Дорогами судьбы (СИ)

— Герцогиня, наше племя считается лучшими наемниками, но на своей земле мы не воюем. Молодые воины и ветераны охраняют границы наших земель и перехватывают молодчиков, желающих пограбить наши стойбища или стада, но мы бережем мир, а мир требует денег. Кроме того, наше племя довольно большое, и всем сразу на стоянке тесно и не хватает воды, поэтому пастухи кочуют вместе с женщинами и детьми, а через три месяца возвращаются сюда, а те, кто здесь прял и ткал, отправляются варить сыр и стричь шерсть.

— А что получают ткачихи??

— Доход делится на три части: ткачихе, помощникам и племени. Помощники — это сборщики шерсти и прядильщицы и красильщики, остальные участники получают оговоренную долю за свой труд от матери племени, ковры можно ткать долго, и все это время ткачихе нужно есть, пить и одеваться. Кроме того, племя заботится о стариках и сиротах, помогает раненым воинам и заболевшим.

— Получается, ткачиха только ткет и не беспокоится о материалах и успевает сделать больше.

— Да, раньше каждая мастерица сама готовила все материалы, и это занимало много времени, и доходы были меньше.

Гелла невольно прикинула примерную стоимость ковров, цены на сырье и красители, производительность труда орчанок и, вздохнув, сказала:

— Жаль, ваши ковры не добираются до нашего королевства, они такие красивые!

— Почему не добираются?? Наши парни наемничают везде и попутно ищут купцов, готовых принять товар на продажу; кроме ковров мы продаем целебные травы, овечий сыр и изделия из кожи и меха. А взамен покупаем оружие, металлические изделия, вяленые фрукты и сладости, тонкие ткани для модниц и книги для детей.

Гелла присела на плетеный стульчик, прикрытый куском овечьей шкуры, и задумалась — оказывается, орки не дикое племя, они воинственны и огромны, но в то же время искусны и неглупы, она действительно может многому здесь научиться, а что бы она сейчас делала во дворце?? Принимала поздравления и соревновалась в остроумии с фрейлинами? Выходит, ей стоит поблагодарить неизвестного похитителя — она жива и сможет узнать много нового и, кроме того, избегнет брака, который с каждым часом вызывал все больше сомнений. Пора продолжить разговор:

— Значит, ты вернулась со службы, да?

— Да.

— И ты хороший воин, Кира говорила, что такую прическу носят только воины, — девушка кивнула на косу воительницы.

— Да.

— Научи меня защищать себя, пожалуйста!

Сатра удивленно посмотрела на девушку:

— Разве тебя ничему не учили?

— Из меня готовили невесту наследника: танцы, вышивка, большая политика. Отец считал, что меня защитит будущий муж, а мама не хотела, чтобы я была грубой и обгорелой.

— Хм, Гелла, тебя поздно учить, даже Киру уже поздно, старый Иирх посадил меня на лошадь в три года.

— Но я умею ездить верхом! И плавать! И по деревьям лазать! Пойми, я не собираюсь становиться воином, мне нужно суметь защитить себя, мне страшно оставаться беззащитной.

Голос герцогини упал почти до шепота:

— Мне страшно, ведь меня похитили из королевского дворца — самого защищенного места в столице! И я не уверена, что покушения прекратятся, если я смогу вернуться, понимаешь?? Принцу я больше не нужна; через месяц-другой он объявит о новой помолвке, но я хочу вновь увидеть маму и отца.

Сатра задумчиво отвела взгляд, ей опасения девушки были понятны, но чему можно научить взрослую девушку? И тут ее осенило!

— Хорошо, — сказала воительница, — я буду тебя учить метать лоло.

— Лоло?

— Вот, — Сатра вынула из кошеля несколько керамических шариков с острыми деревянными шипами. — Их можно метать в открытые части тела, можно в лошадей, чтобы взбесились, а если шипы смазать парализующим соком трав или ядом — ты всегда сможешь себя защитить.

Герцогиня разочарованно вздохнула: метать детские игрушки? Разве это защита? Но кивнула, соглашаясь, и мешочек лоло переместился на ее пояс.

Из мастерских девушки отправились к купальне — небольшой ручеек наполнял выкопанную и обмазанную глиной яму, а потом убегал дальше.

— А в книге было написано, что вы боитесь воды и обмазываетесь вонючим жиром.

Но Сатра неожиданно кивнула:

— Это так, весной здесь очень много насекомых, и пастухи мажутся жиром с травами, чтобы отпугнуть их; кроме того, в степи трудно найти воду, на стоянках вода есть, а в пути не всегда хватает на мытье, но воды мы не боимся, так что обливать нас из ведра бесполезно.

Посмеявшись, девушки умылись и ополоснули ноги — раздеваться Сатра не разрешила:

— Лучше вечером, когда здесь соберутся остальные женщины, тогда мужчины сюда не подойдут.

Гелла охотно согласилась, становилось жарко и хотелось спрятаться в тень, но Сатра уже начала выполнять свое обещание:

— Взгляни, видишь эту траву? Она растет только возле воды, у нее сочные стебли, и даже если ты не сможешь докопаться до воды, жажду утолить сумеешь. Кроме того, ты можешь найти воду там, где собирается скот, желающий пить; иногда родники уходят, и тогда пастухам приходится их искать снова. А теперь давай попробуем метнуть? Видишь — вон там стоит сурок? Если попадешь — будет вкусный суп.

Размахнувшись, Гелла метнула колючий шарик, но промазала, достала еще один и еще, сурок давно уже скрылся, а герцогиня метала шарики, пока не истощился их запас. Сатра только хмыкнула:

— Накричалась?? Пойдем собирать лоло.

Гелла покраснела — оказывается, кидаясь шариками в шустрого зверька, она кричала и вопила, как торговка рыбой! Как стыдно! Но воительница, не оборачиваясь, начала наклоняться в траве, и герцогиня занялась тем же.

Собрав все лоло, девушки не торопясь возвращались к шатрам, и попутно Сатра показывала герцогине различные растения и насекомых, которые водятся в степи. К полуденной жаре утомленная и переполненная информацией Гелла хотела только одного: спать. Однако у шатра Матери племени, тяжело водя боками, топтался невысокий степной конь, и Сатра, изменившись в лице, велела герцогине быстро идти в шатер и не выходить оттуда без ее ведома. Девушка встревожилась: неужели есть новости? В беспокойстве она вошла в шатер, но не находила себе места и наконец, чтобы перестать вытаптывать шкуры, лежащие на полу, вынула из корзинки с рукоделием целый пучок цветных шнуров. К приходу Сатры Гелла уже доплела затейливый амулет на широком шнуре и занималась нанизыванием костяных бусин на пышную кисточку.

— Собирайся, мы уедем в степь.

— В степь??

— Мать племени ждет гостей из леса, будет лучше, если тебя не увидят.

— Гостей из леса??

— Вампиров.

Геллу морозом продрало по нежной белой коже — вот и воспитывали ее, и читала она о других расах немало, но одно слово «вампиры», произнесенное вслух, напугало девушку до потери речи. Не тратя больше времени на слова, Сатра собрала в заплечный мешок какие-то вещи, вручила Гелле нож в ножнах, флягу, длинный шарф — закутать голову — и одеяло; потом, подумав, сунула в общую кучу еще и корзинку с рукоделием:

— Скучать не будешь.

Затем девушки быстро выбрались к небольшому табуну верховых лошадей и, сложив пожитки в переметные сумы, направились в степь.

Оставив озеро за спиной, принц и его спутники решили возвращаться другим путем:

— Ту тропу прокладывала богиня, и скорее всего ее уже нет, попробуем вернуться к деревушке по солнцу.

Амиран вновь принялся ворчать о подозрительности деревушки, но молодым людям не терпелось выбраться из странного мрачного леса. С закатом солнца озеро, мягко сияя, растаяло, оставив лишь небольшую песчаную котловину. Пробираться по лесу в сгустившихся сумерках было непросто, герцог чертыхался, принц шипел разбуженным змеем, но вдруг старый гвардеец поднял руку и прижал пальцы к губам, а потом энергичным жестом кивнул на несколько деревьев, плотно сцепившихся ветвями. Среди шорохов леса проступил отчетливый хруст — по тропе, на которую путешественники решили не возвращаться, шли люди. Невзрачная серая одежда растворяла их силуэты в сумраке, лошадей с ними не было, но в тишине несколько раз отчетливо прозвучали удары железа о дерево, а потом послышались слова:

— Черт, сколько нам еще тащиться, Кром??

— Тихо, возможно они еще не спят, опять все вокруг кровищей измажем, да и одежду попортим.

— Злопамятный ты, Кус, все мне малиновый камзол забыть не можешь, кто ж знал, что этот купчина так лихо умеет ножиком махать??

— Костра не видно, да спят уже, поди: купцы люди серьезные, солнце село — спать пора.

— Тихо вы, болтуны!!

— Да ладно тебе Кром!!

Раздался звук затрещины, и шаги понемногу удалились. Только тут принц почувствовал, как крепко он вцепился в поводья, и, осторожно разжав пальцы, посмотрел на остальных:

— А я говорил: не нравится мне та деревня!! — буркнул Амиран.

— Нужно уходить, пока они не вернулись.

И в молчаливом согласии мужчины двинулись к тракту.

Ехали долго, у Геллы с непривычки затекли ноги, шустрые иголочки сновали по телу, а вспотевшие руки скользили по кожаным ремням поводьев. Наконец, Сатра остановилась и, указав на еле различимую тень впереди, скомандовала:

— Едем туда, там должна быть вода и хорошее место для стоянки.

Сдержав стон, Гелла направила коня вслед воительнице. Место оказалось действительно хорошим — старое кострище с высокой кучей пепла указывало на то, что стоянка пользуется популярностью. Источник находился в низине, неподалеку от кострища, и девушки быстро напоили лошадей из кожаного ведра, а потом занялись устройством ночлега — воительница разожгла огонь, а герцогиня нарвала горьких степных трав на подстилки, потом в угли поставили горшок с водой: металлические котелки были дороги в этих землях. Гелла устала и, вытянув ноги, уселась на свернутое одеяло у костра, Сатра показывала ей растения, корни которых можно было добавить в котелок вместе с крупой и сушеными травами. Вскоре к дымку добавился аромат супа, и воительница ловко разлила его по мискам. Сделав несколько глотков, Гелла ощутила, как в ней пробегает горячей струйкой наваристый бульон, и прикрыла глаза от удовольствия:

— Хорошо сидите, девочки, — раздался вдруг из темноты насмешливый голос. Гелла даже не заметила, когда в руках Сатры появился короткий меч, из опрокинутой миски медленно уползали последние крупинки.

— Спокойно! — проговорил тот же голос. — Мы просто шли мимо и увидели ваш костер, мы просим разрешения присоединиться.

Гелла взглянула на воительницу, но подсказок не получила: Сатра сидела с каменным лицом, и тогда герцогиня вспомнила уроки матери. Она выпрямилась, любезно улыбнулась в темноту и пригласила:

— Прошу вас, присоединяйтесь к нашему ужину, господа.

Тени зашевелились, и из них выступило около дюжины существ в черных камзолах.

— Благодарим за приглашение, юная леди, — поклонился самый старший с легкой проседью в черных волосах. — Не думали, что в Великой степи можно встретить аристократку королевских кровей.

— Я здесь в гостях, — уклончиво отозвалась герцогиня.

Воительница, поняв, что сопротивление ничем не поможет против дюжины вампиров, убрала меч и вновь наполнила миску супом.

— Если позволите, сударыня, — обратился к ней старший вампир. — Мы неплохо поохотились сегодня и можем кое-что добавить к вашему ужину.

По его знаку двое молодых вампиров вынесли к огню тушу степной лани, уже освежеванную, разделанную и переложенную сухой травой. От костра к этому времени остались лишь уголья, и на них тотчас разложили полоски мяса, посыпанные солью и травами. Тем временем оставшаяся часть вампиров плескалась у источника, пополняя запасы воды и смывая дорожную пыль. Гелла спокойно сидела, словно не замечая взглядов Сатры и старшего вампира; умом она понимала, что нужно бояться, особенно после всего того, что она читала о вампирах и особенностях их питания, но усталость брала свое. Просто сидеть, вытянув ноги к теплу костра, и отхлебывать чуть остывший суп казалось более реальным, чем безумный бег в темноту.

— Восхищаюсь вашим мужеством, леди, — склонил голову вампир, закончив разглядывать девушек. — Ваша подруга волнуется и не выпускает из руки свой меч, а вы спокойны, словно принимаете гостей в своем будуаре.

— Это не мужество, это усталость, сударь; кроме того, вы ничего обо мне не знаете, — девушка отпила еще глоток супа и, чуть кокетничая, лукаво улыбнулась: — Может быть, я тут самое кошмарное существо на мили вокруг.

Вампиры замерли, а потом старший из них расхохотался:

— Право, леди, вы меня удивляете все больше, скажите мне, в какой стране взращивают подобные цветы??

Гелла наморщила носик:

— Сударь, право, ваш вопрос не уместен, я же не спрашиваю вас, при каком дворе вы служите советником.

Вампиры переглянулись, подтверждая ее догадку, а Сатра, вновь насторожившись, прикоснулась к мечу.

— И как вы оказались в этих краях, мне тоже не интересно. Ой, кажется, ваш ужин подгорает!!

Мужчины тут же переключились на еду, и расспросы были забыты. Доев суп, Гелла вместе с воительницей спустилась к воде — помыть посуду.

— Бежать бесполезно, — тихим шепотом пробормотала расстроенная Сатра. — Ночью они легко догонят лошадь.

— Не стоит, — Гелла покачала головой. — С ними кто-то важный, и наш побег могут воспринять как сигнал к атаке, лучше вернемся и ляжем спать.

Сатра еще раз вгляделась в черные фигуры, хорошо различимые в свете костра; ветерок доносил негромкие голоса.

— Я не заметила других начальников, кроме этого советника.

— Не начальник, кто-то оберегаемый, за кого он волнуется. Давай вернемся, мы задержались.

Вообще герцогиня уже заметила невысокого юношу, почти мальчика, которого постоянно прикрывали другие вампиры, а советник всегда держал в поле зрения. Кроме того, она слышала часть разговоров, ведущихся с помощью амулетов, и потому была уверена, что угадала верно.

Девушки вернулись к огню и присели на свои одеяла. Вампиры уже насытились и, весело переговариваясь, тянули жребий, распределяя ночное дежурство. Только советник продолжал бросать на Геллу испытующие взгляды.

— Скажите, леди, как вас зовут??

— Я охотно представлюсь, сударь, в ответ на вашу любезность.

Вампир кивнул:

— Мое имя Валер ир Луэст.

— Леди Гелла, герцогиня Мондилье.

Вампир кивнул и протянул девушке кусок печеного мяса на лезвии изящного кинжала. Гелла благодарно кивнула и приняла угощение, острый кончик клинка слегка царапнул подушечку ее пальца, и девушка насторожилась, но молодые вампиры оставались спокойными, и она вновь расслабилась:

— А ваша спутница?

Гелла отщипнула кусочек мяса и вопросительно взглянула на Сатру, та смотрела странно, но спокойно и даже отпустила рукоять меча. А потом, пожав плечами, представилась:

— Сатра илла Зенна.

— Дочь Матери племени??