Помоги проекту - поделись книгой:
Корзон ощутил, как по животу ползут ледяные щупальца. Быть готовым к смерти его всегда учили инструкторы, но, когда вот так, случайно и неожиданно… Мелькнула мысль прыгнуть в окно, там хотя бы шанс один на миллион, что сумеет уцепиться за крышу пролетающего мобиля. Но — не успеет.
Когда убийцы подошли вплотную к дивану, и Корзон под щелчки их затворов собрался взорвать гранату, раздался звон бьющегося стекла. С грохотом вывалилась дверь. Квартиру заполнили черные фигуры спецназовцев.
— Лежать! — заорал самый здоровый, наводя на бандитов лучевик. — Лежать, мордой в пол, я сказал!
Корзон сунул гранату обратно в карман, медленно поднялся во весь рост и огляделся. По комнате словно промчалось стадо носорогов. Стулья опрокинуты, перевернут журнальный столик с кофейными чашками. Из выбитых окон сквозит, под ногами похрустывает стекло.
Голова Евгения налилась тяжестью, в висках жестко и дробно стучится пульс. Ему захотелось кофе с коньяком и — посидеть в тишине.
Один из пытавшихся его убить оглянулся на Евгения.
— Ты все равно труп, Корзон, — бросил он.
Но боль в резко вывернутой руке заставила его замолчать. Парни в камуфляже его увели, топая, как слоны по обломкам мебели и посуды.
Майор Павел Третьяков вошел к себе в кабинет, где в кресле у стола ждал Евгений, и небрежно закрыл ногой дверь. В руке у него дымились две чашки кофе, по комнате поплыл терпкий, сладковатый аромат.
Он поставил одну чашку перед Евгением, а сам сел за стол. ТВ-панель на стене передавала трансляцию «Бегущего человирта». Звук приглушен, но все равно едва слышно раздавался голос ведущего — он объявлял финальный тур.
Корзон не любил эту передачу, будучи уверенным, что в ней все расписано заранее, и до главного приза не добирается никто. Хотя в рекламных роликах упорно твердят обратное.
Евгений подул на желтоватую пенку, поднес чашку к губам. Кофе был сладким и обжигающим, и в нем был коньяк — его терпковатый, отдающий вишнями и деревянными стенками бочек вкус не спутать ни с чем. Он откинулся в кресле, чувствуя, как напряжение уходит.
Майор мрачно смотрел на своего друга и подчиненного. К своему кофе Третьяков не притронулся. Чашка стоит рядом с компьютером, крышка-монитор прикрыта.
— Кто-то сегодня пытался тебя убить, Жека, — сказал майор с таким видом, будто сообщает новость.
Корзон молча сделал большой глоток кофе.
— Меня кто-то сдал, — резюмировал он мрачно.
— Думаешь?
— Встреча с Джекертом была секретной и инициирована Управлением.
— Его телефон тоже могли прослушивать.
— Его слушали только наши техники. Они обеспечивали многостороннюю защиту, и никто о разговоре не знал. Меня сдал кто-то из УБТ[2]. У нас завелся крот.
Майор, наконец, пригубил кофе, но затем отставил чашку, поморщился. Поговаривали, что в последнее время он уже пил столько кофе в день, что организм уже отказывается его принимать. Те же слухи твердили, что он стал переходить на что покрепче для поддержания работоспособности.
— Возможно, ты и прав, — заметил Третьяков. — Если так, то тебе надо пересидеть где-нибудь. Пока мы не разберемся, что к чему.
Корзон посмотрел на него поверх чашки.
— Не вижу смысла, Паш.
— Зато вижу я. — Майору пришлось чуть повысить голос. — Мы расколем тех, кто сегодня пытался сделать из тебя решето. Через них выйдем на заказчиков, будь уверен.
— А крот?
— Найдем и его. А пока мы всем этим занимаемся, тебе лучше побыть в безопасном месте.
— Обойдусь, — фыркнул Евгений.
— Это приказ старшего по званию, капитан Корзон. У тебя нет выбора.
Евгений посмотрел на него скептически.
— Ну и куда предлагаешь мне деться? Я же не стану сидеть безвылазно в Управлении. В камеру не полезу.
— Да, это — не вариант. Крот может сообщить своим хозяевам, и они попытаются убить тебя прямо здесь.
— Вот видишь, — натянуто улыбнулся Корзон. — Что совой об пенек, что пеньком об сову…
Майор покачал головой.
— У меня есть идея получше, — сказал он, указывая на ТВ-панель.
Там за двумя прошедшими в финал «бегущими» гонится что-то пока невидимое зрителям. На бледных, истекающих потом лицах игроков читается страх. Они бегут изо всех сил. Бегут и в ужасе оглядываются.
— И что? — не понял Корзон.
— Пересидишь в Игре. Я договорюсь. Пока ты там, мы найдем крота, и ты сможешь вернуться.
Корзон смерил его взглядом. Немолодое лицо с уже прорезавшимися морщинами. Родинка на скуле.
— Издеваешься?
Майор покачал головой.
— Это идиотизм, — фыркнул Корзон. — Тело лежит, а сознание бегает от виртуальных охотников. Шоу для дегенератов двадцать первого века.
— Ты хоть знаешь, сколько тестов надо пройти, чтобы попасть в «Бегущего»? Там ты будешь в безопасности. Тебя никто тронет, просто будешь номинальным участником.
— Тесты тестами, но эти козлы на ТВ всем впаривают, что все участники — из тюремных колоний. Типа, их не жалко. Врут ради рейтинга, а домохозяйки это глотают.
Корзон смотрел, как в спину одного из убегающих игроков на экране врезаются массивные сверла. Во все стороны брызнула кровь.
Картинка напомнила Евгению старую игру «Doom», где видно только руки игрока, убивающего на своем пути монстров. Только здесь, вместо чудовищ и мутантов — виртуальные проекции живых людей. По их следам идут цифровые проекции Охотников.
Как бы то ни было, лучше пересидеть там, чем рисковать головой здесь, подумал он. — Майор прав.
Корзон допил остывший кофе и вышел в коридор покурить.
Как заметил Корзон, виртуальный мир изнутри ничем не отличается от обычного — благодаря особой программе-симулятору. Те же улицы, высотные дома, магазины, дороги. Деревья. Люди.
В игре, куда его забросили, дизайнеры «Бегущего человирта» довольно быстро отказались от урбанистического ландшафта. Вернее, от его привычного варианта, предпочитая постапокалиптику.
Евгений вместе с тремя мужчинами и одной женщиной («бегуны» как их именует ведущий передачи Курт Дизель) шел, озираясь по сторонам, по абсолютно пустой улице. Он узнал Тверскую на отрезке между Пушкинской площадью и бывшим книжным «Москва».
Здесь никого, кроме них.
Эти имена знал каждый фанат «Бегущего человирта», и для любого «бегуна» каждое из них — синоним слову «смерть».
Вокруг стоят брошенные автомобили, точно раскиданные ребенком игрушки, — дорогие иномарки, которыми обычно пестрит Москва, машины поскромнее. Он увидел даже пару мотоциклов и один брошенный горный велосипед.
Сквозь асфальт пробиваются тропические растения, мутация слепленных вместе пальм, лиан и чего-то еще, последние торчат и шевелятся, словно щупальца каракатиц. В машинах выбиты стекла, из салонов на проходящих «человиртов» смотрят бело-серые черепа.
Огромные, толстые, как канаты, похожие на вьюнки растения оплели здание Макдональдс, застыли в окнах, будто чьи-то огромные пальцы.
— Смотрите, — произнесла женщина, которую звали Виктория Кашевич, в отвращении указывая на забегаловку «короля фастфуда». Там в окнах, вцепившись лапами во «вьюнки», сверкают желтыми глазами пауки размером с овчарку.
Она невольно сделала шаг к Корзону, он оказался ближе всех, но вовремя спохватилась.
— Какие большие и мерзкие, — вырвалось у нее.
Виктория машинально оглядела своих четверых спутников. По сравнению с остальными, Корзон показался самым надежным и сильным.
Евгений смерил взглядом остальных «бегунов». Кашпировский (или просто Кашп, как он представился), Брадов и Морзунок. Последний — мальчишка лет двадцати-трех.
Со стороны Макдональдса донесся гул, будто внутри включился циклопический пылесос. По стене кафе зазмеились трещины.
Девушка вздрогнула и посмотрела на место, куда неоднократно ходила перекусить. Все, кроме Корзона, инстинктивно сжались. По побледневшим лицам стало ясно, что опасность им в новинку. Евгений подумал, какого черта они забыли в этом виртуальном телешоу, и кого сюда вообще набирают.
Стена кафе с грохотом взорвалась. Сквозь брызнувшие во все стороны камни и штукатурку на солнце заблестели огромные сверла. На бегунов, набирая скорость, двинулось что-то вроде джипа на гусеницах. На капоте, бампере и дверцах с бешеной скоростью вращаются массивные сверла.
Бегуны как по команде бросились бежать. Джип-трактор, как назвал его про себя Корзон, мчится следом, с легкостью преодолевая портики бордюров, трещины в асфальте, расталкивая стоявшие всюду на широкой проезжей части пустые автомобили. За спиной бегунов со звоном крошатся под его гусеницами стекла.
— Итак, дамы и господа, телезрители! — раздался голос Курта Дизеля. Корзон его узнал, но никак не мог определить источник звука. — Первым бегунов настиг легендарный непобедимый охотник — Дрель!!
Судя по шуму, телестудия взорвалась аплодисментами.
— К слову, наши сегодняшние бегуны — весьма и весьма опасны! — продолжал Дизель. — Самые отчаянные убийцы и насильники с Луны-75. Их специально привезли на Землю, дав выбор — умереть или в случае выигрыша — отправиться в скитание к звездам колонизировать новые планеты и избавить от себя общество нормальных людей!
Джип догонял. Корзон слышал рев смертоносных дрелей всего в нескольких метрах за спиной. Голос ведущего продолжал что-то вещать.
Он обернулся. Беглый, но профессиональный взгляд сотрудника УБТ сказал ему о преследователе все, что требовалось. Крепкий светловолосый здоровяк восседает за рулем открытого, поставленного на гусеницы внедорожника, руки дергают за рычаги. На лице сияет улыбка, как в рекламе жвачки.
Рядом с Корзоном бежит Виктория, чуть впереди — Брадов и Кашп. Кашпировский несётся быстрее всех. Пацан отстает, дышит тяжело, лицо сделалось бледным.
— Врассыпную! — гаркнул Корзон, отскакивая в сторону и уходя с линии атаки Охотника, который уже в паре метров от них. Евгений решил, что тот всего лишь играет, наслаждается зрелищем трусливо убегающих жертв, прежде чем дать полный ход и намотать всех на чертовы дрели.
Услышав его крик, Брадов рванул вправо. Виктория только ускорила бег, но джип все равно настигает.
Корзон остановился, тяжело дыша. Джип пронесся мимо. Евгений бросился следом.
Он успел заметить, как Морзунок споткнулся.
Машина пошла правее…
Раздался вопль. Затем едва слышный хруст, и гусеницы окрасились кровью.
— ДА! ДА! Дамы и господа! Дрель это
Корзон уже понял, что звук исходил с наручных часов, которых он до этой минуты не замечал, но сейчас было не до этого.
— Один из бегунов выбывает из игры! ДА!! Поделом этим отбросам общества!! Наши Охотники — санитары мира людей! Отличный слоган, не правда ли? — бросил Дизель в микрофон жизнерадостно.
В два прыжка Корзон взобрался на мчащийся джип с тыльной стороны. Прыгнул вперед, на широкие плечи Охотника в байкерской куртке. Многократно отработанным движением крутанул голову Дрели в сторону, ломая позвонки.
Труп Охотника завалился вперед, на рычаги управления. Джип резко пошел в сторону. Уперся в памятник Юрию Долгорукому и под скрежет металла с грохотом перевернулся на бок.
Наступившую тишину нарушало сиплое дыхание стоявших вокруг бегунов.
В ярко освещенной, наполненной зрителями студии «Бегущего человирта» повисла тишина.
— Какая утрата, — произнес Дизель, взяв себя в руки. Лица зрителей в рядах перед ним застыли в шоке. — Дамы и господа, это беспрецедентный случай в нашей Игре. Пал один из лучших Охотников… Маньяк, убийца, выпущенный на виртуальные улицы, подло убил Дрель, напав сзади… Мы продолжим трансляцию через несколько минут…
На широких ТВ-панелях в студии включился рекламный ролик.
Дизель направился к продюсеру. Прошел коридор, толкнул дверь с табличкой «Гектор Варсинский».
— Вы видели, что этот гад только что сделал? — спросил Дизель, театрально заламывая руки. — Какого черта?!
— Мы же ясно объяснили ему правила, на которых он присутствует в Игре! — прорычал Гектор. — Немедленно распорядитесь, чтобы техники обеспечили мне виртуальную связь. Я вправлю этому уроду мозги.
— А мне-то что делать?
Варсинский смерил его свирепым взглядом.
— Ты что, впервые ведешь Игру?! Выпускай следующего Охотника!
Дизель медленно кивнул и вышел, выключив в кармане диктофон. Запись этого короткого, но важного разговора будет его страховкой.
Поделиться книгой: