ТОЛИК. Ладно, Варюха, я пошутил. Глупости все это, правда. Ты дорогу запомнила? У меня что-то в башке перепуталось.

ВАРЬКА. Ох, Толянчик… Вот это любовь… Тут налево вроде бы. Деньги-то покажь! Много ли схватил, посчитать надо. Так, сперва шуба мутоновая, потом сапоги потеплее да покрепче, чтоб наше дерьмо-то месить… Эх, погуляем! Утром к Матрене за самогоном сбегаю, отметить надобно. Шутка ли, такие обновки справлю! Век бы ждала, пока по рублику скопим. Этой-то шалаве – две тыщи как с куста! Проститутка, и деньги у ней грязные. (ощупывает его карманы) Короче, где бабки, Толик?

ТОЛИК. Петровичу оставил.

ВАРЬКА. (помолчав с открытым ртом) Чё? Какому Петровичу?

ТОЛИК. Владимиру, какому еще. Ты не думай, он мне отдаст, когда я к нему приеду! Слышала ведь, на работу обещал взять, квартиру снять поможет! Чего я с деньгами-то ночью мотаться будь? Неровен час, патруль тормознет, шмонать будет! Ты думай башкой-то, Варька!

ВАРЬКА. Да ты!.. Мудила ты, что ли? Такие бабки отдал! А шуба? Сапоги? В говномёсах китайских опять по селу ходить? Да меня девки обсмеют! Грабители, без денег приехали! Как машину-то не разбили еще! Недолго уж до столба-то осталось или там дерева! Пьянь ты, Толенька… (чуть не плачет, утирая рукавом глаза) На работу, говоришь? Трактористом, типа?

ТОЛИК. Какой тебе в городе тракторист? В конторе буду с бумагами работать, поняла? Петрович обещал. С этим, как его, компьютером научат.

ВАРЬКА В конто-оре? Ну, ежели так… А меня-то возьмут?

ТОЛИК. В институт пойдешь, образование будет экономическое. Удитор, едрена Мона. Говорю же, повезло с попутчиком – я его выручил, он меня! Бизнес! Тут мух не лови.

ВАРЬКА. В городе… Ну, девки обоссутся кипятком! В городе работа, это же надо! Институт! Слышь, а в театр сходим? Опера там, балет? Чтобы мне билеты покупал в театры! И телефон мобильный, типа как у Владимира Петровича, буду на почту Ленке звонить: «Але, это Бобровка? Как там ваши коровы, телятся?» Приеду к ним в шмотках от купюр! (отхлебывает из бутылки и приваливается к водителю) Толенька, ты молодец! Ведь правильно я тебя на дело вытащила? А то сидел бы у себя в тракторе как пень! Будем с тобой в городе жить, в кино ходить по вечерам, чтобы там это, по ушам долбало, а не то что в клубе. По телеку тридцать каналов глядеть… Галстук тебе куплю с пальмами, модный, себе тоже платье как у этой… Алсу, короче. Ванна теплая, прикинь. Ты оттуда выходишь голый, а я тебя на кушетке уже враскоряку жду, стенаю… А то щас пока по кустам-то пробежишь до постели, уже весь холодный. И трактором твоим от тебя не воняет, солярой этой. А потом, короче, ты включаешь на диске «Гусмеральду», и мы слушаем ее в темноте, на чистой кровати… (встрепенувшись) В ЗАГС сходим, ладно? Скромно так, чтобы только самые близкие, а то денег на них не напасешься! Заблюют еще квартиру-то, деревня!

ТОЛИК. Нормально, Варюха… Заживем.

Раздается звук сирены, виден переменный бело-синий свет. Толик нервно ударяет по тормозам, и бутылка выпадает из руки полусонной Варьки. Сирена резко смолкает, но переменный свет горит. Из темноты возникают два милиционера, сержант и рядовой, оба держат руки на кобурах.

СЕРЖАНТ. Выйти из машины, быстро! Руки держать открытыми! Ну, кому сказал?!

Варька и Толик словно во сне выбираются из машины и кладут на крышу руки. Милиционеры пинками раздвигают им ноги и обыскивают, Варька при этом дергается.

СЕРЖАНТ. Они это! Давай наручники! (надевают обоим наручники, приковывая их к дверцам машины) Машина – синяя «копейка», грязная, рожа подходит под описание… Все, допрыгались, суки! Слышь, ездят тут, да еще пьяные вдупель! Во, грабители пошли, лох на лохе!

ВАРЬКА. Вы чего это, ребята? Мы же просто мимо ехали… (дергается, пытаясь разомкнуть руки) Чего же за наручники-то сразу? Ехали же! Ну, выпили немножко, дак разве за это арестуют? Отпустите, мальчики, ну чего вы?

СЕРЖАНТ. (смеясь) А кто кассу в киоске взял, не этот, что ли? (кивает на Толика) Чё молчишь, гнида? Во, и рожа кактусом поцарапана, все сходится! Серега, обыщи-ка машину, пока я с дежуркой свяжусь (отцепляет рацию и говорит в нее). Але, Вася! По плану «Перехват», да… Взяли мы их! Прикинь, туда же приехали! Типа на место преступления вернулись. Да, сходится… И рожа царапаная… Водярой воняет, опять же… Пьяные, да… Двое, мужик и баба с ним. В машине, видать, отсиделась, или на стрёме была…

РЯДОВОЙ. Андрюха, тут деньги на полу рассыпаны! Мелочевка! Десятки, полтинники… Чего с ними делать-то? Тыща, не меньше.

СЕРЖАНТ. Собирай, чего! Вася, тут вещдоки нашлись! Да не тебе собирать, деньги тут навалом лежат, из кассы… Ты карету вызвал, нет? Мы по адресу преступления… Ну, быстро чтобы. Сколько?.. Да тыща, говорит, мелочью… У той три штуки взяли?.. Да пропили уже нафиг. Две бутылки? Ну, не знаю… Может, в окно выбросили? Потерпевшую еще раз спросить надо, может, напутала чего… Пустая бутылка одна, да… Две украли? По протоколу все сдадим, а там разберутся, Вася! Ну не сходится, я чего, рожу́ тебе их?.. Пистолет?.. Да какой там пистолет, палка черная! Кто с пушкой на такое дело идет? Нет, не нашли пока! Да выбросили поди, ты первый день, что ли? По обочинам искать надо, тут такие лохи, что могли в кусты кинуть! Деньги-то?.. Да пересчитаете там в дежурке, чё мы тут, счетоводы? Ладно, ждем. (Вешает рацию на пояс)

ТОЛИК. (выпрямившись) Какие деньги, мужики? Покажь! Подбросили же! Нету там денег, откуда? (сержанту) А бабу мою не трожь, не виновата она.

РЯДОВОЙ (бьет Толика в живот, и тот сгибается от боли) Подбросили?! Да я тебе такого щас подброшу, всю жизнь на нарах проведешь! Говнюк пьяный! Из кармана я эту рвань достал, да? Да тя щас опознают в отделении, сука, а он – подбросили! У нас потерпевшая показания дала, на фига тебе деньги подбрасывать?! А это еще что за херь? (обходит машину, наклоняется к сумке Варьки и шарится в ней, достает муляж) Во! Орудие! Гляди, Андрюха!

СЕРЖАНТ. Ну всё, полный набор! С применением предмета, похожего на пистолет – это не фуфло отгрузить. Пять лет просидишь у нас, лох! И баба твоя года два, за соучастие… Ну, где карета уже? Задрало этих козлов сторожить.

ВАРЬКА. (дернувшись) Ребятки, не при чем мы, правда-правда! Нас Владимир Петрович подучил, все-все рассказал, как… Толик, ну скажи им! Ты же типа с главарем ходил, не один ведь! Подучил он тебя, гад такой, подбил на плохое дело! Раскаивается он, правда. Толик!!

СЕРЖАНТ. Во грузит. Какой еще Владимир Петрович? Один он грабил, один, согласно показаниям… (достает пачку сигарет, прикуривает).

ВАРЬКА. (со слезами) Толик!!!

ТОЛИК. Заткнись. Один я был в киоске, а Петрович на стрёме стоял… Не видать его было изнутри.

Варька замирает и падает на сиденье, спиной к приятелю. Совсем упасть ей не дают наручники. Кажется, что она сейчас заревет в голос, но тут какая-то мысль поражает ее, и Варька вскакивает.

ВАРЬКА. Он же адрес свой дал!! Владимир Петрович, директор завода… Как его? Ну… Да «Карбид» же! (милиционеры весело смеются) Он типа самый главный там, позвоните ему и спросите!

СЕРЖАНТ. Ну ты горазда брехать, сука. Нет такого директора в «Карбиде», ясно? Коммерческим у них уважаемый человек, депутат городской думы. Владимир Ильич его зовут, почти как Ленина. Фамилию вот не помню. «Петрович»!

ВАРЬКА. Он!!! Он же это! Ильич! Спросите хоть Инессу! Она с нами тоже ехала!

ТОЛИК. Помолчи, Варвара.

ВАРЬКА. Это ты скажи им! Чего я молчать буду? Правду же говорю!

СЕРЖАНТ. Да, Серега, спросим у Владимира Ленина и Инессы Арманд (оба оглушительно ржут). Ты на хороших людей не наговаривай. Прочитала в газете имя известного человека, а запомнить и то не сумела. Чтобы тебе директор «Карбида» пошел киоск грабить? (милиционеры смеются) Ну, веселуха! Ты еще скажи, он водку с тобой пил, а Инессу на заднем сиденье щупал!

ВАРЬКА. Так ведь и было! Да правда же!

Сержант внезапно, но несильно бьет Варьку по лицу, и она падает на переднее сиденье. Толик дергается, но молчит, увидев «замахивающийся» жест рядового. Варька всхлипывает, размазывая сопли. Раздается звук мотора подъезжающего автомобиля.

СЕРЖАНТ. Ну, приехала ваша карета! (бросает окурок и затаптывает его). Серега, ты за руль этого корыта садись, на штрафную отгонишь, понял? А я в дежурку, сдам этих лохов по описи, с вещдоками! Давай сперва бабу отведем, а то еще разорется снова.

Отцепляют полубесчувственную Варвару от машины и уводят в темноту. Через минуту возвращаются за Толиком и уводят его.

Конец

Мститель

пьеса в одном действии

Действующие лица:

Ольга Андреевна – психолог компании «ЕвроСупер»

Валентина Петровна – кандидат на должность менеджера

Маленькая комната в офисе крупной компании. За столом сидит отлично одетая молодая женщина деловой наружности, Ольга Андреевна. У нее на столе разложены во множестве бумаги, разные письменные принадлежности, стоят графин с водой и стаканчик. Напротив нее, на офисном стуле, пристроилась робкая Валентина Петровна, кандидат на работу в компании «ЕвроСупер».

ОЛЬГА. Итак, Валентина Петровна, Вы ответили на вопросы нашей анкеты и прошли тестирование… (просматривает бумаги перед собой и говорит вполголоса, ни к кому не обращаясь) Робеспьер?

ВАЛЕНТИНА. Что Вы сказали?

ОЛЬГА. Нет-нет, это я не Вам. Итак, меня зовут Ольга Андреевна, и я буду рекомендовать Вас на работу в нашей компании. Если у нас все сложится удачно, конечно. Пока все нормально, судя по тесту… Что ж, расскажите о себе.

ВАЛЕНТИНА. Что рассказать?

ОЛЬГА. Что захочется. Мы же не на экзамене, расслабьтесь. Просто начните рассказывать.

ВАЛЕНТИНА. (сначала неуверенно, но постепенно смелея) Я родилась в нашем городе… Пошла в школу, училась хорошо, только с математикой проблемы были, особенно с геометрией. Зато сочинения писала очень хорошо. В семнадцать лет поступила в Университет, на филологический факультет.

ОЛЬГА. Что? А ведь я тоже там училась!

ВАЛЕНТИНА. Правда? Наверное, мы с Вами на разных курсах были.

ОЛЬГА. Да-да, конечно. Продолжайте, пожалуйста.

ВАЛЕНТИНА. Ну вот. Мне очень нравилось там учиться, потому что на меня все время обращали внимание красивые девушки…

ОЛЬГА. А? Э… Простите, продолжайте. Я слушаю.

ВАЛЕНТИНА. На учебу оставалось не очень много времени, но преподаватели тоже ко мне хорошо относились и двойки не ставили, представляете? Один раз, правда, произошел нехороший случай…

ОЛЬГА. Какой?

ВАЛЕНТИНА. Была у нас препод по английской поэзии 18 века, все ее Терьершей звали. Лохматая ходила, как собака, и страшная. Зачет не хотела мне ставить. Сказала, что живет одна. Намекала так прозрачно, что зачета не поставит, если я не приду к ней вечером. А я тогда гуляла с одной девчонкой, она жутко ревнивая была и все время меня после занятий поджидала, будто случайно встречались. А что было делать? Мы же не в Америке, чтобы в суд подавать. К тому же я не знала предмет, в общем-то. Можно было бы подучить, конечно… Но Вы ведь понимаете? А тут никаких особенных затрат, в чем-то даже приятно, если свет погасить.

ОЛЬГА. И Вы пришли к ней?

ВАЛЕНТИНА. Ну да.

ОЛЬГА. А как же эта?.. Подруга?

ВАЛЕНТИНА. Танька-то? В том-то и дело, что она мне весь вечер названивала и предков совсем достала. Я домой-то не пришла ночевать, у Терьерши осталась. Мне даже понравилось, представляете? Хотя это была тяжелая работа…

ОЛЬГА. В смысле?

ВАЛЕНТИНА. Она была девственницей.

ОЛЬГА. Как это? Да разве… Ладно, что мы в это углубились, в самом деле… Вам больше нечего добавить?

ВАЛЕНТИНА. Как же нечего? Я только начала.

ОЛЬГА. Хм. Что ж, я слушаю, если Вы так настаиваете. Но прошу Вас не забывать, что Вы не на приеме у психолога, а устраиваетесь на работу в солидную компанию.

ВАЛЕНТИНА. А разве ты… Вы не психолог, Ольга… Андреевна?

ОЛЬГА. Конечно, психолог! Но… Есть же разница, в конце концов!

ВАЛЕНТИНА. Так что, мне замолчать?

ОЛЬГА. Да продолжайте же, наконец!

ВАЛЕНТИНА. Ну вот, можете себе представить, какой на другой день приключился скандал. Я пришла в универ, а там прямо в аудитории Танька в меня и вцепилась! Представляете? «Я тебя с ней видела!» – кричит. И все на нас уставились, учиться бросили, даже препод. В общем, поругалась я с ней. Так мы разбирались, при всех, а потом она убежала реветь.

ОЛЬГА. На этом всё?

ВАЛЕНТИНА. (испуганно) Нет, я хочу рассказать о своей первой любви!

ОЛЬГА. А эта была какая?

ВАЛЕНТИНА. Никакая. Первая у меня в конце учебы появилась.

ОЛЬГА. Неужели? (с насмешливой улыбкой ворошит бумаги на столе) Что ж, продолжайте.

ВАЛЕНТИНА. Спасибо. Ну вот, когда я уже заканчивала учебу… пятый курс, познакомилась на дискотеке с одной очень симпатичной девушкой. Она тогда училась на четвертом курсе. У нее были светлые волосы, но не очень светлые, как у блондинок, а потемнее. Я думала, что они у нее крашеные, но оказались настоящие, представляете? И глаза зеленые, ну прямо как у Вас, Ольга Андреевна! Мы стали гулять по вечерам, ходили в гости к подружкам и так далее… У нее было много подружек. И все ей завидовали, из-за меня.

ОЛЬГА. Вот как?

ВАЛЕНТИНА. Ну да! Я многим девчонкам нравилась. А летом мы вместе поехали на юг. В двухместном купе, представляете?

ОЛЬГА. (растерянно) Представляю. А в какой город?

ВАЛЕНТИНА. В Адлер. Родители купили нам путевку в дом отдыха, на август.

ОЛЬГА. Они знали, что Вы… любите девушку?

ВАЛЕНТИНА. Конечно! Что тут такого?

ОЛЬГА. Ну да, ну да… Свободные нравы, так сказать.

ВАЛЕНТИНА. Так вот, мы ездили на разные экскурсии, валялись на берегу и по три раза в день занимались любовью. Однажды прямо на экскурсии к холодному источнику в горах, после купания. Зато согрелись!

Ольга Андреевна постепенно вытягивается вперед, словно хочет нависнуть над столом. Она очень напряжена и глядит на Валентину Петровну во все глаза.