Душа грозы.

— Я не хотела его превращать! — заплакала она. — Простите меня! Я не хотела!

— Я тебе верю, — кивнул он в ответ и вновь повернулся к мужчине. — Ты вожак?

— Как заметил? — Изумился оборотень. — Я ничем себя не выдал. То, что я первым с тобой заговорил — ничего не значит, вожаком мог оказаться любой из находящихся здесь мужчин.

— Чувствую инстинктивно. Можно сказать, что мне ваша ситуация достаточно близка, — хмыкнул Дарий.

— Ты не оборотень, — покачал головой вожак. — Слишком разит светом. Словно возле пожара находишься. Честно признаться, у меня поджилки трясутся от твоей близости. Умом понимаю, что в любой момент, если захочешь, ты можешь перебить нас всех, особо не напрягаясь, но инстинкт все равно велит бежать.

— Как оказалось, боги тоже любят пошутить. Присядем?

Выбрав место почище, Дарий опустился на край лиственного вороха. Остальные оборотни опасливо от него отползли. Вожак присел рядом.

— Не холодно? — спросил парень, намекая на их наготу.

— Мы привыкли. Каждый раз при превращении одежда рвется. Звери не заботятся о том, чтобы прихватить с собой вещи, если снять их заранее. В общем, так проще.

— И так, вы напали на стадо, и человек оказался укушен. Объяснишься?

— Стая бежала два дня. Мы были голодны. У меня не было выбора, кроме как отдать приказ на охоту. Здесь кто-то успел вывести большую часть дичи. — Дарий смущенно отвел глаза. В этом-то как раз был виноват он, существенно сократив поголовье травоядных животных за последние годы. — Насчет пастуха. Малышка Айри вошла в стаю недавно и еще не привыкла. Сорвалась. Этой ночью мы собирались звать новообращенного в стаю. Мы бы научили его жить, не нападая.

— Никого не нужно звать. Я очистил его, оборотнем он не станет.

— Как очистил?! — воскликнул вожак. — Это невозможно! Только боги могут простить грехи и избавить от скверны! Мы много лет живем, надеясь на их милость!

— Я очистил. — Дарий прямо посмотрел в глаза вожака. — Ты же чувствуешь ложь, верно? Наверное, это особенность любого оборотня.

— Ты говоришь правду… — вожак умолк, благоговейно таращась на своего собеседника. Даже дыхание у него стало частым и прерывистым, так напряжен он сейчас был. — А можешь… Можешь ли ты… — Он упал на колени. Следом за вожаком упали и остальные оборотни. — Помоги нам! Освободи от этого существования! Каждую ночь мы испытываем невероятную боль, превращаясь в диких кровожадных зверей! — Из глаз его лились слезы. — Никто из нас не хотел такой судьбы! Сколько бед мы натворили до того, как научились сдерживаться! Здесь женщины, крестьяне, торговец. Я — воин! Я сражался, как мог, стараясь не дать себя обратить, хотел умереть в схватке, но сам видишь — не вышло! Помоги нам, кем бы ты ни был!

Дарию стало некомфортно. Эти люди искренне мечтали освободиться от скверны, они плакали, стоя на коленях, они многое пережили, действительно страшно мучились, а сейчас от них веяло такой надеждой… Но имел ли он право решать за богов? По какой-то причине ведь они их не избавили от тьмы? Что, если он вмешается в их замыслы и что-то важное разрушит? Да и сможет ли его кровь одолеть скверну уже состоявшихся оборотней?

— Я должен подумать, — тихо проговорил он, поднимаясь. — Не ходите за мной.

Дарий медленно побрел вглубь леса. Как спросить? Кого? Реакцию Дилая на проклятых можно было предугадать без лишних раздумий. У воина всегда один ответ на вопросы, касающиеся нечисти. Риала? Когда-то она назвала его сыном. Ответит ли? Парень прижал руку к мощному древесному стволу, ощущая идущее от него тепло жизни, чувствуя движение энергии вверх и вниз. Он закрыл глаза.

«Госпожа моя, Риала. Мать всего живого, Дарительница милосердия. Ответь мне, Матушка, имею ли я право что-то делать?»

Неожиданно поднялся сильный ветер. Кроны деревьев шумно терлись друг о друга, словно живые. Гибкий кустарник мягко коснулся высокого сапога громового волка.

«Ты — рука богов в мире живых. Тебе решать, как поступать с теми, кто тебе встречается, сын мой», — прошептали травы и ветви, нежно, словно ласкаясь, прикасавшиеся к его телу.

Дарий вздрогнул, ошарашенно завертев головой. Он совсем не ожидал, что Риала действительно ответит. Шумно выдохнув, он постарался избавиться от шока и оцепенения, охватившего его из-за близости богини. На негнущихся ногах он повернулся к лагерю оборотней. Обнаженные люди стояли на коленях, прижав к земле лбы.

— Хъяран, — проговорил вожак, имя которого Дарий так и не спросил. — Хъяран, ты лично пришел к недостойным? Ты решил своей рукою свершить суд над нашими душами?

— Почему все вокруг дают мне прозвища? Встаньте с земли, я не статуя Единого, чтоб предо мной преклоняться.

Оборотни поспешно вскочили на ноги, словно их земля обожгла.

— Смилуйся, Хъяран, — не унимался вожак. — Или убей нас или спаси. Скоро солнце зайдет и Ночная Хозяйка явится за нами. Она не простит неповиновения.

— Что значит Хъяран? — устало задал вопрос парень.

— Хъяран — на нашем языке «рука богов». Так называют тех, в ком течет божественная кровь. Уже много лет в Ларанских землях не появлялись подобные тебе. Боги отвергли нас за то, что связались с Темным.

— Ладно, оставим это пока. Расскажи мне про эту Ночную хозяйку и то, почему вы оказались здесь.

— Ночная Хозяйка — это одна из ближайших приспешниц Темного. Ей подчиняются все нечистые, даже если не хотят этого. Что касается нас, то мы пришли с Белого перевала.

— Я много слышал о нем. По слухам, там обитает столько нечисти, что даже команды охотников на нечисть не рискуют туда соваться.

— Все несколько иначе, но такая известность нам очень помогает. В окрестностях перевала обитала стая оборотней, ушедшая от остального мира, чтобы невольно не причинять вред. В тех местах очень много айшаков, так что добычи хватало. Каждый из нас пришел к перевалу из разных мест ханства, все мы были разными людьми в прошлом. Иногда как, в случае Кайси с Айри, приходили семьями. Там мы никому не вредили и спокойно жили, как могли относительно мирной жизнью в надежде, что однажды боги нас помилуют. Но месяц назад появилась Ночная Хозяйка. Она приказала выйти к следующей новой луне в сторону Паларской Империи и напасть на заставы имперцев. Она приказала открыть дорогу между Империей и ханством. Мы единственные, кто смог пересилить приказ и уйти с перевала. Остальные этой ночью должны были устроить резню. Она уже знает о том, что мы ослушались. Прошлой ночью она искала нас на своем драконе, но мы укрылись в освященных землях, и она не смогла нас увидеть за исходящим от руин божественным светом. Из-за долго лежания на освященной земле все мы получили сильные ожоги, а перед этим два дня бежали без остановок и еды. Нам нужно было мясо, иначе никто бы не смог бежать дальше. Этой ночью она вернется и точно найдет нас. Мы хотели напасть на Хозяйку и умереть в схватке, но ты, Хъяран, подарил нам новую надежду.

— Получается, этой ночью все оборотни с вашего перевала должны были напасть на пограничные гарнизоны? И много их?

— Больше пяти тысяч, Хъяран. Ты знаешь, что с нашей силой этого достаточно, чтобы уничтожить армию. А ведь мы еще можем пополнять свои ряды очень простым способом. Это ужасно, Хъяран! Мы все уже много лет думали, что Темный больше не властен над нашими душами! Хозяйка хочет большой войны и бросает нас в первых рядах, как ненужное мясо. Если бы мы встретили тебя раньше! Быть может, ты смог бы удержать наших собратьев. А сейчас, наверное, уже поздно.

— На все воля богов. Вы смогли уйти. Двенадцать волков из пяти тысяч. Значит, остальные тоже могли побороть приказ, но не сделали этого. Догадываюсь, это было очень больно, но вот вы здесь, значит, не невозможно. Вы заслужили спасения. Они, к сожалению, — нет.

— Детей мы взяли насильно…

— Это не важно. Они здесь. Я дам вам свою кровь.

— Кровь? — поползли вверх брови вожака.

— Другого способа побороть скверну внутри ваших тел я не знаю, — криво улыбнулся Дарий. — Пастуху это помогло, посмотрим, поможет ли вам.

— Как прикажешь, Хъяран. Мы готовы отрубить себе руки и ноги — только бы избавиться от власти Темного над своими душами.

— Острого ножа у вас, конечно же, нет? — Печально спросил Дарий.

— Откуда? — поднял бровь вожак. — Я лично уже восемь лет не держал в руке оружия.

С тяжким вздохом, парень достал два своих ножа. Ну не хотелось ему осквернять проклятой кровью благородную сталь! Но разве был выбор? Вручив один нож вожаку, он взял другой в правую руку и приставил к левой ладони.

— Выбери, кто будет первым. Я не знаю, как подействует моя кровь на уже состоявшегося оборотня. Если вам даже находиться рядом со мной сложно, то боль может быть действительно страшной. Пусть тот, кто готов, подойдет.

— Карум! — властно подозвал вожак стоявшего поодаль мужчину.

Он медленно, боком, приблизился. От него исходили волны паники.

— Постарайся успокоиться, — велел ему Дарий. — Сейчас перед тобой главное испытание в твоей жизни. Быть может, худшей боли ты еще не испытывал, но после этого начнется новая жизнь. Ты не будешь ходить голым, тьма отступит от тебя и душа станет свободной. Сделай глубокий вдох, медленно выдохни и просто сделай надрез на руке.

Карум послушно сделал вдох, потом взял из рук вожака нож, зажмурился. Постоял с минуту в нерешительности и резко полоснул по своей ладони. Дарий провел лезвием по своей и схватил раненой рукой порезанную ладонь оборотня. Вначале ничего не происходило. Напрягшийся было мужчина, даже открыл глаза, непонимающе переводя взгляд с одного оборотня на другого. А потом его тело резко выгнулось дугой. Он упал на бок, колотясь о землю руками, ногами, головой. И кричал. Его леденящий душу крик агонии заставлял окружающих вжимать головы в плечи, отворачиваться, отводить взгляды. Каждый из оборотней знал, что их ждет вскоре то же самое.

— Держи его! — выкрикнул Дарий, с силой прижимая к земле плечи Карума. — Он так покалечится!

Вожак подскочил к исходящему истошным криком оборотню и схватил за ноги. Даже вдвоем удержать бьющегося в конвульсиях мужчину им было очень нелегко. Словно откуда-то из неизвестности в нем появилась дополнительная сила. Пришлось звать еще двоих на помощь. Держать стало легче, и Дарий присмотрелся вторым зрением к происходящим в оборотне процессам. Яркая кровь громового волка, словно жидкий огонь, растекалась по венам бедняги, причиняя ему невероятные муки. В отличие от случая с пастухом, на этот раз свет выжигал скверну агрессивно, жестоко уничтожая все следы проклятой крови, заменяя чем-то новым. Процесс дошел только до половины, а Дарий уже знал — этот человек останется оборотнем. Изменения в его организме оказались необратимы. Но это будет другой оборотень. Нет, не громовой. Скорее… светлый.

Закончилось все быстро и неожиданно. Просто в какой-то момент Карум обмяк и, судорожно вздохнув, открыл глаза.

— Ну? Как ты? — заботливо осведомился вожак.

— Странно, — проговорил тот в ответ охрипшим голосом. — Это было ужасно, но сейчас… Я чувствую такую легкость. Мне так хорошо, Зарт. Словно крылья выросли. Вот-вот взлечу!

— Не взлетишь, — успокоил его Дарий, помогая подняться. — И у меня есть для тебя хорошие и плохие новости. Хотя, это как посмотреть. С твоими плохими я живу уже пять лет — и вполне приспособился.

— Ты о чем? — Заволновался окончательно пришедший в себя мужчина. Похоже, регулярная боль превращений закалила его психику, и пережитое быстро уходило на задний план. Защитная реакция.

— Оборотнем ты быть не перестал, — качнул головой парень. — Но тьмы в тебе больше нет. Просто твой организм слишком изменился, вернуть все обратно оказалось невозможно. Ты теперь можешь превращаться в волка в любое время, когда захочешь. Не захочешь — можешь не превращаться. Боли при этом больше не будет, и одежда будет оставаться на тебе. Это дар богов за отречение от Темного бога. Дети, которые у тебя с этого момента родятся — будут обычными людьми, а твой укус больше никого не сможет обратить.

— Никогда не слышал о светлых оборотнях, — нахмурился вожак, которого, как оказалось, звали Зартом.

— А о громовых волках слышал? — ехидно осведомился Дарий в ответ. — Чем не светлые оборотни?

— Слышал про таких, — хмыкнул вожак. — Только вот не видел их никто. Людям нужно во что-то верить — потому и придумали.

— Зарт! Ты видишь эту самую придумку вот уже час! С тех пор как я здесь!

— Да ну? — иронично проговорил Зарт. — Тебя, что ли?

— Ладно, — махнул рукой парень. — Сам смотри. Говорю же, я знаю, что значит быть оборотнем.

Обернувшись на пару минут в волка, Дарий вернулся к человеческому облику и посмотрел на изумленного Зарта.

— Думаешь, почему я так близко принял к сердцу вашу беду? Да потому, что сам знаю, каково это.

Дарий умолк. Странная напряженная тишина повисла в воздухе. Что-то было не так. Что он такого сделал, что вновь ощущает чужой страх?

— Ты так похож на нее… — Разлепил, наконец, губы Зарт. — Только от нее исходит тьма, а ты определенно светлый.

— Ты о чем? — взгляд Дария стал серьезным.

— О ком. О Ночной Хозяйке. Ледяной волчице.

Парень вспомнил случай в храме, когда чуть не поддался злобе, обидевшись на лгавшего ему жреца. Ледяные дорожки, разбегающиеся от него во все стороны…

— Это не ледяная волчица, Зарт, — хрипло проговорил он, отводя глаза. — Это павший громовой волк. Павший не так, как вы, а осознанно, по собственной воле сошедший во тьму. Ладно! — хлопнул парень в ладоши, разрывая тягостную тишину. — Это мы потом обсудим. Время уже за полдень, а дел много. Так и Хозяйку вашу дождаться можно. Не хотелось бы мне поднимать свой меч на кого-то из вас. Так что, давайте. Кто следующий?

— Пожалуй, я, — стряхнул себя листву и мелкие ветки вожак. Удерживая Карума, он успел изваляться на земле. — Испугал ты всех своим видом. Кому, как не мне теперь пример показывать. Удержишь?

Вожак хитро прищурился. Среди всех он должен быть самым сильным, а Дарий его своими способностями пока не впечатлил.

— Мне нужна была помощь, потому что я хотел видеть, что происходит с вами при попадании моей крови. Для второго зрения требуется концентрация. Не беспокойся, удержать тебя я сумею.

— Ну, смотри, — хмыкнул Зарт, зажимая в зубах древесный сук и проводя ножом по ладони. — Дейфтфуй, Хъяран, — прогудел он через прикушенную деревяшку, ложась на землю.

Дарий с удовольствием отметил предусмотрительность Зарта и приступил к неприятной процедуре. Когда вожак изогнулся, парень с силой прижал его коленом к земле, удерживая руками за плечи. Оборотень оказался зафиксирован так, что не мог даже пошевелиться. Остальные нерешительно подступили, наблюдая за мучениями своего вожака. Долгие минуты агонии тянулись бесконечно. На самом деле, прошло совсем немного времени, но окружающим показалось, что вечность. Наконец, Зарт обмяк в руках громового волка и тяжело отдышался, выплевывая насквозь прокушенную палку.

— Ну и злая же штука, эта твоя кровь.

— Не моя, а твоя. У простых людей от моей крови раны затягиваются, и совсем безболезненно. — Проворчал Дарий, отпуская вожака.

— Может, я теперь тоже громовым волком буду? — Рассмеялся Зарт, поднимаясь с земли. — Пойду по миру, превращая темных оборотней в светлых! Было бы неплохо!

— Прости, Зарт, но громовыми волками так не становятся, — усмехнулся Дарий. — Я наблюдал. Свет рассеивается в крови, как только завершит свою работу.

— Очень жаль, — не сильно расстроившись, проговорил вожак. — Так и что теперь? Говоришь, оборотнем я быть не перестану?

Дарий снял с себя сапог и протянул Зарту.

— Одень и настройся на желание стать волком.

Зарт схватил сапог и быстро натянул на свою испачканную в земле конечность. Парень поморщился. Нужно было заранее подумать, как он его потом обратно одевать будет.

— Прости, — смутился вожак. — Отвык. Нужно было вытереть ногу.

— Да чего уж теперь, — отмахнулся тот в ответ. — Пробуй превратиться.

— Что-то мне страшновато… — Проговорил Зарт, но все равно настроился.

Через мгновение перед всеми предстал статный матерый серый зверь, удивленно озирающийся по сторонам.

— Ему не было больно! — захлопала в ладоши малышка Айри. — И он волком стал при солнце! Хочу также, хочу, хочу!

— Уймись! — одернула дочку Кайси. — Хъяран всем поможет, он сам сказал. Подожди своей очереди!

Зарт снова вернулся к человеческому виду, осмотрел сапог на левой ноге и рассмеялся.

— Ну, надо же! Действительно никакой боли! И сапог при мне! Признаться, я не очень верил! Спасибо тебе, Хъяран! Всю жизнь должником буду! — Хлопнул он по спине громового волка.

— Меня Дарий зовут. Перестаньте давать мне прозвища, — возмутился он в ответ.

— Как скажешь, Хъяран! Как скажешь!

Дарий только тяжело вздохнул и приготовился к следующей процедуре. Вперед было еще десять человек. За следующие три часа через оригинальное лечение громового волка успели пройти все. Ему значительно облегчили работу те, кто к этому времени уже избавился от скверны. Парню больше не было необходимости держать каждого во время агонии. Он делился своей кровью, оставляя страдальца в руках других оборотней, и переходил к следующему. Больше всего он беспокоился за детей, особенно за совсем юного мальчишку. Но они перенесли процедуру на удивление хорошо, не испытав совершенно никакой боли. Для богов дети до пятнадцати — невинны, потому и наказаний они избегают. Как сказала Айри, они и раньше при обращении не испытывали мучений. Вот с пятнадцати лет должно было начаться. Но сейчас им больше эта участь не грозила. К четырем часам пополудни все оборотни уже избавились от скверны, радостно пританцовывая вокруг Дария и своего вожака, постоянно меняя облик и смеясь.

— Надо решить, куда нам теперь податься, — проговорил Зарт, раздумывая о способах добычи огня.

В честь всего произошедшего он собрал найденные недалеко листья дикого табака и хотел отметить событие самокруткой, только вот ее нужно было как-то зажечь. Увидев его замешательство, Дарий соорудил миниатюрную шаровую молнию и поднес к самокрутке, ехидно наблюдая за вожаком. Не прошло и мгновения, как оборотень сильно закашлялся, затоптал свою поделку огрубевшей пяткой, громко ругаясь на ларанском.

— Да что ж такое-то! — В сердцах сплюнул Зарт. — Мне что, теперь никогда табачком не затянуться?

Парень уже смеялся, не скрываясь. Еще в детстве он не раз читал о страстной любви ларанцев к табаку.

— Зарт, ты перестал быть темным, но оборотнем все равно остался. Запах и вкус табака ужасен и сам по себе, а с нашими обостренными чувствами — забудь! Насчет того, куда податься, — резко посерьезнел Дарий. — Не торопись. Я поговорю с деревенскими. Когда-то они поняли мою ситуацию и не прогнали. Народ здесь хороший, расскажу о вас — может, примут. Особого доверия, конечно, вам ждать не придется. Но если покажете себя хорошими и работящими соседями — то быстро станете своими. Ну а если не примут — можно подумать и о других вариантах. Жрецы Дилая что-то да подскажут.

Вожак обвел взглядом свою стаю. Среди всех он был единственным воином. Остальные оказались вырваны из мирной жизни, к которой всегда мечтали вернуться. Предложение громового волка давало им шанс.