Помоги проекту - поделись книгой:
Научитесь флиртовать только глазами. А затем обратите внимание на то, насколько соблазнительным или не очень является в этот момент выражение вашего лица.
Обратитесь к своим культурным и историческим традициям. Как флиртовали ваши бабушки и дедушки? Спросите их или своих родителей о том, как они знакомились друг с другом и как ухаживали. Просмотрите старые фотографии, чтобы найти ключ к собственному стилю. Найдите немного времени, чтобы покопаться в воспоминаниях о своем первом флирте уже во взрослом возрасте. Что вас привлекает и что вы могли бы привнести в свою нынешнюю романтическую жизнь? Наконец, возьмите эти воспоминания, подключите свое воображение, а затем с присущим вам духом любопытства и открытым сердцем начните применять на практике.
На этой неделе взгляните по-новому на повседневные рутинные дела и сделайте небольшое усилие над собой, чтобы начать простую и дружескую беседу, даже если в этот момент вы находитесь в ближайшем почтовом отделении и покупаете марки.
Тренируйтесь, оттачивайте и развивайте свое уникальное искусство флирта.
Начните использовать удобные для вас аксессуары, чтобы подстегнуть воображение мужчины. Медленно снимайте шарф и перчатки. Снимайте очки или надевайте их, как будто о чем-то задумались.
Смотрите на все, что вас окружает в повседневной жизни, будь то чашка кофе, ваш смартфон или щенок, с новым и тайным знанием о том, что при помощи всего этого вы способны очаровать целый мир вокруг вас.
Глава 8
Голос тоже имеет значение
Я вновь обрела дар речи и умение им пользоваться.
Французская женщина – это вечная и непостижимая загадка, и о том, как ей удается очаровывать нас, написано немало книг и статей. Вы можете подумать, что ее секрет скрыт в кажущейся беззаботности – в том, как она завязывает шарфик на шее самым соблазнительным узлом. А может, вы уверены, что ее очарование имеет отношение к ее походке и завораживающему стуку высоких каблучков. Вы можете, опять же, предположить, что ее особый шарм таится в знании вина и изысканных блюд, в умении одеваться и соблазнять, разбираться в кино и литературе.
И всякий раз вы будете близки к источнику ее особой силы и тем не менее будете упускать из виду один из главных ключей к обольщению. И все потому, что истинный секрет французского шарма очень прост, очевиден и исключительно важен.
Это звук ее голоса.
Это сила ее голоса, способная загипнотизировать и соблазнить вас.
Я всегда об этом догадывалась, однако только после встречи с Николь, создателем компании под названием
В Париже вечер вторника, и Николь пишет мне, что мы должны встретиться с ней возле станции метро «Абесс» у подножия Монмартра, а затем добавляет, что, если вдруг мне захочется немного потренироваться, я могу подняться вверх по лестнице.
Будучи трудолюбивой американкой, воспитанной в духе многозадачности, я решаю, что, конечно же, пойду вверх!
И вот я приезжаю на станцию и вижу, что у меня есть два варианта: лифт, внутрь которого, хотите – верьте, хотите – нет, уже набивается толпа французов, и лесенка. При этом люди, зашедшие в лифт, кажутся мне слегка ворчливыми, а вот те, что идут по лестнице, успевают еще и посмеяться!
Какие могут быть еще сомнения – только пешком! И я так рада, что решилась пойти по этому длинному, закольцованному маршруту, делая один виток за другим, поскольку в качестве вознаграждения я получила нечто большее, чем просто физическую нагрузку. Стены вдоль ступеней расписаны красивыми фресками. Я прохожу мимо картины с десятками улыбающихся солдатиков, играющих на барабанах и одетых в красно-сине-белую форму, ярко-красные фригийские колпаки, также известные как колпаки Свободы, что сразу переносит меня в эпоху Великой французской революции.
Я поворачиваю за угол вслед за парой, которая идет, держась за руки и смеясь. И тембр этого смеха – такой низкий, такой сексуальный… Я стараюсь не отставать, карабкаясь все выше и выше по ступенькам, но теряю их из виду, и тогда мне приходится замедлить шаг и отдышаться, и я останавливаюсь прямо перед большой и смелой абстракцией с изображением «Мулен Руж». И так, взбираясь и поворачивая круг за кругом, я вдруг оказываюсь под ночным небом глубокого синего цвета со звездами в окружении причудливо танцующих белых лошадей с крыльями. Это похоже на сон, и я снова стараюсь поймать свое дыхание, чтобы продолжить свой путь наверх, как тут же передо мной открывается фреска Монмартра с видом на Париж и Эйфелеву башню, стоящую где-то вдалеке и будто подсказывающую мне, что я проделала весь этот путь сюда прямиком из VII округа. Я определенно сейчас нахожусь в XVIII округе, обнимающем своими улочками базилику Сакре-Кер. И пока магия Монмартра все больше и больше завладевает моим сердцем, я подхожу к какому-то космическому взрыву акварельных цветов, выкрашенных в насыщенные тона желто-коричневых ирисок.
Да, я окончательно и бесповоротно очарована Монмартром, и к тому моменту, когда преодолеваю свою последнюю ступеньку и встречаюсь с Николь, я уже полностью готова сдаться на милость победителя.
Это то, что сразу привлекает мое внимание в моей новой подруге Николь, когда она со мной здоровается. Я практически не могу сосредоточиться на том, что она мне говорит – что-то про дождь. Я буквально загипнотизирована красотой ее голоса, поэтому просто соглашаюсь со всем подряд и следую за ней. Голос у нее не хриплый, но он имеет какую-то особую тональность, которая вас успокаивает, как будто она не хочет слишком шуметь или привлекать к себе внимание. Да, именно так. В ее голосе есть что-то таинственное, скрытное. Я сразу чувствую, что вот-вот открою для себя все французские секреты сразу. Хорошо, может, и не все, но определенно многие.
Николь – настоящая парижанка. Она работала на модный дом
Николь говорит, что хочет показать мне одно особенное место, которое, она уверена, мне безумно понравится. Я соглашаюсь и следую за ней вверх по крутому склону, стараясь не поскользнуться на мокрых от дождя мощеных улицах.
Мы с Николь сворачиваем на какую-то улицу и останавливаемся перед воротами частного дома. Она подходит к большой кованой двери и на прикрепленной рядом с ней маленькой коробочке набирает несколько цифр – секретный код. Как по волшебству, ворота открываются, и я следую за Николь через пышный сад, полный зеленых цветущих растений, выглядящих еще ярче после дождя. Мы доходим до самого конца мощеной дорожки, и Николь жестами указывает мне на ночное небо.
После этого мы движемся дальше по садовой дорожке мимо террасы с белыми коваными столиками и стульями прямиком к белому замку с такими же белыми ставнями. Это отель-ресторан, или
Я киваю. Да, мне здесь нравится!
Николь объясняет, что здесь, в этом отеле, мы просто выпьем apéro – бокал красного вина, а затем она отведет меня на ужин в ресторан «Ля Маскотт».
Мне нравится, как она это произносит, слегка поджимая накрашенные красной помадой губы и улыбаясь. И все же самой обезоруживающей деталью ее очарования является ее голос. Слушая ее, я вдруг замечаю, что, хотя ресторан уже давно переполнен болтающими друг с другом французами, я не слышу, что они говорят. И это ключ к французскому голосу. Французы никогда не кричат, они скорее чуть понижают тембр, что делает их манеру общения еще более интригующей.
Я представляю себе, будто все присутствующие пары пришли сюда на тайное свидание и теперь шепотом обмениваются друг с другом непристойными секретами. Конечно, они так не делают, но я уверена, что именно это тихая манера общения делает французский язык таким сексуальным.
Затем мы с Николь снова отправляемся в путь и спускаемся вниз с холма по мощеной мостовой к улице Абесс. Я узнаю эту улицу благодаря фильму Вуди Аллена «Полночь в Париже», но даже не упоминаю об этом, поскольку уже с радостью предвкушаю наш ужин в пивном ресторане «Ля Маскотт». Я смотрю на выставленные на горах колотого льда морепродукты – устрицы, гребешки, креветки и улитки, – как на истинные произведения искусства. Николь объясняет мне, что ресторан «Ля Маскотт», открытый еще в 1889 году, славится именно своими морепродуктами. И именно здесь мы будем сегодня ужинать.
Мы поднимаем бокалы шампанского за нашу встречу, и нам практически сразу подают устриц. И тут к нашему столику подходит месье Кампион – владелец ресторана. Одетый в синий костюм и галстук цвета лосося джентльмен целует Николь в обе щеки, а затем пожимает мне руку, вложив в приветствие всю свою теплоту и обаяние.
Николь делится со мной впечатлениями о своих многочисленных поездках в Нью-Йорк и на Кейп-Код, говорит о том, насколько ей нравится останавливаться в доме своих американских друзей в историческом местечке Патчин-Плейс в Гринвич-Виллидж[95].
За разговорами мы даже не замечаем, как становимся последними посетителями в ресторане «Ля Маскотт». Вечер пролетел как-то незаметно, и теперь мы с Николь собираемся уходить, но перед этим месье Кампион возвращается к нашему столику, и они с Николь обмениваются несколькими словами. Они тихо говорят по-французски, и, прежде чем я успеваю опомниться, месье Кампион дарит мне три банки сардин. Николь объясняет мне, что это сардины известнейшей консервной фабрики
На каждой банке – изображение французской девушки.
Мне больше всего нравится та, у которой рыжие, как у русалки, волосы, и синее платье, сделанное из блестящей рыбьей чешуи.
Николь поясняет, что эти сардины изготовлены на фабрике в Сен-Жиль-Круа-де-Ви[97] и что на каждой банке проставлена дата, начиная с которой рыбки, как и французское вино, становятся только изысканнее и вкуснее. На самом деле срок их хранения может достигать десяти лет, и каждой баночке присуждается собственная престижная маркировка.
Сказать по правде, после этого удивительного подарка я уже вряд ли буду когда-нибудь относиться к консервам из сардин как к чему-то обыденному!
Возможно, у вас нет французского акцента, и вы никогда не сможете говорить так, как это делает моя харизматичная подруга Николь, но у вас все равно есть голос. Так почему бы не признать, что он может стать мощным инструментом соблазнения?
И еще один важный совет: думайте иногда не только о том, чтó бы сказать, но и о том, как промолчать. Постарайтесь развить в себе способность слушать. На самом деле, чем меньше вы говорите слов, тем больше получаете внимания со стороны мужчин. Задумывайтесь над выбором своих слов и образов, которые рисует ваша речь. Попробуйте создать мечтательную и красивую картину, подбирая не только выражения, но также модуляцию и тональность, переходящую почти в шепот. Говорите о природе – небесах, облаках, цветах и реках. Опишите вкусное блюдо – аромат лимона и розмарина, мяты и эстрагона. Поговорите о шелке и атласе, о соленом морском воздухе на вашей коже, о поездке на побережье прошлым летом. Понимаете, как это работает? Когда ваша речь наполнена живописными образами, она буквально захватывает все внимание человека. В поэзии ваших слов вы всегда можете нарисовать удивительные образы людей и различных мест. Никогда не забывайте о том, насколько мощным оружием является ваш голос. Заботьтесь о нем. Берегите его, поскольку он является вашим волшебным инструментом.
Одно только знание об этом изменит всю вашу жизнь.
Как-нибудь поставьте себе фильм на французском языке, закройте глаза и просто послушайте французскую речь. Это звучит так сексуально, даже когда персонажи говорят или спорят о самых обыденных вещах, например, о том, как долго они уже сидят в этом кафе, а их подруга Мари-Клэр опаздывает, как обычно. Все эти звуки настолько заманчивы и притягательны. Эти мягкие согласные и круглые гласные – это неотъемлемая часть французского языка.
И возможно, в этом состоит только доля истины, но вы все же заметите, что когда французы – и особенно француженки – разговаривают, они используют свой голос как какой-то прекрасный музыкальный инструмент: то говорят быстро, то замедляются, то уговаривают, то кокетничают, растягивая свое знаменитое
Посмотрите по-настоящему французский фильм «Амели», где Одри Тоту сыграла роль главной героини. Там есть один эпизод, в котором она ведет слепого мужчину по заполненному людьми бульвару, держа его за руку, искусно лавируя в толпе и при этом описывая бурлящие вокруг них события – вот им улыбается владелец цветочной лавки, вот они проходят мимо пекарни, сырного магазина, леденцового мороженого, мужчины, раздающего бесплатно ломтики дыни. Во время этой головокружительной сцены Амели очень быстро говорит по-французски, описывая восхитительные образы Парижа. Ее голос звучит мелодично, мягко и притягательно, и все, что она произносит, окутано какой-то таинственностью.
Признаю, часть этого монолога звучит так красиво исключительно благодаря самому французскому языку. Но голос Амели (или Одри Тоту) настолько волшебен из-за слов, которые она выбирает. Именно из-за образов, которые она рисует для нас, мы можем в полной мере насладиться видами, звуками и запахами напряженного дня в Париже, переполненном
И, безусловно, нельзя забывать о тонкости подачи. Она никогда не повышает голос, чтобы только она и сопровождаемый ею мужчина могли разделить между собой их маленькое тайное наслаждение. Это совершенно очаровательная сцена, которая потрясает вас до глубины души, равно как потрясен и сам слепой мужчина магией очарования главной героини.
Американцы славятся на весь мир именно своей громкостью. Мы громко смеемся. Мы буквально кричим слова приветствия и делаем все, чтобы нас услышали, независимо от того, едем ли мы в переполненном метро или сидим в тихом ресторане. И правда заключается в том, что такая манера общения ничего не оставляет нашему воображению. Нет никакой необходимости в подобной громогласности, не говоря уже о том, что это совсем не сексуально. Как однажды было мудро подмечено в рекламном слогане французских духов фирмы
Начните записывать свой голос и по-настоящему прислушиваться к нему. Подумайте, можно ли его чуточку изменить, сделав тон мягче и соблазнительнее.
Затем оцените свой словарный запас. Используете ли вы красивые слова? Можете ли вы при их помощи создать великолепный образ? Какие картины вы рисуете в своей речи? Если вы используете много ругательных слов, постарайтесь немного сбавить свой тон. Иногда мягкостью можно добиться гораздо большего, нежели грубой силой.
Наконец, станьте немножечко француженкой и начните воспринимать свой голос как дар, который вы преподносите миру. Как только мы перестаем кричать, мы даем людям возможность подойти поближе и прислушаться к нам. Слова имеют огромное значение, поскольку через нашу речь мы передаем уникальные образы. Подумайте о силе своего голоса и начните использовать ее, чтобы сделать мир вокруг себя восхитительным и прекрасным. В конце концов, никогда не знаешь, кто может слушать тебя в данный момент. Возможно, истинная любовь поджидает вас прямо за поворотом, и ваш голос создаст о вас самое первое и самое важное впечатление.
Глава 9
Еда – любовь моя: званый ужин по-французски
Конечно же, вы слышали о французском печенье «Мадлен». Это сливочные печеньки, приготовленные с лимонной цедрой и запеченные в форме маленьких ракушек. Они карамельные и хрустящие снаружи, но при этом мягкие, воздушные и маслянистые внутри. Поверьте, даже до Америки они уже добрались. У Марты Стюарт[98] есть совершенно потрясающий рецепт этого печенья с использованием фундука, и в наши дни вы можете легко встретить их в кофейнях
Во Франции «мадленки» принято подавать к чаю. Своей же всемирной славой они обязаны роману Марселя Пруста «По направлению к Свану», ставшему первым в цикле семи романов «В поисках утраченного времени». Вы наверняка помните ту сцену, где главный герой окунает печенье в липовый чай своей тетушки и тут же переносится в воспоминания о далеком детстве.
Но вот о чем вы вряд ли знаете, так это о том, что в первоначальном варианте рукописи главный герой Пруста окунает в чай не печенье, а самый обычный тост. Да-да, кусок подсушенного хлеба – скромного, неромантичного и не названного в честь загадочной французской барышни по имени Мадлен. Но лично я не уверена, что прозаичное словосочетание «воспоминания Пруста»[99] стало бы предметом для изучения психологов и публикаций в журнале
Вот она – сила печенья в действии! Ну, хорошо, не печенья, бисквита к чаю.
И вот почему ни одна книга, где речь идет о завоевании мужского сердца «на французский лад», не может обойтись без обсуждения секретов обольщения при помощи совместного поедания обеда, вкусного десерта, распития шампанского и поцелуя (или двух, возможно, трех).
«Новое платье ничего не меняет для вас. Оно меняет жизнь, которую вы проживаете в этом платье».
Уже середина октября, поэтому поверх своего любимого платья в горошек я надеваю пиджак темно-синего цвета, купленный в Тулузе. Хотя погода в Париже установилась прохладная, я насчитываю порядка тридцати-сорока женщин и мужчин на уличной террасе, выпивающих, смеющихся, флиртующих друг с другом. Они приехали сюда со всех уголков света, и большинство из них встретились здесь впервые в жизни, и тем не менее все они собрались тут – возле дома Джима Хайнса, уютно разместившегося в четырнадцатом округе Парижа.
Джим Хайнс – гражданин мира и хозяин званых вечеров. В действительности он является писателем и истинным двигателем культурного прогресса, появившимся на свет в американском штате Луизиана в далеком 1933 году.
Я впервые еду на его знаменитый ужин, поэтому получаю подробную инструкцию по электронной почте: доезжаете на метро до станции «Алезия», выходите на улицу Томб-Исуар и идете вперед «ровно 39 шагов». Подойдя к дому, вы набираете секретный код, толкаете калитку и проходите по мощеной дорожке через сад. И здесь происходит нечто удивительное. Еще несколько секунд назад ты находился на улице посреди городской суеты, но когда ты оказался внутри, тебя не покидает ощущение, будто ты очутился в какой-то очаровательной деревне с ее небольшими кирпичными домиками и маленькими садами.
В гости к Джиму одновременно могут попасть человек пятьдесят-шестьдесят, успевшие первыми попросить у него приглашение. Совершенно любой человек на Земле может написать ему на электронную почту, а затем, как только приглашение будет подтверждено, получить адрес и код доступа. Посетить ужин у Джима Хайнса стоит хотя бы потому, что каждый из них представляет собой неотъемлемую часть парижской истории. За последние тридцать лет здесь побывало немало знаменитых людей, включая писательницу и ученую Жермен Грир, поэта Аллена Гринзберга, художницу и певицу Йоко Оно, а также американскую актрису и модель Хлою Севиньи. Апартаменты Джима находятся по соседству с домом номер 18 по улице Вилла Сёра, где в 1934 году Генри Миллер написал свой роман «Тропик Рака», при финансовой поддержке Анаис Нин, оплатившей вместе со своим мужем арендную плату за жилье и все расходы, связанные с публикацией книги.
Я наливаю себе бокальчик каберне, приветствую пару-тройку гостей и поднимаюсь вверх по лесенке в поисках самого Джима. И тут же его нахожу. Он лежит на диване возле двери, мило здороваясь со всеми и при этом отдыхая. Он только что вернулся из поездки в Лондон, и потом, ему все-таки девяносто три года. Но, несмотря на свой возраст, он обладает молодой и полной жизненных сил аурой. С этой слегка взъерошенной копной седых волос и большими усами, в этом свитере-водолазке он является живым воплощением битника[101]. Вывод о том, что когда-то он мог реально находиться под влиянием данного движения, напрашивается сам собой, стоит только посмотреть на обилие книжных полок и огромную литературную подборку в его доме. Его собственный последний релиз называется «Граждане мира в парижском доме».
Джим приветствует меня настолько тепло, что мне кажется, будто мы знакомы уже не один десяток лет. Он предлагает мне встать в очередь за ужином, который сегодня готовит его гость-волонтер из Барселоны, стоящий за длинным шведским столом и колдующий над огромным горшком с тушеным мясом. Я занимаю место в конце очереди по соседству с дружелюбными гостями, стоящими справа и слева от меня. Каждому достается по половнику тушеного мяса с кускусом на гарнир. Чуть позже выносят салат, сыр и, наконец, торт и кофе. Все подается в фарфоровой посуде с приборами из нержавеющей стали. Никакой пластмассы или пластика.
Получив свою тарелку, я перехожу в комнату и тут же попадаю в водоворот международного разговора. Я знакомлюсь с тремя джентльменами: одним – из Австралии, вторым – из Ирландии и третьим – из Франции. Мы сидим с Эдит, моей парижской подругой, и сразу же вступаем в оживленную беседу о мужчинах и женщинах и о будущем романтики. И думаю, что данная тема возникает вовсе не из-за того, что я пишу книгу об этом. Я понимаю, что причина кроется в еде, в вине, в этом уникальном сочетании молодости и зрелости, местных и иностранных обычаев. Думаю, что все это объясняется ощущением непринужденности и легкого хаоса, пропитавшего сегодняшний вечер. Все настолько непредсказуемо и в то же время переполнено самыми невероятными возможностями…
Размышляя о той очереди, в которой мы все стояли в ожидании своей порции рагу, я понимаю, что общение с приглашенным поваром из Барселоны является важной частью этого кокетливого мероприятия. Вам может показаться, что подобное ожидание, пока вы дойдете до места раздачи и попросите положить себе чуть больше или меньше тушеного мяса, является неэффективным, но я считаю, что на самом деле в этом скрыт основной секрет успеха вечера. Это самое ожидание замедляет всю очередь. Вы поняли все правильно: оно
Существует миф о том, что французские званые ужины всегда проходят в очень формальной и размеренной обстановке, сопряжены с культурными или политическими интригами, при обсуждении которых вы просто обязаны вставить пару-тройку колких и остроумных замечаний, в противном случае вас отправят прямиком на гильотину.
На самом деле многие французские вечеринки проходят в весьма непринужденном формате, а некоторые и вовсе организуются вне пределов замкнутых помещений.
Мои друзья, Фредди и Пьер, всегда принимают участие в
День всегда начинается с того, что около тридцати женщин и мужчин встречаются в центре города, откуда они на велосипедах отправляются в пригород и уже там наслаждаются пикником, организованным прямо в полях на берегу реки Сены. Каждый приносит с собой что-то вкусненькое: вино или газированную воду, багеты, камамбер и другие сыры местного производства, типа грюйера, рокфора, козьего сыра, деликатесы в виде сосисок, колбасок, ветчины, паштетов, а также помидоры, фрукты и, конечно же, красное вино и французский сидр (все традиционные для Нормандии продукты). Люди всегда берут с собой фрукты и десерты. И неизбежно кто-то прихватывает с собой аккордеон или гитару, поэтому любой пикник сопровождается пением. Первая такая поездка была организована, чтобы отпраздновать изменения в трудовом законодательстве Франции, внесенные в 1936 году, когда сотрудникам стали предоставлять двухнедельный оплачиваемый отпуск. И еще такие пикники являются для французов своеобразной формой благодарности их бабушкам и дедушкам, упорно трудившимся и сумевшим добиться для своих внуков свобод и привилегий, которыми они пользуются до сих пор.
Честно говоря, я не могу себе даже представить лучшего способа, чтобы отпраздновать свободу. Это не только идеальное сочетание еды, развлечения, отдыха, природы, физической нагрузки, свежего воздуха, музыки и возможности пообщаться друг с другом, но и прекрасный рецепт настоящей романтики.
Когда я спрашиваю свою подругу Валери о том, как организовать соблазнительный ужин дома, она объясняет мне, что все должно быть наполнено романтикой, включая сервировку стола. Она предлагает использовать белую скатерть и посуду, которая будет едва заметно перекликаться по оттенку с вашим платьем. Даже макияж и маникюр должны гармонировать с вашей посудой. И безусловно, вы должны украсить стол цветами, листьями или даже просто ветками растений в зависимости от времени года. Вот что она мне сказала:
«
Конечно, если вы не живете постоянно во Франции, то, возможно, некоторые из этих необходимых на кухне вещей вам будет не так просто раздобыть, так что здесь вы вольны составить свой собственный список. Основная мысль заключается в том, чтобы всегда иметь под рукой продукты первой необходимости, из которых можно будет составить максимально быстрое и простое меню. Когда я спрашиваю своих французских друзей, что они хранят в своих кухонных шкафах и холодильниках, они делятся со мной некоторыми совершенно гениальными идеями, которые я и представляю здесь вашему вниманию (в абсолютно произвольном порядке):
•
•
•
•
•
•
•
•
•
•
Поделиться книгой: