Оценка риска

— Торчвуд, который я знала, исчез. Институт распущен. Всё, что осталось, — этот маленький региональный пункт. Думаю, моя обязанность принять ответственность по изучению вашего потенциала или закрытию проекта на общее благо. Если пройдете проверку, можете продолжить свою работу. В противном случае, печальным концом этого будет вопль трёх незнакомцев в кромешной тьме. Настоящая пища из трав.

Ее рука с недовольством постучала по столу из деревопласта.

— Есть ли в этом мире хоть что-то, у чего имеется суть, Капитан? — спросила она, задумчиво смотря на него.

И тогда Джек отвёл Агнес к гробам.

Глава V

Попутчики

В которой гробы обнаружены, идут подготовки к святкам, а вдовствующая миссис Гоуэн спохватывается, что так не бывает

Это было корабельное кладбище.

Гробы тянулись вдоль и поперёк, подпрыгивая и лязгая, связанные между собой плавательным тросом наподобие бус. Недалеко от Бристольского канала; необычный вид — бесконечный чёткий ряд блестящих металлических коробок, покачивающихся и скользящих по волнам.

— Кто-то проиграл войну, Агнес, — сказал Джек. — Где-то далеко отсюда. И они отправили гробы через Рифт. Мы уловили следы использования энергооружия, но по тому, как гробы запечатаны и отмечены, ясно, что было применено и биологическое оружие.

Агнес отвернулась от носа торчвудского быстроходного катера и вперила взгляд в Джека.

— Сколько гробов? — уточнила она.

Королева была уже очень стара, но всё ещё могла передвигаться самостоятельно.

— Они хотят усадить меня в больничное кресло, — сказала она голосом немногим сильнее скрежета ковкого железа. — Но у меня жесткие крепкие ноги. Под этими юбками скрыто множество грехов.

Её визитёр наклонился, чтобы как можно вежливее слушать.

Они были в садах, лицом к Соленту[17]. Дом позади них выглядел в декабрьском морозе впечатляюще сурово.

Старая Королева сжала руку своей посетительницы в тугие тиски и посмотрела с блестящими слезящимися глазами.

— Я прихожу сюда каждое Рождество, — сказала она со смехом, напоминающим шелест сухих листьев. Праздновать на берегу подходит Монарху!

Линялая трава медленно переходила в одинокий серый песок, и неопределенное передвижение самой могущественной женщины подошло к концу. Она остановилась, молча смотря на море.

Её визитёр терпеливо и даже слегка опасливо стояла рядом.

— Я очень старая, — выговорила в итоге Королева.

И снова пауза.

— Я уже упоминала об этом? Почти уверена, что так и было. Вы поправьте меня, если я начну сбиваться. И поверьте, это не будет невежливым. Моему разуму требуются крепкие руки пахаря, иначе он развевается как ветер, — морщины на иссушённом лице Королевы сложились в хмурое выражение. — Да. Как прошло ваше путешествие?

— Я не могу пожаловаться, Ваше Величество, — ответил визитёр.

— А ваши покои?

— Более чем удовлетворительно.

Королева мягко засмеялась.

— И вот я поймала вас на лжи Императрице Индии! Ваша комната настолько холодная, что даже паразиты жмутся друг к дружке, чтобы согреться. Я не права?

Смешавшись, посетительница, кивнула. Вчера ночью она обнаружила небольшую семью мышей, глубоко зарывшихся в уголок стеганого одеяла.

— Что ж. Не важно, — сказала Королева. — Вашей комнате не хватает радостного щебетания, но боюсь, солнца мы сегодня не увидим. Мы обе женщины, почти полностью лишенные Новых Тем. Даже я сама чувствую себя угнетенной необходимостью вести беспочвенные беседы. И почему по окончании путешествия Вдовствующая Миссис Гоуэн настаивала на том, чтобы узнать моё мнение о граммофоне? Я была в совершенном недоумении, что сказать, и промолчала. — После паузы. — Когда кто-то настолько стар и устрашающ, как я, холодное молчание может быть действительно холодным.

Одинокая чайка пролетела мимо них в море. Монарх следил за её полетом.

— Вы очень храбрая, — неожиданно сказала она. — Вы полностью осознаёте, на что добровольно согласились?

Гостья кивнула.

— Я нахожу интересным тот факт, что имею возможность даровать бессмертие одному из своих подданных. Я лишь глубоко сочувствию вам, моя дорогая. Вы выглядите такой юной. И подозреваю, что будете выглядеть так же через сотни лет. Боюсь, я встречаю своё последнее Рождество, поэтому возможность быть выброшенной из берегов времени на произвол судьбы кажется мне странной просьбой. Я размышляла над этим, и мне это не внушило надежд. Вы уверены?

— Да.

— Очень хорошо, — сказала старая леди с некоторой долей сожаления. — Время — это склон, по которому мы можем только скатываться, моя дорогая. Вы будете путешествовать дальше и быстрее всех нас… и… если поддадитесь самомнению, покроетесь слоем драгоценного мха. Вот! — она довольно улыбнулась, что холодным эхом отразилось в гостье. — Но вы окажете мне и моей Империи великую и бесценную услугу. Институт Торчвуд на самом деле хорошая вещь. Он уже защищал нас от неописуемых угроз и подарил технологии, намного превышающие корабли и граммофоны. Я знаю, почему вы это делаете. Конечно, знаю. Боль от потери любимого это… что ж, моя жизнь была ознаменована этим. И я вижу, что вы позволяете ей делать то же самое с вами. А я достаточно старая, холодная и смелая, чтобы утверждать, что вещи, которые мы делаем ради любви — единственно правильные из всего.

Они постояли еще немного, наблюдая за морем, набегающим на мертвый берег. А потом повернулись и пошли обратно в дом.

— Тут около ста гробов, — экспансивно заявил Джек.

Агнес перестала разглядывать море.

— Я насчитала семьдесят восемь, — произнесла она, наконец. — И как давно это продолжается?

— Неделя была очень длинной, — честно ответил Джек. — Мы наблюдали за Рифтом, как только заметили наибольшую активность, нашли гробы и приковали здесь. Ни один из них не всплыл на берег. Кроме одного. И никто не знает об их нахождении тут. Янто лично обрабатывает спутниковые данные.

Агнес кивнула, показав свое одобрение.

— А вы хотя бы догадываетесь, что внутри? — спросила она.

Джек покачал головой. Повисла тишина.

— Были ли предприняты попытки заглянуть внутрь?

— С этим знаком на гробе… — Джек указал на розовато-лиловую отметину. — Это абсолютно универсальное обозначение «Осторожно! Содержимое отравлено!». Хотя, мы попытались проанализировать их всеми известными способами и даже парой-тройкой других инструментов. И судя по всему, что мы смогли узнать, внутри что-то есть и оно не живое. Вот и все. На гробах нет даже индивидуальных знаков отличия.

— «Никаких каменных слёз на моём посмертном одре, так?» — Агнес задумалась. — Это их последняя жертва.

Она обернулась к огромному скоплению гробов, смотря, как они неторопливо раскачиваются вверх и вниз.

— Великолепно, — выдохнула она.

От лодок шёл холод. Агнес положила руки на поручни и глубоко задышала.

— Dulce et decorum est[18], не так ли, Харкнесс? Какая же это сладкая и благородная вещь отдать свою жизнь на защиту родной планеты?

Джек замер. Создавалось впечатление, что к нему вернулся дух старых битв.

— Как не стыдно, ты прошла через две мировые войны. И кое-что упустила. Масса благородных людей погибла там.

Агнес улыбнулась.

— Ты не должен высмеивать подобные сантименты — не тогда, когда ты сам, насколько мне известно, потратил кучу времени, умирая за то, во что верил.

Джек повел плечами.

— О, я везунчик. Я буду продолжать умирать, пока не добьюсь своего. Другие умирают только один раз.

— Постыдись, — сказала Агнес.

Они помолчали с минуту. Было ощущение, что Агнес ожидает чего-то. Она стояла, вновь уставившись на гробы, её лицо растянулось в улыбке.

— Замечательная, замечательная тайна. И вы совершенно уверены, что ни один гроб не выплыл на берег?

Джек выглядел убежденным.

— Всего один. И мы быстро нашли его. Никто его не видел.

Агнес посмотрела на него с острым разочарованием.

— Я хочу взглянуть на анализ того гроба. Не все угрозы видимые.

Джек расстелил на дне катера морские карты. Он достал портативное устройство мониторинга Рифта и устроил его в углу карты. Оно жужжало и рычало как разъяренная собака. Наконец он протянул ей папку.

— Тут итоги анализа, — сказал он.

Агнес забрала и коротко перелистала её, прежде чем вернуть Джеку.

— Вы забыли упомянуть ещё кое-что об этом гробе, Капитан.

— Не думаю. Забыли? — в его голосе проскользнула тень сомнения. — Мы были очень тщательными.

— Безусловно, — голос Агнес был чистый мед. — В рамках своих возможностей. Как вы могли ожидать, что разберётесь в микроэлементах без научного или медицинского эксперта?

— Я честно не понимаю, — повторил Джек. — В гробу не было ничего необычного. Определенно никаких признаков жизни.

Агнес довольно кивнула.

— Нет, конечно, нет. Но данный рапорт отчётливо показывает, что имеется место на гробе с обвалившейся краской от реакции металла в месте, где он слегка с чем-то столкнулся. Имеются крошечные зарубки и полезные ископаемые. Готова поспорить, что это выделения какого-то организма и думаю, они пропутешествовали на гробе.

Джек резко посмотрел на неё.

— Как ты поняла?

— Если бы это были ржавчина или плесень, они бы сохранились. Ничего нет.

— Не может быть, — Джек замотал головой. — Возможно, они провалились в Рифт.

— Ох, несомненно, — согласилась Агнес. — Или же, может быть, они пропали, выбравшись на берег?

— Нет, — сказал Джек. — это всего лишь предположение.

— Это вероятность, Джек. Вы собрали гробы. Гробы содержат в себе жертв войны против чего-то настолько ужасного и смертельного для жизни, что их даже не решились похоронить на родной земле. Вместо этого их выбросили в Рифт. А вам повезло. Гробы не разбились и не открылись, выпустив что бы генетически смертельное в них не содержалось. Но это может произойти в любое время. Вы были так сконцентрированы, чтобы собрать их, что даже не подумали, против каких чудовищных созданий они воевали. И что возможно, этими гробами выяснена дорога на Землю. Этим можно объяснить и то, что один гроб достиг берега.

— Нет, на выдохе произнёс Джек. — Нет-нет-нет-нет…

Агнес подняла на него глаза.

— Посмотрим, — сказала она, самодовольно складывая руки.

А на берегу проснулся Вам.

Глава VI

Колония Полипов

Которая в основном посвящена Величию Вама и быстротечности профессии агента по недвижимости

— Интересно, — было первым, что оно подумало.

Оно не удивилось, что все еще живо. Вам существовало всегда — оно было бы более удивлено, окажись мертвым. Как бы то ни было, оно всегда продолжало жить. Если даже временами… едва. Быстрая проверка показала, что оно скомпоновано в кучу размером менее чем в десять миллиметров диаметров и всего на несколько миллиметров толще.

— Интересно, — повторило оно. Какое падение! И это все, что сохранилось от Вама? Создание, которое окутывает всю солнечную систему… уменьшилось до размера кляксы на… а где оно?

Оно начало копаться в своих воспоминаниях и поняло, что от них мало что осталось, многие были в пересжатом виде. Не страшно. Оно вырастет, восстановится и, когда наберет нужную массу, сможет распаковать эти восхитительные воспоминания. И не важно, где оно и как сюда попало. Он испробовал свои ощущения и нашел, что их всего несколько. Оно раскрыло мембрану элементарных чувств и восстановило их как было. Под ним находилась земля. Присутствовала атмосфера — хоть оно еще и не смогло ее проанализировать. И все же атмосфера позволяла сделать вывод, что тут где-то существовала жизнь. И если оно сможет питаться, то вырастет, и Вам вновь будет жить. Вам! Вам! Грандиозный голод Вама!

Оно растянулось, вдавливаясь в землю… может, там есть пища. Нет. Ох, ладно. В конце концов, что-нибудь появится.

Противники Вама посмеялись бы над его первой добычей. Он был созданием, которое съедало целые планеты, для которого впечатляющие размерами космические флотилии были небольшим перекусом, которое могло обволочь собой солнце. И все, что ему удалось пока съесть, был голубь.

Птица кружилась по побережью и заметила блестящую, сверкающе-черную поверхность Вама. Она на свою беду заинтересовалась им и подлетела ближе. Хоть это и было унизительно для Вама, но оно было чрезвычайно радо пище. Почти все процессы приостановились. Оно было на грани истощения и денатурации. Оно начало воображать невообразимое — вселенную без Вама.

Тогда голубь приблизился.

Вам вынюхивало свою первую пищу на… нет, до сих пор без понятия. Было неожиданно обильно мяса, что многое предвещало. Вам немного пожалело о невозможности видеть борьбу своей жертвы или хотя бы слышать агонирующие крики, обволок ее, и внезапно произошел хлопок. Вам пообещало себе, что вскоре вернет свои чувства. И в то же время наслаждалось первым убийством. Как кот на солнце, оно растянулось и аккуратно свернулось вокруг трупа, уничтожая все до последнего кусочка.

Оно решило позволить себе немного вырасти и повернуться. Слегка. Небольшая часть Вама исследовала мозг жертвы. Там мало что было. Впечатления от полета. Вода. Голубое небо — что, скорее всего, означает кислород, всегда хороший знак. И все в таком роде. Вещи, которые были Больше Него и Двигались. И это все. Жалко, но нельзя полностью списывать со счетов. Тот простой факт, что это создание жило с боязнью быть умерщвленной, говорит о наличии хищников. Хорошо. Уже много времени Вам не поднимался по пищевой цепи и ждал этого почти с нетерпением. Очень аккуратно оно освободило себя от каркаса, выставляя останки на всеобщее обозрение.

— Взгляните-ка, — сказало Вам, — прекрасные кости, чтобы прийти и собрать их.

И стало ждать поедателей падали.