Зорро в снегу

– Боже мой, бедный малыш, он тоже хочет пойти с нами. Что же мне делать?

– Возьмите… То есть возьми заодно и Тоффи, – предлагает Мари, но Люди тут же качает головой и зажмуривается.

– Два щенка? Нет, об этом не может быть и речи. Невозможно, они вырастут в двух огромных собак, у нас недостаточно места.

Люди поворачивается к Тоффи и щебечет:

– Лапуля, я не могу тебя взять, понимаешь?

Все это время Куки молча висит у нее на руках, подергивая задними лапками. Она как будто плывет в воздухе. Ее брат не прекращает лаять.

– Не волнуйся, он скоро перестанет. Он просто хочет поиграть с сестренкой, – успокаивает женщину Мари.

– Ну конечно, – кивает Люди, хлопая ресницами. Она нахмурилась. По ее лицу видно, что она в сомнениях и слушает не Мари, а внутренний голос. Кто знает, что он ей нашептывает.

Мари поднимает Тоффи с пола, кладет щенка в коробку и шепчет ему:

– Будь умницей, я сейчас вернусь.

Молли тут же начинает вылизывать щенка, чтобы успокоить его, но малыш по-прежнему нервничает. Мари собирается закрыть дверь, но в эту секунду Тоффи выпрыгивает из коробки, выбегает на порог и начинает лаять. Для Люди это уже слишком. Она в последний раз смотрит на Куки, которая не спускает с нее глаз и воет в знак протеста, и возвращает щенка Мари.

– Я передумала, – объявляет Люди. – Я возьму его. Раз он так хочет пойти со мной.

Женщина уже успокоилась и едва сдерживает смех:

– Похоже, это судьба. В моем доме живут одни мужчины.

Конечно, думает Мари. Королева может быть только одна.

Женщина бросается к двери и поднимает Тоффи. Она с улыбкой укоряет щенка:

– Пойдем, хитрец, ты выиграл. А теперь перестань лаять. Договорились?

Но Тоффи по-прежнему лает и воет. От наплыва эмоций он даже немного описался, испачкав свитер Люди. Но она только смеется:

– Он такой симпатяга, ему у нас понравится. По-моему, он уже обожает меня, тебе так не кажется? Дети с ума сойдут от радости!

Довольная Куки устраивается поудобнее в руках Мари, которая продолжает уверенно кивать в ответ на любую фразу Люди. С Тоффи все будет отлично: болтуны найдут общий язык. Куки же рада, что не будет жить с Люди. Да, от нее вкусно пахнет, но щенок чувствует неприятные, изнурительные вибрации. Благодаря Тоффи Люди наконец выскакивает из офиса, обещая Мари быть на связи и делиться новостями о щенке. Возможно, даже отправить фотографии всей семьи – они наверняка ей очень понравятся. Мари кивает, хотя мысленно находится где-то далеко.

Девушка молча возвращается в комнату и выдыхает с облегчением – почти как Молли, которая развалилась рядом с щенками. Мари подходит к ним, гладит всех и объявляет:

– Хорошо, ребята, нам нужно поработать. Вас осталось трое, и Мари найдет вам дом, чего бы ей это ни стоило.

9. Сюрприз для Зорро

– Привет, Зорро, ты помнишь меня?

Зорро поднял голову, у него дрожит нос. Он увидел Луку издалека и сразу же узнал. Это тот мальчик, напомнил ему нос, тот самый, погребенный в снегу. Зорро виляет хвостом, поднимает уши и открывает пасть. Но прежде чем сделать шаг, он смотрит на Бруно, который легонько кивает головой. Кажется, что Зорро сейчас взорвется лаем. Он трясется, виляет хвостом изо всех сил и как будто хочет сказать: «Неужели это ты, вот так сюрприз!» Зорро бросается к Луке, и тот крепко обнимает собаку, едва сдерживая слезы. Утыкается лицом в мягчайшую собачью шерсть, которая впитывает все волнение и превращает его в радость и спокойствие.

– Привет, Зорро, привет, друг.

Собака трется мордой о шею Луки. От мальчика хорошо пахнет, его сердце почти выпрыгивает из груди. Он сказал «друг», а это слово Зорро отлично знает: друг – это семья, дом, Бруно, Джада. Друг – это счастье, тепло, еда, свобода. От мальчика пахнет молоком, его запах похож на запах Джады, но он не такой цветочный. Он более сухой, отдает юношеской кожей, простотой. Никаких следов бензина, жира для лыжных ботинок, которым пахнет от многих знакомых Зорро. От куртки мальчика исходит знакомый запах затхлости, закрытой комнаты и пыли, юношеского дыхания и пота, запах кроссовок, жевательной резинки, древесины, пластика, сыра, хлеба, бумаги, целлофана, карандаша и шариковой ручки – словом, запах школы. Черная футболка под курткой пахнет домом, вкусной едой и теплом, мылом и утюгом, штуками, с помощью которых Мелания приводит в порядок одежду его бесшерстных друзей.

Зорро чувствует другой знакомый запах. Он исходит изнутри, и у каждого он свой. Этот запах показывает, светлый человек или темный. Существуют разные оттенки темноты и света, но порой даже светлые люди окрашиваются в темные тона. Это происходит с Бруно, когда он повышает голос, возвращается домой в плохом настроении или уставшим. Но мальчик пахнет утренними пробежками по полю, покрытому нежной, только что пробившейся травкой. Запах свободы и света. Поэтому Зорро осмеливается на шаг, который он не делал уже давно, возможно, с того момента, как перестал быть щенком. Он лижет щеку Луки, убрав языком слезинку в уголке его глаза.

Это волшебная собака, думает Лука. Он делает шаг назад, слегка смущаясь из-за молчаливого и неподвижного присутствия Бруно. Лука чувствует, что его лицо горит, поэтому наклоняется к собаке.

– Зорро, я принес тебе подарок.

Собака бросает взгляд на Бруно, который улыбается и переводит слова Луки:

– Игрушка, Зорро.

Зорро садится и закрывает пасть, он в мучительном ожидании. Игрушка! Его уши дрожат, черная маска на морде разглаживается. Уши похожи на распахнутые крылья, замершие в воздухе. Собака внимательно следит за рукой Луки, который роется в кармане куртки. Зорро в нетерпении переставляет лапы и издает короткий вой. Ожидание подстегивает его, кажется, что Зорро считает каждую секунду и вот-вот побежит к этому медленному мальчику, который не торопится достать игрушку. Ну же, парень, скорее!

– Внимание… – произносит Лука, чтобы потянуть время. – У меня для тебя кое-что особенное… Ты готов?

Ну конечно, конечно, готов. Зорро вот-вот взорвется от нетерпения, однако ограничивается воем. Он по привычке садится, потому что, если он не сядет, Бруно не достанет из кармана мячик или палку и не запустит их подальше.

Наконец Лука вынимает руку из кармана и показывает самую красивую игрушку в мире: желтый мячик!

Зорро вскакивает, он вне себя от счастья. Лука знает, что делать. Он бросает мячик как можно дальше, и, когда пес, словно по невидимой дуге, бросается вперед, тоже срывается с места.

– Давай, Зорро, посмотрим, кто первым схватит мячик! – кричит Лука.

Из пасти Зорро вываливается язык. По насмешливому виду пса, по выражению морды, по сияющим глазам видно, о чем он думает: ты шутишь, друг? Я уже выиграл.

Лука отстает. Ноги путаются в широких джинсах, они не сравнятся с четырьмя стройными, мускулистыми лапами, которые теперь, из-за радости соперничества, бегут еще быстрее. Мячик падает, подпрыгивает, вертится в воздухе. Зорро ловит его и тут же триумфально поднимает голову: «Ну, что я сказал?»

Лука нагоняет его. Он запыхался, но одышка быстро проходит. Лука уже готов броситься вперед, как на тренировке по баскетболу. Собака ложится на землю и кладет мячик в ноги мальчику.

Давай еще раз, читается в его глазах.

Лука берет мячик и бросает его далеко, очень далеко. Тренер запрещает так делать, потому что в баскетбол не играют в одиночку, потому что мяч приносят пятеро, потому что Лука – плеймейкер[1], а не либеро[2], как в волейбольной команде. Но сегодня Лука не сдерживает себя. Он делает отличный бросок, и Зорро кидается вперед, словно спортсмен, который собирается пробежать стометровку. Он готов схватить мяч до того, как тот опустится на землю.

Брось его, Лука, брось подальше, посильнее, ну же. Брось его в небо, этот желтый мячик, еще сто или тысячу раз.

10. Я всегда тебя найду

– Мне бы хотелось стать одним из вас.

Бруно улыбается и качает головой.

– Ты слишком молод, – отвечает он. – И к тому же тебе нужно учиться, у тебя не будет времени.

Лука был готов к тому, что Бруно не согласится. После того происшествия его родители тоже все время повторяют: не зацикливайся, перестань думать о кинологическом подразделении. Все позади, нужно перевернуть страницу. Они говорят, что это как если бы он внезапно захотел стать хирургом после того, как его успешно прооперировали. Понимаешь, Лука, насколько это глупо? Понимаешь, что требуется подготовка, практика, опыт, и самое главное – нужно хотя бы окончить школу? Любой разговор сводится к обсуждению школы. Лука немного запустил учебу после происшествия. Преподаватели пока что закрывают на это глаза, но вскоре они перестанут делать поблажки. Уже конец учебного года, скоро финишная черта – выпускной экзамен. Лука должен переключиться, вновь погрузиться в учебу. Он ведь хотел поступить в медицинский?

Медицинский. Но Лука больше о нем не думал, эта идея возникла случайно. Разве что школа подготовки фельдшеров… Как тот парень, который участвовал в его спасении. Он ведь входит в кинологическое подразделение. Лука тоже мог бы стать фельдшером, почему бы и нет? В один из вечеров он заявил родителям:

– Нет, медицина – слишком долгий путь, мне больше подходит школа для подготовки фельдшеров.

– Фельдшеров? – удивился папа. – Почему именно это? Ты уверен или выбрал профессию наугад?

– Может, тебе стать фармацевтом? – предложила мама.

– Ты шутишь? Чтобы потом стоять за прилавком и продавать лекарства?

Атмосфера накалилась, в семье вот-вот могла начаться буря, но Луке повезло. Именно в тот вечер приехала Мария Кьяра, его сестра. В последнее время, впрочем, не только из-за происшествия, она защищала его от нападок родителей.

– А, уже мучаете его? После всего, что произошло? – возмутилась она.

Родители тут же отступили. Мама рассыпалась в тысяче извинений, папа замолчал, словно ему было запрещено говорить в собственном доме.

Поэтому Лука был намерен настаивать. В том числе и в общении с Бруно.

– Я бы мог приходить по выходным. Ты сказал, что вы часто проводите тренировки собак, можно я буду приходить туда?

Бруно хмурится и отвечает довольно жестко:

– Слушай, малыш, это не игра, не развлечение, не спортивный матч.

– Я знаю.

– Ты сейчас так говоришь. А потом окажется, что ты ни черта не смыслишь, – грубо отрезает Бруно. – У меня дочь твоего возраста, я знаю, о чем говорю.

– Она младше меня. Ты же говорил, что ей шестнадцать, – обижается Лука. – Я уже совершеннолетний. Разве ты не заметил, что я приехал на машине?

Бруно молчит. Кажется, что он думает о чем-то другом, словно Лука вовсе не с ним сейчас говорит. Но парень не собирается сдаваться. Он настаивает:

– Я хотел бы попробовать, дай мне всего лишь шанс.

Бруно хмурится и выдает:

– Только без этого. Мы ведь не в кино!

Лука не отступает:

– Но я говорю абсолютно серьезно. Я хочу приходить на тренировки и по возможности помогать. Или у вас тайная секта?

– Не говори чепухи, – Бруно вскидывает руку, словно собирается дать оплеуху, но внезапно соглашается: – У нас нет секретов. Если ты действительно хочешь прийти, приходи.

Лука радостно улыбается:

– Конечно, хочу. Когда?

– В воскресенье утром, тебе придется встать на рассвете. Мы собираемся в восемь, – вздыхает Бруно. Он выглядит расстроенным и, возможно, уже сожалеет о своих словах.

Лука притворяется, что ничего не замечает:

– Куда мне подойти?

Бруно поднимает глаза и смотрит куда-то наверх:

– В Альпе-делла-Луна.

– Потрясающе, спасибо, – Лука чувствует, как расплывается в улыбке до ушей. Он до сих пор не может поверить: Альпы, самое прекрасное место в мире!

– Знаешь, лучше подходи к семи. Мы встречаемся на развилке.

– Договорились.

Бруно насмешливо смотрит на парня:

– Ты уверен, что сможешь встать так рано в воскресенье? После субботнего веселья?

Лука смотрит на него с обидой:

– Я привык рано вставать. Возможно, ты забыл, что я занимаюсь спортом. Баскетбол, сноуборд, лыжи. Обычно я с раннего утра на поле или в горах.

– Хорошо, – сдается Бруно.

И когда воскресным утром Бруно видит, как Лука пробирается на лыжах сквозь бледно-розовый туман, спускающийся с вершин Альп, он понимает, что это его маленькая личная победа: привести сюда мальчика, который неплохо катается на лыжах. Храброго мальчика, стоит признать, который к тому же хочет учиться. В наши дни это немало, думает он.

– Ты готов, малыш?

– Пожалуйста, не называй меня малышом.

Бруно игнорирует его просьбу, не признает, что Лука прав. Вместо этого он решительно командует:

– Теперь можешь прятаться.

Лука думал, что на занятиях они будут прыгать из вертолета, спускаться с гор, идти через ущелья, карабкаться по скалам. Но вместо этого нужно уйти подальше, спрятаться в специально вырытой яме в снегу и ждать собаку. Да уж, встать в такую рань, чтобы играть в прятки! Единственное различие в том, что здесь не считают до десяти. В распоряжении собаки – несколько минут. Лука должен найти укромное место и бросить вызов собачьему обонянию. Запах не должен вести к человеку, словно натянутая веревка.

– Вперед, Зорро, ищи.

В команде нет необходимости: Зорро и так знает, что делать. Бруно, в желтой куртке и шлеме, надевает на Зорро шлейку с колокольчиками. Он показывает собаке маршрут, область поиска, и Зорро тянет носом воздух, затем обнюхивает землю. Неподалеку бежит ручеек. Снег уже начал таять, и Зорро чувствует свежий, бодрящий запах воды. Хорошо бы попить, но позже. Где-то вдалеке мелькнул заяц, Зорро сразу же почувствовал его четкий запах. Так же резко пахнет от птиц, которые прячутся в кронах деревьев перед тем, как взмыть в воздух. Зорро бежит по дорожке, засыпанной снегом. Он чувствует следы людей, но они прошли раньше, чем тот, кого он сейчас ищет, а ищет он того самого мальчика, своего нового друга. Я тебя найду, я тебя найду, можем поспорить на твой желтый мячик и на красный мячик Бруно. Запах свежего следа ни с чем не спутаешь, он почти светится. Лука, сам того не ведая, оставил ясный след, словно бросал за собой камешки, как Мальчик-с-пальчик. Но об этих камешках знает только Зорро. Над головой пролетает стая шумных ворон. Своим карканьем они хотят отвлечь пса, кричат ему: «Не сюда, иди туда!» Но Зорро не доверяет этим насмешливым птицам, не говоря уже о шелестящих на ветру ветках деревьев, которые приносят аромат только что взошедшей травы, распускающихся почек и пауков, плетущих паутину под лучами уже весеннего солнца. Зорро различает запах Луки среди множества других запахов: на рассвете здесь оставила следы косуля, чуть позже по снегу ходили ботинки Симоне, а Балу искал тут кого-то другого.

Да, Лука и правда здесь. Заросли мяты хотят сбить собаку с толку, но Зорро различает запахи, различает следы. Ты здесь, Лука, ты спрятался за холмом, ты в яме. Я тебя вижу, Лука, вижу, как ты развалился. Как тебе там?

Зорро лает, возвращается, чтобы позвать Бруно, затем снова бежит к яме и лает, на этот раз громче. Лука встает и кричит:

– Нашел!

На морде Зорро – самое победоносное выражение: «Ну разумеется, нашел! Я всегда тебя найду».

11. Охотник

Мужчина одет в камуфляжный костюм. Морщинистое лицо почти полностью скрыто под темными очками и короткой седой бородой. У мужчины хищная улыбка – он смеется как тот, кто хочет показать оскал. Как свирепая собака. Он протягивает руку, и Мари пожимает ее, хотя ей этого совсем не хочется. Она пытается улыбнуться и проявить вежливость: