Помоги проекту - поделись книгой:
Существо его размера оказалось недалеко. Его огромная голова повернулась к ним, длинная шея изогнулась, как у лебедя. Шипы обрамляли его широкий лоб, который сужался к носу. Большие шипы над его плечами мешали напасть сверху, шипы короче спускались по его спине к длинному змеиному хвосту.
Он повернул голову и посмотрел на них большим голубым глазом. Сердце Пайпер колотилось. Он смотрел на них. Он прилетел для этого? Вжавшись в Эша, Пайпер старалась не задохнуться. Он не двигался, едва дышал.
Низкий гул донесся из зверя. Его пасть приоткрылась, сверкнув рядами острых клыков размером с ее ладонь от кончиков пальцев до запястья.
Странное давление заполнило ее голову, гудело, рассеивая ее мысли. Она отшатнулась на шаг от Эша, прижала ладони ко лбу. Что это было? Казалось, рычание дракона дрожало в ее голове. Что это за сила? Дракон обладал магией? Он был настоящим, она была уверена, но он не казался существом из истории Шоны о короле драконов. Пайпер не знала, какие у него могут быть силы.
Еще сжимая голову руками, она оглянулась на Эша. Он прислонился к перилам, сжимал рукой голову, стиснув губы, его глаза были большими, остекленевшими.
Дракон хмыкнул, его глаза засияли синим. Невидимая сила полилась из него. Она ударила Пайпер волной, пронеслась по телу жутким холодом. По коже пробежало знакомое покалывание.
Она убрала руки от головы и потрясенно увидела перламутровую чешую на ладонях. Она посмотрела на Эша — он тоже изменил облик, его крылья прижимались к спине, шок был написан на его лице. Магия дракона сменила им облик на деймонов. Как такое было возможно?
Он вытянул шею, голова оказалась ближе. Еще гул, и странное давление заполнило их головы. Пайпер скривилась, но в этот раз ощущало иначе — четче, но и сильнее. Невидимая сила давила на ее разум, прижимая ее тело к земле.
Эш рядом с ней упал на колени. Он сжал голову руками и зажмурился. Пайпер пыталась сосредоточиться. Что происходило? Что дракон делал с ними?
Его крылья дрожали от напряжения. Эш поднял голову, скаля зубы.
— Нет! — яростно выкрикнул он.
Давление пропало, дракон отодвинул голову, оскалился. Его глаза засияли ярче.
С оглушительным ревом он бросился на Эша.
Его вес ударил по балкону, и строение разбилось. Камень пропал под ее ногами. Пайпер падала, а дракон пронесся мимо нее к Эшу, прыгнувшему в сторону от его пасти.
Пайпер врезалась в камень. Сжавшись от боли, она пыталась дышать. Дрожа, она поднялась на четвереньки, дико озираясь. Она оказалась на балконе ниже того, где они были. Отгоняя боль, хрипя, она встала на ноги и бросилась к перилам.
В долине внизу дракон несся по воздуху, преследуя черную вспышку, которой мог быть только Эш, сильно бьющий крыльями. Он напоминал воробья, за которым гнался орел. Ее сердце билось в горле. Он не сможет улетать так вечно. Зверь догонит его и сразу убьет. Почему дракон напал на него? Почему Эш кричал «нет»?
— Цви! — завопила она.
Дракончик слетела с обломков балкона выше и опустилась на плечо Пайпер, испуганно щебеча.
— Меняй облик, Цви! Нужно помочь ему!
Дракончик пискнула в ужасе и спрыгнула с ее плеча. Она стала драконом после вспышки черного огня, и Пайпер запрыгнула на ее спину. Они взлетели.
Она знала в глубине души, что это тщетно. Они не могли одолеть дракона, которого драконианы считали богом. Если он решил убить Эша, ее силы не помогут — кроме Сахара, но его при ней не было.
Но это не имело значения. Она не могла убежать, пока Эш боролся за жизнь. Они сбегут вместе или умрут вместе.
Цви неслась к дракону, тот поворачивал, но не мог узнаться за ловкостью Эша. Они приближались, и Эш атаковал голову дракона черной магией. Эбонитовый огонь хлынул с сияющей чешуи дракона как вода по стеклу, ни капли не замедлив зверя.
Цви была все ближе за драконом, Пайпер подняла руки. Ее окутало спокойствие, очищая разум. Гнев кипел под спокойствием — ей нужно было защитить Эша. Она призвала огромную сферу магии. Сине-лиловый огонь кружился, мерцая оранжевыми искрами. Цви полетела над драконом, Пайпер целилась. Подняв руки над головой, она бросила сферу.
Она попала по правому крылу дракона оранжевой вспышкой. Зверь взревел, его полет замедлился, хотя атака Эша на него не подействовала. Дракон посмотрел на Пайпер и Цви, вспыхнув глазами. С гулким ударом крыльев, дракон повернулся к ним.
Цви заревела, резко повернув. Дракон выпустил свой рык, звук заглушил голос Цви. Дракон несся к ним. Цви нырнула вниз, избежав пасти дракона. Его зубы могли легко перекусить Пайпер. Они юркнули под драконом. Эш летел к ним, хоть они вряд ли смогли бы прогнать дракона даже вместе.
Дракон повернулся, чтобы погнаться за ними, и она призвала магию. Крылья были слабым местом. Если она повредит крылья, он не сможет гнаться за ними. Цви повернулась к дракону, летящему к ним. Пайпер указала двумя пальцами на зверя, вытянув руку. Она видела заклинание лишь раз, но догадывалась, как его повторить.
Дракон мчался к ним, раскрыв пасть. Эш бросил в него спираль черной магии. Огонь окутал голову дракона, не вредя, но отвлекая.
Пайпер призвала копье из сине-лиловой магии, что вылетело из ее пальцев. Копье попало по крылу дракона и пробило кожаную мембрану.
Дракон закричал, все еще направляясь к ним. Цви нырнула. Пайпер сжимала ее гриву, Цви пронеслась мимо когтей под брюхом дракона. Пайпер подняла руку, чтобы снова атаковать.
Хвост дракона появился из ниоткуда, и они с Цви не успели отреагировать.
Удар был как от пушечного ядра. Агония. Терзающий ветер. Кружение, падение. Земля все ближе. Отражение Перискиоса на воде, рябь. Тьма.
Она оказалась в воде.
Она вяло подумала сквозь тьму в голове, что это не правильно. Она не плыла, а падала. Она пыталась прийти в себя. Летела, падала… черный хвост ударил ее…
Дракон. Эш. Цви.
Ее глаза открылись. Она была под водой. Упала в озеро. Где была Цви? Она не ощущала Цви в озере. Как долго она была под водой? Ужас охватил Пайпер. Она поплыла к поверхности. Ее голова вырвалась из воды. Тишина. Большие крылья уже не хлопали в небе.
В сотне ярдов от нее дракон стоял на берегу у вершины со статуей. Его крылья были отчасти сложены над спиной. Синий огонь лизал землю рядом с ним. Синий свет сиял линиями на шее дракона, мерцал в его пасти. Его лапа была вытянута, что-то прижимала к земле.
Паника заморозила ее легкие. Пайпер поплыла к берегу и выбралась из воды. Она побежала изо всех сил. Ее тело болело и горело, но она не думала о ранах. Она бежала к дракону, призывая свою магию. Сфера засияла в ее руках.
Она бросила ее в голову дракона. Магия вспыхнула на его чешуе, и синий огонь поблизости рассеялся с оранжевым светом. Зверь вскинул голову и щелкнул пастью. Синий огонь трепетал после ее атаки, и Пайпер заметила крыло, торчащее из-под когтей дракона — крыло Эша. Он поймал Эша.
Он не мог умереть. Только бы он был живым.
— Пусти его! — завопила она.
Дракон показал клыки. Он оглушительно зарычал.
— Он — дракониан! — слезы ужаса и отчаяния катились по ее щекам. — Зачем ты напал на него?
Гудение сдавило ее голову. Колени ослабели. Она упала на камни, сжимая голову. Гудение менялось, словно кто-то крутил радио, а потом звук изменился.
Низкий мужской голос зарычал в ее голове, четко слышался в голове, а не ушам. Пайпер охнула и выпрямилась. Давление в голове — разум дракона? — все еще было невыносимым. Зверь мог общаться телепатией, как рюдзин.
— Как и он, — выдохнула она. — Отпусти его!
— Так зачем ты ему вредишь? — она едва говорила, присутствие в ее голове затемняло все перед глазами.
— С чем он борется?
— Сначала отпусти Эша!
Дракон оскалился, огонь вокруг него стал выше.
Угроза была понятной. Дрожа, она встала на ноги и подняла руки, взывая к магии. Она не бросит Эша. Ей не сравниться с драконом, но она не уйдет, даже если погибнет.
— Я не уйду без Эша! — она взмахнула руками и бросила еще сферу огня.
Дракон раскрыл пасть, и синий огонь вылетел из его горла. Пламя поглотило ее атаку и полетело к ней. Она подняла щит в последний миг. Огонь взорвался с жалким барьером и ударил по ней вспышкой агонии. И тьма окутала ее еще раз.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Холодная вода плескалась справа от нее. Слева жгло, словно кожа оказалась в кипящем масле. Боль привела ее в чувство, и Пайпер застонала. Она не умерла. Было слишком больно.
Страх боролся в ней с болью. Она с трудом открыла глаза. Она видела темные камни перед носом, в ее щеку до боли впивалась земля. Пайпер вяло приподнялась на локте и посмотрела на темную поверхность озера. Ее сердце колотилось в груди, и только боль ожогов не давала подумать о другой боли. Почему она не умерла? Лучше бы она умерла.
Ее горло сдавило от страха. Слезы обожгли глаза и пролились, будто кислотой на ее щеки. Охнув и подавив всхлип, она села. Было темно, собрались тучи, скрыв почти весь отраженный свет Перискиоса. Сумерки рассвета еще не начались, но она все равно была долго без сознания, хоть и не знала, сколько именно часов.
Ужас сдавил ее, и Пайпер заставила себя посмотреть на берег озера. Дракон пропал, долина была пустой. Жизни на берегу не было. На месте дракона осталась неподвижная тень павшего тела. Горе охватило ее, и это было ужаснее ожогов.
Пайпер с болью встала на ноги. Она не управляла собой, всхлипывала, агония и горе переполнили ее. Ослепленная слезами, она шагнула к неподвижному силуэту. Она упала на колени рядом с ним, не могла выдерживать вес горя.
Эш лежал лицом вниз, где его оставил дракон, крылья были криво расправлены. Одно крыло было сломано в двух местах. Едва дыша сквозь слезы, Пайпер сжала дрожащей рукой его безжизненные пальцы.
Ее сердце дрогнуло в груди.
Его кожа не была холодной. Она была теплой. Нет, лихорадочно горячей.
— Эш! — охнула она. Живой? Он был живым?
Она склонилась над ним, сдерживая всхлипы. Без ее рыданий стало слышно его слабое дыхание. Ее ладони дрожали над ним, отчаяние сдавило ее легкие. Он был живым, но ранен. Сильно ли ранен? Ей нужно было перевернуть его и проверить. Она посмотрела на его крыло. Кости были сломаны, но мембрана не порвалась, к счастью, иначе дракониан мог больше никогда не летать. Кости еще могли срастись.
Забыв о своей боли, она быстро проверила его спину, руки и ноги, другое крыло. Она больше не видела ран, но они могли быть внутри него. Трясясь от стресса, Пайпер нежно сложила его целое крыло к спине и перевернула его на тот бок, поддерживая раненое крыло. Она теперь была благодарна своей силе деймона, как человек она бы не сдвинула бы его мертвый груз.
Эш оказался на спине, и Пайпер проверила его, но не нашла ран. Голова была целой — без порезов или шишек. Но он не открывал глаза, не отвечал на ее голос. Она приоткрыла его веки, глаза его закатились. Он дышал быстро и слабо, кожа пылала, как от лихорадки. Он заболел? Дракон отравил его? Или это была реакция на внутренние раны?
Паника кружила ее голову. Он был ранен, мог умереть. Они были одни. Дракон мог вернуться и добить их в любой момент. А все их вещи — и оружие — были в жилище на горе.
Она встала на ноги и посмотрела на себя. Ее штаны наполовину сгорели, но топ из драконьей чешуи защитил тело. Красные волдыри ожогов покрывали ее руки, она упала на лицо, потому оно и не обгорело — пока что. Может, ее попытка защититься ослабила почти весь огонь, или ее кожа наполовину рюдзина противостояла огню, потому что она была уверена, что тот залп огня должен был испепелить ее. Ее конечности и спина болели от падения, но кости не были сломаны.
Она медленно развернулась, превозмогая боль, пытаясь вспомнить, куда она упала, когда по ней ударил хвост дракона. Она побежала по берегу, хромая. Где-то неподалеку была Цви.
Она нашла Цви после двадцати минут поисков среди камней у берега. Она была в облике дракончика, ее маленькое тело было невозможно заметить среди камней.
Пайпер опустилась рядом с Цви, сердце билось в горле, душило ее. Цви приоткрыла золотые глаза и слабо пискнула.
— Эй, Цви, — прошептала Пайпер с дрожью в голосе. — Как ты, девочка?
Цви мяукнула едва слышно. Слезы стекали по щекам Пайпер, она гладила голову дракончика.
Крылья Цви были не просто сломаны. Они были искорежены, кости — сломаны, а кожа — изорвана. Она не могла унять дрожь рук, легонько коснулась тела Цви, проверяя на другие переломы. Цви скулила от каждого прикосновения, и Пайпер чуть не сдалась. Она не понимала, как сильно ранен дракончик. Не зная, что делать, она стянула с себя топ, помогла Цви забраться туда. Цви закричала, когда Пайпер подняла топ с земли, хоть она и старалась не трясти дракончика.
Не замечая холода на голой коже — на ее торсе осталась только повязка на груди — она поспешила к Эшу и уложила Цви рядом с ним. Дракончик ткнула его ладонь носом и заскулила, но он не дрогнул.
Пайпер стояла рядом с ними, содрогаясь. Она не могла исцелить их, не знала, как. Она не могла путешествовать с ними, не могла их оставить одних. Она не могла добраться до припасов. Она не могла связаться с остальными.
Лир и Раум не ждали возвращения Эша и Пайпер до следующего затмения — это еще не скоро. Только потом Раум отправится искать их. Он знал, в какую сторону полетели они с Эшем. Но он не сразу найдет нужную долину, но он прибудет. Ей нужно лишь продержать Эша и Цви живыми до этого.
Их жизни были в ее руках, но она еще никогда не ощущала себя такой беспомощной.
* * *
Пайпер сидела рядом с Эшем, держала его за руку и старалась не срываться. Ей нужно оставаться сильной.
Прошли часы с тех пор, как она пришла в себя, но она не знала, сколько именно. Было все еще темно, долгая ночь все тянулась. Тучи скрывали Перискиос, и она даже не знала, сколько еще ночи осталось по форме планеты. Усталость давила на нее, но она не могла спать. Она не уснет, пока не прибудет помощь. Ее голова болела, но это было пустяком по сравнению с агонией ее обгоревшей кожи. Она вернулась в облик человека, чтобы приберечь магию, и боль усилилась так, что она с тех пор с трудом сдерживала слезы. Порой было сложно просто дышать.
Боль было терпеть проще, пока она была занята. Она нашла безопасное место — насколько это было возможно в их обстоятельствах — чтобы ждать. Это была пещера в основании горы под жилищем, где они переночевали. Драконианы и тут когда-то были: в камне были вырезаны загоны, словно тут была конюшня или убежище для других зверей.
Перетащить Эша было сложно. Крылья драконианов были хрупкими и плохо заживали, и она не хотела тащить его сотню ярдов со сломанными костями. Она проклинала свою глупость — оставить оружие и прочие вещи там, куда не добраться без крыльев. Она прошла в озеро и сорвала длинные водоросли, что покачивались на дне. Она была слепой под водой, свет Перискиоса едва проникал сквозь тучи, не достигал глубин озера, но ее дайроккан вел ее. Она сорвала пару растений и принесла Эшу. Она оборвала листья и оставила прочные стебли, чтобы привязать его сломанное крыло к боку.
Она устроила его и Цви в одном из загонов в древней конюшне, вернулась на пляж и собрала прутья, что выбросило на берег, и мелкие водоросли. Перевязывать крылья Цви было больно для них обеих. Дракончик кричала от боли, терзая этим Пайпер, но она не могла оставить крылья малышки в таком состоянии. Теперь их удерживали прутья и листья водорослей, и Цви стало немного легче.
Пайпер вернулась к озеру еще пару раз в поисках чего-то полезного. Она собрала пару охапок веток и поймала мелкую рыбку, а потом вернулась в их убежище. За одной из стенок загонов, чтобы свет не было видно снаружи, она развела маленький костер и пожарила рыбу целиком: она не смогла бы почистить ее даже с ножом.
Пока рыба готовилась, она сорвала травы у ближайшего холма. Она сунула несколько под Эша, а потом разложила еще немного на полу для себя и Цви. Она забрала у дракончика свой топ, нуждаясь в тепле. Она могла только это. Одеял и другой одежды не было, а яркий костер был риском.
И она сидела, дрожала от боли и холода возле углей. Цви спала рядом с Эшем. Пайпер дала ей немного жареной рыбы, остальное съела сама. Она не знала, как покормить Эша, он не мог жевать, пока был без сознания. У нее даже не было их фляг с водой, чтобы заставить его попить.
Она сжимала его руку. Его кожа все еще пылала, он быстро дышал. Он мог пережить высокую температуру, но она все еще боялась. Она проверила его, но не нашла другие раны. Она не знала, что с ним не так. Она не знала, почему он не просыпался.
Если бы он мог сказать ей, что не так — и что случилось… Она снова и снова обдумывала все. Дракон в тенях статуи — он ждал их или заинтересовался, когда они вдруг появились в заброшенном городе? Он магией заставил ее и Эша принять облики деймонов. Она не сразу поняла, зачем это, но он явно пытался связаться с ними — точнее с Эшем. Гудение его телепатии изменилось, когда она приняла облик деймона, и у Эша явно так было.
Из-за чего Эш ответил дракону отчаянным «нет»? Почему дракон напал на него и прижал к земле? Он сопротивлялся. Чему? Не хотел быть убитым?
Она вспоминала порой историю Шоны о короле-драконе. Это была лишь сказка. Она не хотела верить, что дракон, что преследовал их, что заревел от боли, когда ее магия порезала его крыло, был всесильным существом из другого мира. Но вдруг в мифе была скрыта правда? Коби упоминала версию, в которой дракон воровал магию драконианов. Потому Эш не просыпался? Дракон оставил его живым, потому что получил то, что хотел?
Она смотрела на Эша, пытаясь успокоить панику. Он будет в порядке. Раум прибудет, и он будет знать, что делать.
Поделиться книгой: