Соседи

— Зачем так говорить? Катастрофы не случилось до сих пор и не предвидится в будущем.

— Да, пока не случилось. Но у меня уже есть печальный опыт по этой части. — Сюзанна сама ощутила неубедительность своего утверждения, но предпочла не вдаваться в подробности и продолжила: — Я просто не умею ладить с детьми. Мало того, я работаю по шестнадцать часов в сутки и часто все семь дней неделю. У меня не будет времени на Полли.

— Я думаю, вы его найдете, — уверенно сказал Дэн.

Сюзанна покачала головой. У нее мелькнула мысль, что если уж выкраивать свободную минутку, то лучше посвятить ее Дэну, чем Полли.

— Нет. Материнство — это не для меня. Я лучше разбираюсь в дрелях, чем в сосках.

Ее собеседник улыбнулся, и на его щеках снова обозначились очаровательные ямочки.

— В дрелях… В них предоставьте разбираться мужчинам. А женщина — прежде всего мать.

— Какой-то вы непоэтичный.

— Отчего же, это очень даже поэтично. Женщина-мать овеяна поэзией.

— У вас старомодные понятия. Вы совсем не понимаете устремлений современной эмансипированной и, разумеется, деловой женщины.

— Ладно, оставим это… — нахмурился Дэн. — Так что же вы все-таки собираетесь делать с Полли?

— Завтра я схожу в отдел социального обеспечения и постараюсь отыскать для нее частный приют или семью. Я уверена, там ей будет лучше, чем у меня.

— Вы в самом деле собираетесь отдать Полли чужим людям?!

Сюзанна почувствовала угрызения совести. Судя по интонации, Дэн был шокирован ее словами. Она решила перейти в наступление:

— В общем-то я для нее тоже чужая.

— Но вы — ее родственница. А также опекун, которого выбрали ее родители…

— Даже не предупредив меня! — возмущенно ответила Сюзанна. — Я бы на их месте вела себя поответственнее!

— Но разве вы не хотите попробовать позаботиться о ней?

— Нет, так дело не пойдет, — сказал Дэн решительно.

Сюзанна оторопела:

— То есть? Нет, что это значит: так дело не пойдет? Вы хотите преподать мне урок жизни? Хорошо, постараюсь вас внимательно выслушать…

— Я имею в виду только одно: вы, прежде чем отказываться от малышки, должны все же попробовать…

— Вы, кажется, решили внушить мне чувство вины? — перебила Сюзанна. — А зря! Неужели вы думаете, что меня совесть не мучает? Еще как мучает! — Сюзанна уже фактически огрызалась. «Или это комплекс неполноценности?» — мелькало у нее в голове. — Но вы подумайте и о самой Полли. Разве не лучше ей будет расти в заботливой семье, где хорошо знают, как воспитывать детей, и умеют окружать их теплом и заботой?

— А вы не готовы?

— Я уже сказала — нет. Я не думаю, что стану хорошей матерью.

Самое ужасное — Сюзанна точно знала, что не станет хорошей матерью. Она немного помолчала и добавила:

— Скажем так: я не обладаю достаточной квалификацией для этой работы.

— Все приходит с опытом. И потом, вы даже не пробовали!

— Уж поверьте мне на слово, — твердо ответила Сюзанна.

— Послушайте, в каждой женщине дремлет материнский инстинкт! — настаивал Дэн.

— В моем случае он умер во сне! — отрезала его собеседница.

Дэн дружелюбно рассмеялся, кивнул в сторону девочки и мягко заметил:

— Я так не думаю. Вы прекрасно справились.

Сюзанна посмотрела на ребенка, который безмятежно посапывал в ее объятиях. Кажется, Полли начала ей доверять. А ведь до нее только сейчас дошло, что Дэн успел снова передать ей малютку. Это чем-то напоминает изучение иностранного языка во сне, подумала Сюзанна: с тобой что-то происходит, ты что-то усваиваешь, а сам о том словно и не ведаешь.

— Это все благодаря вашей помощи, — пробормотала она.

Дэн выдержал паузу, а потом предложил:

— Слушайте, у меня появилась хорошая идея. Я подробно расскажу вам за эти выходные, как ухаживать за младенцами, а заодно попытаюсь доказать, что дети — это действительно самое ценное, что есть в мире, и ради них стоит пойти на любые жертвы.

— Из меня никогда не получится хорошая мать, — упорствовала Сюзанна.

— Хорошо, если вы не передумаете, тогда в понедельник позвоните в ваше агентство. Но пока есть время — пожалуйста, дайте Полли и себе шанс!

— Вы предлагаете мне ускоренные курсы «Как стать идеальной матерью за два дня»? Да еще и круглосуточная опека прилагается? — улыбнулась Сюзанна.

— Абсолютно точно. Беспроигрышный вариант!

Сюзанна задумалась. Да, ничего не скажешь, Дэн Маклин умеет на стоять на своем. Вот только если бы его упорство могло помочь ей… Но с другой стороны, от нее требуется лишь добрая воля и немного терпения. Наконец, разве плохо, что такой красавец мужчина готов посвятить ей весь уикенд? Тем не менее она все еще колебалась:

— И вы действительно готовы потерять выходные из-за нас с Полли?

— Я ничего не теряю. Я говорил вам: сегодня мы с Энди так или иначе собирались идти за покупками. А на завтра у нас намечено посещение аквариума «Морской мир». Слыхали о таком? Его недавно открыли в центре города, и все дети от него просто в восторге. Я думаю, вам и вашей малышке тоже понравится. Что же касается понедельника, то милости прошу на барбекю, которое устраивают мои родственники. Там вам представится отличный шанс посмотреть, что такое большая семья.

Все это Дэн излагал уверенно, а Сюзанну продолжали мучить сомнения.

— И все-таки вы потратите весь уикенд, — повторила она.

— В любом случае, он пройдет с пользой. Я научу вас кое-чему и между делом докажу, что дети — это настоящее счастье в доме.

Сюзанна еще раз взвесила в уме все «за» и «против». В глубине души она чувствовала, что Дэн, при всей его привлекательности, вовсе не мужчина ее мечты. Уж очень сильно он напоминал Джеймса, ее бывшего ухажера. У них обычно бывало так: Сюзанна с вполне определенной целью выкраивала время от времени несколько часов из своего плотного графика, а Джеймс, вместо того чтобы отблагодарить ее за принесенную жертву и доставить известное удовольствие, использовал большую часть с таким трудом организованного досуга на то, чтобы втолковывать своей подруге прописные истины о природном материнском инстинкте. Сюзанна даже не поняла толком, для чего он это делал. Ведь Джеймс в конечном счете отнюдь не претендовал на ее руку и сердце. Похоже, ему просто нравилось выступать в роли проповедника. В конце концов Сюзанне надоело убеждать пылкого больше на словах, чем на деле, любовника, что упомянутый инстинкт если в ней и заложен, то слишком глубоко, и она рассталась с незадачливым дружком. Не выйдет ли то же самое и с Дэном? Но если сейчас отказаться от него, от его помощи и от предложенного им плана действий, то вновь проглянет перспектива провести воскресенье наедине с орущей благим матом Полли. А это никоим образом не устраивало Сюзанну. Нет, уж лучше провести это время с заботливым и обаятельным красавцем, хотя бы даже и с риском, что он будет навязчиво и нудно разворачивать перед ней картины семейной жизни, наполненные сомнительными для нее, Сюзанны, радостями.

— Ну что ж, раз уж вы действительно готовы терпеть нас с Полли, то почему бы и нет? Я согласна, — сказала она.

— Вот и договорились. — Дэн довольно потер руки и уже шутливым тоном заметил: — Но не думайте, что совместное времяпрепровождение обернется для вас сплошным развлечением. На ваши плечи ляжет определенная нагрузка. Да вот вам и первое задание: серьезно обдумайте свое решение насчет Полли. Помните, что речь идет о живом и пока еще совершенно беспомощном существе. А также и о вашей собственной судьбе. Ведь вполне может наступить время, когда эта девочка, доставляющая вам сейчас столько хлопот, принесет вам ни с чем не сравнимую радость. Не упускайте свой шанс.

— Вы даже не представляете себе, какие опасности вам грозят в том случае, если я поддамся на ваши уговоры, — подхватила Сюзанна с улыбкой. — Что вы запоете, когда в понедельник вечером я именно к вам, как к виновнику поворота в моей судьбе, прибегу в панике и попрошу сменить ребенку памперс?

— Готов поспорить, что вы, женщина с дрелью, очень мало подвержены в действительности паническим настроениям. И когда в вашей профессии вам требуется освоить что-нибудь новое, вы отнюдь не паникуете…

— Потому что я всегда уверена, что справлюсь с любой работой. К детям это, к сожалению, не относится.

Последние слова Сюзанна произнесла настолько твердо, что ее собеседник понял: она скрывает какой-то опыт. И скорее всего, печальный.

— Судя по вашим намекам, вы уже имели дело с детьми… — осторожно начал он.

— Я не хотела бы ворошить прошлое, — ответила Сюзанна и вздохнула. — Скажу лишь, что однажды один человек уже доверил мне свое чадо, а кончилось все тем, что я стала героиней вечерних новостей на центральном канале.

— Но теперь речь идет о вашем ребенке. Уверяю вас, все будет по-другому.

— Не знаю, не знаю… В любом случае, обещайте мне, что, если я не справлюсь, вы не будете укорять себя и меня за зря потраченное время.

— Ни в коем случае, — заверил ее Дэн. — Если я действительно смогу переубедить вас оставить Полли — значит, мои усилия не пропадут даром. Если нет — ну что же, у меня будет одно утешение: я сделал все, что мог. А кроме того, у меня еще появится прекрасная возможность долго вспоминать о выходном, проведенном в обществе прекрасной леди. — Дэн хотел сказать это спокойно, как говорят всякие дежурные слова, но не сумел скрыть волнения, и Сюзанна почувствовала, что ее сердце готово выскочить из груди, а по коже пробежал приятный холодок.

— Хорошо, я готова, — уверенно произнесла она. Ей-то, в отличие от Дэна, удалось скрыть охватившее ее возбуждение. Она неплохо контролировала себя. Как ни странно, этому способствовало беспокойство, внезапно овладевшее ею. Неожиданные и удивительные мысли пришли ей в голову: «А вдруг, если у меня ничего не выйдет с Полли и мне придется расстаться с ней, Дэн начнет презирать меня? Так же, как Джеймс…» Джеймс? А разве этот парень презирал ее? И не она ли стали инициатором их разрыва? Но у Сюзанны возникло чувство, от которого она уже не могла избавиться: Джеймс покинул ее с мыслью, что она неисправима и достойна сожаления, а то и презрения. И дело не в одном Джеймсе. Может быть, любой серьезный мужчина испытает подобное по отношению к ней, увидев, как она беспомощна в обращении с детьми, или услышав ее негативные отзывы о материнстве. Сюзанна судорожно вздохнула и постаралась собрать волю в кулак, решив, что Дэну совсем не обязательно видеть, до каких переживаний и до какого расстройства в мыслях она дошла.

Полчаса спустя Сюзанна шла по универмагу, толкая перед собой коляску, которую ей одолжил заботливый Дэн. Полли спала, а Энди они оставили порезвиться в детском уголке. Сюзанна заранее определилась с будущими покупками. Кроме коляски и переносной кроватки она намеревалась приобрести только то, что можно будет передать новым опекунам ребенка, если она все же решит расстаться с Полли. С первых же шагов по универмагу Дэн пустился рассуждать о том удовольствии, которое доставляет родителям покупка одежды для их ребенка. «Ох и занудил!.. Этот будет еще почище Джеймса с его воспеванием материнского инстинкта!» — подумала Сюзанна. Дэн, как бы не замечая, что его спутница приуныла, продолжал свои наставления. О подгузниках, игрушках, белье для постельки и прочих детских мелочах он говорил так, словно они бродили по знаменитому музею, где перед ними представали созданные человеческим гением шедевры живописи. Но Дэн не только указывал на эти мелочи и объяснял их назначение. Они как бы сами собой перекочевывали в корзинку Полли. И постепенно Сюзанна вошла во вкус. Сначала ее умилили крохотные рубашечки и ботиночки, потом разобрала охота перенести в свою квартиру чуть ли не все, что мог предложить универмаг для наилучшего обустройства быта младенцев. Дэн был доволен успехами своей «ученицы».

Самым трудным делом оказалось уговорить Энди расстаться с игрушками из детского уголка. Уступил он, лишь когда ему пообещали большую пиццу на ужин и красивую игрушечную машинку.

Вернулись домой. После обеда Дэн быстро установил в квартире у соседки новую кровать и собрал ей коляску, в чем ему помогал Энди. Помощь мальчугана заключалась в том, что он попросту путался у отца под ногами и играл с инструментами, необходимыми для собирания коляски. И тут Сюзанна могла убедиться, что Дэн обладает невероятным запасом терпения. Сама бы она уже давно взорвалась от такой «помощи», а Дэн не просто терпеливо, а даже и с улыбкой, говорящей о получаемом им удовольствии, следил за играми сынишки. Энди, впрочем, не шутя старался принести пользу. Он подражал мимике и движениям отца и порой не без успеха пытался сделать то, чему тот по ходу работы учил его.

У Сюзанны уже не было ни малейших сомнений, что Энди обожает отца. Наблюдая за их отношениями, которые вполне могли быть названы идиллическими, и умиляясь, она в то же время остро ощущала свою непригодность к воспитанию детей. Дэн ее восхищал, но тем меньше оставалось у нее оснований восхищаться собой. Разве она способна установить столь же тесный контакт с ребенком, как это удается Дэну? И вот еще что… Спроси ее сейчас Дэн, все ли с ней в порядке, разве смогла бы она ответить утвердительно? Нет, с ней как раз далеко не все в порядке. Она видела перед собой мужчину, который, занимаясь ребенком, демонстрировал огромную выдержку и спокойную уверенность в себе. И при этом выглядел на редкость сексуально. Почему же она, Сюзанна, видит только эту сторону, как бы сбрасывая со счетов ребенка, которому она как раз менее всего понятна и нужна? Почему зрелище отцовской любви возбуждает в ней похоть, а не пробуждает тот самый злополучный материнский инстинкт, о котором столько говорил Джеймс?

Этим вечером ей предстояло самостоятельно покормить Полли и сменить ей подгузник. Сюзанна, само собой, чувствовала себя ужасно неуклюжей, но ее ободряло присутствие Дэна, который не уставал давать ей полезные советы.

Когда малышка наконец-то успокоилась, Сюзанна с грустью осознала, что восхитительный день, проведенный вместе с Дэном, подошел к концу. «Может, попросить его остаться еще на часок?» — промелькнула у нее отчаянная мысль, но, увидев, как сосед бережно берет на руки своего сонного сынишку, Сюзанна отказалась от своего намерения. «Хватит. Он и так достаточно повозился сегодня с нами обеими. У него наверняка полно своих дел», — одернула она себя и, как и в прошлый раз, пошла проводить Дэна. Уже выйдя на лестничную клетку, тот вдруг остановился и сказал:

— Кстати, у меня еще с Рождества осталась бутылка отличного коллекционного вина. Все как-то не было случая открыть ее. Я вот и подумал сейчас: может быть, вы не откажетесь пропустить рюмочку после такого тяжелого дня? Если согласны, я через полчаса, как только уложу этого молодого человека спать, — он нежно погладил Энди по головке, — с удовольствием снова зайду к вам.

Сердце Сюзанны затрепетало от радости. Она не отказалась бы посидеть за стаканом водопроводной воды, лишь бы еще немного побыть в компании Дэна. Тут же были забыты все установки на сдержанность, которыми она заряжала себя в течение всего этого сумбурного, необычайного и, в сущности, счастливого дня. Безуспешно стараясь сдержать волнение, она с улыбкой ответила:

— Прекрасная идея!

Но Дэну что, ему только бы произвести на свет Божий очередную идею, а вот Сюзанне, чтобы эта идея получила как можно более удачное воплощение, надо привести себя в порядок, решить труднейший вопрос, в каком наряде встретить дорогого гостя. Едва соседская дверь захлопнулась, она сломя голову ринулась к платяному шкафу и, открыв его, окинула критическим взглядом свой гардероб. Встречать предстоит не помощника и наставника в деле воспитания детей, а потенциального ухажера… О, сложнейшая проблема! А он ведь явно увлечен уже ею. И нельзя обмануть его ожидания. Наконец, после долгих и мучительных раздумий, Сюзанна остановила свой выбор на легких черных брючках и прозрачной белой блузе, сквозь которую соблазнительно проглядывал кружевной топик. Если этот топик не сведет его с ума, тогда уж непонятно, что и делать… Тогда уж точно придется сдать Полли в приют, вернуться к своим обычным занятиям и забыть о чудесном воскресенье, проведенном в обществе великолепного мужчины и детей, с которыми этот мужчина так прекрасно управляется… Сюзанна, охваченная волнением, отправилась в ванную, где с наслаждением скинула джинсы и футболку, забрызганную овощным пюре, и, переодевшись, быстро наложила нехитрый макияж и накрасила губы новенькой блестящей помадой. «Фруктовый вкус и эффект влажных губ — идеальное сочетание для поцелуя!» — гласила реклама. «Ну что же, возможно, мы это сегодня проверим», — подмигнула Сюзанна своему отражению в зеркале и поспешила на кухню. Она как раз успела достать из серванта два бокала из богемского хрусталя, как раздался легкий стук в дверь. «А что, если он неправильно поймет мое переодевание, решит, что у меня ни одной мысли нет в голове, кроме как поскорее ему отдаться?» — вдруг заволновалась она уже по дороге к двери и поэтому, когда Дэн вошел с бутылкой в руках и с интересом оглядел ее наряд, сразу поспешила объяснить:

— Никогда еще с таким удовольствием не переодевалась. Это ужасно — быть похожей на грядку с вареным шпинатом! Надеюсь, вы меня понимаете.

— Отлично понимаю, — улыбнулся Дэн. — Младенцы — это настоящее стихийное бедствие для гардероба. Однако должен заметить, вы потрясающе выглядите сейчас!

— Вы очень любезны.

— Это не простая любезность.

— А что же?

— Как видите, я тоже привел себя в порядок перед тем, как идти к вам. И это не случайно.

Действительно, Сюзанна уже отметила с удовлетворением, что Дэн перед встречей тоже навел марафет. Он был свежевыбрит, и морской запах его лосьона приятно щекотал ноздри.

— Вы говорите загадками, — усмехнулась она.

— Никакой загадки в этом нет. У вас могло сложиться впечатление, что я и знать не знаю ничего, кроме бесконечных забот о собственном ребенке и чужих малютках, а мне хочется показать вам, что я еще и мужчина. Как говорится, в расцвете сил и талантов.

Предусмотрительный Дэн ничего не забывал. Собираясь демонстрировать себя Сюзанне в новом качестве, он прихватил и трубку от «бэбифона» — специального прослушивающего аппарата, соединенного с комнатой Энди, и установил ее на столике в гостиной соседки, на тот случай, если малыш проснется. Закончив эту работу, свидетельствующую, что его родительские добродетели поистине неисчерпаемы, он, разлив вино по бокалам, торжественно провозгласил:

— За родителей, усталых, но довольных!

Сдвинули бокалы, те ответили тихим звоном. Сюзанна улыбнулась, пригубила напиток, и великолепный вкус этого изысканного вина, теплом разлившегося по всему телу, заставил ее зажмуриться от удовольствия.

— Как странно, — заметила она, когда они удобно устроились в креслах с бокалами в руке, — единственное, о чем мы до сих пор говорили, — это дети и их воспитание. Я даже не знаю, кто вы по профессии.

— Да, вы правы, — задумчиво откликнулся Дэн. — Но сейчас у нас появился шанс наверстать упущенное. Попробуйте угадать.

— Полковник вооруженных сил?

— Почему вы так решили?

— Да мне кажется, только военного человека, привычного к дисциплине, можно заставить до бесконечности возиться с детьми. Достаточно, чтобы поступил приказ.

Дэн рассмеялся.

— Нет, я не военный и даже никогда не мечтал стать им, — сказал он весело. — Я архитектор. А вы чем занимаетесь? Почему вы сказали, что лучше разбираетесь в электродрелях, чем в сосках?

— Ну, я акула бизнеса… Я владею сетью магазинов «Ваш инструмент». Это название вам знакомо?

— Еще бы! — воскликнул Дэн, по-настоящему пораженный. — И не понаслышке. Не раз делал покупки в этих магазинах.

— Мой отец начал с маленького магазинчика. Потом, когда он передал дело в мои руки, я, без ложной скромности, проявила незаурядные способности, и мы начали расширяться. Сейчас нам принадлежит тридцать строительных универмагов по всей стране.

— Вам и вашему отцу?

— Нет, мне и моему компаньону. Несколько лет назад мы основали акционерное общество. А моего отца уже нет в живых. Я его очень любила. Единственным утешением мне служит то, что торговля инструментами под моим руководством пошла в гору еще при нем. Он очень гордился мной.

— А ваша мать?

Тень набежала на лицо Сюзанны.

— Она умерла при родах.

— Представляю себе, как тяжело вам приходилось без нее. А братья или сестры у вас есть?

— Нет, я единственный ребенок в семье. Я практически выросла в магазине, который располагался на первом этаже нашего тогдашнего дома и занимал в нашей жизни без преувеличения главное место. Инструменты, инструменты и еще раз инструменты. Торговля — с утра до ночи. Так что причина моего нынешнего страстного увлечения работой кроется в моем воспитании.

— Воспитание… это я понимаю… И все же… Можно вырасти в магазине, но все-таки подумывать и о чем-то еще, кроме торговли. Особенно в детском и юношеском возрасте. Неужели вы никогда не мечтали, например, чтобы у вас появился младший братишка или сестренка?