Ученица Мага: чувства на грани (СИ)

— Видишь, соображаешь же.

Он нестерпимо близко. Для меня почему-то это кажется нестерпимым. И страшно, и волнительно, и хорошо и безопасно. И запретно — куда ж без этого.

Нарлитар наклоняется очень низко, так, что его губы оказываются около моего уха и дыхание приятно греет кожу.

— Я способен взять все, что ты дашь, Ванесса. Но забирать ничего не буду.

Слова, произнесенные вкрадчивым и нежным голосом, почему-то отрезвляют. Я отстраняюсь и поднимаюсь, отряхивая колени.

— Ваш брат возьмет, — говорю несколько удивленному учителю. — Можно я пойду, переоденусь?

— Нет, — отрезает он. — Будешь заниматься так.

Взгляд его меняется. Теперь это снова привычный мне учитель. И так даже легче. Остаток занятия я провожу спокойно и даже что-то запоминаю. Особенно про ослепляющее заклинание. Авось и правда пригодится.

* * *

Вечером мы с Мэй обе не можем уснуть. Душно, жарко, хочется открыть окно и немного подышать ночным воздухом. Что мы и делаем: забираемся на широкий подоконник и секретничаем, стараясь говорить тихо, во избежание пробуждения спящих девчонок. Мэй стала заметно серьезнее после смерти Кати. И заметно осторожнее.

А я приобрела хорошую подругу. Благодарную за спасение и оттого верную. Единственным минусом Мэй было жуткое любопытство.

— Ванесса, — спрашивает она. — А ты с ним уже спала?

Я давлюсь воздухом и кашляю.

— С кем?

— Ну, с лордом, — краснеет подруга. — Ты же его ученица…

— А с каких пор «ученица» равно «любовница»? — удивляюсь я.

И, кажется, я далеко не все знаю о лорде Нарлитаре.

— Ну, я здесь не так давно работаю, — сообщает Мэй. — Но Марта — всю жизнь, с семнадцати лет. И ее мать здесь работала. Лорд Нарлитар редко когда пропускает студенток мимо своей постели. Правда, у него по большей части студенты, а их он не трогает.

Мэй хихикает, и я невольно улыбаюсь.

— А вот студентки все с ним спали, это точно. Но ты ж вроде как принцесса, вот я и засомневалась. Спросить решила.

Я фыркаю. Мэй удивительна в своей непосредственности.

— Нет, Мэй. Я с ним не спала. И пока что не собираюсь.

Не сказать, что я не думала о такой перспективе. Но так, на уровне фантазий наивной девчонки, даже не воспринимая всерьез такую возможность. Лорд Нарлитар, конечно, красив, умен, силен и далее по списку, но такие, как он, не обращают внимание на таких, как я. А он ведь еще и маг. А маги редко женятся. Кто-нибудь может представить себе принцессу-фаворитку придворного мага? Вот и я не могу.

Хотя поцелуи его очень запоминающиеся.

— Мой отец не обрадуется, если я накануне свадьбы пересплю со своим учителем, — я фыркаю, представив рожу отца, получившего такое известие.

Хотя кого я обманываю? Ему будет плевать.

— Лорд Нарлитар не смотрит на меня, — почти обиженно говорит Мэй. — Ему такие не нравятся, он по блондинкам вздыхает. Почти все девушки, прошедшие через его постель — блондинки. Учти.

— Мы можем сменить тему? — мне немного неловко обсуждать личную жизнь учителя.

Хотя и хочется, вопросов нет.

— А ты? Со своим воздыхателем уже того? — спрашиваю я, и Мэй заливается краской.

Так вот чем ее можно смутить.

— Почти. Мы решили, что поженимся. Он заработает на свадьбу, и следующим летом мы поженимся. И тогда будет все. А пока довольствуемся малым.

— Малым? — не понимаю я.

Мои познания в этой области достаточно обрывочны.

— Ну, — Мэй долго смотрит в окно. — Понимаешь, там…Он же мужчина, это жестоко — заставлять его ждать целый год. Вот я и…немного скрашиваю будни.

— Понятно, — я смеюсь. — То есть, спросить меня о том, сплю ли я с другом отца — это нормально, а признаться в том, что делаешь минет своему парню — это, конечно, страшно. Что ты на меня так смотришь? Я знаю, как все это называется, я же не под колпаком росла. Слабо представляю, как происходит все это, но в целом не так уж и наивна.

— Рассказать? — предлагает Мэй.

Мы смеемся, наслаждаясь дружеской атмосферой, которой ни у одной из нас доселе не было. Я никогда не имела достаточного количества друзей, а Мэй работала едва ли не с вступления в подростковый возраст. Поэтому мы особенно рады вот так поболтать, как все молодые девушки в королевстве.

Из-за этого смеха мы не сразу замечаем движение в саду. Первой умолкает Мэй.

— Ванесса? — она указывает вниз.

Окна спальни выходят на сад, за которым — поле и деревня. Я вижу неясную темную фигуру среди деревьев и понимаю — это не человек. Он двигается бесшумно, плавно, не привлекая к себе внимания. В слабом лунном свете я различаю шерсть.

А в следующее мгновение встречаюсь с его взглядом. Глаза горят желтым, а вертикальные зрачки безошибочно подсказывают, кто рыскает в саду.

Оборотень.

И он приближается к спальне. При таких обстоятельствах даже Нарлитар не успеет. Особенно если учесть, что он спит на втором этаже и не сразу услышит.

Мэй кричит, заставляя всех подняться. Я надеюсь, что они догадаются бежать, и Элена действительно первая распахивает дверь. Оборотень делает рывок…и я ему навстречу. Зверь удивлен ударом, мы падаем на землю. Вспышка освещает сад и на краешке сознания появляется мысль: «получилось!».

Скулеж, будто доносящийся от побитой собаки.

Я чувствую, что разбила колено и, кажется, ушибла руку. Но проворно откатываюсь в сторону и встаю. Магия наготове, ее много, также, как и адреналина. Оборотня нет. Пока я вставала, он просто-напросто исчез, хотя мог убить меня одним ударом, опомнившись.

Я осматриваюсь, вздрагивая от каждого шороха. В тонкой сорочке холодно, а от пережитого в один миг шока меня трясет. Я четко осознаю: секунда промедления, еще пара секунд смеха и мы с Мэй стали бы следующими после Кати. Зимний сад. Окно спальни. Везде я спасаюсь лишь по чистой случайности.

В дерево втыкается горящая стрела. Я отскакиваю и вглядываюсь в темноту сада, надеясь, что это Нарлитар подоспел на помощь. Но свет, вспыхнувший разом во всех окнах замка, освещает совсем другого человека.

Я застываю, не в силах оторвать взгляда от очень красивого, хотя и несколько сурового лица. легкая небритость ему идет, а четко очерченный подбородок придает лицу некую мужественность. И все это в комплекте с добрыми, искрящимися теплом глазами, даже несмотря на беспокойство, которое явственно в них сквозит.

— Миледи, вы в порядке? — голос глубокий и бархатистый.

— Да, — я против воли улыбаюсь. — Спасибо. Он убежал.

Мне кажется, мы смотрим друг на друга целую вечность. Кто этот мужчина?

— Меня зовут лорд Дарстед. Я приехал к своему брату. Вы служанка, верно? Как ваше имя?

— Я…да, я…Ани, — говорю я и только потом соображаю, что делаю.

Но пути назад уже нет. Почему Дарстед приехал раньше?!

Часть вторая

Лорд Дарстед

Я сижу на столе, чтобы Нарлитару было удобнее и кусаю губу от боли. Он без особых церемоний обрабатывает мое разбитое колено и что-то бормочет насчет глупых девок. Но я прекрасно знаю: это лишь злость на все произошедшее. Не сбей я с ног оборотня, пострадали бы девочки. Вероятнее всего, мы с Мэй. Я не тешу себя иллюзиями: мне просто повезло. Сыграла роль внезапность удара, вспышка, которую я достаточно неплохо исполнила и быстрый приход Дарстеда, который, очевидно, и спугнул зверя.

Мне неловко из-за наряда. В суете, которая поднялась, едва Нарлитар появился в спальне, не позволила мне накинуть халат. И жутко короткая сорочка, которая не закрывала ни бедра, ни грудь, стала еще одной причиной, по которой я сижу тихо-тихо и никак не реагирую на реплики Нарлитара.

И чтобы быть честной хотя бы с собой: я вздрагиваю не только от боли, но и от прикосновений мужчины. Он без рубашки, в одних штанах и выглядит…впечатляюще. Шрам на плече, достаточно длинный и глубокий, не дает мне покоя. Во-первых, хочется знать, откуда он, а во-вторых почему-то хочется прикоснуться.

Нарлитар наверняка все чувствует. И мою скованность. И смущение. Потому что его рука, которой он будто бы удерживает меня от движения, поднимается выше, и пальцы осторожно проводят у самого края сорочки, в месте, где особенно чувствительная кожа. Я не удерживаюсь и с шумом вдыхаю воздух. Или мне кажется, или по губам Нарлитара скользит удовлетворенная улыбка. Но рука остается там, хотя и прекращает поглаживающие движения.

Распахивается дверь. Я все-таки дергаюсь от неожиданности, и перекись попадает на рану. Нарлитар ругается, а у меня на глазах выступают слезы.

— И все-таки, Нар, — это Дарстед и он уже в домашних штанах и рубашке. — Я не понимаю.

Ему очень идет. Гибкое молодое тело, как в противовес поставленное мощному и сильному Нарлитару.

— И чего ты не понимаешь? — спрашивается Нарлитар, не отрываясь от моей коленки.

— Что у вас здесь происходит. Подумай сам: оборотень — а они очень сильные звери — вдруг убивает служанку, а через неделю едва не проникает в спальню. Да он бы разорвал всех, если бы не Ани!

Я чувствую, как краска приливает к лицу. И отмечаю удивление, появляющееся на лице Нарлитара.

— Ани? — спрашивает он.

— Ну да, Ани, — Дарстед мне улыбается. — Храбрая девочка. Но глупая. Впрочем, это спасло им жизнь…

— Ах, Ани, — Нарлитар как-то странно улыбается. — Она новенькая.

Я отвожу глаза и мечтаю куда-нибудь тотчас же провалиться. Почему он не выдает меня?! Что за игру затеял. Сам ведь, к слову, запретил говорить о том, что я принцесса. Уж не поэтому ли я так растерялась?

— Все, Ани, — Нарлитар намеренно делает ударение на моем «новом» имени. — Ничего страшного, всего лишь ссадины. Ты везучая девочка. И действительно, Дарстед прав, глупая. А теперь принеси нам чаю, хорошо?

Он откровенно наслаждается ситуацией. А я загнана по самое «не хочу». И деваться вроде некуда.

— Да милорд, — киваю я. — Только переоденусь.

— Да нам и так нравится, — продолжает играть Нарлитар. — Не волнуйся.

Дарстед с некоторым удивлением смотрит на меня, но, к счастью, ничего не говорит. Совсем пунцовая, я вылетаю за дверь и прислоняюсь лбом к холодной каменной стене. Чертов маг! Чертов Нарлитар! Чертовы его игры! Как теперь выкручиваться-то?

Я переодеваюсь, а Мэй, все еще бледная после пережитого, делает чай для хозяев.

— Лорд Дарстед любит черный, с лимоном и сахаром, — говорит она. — Это ему. А лорд Нарлитар — зеленый, без добавок. Горький шоколад тоже для Дарстеда. Сахар только коричневый. Зайдешь, поставишь на стол и уйдешь. Это правила подачи чая, ты ведь никогда раньше не подавала чай?

— Нет.

Мне кажется, Нарлитар не даст мне так просто уйти. Он не упустит возможность поиздеваться надо мной перед братом, раз уж все так удачно сложилось.

Я беру тяжелый поднос и, хромая, потому что разбитое колено нещадно ноет, бреду в малую гостиную, где и расположились хозяева. Мысленно сочувствую девочкам: я тащу лишь поднос с двумя чашками чая, а они таскают и обеды, и фрукты, и вино. Наверное, поэтому среди служанок нет полных девушек.

С пару секунд раздумываю, как мне изловчиться и постучать в дверь, потом вспоминаю про магию и…прислушиваюсь. Из-за двери доносятся тихие голоса Нарлитара и Дарстеда. Я различаю слово «Ани» и прислушиваюсь.

— Почему нет, Нар? — голос Дарстеда звучит расслабленно и лениво. — Симпатичная девушка, очень даже. Фигурка неплохая, личико милое.

— Она почти ребенок, — Нарлитар смеется. — Ну как ты себе это представляешь? Меня и ее. Она ж мелкая.

— Я бы не сказал, что она ребенок. Немного невинная…ну так все исправляется за пару часов. Ты ведь ее хочешь. Тебе же нравятся блондинки, Нар?

Нарлитар усмехается, и я слышу, как он наливает что-то в хрустальный бокал. Вино? Виски?

— Возможно. Но я не совращаю детей. А Ани по сравнению со мной — сущий ребенок. Давай лучше об Элене. Девушка ждет не дождется тебя. И меня. Недавно спрашивала, когда ты приедешь.

— Нет, Нар. Ты же знаешь, я женюсь. Пожалуй, развлечения с красоткой Эленой придется прекратить. Ванесса дью Рейн — не дочка князя, она принцесса и оскорблять ее связью перед самой свадьбой я не буду. Тем более, что о леди Ванессе говорят много и преимущественно — об ее красоте.

— Твоя правда, — хмыкает Нарлитар. — Принцесса очаровательная.

— Когда она приедет?

— Скоро. Совсем скоро вы увидитесь.

— Ну, значит, и тебе есть смысл потерпеть, верно? Ани — красотка, но моей свадьбы ждать интереснее, верно?

— Дарстед, — в голосе Нарлитара звучит предупреждение. — Не стоит обсуждать такие вещи, пока ты не муж принцессы. У стен есть уши.

Он подозревает, что я подслушиваю? Что ж, ежели так, то маг может не волноваться: я ровным счетом ничего не поняла из разговора. Кроме того, что мужчины говорили о девушках: обо мне и об Элене. И обо мне, как о Ванессе.

Мне понравились слова Дарстеда, что он не станет оскорблять меня связью с Эленой. И — чего таиться — понравились слова Нарлитара о том, что он меня хочет. Я постаралась успокоиться: заметит же! И поймет, что подслушивала. А тогда насмешки точно не избежать.

Я громко стучу.

— Чай, милорды, — и вхожу в гостиную, стараясь не уронить поднос.

Дарстед тут же вскакивает и забирает у меня тяжелую ношу.

— Садитесь с нами, Ани, вы сегодня героиня.

Я смущаюсь и безумно пугаюсь, потому что во взгляде Нарлитара сквозит неприкрытое веселье.