Краткие либретто опер Россини

Акт 1

В либретто оперы есть оригинальный для этого жанра и той эпохи ход: в действии участвует автор, поэт. Если у Пиранделло персонажи ищут автора, то здесь автор ищет персонажи, а когда находит, принимается подталкивать развитие сюжета.

Действие начинается с того, что поэт набредает на цыганский табор. Тут он встречает дона Джеронио, который пришел к цыганке узнать будущее, Джеронио занимает вопрос, смогут ли время и терпение излечить его взбалмошную жену от сумасбродств. Цыганка Зайда ничего хорошего ему не сулит. Поэт, пытающийся отыскать сюжет для комедии, интересуется судьбой самой цыганки, и Зайда рассказывает ему свою печальную историю: она и турецкий принц Селим полюбили друг друга и должны были пожениться, но коварные соперницы убедили принца в ее неверности, и тот приказал ее казнить; Альбазар спас ее, и теперь она, несчастная, скитается с цыганами. Сюжет поэту не подходит, но он тронут бедами Зайды и хочет ей помочь, он сообщает, что вечером в порт прибудет корабль некого знатного турка, можно использовать его в качестве посредника, чтобы примирить Зайду с Селимом.

Неополитанский порт. Фьорилла прогуливается. Причаливает корабль, с которого сходит Селим. Он сразу обращает внимание на хорошенькую итальянку, которая, прямо скажем, всячески старается это внимание привлечь. Поэт, тоже пришедший в порт, наблюдает за их флиртом. Когда парочка удаляется совершать променад, появляется дон Нарчизо, он ищет Фьориллу, спрашивает, не видел ли ее Просдочимо, поэт увиливает от прямого ответа, тут прибегает и Джеронио, он потрясен, только что он встретил жену, которая мало что гуляла с турком, но и пригласила того к себе домой пить кофе. Эта ситуация поэту больше по душе – муж, любовник, крики, интриги! Отличный сюжет, он напишет на него комедию. Что вовсе не по вкусу ни мужу, ни любовнику, но их возмущение поэта мало трогает (еще не наступили времена, когда прототипы подают на авторов в суд).

Дом дона Джеронио. Входят Фьорилла и Селим, хозяйка велит подать кофе, флирт продолжается, его прерывает приход хозяина дома. Рассерженный помехой Селим хватается за оружие, но вмешивается Фьорилла, перепуганный дон Джеронио просит пощады, и турок успокаивается. Подоспевший Нарчизо не отваживается вступить в конфликт с воинственным турком и напускается на Джеронио, который, по его мнению, ведет себя не по-мужски. Селиму это общество надоедает, он назначает Фьорилле свидание на берегу моря и удаляется, как и Нарчизо.

Появляется поэт, и Джеронио начинает жаловаться ему на чуть не убившего его турка и негодницу жену. Поэт советует ему быть с женой построже. Джеронио пытается приструнить Фьориллу, но та переворачивает все с ног на голову, злополучного супруга осыпают то упреками, то ласковыми словами, то оскорблениями. В итоге красотка хлопает дверью.

Поэт доволен первым актом, но этого мало, он решает подтолкнуть действие и отправляется к цыганам за Зайдой, дабы привести ее к Селиму и… И посмотреть, что из этого выйдет.

Селим на берегу моря ждет Фьориллу. Завидев цыганку, он просит погадать ему. Они узнают друга друга и бросаются друг другу в объятья. Идиллию нарушает приход Фьориллы, за которой, конечно, следуют и Джеронио с Нарчизо. Женщины устраивают разборку, ссора переходит в драку, чем и кончается первый акт.

Акт 2

Селим навещает дона Джеронио. Он интересуется, не надоела ли ему жена, и предлагает, по турецкому обычаю, ее продать. Джеронио отказывается, турок многозначительно замечает, что есть и другая возможность, похищение, и удаляется.

Фьорилла назначила на постоялом дворе свидание Селиму, а заодно и Зайде, которой намеревается продемонстрировать, кого в действительности предпочитает Селим. Любвеобильный турок, едва войдя, сразу приступает к ухаживаниям за итальянкой. возмущенная Зайда выскакивает из укрытия, из которого наблюдала за происходящим, и убегает. Фьорилла и Селим принимаются упрекать друг друга в легкомыслии, но потом мирятся, объясняются в любви и уходят. Вездесущий поэт, разумеется, тут как тут, он все слышит и видит. И, конечно, берет на заметку. Появляется Джеронио, поэт сообщает ему, что похищение назревает, турок и Фьорилла договорились встретиться на балу, где все будут в масках, и они, неузнанные, поднимутся на борт корабля и отплывут в Турцию. Муж в полной растерянности, поэт велит ему одеться турком и идти на бал, дабы перехватить жену, прикинувшись Селимом, сам же он найдет Зайду, нарядит ее в такую же одежду, как у Фьориллы, и приведет туда же, чтобы она отвлекла внимание Селима. Разумеется, неподалеку оказывается и Нарчизо, который, подслушав этот разговор, решает вмешаться в, так сказать, распределение ролей.

Бал. Две одинаково одетые женщины и два турка, все, конечно, в масках. Третий «турок», дон Джеронио, опаздывает, появлется, когда четверка уже разделилась на пары, Селима с Зайдой, которая выдает себя за Фьориллу, и Фьориллу с Нарчизо, изображающим турка. Бедный Джеронио не может понять, которая из двух его жена, гонится то за одной, то за другой, в итоге ход событий только ускоряется, Селим с воображаемой Фьориллой убегают на корабль, а настоящая Фьорилла обнаруживает, что осталась одна.

Джеронио спрашивает поэта, что делать дальше. Тот рекомендует ему проявить крайнюю суровость и отправить жену в Сорренто к родителям. Узнав, что муж ее выгоняет, и ей придется с позором вернуться в родительский дом, Фьорилла приходит в отчаянье.

Однако поэт пишет комедию, трагический финал ему не интересен, он сообщает Джеронио, что изменница горько раскаивается, и уговаривает простить ее. Супруги мирятся, а Селим увозит с собой Зайду.

Такая вот история. «Турок» ставится достаточно часто, чтобы было сделано несколько его видеозаписей. Упомянем четыре. Первая это запись спектакля «Ла Скалы» 1996 года; дирижер Рикардо Шайи, партию Селима поет известный итальянский бас Микеле Пертуси, Фьориллы – «королева бельканто» Мариэлла Девиа, дона Джеронио — отличный россиниевский бас Альфонсо Антониоцци, Нарчизо – Пол Остин Келли, а поэта – Роберто ди Кандиа. Другая — запись с россиниевского фестиваля в Пезаро 2007 года, дирижер Антонелло Аллеманди, в партии Селима Марко Винко, Фьориллы – Алессандра Марианелли, Джеронио – Андреа Кончетти, Нарчизо – Филиппо Адами, Просдочимо – Бруно Таддиа. Третья это спектакль генуэзского театра Карло Феличе, в котором поют Симоне Алаймо (Селим), Мирто Папатанасиу (Фьорилла), Антонино Сирагуза (Нарчизо), Бруно де Симоне (Джеронио) и Винченцо Таормина (Просдочимо); дирижер – Джонатан Уэбб, 2009 год.

И, наконец, четвертая, сделанная тоже в 2009 году в Винченце. О ней надо сказать особо. Дело в том, что в 1820 году Россини сделал новый вариант оперы для одного из неополитанских театров, он имеет ряд отличий от первоначального, дон Джеронио здесь не муж Фьориллы, а опекун, говорит он на неополитанском диалекте, и партия его заметно меньше, зато Нарчизо поет целых три арии, в том числе одну из «Итальянки», местами иначе развивается действие, речитативы тут «сухие», то есть без музыки, ну и так далее. И именно этот вариант и поставили в Винченце. Получилось очень интересно и исполнение отличное: дирижер – Джованни Батиста Ригон, поют Лоренцо Регаццо (Селим), Сильвия Далла Бенетта (Фьорилла), Даниеле Дзанфардино (Нарчизо), Джулио Мастрототаро (Просдочимо), Филиппо Мораче (Джеронио).

СИГИЗМУНД

Опера в 2 действиях

Либретто Джузеппе Мария Фоппа

Действующие лица:

Сигизмунд, король Польши	контральто
Ульдерико, король Богемии	бас
Альдмира, его дочь, супруга Сигизмунда	сопрано
Ладислао, первый министр Сигизмунда	тенор
Анаджильда, его сестра	сопрано
Дзеновито, польский дворянин	бас
Радоски	тенор

«Сигизмунд» был написан Россини для театра Ла Фениче, премьера в Венеции состоялась 26 декабря 1814 года. Опера особого успеха не имела и вскоре была забыта.

Сюжет ее довольно-таки запутан, если не сказать больше, сейчас убедитесь сами.

Мало громоздкой интриги, так еще опера начинается, как это нередко бывает, словно бы с середины, и, чтобы разобраться в происходящем, лучше знать предысторию (речь не об исторических фактах, а об извивах либретто).

Она такова:

Сигизмунд, польский король, женился на Альдмире, дочери Ульдерико, короля Богемии и Венгрии. Однако первый министр Сигизмунда Ладислао, который сам увлекся прекрасной королевой и был отвергнут, дабы отомстить ей, убедил мужа, что жена ему неверна. Он сфабриковал и «доказательства», подкупив предполагаемого любовника, чтобы тот проник в покои королевы и украл ее жемчуга, сам же из укрытия продемонстрировал Сигизмунду, как мужчина входит ночью к его жене. Король, ослепленный ревностью, приказал отправить Альдмиру в лес и лишить жизни. Но та не погибла, ее спас дворянин по имени Дзеновито, в доме которого она живет ныне под именем Эджелинды в качестве его дочери. Сам же Сигизмунд, которого мучают угрызения совести, время от времени теряет рассудок, его посещает призрак Альдмиры.

А вот сама история.

Акт 1

Королевский дворе в столице Польши Джесне (Гнезно). Анаджильда, Радоски и Ладислао обсуждают печальную судьбу своего суверена, подверженного частым приступам безумия. Ладислао якобы озабочен состоянием короля и положением его подданых, на деле же его больше заботит, как бы сделать новой королевой свою сестру Анаджильду.

Появляется Сигизмунд, взбудораженный очередным явлением призрака, он делится с Ладислао своими сомнениями, а что если жена была невиновна, а он отправил ее на смерть, что если они оба были обмануты, попали в хитрую ловушку, министр напуган, неужели король догадался? Но король думает уже о другом. Ульдерико, отец Альдмиры, узнал о печальной судьбе своей дочери и теперь движется со своим войском на Польшу, горя желанием отомстить. Сигизмунд поручает Ладислао организовать оборону, а сам с верными людьми отправляется в пограничные леса якобы на охоту, а в действительности, чтобы сдерживать врага, пока польская армия не будет готова к контрнаступлению.

Следующая сцена разворачивается на опушке леса перед деревенским домом, в котором живет спасенная Дзеновито Альдмира. Вот и она сама, поет арию, благословляет гостеприимный приют, не вернувший, правда, мира в ее сердце, она по-прежнему любит человека, приговорившего ее к смерти. Из дому выходит Дзеновито, из диалога между ним и Альдмирой слушатель и узнает о притязаниях Ладислао. Слышится шум, идут мнимые охотники во главе с королем, Альдмира прячется в доме, но ее успевает заметить Сигизмунд, принимающий, естественно, красавицу за привидение. Тут подоспевает и Ладислао, Сигизмунд посылает его к жильцам дома за информацией о происходящем в окрестностях, министр входит и выскакивает потрясенный, он тоже воображает, что увидел призрак. Вслед за ним из дома выходит Альдмира, которая преклоняет колени перед королем и представляется как Эджелинда, дочь Дзеновито. Затем она скрывается в доме, ее сменяет Дзеновито, с которым король удаляется в лес, дабы поговорить.

В итоге Сигизмунд принимает решение, что так называемая Эджелинда, пользуясь невероятным сходством с Альдмирой, займет место покойной, дабы убедить разгневанного Ульдерико, что его дочь жив-здорова. Эджелинда водворена в королевский дворец, ей предстоит играть роль двойника себя самой, ситуация весьма оригинальная.

Акт 2

«Лжекоролеву» представляют двору, все радуются ее возвращению, не подозревая о сложных комбинациях, с этим связанных. Между тем сама Альдмира вовсе не прочь в самом деле вернуться на трон, она пытается выяснить у Сизизмунда причину падения бывшей королевы, но Сигизмунд уже увлекся новой-старой красавицей и готов на ней жениться, говорить о прошлом он не рвется.

Однако есть еще один человек, который мог бы прояснить ситуацию, это Радоски, у него в руках письмо, написанное Ладислао в пору его приставаний, говоря популярным современным языком, сексуальных домогательств к королеве. Пока Радоски воздерживается от разоблачений, однако показывает письмо Альдмире.

Сигизмунд обсуждает с воображаемой Эджелиндой, что и как она должна сказать Ульдерико, чтобы удержать его от дальнейших враждебных действий, та его ободряет, все будет хорошо.

Тем временем Ладислао делает ответный ход, он встречается с Ульдерико и сообщает тому, что Альдмира на самом деле не Альдмира, а самозванка. Тот вне себя. Он возобновляет военные действия, польская армия терпит поражение, Сигизмунд в руках обозленного тестя. Ладислао под шумок пытается убить мнимую Эджелинду, но это ему не удается, его хватают богемские гвардейцы, и он признается, что оклеветал Альдмиру. Сигизмунд безутешен, жена пытается убедить его, что она есть она…. сумасшедший дом!… никто ей не верит, ни муж, ни отец, наконец Радоски притаскивает письмо, которое непонятным образом ставит все с головы на ноги. Зло наказано (правда, Ладислао не казнят, а всего лишь сажают, немудрено, его партия, кажется, самая большая в опере, надо уважить человека), добро восторжествовало, счастливый конец.

В 2010 году «Сигизмунда» поставил Пезарский фестиваль, недавно вышел и диск с записью этого достославного спектакля, но при просмотре разобраться в том, что творится на сцене, решительно невозможно, наверно, лучше просто не глядеть на экран, будет понятнее. Дирижер – Микеле Мариотти, Сигизмондо – Даниела Барчелона, Ладислао – Антонино Сирагуза, Альдмира – Ольга Перетятько, Ульдерико – Андреа Кончетти и др.

ЕЛИЗАВЕТА, КОРОЛЕВА АНГЛИИ

Опера в двух действиях

Либретто Джованни Шмидта

Действующие лица:

Елизавета, королева Англии	сопрано
Граф Лестер	тенор
Матильда, тайная жена Лестера	сопрано
Энрико, брат Матильды	контральто
Герцог Норфолк	тенор
Гульельмо, капитан королевской гвардии	тенор
Кавалеры, дамы, знатные шотландские заложники, пажи, офицеры, солдаты, народ и пр.

Как уже упоминалось, в 1815 году Россини пригласили в Неаполь. Двадцатитрехлетний композитор должен был руководить театрами Сан Карло и дель Фондо. К тому же по контракту, подписанному с импрессарио Доменико Барбайя, он был обязан писать две новые оперы в год. Первой из таковых и оказалась «Елизавета, королева Англии». Это была опера-сериа, главная роль в которой предназначалась для Изабеллы Кольбран. Либретто написал Джованни Шмидт по пьесе Карло Федеричи «Паж Лестера».

Премьера состоялась 4 октября 1815 года и прошла с большим успехом, начало которому положила уже увертюра. Читатели поймут восторг той давней публики, когда узнают, что она услышала знаменитую увертюру «Севильского цирюльника», Россини написал ее для «Аврелиана в Пальмире», откуда она перекочевала в «Елизавету», и только потом в «Цирюльника», где и осталась.

Перед тем, как обратиться непосредственно к сюжету, предпримем небольшой исторический экскурс.

Фигура Елизаветы Первой обильно представлена в оперном жанре. Либреттистов и композиторов (и, конечно, романистов и драматургов, которым они следовали) привлекал, надо понимать, контраст между успехами Елизаветы как королевы, и неудачами как женщины. Хотя это еще как сказать. Достоверно то, что королева так и не вышла замуж, но потому ли, что ей не везло в любви? Или ей просто не хотелось хотя бы в малой степени делить с кем-либо свою королевскую власть, ведь в ту эпоху короли еще были настоящими правителями? Сама она утверждала, что девственница, но слухи и сплетни о ее любовных историях сопровождали ее всю жизнь.

Роберт Дадли был ее товарищем по детским играм, поддерживал с ней отношения в отрочестве. Он женился на Эми Робсарт из рода Норфолков задолго до того, как Елизавета стала королевой, а когда это произошло, всего через несколько месяцев после коронации занял в качестве королевского конюшего место подле нее, и его влияние стало стремительно расти, спустя какое-то время уже поговаривали, что он вершит вместо королевы государственные дела. Елизавета отвела ему покои во дворце рядом со своими, и парочка, выглядевшая влюбленной, проводила вместе не только дни, но и, как болтали сплетники, ночи. Было ли это правдой? Кто знает. В любом случае, говорить о любовных муках Елизаветы не приходится, Дадли мечтал стать ее мужем, разве только жена… Эми Дадли не показывалась при дворе, муж утверждал, что жена болеет, а потом она и вовсе погибла, сломала шею, упав с лестницы, это случилось примерно через полтора года после начала королевского романа. Провели расследование, вынесшее вердикт о несчастном случае, но это не спасло Дадли в глазах англичан и всего мира, все считали, что он подослал к жене убийц (сам он в тот момент был на охоте с Елизаветой). История эта описана в романе Вальтера Скотта «Кенилворт», увидевшем свет в 1821 году, через шесть лет после премьеры «Елизаветы, королевы Англии». В двадцатом веке произвели медицинские исследования, показавшие, что, во-первых, Эми Дадли действительно болела, у нее был рак груди, а во-вторых, у нее обнаружилось смещение межпозвоночного диска, предположили, что это случилось внезапно, и женщина свалилась с лестницы. Так или иначе, Елизавета отнюдь не ринулась замуж за новоиспеченного вдовца. То ли ее смутило убийство либо молва о таковом, то ли она сочла, что Роберт Дадли ей не ровня, как она как-то сказала позже, то ли в расчет принимались всякие политические соображения. И однако она пожаловала Роберту Дадли титул графа Лестера, который до того принадлежал королевской семье. И… задумала женить его на Марии Стюарт. Та вернулась в Шотландию тремя годами раньше, как известно, она считала себя законной наследницей английского трона, поскольку была внучкой Генриха Седьмого. Елизавету же она почитала незаконнорожденной, учитывая перипетии, связанные с Анной Болейн, однако готова была примириться с ней при условии, что Елизавета назначит ее своей преемницей, а та даже склонялась к этому, идея выдать Марию за Лестера была основана на вере в его верность, так ненадежная шотландская королева оказалась бы под присмотром. Сам Лестер, надо понимать, с готовностью женился бы хоть на одной, хоть на другой, главное, что на королеве. Но Мария к своему несчастью предпочла другого жениха, и Лестер остался ни с чем, Елизавета, правда, по-прежнему держала его при себе, но разговоров о браке не было, постепенно она охладела к нему. В конце концов разочарованный и раздраженный Лестер сначала завел любовницу, потом женился на вдове Уильяма Деверо, королева было разгневалась, но в итоге простила, Лестер былого положения уже не занимал, но иногда Елизавета назначала его на какие-то посты. Вскоре после крушения «Непобедимой армады» он умер, и его место возле королевы постепенно занял его пасынок Роберт Деверо…

На сем остановимся, дальнейшее уже предметом творчества Россини не является, возможно, мы вернемся к этой теме, если когда-нибудь перейдем от Россини к Доницетти.

Либретто Шмидта достаточно далеко от реальных событий, в нем лишь слабый их отзвук. И вот что происходит в опере.

Акт 1

Торжественная встреча графа Лестера, вернувшегося из Шотландии с победой. Придворные возносят хвалу доблести графа, называют его славой Англии, опорой трона и тому подобное. В сторонке неистовствует герцог Норфолк, снедаемый завистью и злобой.

Входит королева, она счастлива, любимый человек вернулся, к тому же с честью, привез победу и мир.

Наконец появляется и Лестер в сопровождении почетного эскорта, он кладет к ногам королевы жезл командующего, рассказывает, как английские ратники сражались с ее именем на устах, наконец представляет пред ее светлые очи группу молодых шотландцев, присланных в Англию в качестве заложников. Королева велит дать юношам приют во дворце и назначить пажами, и тут Лестер обнаруживает среди них переодетую в мужскую одежду Матильду, с которой тайно обвенчался в Шотландии, а затем и ее брата Энрико. Он потрясен.

Когда все расходятся, Лестеру удается остаться наедине с Матильдой (чуть позже появляется и Энрико), он упрекает ее за то, что она подвергла себя такой опасности, ведь потомство Марии ненавистно Елизавете так же, как сама Мария, и им с Энрико грозит здесь гибель. Заметим, что согласно либретто Матильда и Энрико не кто иные, как… дети Марии Стюарт. Матильда признается, что на столь рискованный шаг ее толкнули любовь и ревность, ибо она слышала, что королева неравнодушна к храброму графу.

Лестер препоручает заботу о Матильде Энрико, а сам отправляется на поиски Норфолка, он хочет посоветоваться с герцогом, которого считает своим вернейшим другом.

И вот уже Лестер рассказывает Норфолку историю своего знакомства с Матильдой: там, в Шотландии, ураган разлучил его с его солдатами, он заблудился, его приютил пастух, в хижине которого он увидел девушку, вроде бы дочь хозяина; любовь сразила его с первого взгляда, он надумал жениться, и смущенный пастух открыл ему страшную тайну, поведав, что юноша и девушка, живущие в его хижине – королевские дети… Норфолк подбадривает Лестера, пусть он рискнул карьерой и жизнью, но любовь его оправдывает, он уверяет графа в своей дружбе, однако не успевает тот уйти, как злодей — а он и вправду выведен эдаким оперным злодеем — кидается к королеве, спеша наябедничать. С лицемерными выражениями сочувствия и понимания он разбивает сердце Елизаветы.

Королева убита горем, но затем ее охватывает жажда мести, она приказывает позвать Лестера и привести шотландцев-пажей, среди которых быстро распознает свою счастливую соперницу. Вначале, впрочем, она не подает виду, а обращается к Лестеру, объявляя, что его ждет награда за спасение королевства, по ее знаку вносят некий предмет, королева срывает с него покрывало, это корона. Елизавета предлагает Лестеру стать ее мужем и королем. Тот теряется, потом отнекивается, скромный вассал, дескать, недостоин трона, королева выходит из себя, разоблачает тайных супругов и приказывает их арестовать.

Акт 2

Норфолк торжествует, он уже упивается грядущими почестями, первым местом при дворе и, кто знает, может, ему суждено даже подняться на трон… Но тут Гульельмо разрушает его надежды, королева не желает его видеть и слышать и предписывает ему покинуть двор. Норфолк удаляется в растрепанных чувствах.

Покои королевы. Елизавета велит привести Матильду и затем Лестера. Она предлагает девушке в обмен на жизни Лестера, Энрико и свою отказаться от прав на сердце графа. После недолгого сопротивления Матильда подписывает «отречение».

Вводят Лестера. Елизавета демонстрирует ему подписанную Матильдой бумагу и предлагает сделать то же самое. Возмущенный и оскорбленный граф отказывается.

Возле тюрьмы, в которую бросили Лестера, собрался народ, солдаты горюют о своем любимом командире, которому грозит смерть. Показывается Норфолк, уязвленный пуще прежнего отлучением от двора, он мечтает отомстить. Подслушав разговоры собравшихся, он моментально соображает, как воспользоваться общей любовью к опальному графу себе на благо, и принимается убеждать народ освободить генерала силой, отличная идея, он накажет тем самым неблагодарную королеву и окончательно погубит Лестера. Народ колеблется, ведь это бунт, но немного демагогии, и Норфолку удается уговорить людей пойти за ним.

Лестер в тюрьме. Входит Норфолк, с ним несколько человек, которым он приказывает разобрать стену, за ней камера, где находятся Матильда и Энрико, Лестер встречает «спасителя» настороженно, подозревая, что именно Норфолк его выдал, но лицемеру удается его разубедить. Однако следующий шаг коварного герцога кончается провалом, Лестер отказывается возглавить пришедший его освободить народ, он не бунтовщик и будет верен трону в любом случае, даже если эта верность будет стоить ему жизни.

Неожиданно открывается потайная дверь, входит королева. Норфолк прячется в тень, как и Матильда с Энрико, которые уже перебрались сквозь отверстие в стене в камеру Лестера. Королева объявляет графу, что суд приговорил его к смерти, но она, Елизавета, не в состоянии утвердить приговор и пришла, чтобы дать ему бежать. Лестер отказывается, если он убежит, люди сочтут его бунтовщиком, он предпочитает умереть, просит только пощадить Матильду и Энрико. Королева качает головой, это невозможно, Норфолк уже обвинил их перед судом, как сообщников генерала по государственной измене. Норфолк?! Простодушный граф поражен, Елизавета резко высказывается в адрес вероломного Норфолка, тот, поняв, что все пропало, пытается убить королеву, но подоспевший Энрико обезоруживает его. Герцог схвачен, Лестер с Матильдой и Энрико прощены, остается только послушать финальную арию королевы.

Как нетрудно заметить, две главные мужские партии в опере отданы тенорам, но опрометчиво было бы полагать, что причины этого лишь творческие. Дело в том, что в Неаполе на тот момент были в избытке тенора, а с подходящими низкими голосами обстояло хуже. Конкретнее, в Неаполе подвизались самые известные тенора своего времени: Мануэль Гарсия, которого (цитируя Джакомо Лаури-Вольпи) считают «главой вокальной школы, заложившим основы великой итальянской традиции в пении», Джованни Давид и Андреа Ноццари. На них Россини и ориентировался, ибо в те времена композитору, будь он трижды велик и знаменит, приходилось сочинять для тех певцов, которых ему мог предложить театр, в «Елизавете», в частности, пели Гарсия и Ноццари. Увы, эта ситуация имела печальные для нас последствия, Россини написал целую серию опер с двумя большими теноровыми партиями («Отелло», «Гермиона», «Дева озера» и т.д.), которые в наше с вами небогатое россиниевскими тенорами время весьма сложно поставить, и даже когда это удается сделать, впечатление остается совсем не то, что от пения Гарсии и его коллег. Помимо прочего, в «Елизавете» Россини применил нововведение, он написал вокальные партии со всеми украшениями. Что это значит? Дело в том, что по общепринятой в то время практике, сложившейся еще в предыдущем веке, украшения были в воле певцов, они изобретали всяческие виртуозные пассажи, разные рулады, трели, и тому подобное, следуя собственному вкусу и, что самое важное, приспосабливая их к собственному голосу, дабы подать его в наилучшем виде. И вот Россини написал все фиоритуры сам и потребовал, чтобы певцы следовали партитуре. Стендаль полагает, что толчком к этому послужило исполнение кастрата Джованни Веллути, который в партию Арсаче («Аврелиан в Пальмире») ввел столько собственных украшений, что музыка автора стала совершенно неузнаваема. Так или иначе, начиная с «Елизаветы», Россини упразднил самодеятельность певцов, что, конечно, прекрасно, ибо благодаря этому творения композитора сохраняли первозданную целостность, но поскольку писал он эти партии для непревзойденных мастеров, они оказались почти недоступными для исполнения.

То же самое, естественно, относится и к партиям, написанным для Кольбран. По свидетельствам современников у нее был голос огромного диапазона, охватывавший почти три октавы, она могла петь как партии, предназначенные для легкого сопрано, так и таковые для контральто (не говоря уже о безупречном владении бельканто), и Россини писал для именно этого голоса, что отнюдь не облегчает задачу теперешних певиц.

Тем не менее, одна видеозапись «Елизаветы» в наличии есть, это спектакль туринского оперного театра 1985 года, партию Елизаветы в нем поет Лелла Куберли, в партии Матильды Даниэла Десси, а два тенора представлены Антонио Савастано (Лестер) и Рокуэлом Блейком (Норфолк); дирижер Габриэле Ферро.

Назовем и одну аудиозапись, в ней партию Елизаветы поет Монсеррат Кабалле, Норфолка – Уго Бенелли и Лестера – Хосе Каррерас, дирижер – Джанфранко Мазини, 1975 год.

ТОРВАЛЬДО И ДОРЛИСКА

Опера в двух действиях

Либретто Чезаре Стербини

Действующие лица:

Торвальдо	тенор
Дорлиска, его жена	сопрано
Герцог Ордов	бас,
Джорджо, сторож замка	бас
Карлотта, его сестра	сопрано
Ормондо, капитан воинов герцога	бас
Слуги, крестьяне, воины, гренадеры

«Торвальдо и Дорлиску» Россини написал для римского театра Валле (в том же театре была поставлена его первая, юношеская работа «Деметрий и Полибий»). На сцену опера вышла 26 декабря 1815 года.

В основе либретто Чезаре Стербини лежал роман Жана-Батиста Луве де Куврэ «Любовные похождения шевалье де Фобласа», успевший уже послужить источником для ряда других либреттистов и, естественно, композиторов. Плодом их трудов стали три оперы под названием «Лодоиска», авторы Луиджи Керубини (1791), Стефен Сторас (1794) и Симон Майр (1796).

«Торвальдо и Дорлиску», как и ее предшественниц «Лодоисок», относят к «операм спасения». Что это значит? А это такой оперный жанр, возникший в период Французской буржуазной революции, его характеризуют героические сюжеты (в частности, борьба с тиранией), драматические коллизии, всяческие ужасы, нагнетающиеся к концу, но в итоге следует обязательная благополучная развязка (отсюда название). И хотя либреттист ушел от «Лодоиски» достаточно далеко, жанровая принадлежность сохранилась, в чем мы убедимся, разобравшись с сюжетом «Торвальдо».

Акт 1

Действие происходит в замке герцога Ордов. Опера начинается немного непонятно, можно сказать, детективно. Сначала Джорджо, сторож замка, рассказывает нам, какой злодей его хозяин, что за кошмарная личность, ночью тот вооружился до зубов («Пистолеты! Шпагу!») и куда-то ушел, что такое замыслил этот негодяй? Потом возвращается ушедший ранее герцог, из его речей трудно что-то толком понять, вроде он убил соперника, но при этом потерял – кого? Ее! Она исчезла, его любимая, пропала! Подумав, он посылает на поиски своих людей во главе с Ормондо, еще что-то прикинув, убегает и сам.

В следующей сцене у ворот появляется Дорлиска, и все начинает потихоньку разъясняться. После нескольких попыток девушке удается достучаться до обитателей неизвестного ей замка, к которому она после долгих блужданий по лесу вышла. Ей открывает Карлотта, к которой чуть позже присоединяется Джорджо, и Дорлиска рассказывает им свою историю: она родом из Польши, вышла замуж за молодого дворянина Торвальдо, но только они пустились в свадебное путешествие, как в лесу на них напали люди герцога Ордов, прежде настырно предлагавшего ей руку и сердце, ей удалось скрыться, а что случилось с Торвальдо, бог весть. Узнав, что замок герцогу и принадлежит, она приходит в ужас, сердобольные брат и сестра намерены ей помочь, но тут опять-таки возвращается герцог и обнаруживает, что предмет его поисков (вот за кем он гонялся!) явился к нему сам. Без долгих проволочек он объявляет несчастной, что убил ее мужа, слышит в ответ, что он — чудовище, разъяряется, угрожая расправиться с ней так же, как с ее драгоценным Торвальдо, но потом успокаивается и велит посадить красавицу под замок.

В возмущенном Джорджо обнаруживаются задатки тираноборца, он решает донести губернатору о беззакониях, творимых его хозяином, и уходит, дабы отправить тому (губернатору, конечно) письмо. По возвращении он обнаруживает у ворот молодого крестьянина в пастушеском облачении. Это не кто иной, как Торвальдо, он не погиб, герцог счел его мертвым и оставил лежать на поле боя (или, скорее, разбоя), где его нашел некий пастух, накормивший его, обогревший и снабдивший соответствующей одеждой, а заодно и сведениями о судьбе жены, попавшей в руки герцога и заточенной ныне в его замке. Молодой человек, кажется, очень доволен собой и «военной хитростью», которую изобрел, дабы проникнуть в замок, а именно им заготовлено письмо, написанное якобы умирающим от смертельной раны Торвальдо, который перед тем, как отправиться в мир иной, простил своего обидчика и советует Дорлиске сделать то же самое.

Герцог, который тут как тут, читает письмо и воодушевленный воображаемыми надеждами, разрешает мнимому пастушку отдать его Дорлиске.

Вся троица, спев прекрасный терцет, отправляется проведать пленницу, которая от горя впала в прострацию, с трудом Джорджо удается растормошить ее, чтобы вручить письмо. Нетрудно догадаться, что прочтение последнего ввергает нечастную в еще большее отчаянье, Торвальдо не выдерживает и начинает утешать ее, однако при звуке его голоса Дорлиска не только оживает, но и, чего следовало ожидать, теряет самообладание и невольно выдает мужа. Герцог, разумеется, не дремлет, поняв, что его провели или пытались провести, он зовет стражников, и вот уже злополучный супруг Дорлиски водворен в темницу.

Акт 2

Джорджо собирает крестьян, уговаривая их «помочь двум несчастным и покарать одного негодяя». Крестьяне не против и всей гурьбой во главе с мятежным сторожем отправляются к месту заточения Торвальдо. Джорджо сообщает тому, что окрестные крестьяне взялись за оружие, что к исходу дня подоспеют шестьдесят гренадеров, и все вместе они освободят пленных супругов. Торвальдо находит этот момент особо подходящим для того, чтобы задержать Джорджо и прочих и спеть целую арию о своей любви к Дорлиске. Растроганные крестьяне обещают освободить его и посадить на его место тирана.

Тиран тем временем решает предпринять новую атаку на Дорлиску. Велев Джорджо привести пленницу, он ставит ее перед выбором: если она согласится стать его женой (как человек могущественный, он сумеет разорвать связывающие ее брачные узы), Торвальдо останется в живых, если нет, умрет. Поведение Дорлиски в этой, можно сказать, стандартной для драмы ситуации, необычно, она не колеблется, пожалуйста, если герцогу, которого она обзывает всяческими бранными словами, угодно убить невинного человека, пусть убивает, Разъяренный герцог угрожает смерью уже ей самой, Дорлиску это не смущает, напротив, она рада будет умереть. Ничего не добившись, Ордов уходит, оставив свою упрямую жертву на попечении Джорджо, к которому присоединяется его сестра. Дорлиска умоляет, чтобы ее пустили на несколько минут к мужу, Джорджо напуган этой просьбой, но девушке удается разжалобить Карлотту, и под натиском сестры Джорджо сдается и снимает с пояса ключи от темницы Торвальдо, надо заметить, с большой неохотой. И не зря. Почти сразу после ухода женщин является герцог, принявший решение окончательно избавиться от соперника, да, он прикажет Ормондо убить Торвальдо, стало быть, ему нужны ключи от помещения, где тот заперт. Он велит Джорджо дать ключи, у того, понятно, их нет, сторож пытается выкрутиться так и сяк, наконец ляпает, что ключи забрала сестра. Герцог, осыпая его угрозами, тащит в темницу, где Торвальдо и Дорлиска никак не могут проститься, несмотря на мольбы Карлотты поспешить. Всеобщее замешательство, изящный квинтет, герцог угрожает убить всю четверку, четверка молит о пощаде, Дорлиска для Торвальдо, Торвальдо для Дорлиски, Карлотта для… «нас», говорит она, имея в виду то ли всех, то ли себя с братом… ну а храбрый Джорджо просит за самого себя. Герцог неумолим, в его руке шпага, сейчас…

В последнюю секунду звучит набат, вбегает Ормондо с криком, что в замок ворвались окрестные крестьяне и сотня солдат, которым отворили ворота слуги, и… И все! Толпа сметает людей герцога, сам он брошен в темницу, а пленники освобождены.

В свое время опера имела успех и довольно долго шла на сценах Италии, но позднее была забыта, как и многие другие. Когда именно о ней вспомнили, сказать трудно, но в последнее десятилетие ее поставили дважды, преподнеся слушателям очередную порцию прекрасной музыки. Спектакль пезарского фестиваля 2006 года заснят на DVD, его мы и предлагаем вниманию наших читателей. Конечно, к подобному сюжету ныне трудно отнестись всерьез, и постановщики разумно привнесли в спектакль некую долю иронии, герцог Ордов (Микеле Пертузи) зловещ донельзя, а героический Джорджо вызвает улыбку уже потому, что его роль исполняет комический бас Бруно Пратико; Торвальдо – Франческо Мели, Дорлиска – Дарина Такова; дирижер – Виктор Пабло Перез.

СЕВИЛЬСКИЙ ЦИРЮЛЬНИК

(АЛЬМАВИВА или ТЩЕТНАЯ ПРЕДОСТОРОЖНОСТЬ)

«Я уверен, что «Севильский цирюльник» с его

богатством оригинальных мелодических идей, с

его чувством комического, с его декламационной

правдой, лучшая в мире опера-буффа»

Джузеппе Верди

Опера в 2 актах

Либретто Чезаре Стербини

Действующие лица:

Граф Альмавива	тенор
Бартоло, доктор медицины, опекун Розины	бас
Розина, его богатая воспитанница	контральто
Фигаро, цирюльник	баритон
Базилио, учитель музыки Розины	бас
Фиорелло, слуга Альмавивы	тенор
Берта, служанка Бартоло	сопрано
Офицер стражи	бас
Амброджио, слуга Бартоло, мим

Как мы уже говорили, в 1815 году Россини стал музыкальным руководителем двух неополитанских театров и принялся писать оперы-сериа для примадонны Изабеллы Кольбран, не признававшей комический жанр. Среди опер, предназначенных для Кольбран, есть немало известных и доныне исполняемых, как «Дева озера», «Семирамида», «Моисей в Египте» и так далее. И однако на наш взгляд чего-то этим операм не хватает, возможно, того блеска, изящества, остроумия, которых так много в операх-буффа Россини. К счастью, молодой, полный сил композитор не прекращал работать «на сторону» и параллельно с неополитанскими своими творениями написал «Севильского цирюльника», «Золушку», «Газету».

«Севильский» появился на свет «с подачи» импрессарио римского театра у Торре Арджентина (впоследствии просто Арджентина) герцога Франческо Сфорца Чезарини. Герцог предложил Россини написать для нового карнавального сезона (в ту пору в итальянских театрах различали весенний сезон, осенний и карнавальный – от рождества до марта) оперу-буффа. Кроме жанра оговаривалось дополнительное условие, в опере должен был петь испанский тенор Мануэль Гарсиа, недавно исполнявший у Россини в «Елизавете» партию Норфолка. Россини согласился, и начались поиски темы для либретто. Герцог обратился к поэту Ферретти, но предложенный тем сюжет не устроил Россини, и он уговорил герцога предпочесть Чезаре Стербини, с которым перед тем работал над «Торвальдо и Дорлиской». Тут тоже дело сдвинулось не сразу, Россини отверг несколько предложений либреттиста, а потом сказал, что хотел бы в качестве основы для либретто нечто вроде «Севильского цирюльника» Бомарше. За чем же дело стало, почему не попросту «Цирюльник»? — осведомился Стербини, и Россини поделился с ним своими сомнениями. Дело в том, что на этот сюжет уже существовала написанная в 1782 году опера Паизиелло (и не она одна), исполнявшаяся повсюду и считавшаяся шедевром. Помимо опер, Паизиелло славился своим ревнивым, завистливым характером, и 24-летний Россини слегка побаивался маститого соперника (как оказалось, не зря). В конце концов, он все-таки взялся за сюжет Бомарше, правда, решено было дать опере другое название: «Альмавива или Тщетная предосторожность». Почему нет, тем более, что главная роль предназначалась тенору.

Либретто было написано очень быстро, за 11 дней, а Россини работал чуть дольше, две недели, увертюру, правда, то ли не успел написать, то ли поленился, потому приспособил уже использованную, причем, дважды, в «Аврелиане в Пальмире» и в «Елизавете, королеве Англии». Были и другие самозаимствования, но небольшие.

Премьера была назначена на 20 февраля. Театр Арджентина был переполнен, однако отнюдь не все явились на спектакль с добрыми намерениями. Если нашему читателю довелось побывать в Риме, он должен знать, что прямо перед театром на Ларго Арджентина (это такая площадь) находится археологическая зона с раскопанными остатками зданий республиканского периода Древнего Рима, и именно там был некогда убит заговорщиками Юлий Цезарь. В оперном мире своего времени Россини вполне мог считаться своего рода Цезарем, во всяком случае, с полным правом отнести к себе знаменитое «veni, vidi, vici». И вот 29 февраля 1816 года в нескольких десятках метров от места убийства Цезаря собрались другие заговорщики, дабы убить — не автора, правда, но его оперу. Ходили слухи, что Паизиелло лично вдохновлял этот заговор, так это или нет, но его приверженцы задались целью провалить премьеру. Шум в зале поднялся еще до начала спектакля. Когда в оркестр вышел Россини, из зала посыпались издевательские реплики по поводу цвета и покроя его фрака, «историческая фраза», которой он отреагировал на этот шквал, звучала примерно так: «Если они так расправляются с портным, то что же они сделают с композитором?» Что сделают с композитором, выяснилось быстро, с самого начала вопли, крики, свист заглушали музыку, и так оно пошло, то шум, то гробовое молчание вместо аплодисментов. Словом, опера провалилась, и поклонники Паизиелло разошлись по домам довольные.

Однако на следующий день враги молодого композитора не обеспокоились тем, чтобы повторить вчерашнее, дело, как они полагали, было сделано, с «Альмавивой» покончено раз и навсегда, так что не удостоили спектакль своим посещением, и зал на сей раз был полон нормальной публики. Уже с первого номера стало понятно, что на смену провалу идет триумф, публика была в полном восторге, без конца требовала бисировать, а после первого акта стали вызывать композитора, и тут выяснилось, что Россини в театре нет, сказавшись больным, он остался дома. Тогда целая толпа зрителей отправилась за ним, удивленного композитора, подняли, одели и потащили в театр, дабы вывести после спектакля на сцену и наградить заслуженными овациями.

Успех «Альмавивы» или, как теперь его называют, «Севильского цирюльника», уже со следующего года выплеснулся за пределы Италии и не иссякает по сей день. Это одна из самых репертуарных опер, ежегодно ее ставят десятки театров.