Помоги проекту - поделись книгой:
Вот на этом месте мы с Тенгу и присоединились к «веселью», где старшему ученику в очередной раз промыли мозги на тему «не смотри, как выглядит противник, всегда сражайся в полную силу». А потом, видимо, в целях закрепления урока Разящий и рассказал известную ему часть истории рода Кузаки — воинов из воинов на службе у наместника одной из территорий. Причём узнал Ворон сначала «ударную связку» — являющуюся «фишкой» вот конкретно этой фамилии: ту самую, которой Ринко едва не прибила аякаси класса B фактически дубиной. Человеку без защиты такой удар точно стоил бы внутренностей. Вот тут меня и «накрыло» — оказалось, что «приёмчику» научил Кузаки её отец. Отец! Мягкий, добрый (только не с клиентами, правда), совершенно не спортивный семьянин. Научил, естественно, не совсем правильно — ему удар показывал дед Ринко, просто в качестве иллюстрации семейного наследия, сама девочка доработала связку «почти как надо». «Кровь воинов» обозвал эту способность Тенгу. Немного расспросив, я для себя перевёл это как «связка генетически-сцеплено наследуемых мышечных и костно-размерных характеристик, под которую была подобрана особая манера боя». То есть никакой мистики — правильно подобранные движения сами ложатся и подстраиваются под «заточенный» под них опорно-двигательный аппарат. Однако, зуб даю, такие «потомственные стили» рулили не только на Островах — пока длинномерное холодное оружие «решало», скорее всего устойчивые ген-линии так и лидировали среди не-рядовых воинов. Просто в Японии холодное оружие «решало» почти до двадцатого века — и традиции ещё не успели забыться.
В общем, Тенгу пригласил и Кузаки потренироваться в додзе — «не сражаться, но вести бой». В свете того, что с Ринко я обязанности контроля работы патруля не снимал, это будет полезно: вот чего-чего не дают спортивные состязания, так это представления о тактике реального боя малых групп. Современное мировоззрение и классический подход иногда дают потрясающие результаты — испробовано на себе…
…а кроме того, хитрый Ворон явно нацелился немного потренировать своё общение с «простыми людьми» — не магами. Котегава с поддержкой в виде Айи Канаме, как он мне рассказал, убедили Разящего «открыть двери» додзе для обучения некоторого количества желающих, если таковые найдутся из населения Такамии. Всё просто — с одной стороны, патрульные как раз этих простых людей и защищают, и должны понимать, ради кого и зачем это делают. А с другой — нефиг проедать бюджет клана, который и сам не слишком уверенно наполняется пока что! Ну и в целях маскировки — Учитель Воинов мне подтвердил, что местные жители подходили и интересовались у попавших в наряд «подмети перед воротами» младших, откуда нарисовались такие красивые соседи, и не якудза ли они случаем. Пока дальше аккуратной корректировки памяти дежурному экипажу полиции не зашло, но… установил правила — действуй по правилам. В общем, мы положили начать работу с населением через два-три месяца и перешли, собственно, к моему обучению…
…я посмотрел на выложенную из ящика груду «запаромленных» очков — ту самую опытную партию, на которой я начал свою отработку сенсоров магии. Такое впечатление, что лет десять прошло! Их я в очередной раз достал не просто так — передо мной лежала толстая книженция в дрянном бумажном переплёте: «Характеристики и ключевые параметры аур магически-активных объектов». Справочник из библиотеки Комитета был для разнообразия отпечатан и сброшюрован вполне себе типографским методом, да что там, он даже ИБСН имел! Книга была типичным справочником — огромный объём мега-нудных описаний (зато подробных!), и минимум информации, поясняющей суть явления. «Аура уникальна, как отпечаток пальца» — начиналось предисловие этого монументального труда, и я был вынужден взяться за разбор характеристик ауры именно поэтому. Моей задачей было однозначно идентифицировать попавшего в зону контрольно-скрывающего амулета демона, и решить её, кроме меня, не мог никто. Естественно, Коуджи я не сказал, зачем именно мне нужна эта справочная информация — тот согласился мне её предоставить и без дополнительных пояснений, авансом к нашему новому договору. Работа — долгая, нудная, кропотливая, такая знакомая по физической лаборатории «там» — вот что меня ждало в ближайшем будущем. Но без следящей системы, контроль Такамии на «потусторонние проявления» будет далеко не полноценным, а для моего плана это совершенно недопустимо. Если бы я мог заниматься только прикладными изысканиями! Я вздохнул и перевёл взгляд на лежащую распечатку. В электронное письмо от матери Хироэ был вставлен лист Экселя. Шапка таблицы гласила — «Возрастная характеристика вассалов клана Амакава».
Ранжирование по пси-возрастным группам:
Всего аякаси: 57
Группа «Старше 26 лет»: 2
Группа «21–25»: 8
Группа «18–20»: 20
Группа «15–17»: 16
Группа «12–14»: 9
Группа «9-11»: 2
И ниже:
«Мизучи Сидзука»
12.07.07 — пси-возраст: 11
02.02.08 — пси-возраст: 13
Выводы мне предлагалось сделать самому. О Ками, «демоны служат клану Амакава»! Маленький Принц, как же я хорошо тебя понимаю!
12
Хорошо быть всенародно избранным президентом! Собрать клуб почти полным составом удалось после уроков — и даже почти не бегал по классам — только оповестил своих замов. Ага, у меня есть замы. Честно, сам удивился! Вчера. И спросил народ (кого поймал в лабе), а нет ли у меня замов, а то вот как-то не комфортно мне — корона жмёт и всё такое. Клубовцы поржали, и сегодня у меня три зама. И готовое собрание после уроков. В классе, играющем роль лаборатории, все вместе поместились, но с некоторым трудом. Младшеклассникам от дверей вообще не видно, что у столов делается. Пришлось лезть на стул и вещать оттуда. Смысл моей речи сводился к тому, что настала пора расширить, а потом углубить. В смысле, наше сотрудничество с Политехническим университетом. Народ из клуба выразил своё «ура» по этому поводу, и я, прямо со стула, начал объяснять свой план. Всё совершенно честно — квадрокоптерами и их применением удалось заинтересовать многих, но реально пройдёт лет пять, пока опыт будет оформляться. Кроме того, у коптеров есть одно больное место, с которым почти ничего не сделать — это ограниченное время полёта на одной зарядке батарей. Вдобавок, мы эту тему отработали и, фактически, вылизали до мелкосерийного производства — с помощью технологии 3D печати. Ну и мы как бы клуб физики — а, значит, должны в работе исследовать физические явления, правильно? Динамику в газовых средах «потрогали», смену агрегатных состояний и сопромат — тоже. Даёшь на изучение излучение в оптическом диапазоне и электромагнитные эффекты! Ну а дальше просто рассказал про типы датчиков, что помнил, а помнил я почти всё. Я этим деньги до «попадания» зарабатывал. На самом деле мне сведения статистики «сколько прошло человек по улице» не нужны были нафиг, но ведь сведения о структуре аур аякаси и магов, которые я мог считать (если разберусь, как) можно оцифровать и отправить в том же потоке данных. Опыт с «оцифровкой» сигналов контрольной системы у меня уже есть. Теперь разбить клуб на рабочие группы и выдать каждому «на разобраться» свой тип датчика. Замам намекнул, что под задачу постараюсь найти спонсора, чтобы Политех тоже был доволен. Всё! Час болтовни, ещё час разбора задач, и голова по совершенно ненужным мне датчикам болит у одноклубников, а не у меня. Впрочем, датчики — фигня, подскажу, если что. Не фигня средство их сопряжения и энергопитание. Но с этим уже в универ.
В Политехе я конкретно застрял. Выбрав себе для «свободного посещения» занятия кафедры Точного машиностроения (читай — бесплатный лаборант), я себе в дополнительную нагрузку взял кибернетику. И вот со знакомыми лаборантами с кафедры Кибернетики (те, которые делали «движок» для сайта Отряда) я и залип. Заспорили о том, можно ли собрать из датчиков одноранговую распределённую сеть… и «нарисовали» её. Сеть. Четыре часа «собирали» из доступных контроллеров, спецификации на нелицензируемый радиотракт (блютус или вайфай), шину данных для датчиков… Охрана чуть не убила на выходе — всё-таки одиннадцать вечера, немного не учебное время. К счастью, автобусы ещё ходят…
Дома убедился, что Сидзука расширяет свой вокабулярный запас — так изыскано безмозглым идиотом меня ещё никто не обзывал. Ну, видимо Мизучи права — заснул лицом на куче небольших нумерованных деревянных дощечек. Не думал, что способен на такой подвиг. Поступок определённо героический, учитывая, что эта куча — экспериментальные амулеты, на которых испытывал варианты селективных сенсоров для ауры. Судя по тому, что на приближение Богини Рек сработали другие индикаторы, чем на пробирку с моей кровью, что-то у меня получилось! Надо прове… эээ… ну ладно, завтра… вечером! Какая удобная штука мой «кекен гекай» — змея утащила меня к лестнице за шиворот, а рубашка даже не порвалась. Уговорить Сидзуку, что меня можно отпустить, мне удалось, но что я пойду спать, она мне не поверила. Дождалась, пока я выйду из душа (спать в школьной форме — это плохая идея!), проследила, как я ложусь… и легла рядом, обхватив руками со спины. Пока думал, сказать ли Мизучи, что её ночнушка слишком короткая, чтобы вот так спокойно, спать в постели с парнем — уснул сам. Предварительно убедившись, что во сне змея не храпит, а тихонько шипит…
… завтракали бутербродами и на бегу! Я понимаю, зима, в доме как минимум не Сахара (котацу в январе-феврале как никогда приходится как раз в тему!), вдвоём под одеялом — тепло и уютно… хорошо, что нас никто не «спалил», а то завтра я обнаружил бы на своём спальном месте как минимум Гинко. И тогда я точно не усну — организм решительно против просто спать, когда к тебе прижимается не одногодка, а некая более фигуристая особа. Хотя мой организм скоро будет реагировать вообще на любое женское тело, исключая старушек и грудных детей! Не то чтобы я был против, но… эм, скажем так, пока возраст позволял на это «забить». А вот что будет через год, я уже не говорю про интервал 13–15 лет! Правда, это самая маленькая из моих проблем…
Школа, универ, Тенгу, школа — наконец-то никто не отрывал меня от учёбы и работы. Не в счёт утрясания программы «экосоциального мониторинга», которую я преподнёс Коуджи-сану. Перезванивался с Каей, переговорил несколько раз по скайпу с Каши, которому пришлось всё бросить и ехать в Киото — устраивать собрание трастовым инвесторам. Не то чтобы я придерживался концепции, старательно рекламируемой разного рода мангой и аниме — той самой «я хочу просто жить, не мешайте мне», но как иногда приятно отдохнуть от политики и разруливания «сложных ситуаций»! Понятное дело, совсем отрешиться от управления клановыми делами я не мог, но час в день, и без ситуации «ты ошибся — настал мгновенный песец» — благодать! На третью неделю такой пасторали я уже начал было думать, что возможно, всё удастся сделать без привычного цейтнота — и систему слежения доработать, и датчики разместить… Ну вы всё поняли, да?
13
— Плохо. Плохо. Совсем плохо! Не совсем, но плохо! Просто плохо. Плохо… ээ?! УЖАС!!! Откуда ты это взял?! — И так далее. Это проверка письменных работ учеников додзе Разящего. Тенгу я после наших занятий разговорил на тему динамики обучения и подсунул распечатку от Айи. Так бы, наверно, Ворон глянул и забыл, но до этого я подло подсунул аудиограмму переговоров Пожирателя Трупов на одном из совещаний в офисе «Водно-Ресурсного Треста» Киото. Да, там тоже пришлось снять офис — как-никак порт приписки пока ещё не переоборудованного спецсудна. Тут надо уточнить, чем я обычно занимаюсь с Разящим: про себя я назвал это «уроки лидерства». Один-на-один, со старшими учениками, на тренировочном дворе — Тенгу учит меня командовать. Не составлять планы, не теории построения коллективов — обучение сконцентрировано на одном. Ты отдал команду, её должны исполнить. Не задумываясь, не переспрашивая, не анализируя «зачем тебе это?». По сути, это тренировка базиса поведения, который мне преподала Котегава, только «мужской взгляд». Нет, физподготовка в программу тоже входит — я выбрал в качестве «начальной дисциплины» короткий клинок. Просто потому, что оперативно «проапгрейдить» и насытить маной стальную полосу длиной в метр не выйдет из-за амулета на шее. Танцы с клинком — а пока это медленные танцы, чтобы тело «поняло и приняло» движения — у меня идут как разгрузка мозгов. Очень помогает!
Тенгу пообещал, что через несколько лет у меня будет достаточно опыта и знаний, чтобы осуществлять непосредственное управление, в том числе и в бою. Бесценный опыт! Правда, выслушивая его пассажи о том, что значит «быть мужчиной», согласен был далеко не со всем, но благоразумно держал своё мнение при себе и мотал на ус — опыт Разящего был гарантией качества его знаний. Увы, к знаниям об окружающем мире это относилось лишь частично.
Математика оканчивалась на уровне продвинутой арифметики и простой геометрии. Отличное знание географии — районом этого знания (материковая Азия + острова). Физика — механика на интуитивном уровне и газовая динамика. Биология — хорошо! Но! Биологии своих учеников Тенгу как-то не учил. И физике тоже. У Сидзуки в момент присоединения к моей свите в вопросе образования дела обстояли гораздо лучше. Главное, его ученики редко подолгу пребывали вне школы боевых искусств — а в додзе уже несколько столетий сложилась определённая среда. Не спорю, новички в ней быстро подтягивались до условно-среднего уровня, дальше прогресс тормозился. Разумных аякаси не просто так привлекают города — не только столовая или место, где можно без особых проблем достать то, что хочешь. Само пребывание в обществе заставляет личность аякаси развиваться стремительными темпами. Правда — с направлением развития могут быть проблемы: и убийцы появляются, и маньяки… но и в среде обычных людей идёт тот же процесс. Собственно, на аудиоматериалах переговоров Каши и акционеров было прекрасно заметно, насколько прогрессировал бывший бригадир, а до этого глава маленькой горной банды духов. Заметно было даже Тенгу.
К сожалению, половина демонов-учеников, под влиянием «атмосферы» додзе выглядели этакими мускулистыми бугаями (и в таком виде в пятый-шестой класс младшей школы их было не запихнуть), и только часть второй половины тянула внешним видом на свой психологический возраст. Самое смешное, что во время тестирования именно эти духи показали лучшие результаты по знаниям и сообразительности. Надо сказать, эти наши тесты и собеседования довольно сильно попортили нервы ученикам Разящего: серьёзно, самомнение начинает сильно страдать, если тебя опрашивает одиннадцатилетняя девочка, даже не маг, а ты не можешь осмысленно ответить на большую часть вопросов. Дошло до того, что у двух пообщавшихся с Хироэ аякаси из «мускулистой» группы «поплыли» человеческие формы — вместо двух двадцатипятилетних дядек, после собеседования, из зала вышли два подростка, лет пятнадцати на вид. Полный финиш! Зато Ю и Ринко теперь ходили по додзе, задрав свои точёные аккуратные носики… и медленно, чтобы не пугать народ своим внезапным появлением вплоть до роняния тяжёлых предметов на ногу ближнего своего. И объясняли, помогали, рассказывали… как сказала Сидзука «материнский инстинкт, знаешь ли!». Хироэ, правда, была за то, что «в куклы не наигрались». Через неделю результаты нашего «воздействия» уже начали проявляться: четыре человека и мизучи — это тоже социальная среда.
Суббота. Вечер после работы в додзе, причём Ринко и я ещё и основательно наупражнялись физически — благо, душ и горячая вода были в старую школу хозяевами недвижимости проведены. Мы идём домой, прикидывая, можно ли завалиться в какую-нибудь кафешку по дороге — расслабиться с горячим чаем и немного поболтать о чём-нибудь отвлечённом…
— Хм, Юто, — Шимомуро аккуратно потянула меня за рукав. — Там, впереди — аякаси?
И правда. Человеческие фигуры в кимоно метрах в тридцати впереди слабо-слабо светились по контуру. Мысленно прикинув траекторию патруля, в котором шла Гинко, я понял, что товарищи духи вполне могли преспокойно добраться от причалов или от северо-восточной границы города вдоль озера. Пожалуй, таких аккуратно прячущихся слабосильных «B» могли и не засечь.
— Да, похоже, очередные гости города. Проходим мимо и я звоню До — пусть присылает патрульную группу.
Придурок! Правильно говорят — сила в голову бьёт! И даже Хироэ меня не одёрнула: видимо, тоже переобщалась с тенгугуми. В общем, пройти нам не дали. Четвёрка фигур в кимоно — три женские и одна мужская — перекрыли нам дорогу. Момент был подобран превосходно — на широкой, прямой и длинной улице не оказалось ни одного прохожего, хотя вечер был относительно ранний, а район — наполовину спальный, наполовину торговый. Впрочем, замешательство у меня и Ринко длилось ровно секунду, потом мы шагнули вперёд, прикрывая Канаме. Перед Шимомуро вышла Сидзука. Так, и кто на нас с Васей? Услышал, как Хироэ открыла свой телефон.
— Детишки! — мужчина в плетёной конической шляпе, вроде бы положенной монаху, вышел вперёд. Головной убор «удачно» затенял лицо незнакомца, скрывая черты. Дамы за его спиной прикрывали лица веерами. — Вы не боитесь гулять без взрослых в темноте? Не так спокоен град ночной, как думаете!
Собеседник наклонил голову, чтобы свет от ближайшего фонаря осветил его лицо, женщины за его спиной опустили веера… Видимо, тут планировалось, что мы с визгом бросимся прочь.
— Ноперапон, — Хироэ щёлкнула камерой телефона.
— Точно, — я рассматривал овал лица, не украшенный никакими чертами, присущими людям. Неприятно, но скорее странно, чем страшно. — Хм, хулиганство на территории города?
— Статья 134 кодекса Такамии, пункт 2. Без применения воздействия магией, — Канаме, составлявшая первый вариант кодекса, а потом азартно спорившая с Тенгу (и с матерью), пункты пока ещё не слишком большого документа помнила наизусть.
— Детишки, вы что, не поня… — м-да, с соображалкой у этих аякаси туговато. Краем глаза я заметил, как женщина, стоящая перед Мизучи, стянула тканевую маску с лица (вот у неё нос и глаза были… и впечатляющий, непропорциональный рот!) и выхватила из рукава огромные портновские ножницы. Последнее она сделала определённо зря — Сидзука, не меняясь в лице, перерезала фигуру тончайшей нитью воды от плеча до бедра. С закономерным итогом: две половины быстро истаивающего дымком тела и обрывки верхней одежды. Ю тихо вскрикнула-всхлипнула, огромными глазами наблюдая за итогом скоротечной схватки. Чёрт, вот придурки!
Наши оппоненты, наконец-то осознав, во что вляпались, тут же упали на колени.
— Молодой господин, молодая госпожа, простите нас! Не ведали силы вашей!
Видимо, оценив мелькнувшую ауру змеи, убежать они даже не пытались. И правильно. Я посмотрел на Ю: девочка тихо плакала, Сидзука обнимала её, гладя по голове, что-то шептала на ухо. Так, там я сейчас буду лишним, а вот кое-кто пожалеет, что встретил нас на пути. Легонько пнув духа ботинком в плечо, я прошипел, — Встать! — Дождавшись поспешного выполнения команды, махнул короткой палочкой станнера в сторону оставленного нами додзе:
— Теперь вперёд… и сделайте себе нормальные лица. Там
14
— Тридцать восемь?! Этих уродов ещё тридцать четыре штуки?!
— Не конкретно этих, — Тенгу одёрнул чёрное хаори и аккуратным чётким движением заправил за широкий пояс ножны меча. — В составе «малого парада», как они себя обозвали, два ао-адона[2], ещё четыре ноперапона[3], расемон-но-ори[4], несколько рокурокуби[5] — они не помнят сколько, но больше пяти, керакера-онна[6], хари-онаго[7], остальные — обычные Юрей[8] разной силы, но не выше В.
Сейчас уже стемнело, и вся эта шушера вышла на охоту. Если мы сейчас не вмешаемся — завтра в храмы ломанутся сотни людей, а всем «магам» из Социального Комитета придётся снять амулеты и выйти на работу. Ну а благодарные онаго и расемон-но-ори, которые, видимо, всю эту толпу… ах, простите, «парад»… и пригнали — будут ловить вкусных одарённых с минимумом энергии. Кого поймают — кушать. Хороший, действенный план. Интересно, они сами его придумали, или подсказал кто? Если второе, то в ответ на попытку защиты слабых комитетовских магов более сильными, ловить следующих отправится вторая волна, состоящая целиком из В и В+ — ведь боевикам придётся разделиться. Не просто хороший план — очень надёжный и простой план. Правда, он не учитывает, что тут уже забазировались мы. Два варианта действия. Или — рассредоточиться по городу, снять амулеты и развернуть ауры — большая часть «парада» (так и просится добавить слово впереди «парада»!) разбежится, теряя гэта. Или отыскать и попытаться захватить, и допросить. Третьего ученика Тенгу пришлось оставить на защите додзе: десять учеников плюс Ю и Хироэ. Я и Ринко прочёсываем улицы (потому что прыжки по крышам — для нас слишком чревато переломами), нас прикрывают тройки. Тенгу идёт искать Хари-онаго, второй ученик — Расемона, и с ними ещё по тройке. Через дежурного в центре связи отдал приказ патрульным четвёркам снять скрывающие амулеты и искать слабые проявления магии, кроме тех, у кого есть очки. Тенгу и ученики идут просто в режиме маскировки — перепаромить нужное количество одежды и очков можно, но без тренировки — бесполезно. Так, теперь ещё одно важное дело. Телефон. Записная книжка.
— Коуджи-сан. Да, это Юто, извините за поздний звонок. У нас ЧП — три с половиной десятка от С до В, намерения к цивилам от условно-враждебных до враждебных. Я приказал
А дальше — мы разошлись на прочёсывание городской территории. В моей группе была самая последняя, изготовленная только неделю назад рельсовая винтовка, а в группе Ринко — Сидзука. Честно говоря, толку от моей было немного: мы блокировали деловой центр Такамии — опустевшие офисные здания и развлекательные заведения, где «оттягивались» в свой законный выходной усталые манагеры и управленцы. Самым большим приключением оказалось нарваться на трёх гопников лет пятнадцати в одном из переулков: правда, ребята не успели даже договорить своё коронное «есть чо?!» — метнувшийся вперёд ученик, сопровождавший меня «по низу» оглушил их тремя чёткими ударами. Сноровка, с которой «воронёнок» вывернул карманы мелкой уголовщины, просто восхитила, и у меня тут же закралось подозрение, где и каким образом достойные последователи Учителя Воинов привыкли получать средства на карманные расходы. Прямо умилился даже.
Каждые пятнадцать минут До проводила перекличку по транковой сети, и я, в свою очередь, отвечал в гарнитуру «на позиции, происшествий нет». А вот у других, судя по обмену сообщениями, было очень даже. Расенмона-но-ори нашла и выбила группа Гинко уже через час — гуманоид-переросток общаться отказался. Хари-онаго была обнаружена Тенгу (кто бы сомневался), и устроила весёлые пятнашки в зоне складов, недалеко от офиса Отряда Взаимопомощи, два часа мотала группу между контейнеров и ангаров, и только когда рассвирепевший Разящий, наплевав на маскировку, раскрыл свою ауру, немедленно сдалась. Как они её не убили — ума не приложу. Призраки-Юрей расползлись по жилым кварталам, и за ними пришлось побегать. Впрочем, они нормально маскироваться не умели. Причём один из этих аякаси попёрся прямо в Шинтакамию, где и был обезврежен Сидзукой. Постепенно вызванный вечерним происшествием и последующей информацией заряд бодрости угас, и я держался исключительно на горячем кофе в банках из уличных автоматов. Выпил, наверно, банок шесть. Наконец, к пяти часам утра Дофу объявила группам «отбой». Из ожидаемых тридцати четырёх было обнаружено двадцать девять аякаси, из них девять сдались или были пленены. Пойманных уводили в в школу Тенгу, чтобы запереть под охраной. Мы все тоже вернулись туда. Кажется, на последних метрах перед додзе Разящего я вообще уснул на ходу, правда, перед этим, дал отмашку Коуджи. Пусть ещё раз проверяют после нас… дневной дозор, блин.
Интересно, это у Ворона такое чувство юмора, или кто-то из наших постарался? Нет, я понимаю, зима, в здании школы прохладно, а детей нужно было на ночь уложить так, чтобы не простыли… что ж, задача решена на пять с плюсом. Несколько сдвинутых вместе футонов, две электробатареи у нас в ногах… и пятеро спящих тушек, аккуратно, в рядок. Судя по тому, что справа от меня спит, обняв за руку, Хироэ, а слева — уткнувшись носом в плечо, змея, постарался кто-то из них. Ринко и Ю, после некоторого кручения головой, обнаружились по краям импровизированного лежбища. С другой стороны — в палатке мы так спали, и ничего. Правда, нас там было трое, а не пятеро, рекорд, блин! А теперь, внимание, вопрос: как выбраться так, чтобы никого не разбудить?
— …они заставили нас, я просто хотела жить и никого не трогать, но… но… — женщина размазывала слёзы по лицу, истерика наигранной мне совершенно не казалась. Хари-онаго и нескольких аякаси из «парада» выдернули из заброшенного хутора в горах. Другие аякаси выдернули. Просто пришли и под страхом смерти погнали формировать «парад». Не сказать чтобы дамочка с хищной причёской показалась мне особо умной, но и злой аякаси-хищница совсем не выглядела. Собственно, рассказывая, как её и рогатых ао-адонов выставили из «собственного» дома, она уже говорила почти спокойно. Похоже, женщина решила, что мы всё равно её убьём — Тенгу наглядно продемонстрировал ей разницу в весовой категории между ними. И только после того, как я озвучил правила проживания в Такамии для лояльных духов, девушку «прорвало».
— Разящий-сан, как ты думаешь, кто прислал нам сюда этих красавцев? По рассказу не слишком понятно, кого ждать.
Учитель Воинов пожал плечами — ему было всё равно кого валить. Ну, раз так…
— … Я вспомнила… я слышала… как один из них сказал имя… Сюкаку.
С удивлением обнаружил, что мой вассал способен выдать настолько кривую ухмылку.
— Что?
— Сюкакку, вот как. Один из выживших прайдов тануки… Не смотри на меня так, Амакава-доно, просто ирония судьбы. У нас… глубокая личная неприязнь, что-то вроде.
— Это что-то меняет в нашем плане?
— Нет, лидер, ничего. Найдём лагерь в горах и попробуем ударить на опережение.
15
— Ринко, ты идёшь домой. И не спорь — к Ю домой.
— Со мной всё в порядке, — наша будущая староста сделала рукой какое-то невнятное движение. «Не в порядке» было видно невооружённым глазом. Хироэ, к слову, уже стояла подле девочки — будет заодно и Ринко утешать и… здравомыслить? В общем, за эту тройку можно будет не волноваться.
— Ты тоже не умеешь стрелять, но почему-то идёшь, — тихо и в сторону проговорила моя соседка.
— Я надеюсь, что мне в бой вступать не придётся, — сквозь зубы пришлось повторить мне. — Я — «флаг», без меня мои вассалы не смогут сражаться.
Тенгу всё в том же чёрном хаори одобрительно кивнул. Над додзе за нашей спиной собиралась вороновья стая. Птицы кружили в воздухе, сидели на высокой ограде, на голых по зимнему времени деревьях. Скоро операторы живых воздушных разведчиков погонят их в горы — как Ю плохо ни было, она нарисовала план скользящей воздушной разведки местности. Обсуждали мы грядущий поиск прайда Сюкакку все вместе, и Ю, когда речь зашла о вороновьей разведке, немного просветила коллектив аякаси-заклинателей. Хироэ — гений: естественно, как я мог забыть — Канаме ничего не делает просто так. Совместная ночёвка что-то повернула в голове у Шимомуро, с утра девочка была грустной, но уже вменяемой. Но всё равно лучше подстраховаться… и сплавить некомбатантов.
В офис Комитета мы должны были подъехать к пяти часам вечера: прайд наших противников, по логике, должен будет атаковать город в понедельник, в сумерках. Тенгу (и меня после его объяснения) смущало одно — за процессом запугивания населения должны были наблюдать. Тануки хитрые и умные бестии — всех глупых или недостаточно хитрых уже давно выбили экзорцисты. Значит, наблюдателя или не нашли, или он смотался раньше, как только отметил факт прибытия «парада» на место действия. Разящий предполагал, что за всей этой ночной беготнёй стоят три-четыре молодых енота. Не полезет лидер прайда пачкать лапы о слабосилок. А вот в засадной-загонной городской охоте на магов Комитета поучаствовать вполне может. А раз так, то и наблюдатель был, скорее всего, один. Поставил галочку, что «дошли» и побежал оповещать «прошу к столу» — до Такамии ещё добраться надо.
Выслушав объяснения с утра, я было решил, что главным вопросом стал «а засёк ли разведчик Тенгу и других аякаси в городе?», но Учитель Воинов меня обломал. Тануки или нападут, или не нападут всё равно — Сидзука себя проявляла аккуратно, и развитой аурой А-класса светил только Ворон. Будет желание побить старого врага у Сюкакку — пойдут в атаку всё равно, и магов Комитета за препятствие не посчитают. Решит не лезть — так и так еноты сначала отодвинут лагерь или вообще отступят надолго. План Разящего заключался в атаке на опережение: мы ведь не должны были узнать, кто стоит за ‘парадом’. А, значит, не будут готовы сражаться против примерно равной силы из двух А и десятка В и В+ аякаси. Особенную законченность придаёт этому плану семёрка экзорцистов с Коуджи во главе: кроме слаженности и нормального огнестрела с зачарованными боеприпасами, у них был пехотный миномёт. То есть, при некотором везении, мы могли устроить «песец лагерю енотов» даже без личного контакта. Пара удачных попаданий — и всё. Про миномёт меня вовремя просветил Суговара-сан, во время утреннего же согласования планов.
Подошёл заказанный автобус. Группа мрачных мужиков и молодых парней, включая двух одиннадцатилеток — это не та компания, чтобы ехать общественным транспортом. Учитывая завёрнутые в полотно мечи и рейлганы. Пачи и два ученика додзе с электрокинетическими винтовками будут прикрывать основную группу в случае столкновения: конечно, лучше ТАКИМИ стволами не светить, но жизнь даже одного вассала мне как-то дороже объяснения с Коуджи. Это если он поймёт принцип работы винтовки, которую ему, вообще-то, показывать не будут. Второй, Четвёртый и Тенгу вооружены мечами: тот, который у Ворона — сделанный Одноглазыми — я трогать не стал, а вот катану и синто-гуй «номерных» учеников я укрепил и упрочнил «паромом». Кроме того, я раздал стеки станнеров Гинко и остальным, кроме стрелков: только Сидзука со своими водяными лезвиями вообще без дополнительного снаряжения (если не считать укреплённой и маскировочной одежды) — и так достаточно «страшная». Дара я даже не подумал привлекать — не мой вассал, и скорость явно недостаточная, чтобы выходить против группы вёртких противников. Кто-то (видимо, Пачи) успел «стукануть» Каши, что мы собрались «на войну», и в итоге наш бизнес-директор сорвался из Киото и успевал к началу совместной подготовки: Пожирателя Трупов мы подбирали у станции скоростных поездов. Итого — одиннадцать. Двенадцатый — «бесполезный» я, присутствующий в качестве «амулета мира» — примирять возможные ссоры в процессе совместной работы и не допустить порчи боеспособности моих подчинённых или подчинённых Коуджи. В бой я действительно не пойду — станнер и нож плюс фамильное уменье выжигать мозги касанием — не тот аргумент против хорошо сработанной банды аякаси-родственников, который гарантированно приведёт к победе — скорее, прибьют меня. Так что я из партера, с рацией… командир и засадный полк, блин.
— Мне не нравится эта идея, знаешь ли, — Мизучи, сидевшая в «купе» из четырёх кресел — два по ходу, два — против — со мной, Вороном и Пачи, глядела на проплывающий городской пейзаж.
— Если попробуем начать переговоры, Сюкакку сможет ударить сам, первым. Не уверен, что ты справишься в одиночку, Мизучи. А нашего сюзерена я, извини, не пущу в лагерь к противнику. Любого другого парламентёра тануки даже не подпустят к лагерю — убьют. У них, насколько я знаю, как раз соревнование среди молодняка — убить с особой выдумкой.
— Ты отдашь приказ стрелять, если там будут молодняк и самки, знаешь ли?
— Молодняк и самки, которых планировалось накормить людьми и магами из
— Мне от этого ничуть не веселее, Тенгу, — Сидзука забралась на сидение с ногами, обхватив колени. — Опять кровь и убийства.
— Если выбирать, кого будут убивать, временных союзников или заведомых противников, я предпочту второе. Ты не видела, что такое прайд тануки в поселении людей, а я видел, Мизучи. Пока за ними сила, идти на переговоры они не захотят. Переговорить можно с выжившими, у них как-то лучше уши слышат. Знаешь ли!
Сидзука отвернулась окончательно, облокачиваясь спиной на моё плечо. Конечно, никто не любит выбирать из плохого и плохого. По счастью у нас варианты «плохо» и «совсем плохо», так что выбрать довольно просто. Город-мечта против города трупов.
Я был очень благодарен Разящему, потому что мне совершенно не хотелось повторять эти прописные истины Сидзуке. Да она и сама всё понимает… В конце концов, раз прайд подготовил нападение на город — ну не для того же, чтобы сказать «бу!» и свалить?
Стеклянные двери первого этажа открылись для нас только после звонка Коуджи: офис Социального Комитета пребывал на осадном положении третью неделю. Правда, что может стекло против решившего войти даже человека? Но мы ломать прозрачную преграду, понятное дело, не стали. Группа наша смотрелась наверняка колоритно: аякаси за моей спиной непроизвольно построились по ранжиру: слева Мизучи, справа Разящий, чуть дальше Каши и Пачи, а потом — тенгугугми. За спиной осьминога отиралась Гинко — непривычно серьёзная и без остроконечных ушей на макушке. В холле нас встречала не менее представительная комиссия: сам директор, за спиной которого стояли Заккери и седой молодой парень по кличке Широ. Все в брониках, камуфляже и при кобурах. У свиты Соцконтроллёра с плеча свисали укороченные Тип-89 в модерновом пластиковом обвесе, сам Суговара был вооружён Стрейч-Аугом, кто хоть раз играл в CS не узнать это довольно грозное оружие не мог. Серьёзно подготовились. Мы с Коуджи поклонились друг другу с церемониальностью бонз якудзы — скорее, чтобы успокоить мандражирующих от вида моей «гвардии» подопечных, чем за-ради протокола. Менеджер на ресепшене делала вид, что её нет, через стену, прямо рядом с дверью с надписью «пост охраны» просвечивал слабый контур ещё одного мага — очки визуализировали свёрнутую до предела ауру. В просторном помещении было пусто, тепло после улицы и очень чисто. Даже показавшееся между тучами и горами солнце бросило тёплые и косые лучи сквозь двухъярусные окна — от пола до потолка… Этот миг буквально врезался мне в память — когда я в очередной раз вспоминаю те события, у меня каждый раз возникает перед глазами эта картина.
— Смерть. Пахнет трупами, — внезапно чётко сказал Каши.
— Что? — контролёр с недоумением перевёл взгляд с меня на моего вассала и назад. — Смерть?
— Я Кагетцуки, — с вокзала Пожиратель Трупов не успел переодеться в подготовленные для патрулирования вещи, и потому ему достаточно был стянуть с шеи амулет и откинуть его от себя. — Вон оттуда.
И указал на караулку.
Видимо, в холле были установлены не только камеры, но и хорошие, чувствительные микрофоны — аура за стеной внезапно стала разворачиваться, и я понял, что это не маг. Аякаси! Молодой мужчина резким рывком распахнул дверь, доворачивая автомат… и в этот момент Пачи разнёс ему голову из рейлгана, не разворачивая винтовку, просто надорвав ткань обёртки у спускового крючка.
Я стоял ближе всего к панорамным окнам — рефлекторно отшатнулся, и потому увидел выбегающих из ворот подземной стоянки неизвестных в тот момент, когда они занимали позицию «стрельбы с колена». Честно. Это был рефлекс — обдумать я ничего не успел. Шаг, и ладони прилипают к стеклу. Движения указательных пальцев неизвестных, аур которых я до сих пор не видел — и неторопливое «выплывание» линий световой паутины в толще прозрачного кварцевого стекла. Десять метров. Не знаю, как, но мне удалось охватить радиус в десять метров — потом специально считал. Три оконных проёма вправо, два — влево. Наверно, аякаси не сразу сообразили, что пули, разбив первый слой преграды, с искрами отлетают от второго — ни капли магии в моей защите не было. Дождь осколков от внешнего стекла на несколько секунд закрыл нас и нападавших друг от друга: я только видел, как по охваченному паромом материалу ползут первые робкие трещины и появляются сколы, а потом… у стрелков кончились патроны в магазинах. Уверен, будь у противников хоть немного
— Двенадцать отметок в здании, пять подвал, семь — два этажа вверх и выше, — Гинко вытянулась струной, считывая, направления, но я и сам видел, как вспыхивают ауры, просвечивая через перекрытия. К счастью, кроме демонов, я увидел и ауры магов. Правда, одна из аур аякаси сияла как маленькая звезда. А — класс!
— Арсенал! — проорал Коуджи, указывая на спуск в подвал. Он и Зак бежали туда, а Широ сползал по стене, держась за живот.
— Пачи, Четвёртый! — Я крутанул рукой в сторону бегущих союзников и вслед за скачущим широкими, нечеловеческими прыжками Тенгу, побежал в сторону лестницы наверх. А дальше… дальше была череда пробежек и перекатов — падений, я подобрал пистолет, скользкий от дымящейся крови, и с первого же выстрела едва не вывихнул себе обе кисти. Сидзука, прикрывающая меня то слева, то справа… пробитая прямо с ходу стена, ставшая от «парома» хрупкой, как стекло… На секунду Мизучи отшвыривает тяжёлый стол, и я, светящимся от «парома» ножом буквально протыкаю метателя, захлёбываясь в собственном крике. Мёртвые и раненые люди, мёртвые расчленённые демоны. Демоны с оторванными конечностями… Хлопки выстрелов, и обожжённое болью плечо… А потом аура Тенгу вспыхивает над нами, и стена здания взрывается стеклом и бетоном, вперемежку с ветряными лезвиями. Свистящие щелчки рейлганов и синие вспышки сквозь дым. «Мы сдаёмся» — кричит молодая женщина, закрывая спиной аякаси-паренька, руки у того в крови по самые локти. «Раньше надо было думать» — говорю я бьющейся в конвульсиях тушке енота у ног, а мальчик — мой ровесник по виду, падает, зажимая распоротый бок. Бесполезно — на лезвие «паром» и мана, как я и думал, на такой фокус меня хватает. Удар, один из тех, что я разучивал с Вороном в ритме медленного танца. Теперь уже безмозглый зверь пытается прокусить мне ногу сквозь штанину — и улетает на улицу через оконный проём от пинка. Оглядываюсь — и не вижу врагов. Устало приваливаюсь к стене — и вскидываю выхваченный станнер. А, нет — свои. Сидзука. Обнимает, что-то говорит — я не слышу. Читаю по губам: «победа». А почему она тогда плачет?.. Пока медленно иду, поддерживаемый девочкой, вижу со спины отца Хироэ. Бледный, как мел, но, кажется, невредимый. Идёт с группой таких же бледных мужчин, одного они буквально несут на плечах. Вижу, как внизу Тенгу проходит от партии к партии спускающихся людей, и лёгкими касаниями воздействует на головы: светло-синим вспыхивают волны заклятий — и сразу же гаснут. Рядом примерно то же проделывает Коуджи. В холле ещё пятеро магов — и один из них, невысокий японец, плачет над окровавленной женщиной.
— …барьер, достаточно мощный и ещё держится вокруг здания. Маскируем под пожар, — ага, вот и слух очнулся. А это, оказывается, Каши объявился рядом со мной.
— Потери? — Боже мой, как сухо в горле!
— Пачи ранен, Ишимура-четвёртый и Юмэй погибли. Тануки успели снарядить пулемёт.
— А?
— У Коуджи один тяжёлый и один летально. И ещё до сорока трупов с первого по седьмой этажи. Люди и «маги». Из последних пятерых нашли мёртвыми — амулеты тануки обнаружили случайно.
— Вот, — Тенгу наклонился ко мне протягивая стакан. Ха, а левую руку-то я и не чувствую! Выпустил стек станнера, которым так и не воспользовался, и в три глотка выпил всю воду. Сознание начало уплывать. Ещё услышал, как Разящий спрашивает «что с рукой», и Мизучи, ощупывая, отвечает «сильный ушиб». Давайте уже дальше как-нибудь без меня — а я пока посплю… Надеюсь, теперь мои вассалы и комитетчики точно не подерутся. Последней оформленной мыслью было «жирный тануки всех переиграл, но ему это не помогло. Мир его праху».
… проснулся я у себя дома, переодетый в пижаму и укрытый одеялом. Ничего не болело, левая рука слушалась. Спать после двухсуточного марафона больше не хотелось, хотелось есть. Ещё хотелось забыть всё произошедшее, как страшный сон, но я пересилил себя и улыбнулся, глядя в зеркало. В конце концов я вчера спас двести пятьдесят жизней, что плакать о тех сорока? Снимай пижаму и одевай свой школьный костюм. Такамия снова ждёт твоих подвигов, мать твою, г-герой!
Интерлюдия 5
Такамия — Токио, skype телемост. Суговара Коуджи, Тоя Фудзисаки
— Привет, дружище. Что-то ты неважно выглядишь…
— Фудзисаки, хватит придуриваться! Что происходит?
Тоя с силой провёл по своей короткой причёске, глядя в сторону, и коротко высказался.
— П…ц.
— П…ц?! И это всё, что ты можешь сказать?!
— А что тут сказать, кроме мата?
— Мат совершенно не объясняет, почему мой
— Что, настолько серьёзно?
— Сорок один «двухсотый» сотрудник и шесть Контролёров, один из них боевик, это не серьёзно?! — Прошипел взбешённый Суговара.
— Б…ть!!! Бой?! Уже всё?!
— Уже! Только не говори, что тебе не прислали оповещение!
Фудзисаки опустил глаза.
— Я же говорю, п…ц.
— А я, наивный, думал, что у меня п…ц! Что у вас там за конец света? Токио штурмуют орды А+ на танках?
Поделиться книгой: