АнтиБожественная комедия 2

Я же мог только закрыть глаза и обратить свои мысли к Астре, которой наверняка еще хуже, чем мне.

От грустных мыслей меня отвлек странный мужчина, который подошел к моим нарам и уставился на меня, открыв рот. Изо рта на грязный пол капала слюна, а взгляд человека был поистине безумным и даже пугающим. Он тихо мурлыкнул и подсел рядом.

- Чего тебе? – устало спросил я, силясь продрать глаза. Мужчина промолчал и робко улыбнулся. – Салфетку слюни подтирать? Слышь, если ты ебаната включишь, я тебя тресну. И еще Primo Viсtoria спою.

- Я знаю, как отсюда сбежать, - заговорщицки проблеял незнакомец.

- Это интересно. И как же, таинственный ты наш?

- Надо взять сушеный мышиный помет, засунуть его себе в рот и плюнуть в лицо стражнику.

- Ты сейчас, блядь, серьезно? – удивился я. – Сам так делал?

- Нет, - покачал головой мужчина. – Марсий делал и получил свободу.

- Покажешь на собственном примере? – улыбнулся я. Как пить дать, передо мной сидел ебанашка.

- Да. Сегодня сделаю и освобожусь. А ты останешься здесь, пока тебя не заставят в оргиях участвовать или львы не задерут.

- Да и плевать. Главное, чтобы говно не класть себе в рот. А теперь, съебись отсюда и пойди подоебывай других, - отмахнулся я. – Мне поспать нужно и подумать над более здравыми вещами.

- Как знаешь, - хихикнул мужчина и поплелся в угол, где принялся с чем-то возиться. Не иначе помет мышей искал.

Но даже сейчас мне не дали как следует обдумать сложившееся положение. Дверь заскрежетала и через несколько мгновений открылась, впустив в камеру двух рослых римлян с гладиями наперевес. Они подчеркнуто лениво обвели своими глазами камеру и остановились на мне. Первый воин, с коротким ежиком жестких волос, повелительно махнул рукой, приказывая подняться и следовать за ними. Я уже было собрался, но меня опередил любитель мышиного помета. Он, робко улыбаясь, приблизился к страже и затем резко плюнул в лицо ближайшему легионеру порцию пережеванного дерьма. Тускло блеснул меч, и странный мужчина рухнул на пол, заливая холодные плиты своей кровью. Я заскрежетал зубами и бросился к нему, отпихнув воинов к двери.

- Я… свободен, друг, - прохрипел мужчина, не переставая улыбаться. – Как и говорил.

- Ага. Кто же знал, что ты на это сподобишься, - грустно ответил я. – Надо было тебя отговорить, а я заперся и пытался свои проблемы решить. Прости.

- Ничего. Теперь я… свободен, - повторил узник и, тяжело вздохнув, закрыл глаза.

- Вставай. Тебя призывает император, - прокаркал стражник. Я повернулся к нему и подчеркнуто вежливо ответил.

- Иду. Только запомните одно. Вы, бляди, никогда не станете свободными, как он. Я это гарантирую.

- Как скажешь, - хохотнул первый и вытолкал меня из камеры. А на холодном полу остывало тело улыбающегося любителя мышей, ставшего свободным.

И вновь меня повели долгими и нудными коридорами, как рассказы моей матушки о католической церкви, где праведники сидят на облачке и дудят в золотые свирели, а грешники сосут в Аду раскаленный хер. Тогда я и представить не мог, что увижу и Рай, и Ад своими собственными глазами. Но сейчас меня больше волновало другое. Какого черта императору так интересна моя персона?

Стража взяла меня в импровизированную коробочку и не позволяла сделать даже шага в сторону. Единственное что оставалось, это смотреть по сторонам, в надежде запомнить дорогу и ключевые особенности римских подземелий. В стенах, через каждые пять метров располагались тяжелые двери камер, за которыми наверняка сидели другие узники. Будучи живым и посещая среднюю школу, я немного узнал о Калигуле благодаря урокам истории. В голове вырисовывался портрет конченого ебаната, которому в радость унижать и мучить простых людей. Впрочем, я не был далек от истины. Даже мраморная голова Калигулы, нарисованная в учебнике, так и дышала ненавистью и обладала откровенно ебанутым взглядом. Неудивительно, что сейчас я немного побаивался встречи с императором, ибо был смертен, а попадать в Ад повторно очень не хотелось.

Наконец, стража остановилась перед дверями, ведущими в покои Калигулы, если ему доводилось посещать Колизей. На грубом дереве застыла бронзовая голова императора, буравя гостей злыми глазками. Один из легионеров прочистил горло и сплюнул на пол, после чего робко открыл дверь и писклявым голосом доложил о прибытии моей персоны. Затем меня бесцеремонно втолкнули внутрь и быстро захлопнули створки, дабы не было попыток убежать. Впрочем, я и не собирался.

- Збышек.

- Ебать твою мамку в дупло сапогом, - удивленно буркнул я, увидев, кто сидит рядом с большим троном. Это был чернокнижник, за которым мы с Астрой, собственно, и отправились. Рядом с ним сидела моя рыжая бестия, с диковинным обручем на шее, и странный карлик, чье лицо было подозрительно знакомым. Но даже не это удивило меня больше всего. Старик Стефан не был стариком. Он помолодел и даже немного избавился от пигментных пятен на физиономии. Только с зубами проблема не решилась. Они были такими же гнилыми и отвратными, что я не преминул заметить в особо грубой форме.

- Вижу, ты удивлен, - рассмеялся колдун, дергая за золотую цепь. Астра мучительно застонала, а на шее девушки появилось несколько капель крови. Ошейник был с шипами.

- Слышь, хуила. Перестань мою женщину мучить, иначе я тебе хуй оторву и вобью его в глазницу, - злобно рявкнул я.

- Не в твоем положении указывать мне, - заметил колдун, но цепь немного приспустил. Астра вообще не реагировала на меня. Только слабо стонала и пыталась отползти подальше.

- Что ты с ней сделал, морщинистая залупа? – я сделал было шаг к сидящему колдуну, но тот лениво щелкнул пальцами, благодаря чему я уперся лбом в невидимый барьер. – Думаешь твое колдунство меня остановит? Я тебя выебу и высушу, сука!

- Дерзкий юноша, - хихикнул Стефан. – Но я не за этим тебя вызвал.

- Зачем же, о великие портки, обосранные молью? – съязвил я, закуривая сигарету и выпуская колечко в сторону колдуна, но таинственная преграда не пропустила даже дым.

- Для начала посмотри сюда, - он дернул вторую цепь, к которой был прикован карлик. Я охнул, когда несчастное создание подняло на меня свое лицо.

- Герцог Элигос.

- Он самый, - подтвердил Стефан, ради забавы сильно дергая цепь на себя. Карликовый Элигос устало посмотрел на чернокнижника и молча отвернулся.

- Не, я ошибался. Ты действительно ебанутый дед. Думаешь, Диавол тебя не кастрирует за то, что ты над его слугой измываешься?

- Не страшно. У меня есть Ключ, благодаря которому вы умудрились последовать за мной. И этот Ключ обладает куда большей силой, чем можно представить, - сверкнул темными глазами Стефан. – Например, ты додумался, что пентаграмма в моей квартире хранит энергию Ключа и без тени сомнений нырнул в прошлое.

- Я и понятия не имел, куда ты там нырнул. Разве что в очередное говно, - буркнул я. – Чего тебе надо, собака?

- Грубый мальчик. Но тебе повезло, я сегодня добрый и не буду тебя наказывать. Пока не буду. И даже расскажу, почему я это затеял.

- Вот оно что. Ты, блядь, очередное хуепутало, которому надо поделиться изяществом своего плана, дабы хоть кто-то тебя похвалил. Признание – великая вещь, - ехидно ответил я, присаживаясь на мраморный пол.

- Почти угадал. А делаю я это потому, что никто не сможет мне помешать. Рай и Ад даже не ведают, что я задумал.

- Хуй тебе, спиногрыз ебучий. Петр тебя раскусил, как шоколадную конфету с говнецом внутри. Я удивляюсь, почему за тобой еще сам Архангел Михаил не спустился и не вломил твоей тощей жопе знатных пиздюлей.

- Знаешь, Збышек, - вновь хихикнул чернокнижник. – Рай и Ад, в этом времени, даже не знают обо мне, а Ключ скрывает мои замыслы от них.

- Удобно. И чего ты хочешь?

- Знаешь, какая сегодня дата?

- Нет. Дата, когда ты встал утром, а у тебя хер отвалился?

- Договоришься ты, - погрозил пальцем Стефан, но остался на своем месте под защитой невидимой преграды. – Сегодня должен был погибнуть император Калигула.

- Погоди, - нахмурился я. – Это получается, что он в Ад не попал?

- Именно, Збышек. История изменилась благодаря мне.

- И что это меняет? Ну, помрет он в другой день. От сифилиса, кинжала предателей или просто нажрется молотого мрамора. Какая разница?

- Большая. Он не погиб, и история пошла по другому пути. Я изменил то, что предначертано Божественной волей, - грозно произнес колдун. – Уверен, ты знаешь, что такое теория Хаоса.

- Наслышан. Эдвард Лоренц как-то пизданул, что взмах крыла бабочки может вызвать ураган в другой части света, - кивнул я, смутно догадываясь, к чему клонит чернокнижник. – Название схожее. «Эффект бабочки».

- Верно. Умный мальчик, - более благосклонно хмыкнул Стефан. – Наука и магия смешались вместе. Добро и Зло теперь едино. Из-за того, что император Калигула не умер, другой император не взойдет на трон, а Римская империя свернет на другой путь. Но самое главное не в том, что я сохранил жизнь императору, который должен вечность провести в Аду. Калигула был приемником Тиберия и Ключ перенес меня сюда в тот момент, когда Калигула еще был сопливым юнцом, а где-то в Галилее шел суд над сыном Божьим.

- Ах ты хитрожопая проблядина, - покачал я головой от осознания богохульного факта, совершенного чернокнижником. – Тебе пиздец.

- Глупости. Это только начало. Я так изменю историю, что Земля погрязнет в пороках и в царствии Небесном не останется ни одного праведника. Догадываешься, куда я клоню?

- Смутно.

- Райские врата сгорят в дьявольском пламени, - злобно засмеялся колдун. – Будет новый Бог, с числом зверя на челе, а я буду стоять рядом с ним.

- Хитро, - хмыкнул я, поднимаясь с колен. – Только ты забыл об одной вещи. Я тебя остановлю.

- Глупый мальчишка. Ты можешь умереть, но ты сразу же попадешь в Ад, минуя Петра, ибо история изменила свой ход. А Люцифер, узнав о том, что я задумал, направит мне на помощь все свои легионы.

- Но я еще не успел согрешить.

- Хочешь проверить? Нет? Так и знал. В смертном обличье у тебя нет божественной силы и, стало быть, ты мне не помеха, как и твоя рыжая девчонка. Завтра я покину этот временной отрезок и наделю Калигулу частицей силы Ключа. Он заставит Рим и весь мир захлебнуться в крови.

- И куда ты направишься?

- Куда захочу. Взмах моих рук родит такую бурю, какую еще не видывали Небеса. С завтрашнего дня настоящее будет все больше и больше погружаться в пучину греха. Я не дам проиграть войну Гитлеру, Жанна д’Арк не поднимет восстание, а Ричард Львиное Сердце не отправится освобождать Иерусалим из лап мусульман. А после этого, Земля покроется ядерными грибами и придет День Гнева, когда Падший ангел вырвется на волю из ледяного плена.

- Пиздец, - только и мог произнести я.

- Он самый, Збышек, - хитро ответил Стефан, сжимая в руках амулет в виде треугольника. – Мир изменился. Смирись с этим.

Позади меня тихо скрипнула дверь, но все мысли были поглощены словами чернокнижника. Герцог Элигос и Петр даже не представляли, какого демона они упустили, позволив ему творить беззаконие. Что мог сделать я? Умирать и проверять, смогу ли я попасть в Рай, не хотелось. Тогда Астра останется одна, а миру точно придет пиздец во всех смыслах этого слова. Оставалась надежда на то, что силы, которые слабели с каждым часом, помогут мне все изменить.

Чернокнижник меж тем, приветливо кивнул тому, кто вошел в комнату. Я обернулся и увидел мерзопакостное лицо, обрамленное торчащими ушами и жиденькими волосами. Пришелец был одет в золотистую тогу и держал в руке окровавленный меч, которым выписывал восьмерки.

- Пиздец. Ты реально похож на Джоффри, - удивленно пробормотал я. Стефан хихикнул в ответ на мое заявление.

- Збышек. Позволь тебя представить императору Гаю Цезарю Августу Германику, известному как Калигула. Император, рад, что вы почтили нас своим божественным присутствием.

- Меня отвлекли от оргий ради этого худосочного юноши? – спросил Калигула. Голос у него был резким и весьма надменным. – Впрочем, мой добрый Стефан. Я всегда готов предстать пред тобой в любое время. Чем могу быть полезен?

- Мне потребно собираться в дорогу, как мы и договаривались, а вам я предоставляю аж двух своих рабов. Этого юношу и рыжую деву, которая вам так понравилась.

- О да. Дивная попка, - облизнулся император, принимая от колдуна золотую цепь. – Я могу делать все, что пожелаю?

- Вы император. Это ваше право, - поклонился Стефан. – Дева весьма буйная и мне пришлось наложить на нее особые чары, чтобы она стала кроткой, как ягненок. Наслаждайтесь их обществом, а я, с вашего позволения, пойду в свои покои.

- Не тревожьтесь об этом, мой друг, - елейно ответил Калигула, подходя к Астре. – Я найду применение этим розовым губкам.

- Убери от нее руки, ты, жопоглазый троглодит! – прошипел я, воинственно потрясая кулаками. Но Калигуле было достаточно свистнуть, как в комнату ворвалась стража, которая меня и скрутила, после чего бросила под ноги императору. – А ну, пошли нахуй. Ебанутые ебанушки.

- С тобой разговор отдельный, дитя, - тихо произнес извращенец, обдав меня кислым запахом изо рта. – Арена любит дерзких.

Глава четвертая. Забавы Калигулы.

Легионеры, одетые в легкие туники, совершенно не скрывающие срамоту стражников, потащили меня прочь из комнаты. На удивление, император пошел следом, ведя за собой Астру, которая как покорная собачонка, молча следовала за Калигулой. Правда, путь наш лежал не в темницы, как я думал, а в противоположную сторону, где в конце длинного коридора мрачно сияла дверь из чистого золота.

Войдя внутрь, я поразился сказочному убранству, но не это было достойно внимания. Все помещение занимали мужчины и женщины, которые без стыда и совести совокуплялись друг с другом, а в воздухе повис тяжелый запах секса и немытых тел.

Я брезгливо перешагнул через одну парочку, где мужчина возлежал на мягких подушках, а его ублажали аж три весьма уродливые женщины. Калигула, заметив мое удивление, отрывисто хохотнул и скинул с себя золотистое одеяние, оставшись в том, в чем мать родила. Или отец. Я не был уверен, от кого родился такой уебан, как прославленный император. Но стоило мне посмотреть на Калигулу, как все проблемы отступили на задний план. Я без стеснения заржал так, что любая призовая лошадь удавилась бы от зависти.

- Ебушки-воробушки, - выдохнул я, ткнув пальцем в сторону лобка императора. – Что, блядь, это такое?

- Мой разящий фаллос, - гордо рек Калигула, встав в царственную позу.

- Это натуральный пупок, ебила ты тупорылая. Как этим можно сексом заниматься? Если только пинцетом себе помогать. О, а теперь он в грибок превратился. Мистер Шампиньон, силь ву пле, - не стесняясь, хохотал я. Стража растерянно пожимала плечами и ждала приказа от красного, как спелая клубника, императора.

- Иметь маленький фаллос, значит принадлежать к божественному роду, - заметил Калигула, когда я, устав смеяться, вытирал слезы.

- Может ты императрица? А это твой гигантский клитор?

- Да как ты смеешь говорить про меня такое? Ты хоть понимаешь, что перед тобой император?! – рявкнул монарх, стыдливо прикрывая низ живота ладонями. Впрочем, он бы мог обойтись и парой пальцев.

- Ну, понимаю я одно, дружище, - улыбнулся я. – Теперь ясно, чего ты такой ебанутый. Комплекс неполноценности на лицо. А ты невинность с курицей потерял?

- Нет, - гордо ответил Калигула. – С гусыней. Весьма славная она была.

- Фу. Ебанашка ты древнеримская, - скривился я, делая шаг назад и наступая тяжелым башмаком на член одного из участников оргий. – Простите. Сами мы не местные. Ну хоть повеселился немножко. Ладно, куда ты нас ведешь, ваше малышество?

- На Арену, раб.

- Ну блядь. Очередная драка с очередным гопником в виде Ахиллеса? – я устало потер виски, благо руки были свободны. А потом меня осенила идея. Я же обладал силой, почему бы не вернуть Астре сознание. Сказано – сделано. Я уставился на свою рыжую подругу, пока Калигула был занят светской болтовней с одним из нагих гостей, и мысленно пожелал ей прозреть и от души уебать лопоухого извращенца ногой. Астра тяжело помотала головой, а потом изумленно огляделась по сторонам.

- Чё за хуйня тут творится? – пискнула она, увидев, как толстый мужичок трется своим достоинством о кувшин с вином. – Збышек! Ни на минуту тебя оставить нельзя. Сразу еблю найдешь!

- С возвращением, заинька. А я тут с императором познакомился. Вон он, с крошкой-хуешкой между ног стоит, - улыбнулся я, помахав рукой подруге.

- Бля, у меня голова трещит по швам, - пожаловалась рыжая. – В какую хуйню ты нас втянул лысый?

- Я, блядь, не лысый, а волосатый, - настал мой черед обижаться. – И вообще, я тут, между прочим, тебя спасти пытаюсь.

- Спасти? – переспросил император, возвращаясь к нам. – Нет. Вы, рабы. И сейчас вас сопроводят на Арену, где вы познакомитесь с Секачом.

- Что это? – тут же спросила Астра и наткнулась на мой красноречивый взгляд. – Поняла. Сама узнаю скоро. Збышек, а у тебя сигаретка есть? А то я сейчас с ума сойду.

- Есть. Как бы не последняя в этой жизни, - буркнул я, направляясь за легионерами, которые без стеснения расталкивали гостей Калигулы наконечниками своих копий.

Арена Колизея была в тысячу раз меньше аналогичного Колизея у Флегия, да и бесов, сидящих на трибунах, заменили орущие и грязные люди. В остальном, вид арены был мне знаком. Тот же песок в бурых пятнах от пролитой крови, грязь, мусор, куски хлеба и гнилые фрукты, которые просто отодвигались к краям арены и наполняли воздух отвратным ароматом. Но хуже всего были мухи. Эти отвратительные жирные насекомые облепляли лицо и норовили залезть внутрь носа, дабы отложить там личинки. Я, устав от них отмахиваться, попросту закрыл часть лица майкой. Императора и стражу эти лошади, почему-то обходили стороной. На лицо божественное происхождение, как пить дать.

Император милостиво помахал ручкой сидящим на трибунах и даже самолично запустил в воздух пару золотых монеток, но скривился, как прокисший лимон, увидев бегущую к нему толстую деву в синей столе. Та, подскочив к Калигуле, запрыгнула на хилого монарха, чуть не сломав ему спину. Я молча переглянулся с Астрой и скорчил страшную рожу, пояснявшую царившие во мне эмоции.

- Ох, братец, - томно пробубнила женщина, сжимая руку между ног и что-то там почесывая. – Какой сладенький мальчик. Отдай его мне.