Проклятое дитя. Ее демон (СИ)

— Я тебе неприятен? — внимательно глядя на Анну, спросил Кассиан.

Девушка смутилась и опустила взгляд, одним этим давая понять, что более чем приятен: что он волнует ее, что он интересен ей.

— Так почему ты не хочешь быть ближе ко мне? — с любопытством спросил принц, заставляя Анну поднять личико и посмотреть на себя.

Девушка неловко отодвинулась от его руки, что теплом обожгла кожу, и снова отвела взгляд.

— Не думаю, что в этом есть смысл.

— Мы будущие супруги, — хмыкнул демон, насмешливо глядя на нее.

— Я очень хорошо знаю, что такое брак по договоренности. И все это знают. И от нас не требуется ничего кроме выполнения долга. Никто не ждет от нас любви и нежности. Все понимают, что наш союз — вынужденная мера и только. И это понимаем мы с вами.

— И тебе хочется подобной жизни? Ты не хочешь чего-то иного? Ты столь юна, и неужели в тебе нет мечты о счастливой семье? — все так же внимательно наблюдая за ней, спрашивал принц.

— Она есть у вас? — хмыкнула Анна.

— Не вижу препятствий к тому, чтобы сделать брак не просто удобным, — пожал плечами Кассиан. — Мы можем стать не только супругами, но хорошими друзьями. Или даже это слишком много для тебя? — хмыкнул демон, пронзительно глядя на нее. — Почему?

— Это не важно, — покачала головой девушка, снова возвращая все свое внимание эрхам.

— Это важно для меня, — снова заставил ее посмотреть на себя принц Кассиан.

— Это не так, — хмыкнула понимающе Анна, с ноткой грусти. — Вам просто любопытно, в вас говорил азарт и только. А как только я паду к вашим ногам, весь ваш интерес сойдет на «нет».

— Возможно, так и можно описать мои…отношения с девушками, — нисколько не смутившись, ответил демон. — Но ты моя невеста.

— Это не меняет сути. Да я и не требую особого к себе отношения. Мне достаточно просто формальности и выполнения наших обоюдных обязательств. И я бы желала, чтобы с вашей стороны не было иных…требований.

— Они будут, можешь не сомневаться, — хищно улыбнулся Кассиан, снова касаясь пальцами личика Анны и заставляя ее поднять к себе лицо. — Ты — моя. Но это не просто формальность. Я желаю тебя во всех возможных смыслах: как мою невесту, как мою жену, как моего друга. Как мою любовницу, — последнее слово он практически прошептал ей в губы.

Анна замерла перед ним, едва дыша, заворожено вслушиваясь в его волнующий голос и вглядываясь в сияющие весельем и задором глаза. Ощущая, как тонкие пальцы касаются ее лица и шеи, убирают волосы за ушко. Чувствуя горячее дыхание на своих губах. Замерла и слушала, не в силах пошевелиться и разорвать это волшебство.

— Меня не устраивает то, к чему стремишься ты. Я не буду заставлять и давить. Но я сделаю все, чтобы ты изменила свое мнение на счет наших отношений уже сейчас. Я не дам тебе закутаться в холод и равнодушие. Не дам тебе оттолкнуть себя. Тебе помочь с седлом? — как ни в чем ни бывало сменил тему Кассиан.

— Нет, я сама, — сглотнув, тихо прошептала Анна, направляясь в дальний угол за всем необходимым.

Она была сбита с толку, была растеряна и, как всегда, бесконечно смущена подобной откровенностью. И Анна не думала, что услышит столько искренности в словах Кассиана. Но она была — об этом говорили его голос, глаза, об этом говорило ее сердце, что было куда важнее. И у Анны не было причин сомневаться в том, что принц не лукавит.

В полном молчании Анна и Кассиан оседлали своих лошадей и вывели их из амбара. Девушка давно не каталась верхом — с самого своего приезда в Академию. И соскучилась по скорости, ветру в лицо и силе животного, которым управляешь ты сам. С легкостью и грацией принцесса взлетела в седло. Так же нетерпеливо под ней гарцевала Харди, желая прогулки с наездником, а не часовой ходьбы по кругу в загоне, когда их ежедневно выгуливали конюхи, чтобы звери сильно не застаивались. Конь Кассиана то и дело порывался цапнуть Анну, но периодически принц осаживал свое животное, иногда Харди рыкала на него, не подпуская к хозяйке, защищая ее своим грозно выставленным рогом.

— Она любит тебя, — не мог не заметить Кассиан.

— Это взаимно, — улыбнулась нежно Анна, поглаживая кобылу по мощной шее и зарываясь пальцами в жесткую блестящую гриву. — И я соскучилась. С момента начала учебы я не находила времени на своих зверей.

— Тебе приходится много заниматься. Почему ты выбрала боевой факультет? Ведь, насколько я знаю, предполагался целительский? — полюбопытствовал Кассиан.

— Хасин постоянно говорил мне о том, что я должна и обязана быть сильной. Что я слишком наивная и добрая. Где еще я могу стать жестче и сильней, как не на этом месте? Что закалит меня еще больше, как не сила? Огонь закаляет железо, человека — трудности. Я готова к ним и не боюсь.

— Ты едва ли понимаешь, о чем говоришь, — покачал головой принц.

Они неспешно ехали в сторону гор, сдерживая своих лошадей, пока разговаривали. Солнце клонилось к закату, но еще было достаточно светло.

— Ваш класс состоит из тридцати адептов. Еще четыре таких же класса. В моем сейчас семеро, в прочих не намного больше. Не все выдержали и справились с обучением. И не думаю, что тебе удастся, — честно произнес демон, глядя на Анну.

— Я упрямая. Не дура, не глупышка. У меня сильный дар. Мне просто нужно время, — решительно и твердо ответила Анна, хмуря лоб — ей не нравилось, что каждый считает своим долгом предупредить о поражении.

Без дальнейших объяснений, Анна пришпорила Харди и помчалась вперед, позволяя застоявшемуся животному размяться.

В течение всего часа Анна и Кассиан без остановки скакали по просторам Академии у подножия гор. Со смехом и наперегонки, соревнуясь и просто позволяя своим подопечным показать все, на что они способны.

Возвращались с прогулки и Анна, и Кассиан в куда лучшем настроении, чем начинали ее. Девушка была расслаблена и умиротворена — свежий воздух и скачки помогли ей расслабиться и отдохнуть, дать разуму проветриться. У самого амбара Кассиан быстро спешился и помог спуститься Анне, задержав ее в своих руках на мгновение, которого хватило, чтобы девушка снова покраснела от его близости под его тихий добрый смех.

— Мне нравятся твои алеющие щечки. Пожалуй, стоит смущать тебя почаще.

— Вы и без всяких стараний умудряетесь делать это, — тихо произнесла Анна.

— Почему ты не зовешь меня по имени и не обращаешься на «ты»? Думаешь, это поможет сохранить официальность наших отношений? — хмыкнул принц.

— Я леди, я обязана соблюдать этикет, — чопорно ответила принцесса.

— У нас слишком разные понятия о морали и нормах приличия.

— Я заметила, — закатила глаза Анна.

— Но ведь я могу просить хотя бы о такой малости — называть меня по имени? — заглядывая ей настойчиво в глаза и так и не выпуская из рук, попросил юноша.

— Не думаю, что вы…

Анна не смогла закончить, потому как принц накрыл ее губы своими нежным, ласковым поцелуем, обхватив руками ее личико, не давая отодвинуться. А она и не собиралась, в очередной раз растаяв в его руках и даже не заметив этого. Губы демона были тверды и настойчивы, но поцелуй — почти невинным.

— Так будет каждый раз, — заговорил Кассиан, прервав касания их губ и продолжая пальцами касаться лица Анны, — когда ты будешь называть меня на «вы». И я буду прерывать тебя именно таким способом. И все равно, кто будет видеть, и без разницы, где мы будет находиться в этот момент. И очередное «Ваше Высочество» я буду воспринимать как приглашение к поцелую, — едва Анна открыла рот, чтобы что-то сказать, хитро и с улыбкой добавил юноша, целомудренно коснувшись губами ее лба. — Считай это компромиссом.

Анне ничего не оставалось делать, как кивнуть, пряча взгляд. Как всегда подобное заставило ее чувствовать себя как-то иначе, по-особенному, пусть она и не понимала того, что происходит с ней в этот момент, что творится с ее телом и почему голова кружится после каждого поцелуя с принцем. Все это было для нее ново и неизведанно, и вся эта невинность, с которой Анна принимала внимание Кассиана, заставляло того не прекращать делать все эти смущающие ее вещи. Он видел ее реакцию на его прикосновения, и отлично понимал, что это значит, и тем внимательнее наблюдал за метаниями девушки, которую сбивали с толку ее же собственные ощущения. Это еще больше заводило и интриговало молодого мужчину.

Все время пряча взгляд и не зная, как отвечать на немного насмешливый принца, Анна расседлала Харди, и они направились обратно к замку. Был поздний вечер, и лишь единицы еще бродили по темному саду и перед замком, возвращаясь в свои общежития. Кассиан проводил Анну до самой двери, не свернув на лестницу на свой этаж.

— Твоя подруга взяла с меня обещание практически уложить тебя в постель, — хмыкнул Кассиан на вопрос Анны, смутив ее своим двузначным ответом.

Перед самой дверью принц галантно склонился в поклоне и поцеловал ее руку.

— Спокойной ночи, леди Анна.

— И вам, Ваше….

С тихим довольным смехом Кассиан поцеловал Анну, которая успела досадливо прикусить губу, понимая, что поддалась на игру слов юноши и своей годами вбиваемой в голову вежливости. Несмело и нерешительно девушка раскрыла ротик под напором губ принца, обвила руками его шею и прикрыла глаза, позволяя себе эти сладкие мгновения, которым уже невозможно было противиться. Руки юноши бережно, но крепко держали тонкую талию, которую он практически обхватывали двумя ладонями. И усилий ему стоило оторваться от сладких губ.

— Сладких снов, моя Амани.

И он ушел, растворяясь в темноте коридора за поворотом. А Анна немного растерянно касалась своих губ, пока не поняла, что именно сказал Кассиан.

«Моя Амани» — так ее называл лишь Хасин. Это был древний язык демонов, самое старое его наречие. И Анна, знакомая лишь с современным, так и не смогла перевести смысл этого слова, а беловолосый демон так и не рассказал, когда она в очередной раз спросила.

— Это слово не так давно приобрело для меня иной смысл, — ответил ей в последний раз Хасин, почему-то грустно улыбаясь. — И не стоит тебе знать его и причин, тому послуживших.

Тогда Анна даже не задумалась над этим, сейчас почему-то вспомнились эти слова друга. И вот Кассиан назвал ее так же. Что же они оба имели в виду под этим словом? Или каждый свое?

* * *

Анна с неловкостью и особенным нежеланием шагала к полигону. Адепты последнего курса все до одного вернулись с практики, а их преподаватель со вторым драконом, что преподавал в Академии, еще отсутствовал. И по этой причине магистр Доар, что заменял его и вел при этом свои уроки, периодически совмещал занятия по физической подготовке с несколькими курсами. Сегодня это был класс Анны, и еще второй из первогодок, а так же все выпускники с четырех групп, общее число которых было меньше, чем эти самые два класса первокурсников боевого факультета.

— К последнему году вас станет едва ли больше, — с обычной своей ехидностью не мог не заметить магистр-дроу, прохаживаясь вдоль длинной шеренги адептов. — И я даже знаю, кто первым покинет эти ряды, — и его красноречивый взгляд остановился на Анне и Лео, которые страдальчески переглянулись. — Первый курс — полчаса бега. Шестой — десять минут. И начинаем тренировку.

Анна старательно старалась не коситься на Кассиана, хотя взгляд то и дело норовил найти его в толпе адептов, что стояли парами, упражняясь на мечах. Партнером девушки сегодня была Хитана. Принцесса уже более уверенно держала в руках меч, благодаря подруге, и даже удостоилась удивленного хмыка от магистра Доар, когда тот проходил мимо их пары.

Первокурсники наравне с выпускниками занимались под приказы преподавателя, но то и дело отвлекались на старших, не в силах не наблюдать за их умениями и мастерством. Не раз и не два окликнув нерадивых студентов, магистр-дроу бросил это дело, усадил их на краю поля и позволил просто наблюдать и восхищаться. Кто-то смотрел с интересом, кто-то с любопытством, кто-то профессионально улавливая особенности тренировки. Сама Анна глядела лишь на принца, который в паре с Хишамом упражнялся с катаной. Их бой был красивым и эпичным: сильные, резкие, быстрые движения, ловкие прыжки и умелые приемы, отработанные до автоматизма.

Демоны выделялись на фоне остальных. Даже дроу уступали им, тонкокостные вампиры не были и на половину так грациозны. Испокон веков демоны уступали в силе лишь драконам, и не только в ней: грация, ловкость, способность к обучению, магия — они были лучшими во многом. Именно поэтому, вероятно, их раса была самой сильной, а империя — самой большой и богатой, самой могущественной. И лишь в численности демоны уступали людям.

Заворожено, как и многие другие, Анна наблюдала за Кассианом, не в силах оторвать взгляда от его сильного тела. И девушка даже не сразу заметила, как сильно замерзла — теплота первых дней осени давно сменилась пронзительным холодом и промозглостью. Во время тренировки и занятий это не было проблематично, но не тогда, когда без движения сидишь на холодной земле.

— У тебя руки ледяные, — сжал ее пальчики в своих ладонях Лео, пытаясь согреть дрожащую девушку.

Хитана, с ее горячей животной кровью, куда проще переносила холод, а полукровка и сам сотрясался от ледяного ветра.

Но вдруг Анну словно укрыло теплым коконом, ветер перестал трепать волосы, земля стала теплой и сухой, а кожа перестала покрываться мурашками. Она удивленно осмотрелась по сторонам, но всем вокруг было все также холодно, лишь они с Лео оказались в этом теплом шарике. И только встретившись с теплым взглядом Кассиана, девушка поняла, что именно он проявил заботу о ней. Улыбка помимо воли выползла на ее лицо, и Анна благодарно кивнула принцу.

До самого конца занятия первокурсники сидели на краю полигона, наблюдая за настоящей тренировкой.

— Уже завтра возвращается ваш законный преподаватель. И уже завтра вы, — дроу обвел взглядом новичков, — встанете наравне с ними, — кивком он указал на выпускников, что стояли ровно, идеально выпрямив спины, не ежась от холода, не переминаясь с ноги на ногу от усталости, и не потирая страдальчески свои ушибленные конечности.

Им действительно было чему поучиться — выдержке, терпению, выносливости и много чему еще. До подобного уровня им еще расти и расти. И как правильно подметил накануне Кассиан — многие не справятся.

Понуро первогодки плелись к замку, не обрадованные новостью о возвращении преподавателя. Лично сама Анна слышала, что он — настоящий зверь по сравнению с магистром Доар. А Хитана добавляла нервозности, рассказывая о том, что слышала, общаясь с остальными адептами. В этом плане оборотень была куда более коммуникабельной, нежели принцесса и полукровка. У нее было свободное время, тогда как друзья едва находили его на сон и еду. Да и слушали они вполуха все, что рассказывала им рыська.

— Ох, и начнутся у нас веселые деньки, — Хитана тоже была не в восторге от новости, даже находясь на приличном уровне подготовки.

— Даже не хочу представлять, — вздохнула Анна.

Девушка уже была на пределе своих сил: преподаватели вошли во вкус и давно оставили жалость и снисхождение к первокурсникам, не собираясь вечно потворствовать юности и неопытности своих адептов. Все больше было заданий, все сложнее становилась практика, все изматывающей проходили занятия. Даже казалось бы элементарные уроки по истории, этике и основам практической магии отнимали все возможные силы и время. Бесконечные нудные рефераты и лекции, необходимость досконально зубрить без возможности ошибиться, углубленное изучение, казалось бы, незначительных деталей — это был удел лучших. И Анна не жаловалась, ей нравилось то, что она узнавала и изучала, во всем она находила то, что удовлетворяло ее интерес и любознательность. Но она просто сильно уставала — слишком много всего и сразу наваливалось на ее голову. И ей было далеко до лучших, но и последней она не была в большинстве случаев. Лишь то, что непосредственно касалось боевых основ, заставляло ее отставать.

* * *

— Анна! Анна, просыпайся, — тормошила рыська принцессу, которая, казалось, едва только уснула.

— Хитана?! Что ты здесь делаешь? Который час? — сонно протянула девушка, едва проснувшись и глянув на темное окно, где солнце едва только занималось.

— Собирайся! Нас ждут на полигоне, — подавая подруге рубашку и брюки, ответила оборотень.

— Где? Кто? Да что случилось? — не понимала Анна, поднимаясь с постели и натягивая одежду под нетерпеливым взглядом рыськи.

— Наш вновь обретенный законный преподаватель, как оказалось, имеет свою тактику обучения бойцов, — хмыкнула Хитана. — Меня, тебя, как и прочих первокурсников уже ждут на занятии. Так что торопись.

Уже на ходу Анна заплетала свои длинные волосы, глядя на таких же сонных и нерасторопных первогодок, что плелись рядом, потирая глаза и лица в попытке проснуться. Промозглый ветер заставлял ежиться едва только адепты выходили из общежития. При подходе к полигону студенты увидели, что прочие курсы уже вытроены в ряд и кажется, совершенно не удивлены тому, что находятся здесь в это время — все были собраны, в руках было оружие, а на лицах спокойствие, а не удивление и непонимание происходящего.

Шеренга получилась длинной, и Анна оказалась почти в самом конце. Едва светлело, и все, что она могла распознать, как своего преподавателя — силуэт вдалеке: высокий, широкоплечий, обнаженный по пояс — вот и все, что было видно. В очередной раз сонно зевая на пару со стоявшими рядом одногруппниками, принцесса думала лишь о том, как сильно хочет спать. Ее не волновал ни новый преподаватель, ни цель, которая у него была, когда он собирал всех своих учеников, не волновало ничто — девушка была выжата как лимон, действительно проспала лишь пару часов и с ног валилась от усталости.

Но внезапно раздавшийся громовой голос, который был слышен даже с другой стороны полигона, заставил ее шокировано распахнуть глаза, а сон как рукой сняло. Забылась и усталость, и холод стал не так важен, и вообще все мысли покинули голову кроме одной: ей конец.

С особой робостью Анна выглянула из-за плеча стоящего рядом Лео, пытаясь все-таки рассмотреть фигуру преподавателя. Но было все так же сумеречно, и скорее по памяти девушка видела эту решительную поступь, непринужденно заложенные за спину руки, гордую посадку головы, серьезный взгляд, который лишь для нее наполнялся нежностью и заботой.

Хасин.

В растерянности Анна смотрела прямо перед собой, едва понимая, о чем говорит беловолосый демон, идя вдоль шеренги адептов. Все, что сейчас занимало ее голову — его реакция, когда он дойдет до нее и увидит ее среди студентов факультета боевой магии. Она боялась сейчас лишь этого — его взгляда. Что он почувствует? Злость? Удивление? Неужели разочарование? Последнего Анна страшилась больше всего — разочарования. Пусть он лучше будет в ярости, она готова познать на себе его гнев. Только бы не увидеть в его взгляде именно это.

Анна не думала о том, почему Хасин ни разу не упомянул, что преподает в Академии. Не думала о том даже, как скучала по нему. Она просто боялась встретиться с ним глазами. Но не могла просто опустить голову. И потому, когда демон подошел к ней, она смотрела на него, гордо вскинув голову, упрямо и решительно, твердо сжимая губы и кулачки, потому что руки все же дрожали.

Хасин замер на полуслове своей речи, должной донести до студентов, что пора расслабленности закончилась, что он не потерпит слабости, нытья и всего в этом духе. Но едва встретился взглядом с голубыми озерами, застыл на месте, не договорив даже слова.

По мере того, как Хасин сверлил ее взглядом, Анна все больше робела и дрожала, решительность уступала место неуверенности, а вся храбрость испарилась без следа. Удивление, появившееся в глазах демона изначально, очень быстро исчезло без следа, не дав никому вокруг даже заметить, что оно имело место быть. Всем знакомый прищур и сжатые губы — не лучший знак, и Анна это знала. Глаза Хасина буквально запылали яростью, и девушке даже казалось, что она слышит как скрипят его зубы в бешено сжатой челюсти, на которой играли желваки.

— Адептка Верлиан, — едва сдерживая рык, который все же прорывался в клокочущих звуках этих слов, начал Бастард, становясь напротив Анны и складывая руки на груди, — какого черта вы здесь делаете?!

Каждое следующее слово было громче предыдущего, и с каждым новым демон наклонялся над принцессой все ниже, в то время как она вжимала голову в плечи, быстро забыв обо всех доводах, которые готовила для этого момента, должные объяснить причины ее поступка и выбора.

— Ввы позвали, — все, что смогла выдавить из себя Анна, так и не подняв головы.

— Вы издеваетесь?! — прошипел Хасин, а девушка буквально чувствовала, как он сверлит своим бешеным взглядом ее макушку и шевелит дыханием волосы.

С какой-то снова вспыхнувшей решимостью, Анна вскинула голову и встретилась с яростными глазами демона.

— Я на своем месте, магистр Амана, — с каждым словом говоря все увереннее, произнесла девушка, снова сжимая кулачки и пытаясь не отводить глаза от стальных глаз друга, взгляд которого впервые не могла вынести и выдержать.

— Да неужели? — со всей возможной язвительностью произнес Хасин. — За мной!

И он, круто и резко развернувшись, шагнул к замку. Едва только Анна ступила за ним, как следом же из шеренги вышли Хитана и Лео.

— Стоять и не шевелиться, — Хасин пригвоздил взглядом полукровку и рыську, которая растеряла под его взглядом всю свою природную нахрапистость.

Лео же только нахмурился, сделав еще один шаг.

— Ваша Светлость… — начал юноша.

— Адепт Айдо, вернитесь в строй, — очередной отрывистый приказ беловолосого демона. — Я не причиню вреда адептке Верлиан, если вы боитесь именно этого. К тому же, толку от вас — ноль, — безжалостно рыкнул Хасин.

Он бросил короткий взгляд на Анну и дальше молча зашагал к Академии. Девушка выдавила улыбку своим друзьям, которые не посмели ослушаться столь грозного преподавателя. Многие непонимающе или насмешливо смотрели вслед уходящим, боясь сдвинуться с места или даже вздохнуть слишком резко: первокурсники потому что были впечатлены, прочие потому что знали, чем грозит невыполнение приказа Бастарда.

А Хасин в ярости чеканил шаг, нисколько не собираясь замедлять темп ради едва поспевающей за ним Анны. Девушка почти бегом шла за ним, и только отойдя на приличное расстояние от адептов, решилась заговорить.