Подлинный Сократ

Глава 8

Я как раз смотрел в окно, когда во двор заехал черный, блестящий автомобиль. Отрылась водительская дверь и на дорожке показалась одна красная туфля на каблуке размером с коломенскую версту, затем другая. Высокая блондинка вышла из машины, поправила юбку, виляя бедрами и, нацепив на плечо сумку-торбу, направилась к дверям.

Раньше мне не давал покоя вопрос: для чего женщины носят такие большие сумки? А потом однажды я услышал на него ответ. Подруга Татьяны Михайловны очень просто обосновала, оказывается для того, чтобы все свое носить с собой. С одной стороны вроде и немного, если это все, что у нее есть, а с другой стороны, зачем его постоянно таскать за собой, если можно взять лишь то, что необходимо. Все что касается женской логики, для меня это темный лес. Я спрыгнул с окна и помчался в прихожую. Алла как раз подходила к двери, когда увидела меня у входа, она сердито посмотрела и строгим тоном произнесла:

– Сократ, даже не думай, на улицу не выпущу, – женщина топнула ногой и добавила, – а ну брысь отсюда! Как же ты меня достал этой улицей.

Я отбежал в сторону, спрятался за тумбочкой, наблюдая со стороны за происходящим.

– Здравствуй, дорогая, – произнесла блондинка, увидев мою хозяйку на пороге дома.

– Оля, ты какими судьбами в наших краях? – поинтересовалась Алла, женщины обнялись и расцеловались.

– Да вот, ехала мимо. Дай, думаю, заеду, проведаю родственников, – улыбнулась женщина, обнажив идеально ровные белые зубы.

– Как там наш внук поживает? – спросила хозяйка и предложила, – пойдем кофе выпьем.

Мне стало вдруг любопытно, получается Иннокентий не единственный внук моих новых хозяев.

Женщины вошли в дом, Ольга скинула ослепительно яркие туфли, которые я не преминул понюхать. Страшно неудобная обувь, и зачем только женщины их покупают, в них даже по нужде не сходишь. Я не стал акцентировать на них свое внимание, думаю, с приездом гостей у меня найдутся дела поважнее. Блондинка надела предложенные Аллой комнатные тапочки и женщины направились в гостиную. Я засеменил следом, кто-то же должен быть в курсе того, что происходит в доме. Надо все держать под контролем.

– Валя, заварите нам, пожалуйста, кофейку, – попросила Алла, обращаясь к домработнице.

Хозяйка удобно устроилась на диване, а Ольга, закинув ногу на ногу, присела напротив нее в кресле. Я, как ни в чем не бывало, запрыгнул на диван рядом с Аллой.

– О, у вас что, еще один кот появился? – увидев меня, поинтересовалась блондинка.

– Да вот, временно взяли на воспитание, – рассмеялась хозяйка и погладила меня по голове, потом добавила, – я пошутила. На самом деле друзья попросили присмотреть, пока они в отпуске.

– Какой он здоровый, точно наш Эдуард, – усмехнулась приятельница, убирая пряди волос от лица и спросила, – а где ваш сынок?

– Сейчас попрошу, чтобы Валя его позвала, – произнесла Алла.

Видимо я что-то упустил. Как же я умудрился прозевать приезд хозяйского сына? Как раз в этот момент домработница принесла на подносе кофейник, две чашки, сахарницу и сладости на тарелке.

– Валентина, позовите Генриха, пожалуйста, – попросила хозяйка и вновь повторила вопрос, обращаясь к Ольге, – как наш внучек поживает?

Не понял? При чем здесь Генрих, если блондинка интересовалась сыночком.

– Да как, – ухмыльнулась подруга и добавила, – вчера вот ветеринар приходил. В этот момент в комнату вальяжно заплыл британец, – здравствуй, дорогой папочка, – воскликнула Ольга и подхватила кота на руки, затем обращаясь к аристократу, произнесла, – ты, в отличие от своего сынка, стройный, как кипарис.

Вон оно что! Значит у Ольги живет сын Генриха. Надо же, а я вот не знаю, есть ли у меня дети. А если есть, то где они живут. Да, отец с меня никакой.

– Сильно растолстел? – спросила Алла.

– Вообще-то мы вызвали ветеринара сделать прививку пуделю, а тот, когда увидел Эдуарда, вздрогнул и перекрестился. Впервые, говорит, вижу брюхоногого кота. Я говорю, помилуйте, доктор, он всего-навсего дородный. Врач мне отвечает: вы посмотрите, у него же пузо по полу волочится! Я снова пыталась ему возразить, мол, он просто ходит на полусогнутых. Представляешь, а ветеринар мне заявляет: у него ряха вдвое шире вашей! Это же надо такое ляпнуть. Я отвечаю: его отец и дед тоже дородные коты, но может немного потоньше. А он меня не стал слушать и потребовал весы. Эдуард наш еле заполз на них, они под его весом вздрогнули и показали цифру четырнадцать. Ветеринар присвистнул: да у вашего кота ожирение, срочно на диету. Я пыталась оправдываться, дескать там одних усов грамм на пятьсот, но доктор, недрогнувшей рукой, вывел на листке: диета. И вручил нам. Вы когда-нибудь сажали Генриха на диету?

– Нет, – покачала головой хозяйка и добавила, – он у нас упитанный, но с весом у него все нормально. Нас же перед каждой выставкой взвешивают. Если бы был лишний вес, нас бы не допустили до участия и медалей нам бы не видать, как собственных ушей.

– Повезло вам с папочкой, а вот сыночек четвертый день подряд за мной ходит и спрашивает: мама, ты зачем меня родила с такой задницей?

– Ой, Ольга, ну ты и юмористка, – рассмеялась Алла и добавила, – прямо так и спрашивает?

– Ага, – кивнула Ольга и закинула в рот конфетку.

– Ты прямо, как наш Иннокентий, – все еще смеясь, произнесла хозяйка, разливая кофе по чашкам, – у него тоже Сократ просил его на «велике» покатать.

– Тебе смешно, а мне лично не до смеха, – блондинка покачала головой, – ночью садится рядом на кровати и сидит. Открываешь глаза – над тобой нависает плюшевая усатая морда. Смотрит прямо в глаза, а я в них прямо вижу кусок мяса. Такое чувство, будто ждет, когда я умру, чтобы мне лицо обглодать, пока тепленькое. Раньше говорил много слов, теперь знает только "мясо" и "дай".

– Оля, перестань меня смешить, у меня аж слезы выступили, – Алла вытирала пальцами глаза.

– Ты дальше слушай, – ухмыльнулась родственница, – вчера вечером к мужу сосед зашел, кот обнюхал его и внезапно вцепился в икроножную мышцу, а мужик в шортах был, представляешь? Когда оттаскивали Эдуарда, кот отбивался и сквозь стиснутые зубы кричал "дай мясо".

– Прямо так и кричал? – с несходящей с лица улыбкой поинтересовалась хозяйка.

– Ага, – с самым серьезным видом кивнула Ольга и продолжила, – теперь гостей в дом не пускаем, особенно упитанных. А вечером сядет у холодильника и начинает плакать, у меня аж сердце кровью обливается, хочется в этот момент отрезать кусок колбасы и кинуть ему в морду. А вчера слышу, поёт, прислушалась, ты не поверишь, отчетливо разобрала слова: «не для меня придет весна». Понимаешь, бьет на жалость, сволочь.

– Слушай, а к чему такая жесткая диета? – задала вопрос Алла, продолжая вытирать слезы.

– Да нет никакой диеты, – Ольга махнула рукой и продолжила: – врач выписал какой-то специальный корм. А он ему видимо не нравится. Орет, как резаный, не хочет его есть, хоть ты тресни. Но мы держимся. Раньше кормили его рыбой, мясом, колбасой, сосисками, а теперь все это отменили. А корм мало того что сухой, так еще и вегетарианский.

– С ума сойти, бедный твой сынок, – обратилась Алла к Генриху.

А тому, видимо, было фиолетово, что разговор идет о его ребенке, он лениво развалился на пятой точке, вытянув вперед задние лапы и, прикрыв глаза, дремал. Я вот все время смотрел на него и офигевал, это как же можно столько спать. Нет, я тоже люблю понежиться на диванчике, поваляться, но не до такой же степени, чтобы спать сутками напролет.

– Теперь эти продукты перестали покупать, вот он и бесится, – продолжила Ольга. – Из-за него и сами перешли на вегетарианское меню, чтобы ему не обидно было. Но, что самое интересное, кот от голода стремительно умнеет. Раньше я думала: господи, за что нам достался такой дурачок, у него же череп изнутри выстлан мхом, по которому бегают солнечные зайчики, – громко рассмеялась Ольга.

– Оля, ну что ты такое говоришь, они вовсе не дураки, просто они ленивые по своей породе, и поэтому кажется, что они глупы, – возразила хозяйка.

– Алла, я пошутила. Ты же знаешь мой тонкий юмор, – вновь рассмеялась Ольга и, немного успокоившись, продолжила, – зато теперь понимаю, что это было не проклятие, а благословение. А сейчас наш умный голодный кот нашел заначку печенья в детской, раскопал конфеты в дочкином рюкзаке, добрался до помойного ведра и обглодал куриные кости, а из одной, по-моему, сделал заточку. Со дня на день жду, что он подберет отмычку к навесному замку на холодильнике. На этом нервном фоне худеют все члены семьи, кроме кота. Честно признаться, я со страхом думаю, что если диета не сработает и придется все-таки добавлять кардио и тренировки на пресс. Что же тогда будет?

Женщины так долго смеялись, я думал, они никогда не успокоятся. Генрих приоткрыл один глаз, лениво переводя взгляд с Ольги на хозяйку. После разговоров об «отцах и детях», о диетах, женская беседа плавно перешла в область косметологии, легкой и обувной промышленности. Я давно заметил, о чем бы женщины не говорили, все разговоры непременно закончатся обсуждением шмоток, сумок, шарфиков, туфелек и прочих дамских штучек. Вот тут уже и я позволил себе прилечь и, прикрыв глаза, задремал.

– Пойдем, я тебе покажу, что я недавно купила на распродаже в магазине женского белья, – сквозь сон я расслышал обращение хозяйки к подруге.

Это уже гораздо интереснее. Я мгновенно открыл глаза и сел на задние лапы.

Когда женщины направились к лестнице, ведущей на второй этаж, Алла, увидев, что я направляюсь за ними, бросила мне через плечо:

– Сократ, даже не думай за нами ходить. Я тебя все равно в свою комнату не пущу, нам сейчас абсолютно не нужно мужское общество, – затем обращаясь к Ольге, добавила, – не кот, а какой-то надзиратель. Ходит за мной по дому, словно тень отца Гамлета.

Не успев даже лапу поставить на первую ступеньку лестницы, я в недоумении остановился. Вот так облом! Что за Гамлет я так и не понял, но усвоил одно, что вход в хозяйскую спальню для меня закрыт. Я же не могу следить за порядком в доме сквозь стены.

Когда я вернулся в гостиную, след отца аристократа уже простыл. Видимо, кот либо проголодался, либо решил сменить место дислокации. Воспользовавшись ситуаций пока никого нет, подумал попробовать на вкус сладости. Неожиданно стало любопытно, почему их так любят люди, может быть, не зная их вкуса, я теряю что-то важное в жизни. На тарелке лежали какие-то сморщенные оранжевые и черные фрукты и конфеты в беспредельно заманчиво шелестящих обертках.

Сушеные плоды не привлекли мое внимание, я понюхал их, но желания попробовать не возникло. А вот обертки так и манили поиграться ими. Внезапно взгляд упал на открытую сахарницу, я запустил туда лапу и порылся в белом песочке. А когда вытащил ее оттуда и потряс ею в воздухе, сахар веером рассыпался вокруг меня на столе. Я вновь окунул лапу и теперь уже выдернул резко вверх, запуская фонтаном порцию сахара к потолку и подставляя холку под сладкий дождь. Меня так увлекло это занятие, я нырял и обратно выныривал до тех пор, пока не закончился сахар в посудине.

Затем переключился на конфеты, скинув одну на пол, начал гонять ее по полу, как шайбу. Честно скажу, в тот момент почувствовал себя великим хоккеистом, делал такие пасы, которые им и не снились. Интересно, а почему коты не играют в хоккей? Думаю, у нас это бы неплохо получилось, мы с детства любим что-нибудь погонять. Помните, я вам рассказывал, как любил играть нитками? Вытащу клубок и гоняю его до тех пор, пока он весь не размотается. А один раз так увлекся, нитки опутали мои лапы, словно паутина, я стал похож на жертву паука. Я не мог передвигаться и рухнул на пол, как подкошенный. С неимоверным ужасом в глазах смотрел, как Катерина взяла в руки ножницы и, как мне тогда показалось, зловеще произнесла: «Сейчас, сейчас, Сократ, мы тебя освободим». А когда металлический инструмент начал резать нитки, в тот момент, я молил кошачьего бога, чтобы девчонка не отрезала что-то ценное – ну, там усы, уши, например.

Больше конфет на тарелке не осталось, все голы были забиты и шайбы лежали в воображаемых мною воротах. И тут в дверном проеме показалась рыжая голова.

– Сократ, пошли со мной, – мальчишка кивнул в сторону лестницы.

Интерес к гостиной у меня быстро пропал, поэтому не раздумывая, я побежал за Кешей. Мальчишка запустил меня первым в свою комнату и закрыл за нами дверь.

– Садись, – он плюхнулся на кровать и похлопал по ней, приглашая меня.

Я запрыгнул к нему и обратил внимание на книгу, что лежала на подушке. На открытой странице были изображены большие и маленькие корабли. Когда мальчик положил ее себе на ноги, заметил, что разбитые после падения с велика колени, уже зажили. Ссадина на подбородке тоже теперь выглядела значительно лучше.

– Хочу тебе кое-что почитать, – произнес мальчик, – нашел в книжке интересную историю про ваших собратьев. Садись поудобней и слушай: «С тех пор как человечество освоило мореплавание, коты, как и крысы, стали неотъемлемой частью любого корабля. Выполняя важную работу по отлову грызунов, коты были любимцами всего экипажа и наравне с людьми несли все тяготы непростой корабельной жизни и в мирное, и в военное время. Наиболее известным «боевым» котом стал Непотопляемый Сэм. Этот кот умудрился пережить три потопленных корабля, среди которых был немецкий линкор и английские авианосец и эсминец. Его служба началась на "Бисмарке", куда его тайком пронес один из матросов. Жизнь "Бисмарка" оказалась недолгой – его потопили в первом же походе. В живых осталось двести пять человек из двух тысяч и кот. Кота подобрал английский эсминец "Казак", проплавал еще полгода, пока его не торпедировала U–536. Именно после этого везучий кот получил прозвище "Непотопляемый Сэм". Кота определили на авианосец "Арк Ройал", на котором кот успел поплавать меньше месяца – авианосец был торпедирован U–81 и затонул. После этого командование Королевского флота видимо решило больше не искушать судьбу и списало кота на берег, на котором он и прожил еще долгих четырнадцать лет».

– Оказывается среди вашего брата тоже есть коты трудяги, не все такие лентяи, как наш Генрих, – заметил мальчик и добавил, – он раньше не был таким ленивым. У него даже дети были, а потом ему сделали операцию и он стал, как плюшевый медведь.

Нашел чем удивить. Я не служил во флоте, но мышей ловлю денно и нощно, защищая наш дом от этих паразитов. Мальчишка погладил меня по голове и, одернув руку, произнес:

– Сократ, что с твоей шерстью? В чем ты? – мальчик скривился и посмотрел на свою руку, затем вытер ее о штанину и добавил, – какой-то песок. Да ты весь липкий. Где ты валялся?

К этому времени я уже и забыл, что купался под сахарным дождем. Не успел я даже сказать «мяу», как открылась дверь и на пороге появилась Алла. Подбоченившись и поджав губы, женщина сверлила меня карими глазами.

– Сократ, негодяй, что ты натворил в гостиной?

Из-за ее плеча выглядывала Ольга и Валентина. Подруга хихикала, прикрывая рот ладонью, а домработница лишь качала головой.

– Смотрю на тебя и диву даюсь, разве может кот быть таким наглецом, – продолжала браниться хозяйка, – вот иди и наводи за собой порядок.

Но, я не умею наводить порядок, если и наведу, то по-своему, но, сдается мне, что вам это не понравится. Видимо, женщины догадались, о чем я подумал и перестали принуждать меня к исправительным работам. Алла пошла провожать Ольгу, а Валентина, прихватив с собой жужжащий агрегат, принялась пылесосить гостиную.

– Что же ты наделал, бесстыжей кот, – ругалась он под шум пылесоса, – сдался тебе этот сахар, весь диван и ковер в нем. Сколько же пакостей ты наделал за эти дни. Не кот, а какой-то бандит с большой дороги.

Пока женщина чистила ковер, я отправился на кухню, посмотреть может что-нибудь в миску перепало. Что-то проголодался я. Миска идеально чистая. На плите стояла кастрюля и сковорода, накрытая крышкой. Запах стоял фантастический, пахло чем-то необыкновенным. Я огляделся по сторонам, никого нет, пылесос по-прежнему жужжит. Недолго думая, запрыгнул на стол рядом с плитой. Потрогал лапой крышку, вроде не горячая. Я чуть подвинул ее, и перед моим взором предстала аппетитная жареная рыбка. При взгляде на этот кулинарный шедевр так и потекли слюни. Я зацепил когтем один кусочек и скинул его на пол, спрыгнув следом за ним. Взял лакомство в зубы, лихорадочно соображая, где бы спокойно съесть его, чтобы не быть застигнутым врасплох. На кухне оставаться опасно, Валя могла вернуться в любую минуту. Только услышал, как замолчал пылесос, я мухой рванул в прихожую с добычей в зубах. Спрятался за тумбочку и приступил к поеданию неожиданно свалившегося деликатеса. Когда с ним было покончено, я, оставив после себя горку рыбьих костей, с чувством выполненного долга отправился наверх, в свою опочивальню. Еще не успел дойти до комнаты, как услышал доносившийся из кухни истошный крик домработницы. Женщина кричала, словно раненый мамонт. Неужели из-за куска рыбы такой шум? Я потихоньку спустился по лестнице и спрятавшись за дверью кухни, выглянул из-за нее. Валентина сидела на полу, потирая поясницу.

– Валя, что случилось? – причитала вокруг нее Алла, она протянула ей руку, предлагая помочь подняться.

– Да вот сама не пойму, поскользнулась на чем-то и не удержалась, упала прямо на спину, – женщина, взявшись за руку, поднялась на ноги.

– На чем вы тут могли поскользнуться, если постоянно моете полы? – поинтересовалась хозяйка.

Домработница посмотрела на жирное пятно на полу, наклонилась, провела по нему пальцем и поднесла к носу. Затем посмотрела на приоткрытую сковороду, подняла крышку и покачивая головой произнесла:

– Все ясно, – сделала вывод она, – ну, Сократ, ты у меня доиграешься.

– Что он опять натворил? – взволнованно спросила Алла.

– Да вот, полюбуйтесь, – она кивнула на сковороду, – одного куска рыбы не хватает.

– Вы хотите сказать, кот стащил его? – удивилась хозяйка.

– А кто же ещё? – вопросом на вопрос ответила женщина. – Здесь было пять кусков, одного в центре не хватает, на полу жирное пятно. Из вас еще никто не ел рыбу. Тут и к бабке не надо ходить, итак понятно, кто вор.

– Ну что ты будешь с ним делать? Не представляю, как Таня с ним справлялась? Он же неуправляемый кот, – возмущалась Алла, – его надо к клетке держать.

Еще чего не хватало, подумал я, сидя в своем укрытии за дверью. Если надумаете в клетку посадить, я все равно найду возможность и сбегу от вас.

– И наказывать его сейчас бесполезно, все равно не поймет. Не поймали на месте преступления, значит не вор, – ухмыльнулась Валентина, – впервые в жизни вижу такого бедового кота. Я думала у меня разбойники, но они, по сравнению с Сократом, мои котики – просто детский сад «Тополек».

– Придет на ужин, не давайте ему еды. Позовите меня, я проучу этого наглеца, – произнесла Алла и добавила, – быстрей бы уже его родственники приехали. Я точно сойду с ним с ума.

Я нырнул глубже за дверь, подальше от ее глаз. Испугался не на шутку, думаю, вдруг и правда посадит в клетку, что тогда? Может, не дожидаться, пока меня закуют в кандалы да сбежать? Пока до дому доберусь, и мои вернутся. А если не вернутся, ну подумаешь поживу один во дворе. Посплю в гараже на дровах, на улице лето, не замерзну. Поесть всегда найду, птичку или мышку поймаю, в крайнем случае, соседка есть, сердобольная женщина. Точно, надо продумать план побега. Чувствую, добром мое проживание в композиторском доме не кончится.

Глава 9

После того, как я похитил из сковороды кусок рыбы, Алла долго ругалась и в конечном итоге пригрозила мне лишением свободы.

– Будешь красть еду и шкодничать, посажу вот сюда и будешь сидеть до тех пор, пока не приедут твои родственники, – пригрозила хозяйка, указав рукой на большую клетку-«переноску».

Странные люди, из-за какого-то несчастного куска рыбы сажать практически безобидного кота в клетку. Вы что обеднели от того, что я съел один маленький кусочек?! Нельзя же быть такими скупердяями. Взглянув на переноску, я невольно содрогнулся, представив, что придется в ней сидеть до приезда моих домочадцев.

В один из дней, проходя мимо приоткрытой двери, я заглянул в кабинет дяди Лени. В комнате тишина, на столе лежит молчаливая гитара, зеленая с золотыми струнами, привлекая мое внимание. Ради нее я сюда и зашел. Ясное дело, предмет для меня неизвестный, ранее мною не виданный, потому жуть как притягательный. Вы же, наверное, уже поняли, что мое внимание всегда привлекает что-то новое, неисследованное.

Признаюсь честно, с тех пор, как увидел гитару, она у меня не шла из головы. Уж очень хотелось поближе познакомиться с этим диковинным музыкальным инструментом, провести лапой по струнам и услышать незнакомый звук. Конечно, я видел и раньше «шестиструнную» на картинках в книжках, да и по телевизору, но чтобы вот так вживую – никогда. Димка мне как-то показывал видео, на котором мужчина виртуозно играет на гитаре, сидя посредине многолюдной улицы, а прохожие стоят вокруг него, слушая его исполнение, в знак благодарности кидают артисту деньги в шляпу. Почему бы и мне не воспользоваться ситуаций и, пока живу в композиторской семье, не научиться играть на музыкальном инструменте? Однажды по телевизору видел, как медведь играет на балалайке, а чем я хуже? Может, научусь и тоже буду зарабатывать себе на корм таким образом. А что, сяду на перроне и буду исполнять романсы.

На фортепиано я уже один раз поиграл, когда ловил муху, скажу честно, не понравилось мне, нет, это не мой инструмент. Да и сейчас его черно-белые клавиши были накрыты крышкой, которую поднять мне не по силам. Поэтому я и решил начать осваивать гитару. На мягких лапах, крадучись, не переставая обнюхивать всё на своем пути, я приблизился к объекту своего влечения. Носом коснулся деки, но глаза устремлены дальше – к струнам! Со страхом, смешанным с алчным любопытством, я занес осторожно лапу над чувствительным инструментом и тихонько коснулся струн. И тут произошло следующее: в момент когда гитара издала свое переливистое «трэнь» открылась дверь и на пороге появился Леонид Исаевич. Не знаю, чего я испугался больше, звука гитары или перекошенного лица хозяина. Я застыл на месте, с занесенной лапой над золотистыми струнами гитары, не в состоянии пошевелить ни одной конечностью. Затем задние лапы неожиданно подкосились и немного разъехались. До ужаса напуганный и с обезумевшим взглядом, я как-то нелепо спрыгнул со стола, внезапно осел, и вы не поверите, упал в обморок. Впервые в жизни со мной такое случилось. А спустя время, когда пришел в себя, то обнаружил, что лежу на диване в кабинете хозяина.

– Оклемался? – спросил хозяин, низко склонившись надо мной.

Я по-прежнему испуганно смотрел на него. Почему-то показалось, он хочет убить меня. Если за рыбу они меня чуть не упрятали в клетку, то за музыкальный инструмент точно на эшафот отправят.

– Ну что, кот, захотелось на гитаре поиграть? – спросил он, и его лицо внезапно озарилось доброй улыбкой, – так попросил бы, я бы тебя научил.

Фух, слава богу, по-моему пронесло. Говорил же я вам, Леонид Исаевич добрый мужик, я это почувствовал в самый первый день, как только приехал в этот дом. Но, признаюсь честно, не понравилось мне играть на гитаре. Понял, что это тоже не мой инструмент. А может мне медведь на ухо наступил, и у меня просто нет слуха?

После обморочного состояния, мне стало так тоскливо, неожиданно захотелось, чтобы кто-то пожалел и приласкал. Когда случались такие моменты в моем доме, я всегда шел к Диме или Кате. Общаясь с ними, сразу становилось легче. Дети не умеют скрывать своих чувств, если они радуются или грустят, то искренне, если любят, то по-настоящему, ну а если ненавидят, то тогда лучше не показываться им на глаза. В этот раз я отправился в комнату Кеши. Мальчик сидел у окна, на подоконнике перед ним лежал альбом, краски, стаканчик с кисточками и баночка с водой. Мальчик так увлеченно рисовал, что не заметил, как я вошел к нему. Я запрыгнул на окно и громко мурлыкнул, привлекая его внимание:

– О, привет, дружище, – парнишка, подняв голову, спросил: – где был, что ты там опять натворил?

– Мяу, – ответил я, имея ввиду, что все нормально и ничего особенно не произошло. Подумаешь, впервые в жизни поиграл на гитаре, а потом грохнулся в обморок. Это так, мелочи жизни.

– А я вот, кот, тебя рисую, – мальчик кивнул головой на свое творение.

Надо же, еще никто меня не рисовал. Честно признаться, я не сразу понял, что изображено на рисунке, а когда присмотрелся, увидел свою морду крупным планом. Огромные усищи, как у Буденного, розовый нос и большущие глаза, только почему-то голубого цвета с черными узкими зрачками. Мне всегда казалось, что глаза у меня желто-зеленые. Но что, мне понравилось, как мальчик изобразил меня, очень необычно, получился красивый портрет.

– Когда приедут твои родственники, я им подарю рисунок, пусть они повесят его там, где ты спишь, – произнес мальчик.

Сплю я в разных местах. Нет, конечно, у меня есть свой диван в прихожей, может быть там повесить?

– Хочешь покажу тебе все свои рисунки? – парнишка сорвался с места и, подбежав к письменному столу, вытащил из ящика толстый альбом.