Космогид [СИ]

— Достал, Влад! Есть три человека, которые знают меня как облупленного. Возможны и такие варианты…

— Говори! Их имена?

— Имена? Пожалуйста! Тремпист Пинчо — раз. Тайгер, промышляющий в сфере купли-продажи алмазов, аферист — два. И ты… Я ведь тогда намекнул, что готовлюсь сорвать знатный куш.

Мы встретились взглядами.

3. Сидели мы и ждали

Сколько можно глядеть друг на друга не отрываясь? Минуту? Две? Так мы играли в детстве, считая, что первый, кто отведет глаза — слабак. Доля правды в этом ребячестве есть, но нельзя же воспринимать все на любительском уровне. Здесь психология на высшем уровне.

Чивис моргнул, криво улыбнулся.

— Ты же знаешь, что я имел в виду.

— Конечно, — холодно ответил я. — Тайгер и, как его…?

— Пинчо.

— Вот-вот. Они сейчас в «Приюте»?

— Нет их здесь! — с непонятной для меня радостью воскликнул Чивис. Радовался, что его утверждение об умении держать язык за зубами подтверждена? Или уличает меня в грязной игре?

Я сделал очередной заказ, и пока гарсон исполнял его, закурил сигарету. Предложил старому другу. Говорить совершенно расхотелось. Придется глубоко подумать.

А Чивиса я все же напоил. Физическое напряжение, постоянная эквилибристика на грани срыва — вот, что свалило его, а не это пойло. С помощью невозмутимого охранника, привыкшего к таким сценам, я увел парня в гостиничный номер, чего и добивался. Я хотел выключить Чивиса из игры, пока он окончательно не свихнулся. Золото Клондайка не должно осесть в чужих карманах. От него не отлипнут, требуя продолжения партии, но поспать ему необходимо. На свежую голову воевать легче.

Не очень-то мне верилось, что Тайгера и Пинчо нет в казино. Самое верное решение — лично проверить списки посетителей. Я вернулся на таможенный терминал и попросил «просветить» списки. В гостиничные номера совать нос бесполезно. Там никто не даст мне информацию. Имена в этой конюшне меняют как перчатки, да с такой скоростью, что забывают свои истинные. А таможенные компьютеры содержат личный код прибывшего. Очень сложная система контроля, если учитывать специфику внутреннего распорядка. Но она мне могла помочь. И помогла. Пинчо был здесь.

— Борт 724, - взглянул на экран дежурный оператор. — Это его малотоннажный грузолет. Зарегистрирован в Управлении космического транспорта в мае 2650 года за номером ТМ 0009765. Подтвержден совсем недавно, по истечении пятилетнего срока эксплуатации. К нам прибыл два дня назад.

— После Чивиса?

— Да, — после короткой паузы ответил оператор, найдя нужную мне строку. — Чивис пришвартовался в 18.05, а тремпист Пинчо — в 18.35.

— Отлична работа, парни, — хлопнул я по плечу оператора. — Не спите на посту, и мышей ловите.

— Стараемся, — хмыкнул оператор.

«Еще бы не старались, — подумал я без злости и зависти. — Получаете жирный кусок, а в довесок — много привилегий, полный социальный пакет. Если кое-где узнают, что «Победоносец» провез банду головорезов через таможенную гребенку — в старости будете рыться в мусорных баках. Только ведь и мне придется скрываться от мести обманутых офицеров».

— С меня ящик пива, — пообещал я.

— Заметано, — охотно согласился оператор. — Только элитное, «Лафайет».

Я согласно кивнул и вышел в гулкую пустоту коридора, куда допускались лишь административные работники, и через пару минут ввернулся в бурлящий поток отбывающих и прибывающих, а также праздно шатающихся людей.

— Сэр! — прохрипел кто-то за моей спиной, да так мерзко и противно, что я содрогнулся.

Обернулся, и обнаружил забулдыгу-мужика с отвисшими щеками и ярко блестевшими глазами. Явно не от юношеского задора.

— Чего ты хочешь, красавец? — недружелюбно спросил я.

— Не найдется ли пара жетонов на ставку? — мужик нагло протянул руку. — Мои капиталы не выдержали ритма «Приюта».

— А в рог? — я уже примеривался, куда бы лучше засветить бродяге.

— Хоть ты и космогид, Балканский, и работаешь у самого Анисьева, но замашки у тебя плебейские, — услышал я знакомый голос. Хрип попрошайки куда-то исчез.

Кулак медленно разжался. Сойка в необычном для себя амплуа весело скалился и пытался выяснить, насколько удачен грим и сыгранная роль.

— Здорово, — признался я. — Как же ты решился сунуть нос в пчелиный рой? После того разговора я подумал, что ты возьмешься за ум.

— Чужая личина хорошо помогает понять суть жизненного пути, — туманно изъяснился Сойка.

— Паршивый из тебя философ, — беспощадно заклеймил я его.

— Да брось ты дуться, и не воспринимай все как личную обиду! Чего ты тут вынюхиваешь, кстати?

Я поделился своими соображениями, опустив кое-какие подробности. Для Сойки они станут ненужным раздражителем. Капитан-бродяга внимательно выслушал меня, оживился, и напустил на себя важный вид, словно от него что-то могло зависеть в данной ситуации.

— Я знаю Пинчо, — обрадовал он меня. — Это такая бестия! Любого обведет вокруг пальца. Пошли, порыбачим.

— А твоя проблема?

— Решим твою — перейдем к моей, — мудро изрек Сойка.

— Что-то мне сомнительно, что с первого захода угодил в десятку, — пробурчал я тихо.

Мы направились в гостиничный комплекс и вежливо поинтересовались у хорошенькой дежурной, где проживает шалун Пинчо, чья профессия заставляет его метаться по космосу и забыть старых друзей.

Сойке следовало бы сперва смыть грим. Я твердо был убежден, что из-за него наша просьба была отклонена немедленно и без дальнейших объяснений.

— Не может быть, тóпи, чтобы я не нашел своего старого приятеля, — мерзко заулыбался Сойка. — Я уверен, что он здесь, и просто боится встречаться со мной.

Меня передернуло. «Топи» — прозвище всех симпатичных мордашек, обитающих на просторах Вселенной, совершенно нелепая трансформация от слова «топ-модель». Это выражение очень быстро прижилось в космическом лексиконе тремпистов и прочего путешествующего люда.

— Я могу посмотреть список гостиничных заказов? — Сойка не собирался покидать свой пост, облокотившись на поверхность справочного бюро.

— К сожалению, господа, я не имею права предоставлять вам такую возможность. Об этом было сказано пять минут назад, — девушка смягчила тон, но решения своего не изменила. — Это сугубо служебные файлы. Но я посмотрю сама. Как я поняла, вы ищете мистера Пинчо?

Ее пальцы сноровисто побежали по клавиатуре и через полминуты был готов ответ, немало нас разочаровавший:

— Такой человек в гостинице не проживает.

Сойка послушно покивал головой, но уходить не собирался. Перегнувшись через стойку, он медленно, но внятно произнес:

— Пункт седьмой, подпункт «с» Устава гласит: служащие гостиничных сетей, находящиеся на должности администраторов, заместителей, а также лица на дежурстве, обязаны предоставить самостоятельный доступ к информации для изучения списков посетителей сотрудникам из полиции, из таможни и, — Сойка повысил голос, — космогидам!

— Ну и что? — вспыхнула «тóпи». Ее здорово задели слова капитана. Кто же хочет выслушивать поучения в свой адрес? Это признаки собственной некомпетентности. — Вы же не полицейские?

— Господин Балканский сейчас предъявит секрет-карту, и вы убедитесь, что по пустякам я никого не тревожу.

Ай да Сойка! Утер нос девчонке! Даже я ничего не слышал о таком Уставе. Протянув секрет-карту со своими данными, кроме сугубо частных, в руки этой красотки, я улыбнулся во весь рот, будто лягушка на болоте после обильной еды. «Тóпи» проверила данные и разрешила войти в помещение, где стоял резервный компьютер, по которому мы просмотрели список лиц, заселивших гостиницу. Очень интересный список, я скажу. Мне встретились несколько фамилий, обладатели коих считались уже несколько лет как мертвые или пропавшие без вести. Пинчо и в самом деле не было. Или был, но под другой фамилией.

— Это еще ничего не значит, — не унывал Сойка, оставаясь солидарным со мной в таком мнении. — Я слышал о Пинчо как о великом выдумщике. Терпение… Ага! Любопытно. Комната номер 131. Его имя — Антонио.

— Ну и при чем здесь Антонио?

— А то, что Антонио — выходец из южного Средиземноморья. Среди любителей путешествовать по космическим трассам жители сих мест в очень малом количестве отрываются от женщин и спагетти. Пошли, проверим нашего малыша.

— Я ничего не пойму. Если нет Пинчо, а есть Антонио — это ведь не говорит об одном и том же лице?

— Если Антонио — Пинчо, то нам повезло. Если Антонио и есть Антонио — мы можем узнать у парня о его друге. Недругу, Балканский, просто так грузолет не доверят! А борт зарегистрирован на имя этого парня!

По пути к лифту я не удержался и спросил Сойку:

— Ты где выкопал такой убойный пункт?

— Я же говорил: со мной не пропадешь, — самоуверенность головореза иногда раздражает меня. — Откуда знать глупенькой «тóпи», что таких уставов с идиотскими указаниями попросту не существует. Я рассчитывал на обыкновенную человеческую осторожность и боязливость перед высшим начальством и инструкциями, которые никто в здравом уме не изучает. Если бы вместо нее сидела опытная крыса из запасников — мы бы караулили Пинчо, или кто он там, на чемоданах в холле.

Пока Сойка размышлял о пользе психологической обработки, мы прибыли на место. Капитан подошел к двери с номером 131 и деликатно постучал по пластиковой обшивке. Прислушался. Опять постучал.

— Или спит, или в казино бросает фишки до одури, — вынес вердикт Сойка.

— Так и будем здесь торчать? — раздраженно спросил я, видя, что мой сосед по каюте и не собирается поворачивать назад.

— Вопрос не в твоем стиле, Влад, — заметил Сойка отнюдь не злобно, скорее расслабленно. — Надо проникнуть в комнату, это ежу понятно. Есть булавка, иголка или шпилька?

— Таким способом ты откроешь замок через полчаса. Это старинная версия. Кажется, век 20 или даже 19, — язвительно заметил я.

— Ты прав, ты очень внимательный, — Сойка выудил из карманов своих штанов, дополняющих его идиотский наряд, несколько связок допотопных ключей. — Приобрел по дешевке на Земном аукционе. Смотрю всегда вперед.

Ну да, себя не похвалишь…

— Какой-то чудак предлагал устроителям вот эти самые ключики, но те покрутили пальцем у виска. Я вовремя подсуетился и выкупил эти железки. Кто оказался прав — ты видишь. Здесь магнитные замки оказались не в чести, и их заменили на те, что валялись в подсобке.

Бормоча себе под нос еще что-то, Сойка возился с замком до тех пор, пока дверь не распахнулась. Космический гангстер радостно воскликнул и ввалился в номер. Сразу же вспыхнул свет. Сработали фотоэлементы.

— Не экономь на хороших замках, — нравоучительно заметил мой спутник. — Страсть к антиквариату в современном мире — не лучший способ сохранить секреты.

Сойка по-хозяйски загремел бутылками в баре, наливая что-то в стаканы.

— Не будем зря терять время, — он упал в кресло и забросил ноги на низкий столик, — а посему уподобимся двум счастливцам, пробующим сей дивный нектар.

Так мы просидели довольно долго, а я даже успел задремать, устав от бесконечных морализаторских речей Сойки. Я встрепенулся от звука открываемой двери и резкого щелчка. Потом раздалась тяжелая поступь шагов.

— Какого черта? — загремел трубный глас.

Я поднял голову. Перед нами возвышался двухметровый верзила с густыми усами и черными вьющимися волосами чуть ли не до середины позвоночника. Мужик был весь в скрипучем одеянии из рыбьей кожи — последний писк моды — на ногах высокие ботинки с толстой подошвой, под которые пальцы лучше не совать.

Сойку привлекли ботинки.

— «Мишлен», — сказал он в пустоту с нахальным спокойствием. Моя интуиция вопила, что иногда человек ошибается, и в этом случае нужно сматываться, и чем быстрее, тем лучше.

— Где брал? — Сойка явно нарывался на неприятности.

— Эй! Спрашиваю здесь я! — рявкнул хозяин номера, даже не услышав стук моих зубов. — Что вы здесь делаете, молекулы? Да еще мой джин попиваете!

— Джин — дрянь, — убежденно ответил Сойка, добавив хрипоты в голос. Неужели они знакомы и капитан боится быть узнанным. — Я тебе могу предложить такой бурбон, что пальчики оближешь.

— Эй, тремпист вонючий! Кто бы говорил о бурбоне! — верзила встал за моей спиной, я приготовился к самому худшему.

Убежать из номера не позволяла мужская гордость, хотя сейчас хотелось на нее наплевать. Почему, задумался я, за лихачества и ошибки Сойки должно доставаться мне? Так, дождались! Широченная лапа схватила меня за ворот костюма, да так, что он удавкой впился в горло. Да еще затрещала дорогая ткань где-то внизу. Представив себя со стороны, я истерически хохотнул. Требовалось какое-то быстрое решение, но оно не находилось, и я продолжал висеть в лапах гориллы покорным зайчиком. Загремело отброшенное в сторону кресло, и я окончательно повис в воздухе.

— Красавец! За выпитую бутылку надо платить! Я вез ее с самой Земли не для того, чтобы два шелудивых пса вылакали ее в свое удовольствие! А за проникновение в чужой номер — двойной тариф!

— Пус-сс-ти, придурок, — прошипел я, поскольку воздуха стало не хватать, и в то же время делал Сойке знаки, призывая того к активным действиям. Тот же безмятежно развалился в кресле. Подумать только! Он и не собирался помогать!

— Сэр, это сто тридцать первый номер, не так ли? — вежливо поинтересовался капитан. — Я понимаю, что могла произойти ошибка, и хочу развеять все сомнения.

— Заткни свою пасть, вонючка! Сейчас я удавлю этого червяка, а затем примусь за тебя!

Изловчившись, я со всего размаха саданул каблуком под колено гориллы. Словно по бревну попал. Верзила даже не поморщился, считая, что по его ноге пробежала муха. Он залез свободной рукой в карман моего пиджака и выдернул бумажник с деньгами и документами. Купюры он забрал себе.

— Эй, а сдача? — пискнул я.

— Спроси у своего дружка, — великан кинул меня в сторону на пол и направился к Сойке, засучивая рукава, но остановился как вкопанный. В живот ему уперся ствол лучемета — самого опасного оружия в ближнем бою.

— Кем предпочтешь быть: человеком с хорошим поведением или жареным кабанчиком? — полюбопытствовал Сойка.

— Убери игрушку, — посоветовал верзила. — Убери, не доводи до греха!

— Помилуй! — изумился гангстер. — Грех есть искушение плоти во всех ипостасях. Твой грех мы уже наблюдали: ты взял деньги моего друга. За что? За твой паршивый джин? Да я сейчас достану ящик этого пойла. Здесь! Сейчас! Хочешь? Вот твой грех. Где Пинчо, гад? Куда дел его тело?

Кинг-Конг с трудом переехал на другие рельсы. Сойка большой мастер затуманивания мозгов!

— Э.… Нет здесь никакого Пончо. Не знаю такого.

— Пинчо, болван! — Сойка медленно встал, при этом переместив ствол лучемета в район переносицы. До меня стало доходить, что в руках капитана настоящее боевое оружие. Где он его взял, черт побери?

— Я думаю, стоит освежить твою память, — хищно оскалился Сойка и его палец уперся в скобу-курок. — Я не шучу.

— Ладно, убери пушку же, — верзила облизал пересохшие от волнения губы. — Пинчо здесь точно нет. Он сейчас в другом месте. Далеко.

— В могиле?