Помоги проекту - поделись книгой:
«Я просто не смогла его осилить! – воскликнула Вулф. – Не могла заставить себя читать медленнее, чтобы уделить достаточное внимание этой в принципе очень сложной книге!» Хотя Вулф и нейробиолог, ее мозг тоже изменился. Она решила вернуться к режиму медленного чтения, чтобы восстановить «атрофированную мышцу». Каждый день в течение двух недель она заставляла себя перечитывать «Игру в бисер», пока не вернула себе терпимость к вдумчивому чтению сложных текстов. «Мне пришлось заново учиться читать», – объяснила она.
Что ж, за Вулф и ее сверстников можно не беспокоиться. Но как насчет молодежи и детей, не заставших доинтернетовскую эпоху, в которую закладывались навыки глубокого чтения? Что делать поколениям, которым нечего восстанавливать?
«Вы смотрите в корень, – ответила Вулф на мой вопрос. – Моя главная забота – формирование у молодежи навыка глубокого чтения. Это требует времени: чтобы вложить в детский мозг базовые знания, способность к умозаключениям, аналогии и прозрению, нужны годы».
В идеале наши потомки должны будут культивировать способность к медленному и быстрому чтению – то, что Вулф называет билатеральным мозгом: с одновременным построением и сохранением двух разных способов чтения.
«Люди должны проявить мудрость, – добавляет она, мечтая сохранить традиционные способы чтения при продуманном включении новых. – Это значит, что мы с вами должны сказать: “Стоп! Задумаемся о том, что мы делаем, как взрослые и как наставники следующего поколения”».
Другими словами, несмотря на высокую стоимость печати и хранения книг, нельзя допустить, чтобы их полностью вытеснил цифровой текст. Если позволяют средства, каждый читатель должен стремиться к сочетанию «бумаги» и «цифры». Начните с первой, выработайте навык глубокого понимания написанного, способность к усвоению сложных и длинных текстов, а уж потом переходите на электронные версии. Этот навык схож с мышцей, которая нуждается в постоянных тренировках. Как пишет Вулф в книге Proust and the Squid: «Чтобы воспользоваться всем богатством информации, расположенной в одном клике от вас, нужны исполнительские, организационные, критические навыки и самоконтроль для поиска и осмысления необходимых вам сведений».
Возможно, интуитивно студенты уже понимают важность бумажной книги. Наоми Барон, профессор лингвистики Американского университета в Вашингтоне, в ходе своего исследования обнаружила, что 92 % учащихся университета из США, Словакии, Японии и Германии предпочитают бумажные носители электронным. Как отметили некоторые из опрошенных студентов, «цифра», конечно, дешевле, но лично им нравится запах бумаги и чувство выполненного долга, с которым они переворачивают последнюю страницу.
После этого интервью – и зная о том, как мой сын любит поваляться в обнимку с книжкой, – я решила не давать Каю электронные книги, хоть он и получил доступ к списку летнего чтения онлайн от школьного библиотекаря. Экраны неизбежно придут позже, так почему бы пока не сосредоточиться на развитии у ребенка навыка глубокого чтения?
Я давно подозревала то, что доказали ученые из Принстонского и Калифорнийского университетов: тактильный опыт письма существенно обогащает процесс обучения.
Вот почему Лаура Норен, ассистент Школы бизнеса Стерна Нью-Йоркского университета, не разрешает приносить на занятия лэптопы. «Цель не в том, чтобы записать лекцию дословно, – объясняет Норен, имея в виду набор текста на компьютере вместо письменного конспекта в тетради. – В процессе записей студенты должны фильтровать информацию. Вот чему я пытаюсь их научить».
Запись чужих мыслей от руки позволяет добиться большего, чем просто принять их к сведению. «В течение семестра способность студентов к участию в дискуссиях резко возрастает, – отмечает Норен. – Поначалу они очень зажаты. Не знают, как взаимодействовать друг с другом, и ведут диалог только со мной – но постепенно начинают общаться, чего не случилось бы при открытых ноутбуках».
Вызов первый: наблюдайте за собой
Первое испытание в рамках программы «Разреши себе скучать» самое простое: от вас требуется лишь внимательно наблюдать за тем, как вы пользуетесь цифровыми устройствами. Оценивая свое поведение с момента пробуждения до отхода ко сну, вы делаете первый шаг к самоконтролю.
Ни одна битва в Clash of Clans или сеанс поиска в Google не должны ускользнуть из поля вашего зрения. Фиксируйте каждый момент вашего обращения к мобильным устройствам и делайте заметки. Вы можете использовать приложение, вести учет на цифровом носителе либо по старинке – вооружившись ручкой или карандашом и тетрадкой. Главное – аккуратно заносить сведения о том, как часто вы заглядываете в свой телефон. Что вы проверяете: электронную почту, социальные сети, пропущенные звонки, навигатор, погоду? Читаете ли вы что-то в телефоне? Что именно: длинные письма от мамы, свежий номер газеты, хештеги в Instagram? Когда чаще всего достаете телефон? Или он всегда у вас в руке, даже когда вы идете по улице, стоите в очереди, ожидаете назначенной встречи? Пользуетесь ли вы телефоном только в уединении – или на деловом совещании тоже, а то и во время беседы с другим человеком? Берете ли вы с собой телефон, когда идете в ванную? Все это лишь вопросы для размышления. Вы можете дополнить список и задать себе любые другие, которые сочтете более уместными. Единственное условие: отвечать нужно честно.
Наберитесь мужества. Когда я приступила к испытанию, исходные показатели меня совсем не впечатлили. Вынуждена признать, что ноутбук, планшет и телефон «раскусили» меня лучше, чем кто-либо другой. Они знают, что мне нравится и как привлечь мое внимание.
По моим подсчетам, в среднем я около 100 раз
С такой статистикой сталкивается большинство испытуемых. У 7264 человек, которые скачали приложение и зарегистрировались для участия в проекте, среднее время использования телефона составляло от 90 до 100 минут, и за телефон они хватались 40–50 раз (проверяя, нет ли сообщения или почты) в течение дня. (Кстати, пятница оказалась самым «телефонным» днем – может, потому, что пользователи зависали на сайте знакомств Tinder.) Ученые подсчитали, что средний американец проверяет свой телефон 150 раз на дню. Я предположила, что более низкий показатель у нашей группы связан с большей степенью самосознания и мотивацией к изменению поведения.
«Мне понравилось. Вот что я отметил в первый же день: очень легко держать телефон вне поля зрения с утра, пока ты полон сил, свеж и бодр. К середине дня, когда сказывается давление дедлайнов, наваливается куча всяких дел, чувствуешь себя выжатым как лимон, желание схватиться за телефон возникает каждые пять минут – просто чтобы отвлечься от рутины и сделать приятную передышку. Так что, возможно, следует обратить особое внимание на свое поведение в момент стресса, когда рука инстинктивно тянется к телефону».
«Только что скачал BreakFree на телефон! Идея отличная. Давайте просто послоняемся без дела, поскучаем, да хоть в лифте, в окружении изнывающих от тоски попутчиков».
С чего начать
Прежде всего скачайте приложение Moment (если вы пользователь Apple) или BreakFree (для пользователей Android). Приложение станет вашим проводником в создании базы данных. Я рекомендую использовать его как более точный инструмент, а не вести учет по старинке. Отслеживая свои привычки с помощью Moment, я сразу выяснила, что инстинктивно проверяю телефон в лифте, чего бы не заметила, если бы делала заметки вручную. Цифровой трекинг не только откроет вам глаза на бессознательные модели поведения, но и позволит оценить прогресс, достигнутый за неделю. Многие видят иронию в том, что мобильное приложение поставлено на службу проекту, цель которого – ограничить использование технологий. Но, как я уже говорила, эта книга не призывает к отказу от цифровых технологий. Мы просто хотим научиться жить с ними в гармонии, и в достижении этой цели лучшего инструмента, чем сами технологии, нам не найти.
Вот некоторые вопросы, которые заставят задуматься о том, как вы используете девайсы. Ответы помогут вам лучше узнать свои цифровые привычки и выяснить, какие советы и информация наиболее полезны в поиске баланса.
1. Где вы обычно держите мобильный телефон:
а) на рабочем столе;
б) в кармане;
в) в сумке;
г) в руке;
д) другое (уточните): _____.
2. Думаю, в целом я ежедневно трачу минут на телефон:
а) слишком много времени;
б) много времени;
в) разумное количество времени;
г) немного времени;
д) нисколько.
3. Какие три приложения вы открываете чаще всего? Расставьте их по степени важности и не стесняйтесь добавить любой другой ответ, не вошедший в список:
а) набор номера;
б) электронная почта;
в) текстовые сообщения;
г) навигатор;
д) социальные сети;
е) камера;
ж) игры;
з) другое (просьба уточнить): _____;
и) затрудняюсь ответить.
4. Одна из задач этого проекта – переосмысление роли телефона и компьютера в вашей жизни. Какие привычки вам бы хотелось скорректировать, чтобы уменьшить зависимость от цифровых устройств:
а) проверка/открытие;
б) увлечение играми;
в) СМС-переписка;
г) разговоры;
д) фотографирование;
е) использование социальных сетей;
ж) общее затраченное время;
з) прочее (просьба уточнить): _____;
и) ничего.
5. Назовите время суток, когда вам больше всего хочется изменить свои привычки в использовании телефона или компьютера:
а) раннее утро (5:00–9:00);
б) утро (9:00–12:00);
в) обед (12:00–14:00);
г) послеобеденное время (14:00–17:00);
д) вечер (17:00–20:00);
е) поздний вечер (21:00–00:00);
ж) ночь (00:00–4:00);
з) выходные;
и) все вышеперечисленное;
к) ничего из перечисленного;
л) затрудняюсь ответить.
6. Оценивая общий уровень стресса в вашей жизни, укажите, какую роль в нем играют телефон или компьютер (или то и другое):
a) добавляет стресс в мою жизнь;
б) снимает стресс;
в) никак не влияет на уровень стресса;
г) затрудняюсь ответить.
7. Хватало ли вам времени на прошедшей неделе посидеть и подумать над личными планами и профессиональными проектами:
a) времени было более чем достаточно, чтобы посидеть и подумать;
б) времени было достаточно, чтобы посидеть и подумать;
в) времени было недостаточно, чтобы посидеть и подумать;
г) затрудняюсь ответить.
3. С глаз долой
Нельзя полагаться на глаза, если воображение не в фокусе.
Мы охотно наделяем гаджеты качествами одушевленных предметов и одариваем их любовью и заботой: кутаем их в дорогие футляры; крепко прижимаем к телу; отзываемся, когда они пищат; паникуем, когда не находим их на привычном месте. Один из слушателей описал свой телефон как «лучшего друга, в котором уживается и плохое, и хорошее». Другой сравнил свой телефон с детской пустышкой. Что это, если не созависимость?
Никто не станет отрицать, что мы обожаем свои смартфоны и другие цифровые устройства, но как этот симбиоз влияет на наши человеческие взаимоотношения и обязанности офлайн? Спору нет, технологии открыли нам новые невероятные возможности общаться друг с другом, которые никто не мог себе представить несколько десятилетий тому назад. Интернет объединяет людей по всему миру. Те, кто раньше и не мечтал присоединиться к какому-нибудь сообществу, сегодня обязательно найдут единомышленников. Радикально изменились и способы знакомства: появился шанс найти любовь на просторах интернета. Я имею в виду не только сайты вроде Tinder. В ходе исследований я наткнулась на весьма любопытный сервис – Invisible Girlfriend. Это приложение создает видимость общения с воображаемой девушкой или бойфрендом, и вы получаете от них текстовые сообщения. Эти послания пишут реальные люди (на зарплате), но это не значит, что с вами будет общаться один и тот же человек. Поначалу, когда я услышала об этом романтическом краудсорсинге, меня охватило справедливое негодование, и я даже осудила тех, кто подписывается на приложение. «Господи, вразуми их хоть немного», – взмолилась я. Но потом мне довелось поговорить с молодым человеком, пользователем этого сервиса. У парня церебральный паралич, и он прикован к инвалидной коляске. Ему редко удается выйти в свет, но, когда это случается, женщины не испытывают к нему романтического интереса. Разговор с ним изменил мою точку зрения. При том что мужчина четко сознавал призрачность отношений с невидимой подружкой, для него открылось гораздо больше возможностей, чем раньше.
Тем не менее, изучая влияние на нас технологий, я нашла еще больше доказательств в пользу того, что страдает не только наша способность сосредоточиться на работе или книгах, – нам все труднее уделять полноценное внимание живым людям.
Почти всем знакомо раздражение, невольно возникающее во время общения с человеком, который то и дело проверяет свой телефон. Скажем, я могу понять своего брата-строителя, которому необходимо поддерживать постоянный контакт с рабочими на стройплощадке. Это его работа. Но нас с сестрой ужасно раздражает, когда во время домашних посиделок он уверяет, что может одновременно строчить эсэмэски своей бригаде
Но, оказывается, существует научное объяснение тому, что мой брат сводит меня с ума своими бесконечными эсэмэсками.
В ходе проведенного в 2014 году исследования «Эффект iPhone: особенности межличностного общения в присутствии мобильных устройств» ученые из Политехнического университета Виргинии обнаружили, что одно лишь наличие мобильного устройства, даже безобидно лежащего на кухонном столе, может снизить уровень эмпатии в общении между двумя друзьями. В «натурном полевом эксперименте» 100 пар общались в течение десяти минут, и за ними наблюдали со стороны. Участникам не запрещалось держать телефоны в руках или на столе. Угадайте, каков результат? «Установлено, что беседы в отсутствие мобильных устройств гораздо более содержательны, чем в присутствии девайсов, и это не зависит от возраста, пола, этнической принадлежности и настроения участников, – отметили исследователи. – Пары, беседовавшие в отсутствие мобильных устройств, демонстрировали более высокий уровень сопереживания. В присутствии мобильных телефонов даже близкие друзья показали более низкий уровень эмпатии в сравнении с парами, которые состояли лишь в приятельских отношениях».
Это исследование всплывает у меня в памяти всякий раз, когда я встречаюсь за чашкой кофе с подружкой. Раньше я всегда клала телефон на стол экраном вниз. Теперь я просто убираю его в сумку. Я стремлюсь к тому, чтобы беседы со мной оценивались «по высшему разряду».
Последствия для нашей социально-эмоциональной жизни в эпоху «компьютерной среды» огромны. История человечества доказывает, что людям все труднее налаживать отношения, укреплять доверие и понимать друг друга. Зачем добавлять еще один камень преткновения в виде телефона, когда личное общение сегодня и так ограничено?
Живой разговор против эсэмэски
Работа, воспитание детей, знакомства (ах, эти знакомства!) – текстовые сообщения проникают во все сферы нашей жизни. Даже когда они становятся бессмысленными (подумайте сами: гонять по 15 эсэмэсок туда-сюда, чтобы договориться, кто останется дома, чтобы принять посылку, когда вопрос можно решить минутным звонком), многие все равно упорно отказываются пользоваться телефоном по его прямому назначению. Я могу судить об этом на примере молодых продюсеров, с которыми работаю на радио. Они страшно пугаются, когда я предлагаю им позвонить агенту, который не отвечает на многочисленные запросы по электронной почте. Они не знают, как вести телефонный разговор, чтобы голосом, а не набранными в спешке словами убедить кого-то или задобрить.
Рассказывая в подкасте The Moth историю об обмене мгновенными сообщениями со своим двенадцатилетним сынишкой, постоянный автор еженедельника The New Yorker Адам Гопник задался вопросом, почему молодежь предпочитает переписку, а не устное общение. Лихорадочно строчить слова, вместо того чтобы услышать чей-то голос в реальном времени, – для Гопника это выбор в пользу нового, а не лучшего. «Если бы Стив Джобс изобрел телефонный разговор, уже на следующий день эта сенсация появилась бы на первой странице The Тimes, а задник пестрел бы гигантскими рекламными лозунгами: “Наконец-то реальные голоса! Живое общение! Долой гнет клавиатуры!” – рассуждает Гопник. – Это был бы великий прорыв ХХ века. Но, поскольку телефон случился в XIX веке, нашим детям достались только мессенджеры».
Профессор Массачусетского технологического института (МТИ) Шерри Тёркл выдвигает другую теорию. Профессиональный социолог и психолог-клиницист, автор бестселлера Alone Together, Тёркл не скрывает, что идею новой книги Reclaiming Conversation подсказали пациенты, признаваясь, что предпочитают обмен сообщениями, а не живой разговор. Не понимая, в чем дело, она решила заняться изучением этого феномена.
Свои исследования Тёркл начала с простого вопроса: «Что не так с разговором?» Одна из респонденток, восемнадцатилетняя девушка, в своем ответе выразила мнение многих: «Я скажу вам, что не так: разговор происходит в реальном времени, и вы не можете контролировать то, что слетит с языка». Тёркл опешила. Она-то думала, что живой разговор ценен именно спонтанностью. «Тогда что не так
Эту версию подтверждает и опыт ее преподавательской работы в МТИ. Студенты обычно предпочитают общаться с профессором Тёркл по электронной почте, а не приходить к ней в кабинет в приемные часы. На вопрос: «Почему?» – она получила уже знакомое объяснение: прелесть электронной почты в том, что в письме можно четко изложить проблему, красиво сформулировать просьбу, рассчитывая получить такой же обстоятельный ответ. Тёркл находит подобный стиль общения холодным и ограниченным. «Почему я стала преподавателем и вообще полюбила учебу? Да потому, что в колледже чувствовала заботу и поддержку старших, – признается Тёркл. – Помню, профессор говорил: “Ты умная, ты справишься”. Или: “Это не очень удачная идея, но вместе мы постараемся ее подправить”. А я как профессор не могу этого сделать, поскольку студенты пишут мне идеальные электронные письма, и я вынуждена отвечать им тем же. Ничего путного из такого обмена мнениями не выходит».
Я с этим полностью согласна. Я рано узнала в колледже, что лучше всех размышляю вслух. Возможно, я бы никогда не обнаружила в себе это качество, если бы на первом курсе профессор не похвалил меня за грамотно выстроенную цепочку аргументов об экономических последствиях Французской революции.
Университет – это микрокосм нашего мира, где человеческие контакты во всей своей выразительной и противоречивой полноте неумолимо съеживаются под натиском новых технологий. Как пишет Тёркл в своей книге Reclaiming Conversation, в МТИ разрабатывается программа, посредством которой люди могут изложить свои проблемы. Запрос тут же пересылается на интернет-платформу Amazon Mechanical Turk – глобальный онлайн-форум, где работающие по контракту сотрудники со всего света включаются в его решение. Задания варьируются от проведения опросов и цветового кодирования обуви на сайтах интернет-магазинов до
В распространении виртуальной терапии, как и в предпочтении текстовых сообщений, Тёркл видит ту же тенденцию к «девальвации» разговора и человеческой чуткости. «Мы забываем о том, что общение часто подразумевает наличие собеседника, который помнит ваш предыдущий разговор. Оно строится на общей истории и сопереживании».
По мнению Тёркл, исследования, доказывающие, что присутствие телефона при разговоре ухудшает качество общения, лишь подтверждают здравый смысл. (Эксперимент Виргинского технологического университета воспроизвели с телефонами, лежавшими не на столе перед собеседниками, но в поле их зрения, – и все равно мобильники существенно влияли на качество беседы!) «Если вы знаете, что в любой момент вас могут перебить, вам вряд ли захочется делиться чем-то сокровенным, – считает Тёркл. – Даже молчащий телефон разъединяет нас». Студентка, которую интервьюировала Тёркл при написании своей книги, следует так называемому правилу трех. Во время беседы у трех человек должны быть подняты головы, только тогда четвертый чувствует себя достаточно комфортно, чтобы отвлечься. Убедившись в том, что беседа не прервется, он со спокойной душой может заглянуть в телефон.
Тёркл считает своей миссией вернуть беседу в нашу жизнь. Это необходимо не только для личного благополучия каждого, но и для общества в целом. «Каждое поколение нуждается в способности поддерживать серьезный разговор о серьезных вещах, – убеждена Тёркл. – Невозможно решать сложные политические и экономические проблемы, обмениваясь короткими сообщениями».
К сожалению, идея Тёркл о беседе и общении, переданная в сжатом виде (скажем, в аннотации к книге или в твите), может показаться старомодной или больше похожей на ворчание зануды, нежели на эволюцию отношения к технологиям. Будем надеяться, что студенты Тёркл – те, кто предпочитает отправлять ей изящные письма по электронной почте вместо визитов в рабочие часы, – по крайней мере, станут хорошими писателями. И если они не умеют поддержать разговор – что ж, не все еще потеряно. Пусть новые привычки изменили наш мозг, но мы в состоянии вернуть утраченное. «Самое удивительное в нас – это наша
Одна незадача: я сомневаюсь, что студенты МТИ (как и мы с вами) устремятся в лагерь, где верещат одни сверчки, а не телефоны. На самом деле я призналась Тёркл, что мы с мужем переписываемся пять-десять раз на дню и мне это очень нравится. У нас
«Думаю, это
Наша одержимость технологиями и новая работа для большого пальца руки, всегда державшегося особняком и незаслуженно обделенного вниманием, – ожившая мечта нейробиолога. Все эти постукивания и поглаживания сенсорного экрана при выполнении обычным человеком рутинных задач вроде написания текстовых сообщений становятся кладезем информации для исследователей пластичности мозга. На новый опыт работы наших пальцев обратила внимание группа ученых из Цюрихского университета и Швейцарского федерального технологического института Цюриха во главе с Арко Гошем, приступив к изучению связи между использованием цифровых устройств и мозговой деятельностью.
В ходе эксперимента ученые измеряли электрическую активность различных участков мозга у обладателей смартфонов и традиционных мобильников. Установлено, что у людей, часто касающихся экрана смартфона подушечками большого и указательного пальцев, прямо пропорционально возрастает активность коры головного мозга, отвечающей за осязание. Это кажется очевидным, но, как отметил Гош в интервью журналу Current Biology после публикации исследовательского отчета в январе 2015 года, «поражает
Основываясь на данных электроэнцефалограммы (ЭЭГ), отслеживающей перемещение электрических сигналов от кончиков пальцев к мозгу и обратно, можно сказать, что пользователи смартфонов показали более высокую мозговую активность, когда задействовали подушечки большого, указательного и среднего пальцев. И чем больше сообщений они отправляли, тем быстрее шел обмен сигналами.
«У пользователей смартфонов мозг обрабатывает информацию, поступающую от прикосновения к экрану, иначе, чем у людей, имеющих обычные телефоны», – объяснил Гош в беседе с корреспондентом Reuters. Такую же картину мы наблюдаем у профессиональных музыкантов, играющих на валторне, или у хирургов: участки их мозга, связанные с движениями пальцев во время работы, гораздо более развиты, чем у представителей других профессий. И все-таки, если вдуматься, становится немного не по себе: активная переписка по телефону «переформатирует» наш мозг! К лучшему ли? Хотя исследование Гоша ограничилось изучением того, как мозг обрабатывает сенсорное прикосновение, я бы ответила «да». Мы «быстрее» реагируем на полученные сообщения, отстукивая на крошечной клавиатуре лаконичные ответы по существу. А если серьезно, проведенное исследование поднимает вопрос о том, как использование смартфона влияет на другие области мозга, и это еще только предстоит изучить.
Сопротивление рефлексу
Старая пословица «Всему свое время и место» применима и к технологиям. (Народная мудрость никогда не ошибается!) Но как мы учим себя и своих детей самоконтролю, когда дело доходит до столь щекотливой материи, как мобильные устройства? В каких случаях беседа требует убрать телефон с глаз долой, а не просто положить его на стол экраном вниз? А если, пока вы «общаетесь по-человечески», возникнет чрезвычайная ситуация и вашей семье будет необходимо срочно связаться с вами? И что делать моей коллеге, которой телефон нужен, чтобы удаленно впустить в квартиру выгульщика собаки? (Только во время сеансов психотерапии, не чаще!)
Чтобы не утонуть в море этих гипотетических вопросов, я обратилась к доктору Алексу Сучжон-Ким Пану, прогнозисту в области технологий, ученому из Стэнфорда и автору книги «Укрощение цифровой обезьяны»[19]. Идею так называемого созерцательного компьютинга Алекс Пан начал вынашивать после того, как сам прошел первый «мобильный апгрейд». Даже футурологи не в силах устоять перед непреодолимым зовом смартфона. Пан почувствовал, что медленно, но верно теряет способность длительное время удерживать внимание во время работы в лаборатории. Проекты неумолимо накапливались. Казалось, рабочего дня катастрофически не хватает. Вместо того чтобы генерировать высокоинтеллектуальные идеи, он караулил дурацкий телефон. Алекс запаниковал.
«Я прошел через личный кризис, – рассказывает он. – Как профессиональный футуролог в области технологий и резидент Кремниевой долины, я целый день провожу в интернете. Подобно большинству, мне приходится работать в режиме многозадачности. Времени на передышку не так уж много. После нескольких лет такого аврала я почувствовал, что теряю способность к сосредоточению».
Это состояние всерьез обеспокоило Пана, чей трудный путь в Кремниевую долину лежал через Оксфорд и прочие «башни из слоновой кости»[20]. Он высоко ценил свою способность изучать сложнейшие документы и биться над самыми фантастическими идеями, и она не давала сбоев на протяжении долгого времени. Умение свести разрозненные мысли в цельное блестящее решение не только жизненно важно для научной карьеры и финансового успеха Пана – оно приносило ему и глубокое моральное удовлетворение. Он считал интеллект основным рабочим инструментом, пока не почувствовал, что тот «затупился». Возникли проблемы с мыслительной деятельностью, и его все чаще стала подводить память. «Я шел в соседнюю лабораторию за какой-то вещью или информацией, но, придя, уже не помнил, что мне нужно».
Не сказать, чтобы у Пана начались «старческие провалы в памяти». Понаблюдав за своим поведением, он догадался, в чем дело: телефон в руке узурпирует его время и держит мозг в заложниках.
По мнению Алекса, «смартфоны ведут себя как четырехлетние дети. Установленный в них режим “по умолчанию” призван держать вас на крючке». Когда приходит новое сообщение, на экране тут же появляется всплывающее окошко. Электронная почта, вибрация. WhatsApp. Snapchat. Повсюду какие-то «пузыри» – и в следующий миг вы уже тонете в них.
Пан продолжил аналогию с малыми детьми: «Когда они хотят вашего внимания, то требуют его здесь и сейчас. Им незнакомы социальные границы, они не понимают, когда можно вмешаться, а когда нельзя. Если вы избалуете детей, они будут знать, что им все позволено. Но как родители мы можем привить своим чадам правила приличия. Так почему бы не научить этому и смартфоны? Нам под силу превратить их из назойливых отвлекающих устройств в помощников, которые оберегают наше внимание».
С твердой верой в то, что «одержимость смартфонами – это сознательный выбор», Пан приступил к исследованию и разработке более продуманных цифровых практик, которые могли бы превратить наши телефоны из «сорванцов» в «паинек», – иначе говоря, таких способов взаимодействия с девайсами, которые позволят «держать их в узде». Гаджеты никуда не денутся: они уже стали неотъемлемой частью современного мира. Но это не значит, что им надо дать право отвлекать нас каждую минуту.
Так же, как и мы в ходе проекта «Разреши себе скучать», Пан обнаружил, что ему требуется время для свободного полета мысли, или, как он выразился, «ничегонеделанья». Сразу оговорюсь: чистка электронной почты не приведет к рождению гениальной идеи.
Пан погрузился в литературу по нейробиологии и психологии внимания, многозадачности и другим формам отвлечения внимания, влияющим на мозговую активность. «А еще я занялся медитацией, – добавил он. – Наверное, я худший в мире медитирующий».
Я возразила, заметив, что могу составить ему в этом серьезную конкуренцию. Но Пан уверяет, что «медитация приносит плоды, даже если кажется, что у вас ничего не получается». Изучая влияние созерцательных практик на восстановление остроты ума, Пан пришел к выводу, что инструменты для разгадывания «головоломок бытия», разработанные в буддизме и других традициях, вполне годятся для «решения проблем, с которыми мы сталкиваемся всякий раз, когда включаем смартфон или планшет, открываем Facebook и Twitter».
Такой вывод вполне оправдан. Так же, как йога заставляет проникнуться настоящим, практика осознанности помогает более вдумчиво относиться к использованию гаджетов. Давайте поговорим о ней. Как и наши горячо любимые девайсы, осознанность существует в режиме
В ходе работы над своей книгой Пан провел немало экспериментов, в том числе с отключением любых устройств с экранами или сайтов социальных сетей (от одного дня в неделю до одного раза в месяц). Он поддерживает подобные передышки, если они помогают более сознательно использовать технологии. Суть так называемого созерцательного компьютинга как раз в том, чтобы включить лучшие созерцательные практики в нашу цифровую жизнь, а не ставить на ней крест. «В конце концов, чтобы справиться со стрессом на работе, совсем не обязательно бросать эту работу. Лучше подумать о том, как научиться преодолевать стресс. Такой же подход годится и для взаимодействия с девайсами – вернее, с тем, как они взаимодействуют с
Пан не одинок в своем стремлении решить информационные проблемы с помощью осознанности. Уже сформировался рынок программных продуктов Zenware, которые избавляют персональные компьютеры от всякого всплывающего хлама, предлагают приложения по медитации или плагин отключения интернета. Целая армия помощников от Zenware очищает компьютерные программы от всяких наслоений (никаких раскрывающихся меню), возвращая им чисто утилитарную функцию: они учат нас «противостоять экзистенциальному ужасу перед чистой страницей вместо того, чтобы тратить время на бестолковые игры с форматированием и макросами и отвлекаться на навороченные программы, которые создают лишь видимость работы, а на самом деле непродуктивны».
Пан обнаружил, что на поле дзен-технологий давно играет сообщество буддийских монахов и монахинь, ставших «активными пользователями социальных сетей». Они ведут блоги, пишут твиты, обновляют свой статус и проводят сеансы медитации онлайн. Его поразил образ мыслей этих современных монахов: они не видят разницы между виртуальной и физической реальностью. Для них все реальности одинаковы. Пан столкнулся с этим, когда поинтересовался у монахов, как они умудряются проводить столько времени в интернете, не теряя способности к сосредоточенности (или центрированию, как говорят буддисты). «Половина из них даже не поняли моего вопроса, – признается Пан. – С таким же успехом я мог бы спросить: “Как вам удается потреблять пищу в гравитационном поле?”»
Тем не менее собеседники Пана задумались над его словами и спустя какое-то время вернулись к нему с ответом в виде другого вопроса: «Почему вы думаете, что технологии отвлекают больше, чем ваш собственный разум или что-то еще?»
Монахи уверены: отвлечение внимания не связано с девайсами и окружающим миром. Это внутренняя проблема человека.
Такой прямолинейный и в некотором смысле пугающий ответ вдохновил Пана. Если проблема внутренняя, значит, она не зависит от скорости распространения технологий, и решение лежит внутри нас. «Да, информационная индустрия искусно заточена на то, чтобы заставить нас проводить с ее продуктами как можно больше времени, раскрывать перед ними всю подноготную, а они потом собирали бы эти данные и перепродавали их рекламодателям, – говорит Пан. – Но даже в таком мире мы все равно способны найти устраивающие нас способы взаимодействия с девайсами».
Управление экранным временем – такой же навык, как медитация, ораторское мастерство или даже ловкость в игре World of Warcraft. Цифровые устройства, призванные обеспечивать нас бесперебойной связью и помогать в работе, со временем приобретают «неизбежное» качество: они требуют постоянного внимания к себе. Но Алекс считает важным подчеркнуть, что каждый из нас может «сделать выбор и решить, какую роль будут играть технологии в его жизни». Вот некоторые рецепты от Пана, позволяющие «поставить iPhone на место» (или, по крайней мере, оздоровить отношения с ним).
1. Отключите второстепенные уведомления
Помните свой первый мобильник? Поначалу он вел себя как капризный ребенок, требующий постоянного внимания. Его режим «по умолчанию» настроен на то, чтобы держать вас начеку. Пан отключает практически все уведомления и удаляет несущественные приложения: «Я пришел к выводу, что мне вполне достаточно доступа к Facebook и Twitter с ноутбука».
2. Убедитесь, что вы получаете только жизненно важные уведомления
Задайте себе главный вопрос: кто должен иметь возможность связаться с вами в экстренной ситуации? Для Пана это школа, где учатся его дети, его семья и несколько близких друзей. Для всех, кто в этом списке, он установил особый рингтон – вступительные аккорды мелодии «Лейла» в исполнении Derek and the Dominos. «При том что я миллионы раз слышал этот гитарный проигрыш, он пробьется через все преграды, где бы я ни находился и чем бы ни занимался, и привлечет мое внимание, – говорит Пан. – Такой рингтон стоит, может быть, у десятка человек. Остальной мир слушает “Музыку для аэропортов” Брайана Ино». Оставляя музыку Ино без комментариев, еще раз заметим: только «Лейла» способна вывести Пана из самой глубокой задумчивости (и позволяет ему не реагировать на все остальное). По мнению Пана, телефон должен работать как хороший секретарь, решая, требует звонок ответа или достаточно принять сообщение. «Белый» – небольшой, но священный – список близких и узнаваемый рингтон позволят вам «быть на связи с самыми дорогими людьми и держать остальной мир на расстоянии вытянутой руки».
3. Боритесь с синдромом фантомного гаджета (СФГ)
Для тех, кто слышит об этом впервые, поясним: СФГ проявляется в том, что вы чувствуете вибрацию телефона, даже когда ее нет. Ладно, допустим, синдром фантомного гаджета не имеет устоявшейся медицинской аббревиатуры – пока, но большинство из нас наверняка с ним сталкивались. К стыду своему признаюсь, что я частенько принимаю урчание в животе за сигнал входящей эсэмэски. «Мы настолько привыкли жить в ожидании звонка или твита, что начинаем неверно истолковывать происходящее», – предостерегает Пан. По его словам, этот синдром чрезвычайно распространен среди медицинских работников, поскольку для них пропущенный сигнал пейджера равнозначен вопросу чьей-то жизни или смерти. Чтобы избавиться от этого нервирующего побочного эффекта постоянного присутствия в сети, Пан советует ограничить физический контакт с телефоном. Если вы не медик и не заняты в любой другой области, где дорога каждая секунда, не держите телефон на теле. Положите его в сумку, чтобы создать некий барьер и «склонить чашу весов в отношениях с телефоном в свою пользу».
4. Научитесь дышать
«Помни о дыхании» – такой скринсейвер поставил себе Пан. Консультант по технологиям и писатель Линда Стоун даже придумала термин «имейл-асфиксия», означающий «временное отсутствие или задержку дыхания либо поверхностное дыхание при просмотре электронной почты». Наверняка вам знакомо это ощущение: проверяя электронную почту или ожидая, пока загрузится страница, мы зачастую задерживаем дыхание (не говоря уже о том, что втягиваем голову в плечи). Пан объясняет, что это эволюционный сигнал тревоги. «Так делал первобытный охотник еще тысячу лет назад, опасаясь, что следом идет тигр, а потому надо затаиться». Таким образом, задержка дыхания – не что иное, как «бессознательный стрессор». Учитывая, сколько раз на дню мы проверяем наши девайсы, стресса на нас обрушивается немерено. С такой заставкой на экране Пан прочитывает напоминание десятки раз в день. И выдыхает. Намасте[22].
Вызов второй: во время движения держите свои мобильные устройства вне досягаемости
В одной из наших бесед эксперт по скуке Сэнди Манн рассказала мне о любопытном эксперименте, который она провела утром по пути на работу. Дорога обычно занимает около часа, и хотя у Манн нет привычки проверять телефон, находясь за рулем, в машине постоянно работает радио. Но в тот день она решила «выключить радио и отпустить мысли на волю». На обратном пути ее тоже не отвлекали никакие средства массовой информации. «К концу дня у меня появились идеи для исследований и книги, какие-то мысли по ремонту в доме и много чего другого». Это классический пример автобиографического планирования, или перспективного мышления. По словам Манн, опыт оказался «очень вдохновляющим».
Мне запали в душу и эксперимент Манн, и совет Пана носить телефон в сумке: оба они ограничивают доступ к девайсам в простой и понятной ситуации и во временн
Если вы едете в автобусе или шагаете по улице, это не значит, что вы
И вы можете в этом убедиться, приняв следующий вызов проекта «Разреши себе скучать». Суть испытания в том, чтобы держать телефон вне поля зрения (и никаких наушников), находясь в движении. Неважно, едете вы в машине или автобусе либо просто идете пешком, – сделайте это время полностью свободным от мобильных устройств. После первого испытания вы, наверное, уже отметили некоторые из своих цифровых привычек: возможно, они стали настолько автоматическими, что вы не обращали на них внимания. Скажем, я всегда ходила по улице, сжимая телефон в руке – на случай, если он мне понадобится. Сжатая рука, конечно, не способствует блужданию ума. Если вам знакома эта привычка, уберите телефон в карман или сумку – короче, с глаз долой. Терпите и не заглядывайте в него вплоть до прибытия в место назначения.
Нахождение «в движении» подразумевает и небольшие перемещения. Я хорошо помню молодую женщину из первой группы участников нашего проекта. Привязанная к четырехмесячным близнецам и малышу двух с половиной лет, она сомневалась, что справится с испытанием, поскольку, по ее словам, «практически не слезает с дивана: то кормит, то укачивает детей». Наши консультанты подсказали ей, что перемещения от детской кроватки до холодильника и обратно тоже идут в зачет. И вот что она сообщила по результатам: «Я решила держать телефон на столе рядом с диваном, а когда выходила из дома, убирала его в сумку для подгузников. И сработало! К шести вечера я набрала всего сорок три минуты телефонного времени. Для меня это
Возьмите на заметку откровения отважной мамы и продумайте свой план действий с учетом характера ваших передвижений. Смысл испытания в том, чтобы пользоваться телефоном осознанно, с конкретной целью.
По дороге на работу или во время ежедневной прогулки по привычному маршруту (без телефона перед глазами) обратите внимание на пять вещей, которых не замечали раньше. Это могут быть декоративные карнизы (как в окрестностях моего дома, открывшихся мне с неожиданной стороны, пока я наматывала круги с детской коляской) или лучи света, пробивающиеся сквозь облака. Пусть даже это будут менее поэтичные детали: роскошная пара обуви в витрине магазина, идеально подходящая к вашему новому платью, или просто улыбнувшийся вам прохожий.
Когда мы проходили это испытание с первой группой участников проекта «Разреши себе скучать», некоторые из моих слушателей настолько тяжело переживали разлуку с телефонами, что им пришлось продвигаться мелкими шажками. Сначала они пробовали оставлять телефон на столе, когда шли в ванную.
Другие, как Мойра из Нью-Йорка, еще одна привязанная к дому мамочка двоих детей, восприняли идею в штыки. «Смартфон
Поcле отслеживания всех контактов с телефоном ей открылась суровая истина. Вот что Мойра обнаружила:
• быстрая проверка электронной почты в лифте (а ведь проверяла только что, выходя из квартиры… Даже если она просто спускалась в тренажерный зал в подвальном помещении дома, то после занятий снова проверяла почту в лифте, поднимаясь к себе на этаж);
• зависание в Candy Crush, пока малыш спит после обеда, после чего она еле успевает приготовить полдник и забрать из школы старшего ребенка;
• выбегая с коляской из дома, на ходу заглядывает в телефон, проверяя сообщения, электронную почту и другие обновления.
Объективно оценив свои взаимоотношения с телефоном, Мойра решила почаще откладывать его в сторону. В конце концов, она же не министр. И совсем не обязательно заглядывать в телефон, возвращаясь пешком домой или в перерыве между домашними делами. (Погоду можно посмотреть
Почему телефон в сумке стал для Мойры победой? Все очень просто: изначально скептически настроенная к проекту, она тем не менее почувствовала реальное облегчение, когда стала реже поглядывать на экран. Она похвасталась, что теперь не только более продуктивно распоряжается своим временем, но и в большей степени настроена на волну «детских размышлений». Одним словом, опыт с установлением простейших границ превзошел все ожидания.
Контрольная группа участников проекта «Разреши себе скучать» показала следующие результаты: те, кто держал телефон вне поля зрения и не на теле, в среднем ежедневно пользовались им на 18 минут меньше и на 11 раз меньше хватались за трубку. Прослеживается четкая связь: те, кто не выпускает девайс из рук (небольшая группа), чаще заглядывают в него и гораздо дольше зависают в мобильных приложениях.
Помню день, когда я впервые решила вообще не пользоваться телефоном в метро, пока еду на работу. В то дождливое утро я поставила себе твердое условие: никаких мобильных приложений, подкастов и прочего! Вместо этого я читала
«Наверное, мне было скучно. Я вдруг посмотрела на лестницу, ведущую наверх, к выходу со станции [метро], и подумала: “Ведь я только что спустилась по этой лестнице, но могу подняться обратно, а потом опять спуститься. Чем не кардиотренировка?” Так я и сделала».
«Я провожу много времени за рабочим столом или за рулем. Поэтому, помимо табу на пользование телефоном в дороге, я решила взять за правило сначала сделать дело, а уж потом проверять почту, Facebook или Instagram. Меня поразило, насколько лучше (и легче) усваивать материал, когда под рукой нет телефона! Я смогла сосредоточиться на том, чем занимаюсь, и испытала огромное удовлетворение, когда закончила».
«Если это войдет в привычку, боюсь, рано или поздно придется покупать наручные часы».
4. На долгую память
Все фотографии – memento mori. Сделать снимок – значит причаститься к смертности другого человека (или предмета), к его уязвимости, подверженности переменам. Выхватив мгновение и заморозив его, каждая фотография свидетельствует, как неумолимо плавится время.
Скука и блуждание ума – часть работы Грега Колона, охранника с пятнадцатилетним стажем в нью-йоркском музее Гуггенхайма. Все восемь часов, что длится рабочая смена, он расхаживает по галереям: следит за тем, чтобы посетители не подходили слишком близко к экспонатам, направляет их на недавно открывшуюся выставку фовистов… Конечно, в декабре по субботам в музее суетно, но у Грега все равно много свободного времени. В накрахмаленной форме, заложив руки за спину, он бродит по залам. Как ему удается не впасть в депрессию? Да просто он общается со своими «коллегами» – произведениями искусства. Долгие часы наедине с полотнами не пропали даром: Грег открыл в себе способность к творческому воображению. Морозные узоры на оконном стекле напоминают ему картины Филиппа Густона, а флаг штата Нью-Мексико на сумочке посетительницы странным образом перекликается с работами Роберта Раушенберга. Искусство и жизнь настолько тесно переплелись в сознании Колона, что в созерцании арт-объектов он находит утешение.
«Разум уносит в самые разные места, куда порой и не хочется заходить, – рассказывает Колон. – Бывает, тяготят какие-то проблемы, и, чтобы уйти от этого, медитируешь, молишься, разглядывая картины». Музей всегда готов распахнуть объятия свободной мысли, приглашая к исследованию и «перезагрузке» ума.
Однако в последнее время кое-что вторгается в задумчивую атмосферу музейного пространства, нарушая ее очарование. Это смартфоны.
«Я постоянно вижу, как люди возятся с гаджетами, и это просто выводит меня из себя! Порой они даже не смотрят на картины. Все внимание приковано к экранам», – возмущается Колон.
Явление относительно новое. Колон вспоминает, что поначалу, когда технологии только делали первые шаги, посетители еще как-то соблюдали приличия: хмурились и даже просили своих соседей, щелкающих телефоном, проверяющих почту или делающих селфи в галерее, убрать мобильники. «Теперь ты будешь выглядеть дураком, если сделаешь замечание», – сетует он.
С Колоном нельзя не согласиться. Сегодня многие предпочитают смотреть на искусство
Конечно, феномен навязчивого фотографирования касается не только музеев. Рестораны, световые шоу, ванная комната – кажется, камера телефона ловит каждое мгновение нашей жизни. У смотрителей природных парков вроде «Глейшера» в Монтане появился новый повод для беспокойства. Им стали… сотовые телефоны. «Настоящее безумие! Люди подходят вплотную к животным, чтобы сделать фото, берут в кольцо какую-нибудь горную козу, а в это время ее козленок с ревом пытается пробиться к маме, но вокруг мамы человек пятнадцать с камерами, – жалуется смотритель Марк Бил в интервью Morning Edition. – Это просто недопустимо».
Даже горным козлам не скрыться в дикой глуши от современной фотомании!
• Американцы ежемесячно выдают на-гора более десяти миллиардов фотографий.
• Сегодня 75 % всех фотографий делаются с телефона.
• Пользователи Snapchat каждую секунду обмениваются 8796 фотографиями. (Показатели для WhatsApp – 8102 фото в секунду, Facebook – 4501 фото в секунду.)
• В 2014 году пользователи ежедневно загружали в мобильные устройства 1,8 миллиарда цифровых изображений (против 500 миллионов изображений в 2013 году) – в общей сложности 657 миллиардов фотографий в год.
Взрывное распространение цифровых изображений стало одним из самых захватывающих, всепроникающих и наименее управляемых процессов современной жизни.
Поделиться книгой: