае гастрономического изобилия: россиянин, повторюсь, раньше и преимущественно сначала выпивает, а потом эту выпивку с удовольствием закусывает. Португалец же – всегда – сначала кладет кусок пищи в рот, жует и потом запивает. И это не менялось долгие столетия.
«Винная» трапеза, если мы отложим в сторону воду и соки и возьмем напитки, содержащие тот или иной процент алкоголя (исключая крепленые вина), только на первый взгляд ничем особым не отличается от «водочной». Среди наших знакомых, я уверен, мы с вами в равной степени найдем приверженцев как одного, так и другого стиля потребления.
Многие европейские медики утверждают, что первый вариант менее губителен для организма человека, чем второй. Хотя тут же они оговариваются, что к алкоголикам в средиземноморских странах относятся уже те, кто регулярно потребляет три бокала вина или три «дозы» крепкого напитка в день (среди португальцев процент таких людей довольно высок), или приводят примеры так называемого пивного алкоголизма, особенно среди молодых людей. Поэтому предлагаю оставить эти не слишком научные рассуждения, а лучше посмотреть на этот вопрос, что называется, трезвым взглядом. Но сначала давайте поговорим о том, как и что в Португалии можно вкусно и не слишком дорого поесть.
Португальская кухня. Что заказать в ресторане?
Очень рекомендую попробовать ameijoas (À Bulhão Pa
Перед едой, до всего, приносят couvert – хлеб с сардинным паштетом, маслом, сыром и еще какой-то мелочью, чтобы скоротать время в ожидании блюда. Можно есть, можно не есть (тогда – посмотреть, чтобы не включили в счет). Обычно есть очень хочется, поэтому это съедается в ожидании блюда. Обслуживают обычно быстро.
Салаты как отдельную закуску можно не заказывать, так как помидоры, огурцы, лук и т. д. подаются и к блюду тоже.
Нужно обязательно попробовать bacalhau à portuguesa (-lh – читается как – ль-), треска по-португальски, готовится из соленой трески из северных морей, отмачивается, жарится, подается с картошкой, иногда в мундире. Может быть солоноватой (попросите, чтобы отобрали не слишком соленый кусок, они понимают, что вы разбираетесь, уважают). Скажем, Cataplana, большое блюдо, обычно на двоих, в медной двустворчатой кастрюле, вполне сойдет на троих и еще останется, в хорошем месте заказывается заранее, так как готовится относительно долго – рис с морепродуктами или иногда с мясом, на выбор.
Кроме этого в следующий раз нужно будет попробовать еще одно удивительное блюдо, которое тоже стоит заказать чуть заранее или приготовиться посидеть в ресторане, ожидая его, не менее часа – Caldeirada. Калдейрада тоже бывает рыбной и мясной. Лучше для начала попробовать первую, из нескольких сортов рыбы, с овощами, ракушками и пр. Делается на двоих, но часто хватает и на трех человек.
Еще одна рекомендация: Sardinhas (-nh – читается как – нь-) – сардины, относительно недорогое блюдо, но много возни с мелкой рыбешкой, на любителя.
Из рыб вообще: хороша доурада (по-португальски так и звучит), могут предложить выбрать на витрине во льду, выбирайте. 10–12 евро за блюдо. Еще лучше – robа́lo (сибас, морской окунь), чуть дороже.
На юге страны, куда в августе обычно устремляются отпускники со всей Европы, также умеют хорошо делать Arroz de marisco, рис с морепродуктами.
NB: Калдейрада, рис с морепродуктами, и катаплана часто готовятся на двоих. В некоторых ресторанах они приготавливаются минут 20–30, до подачи можно размяться «зеленым» вином и кувером.
На севере, в Порту, Браге и других местах, обязательно попробуйте Tripas à moda do Porto, мясное ассорти с копченостями и белой фасолью.
Стоит знать, что трипаш готовятся по предварительному заказу, и в абы каком ресторане их не встретишь, нужна небольшая «рекогносцировка». Не путать с трипаш, что продают километров на сто южнее, в Авейру, где это – сладкая выпечка.
В разных частях страны также подают Leitão – молочного поросенка. Тоже нужно заказать его заранее, лучше еще днем. Обычно они начинают «выползать» из печки после семи.
Плохих вин в Португалии не бывает, если только в магазине оно не стоит 1 евро за бутылку или даже меньше (хотя такое вино можно купить для готовки).
Хорошие вина начинаются от 2–3 евро и дальше (7 – уже перебор, платишь за крутую бутылку, этикетку, название, но не всегда – за содержимое). Советую покупать вина в больших сетевых супермаркетах, где на дорогие вина часто бывают скидки.
Verdes-зеленые (несозревшее вино, слегка газированное само по себе):
• Casal Garcia хорошо для того, кто еще не пробовал верде, его обычно предпочитают иностранцы.
• Alvarinho (чуть сладковатое).
На любителя, но многие, наоборот, предпочитают именно его – verde tinto, верде красное (молодое-красное, мало в какой другой стране встречается).
Вообще – белое будет branco, а красное соответственно – tinto.
Под мясо, вечером, хорошо идут все вина из провинции Douro (река на севере, на которой стоит Порто) и Dão, белые или красные. Хорошее вино (из тоже хороших) – Grão Vasco.
Перейдем к пиву (cerveja). Выбор сортов небольшой: Sagres, Super Bock. Можно еще попросить пиво «с руля», разливное (в отличие от бутылочного) – сerveja «imperial».
Из крепкого – все местные настойки (не ликеры). Попробуйте Medronho, настойку на плодах земляничного дерева. Еще очень неплох яблочный бренди Macieira.
Из ликеров очень вкусный, на вишне, особенно в городке Обидуш, откуда он происходит, – Ginja. В других частях страны этот ликер тоже можно покупать, но жинжа из О́бидуша менее приторная на вкус. Если покупать и везти в Россию, это самая лучшая из них. Внутри бутылки плавают вишенки.
Пей, но знай меру
Такая проблема в Португалии тоже существует. За последние несколько лет тема потребления алкоголя в первую очередь среди молодежи рассматривалась здесь на национальном уровне дважды. До 2013 года в стране действовал закон, согласно которому крепкие спиртосодержащие напитки могут продаваться молодым людям, достигшим 18-летнего возраста, а с 16 лет позволяется приобретать слабоалкогольные, такие как пиво или, скажем, джин-тоник. После ряда исследований, проведенных португальской службой алко- и наркоконтроля, которая тщательно проследила за тем, каким образом в молодежной среде употребляется алкоголь, слабый или крепкий, было принято решение, что такая возрастная дифференциация между 16- и 18-летними ни к чему хорошему не приводит и от такого явления, как пьянство среди малолетних, отнюдь не избавляет. Проще говоря, в большинстве случаев первая категория тинейджеров накачивалась пивом точно так же, как вторая напивалась крепкими и креплеными напитками. Результат налицо и «на лице» был одним и тем же, и назывался он «алкогольная интоксикация». Поэтому с июля 2015 года, без вариантов,
Здесь уже не раз говорилось, что Португалия – страна выпивающая, причем весело, регулярно и последовательно. Бутылку вина приемлемого качества здесь при желании можно купить по цене дешевле литрового пакета молока. По данным Всемирной организации здравоохранения, эта страна занимает опасно высокое – 10-е место по, скажем так, алкоголизации населения, потребляя в среднем по 12,5 литров спиртового эквивалента в год на человека. При этом Португалия уступает таким «рекордсменам» в этом виде спорта, как Молдавия (с ее 17 литрами «на нос») и дальше, по убыванию, – Белоруссия, Литва, Россия, Чехия, Сербия, Румыния и Словакия. Особняком в этом списке, ближе к концу, стоит лишь Австралия, а в остальном, как это ни странно (а может, наоборот, показательно), все это, как бы мы сказали раньше, – сплошь страны бывшего «социалистического лагеря».
Но вернемся к Португалии и к еще некоторым цифрам: в 13-летнем возрасте более 90 процентов португальских подростков уже пробовали слабый алкоголь, то есть вино или пиво. Ни один ужин, за редким исключением, не обходится у португальцев без вина. Для детей с малых лет вино на столе, бесконечное и страстное обсуждение взрослыми его вкусовых качеств – почти такой же привычный атрибут вечера, как для россиян – передача «Спокойной ночи, малыши». С одной стороны, в этом мало плохого: вино для подростка не является запретным вожделенным продуктом. Но с другой – потреблять его здесь начинают в гораздо более раннем возрасте, чем в других странах. И это диктует необходимость ввода разного рода ограничений, прежде всего для молодежи. Помимо 18-летнего возрастного барьера, о чем мы уже говорили, это еще и запрет на участие публично известных молодых людей до 21 года (в том числе, что интересно, тех, кто не выглядит на этот возраст) в рекламе пива, вина и крепкого алкоголя. Помимо прочего это также запрет на соответствующую рекламу в предназначенных для подростков печатных изданиях, фильмах, радиопрограммах и так далее. Это, конечно же, возрастной и фейс-контроль в разного рода питейных заведениях, проверка на алкоголь водителей, особенно в вечерне-ночное время, и буквально с прошлого года запрет на ночную торговлю алкоголем на автозаправочных станциях. До самого недавнего времени по всей Португалии в маленьких магазинах при бензоколонках ночью, когда супермаркеты уже закрыты, вино еще можно было купить всегда: сейчас это возможно только до полуночи и после восьми утра.
«Индекс борща»
Я много раз слышал, что уровень жизни в стране определяется индексом биг-мака или борща, то есть показателем того, сколько стоит в этой стране съесть упомянутый бутерброд с котлетой или наваристый суп, которые позволят насытиться и утолить голод. Мол, остальное – это баловство, излишества, изыски и прочее.
Для приготовления борща, который послужит для нас точкой отсчета средних затрат на продукты питания, в Португалии есть все необходимые ингредиенты, так что мы можем отправиться в один из магазинов сети
По примеру украинских исследователей издания «Инфографика», опубликовавших тревожные цифры о повышении стоимости составляющих для кастрюли борща на 3–4 человека, попробуем сделать то же самое в Португалии.
Полкило картофеля обойдется нам здесь в 50 евроцентов, сетка сырой (не сваренной заранее) свеклы с пометкой «без ботвы», будет стоить полтора евро, необходимое количество моркови (грамм триста) обойдется в 20 центов, лук (сто грамм) – примерно 80 центов, мясо (около килограмма говядины) – 4 евро, и далее по мелочи: лавровый лист, томатная паста – полтора евро, и наконец очень важная составляющая борща, эдакая «вишенка на торте» в виде щедрой сметаны в тарелке. Куда же без нее?
До последнего времени в Португалии с нею было бы сложнее всего, пришлось бы ехать за 50 км в соседний город, в так называемый украинский магазин, где есть все привычные и дорогие сердцу продукты (производимые, кстати, в основном в Германии). Но с недавнего времени в том же упомянутом ранее «Континенте» можно купить аналог сметаны, который здесь обозначается как Nata fresca, свежие сливки. В итоге кастрюля борща в Португалии, самой западной стране Европы, нам обойдется в 10 евро или семьсот пятьдесят рублей (по курсу 2019 года). По сравнению с Украиной, если верить исследователям, в два с лишним раза дороже. Проводя такую параллель, не учитывая других факторов, выходит, что многовато.
Я подумал, что, может, все дело в нетрадиционности перечисленных продуктов для Португалии, и решил условно собрать аналогичный рецепт знаменитого здесь «супа из камня»: это нечто похожее на российскую «кашу из топора» – густая наваристая похлебка из мяса, колбасок типа охотничьих, грудинки, свиных ушей, овощей и довольно часто еще всякой съестной всячины, что есть в доме. Получается очень вкусно. В португальских деревнях домохозяйки, кстати, на дно кастрюли с варевом по-прежнему, согласно давней традиции, кладут камень, который после приготовления супа вынимают. В ресторанах, правда, это уже запрещено недавними пищевыми стандартами Евросоюза. Суп из камня на четверых тоже вышел относительно дорогим – 12 евро.
Португалия, как известно, не самая богатая страна Евросоюза, по доходам на душу населения она находится почти ровно по середине соответствующей таблицы. Минимальная зарплата с отпускными и рождественской субсидией здесь составляет 650 евро (для сравнения, в Испании – 750 евро, в Болгарии – 250). И все-таки, даже минимальный размер оплаты труда позволяет португальцами полноценно питаться, конечно, подыскивая подработку, не шикуя, считая и экономя деньги. Прибавив к этому солнце почти круглый год, практическое отсутствие зимы и потребности в дорогой теплой одежде, можно прийти к выводу, что, как говорится, «жить можно».
Треска – всему голова!
Как-то было подсчитано, что почти 80 процентов португальцев на рождественский ужин готовят треску по одному из более чем тысячи (!) существующих рецептов. Про португальцев даже иногда говорят, что они едят одну треску. Конечно, это не так. Пионерами, открывшими ее для мира в древнейшие времена, были викинги. Нехватка соли, которая была тогда единственным доступным консервантом, позволявшим сохранять продукты длительное время, побудила их вялить рыбу на открытом воздухе, пока та не становилась твердой, потеряв пятую часть своего изначального веса. Что касается португальцев, то первые упоминания о ловле и консервации трески на Пиренейском полуострове относятся к середине XIV века. Веком позже, с началом эпохи Великих географических открытий, возникла необходимость заготавливать рыбу для долгих многомесячных походов за моря-океаны. И соленая, высушенная на солнце треска подходила для этого как никакая другая рыба. В 1500-х годах начался промышленный отлов трески в северных морях, в акватории ныне канадского острова Ньюфаундленд (португальцы называли его на свой манер – Терра Нова, «новая земля»), а также у побережья Гренландии. Треска в тех водах водилась в огромных количествах, так что иногда небольшие одноместные рыбацкие суда с трудом пробирались сквозь косяки рыбы.
Чтобы доставить ее назад в Португалию в целости и сохранности, треску тут же в северных водах потрошили и засаливали. Караваны португальских рыболовных баркасов, а позже – более внушительных по размерам парусников домой сопровождали британские корабли, обеспечивая им защиту в обмен на все ту же соль, добывавшуюся тогда и сегодня на обширных солончаках в районе портового города Авейру, в центральной части страны. Примечательно, что в течение следующих столетий, вплоть до первой трети XX века, Португалия была вытеснена из промысла трески конкурентами – Испанией и Англией. Мадрид и Лондон часто враждовали между собой, оспаривая первенство и контроль над этим важнейшим для того времени источником пополнения государственной казны. Не раз дело доходило и до так называемых тресковых войн.
Поделиться книгой: