Этнопсихология и конфликтология

1. С точки зрения мотивационного подхода, поведение группы и ее отношение к другим группам рассматривается как отражение ее внутренних проблем. Так, аутгрупповая враждебность является следствием внутренних напряжений и проблем в самой группе, ее собственных противоречий и конфликтов.

В работах З. Фрейда отмечается, что аутгрупповая враждебность имеет универсальный характер и является главным средством поддержания сплоченности и внутригрупповой стабильности. Механизм этой враждебности к «чужим» связан с инстинктом агрессии, эдиповым комплексом, эмоциональной идеентификацией со своим лидером-»отцом» и т. д.

Другой вариант мотивационного объяснения – концепция Л. Берковица о социально-психологических влияниях на агрессивное поведение. Одно из основных понятий концепции – понятие относительной депривации. Это оценка положения своей группы как как более плохого по сравнению с другими группами: своей группе приписываются меньшие возможности, ущемленность в правах, несправедливый социальный статус. Понятие депривации объясняет переживаемое чувство несправедливости. Причем неудовлетворенность вызывается прежде всего относительной, а не абсолютной депривацией. Это означает, что те, кто объективно характеризуется более благоприятными абсолютными показателями, могут ощущать большую неудовлетворенность из-за относительной депривации, если их ожидания были более высокими или они окружены людьми, которые находятся в лучшем положении, чем они. Относительная депривация возникает в результате «идущего вверх» сравнения и становится для группы источником фрустрации и последующей возможной агрессии. При этом объектом агрессии может стать не только тот, кто непосредственно вызвал фрустрацию, но любой человек или люди, ассоциирующиеся с ним по признаку групповой принадлежности или по иным причинам оказавшиеся в положении «козла отпущения». Таким образом, можно объяснить конфликты, связанные с этническими предрассудками, расовые конфликты.

2. Ситуационный подход предполагает поиск детерминант межгрупповых конфликтов в ситуации, контексте, особенностях внешних факторов.

Ситуационный подход прочно связан с именем американского психолога М. Шерифа, который экспериментально доказал, что решающими факторами, определяющими кооперативный или конкурентный характер межгруппового взаимодействия, являются факторы непосредственного взаимодействия групп. Функциональная взаимозависимость групп в форме конкуренции непосредственно ведет к враждебности, которая проявляется в негативных стереотипах и социальных установках, а также в росте групповой сплоченности. Все вместе это приводит к враждебным действиям. Доказательства ситуационной обусловленности конфликтов открывали перспективы влияния на межгрупповые отношения и эффективного управления конфликтами.

В рамках этого подхода также была сформулирована реалистическая теория конфликта Д. Кэмпбелла, обратившаяся к «реалистическим» источникам группового конфликта. Исходным тезисом является предположение о «рациональности» конфликта. Основные положения реалистической теории группового конфликта:

– реальный конфликт интересов различных групп обуславливает межгрупповой конфликт (конфликт будет более интенсивным, если реальный конфликт интересов значителен, а предполагаемый выигрыш сторон велик);

– реальный конфликт интересов (явный, активный или имевший место в прошлом межгрупповой конфликт и / или наличие враждебности, угрозы и конкуренции соседних групп) обуславливают восприятие угрозы отдельными членами группы;

– реальная угроза обуславливает враждебность отдельных членов группы к источнику угрозы;

– реальная угроза обуславливает внутригрупповую солидарность;

– реальная угроза обуславливает более полное осознание индивидом собственной групповой принадлежности (идентичности);

– реальная угроза увеличивает непроницаемость групповых границ, уменьшает отклонения индивидов от групповых норм, увеличивает меру наказания и степень отверженности нарушивших верность своей группе;

– ошибочное восприятие членами группы угрозы со стороны внешней группы повышенную внутригрупповую солидарность и враждебность в отношении внешней группы.

Данная теория дополняется идеями социологов Л. Козера и Г. Зиммеля о длительности и остроте конфликта. По мнению Л. Козера, длительность конфликта определяется ясностью целей конфликтных групп, степенью их согласия по поводу смысла победы или поражения, способностью лидеров понять, чего стоит победа, и убедить своих сторонников в том, что желательно прекратить конфликт. Что касается остроты конфликта, Г. Зиммель выдвигает следующие положения8:

– чем больше группы вовлечены в конфликт эмоционально, тем острее конфликт;

– чем лучше «сгруппированы» группы, втянутые в конфликт, тем он острее;

– чем выше относительная сплоченность участвующих в конфликте групп, тем острее конфликт;

– чем крепче было раньше согласие участвующих в конфликте групп, тем острее конфликт;

– чем меньше изолированы и обособлены конфликтующие группы благодаря широкой социальной структуре, тем острее конфликт;

– чем меньше конфликт служит просто средством достижения цели и чем больше он становится самоцелью, тем он острее;

– чем больше, по представлению его участников, конфликт выходит за пределы индивидуальных целей и интересов, тем он острее.

3. Когнитивный подход опирается на идею о том, что кооперативное и конкурентное взаимодействие не прямо порождает позитивные или негативные межгрупповые установки, а является детерминантой социальных установок, выступающих в качестве когнитивных критериев для социальной категоризации. Так, в серии экспериментов было показано, что аутгрупповая враждебность может наблюдаться и без объективного конфликта интересов. По мнению когнитивистов, решающим фактором межгруппового взаимодействия является не кооперативный или конкурентный характер ситуации их взаимодействия, а возникающие при этом социальные установки. Данное направление связано с именем европейского психолога Г. Тэджфела, известного своими работами по теории социальной идентичности.

В теории социальной идентичности Тэджфела и Тернера межгрупповые конфликты не рассматриваются как единственное и неизбежное следствие социальной несправедливости. Индивиды могут выбирать разные способы реагирования и преодоления неудовлетворяющей ситуации. Она может быть разрешена за счет индивидуального выхода человека из низкостатусной группы и его перехода в высокостатустную. Далее люди могут использовать различные стратегии «социального творчества»: изменить критерии сравнения, ведущие к пересмотру неудовлетворяющих результатов этого сравнения, или сменить объект сравнения (известно, что наибольшую классовую, социальную и этническую нетерпимость проявляют, как правило, представители низкостатусных слоев населения: их «выход» нередко состоит в том, чтобы найти такую низкостатусную группу, по сравнению с которой собственная группа окажется наделенной более высоким статусом). Если же эти стратегии не реализуются, возникает межгрупповое соперничество или конфликтность.

Многие десятилетия в мире существуют службы, нацеленные на разрешение этнических конфликтов: в США действует Служба общинных отношений, в нашей стране существуют конфликтологические аналитические центры и исследовательские группы. Основная форма участия психологов в конфликтологической службе – организация посредничества в ведении переговоров с субъектами конфликта.

Профилактика, урегулирование и разрешение конфликтов – это целая система мер, направленная на их предотвращение, а также поиск путей выхода из конфликта. Профилактика конфликта – это его прогнозирование, устранение условий возникновения (устранение деформации социальных отношений, социальная защита населения, просвещение и пр.). Урегулирование же означает недопущение насильственных действий, достижение по крайней мере взаимоприемлемых договоренностей, выполнение которых более выгодно сторонам, чем продолжение конфликтных отношений. На практике наиболее распространенными способами урегулирования конфликтных ситуаций являются переговоры, посредничество, арбитраж. Наиболее примитивным и непродуктивным является метод подавления, применения силы. Используется также метод перемирия, который используется как тактический прием или как элемент стратегии в разрешении конфликта. Формы перемирия; временное прекращение огня, отказ от действий по разжиганию вражды через средства массовой информации, отвод от линии соприкосновения участников конфликтующих сторон и др. Недостаток перемирия – непрочность, временный характер, отсутствие гарантий обязательств и санкций за их неисполнение. Наиболее предпочтительным в ликвидации конфликта является заключение договора о согласии. Достижение согласия – трудная задача, которая требует помимо доброй воли достаточную степень политической, экономической и культурной подготовленности сторон. Разрешение конфликта направлено на ликвидацию источника конфликтных отношений, полное удовлетворение интересов и потребностей конфликтующих сторон.

В ходе разрешения социального конфликта анализируются:

1) источники конфликта (исторические, экономические, социальные, конфессиональные, национальные), субъективные переживания сторон, глубина конфликта (противоречие мнений или полная конфронтация);

2) биография конфликта (история и фон, на котором он прогрессировал, нарастание конфликта и избранные способы борьбы, кризисы в его развитии, жертвы и последствия конфликта);

3) стороны конфликта (личности, группа, большие сообщества), т. е. определяется уровень социальной сложности конфликта;

4) позиции и отношения сторон (формальные и неформальные отношения, взаимозависимости позиций, роли в конфликте различных группировок и личностей, характер личных отношений друг к другу от лидеров партий, движений и групп, вооруженных формирований до рядовых участников конфликта);

5) конечное отношение к конфликту (хотят ли, стремятся ли стороны разрешить конфликт, желание решить его самостоятельно или при внешних факторах воздействия, каковы их надежды и ожидания).

Обычно выделяется 3 основные стратегии разрешения этнических конфликтов на макроуровне:

– применение правовых механизмов (изменение законодательства в полиэтнических государствах, способствующее гармонизации межэтнических отношений);

– переговоры (развитие институтов посредничества, организация миротворческих акций);

– информационный путь (взаимный обмен информацией между группами с соблюдением условий, способствующих изменению ситуации; психологи должны участвовать в выборе способов подачи информации в СМИ при освещении острых конфликтов, т. к. даже нейтральные с точки зрения стороннего наблюдателя сообщения могут привести к вспышке эмоций и эскалации напряженности).

Кроме консультаций журналистов в форме подачи информации психологи участвуют в проектах по повышению психологической компетентности членов конфликтующих групп. Знание о том, как психологические явления влияют на восприятие и поведение по отношению к «чужакам», содействует гармонизации межэтнических отношений.

Сторонники разных психологических теорий предлагают свои методы урегулирования конфликтов, в том числе этнических.

Сторонники межгрупповой враждебности как продукта универсальных психологических характеристик подчеркивают, что невозможно избежать насильственного разрешения конфликта интересов, т.к. невозможно ликвидировать агрессивные склонности человека. Поэтому З. Фрейд считает, что надо пытаться так изменить направление человеческой агрессии, чтобы она не обязательно находила свое выражение в виде войны. В этом может помочь установление связей между людьми через идентификацию как достижение общности чувств.

М. Шериф предложил простой выход из межгрупповых конфликтов – введение надгрупповых целей, имеющих равную привлекательность для обеих групп, но достижение которых требует объединения их усилий. В качестве надгрупповых целей, способных предотвратить глобальную войну, сторонники теории реального конфликта рассматривают решение экологических задач, ликвидацию последствий стихийных бедствий, борьбу со смертельными болезнями. Понятие надгрупповых целей использовали американские психологи, предложившие способ улучшения межэтнических отношений в десегрегированных школах. Они работали с малыми группами школьников (6 человек), состоящими из представителей различных этнических и расовых общностей. В 1971 г. Э. Аронсон разработал метод, названный «мозаичным классом», который заключался в том, что материал, задаваемый учащимся, делился на всех членов группы, и каждый получал одну часть учебного материала, т. е. уникальную и важную информацию, которую он должен был выучить и рассказать ее другим членам группы. Таким образом, чтобы выполнить задание, школьники должны не соревноваться друг с другом, а быть взаимозависимыми. В ходе построенных в мозаичном стиле уроков дети начинают внимательнее относиться друг к другу, проявляют больше уважения и толерантности, становятся более спокойными и общительными, включаются в работу класса, преодолевается эмоциональная настороженность, формируются толерантные межэтнические и межрасовые отношения.

В рамках теории социальной идентичности к основной стратегии урегулирования конфликтов относят уменьшение и, в конечном счете, устранения различий между своей и чужой группами. Наиболее эффективным социально-психологическим подходом сторонники этой теории считают стимулирование трансформации межгрупповых отношений в отношения внутригрупповые через формирование более широкой надгрупповой идентичности. Цель подобной декатегоризации – общество, лишенное культурных, расовых и других межгрупповых различий, целое общество, пораженное «цветовой слепотой». Однако, межэтническая и межкультурная гомогенность невозможна, т. к. многие категории (в том числе и этнос) можно уничтожить, только если уничтожить всех членов, и нежелательна из-за возможной утраты культурных различий, обогащающих человеческое сообщество.

При урегулировании этнических конфликтов часто помогает не надгрупповая идентичность, а введение дополнительных идентичностей для членов противоборствующих групп. Французские психологи использовали этот способ после 2-ой мировой войны, создавая франко-германские клубы для школьников и формируя спортивные команды из представителей двух народов. Идентификация с командой оказывалась очень значимой для детей, а влияние этнической идентичности уменьшалось. В этом случае происходит пересечение категорий – член чужой группы при одной категоризации оказывается членом своей группы при другой, в результате межгрупповые границы размываются.

Ни один из психологических способов урегулирования конфликтов не является идеальным, т. к. ни один психологический механизм не способен решить социальные проблемы. Но психологические подходы способствуют переориентации человеческой агрессии, объединению людей вокруг общих целей, уменьшению влияния на человеческие отношения механизмов межгруппового восприятия и смещения центра тяжести на межличностные отношения. Для этого необходимо использовать все возможные из рассмотренных методов и техник, вне зависимости от их теоретических оснований.

Практическое занятие по теме «Исследование социально-психологических проблем межэтнического взаимодействия»

С помощью представленных методов и приемов этнопсихологического исследования провести анализ отношений между двумя реально взаимодействующими этническими группами. Отчет по исследованию должен содержать результаты исследования, их обработку, анализ и интерпретацию, выводы.

Методика Г. У. Солдатовой (1998) «ТИПЫ ЭТНИЧЕСКОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ». Главная задача методики – определение тенденций трансформации этнического самосознания в условиях роста межэтнической напряженности. Одной из форм кризисных трансформаций этнической идентичности является рост этнической нетерпимости (интолерантности) Толерантность – интолерантность, главная проблема межэтнических отношений в условиях роста межэтнической напряженности. Степень этнической толерантности оценивается на основе следующих критериев: уровень «негативизма» в отношении к собственной и другим этническим группам, уровень порога эмоционального реагирования на иноэтническое окружение, степень выраженности агрессивных и враждебных реакций по отношению к другим группам.

Типы идентичности с различным качеством и степенью выраженности этнической толерантности были выделены на основе широкого диапазона шкалы этноцентризма, начиная от «отрицания» идентичности, когда фиксируется негативизм и нетерпимость по отношению к собственной этнической группе, до национального фанатизма – высшей степени негативизма по отношению к другим этническим группам.

Инструкция испытуемому. Ниже приводятся высказывания различных людей по вопросам национальных отношений, национальной культуры. Подумайте, насколько ваше собственное мнение совпадает с мнением этих людей. Определите свое согласие или несогласие с данными высказываниями.

Я – ТАКОЙ ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ

Рассматриваются следующие типы этнической идентичности:

– этнонигилизм (индикаторы: 3, 9, 15, 21, 27);

– этническая индифферентность (индикаторы: 5, 11, 17, 28, 30);

– норма (позитивная этническая идентичность) (индикаторы: 1, 7, 13, 19, 25),

– этноэгоизм (индикаторы: 6, 12, 16, 18, 24);

– этноизоляционизм (индикаторы: 2, 8, 20, 22, 26);

– национальный фанатизм (индикаторы: 4, 10 14, 23, 29).

Как отмечает Г. У. Солдатова (1998), трансформации этнического самосознания начинаются с его ядра – этнической идентичности. Можно рассматривать три вида ее трансформации. Вопервых, этническая идентичность может размываться, что выражается в неопределенности этнической принадлежности, неактуальности этничности. Во-вторых, возможен отход от собственной этнической группы и поиски устойчивых социально-психологических ниш не по этническому критерию. В-третьих, этническая идентичность может гиперболизироваться и в контексте межэтнических отношений принимать дискриминационные формы.

Трансформация этнической идентичности – это ее изменения относительно «позитивной этнической идентичности». Позитивная этническая идентичность характерна для большинства людей и представляет такой баланс толерантности по отношению к собственной и другим этническим группам, который позволяет рассматривать ее, с одной стороны, как условие самостоятельного и стабильного существования этнической группы, с другой – как условие мирного межкультурного взаимодействия в полиэтническом мире. Поэтому позитивная этническая идентичность приобретает статус «нормы». В ее структуре соотносятся позитивный образ собственной этнической группы с позитивным ценностным отношением к другим этническим группам.

Отклонения от «нормы» могут происходить по типу этнической индифферентности, гипоидентичности (этнонигилизм) и гиперидентичности (этноэгоизм, этноизоляционизм и национальный фанатизм).

Этническую идентичность по типу «нормы» характеризует высокая толерантность и готовность к межэтническим контактам. Позитивность отношений к собственным и другим народам, сочетающаяся в «норме», вовсе не предполагает эмоциональной однозначности этих отношений. В противоположность космополитизму, идеологии «гражданина мира», человеку с «нормальной» этнической идентичностью свойственно естественное предпочтение собственных этнокультурных ценностей. Это как бы начальная ступень этноцентризма, когда стремление к позитивной этнической идентичности является необходимым условием сохранения целостности и неповторимости этнической общности в этнокультурном многообразии мира.

Индивиды, у которых самосознание трансформировалось по типу гипоидентичности, характеризуются тем, что их этнонигилистические тенденции отражают нежелание поддерживать собственные этнокультурные ценности, выражаются в ощущении этнической неполноценности, ущемленности, стыда за представителей своего этноса, иногда негативизма по отношению к ним и в трудностях в общении. Этнонигилисты отчуждаются от собственной группы. Отрицание как один из общих защитных механизмов при этом типе идентичности может активизировать общую агрессивность.

В основе трансформации этнического самосознания по типу гиперидентичности лежит гипертрофированное стремление к позитивной этнической идентичности. Гиперидентичность – своеобразный этнический нарциссизм. Это предполагает переход от естественного предпочтения по ряду параметров собственной этнической группы к абсолютной убежденности в превосходстве над «чужими». При таком типе идентичности более вероятным становится насилие как форма действия и агрессивный стиль решения конфликтов. Гиперидентичность – это характеристика самосознания «наступательного» типа, отражающая стремление представителей группы к этническому доминированию. В межэтническом взаимодействии она проявляется в различных формах этнической нетерпимости: от раздражения, возникающего как реакция на присутствие членов других этнических групп, до отстаивания политики ограничения их прав и возможностей.

Основой гиперидентичности является этноцентризм. Распространенное и жесткое разделение на «своих» и «чужих» порождает негативные образы «чужих» и враждебные установки по отношению к ним, а также иерархическую авторитарную точку зрения на групповое взаимодействие, в котором «своя» группа доминирует, а «чужие» группы являются подчиненными. При этом этноцентризм как производное от реакции на конфликт и угрозу со стороны других групп имеет следующие основные симптомы: увеличивающаяся плотность групповых границ, уменьшение числа «отступников» в группе, усиление их наказания или даже отвержение их как «дезертиров».

Относительно лояльный вид гиперидентичности обозначается как этноэгоизм. Он может выражаться и в безобидной форме на вербальном уровне как результат восприятия через призму конструкта «мой народ». Но может предполагать, например, напряженность и раздражение в общении с представителями других этнических групп или признание за своим народом права решать проблемы за «чужой» счет.

Более глубокие трансформации этнической идентичности соответствуют формированию этнического самосознания по типу этноизоляционизма. Это проявляется в убежденности в превосходстве своего народа, в признании необходимости «очищения» национальной культуры, негативном отношении к брачным межнациональным союзам, ксенофобии (ненависти ко всему чужому). Крайним видом гиперидентичности является «национальный фанатизм» – готовность идти на любые действия во имя так или иначе понятых этнических интересов, вплоть до этнических «чисток», отказа в праве пользования ресурсами и социальными привилегиями другим народам, признания приоритета этнических прав народа над правами человека, оправдания любых жертв в борьбе за благополучие своего народа.

ОПРОСНИК О. Л. РОМАНОВОЙ ДЛЯ ИССЛЕДАВАНИЯ ЭТНИЧЕСКОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ ДЕТЕЙ И ПОДРОСТКОВ

Автор данной разработки исходит из идеи о том, что в структуре этнической идентичности выделяется два компонента: когнитивный (т. е. самоидентификация через осознание особенностей собственной группы, которая проявляется, в частности, в авто-стереотипах) и аффективного (субъективная значимость для человека членства в данной этнической группе).

Опросник состоит из трех блоков вопросов:

1) направлен на выявление чувства принадлежности к своей этнической группе (№ 1, 6, 10, 14, 21);

2) направлен на оценку того, насколько национальность считается значимой для респондента (№ 2, 4, 5, 7, 9, 12, 13);

3) направлен на выяснение мнений респондентов о взаимоотношениях этнического большинства и меньшинства (№ 16, 17, 18, 19, 20).

Кроме того, в опросник вошли утверждения, касающиеся использования респондентами того или иного языка (№ 3, 15).

Респонденты должны определить свое отношение к каждому утверждению по 5-балльной шкале.

Опросник

Определите степень своего согласия с перечисленными ниже утверждениями с помощью следующей шкалы:

+2 – полностью согласен;

+1 – скорее согласен, чем не согласен;

0 – затрудняюсь ответить;

– 1 – скорее не согласен, чем согласен;

– 2 – совершенно не согласен.

1. Я интересуюсь историей, культурой своего народа.

2. Считаю, что в любых межнациональных спорах человек должен защищать интересы своего народа.

3. Представители одной национальности должны общаться между собой на своем родном языке.

4. Думаю, что национальная гордость – чувство, которое нужно воспитывать с детства.

5. Считаю, что при общении с людьми нужно ориентироваться на их личные качества, а не на национальную принадлежность.

6. Меня крайне задевает, если я слышу что-либо оскорбительное в адрес своего народа.

7. Национальная принадлежность – это то, что всегда будет разъединять людей.

8. Считаю, что представители каждой национальности должны жить на земле своих предков.

9. В дружбе, а тем более в браке нужно ориентироваться на национальность партнера.

10. Я испытываю глубокое чувство личной гордости, когда слышу что-либо о выдающемся достижении своего народа.

11. Считаю, что люди имеют право жить на любой территории вне зависимости от своей национальной принадлежности.

12. Думаю, что органично развивать и сохранять можно только свою национальную культуру.

13. Поддерживаю смешанные браки, так как они связывают между собой различные национальности.

14. Если я встречаюсь с обвинением в адрес своего народа, то, как правило, не отношу это на свой счет.