Помоги проекту - поделись книгой:
В тусклом свете химических элементов сложно было что-то разглядеть дальше пары шагов. Но даже так я умудрился едва не наступить на скелет, сидящий на полу, привалившись к стене. Едва успел отдернуть ногу да отскочить, выхватывая топор, хорошо проявивший себя в деле дробления костлявой нежити. Однако этот покойник вёл себя на редкость тихо и нападать не спешил. Немного подождав и успокоившись, я подошёл поближе, рассматривая находку.
На самом деле ничего странного в том, что я его не заметил, не было. В отличие от встреченных ранее, этот мог считаться богатым женихом, поскольку был облачён в подобие монашеской рясы. На ногах виднелись кожаные чуни, а на коленях лежала сумка, в которую покойник вцепился обеими руками. Пусть время не пощадило шмотки, но это всё же были не рваные тряпки.
Да и скелетом его было называть неправильно. Скорее, передо мной сидела мумия, просто усохшая до невозможности. Кожа обтянула костяк, став белой как бумага, вот и казалось, что это ещё одно пособие из класса биологии. Отчего бедняга умер неясно. Никаких незапланированных природой образований, вроде меча, торчащего из груди, в теле не было. Ну а если на нём и имелись какие раны, то без тщательного осмотра обнаружить это было невозможно.
С другой стороны, причина смерти данного индивида волновала меня лишь постольку-поскольку. В частности, не хотелось бы подхватить какую болезнь или смертельное проклятие. Однако Система не подавала никаких сигналов, хотя я уже активировал боевой интерфейс. Здоровье тоже оставалось на прежнем уровне, короче, покойник оказался самым что ни наесть обычным и не спешил вцепляться в меня с хрипом: «Мозги-и-и!»
Зато у него была весьма интересная сумка. Вот она выглядела как новая, кожа даже не потрескалась от старости и сухости. При атмосфере, в которой труп высох и мумифицировался, вряд ли это было возможно без магии. А всё, что с ней связано, меня чрезвычайно интересовало. Ну а чего, бить морду я и так умею, и не думаю, что местное рукопашное и фехтовальное искусство развито сильнее, чем на Земле. Пара тысяч лет развития умения убийства ближнего своего с помощью заточенных железяк точно сделают специалистом в этой области. Так что в этом смысле я за человечество не волновался, но вот магия и прочие паранормальные способности были совсем другим делом.
До появления Системы девяносто девять целых и девять десятых всех колдунов в пятом поколении и прочих белых, чёрных, зелёных и серо-буро-козявчатых в крапинку магов являлись шарлатанами, наживающимися на наивности людей и вере в чудо. Одну десятую я оставлял на всякий случай. Всё же непознанного на нашей планете ещё хватало. Однако сейчас магия стала реальностью, а значит, сильней будет тот, кто лучше ей овладеет.
На данный момент я был аутсайдером, проигрывая любому существу мира, в котором магия правила бал. А значит, необходимо было максимально быстро ликвидировать отставание, либо компенсировать его иным методом. Например, за счёт артефактов и зачарованных вещей, дающих защиту от заклинаний противника. Так что данная сумка была для меня чрезвычайно важным трофеем.
Убрав оружие, я подошёл к трупу. Опасения до конца не покинули, так что начал я с того, что слегка пнул покойника по ноге. Тело перекосило, на нервяке я слегка перестарался и не учёл, что мумия практически ничего не весит, но никаких признаков жизни, ну, или нежизни оно так и не подало. Воодушевившись, я ухватился за сумку, стараясь выдернуть её из мертвых рук.
А вот это оказалось не так просто. Умерший, кем бы он ни был, похоже, весьма дорожил этой вещью, ибо вцепился в неё так, что даже через много лет вырвать сумку оказалось весьма непросто. Мёртвые пальцы впились в кожу и не хотели отпускать собственность даже после смерти. Дёрнув пару раз и не добившись результата, я достал нож, с сомнением оглядывая покойника и не зная, как поступить.
Рубить конечности мертвяка не хотелось. Кто-то мог бы назвать меня чистоплюем, но я считал надругательство над умершим чем-то постыдным. Недостойным нормального человека. Одно дело — забрать что-то, что может послужить живым, и совсем другое — ради этого кромсать покойника. Подобное попахивало мародёрством и грабежом могил. А это не наш метод.
Однако и оставлять добычу я не собирался. Поэтому пришлось аккуратно пропихивать лезвие под каждый палец и отгибать его, высвобождая сумку из мёртвых рук. Не самая приятная работа, надо сказать. Оставалось лишь надеяться, что оно того стоило. По крайней мере, Опознание на сумке не сработало. То ли, пока была у мертвяка, она считалась его собственностью, то ли предмет имел слишком высокий уровень, но это лишь подзадоривало жажду получить данную вещь.
Из-за того что я старался действовать аккуратно и наносить минимальный вред телу, работа шла медленно. Но всему приходит конец, вот и сейчас я отогнул последний палец и почувствовал, как сумка поддаётся. Последний рывок – и она была у меня в руках. Наконец я смог подробно рассмотреть добычу.
С виду ничего необычного не было. Больше всего сумка напоминала те, что делают для ноутбуков, разве что была чуть уже. Кожа высокого качества лоснилась под руками, и не скажешь, что она пролежала в пещере неизвестно сколько времени. Перекидной клапан, закрывающий горловину, украшен тиснением, однако подробности в тусклом свете химических фонарей разглядеть невозможно. Фиксировался он тонкой кожаной бечевой, пропущенной через кусочек кости. Эдакий предтеч пуговиц. Широкий, удобный ремень позволял носить сумку на плече, однако его можно было снять с металлических колец и просто закрепить ту на поясе.
Самое интересное, что Система так и не дала мне опознать вещь. Хотя в остальном работала исправно, я специально запустил боевой интерфейс, а затем идентифицировал пару вещей из кольца, выбирая разные по типу и происхождению. Табличка с пояснениями исправно появлялась над ними, но напрочь игнорировала трофей. Забавно и непонятно, но ничего особого в подобном я не видел. Мало ли какие требования надо выполнить, слишком мало я знаю, чтобы с уверенностью судить, аномалия это, или просто я нубас.
Мысленно сделав пометку в столице прояснить этот вопрос, чтобы в дальнейшем не ломать голову, я принялся развязывать шнурки застёжки. Конструкция была непривычной, к тому же таких узлов я тоже никогда не видел, так что дело шло небыстро, но и особо надолго не затянулось. Пара минут — и я откинул клапан, осторожно заглядывая внутрь. Ну а что, мало ли, чего там может быть. Осторожность никому ещё не вредила.
Однако оттуда на меня никто не кинулся. Зато я сумел понять, что почти всё пространство сумки занято книгой в кожаном переплёте. Никаких надписей, по крайней мере, на корешке не было, да я и сомневался, что сумею что-нибудь прочесть. Однако находка меня чрезвычайно заинтересовала. Ибо информация никогда не бывает лишней. И даже если сейчас я не могу прочесть данный фолиант, это не означает, что так и останется. Так что я ухватил книгу, намереваясь достать… и тут же рухнул на колени, зажимая уши руками.
Дикий визг буквально ввинчивался в мозг, разрывая его на куски. Казалось, ещё секунда — и барабанные перепонки лопнут, а глаза вылетят из глазниц, залив пещеру содержимым черепной коробки. Я завыл от боли, корчась в судорогах, но в то же мгновенье адская пытка закончилась, оставив после себя слабость и цветные круги перед глазами. Поверх них возникла надпись.
Едва смысл слов дошёл до мозга, я вскинулся, судорожно оглядываясь вокруг. И замер, глядя на призрака, парящего над трупом, у которого я недавно забрал сумку. Если присмотреться, можно было уловить некую схожесть между первым и вторым, в частности, оба были обряжены в одинаковую одежду, похожую на монашескую рясу. Вот только у покойника не было пальцев, больше похожих на ножи, и лица, состоящего из одного огромного рта. С таким хлебальником немудрено так орать. Я сосредоточился, и над привидением выскочила табличка:
Приехали! Трясущимися руками я выхватил один из метательных ножей и тут же отправил его в противника. Сам при этом принялся отползать спиной вперёд, стараясь не терять призрака из виду. Однако иконки дебафов всё ещё висели, в глазах двоилось и вообще меня колбасило не по-детски. Так что острая железяка бесполезно звякнула об стену где-то в метре от цели, зато для баньши это послужило сигналом к атаке. Она кинулась вперёд, вытянув лапы… и пролетела сквозь меня.
По телу разлился могильный холод. И здоровье просело на добрую четверть. Однако и для самого призрака атака не прошла даром. Его полоска жизни тоже сократилась, пусть и меньше, чем у меня. А главное, на бестелесной духе появились прорехи. К тому же тварь заголосила. Не так, как раньше, а просто громко и противно, будто от боли. Хотя, если подумать, разве мёртвые могут её чувствовать?
Видимо, мне попался неправильный призрак, потому что больше он через меня не пролетал, а начал кружить, осыпая ударами пальцев-ножей. К счастью, к этому времени дебафы уже спали, хватило той задержки, пока баньши отходила после первой атаки. Так что я не валялся битым зверем, а вполне шустро скакал по пещере, стараясь уворачиваться от ударов.
Поначалу получалось так себе, всё же в маневренности наши возможности были несопоставимы, однако я довольно быстро вычислил алгоритм действий призрака, и тут же наносимый им урон значительно снизился, хоть здоровье уже приближалось к половине. Баньши старалась зайти со спины, делала рывок над головой и оттуда кидалась вниз, полосуя когтями. Так что было достаточно подождать рывка, затем прыгнуть вперёд, разрывая дистанцию и уходя из зоны поражения. Догонять она почем-то не спешила. И не скажу, что меня это расстраивало.
Однако не всегда я успевал уйти от удара, и здоровье хоть и медленно, но ползло вниз. Кроме того, несмотря на то, что шкалы усталости не было, я всё же выматывался. Больше морально, но всё же начинал совершать ошибки. А вот призрак, похоже, только разогревался. По крайней мере, рывки становились всё резче, а паузы меньше. Нужно было что-то делать, но что именно я не понимал.
Успел применить и «Шоковый выстрел», и «Быструю стрельбу», но не нанёс даже единицы урона. «Определение слабого места» тоже ничего не показало. В принципе, я ожидал чего-то подобного, всё же пометка «бестелесный» как бы намекала. Однако надеялся, что умения будут действовать, но реальность оказалась жестока. Видимо, требовались чисто магические атаки, а вот с ними у меня был полный швах.
Нет, оставалась ещё склянка с «Ледяным вихрем». Вот только применять её в пещере было равносильно изощрённому самоубийству. В кольце, правда, имелись ещё какие-то пузырьки с более слабыми аналогами, но их, по совету Дахара, я убрал подальше до тех пор, пока не пойму принцип применения. «Вихрь» же оставил в качестве оружия «последней надежды». С муравьями сработало. А вот с баньши вряд ли выгорит.
Но и призраку, похоже, надоела наша игра в кошки-мышки. Либо, что более вероятно, откатилось умение. Он завис на высоте полутора метров над землёй и словно начал раздуваться. Надеяться на то, что он сейчас лопнет, было глупо, а вот второе попадание под крик баньши я вряд ли переживу. Здоровье упало ниже сорока процентов, и восполнить его было нечем.
Поняв, что сейчас решается судьба, я принялся швыряться во вражину всем, что мог найти в карманах и разгрузке. В приведение полетели ножи, топор, пули для рогатки, оставшиеся химические фонари, зажжённые и нет, — всё, до чего я мог дотянуться. И для меня стало полной неожиданностью, когда после очередного попадания баньши дёрнулась всем телом, сбивая каст, и в её бесплотном теле появилась очередная, будто прожжённая, прореха.
Я опустил взгляд, рассматривая, что такое зашвырнул. В кулаке оказался один из шаров Бао Динга. Их я так и держал в разгрузке для медитации и ускорения восстановления маны. Вот, похоже, одним я и зарядил в летающую нежить. А вторым не успел. И слава Богу!
Вот как! Как я мог о них забыть?! Ведь ещё в первый раз, когда увидел, какой урон они наносят бестелесным существам, обрадовался, что рояль подвалил и теперь никакие духи не страшны. И каждый день крутил их в руках, медитируя или восстанавливаюсь. Но когда пришла нужда, напрочь забыл и бегал тут, изображая бешеного зайца. А ведь баньши уже поранилась об них, когда пролетела сквозь меня. Мог бы догадаться, что здоровье у неё упало не просто так.
Плотно зажав шар у кулаке, я выхватил оставшиеся химические фонарики, ломая их, и швырнул туда, где предположительно мог упасть второй шар. В пещере не стало светло как днём, но что-то разглядеть на полу уже было можно. Баньши, похоже, догадалась, что я хочу сделать, но теперь пришла моя очередь атаковать. Выставив вперёд руку с шаром, я кинулся к призраку, нанося боковой удар в его бестелесную плоть.
Кисть словно обожгло холодом, и жизнь разом упала на пять процентов, но вражине досталось гораздо больше. Удар словно вырвал из нее значительный кусок, и здоровье опустилось до половины. Тварь отшатнулась и метнулась на дальний конец пещеры, завывая и вереща. За всё время боя я не слышал от неё таких звуков, так что можно было с уверенностью сказать — достал.
Долго искать второй шар не пришлось. Он лежал под стеной, поблёскивая в ярком свечении световой палочки, упавшей рядом. Я подхватил потерю и, сжимая кулаки, направился прямиком к баньши. Пришло время расплаты. Отпускать призрака я не собирался, даже если и стал невольным виновником его появления на свет. Точнее, в этом случае тем более. Нечего плодить разных мстителей, жаждущих моей смерти. Будем решать проблему кардинально.
Следующие десять минут опять были похожи на игру в кошки-мышки, только роли поменялись. Теперь я гонял летающую нежить по всей пещере, нанося удары в бестелесную оболочку. Кулаки обжигало холодом и здоровье падало, но призраку приходилось гораздо тяжелее. Каждое попадание вырывало у него кусок тела, заставляя верещать от боли. И нет, мне не было его жалко. А нечего быть таким жадным. Помер так помер, тебе всё равно на том свете эта сумка была не нужна. А живым пригодилась бы. Так что не я начал эту войну, но я собирался её закончить.
Видимо, призрак думал так же. Потому что в какой-то момент, когда и его, и моё здоровье колебались на уровне последних десяти процентов, развернулся и с завываниями кинулся на меня, видимо, собираясь сдохнуть, но забрать противника с собой. Вот только в мои планы подобное не входило. Ну, как минимум сегодня. Так что я в последний момент кинулся плашмя на землю, пропуская баньши над собой, а сам ударил обеими руками ей в тело, развеивая остатки. Ослеплённая болью нежить не успела среагировать и с диким воплем рассеялась в пространстве, оставив после себя лишь ощущение дикого холода. А так же табличку:
Некоторое время я просто лежал, не в силах поверить, что всё закончилось. Затем ползком добрался до стены, вынул из кольца изотермическое одеяло и замотался в него как мог. Лишь затем принялся доставать дрова для костра. Нужно было согреться и поесть, чтобы восстановить очки жизни. Благодаря Дахару и Сари с пищей у меня был полный порядок, даже пирожки имелись, так что дальше я работал, жуя один за другим.
На восстановление ушло около часа. Плотный обед, совмещённый с ужином и завтраком, вернул меня в норму. Хотя согреться получилось не сразу. Могильный холод, сковавший тело, явно имел потустороннюю природу, хотя, может, это была игра разума. По крайней мере, Система ничего особого не показывала.
И лишь отдохнув и собрав раскиданное по всей пещере барахло, я вновь взялся за виновницу моей возможной гибели. Сумка лежала там же, где я её бросил, возле ног покойника. Устроившись у костра на одеяле, я смело вытянул фолиант, надеясь, что тот стоил перенесённых мучений. Книга поддалась легко, выскользнув наружу, как кролик из норы.
Не скажу, что её внешний вид меня воодушевил. Переплёт был выполнен из чьей-то кожи, ободранной кусками и сшитой прямо тут грубыми стежками. В одном месте виднелись зубы, и я надеялся, что это просто декоративное украшение. Обложка была испещрена непонятными знаками, слабо светящимися зеленью в темноте. И это не был отсвет химических фонариков. Символы слабо пульсировали, словно там, под обложкой, билось сердце.
Прямо скажем, видок у книги был тот ещё. Однако останавливаться на полпути не в моих правилах. Если книга окажется опасной – просто сожгу её, благо костёр рядом. Но если не загляну внутрь, любопытство жизни не даст. Так что я решительно взялся за металлическую застёжку, сковывающую обложку… и отшвырнул фолиант в сторону, когда в воздухе раздалось:
– А кто это тут балуется?! А ну положь на место! Ходють тут, хватают руками, власти ищуть. Не про тебя мои знания! Не пущу!
Ну, началось… Книги со мной ещё не говорили. Хотя радует одно — сейчас я нахожусь в магическом мире, щедро приправленном псевдорпг Системой. То бишь, происходящее если и выбивалось из местной реальности, то не так сильно, как на Земле. Там бы мне был только один путь — в дурку.
Кроме того, моя психика была закалена тоннами прочитанной фантастики, и я точно знал, что в магических мирах возможно всё что угодно. На то они, собственно, и магические. Это Система меня немного с мысли сбила, поскольку уж слишком напоминала компьютерную игру, но если посмотреть шире, само существование кошколюдей-нэко противоречит здравому смыслу. Гибрид животного и человека, где от первого достались, по сути, лишь декоративные детали, типа хвоста и ушей, вряд ли возможен где-либо ещё. Да и смысла не имеет по большому счёту, ибо по боевым качествам практически ничем не отличается от чистого человека. Но не мне жаловаться.
Я поймал себя на мысли, что специально оттягиваю время, чтобы не разбираться с возникшей проблемой. А в том, что сделать это придётся даже сомнений не было. Судя по всему, я нашёл, откуда тут взялась поднятая нежить, да и призрак тоже явился не просто так. Все они охраняли именно эту разумную книгу.
Вот только я совершенно не знал чего делать и чего можно ожидать от подобной находки. Стоит радоваться или пора доставать дрова, чтобы сжечь её, пока я сам не обернулся какой-нибудь тварью. Мои знания об этом мире ограничивались парой вечеров разговоров с Дахаром, в которых мы касались лишь самых общих вопросов. Устройства государств там и прочих общеизвестных вещей. Да и то, большинство из них рассматривалось слишком поверхностно, лишь бы не выглядеть полным кретином. Так что сейчас мне предстояло выкручиваться самому в меру сил и возможностей.
– Прошу прощенья, что потревожил ваш покой, уважаемая книга, — не зря мудрые говорили, что ничто не стоит так дёшево и не ценится так дорого, как обычная вежливость, вот и я для начала решил просто поговорить. — Дело в том, что на меня напал призрак погибшего здесь человека, вот я и подумал, что раз уж победил, то могу рассчитывать на трофеи. К сожалению, я не знал, что у него в сумке лежите вы.
— Ну-ка, подойди поближе, — голос, исходящий от книги, явно принадлежал женщине. — Хм, действительно, ты не малыш Аль-рахим. Значит, ты один из воинов ордена Парящей Звезды? Вы всё-таки нашли нас…
— Ну, как бы не совсем. Точнее, совсем не оттуда, – я поскрёб затылок, размышляя, как бы понятней рассказать свою историю, при этом не вдаваясь в подробности. Скажем так, я не местный, попал сюда случайно и даже не знаю, кто такие Аль-рахим и этот ваш орден.
– Уже не мой, к сожалению, – в голосе книги послышалась неизбывная печаль, – ну да ладно. Что ворошить прошлое. Так, говоришь, откуда ты? Явно из какого-нибудь захолустья, раз не слыхал об одной из могущественнейших организаций Порядка?
— Как бы объяснить. Вам известно, что этот мир не единственный?
– За кого ты меня принимаешь, сопляк?! Я была одной из мудрейших среди Верховного совета ордена! – кажется, книгу задел мой вопрос, — и лично посетила более сотни разных миров, борясь с порождениями Хаоса!!!
— Так вы не всегда были книгой? -- может, вопрос был идиотским, но первая мысль, что посетила меня, после того как я понял, с кем общаюсь, что это такой магический искусственный интеллект.
Ну а чего, вон в каждой книге про попаданцев те получают какой-нибудь разумный артефакт, который их учит и направляет. И уже потом они захватывают миры и собирают гарем из принцесс. Честно говоря, и то и другое меня не прельщало, ибо несло с собой проблем больше, чем удовольствия, а вот от наставника и помощника я бы не отказался. Глядишь, и не попал бы в ту задницу, в которой находился.
– Конечно, нет! – возмущения в голосе книги хватило бы на десятерых. – Ты где вообще видел, чтобы вещи умели говорить?! Это ублюдок Тройтан си Юкеолт Мит загнал меня сюда с помощью Осколка Хаоса, чтобы создать гримуар некроманта невероятной силы! Ой…
Действительно ой. Да ещё какой. Зная, что эти самые осколки являются читами для Системы, лично я поостерегся бы сообщать первому встречному о том, что имел с ними дело. Да и второму тоже. Целее будешь. Но что сказать по этому поводу, даже не представлял.
– И давно вы так? – когда молчание затянулось, я понял, что должен хоть что-нибудь спросить, сделать вид, будто не заметил оговорки.
– Не знаю, может, год, а может, сотни лет, – книга тоже постаралась казаться беспечной. – У меня нет доступа к Системе.
– Это как? – удивился я, но, видимо, недостаточно искренне, ибо моя собеседница мгновенно вспылила.
– Да потому что я проклятый гримуар! – в её голосе слышалась неприкрытая ярость. – Не строй из себя идиота! Ты всё прекрасно понял. Да, я вне Системы. Доволен? Поди уже грезишь будущим могуществом?!
– Воу-воу, дамочка, полегше, – я даже отступил на пару шагов от воинственного фолианта. – Если вы про некромантию, то это совсем не моё.
Как только я услышал её историю, уже понял, что ничему у этой книги учиться не буду. Даже если предложит. Но в целом дело было даже не только в том, что после событий в пещере, всего, что связано с Хаосом я сторонюсь инстинктивно. Просто некромантия мне не то что не интересна, а даже противна.
Никогда не понимал игр и книг, где главный герой добровольно выбирал это направление магии. Ладно там известная серия про мага с совиным именем. Он скорее упокаивал нежить, чем сам поднимал легионы мёртвых. Хотя тот же ведьмак Геральт в этом вопросе мне гораздо ближе. Но когда герой начинает оживлять трупы или даже сам становится мертвяком… я этого не понимаю.
Во-первых, это придётся жить в постоянной вони. Любой, кто сталкивался с тухлым мясом, особенно на крайних стадиях разложения, прекрасно знает, как запах впитывается в одежду, кожу и волосы. Тошнотворные ароматы будут преследовать тебя ещё неделю, хоть ты сними с себя шкуру мочалкой и обрейся наголо. Да, человек ко всему может привыкнуть. Но обрекать себя на это добровольно… ну не знаю. Интересно, а для тренировки будущие некроманты в деревенский нужник не ныряют? Ну а что, эффект тот же.
Во-вторых, некоторые авторы идут дальше и делают самого героя каким-нибудь монстром из разряда нежити. Но, как по мне, даже самый эстетически положительный вампир или лич имеет массу недостатков, полностью нивелирующих немногочисленные достоинства. Это и отсутствие эмоций, и особая диета, и непереносимость солнечного света, если верить некоторым источникам. Ну и самая главная проблема – это полная невозможность нормальных половых отношений.
Да, мне сейчас не нужен гарем. Но это не значит, что я против того, чтобы покувыркаться с симпатичной девицей. Вон с Сари, например. Очень даже у нас всё здорово получилось. Я не прочь повторить раз пять-семь. Да и мало ли кто мне ещё встретится. Те же эльфийки, которые, как известно, главная ценность фентези-миров, хотя любители нэко это всячески оспаривают. Со вторыми я, можно сказать, программу минимум выполнил, так почему бы не попытать счастья с первыми?
Но если ты нежить, тут начинаются гигантские сложности. Единственные, кто хоть как-то может себе позволить повалять на спинке подругу – это мужики-вампиры. Насосался свежей кровью, и пока она наполнила пещеристое тело – делай своё дело. Даже каламбур получился. А вот у всех остальных прям беда. И хоть массовая культура пропагандирует образ женщины-вамп, в реальности всё гораздо грустней и прозаичней.
Дело в том, что слизистые оболочки в мёртвом теле не работают от слова совсем. Так что индивиду, что отважится на секс с вампиршей, придётся основательно запастись лубрикантом. Где его взять в фентези-мире, тот ещё вопрос. Так что мне заранее жаль беднягу, но процесс для него будет напоминать половой акт с пачкой наждачной бумаги. И это в лучшем случае. И это существенно обесценивает вампирш как саммонов. Да и вообще, некромантию в целом.
Нет уж, если говорить об масс-культуре, то второй типаж из «плохих» гораздо интереснее. Я о суккубах, если что. Да и вообще, демоны гораздо эстетичнее и смотрятся солиднее. Хотя в этом случае можно перефразировать известную поговорку: не суй, не зная, где у партнёрши зубы, а то можешь получить сюрприз даже в самых не предназначенных для еды местах. Демоны – те ещё затейники.
– Короче, исходя из сказанного ранее, некромантия это совсем не моё, – попытка донести до собеседницы мою точку зрения не то чтобы удалась, но кричать на меня она перестала. – Я, конечно, дико извиняюсь, если задел вашу профессиональную гордость. Весьма возможно, что лично вас эти моменты не интересовали, я имею в виду до того, как вы стали книгой, но, как по мне, это немаловажный аспект жизни. Хотя даже если все наоборот, и вы сознательно выбрали этот путь, то я вполне толерантен, если личные пристрастия не выставляются на всеобщее обозрение. Вот.
– Постой, мальчик, не части, – в голосе книги послышалось недоумение. – Я не очень поняла последнюю часть. Ты не слишком хорошо говоришь на всеобщем, так что можешь повторить словами попроще?
– Я говорю…
– Стоп! Ты сейчас что, меня некрофилкой назвал?! – эхо криков разгневанного фолианта пошло гулять по пещере. – Меня! Калурию Агни, могущественнейшую чародейку полусотни миров, огнём и льдом уничтожавшую заразу Хаоса?!
– Ну, мало ли у кого какие тараканы в голове, – я пожал плечами, – но прошу прощенья, если оскорбил. У нас к этому тоже сугубо отрицательно относятся, но вот в других странах, там будь хоть скотоложцем, хоть боевым вертолётом. Даже гордятся этим.
– А чего тогда врал, что, мол, тебе всё равно? – я прямо представил хитрый прищур на лице чародейки, хотя со всем остальным фантазия пасовала, – В остальном тоже, поди, обманул?
– Да боже упаси, – поспешил откреститься я. – Всё чистая правда, могу Системой поклясться. Если человек не нарушает ничих прав и свобод, то может заниматься, чем захочет, и жить, как захочет. Но когда он начинает тыкать в лицо своей исключительностью и требовать для себя привилегий, то уж извините, терпеть я это не намерен.
– Ладно, оставим эту тему, – фолиант удовлетворился моими объяснениями, – хотя я тоже никогда не понимала труполюбов, ну, то есть некромантов. К тому же они больше остальных подвержены заразе Хаоса. Из-за склада характера, а может, оттого что сама нежизнь – есть не что иное, как одно из проявлений Предвечного, я так и не разобралась ни при жизни, ни после неё.
– А вас после смерти в книгу засунули? – я сначала задал вопрос, а потом понял, что спрашивать подобное верх бестактности, – извините, не подумал. Вам, наверно, неприятно об этом говорить.
– Да, весёлого в этом ничего нет. Но я уже привыкла к такому существованию за все эти годы, – казалось, чародейка поморщилась. – К сожалению, нет. Духов часто привязывают к материальным носителям, создавая артефакты или големов. Шаманы этим балуются, да и другие тоже могут. Но там много ограничений, и соединить тёмный гримуар и светлую душу не получится. Если, конечно, у тебя нет Осколка. У Тройтана си Юкеолт Мита он был. Только вот попала я к нему в лапы живой.
– В бою?
– Ну уж нет, – книга рассмеялась, – сойдись мы на поле брани, я бы одна раскатала всю Руку Кукабуса по нему тонким слоем, а затем заморозила бы их и сожгла. На тот момент я уже перевалила за сто пятидесятый уровень, Тройтан си Юкеолт Мит, лидер Руки даже тридцатый ещё не взял. Но никто из нас не застрахован от предательства…
– Кто-то близкий? – пусть это опять было бестактно, но я не мог поинтересоваться, слишком уж грустно это прозвучало.
Поделиться книгой: