Ходок

Машину мы раздобыли, и это радует. Мы стали практически неуязвимы для любого противника, если у того, конечно, нет ничего крупнокалиберного, или тем паче противотанкового. Но от этого и БТР не спас бы. Одно меня смущает, что ли. Вот там, в баше, торчит ствол КПВТ калибром в четырнадцать с половиной миллиметров и спаренный с ним ПКТ под винтовочную семёрку. Так что, они так и будут для декорации торчать? Неужели патронов к нему не найдём? Я, вроде, склады видел, пока автопарк искал. А что если там пошарить? Глядишь, и отыщется что-нибудь. Всё равно ведь выезжать через территорию части придётся. Решено.

Пока заправили машину, пацаны вымотались, качая бензин вручную, и теперь тихо сидели в боевом отделении, не проявляя любопытства и ничего не трогая. Двести литров вручную перекачать, это вам не фунт изюма. Сима уселась на сиденье командира справа от меня и выглядывала из переднего люка.

— Олег, это тоже бронетранспортёр? — наконец поинтересовалась она.

— Нет. Это боевая разведывательно-дозорная машина. БРДМ-2. Или Бардак, как её называют в армии. Хорошая машинка. Нам в самый раз.

— И куда мы сейчас?

— На склады заедем. Надо патронов к пулемётам поискать.

— Олег! — подал голос из боевого отделения Семён № 1. — Раз у нас такая грозная машина есть, может, вернёмся в Крытое и освободим наших родных?

— Опять двадцать пять! Не сможем мы освободить их. Сил не хватит. Даже на этой машине.

— Тогда, может, лучше БТР взять. Он побольше.

— Какая разница? Стоит только нам в село въехать, заблокируют и сожгут. Сказал же, что вояк попрошу. Они помогут. У них и сил побольше, и бронетехники тоже. Вытащим мы ваших родных, не сомневайся.

Ворота парка боевой техники снесли, не останавливаясь, и поехали по территории части. Зомби радостно потянулись к рычащей машине и отлетали, сбитые бронированным корпусом или бесславно гибли под мощными колёсами. Я внимательно смотрел по сторонам, выискивая склады, но, всё-таки просмотрел и проехал бы мимо, если бы не Сима.

— А что там за ворота? — поинтересовалась она, показывая куда-то в сторону.

Я притормозил машину и, приподнявшись на сиденье, выглянул из люка. Так вот же они. Сравнительно большая территория, огороженная колючей проволокой с вышками по углам и длинными одноэтажными строениями барачного типа. Точно склады. В открытых воротах раскорячился ЗИЛ-130, перекрывая проезд. В кабине грузовика суетился зомби в гражданской одежде, то тыкаясь головой в лобовое, то скребя руками по боковому стеклу.

Я упёр нос БРДМ в морду ЗИЛа, переключился на пониженную и выдавил грузовик из створа ворот. Видать, он уже разгрузился и выезжал со склада пустой, когда водитель обратился. И это хорошо. Гружёный толкать было бы непросто. Остановив машину, я выскочил из люка, срезал несколькими очередями особо ретивых зомбаков, спешащих ко мне, и закрыл ворота. И вовремя, потому, что за нами уже образовалась внушительная процессия заражённых, идущих на шум двигателя. Теперь нужно найти склад с патронами.

Проехав ещё немного, я наткнулся на караульное помещение. А это неплохо. Там ведь должна быть схема охраняемой территории. Выбив корпусом ворота караулки, я прямо с брони расстрелял выходящих из караульного помещения зомбированных солдат, потом спрыгнул и зашёл внутрь. Начальник караула так и не смог выбраться из-за стола и теперь тянулся через всю столешницу, пытаясь достать меня руками. Ну, ему и одного патрона хватило. Тут же нашлась и схема складской территории. Это уже легче. Немного исследовав её, я быстро отыскал местоположение нужных мне складов. Они располагались компактной группой почти в центре.

Я вывел БРДМ с караулки и погнал по территории, сверяясь со схемой. Ага. Здесь нужно повернуть, ещё один поворот и вот они, родные. У ближайшего здания ворота были открыты, и два зомби в военной форме, топтались возле валяющихся на земле патронных ящиков. Привычно срезав их одной очередью, я наказал своему детскому саду меня страховать и пошёл внутрь склада. Штабеля, штабеля, штабеля ящиков. И как тут найти нужный мне калибр? Рядом с входом была устроена небольшая будочка, видно для кладовщика. Я зашёл туда в надежде найти какую-то схему или опись. Хоть что-то, облегчающее поиск. На столе стояли электрическая плитка, чайник, початая бутылка водки, тарелка с высохшей, позеленевшей колбасой и сухарями. И посреди всего этого лежала большая амбарная книга. Вот в ней и посмотрим.

Я обошёл стол и за стулом увидел, как от моего движения качнулась занавеска, на которую я не обратил внимания. Она закрывала собой нишу в стене. Следовало посмотреть, что там такое. Не то, чтобы мне это нужно было, просто давно укоренившаяся привычка не оставлять за спиной ничего непонятного. Я отдёрнул занавеску и присвистнул от удивления. Вот повезло, так повезло! В нише складированы аккуратными стопками коробки с со снаряжёнными лентами для КПВТ и ПКТ. То, что доктор прописал.

Видимо, снарядив ленты один раз, решили не заморачиваться с разрядкой и опять с зарядкой, а поступили проще. Складировали у кладовщика уже снаряжённые коробки. А что, по тревоге забежал, коробки хватанул, к пулемётам подсоединил и готов к бою. И все довольны, самое главное. И кладовщик, которому не надо каждый раз считать и пересчитывать каждый патрон, и бойцы, которым не надо каждый раз крутить зарядный станок, и проверяющий, отмечающий по секундомеру, что норматив выполнен и перевыполнен.

— Эй, бригада «Ух»! — Позвал я пацанов. — Айда сюда! Есть что потаскать.

Парни прибежали быстро, оставив на посту Симу. Я указал им на коробки и распорядился, чтобы их все они отнесли в машину, а сам решил немного побродить по складу. В принципе, при всём этом нагромождении ящиков, система хранения прояснилась быстро. Вот ряды ящиков с пятёркой, вот с семёркой под АКМ, а это семёрка винтовочная, для СВД. Ага, для «Кордов» 12,7 миллиметров, а вот и для КПВТ 14,5. Немного подумав, решил прихватить ящик семёрки и ящик пятёрки. Как раз для моей «Грозы» и для АК-74. И тут меня осенила одна идея. А что я, в конце концов торможу? Вон сколько автоматов. Что ни часовой, то АК-74. А в караулке вообще почти полная пирамида. Почему бы не прихватить несколько штук на продажу? Не на себе же тащить.

Пацаны как раз закончили перетаскивать коробки. С их помощью я вытащил ящики с патронами из склада и, вскрыв их уже на улице, покидал цинки в боевое отделение. Потом, подумав немного, вернулся в склад, достал из ближайшего ящика ещё два цинка пятёрки и вручил их пацанам.

— Держите. Когда в Пузыри приедем, я вам автоматы оставлю. Как раз боезапас будет на всякий случай.

Пацаны потрясённо уставились на меня и, ещё не веря своему счастью, взяли в руки цинки.

— А мы думали, что ты у нас оружие заберёшь, — наконец проговорил Семён № 2.

— Я так и хотел вначале, — ответил ему я. — Вот только вам ведь тоже надо будет чем-то отбиваться, чтобы опять в рабство не угодить. Сами видели, народец разный бывает. Ладно, сейчас в караулку заедем, автоматы оттуда заберём и в путь. На колёсах мы быстро доедем.

Из караульного помещения я забрал все автоматы, что стояли в пирамиде. Кроме того, собрал и все подсумки со снаряжёнными магазинами, висящие на ремнях у убиенных мной зомби. Возиться особо не стал. Просто расстёгивал ремень и забирал его с собой со всем содержимым. Поэтому ещё и штык-ножами разжился. Приобретение, конечно, так себе. Тяжёлый и неудобный. Но ребята сразу же отхватили по одному себе и с довольным видом то вытаскивали их из ножен, то с лихим стуком всовывали обратно, то складывали его на манер щипцов и искали, что бы перекусить ими. Как дети! Ну и ладно. Остальные штык-ножи тоже продать можно. Лишняя копеечка лишней никогда не бывает.

Всё-таки машина есть машина. К вечеру уже были в Пузырях. Напуганный дед Кузьма вышел из дома и пытался разглядеть нас своими подслеповатыми глазами.

— Что, дед, не узнал? — весело спросил я.

— А ты чей будешь, сынок? — прошамкал он.

— А помнишь, не так давно приходил сюда, Семёна искал.

— А-а. Помню, помню. А ить, их то всех в полон угнали.

— Нашёл я Семёна, дед, как есть нашёл. Даже не одного, а троих.

— Иди ты!

— Ага. Вон они, — я показал на парней, вылезающих из боевой машины.

Симка робко подошла к деду и обняла его. Дед обрадовался и крепко прижал девушку к себе.

— Я же своими глазами видел, как тот супостат тебя вытаскивал. Убежал, значит. А это кто?

— Ты что, дед, за несколько дней всех забыл? Не узнаёшь?

— И вы тут, сорванцы? Убёгли тоже?

— Нет. Нас Олег спас. Сами бы не вырвались.

— А остальные где?

— Остальные, дед, в неволе остались, — смущённо кашлянул я. — Я, всё-таки не супермен, чтобы с селом, полным бандитов биться. Ничего. Я военным данные о селе передам. Они быстро с этими рабовладельцами разберутся.

— Ну, дай-то бог. Что дальше делать будете? Неужто на ночь глядя поедете?

— Пацаны здесь остаются. А мы с Симой в город.

— С какой Симой?

— А вот с этой.

— Что ты над стариком смеёшься? Сёмка это, как есть Сёмка.

— Нет, дедушка, — звонко рассмеялась девчонка, — Сима я. Просто мы, когда в Пузыри пришли, решили с папой, что лучше будет, если меня за пацана будут принимать. Времена смутные, неизвестно чего ожидать от людей.

— Чудны дела твои, Господи, — покачал головой старик. — Я что говорю-то. Чего на ночь глядя в дорогу выезжать? Машина, конечно, у вас серьёзная. Но мало ли чего ночью бывает. Переночевали бы здесь, отдохнули. А завтра с утречка бы и тронулись.

— А ты прав, дед, — поскрёб я в затылке. — Отдохнуть бы не мешало. Хорошо. Переночуем здесь.

— Вот и ладушки. Эй, мальцы! Пошли баню топить.

А вот это уже хорошо. Баня, она вещь хорошая. Особенно для моего измученного тела. В самый раз. Ребята шустро нарубили дров и натаскали воды. Через часик, когда мы с дедом уже, наверное, целый самовар чая выдули, в дом забежал Семён № 1 и торжественно провозгласил, что всё готово. Первой запустили париться Симу, а потом, когда она красная, распаренная с полотенцем на голове и счастливыми сияющими глазами вышла из бани, уже и сами вломились в парную и парились до умопомраченья. В эту ночь я спал, как убитый, а наутро ощущал себя так, будто и не было этой сумасшедшей ходки, и не приходилось мне бегать по степи, уворачиваясь от пуль преследователей.

Утром, позавтракав, мы с Симой стали собираться в дорогу. Дед Кузьма хлопотал рядом, путаясь в ногах и стараясь всячески угодить. Уже перед самым отъездом он вдруг всплеснул руками и отправил Семёнов на поле собрать огурцов для нас.

— У вас там в городе с зеленью совсем худо. И не говори ничего. Я что, не знаю, что ли? Что там у вас на ентом асфальте да бетоне вырасти может? Вот сейчас ещё пойду петрушечки и укропчика на огороде сорву. Всё лучше будет.

Появившиеся с пустыми руками и испуганными глазами Семёны всполошили.

— Что случилось?

— Там, там, — размахивал руками Семён № 2, всё время показывая на околицу.

— Да что там? Ты можешь ясно сказать?

— Там всадники на горизонте, — наконец справился парень с волнением.

Погоня. Так я и знал. Вот не верилось мне, что после Зомбиленда нас оставят в покое. Нашлись умные, не нападающие с наскока и умеющие сложить два и два. И действительно. Зачем гоняться по степи выслеживая нас, когда можно просто вычислить, откуда сбежавшие рабы. Логично предположить, что пленники подадутся именно домой.

Я стоял перед БРДМ и тихо матерился. Вот боевая машина, бронированная и имеющая довольно мощное вооружение. Один КПВТ чего стоит. Там калибр — стенку по кирпичам разберёт. И есть я. И всё. Если я сяду за руль — стрелять будет некому. Не посадишь же в башенку пацанов или девчонку. Не умеют они с башенными пулемётами обращаться. А если я сяду за пулемёты, кто поведёт машину? А как бы хотелось отыграться на преследователях за все эти мои прыжки и кульбиты по холмам. Ой как хотелось. А сейчас, отбиться бы.

— Дядя Олег, — раздался сбоку голос Семёна № 2.

— Что? — ответил я, выныривая из своих безрадостных мыслей.

— А можно я за руль сяду?

— А ты что, умеешь?

— Мы до катастрофы фермерствовали. Так я и на тракторе, и на грузовике с малолетства научился.

— С малолетства, — передразнил я его. — Можно подумать, сейчас больно взрослый.

— Что вы обзываетесь? — обиделся пацан. Я на ЗИЛ 130 знаете, как гоняю!

— Точно, можешь?

— Да может он! — подтвердил Семён № 1. Он по лету наших полный кузов набьет, и пацанов, и девчонок, и на речку купаться. Потом, правда, от бати здорово получает, за то, что дорогой бензин жжет.

— А ну-ка прыгай за руль. Там всё как на Газоне, освоишься. Главное, к габаритам приспособиться. Обзор тут неважный. Да ещё и с закрытыми люками. Дорогу только через триплекс будешь видеть.

Пацан нырнул в отделение управления и уселся на водительское место, сияя от счастья. Второго Семёна и Симу я погнал готовить позиции на краю деревни.

— И раньше времени огонь не открывайте. А лучше вообще старайтесь не отсвечивать. Только в крайнем случае.

— Милок, — раздался дребезжащий голос деда Кузьмы. — А мне ружьишка какого-нибудь не найдётся?

— Куда тебе, дед? Иди, в погреб заройся, чтобы под шальную пулю не попасть.

— Ты, молокосос, как со старым солдатом разговариваешь? — дед выпрямился, подав вперёд впалую грудь и даже стал выше ростом. — Да тебя ещё и в плане не было, когда на меня уже шинель шили!

— Всё, дед, всё, — вытянул я вперёд руки, ошеломлённый стариковским напором. — Есть у меня ещё автомат. Да только разберёшься ли? Ты, наверное, ещё с ППШ стрелял.

— Как раз, когда я служил, АК-47 нам на вооружение поступили. Думаю, ваши машинки не сложнее будут.

— Не сложнее. Даже полегче. Держи дед. Сёма, — обратился я к Семёну № 1, — снаряди деду магазины.

Действительно, своими подагрическими пальцами старик вряд ли сможет вставить патрон в обойму. Ну, да ладно. Здесь я разобрался, пора бы и выдвигаться.

— Семён, — позвал я Семёна № 2, — потихоньку двигай к крайнему дому и встань за углом, чтобы тебя из степи видно не было.

Пацан кивнул, мягко тронулся, уверенно ведя машину и подогнал ей к указанному дому. Я вылез на броню, прошёлся и перелез на крышу. Прячась за гребнем, достал монокуляр и присвистнул, глядя вдаль. А разозлили мы этих супостатов сильно. Один только головной дозор — пять человек. Потом основная группа, человек сорок. Это уже ни разу не смешно. Они ехали не таясь, по дороге, мерно покачиваясь в сёдлах, и мне стало совсем не до смеха. Полтора взвода отморозков против меня, трёх почти детей и одного старика. Одна надежда на нашу бронированную колесницу. Ну, только бы Семён с управлением справился.

Я дождался, когда головной дозор приблизился к деревне метров на сто и дал команду своему водителю высунуться на весь корпус из-за дома. Такого наши преследователи точно не ожидали. Когда из деревни, которую они уже приговорили, выкатилась бронированная пятнистая машина, раздалась очередь пулемёта и тяжёлые крупнокалиберные пули стали рвать на куски, как лошадей, так и седоков, все впали в полнейший ступор. Да-да. Я стрелял именно из КПВТ, хотя им и ПКТ за глаза бы хватило. Но, во-первых, уж очень мне захотелось пострелять из этой машинки, а во-вторых, психологическое воздействие ещё никто не отменял. А такое воздействие пули калибра 14,5 миллиметров создавали превосходное. На таком расстоянии я буквально перемолол головной дозор. Пули пролетали сквозь жертв и даже находили себе цели в основном отряде. Ну не преграда для них человеческое тело. Совсем не преграда.

— Вперёд! — скомандовал я Семёну, продолжая вести огонь.

Наши преследователи смешались. Кони испуганно приседали, чувствуя человеческую кровь. Люди пытались справиться с храпящими лошадьми, в строю появилась паника. Кто-то пытался съехать в степь, чтобы попытаться уйти, но ему мешали другие, которые старались повернуть назад и ускакать по дороге. А пули делали своё дело. Наконец, нападающие справились с паникой и стали рассыпаться по степи. Кто-то додумался спешиться и сейчас старался убежать, пригибаясь к земле. Кто-то старался уйти верхом. Но уйти далеко не удавалось. Пули достигали повсюду.

— В степь сворачивай! — скомандовал я. — Только смотри, в какой-нибудь овраг нас не урони.

— Обижаете, — пропыхтел парень, ворочая руль.

КПВТ своё дело сделал. Бой превратился в избиение младенцев. Мы носились по степи, прижимая супостатов ближе к деревне и не давая им возможности уйти далеко и скрыться. Уже не было видно ни одного конного, а пешие старались укрыться в складках местности. Я оставил в покое КПВТ, переключившись на ПКТ. Время от времени по броне горохом стучали пули, заставляя дёргаться. Броня бронёй, а нервы никуда не денешь. От деревни к бандитам потянулись цепочки трассеров. Это что, я им трассирующие выдал, что ли? И не обратил же внимания на маркировку. Ну, хоть обозначают тех, кого я не заметил.

Враги кончились как-то незаметно. Вот только что я самозабвенно вращал башенку, стреляя из пулемёта, а тут раз, и стрелять не в кого. Челноком проехавшись ещё раз по степи, мы вернулись в деревню, где увидели презабавную картину. Дед Кузьма, воинственно выпятив вперёд бородёнку, вёл под дулом своего автомата аж двоих пленных, неся на плече два трофейных АКСа. Пленные были напуганы и шагали, поминутно оглядываясь на раздухарившегося старика.

— Это что, дед? — поинтересовался я, спрыгивая с брони.

— Вот, пленных взял! — гордо доложил старый солдат.

— Сам взял?

— А то как ещё? Старый воин — мудрый воин. Учись, пока я живой.

— Ладно. Что делать с ними собираешься?

— А чёрт его знает, — озадачился дед. — Я, как-то не подумал над этим.

— Ладно, потом решим. А допросить не мешает.

Семён, вылезший из БРДМ, вдруг подскочил к одному из пленников и зарядил кулаком под глаз.

— Эй! — попытался остановить его я, — вообще-то жестокое обращение с пленными — международное преступление.

— А он думал об этом, когда нас в бараке избивал? — прорычал парень, намереваясь ещё и пнуть.

— Ну ты же не он.

— А какая разница? Ему можно, а мне нельзя?