Краткие либретто опер Россини

Одноактная опера « Случай делает вором» или «Перепутанные чемоданы» была написана в 1812 году для венецианского театра Сан-Мозе (того, в котором была поставлен «Вексель на брак», первая опера Россини, увидевшая свет рампы, он написал для этого театра пять опер, «Случай» был четвертой из них). Премьера состоялась 24 ноября, всего лишь через два месяца после беспримерного успеха на сцене Ла Скалы «Пробного камня». Либретто написал Луиджи Привидали на основе водевиля Эжена Скриба «Претендент по случаю или Случай делает мошенником».

Сюжет довольно-таки запутанный, попробуем изложить его более-менее связно.

Итак, Дон Парменионе де Кастельнова, застигнутый в дороге бурей (слушатель может с удовольствием узнать ту самую, из «Пробного камня», впоследствии «Цирюльника» и т. д.), пережидает непогоду на постоялом дворе вместе со своим слугой Мартино, изрядным трусом, трясущимся при каждом ударе грома.

Однако молодой аристократ не единственный путник, вынужденный прервать путешествие. Открывается дверь, появляется второй, это граф Альберто, которого Парменионе приглашает к столу и предлагает бокал вина. Граф торопится в Неаполь к невесте, с которой пока незнаком, их сосватали родители, как только буря утихает, он немедленно пускается в путь, прихватив по ошибке вместо своего багаж Парменионе. Тот расстроен, но тут любопытный слуга открывает чужой чемодан и запускает туда руку. Деньги, паспорт… Портрет! Все прочее хозяина не интересует, но портрет он рассматривает, изображенная на нем девушка хороша, и Парменионе принимает импульсивное решение: он воспользуется случаем, выдаст себя за Альберто и отобьет у него красавицу-невесту.

Невеста тем временем размышляет над своим положением. Отец обещал ее сыну своего друга, но что из себя представляет этот сын? Нельзя же выйти замуж неизвестно за кого! И замышляется второе переодевание, Берениче обменяется одеждой со своей горничной. На самом деле переодевание уже третье, ибо горничная тоже не совсем горничная, под этой личиной скрывается подруга Берениче Эрнестина, не кто-нибудь, а сестра графа Эрнесто, она бежала из дому с неким соблазнителем, но когда расценила его претензии как чрезмерные, молодой человек ее покинул, и девушка укрылась в доме Дона Эвсебио.

Понятно, что возникает жуткая путаница. Парменионе является первым, ему в качестве невесты представляют Эрнестину, он сразу видит, что она — не красавица с портрета, но сие не суть важно, эта нравится ему даже больше (добавим, что девушка с портрета и не Берениче, в самом конце выяснится, что то была сестра обладателя багажа). Вслед прибывает Альберто, который сходу натыкается на «горничную», то бишь переодетую Берениче, которая немедленно похищает его сердце. Впрочем, и Берениче он по вкусу. Тут, естественно, входит самозванный граф. Молодые люди принимаются оспаривать друг у друга имя и право на невесту. Как разобраться в этой чертовщине? Берениче, которой уже не до шуток, сбрасывает личину и пытается экзаменовать Парменионе, тот за словом в карман не лезет, и хотя девушка подозревает, что самозванец именно он, доказательств нет. Дядя и Эрнестина расспрашивают слугу, Мартино поет целый монолог о своем хозяине, ухитрившись при этом практически ничего конкретного не сказать. Недалеко уже до дуэли между претендентами, но тут двое мужчин обнаруживают, что интересы у них разные, и заключают мир.

Альберто признается в любви Берениче, а Парменионе – Эрнестине, заодно он открывает свое подлинное имя и цель приезда в Неаполь. Выясняется, что его друг граф Эрнесто болен и поручил ему заняться поисками пропавшей графской сестры. Вот она я! – сообщает Эрнестина, которой Парменионе понравился с первого взгляда, и две пары влюбленных счастливо обретают друг друга.

Оперу можно посмотреть и послушать, в продаже есть DVD, это еще одна запись со Швецингенского фестиваля. Постановка 1992 года, дирижер Джанлуиджи Джельметти, исполнители Натале де Каролис (дон Парменионе), Алессандро Корбелли (Мартино), Сюзан Паттерсон (Берениче), Моника Бачелли (Эрнестина), Роберт Гэмбилл (Альберто). Однако надо сказать, что если Каролис, Корбелли и Бочелли здесь на высоте, то тенор и сопрано заметно им уступают, что не позволяет оценить оперу по достоинству, посему рекомендуем поискать в интернете и найти спектакль пезарского фестиваля 1987 года, примечательного тем, что в нем партии сопрано и тенора исполняют Лючана Серра (Берениче) и Рауль Хименес (Альберто), это другой уровень.

СИНЬОР БРУСКИНО

или СЫН ПО СЛУЧАЮ

Опера в одном действии

Либретто Джузеппе Фоппы

Действующие лица:

Гауденцио, опекун Софии	бас
София	сопрано
Брускино-отец	баритон
Брускино-сын	тенор
Флорвиль, возлюбленный Софии	тенор
Филиберто, хозяин гостиницы	бас
Комиссар полиции	тенор
Марианна, горничная	меццо-сопрано

«Синьор Брускино» был написан для венецианского театра Сан Мозе, на сцену которого вышел 27 января 1813 года. И провалился. Особенно публику возмутило то, что в увертюре музыканты должны были время от времени стучать смычками по пюпитрам. Не удивляйтесь, это теперь можно хоть по головам слушателей колотить и даже не смычками, а трубами и кларнетами, назавтра появятся восторженные статьи о беспримерном новаторстве, но тогда были иные времена и нравы. Конечно, претензиями к увертюре дело не ограничивалось, были и другие, в частности к интриге, показавшейся слишком запутанной, что понятно, ведь в одноактную оперу была спрессована пятиактная французская пьеса (авторы Алиссан де Шазе и Морис Ури). Как бы то ни было, а случилось фиаско, как выражался сам Россини, которого подобный исход не пугал, такое происходило нередко. Но обычным бывало и дальнейшее: опера ставилась и имела успех на протяжении многих десятков лет, что произошло и с «Синьором Брускино».

Попробуем изложить эту самую запутанную интригу более-менее четко.

Действие происходит в поместье Гауденцио Страппапупполе. В особняк при пособничестве горничной Марианны пробирается Флорвиль, сын сенатора Флорвиля, заклятого врага Гауденцио. Цель прихода – пообщаться с воспитанницей Гауденцио Софией, с которой у Флорвиля роман. Он сообщает ей о смерти своего отца, которая по идее должна положить конец вражде между семействами, и тогда, возможно… Но нет, невозможно, София расказывает ему, что опекун обещал ее руку сыну своего знакомого синьора Брускино, причем жениха никто в глаза не видел, ни сам опекун, ни предполагаемая невеста.

Влюбленные печально расстаются, но на выходе Флорвиль сталкивается с Филиберто, хозяином гостиницы, у того письмо от Брускино-сына, услышав эту фамилию, Флорвиль, смекнув, что может узнать нечто полезное, представляется Филиберто как кузен молодого человека. Выясняется, что парень — игрок, пьяница и бабник и в данный момент задолжал хозяину гостиницы 400 франков, почему и заперт на чердаке, и Филиберто принес от него письмо к отцу, который скоро прибудет сюда, с просьбой выплатить долг. Флорвиль забирает письмо, а взамен сует Филиберто кошелек, тут половина долга, остальное потом, пока же пусть он постережет должника. Довольный хозяин гостиницы уходит, а Флорвиль решает выдать себя за Брускино-сына, дабы заполучить Софию.

Появляется Гауденцио, человек, кажется, добродушный и жизнелюбивый. Ему передают письмо, это фальшивка, состряпанная Флорвилем, в ней якобы Брускино-отец просит срочно найти и посадить под замок его непутевого сына, чтобы тот прекратил швыряться деньгами. Описание молодого человека прилагается и один к одному подходит к Флорвилю – естественно! Гауденцио посылает слуг, те вылавливают мнимого Брускино-сына и приводят в дом. Тот начинает немедленно каяться в своих прегрешениях со слезами и биением в грудь, и ему удается произвести хорошее впечатление на Гауденцио.

Но настоящее испытание впереди. Прибывает Брускино-отец, Гауденцио уговаривает его простить сына – в конце концов, все они в молодости вели себя не слишком пристойно, а юноша уже осознал… Ну и так далее. Затем мнимый сын призывается пред очи «отца». Флорвиль, которому нечего терять, начинает ломать комедию, каяться, просить прощенья. Удивленный Брускино-старший отказывается признать сына в незнакомом молодом человеке. Гауденцио воспринимает это как чрезмерную суровость по отношению пусть и легкомысленному, но симпатичному юноше, наседает, потом старика начинает обхаживать София. Все напрасно, Брускино упирается, это не его сын. Он требует вызвать полицию, является комиссар, который сравнивает почерк двух писем, тот одинаков, стало быть, их писал один человек, вывод (надо сказать, спорный, речь о письмах, которые фигурировали по ходу действия) таков: Флорвиль — это Брускино-сын. Масла в огонь подливает приход Филиберто, который называет Флорвиля синьором Брускино.

У бедного Брускино-отца голова идет кругом, к счастью, чуть позже ему удается переговорить с Филиберто наедине, и, наконец, выясняется, что настоящий сын заперт в гостинице за неуплату долга, а Флорвиля Филиберто назвал Брускино, поскольку тот представился ему как кузен его постояльца. Брускино-старший велит Филиберто привести сына, а пока прячется в надежде подслушать что-нибудь, что позволит ему понять подоплеку происходящего. Ему везет, он слышит реплику Флорвиля, надо, мол, жениться поскорее, пока Гауденцио не узнал, что он сын того самого сенатора, его врага.

Брускино-старший понимает все, теперь преимущество осведомленности у него, и он решает уже сам позабавиться за счет Гауденцио. Он объявляет тому, что пришел в себя, узнал сына и настаивает на немедленном бракосочетании. Гауденцио, перед тем выспросивший Софию и выяснивший, что та влюблена в мнимого Брускино-сына, соглашается и благословляет молодую пару.

И тут в комнату входит настоящий сын. Озадаченному Гауденцио объясняют, кто есть кто, узнав, что Флорвиль – сын его врага, он выходит из себя, но быстро сдается, и все, как и положено в этом жанре, кончается благополучно.

Для тех, кто хочет познакомиться с этой оперой – а она, безусловно того заслуживает, найдется и пара записей. Рекомендуем одну, видео, это очередной спектакль Швецингенского фестиваля 1989 года, дирижирует им тот же Джанлуиджи Джельметти, в главных партиях тоже уже известные нашему читателю исполнители: Алессандро Корбелли (Гауденцио), Альберто Ринальди (Брускино-отец), Амелия Фелле (София), Давид Кюблер (Флорвиль).

ТАНКРЕД

Героическая мелодрама в двух действиях

Либретто Гаэтано Росси

Действующие лица:

Арджирио	тенор
Аменаида, его дочь	сопрано
Танкред	контральто
Орбаццано	бас
Изаура	меццо-сопрано
Руджеро	меццо-сопрано

«Танкред» — десятая опера Россини. Она написана в жанре опера-сериа на либретто Гаэтано Росси по одноименной трагедии Вольтера.

По слухам Россини понравился сюжет, напомнивший ему о прочитанном в детстве «Освобожденном Иерусалиме» Торквато Тассо. Память подвела то ли тех, кто слухи распространял, то ли самого Россини, поскольку вольтеровский Танкред не имеет ничего общего с Танкредом Тарентским, героем первого крестового похода и поэмы Тассо. Действие трагедии Вольтера происходит в 1005 году, за девяносто лет до того, как крестоносцы выступили в поход. В 1005 году жил, правда, другой Танкред, Отвильский, приходившийся крестоносцу прадедом, однако он был скромным нормандским сеньором, обитавшим в своем маленьком замке там, в Нормандии, и его участие в судьбах Сицилии, где проходит действие трагедии Вольтера и оперы Россини, ограничилось тем, что он произвел на свет 12 сыновей, игравших не последнюю роль в норманнских завоеваниях в Италии. Один из них, Роджер Сицилийский, будущий граф Сицилии, захватил в 1061 году – всего со 150 всадниками – Мессину, а затем и почти всю Сицилию, кроме Палермо, завоеванного в 1072 году его братом Робертом Гвискаром, тоже парнем не промах, перед этим он покорил Апулию и Калабрию.

Так что вольтеровский Танкред – лицо выдуманное, как, собственно, и вся ситуация. Обратившись к истории Сицилии, мы можем выяснить, что с 7 века до н.э. островом владели главным образом греки, соседствовавшие, правда, с карфагенянами. С середины 3 века до н.э. и до распада западной Римской империи Сицилия принадлежала Риму, после следовавшего за этим краткого пребывания на ней вандалов и остготов, остров отвоевали византийцы, сохранявшие его в составе теперь уже Восточной Римской империи в течение трех веков. В 827 году на Сицилии высадились арабы или, как их именовали тогда, африканские сарацины, из Туниса и Марокко, за сто лет полностью захватившие остров, пребывавший в их владении до 1061 года, когда появились норманны. О «королевстве Сиракузы», которое фигурирует у Вольтера и к тому же именуется в тексте республикой, нигде не упоминается. Ну да не важно! Ведь Вольтер писал не историческую драму, а «рыцарскую трагедию».

Либреттисты изложили эту трагедию близко к тексту. Получилось так:

Акт 1

Во дворце Арджирио, главы сиракузского сената, собрались рыцари. Все радуются, что с гражданской войной, истощавшей город, покончено, да и не до того теперь, когда Сиракузы осаждены сарацинами. Арджирио призывает дать им отпор. Сам он, по его мнению, слишком стар, чтобы вести войско в бой, потому предлагает Орбаццано возглавить защитников Сиракуз. Надо забыть старую вражду между их кланами и вместе спасать родной город. Орбаццано согласен, в знак примирения он просит руки дочери Арджирио Аменаиды и, разумеется, намерен защищать Сиракузы от любых врагов, к коим тут же причисляет, помимо предводителя сарацин Соламира, еще и Танкреда, на последнего у него давно зуб. Но это касается врагов, а кто защитит Сиракузы от предательства? — спрашивает он. Старинный закон, — отвечает ему Арджирио, — согласно которому предатель подлежит смертной казни независимо от возраста и пола. Отлично! Былые враги обнимаются, Арджирио обещает Орбаццано Аменаиду.

Однако Аменаида иного мнения. Будет забыта старая вражда или нет, ее не волнует, она не собирается выходить замуж за Орбаццано, ибо любит другого. Другой это Танкред, храбрый рыцарь, потомок благородного французского рода, изгнанного из Сиракуз за излишнее стремление к власти. Танкред отправился в Константинополь (где они с Аменаидой и познакомились, так, по крайней мере, повествуется в трагедии Вольтера), поступил на службу к византийскому императору и одержал немало славных побед, но теперь он возвращается, и Аменаида решает поторопить возлюбленного, отправив ему с помощью своей подруги Изауры, нашедшей гонца, письмо. В письме она призывает его вернуться и владеть Сиракузами так же, как и ее сердцем. Однако имени адресата в письме нет — почему, не очень понятно, самое естественное объяснение, что иначе просто не вышло бы никакой интриги.

Танкред действительно высаживается на Сицилии (и поет знаменитую арию «Di tanti palpiti…), но письмо дло него не доходит, гонца перехватывают агенты Орбаццано, причем недалеко от лагеря сарацинов, отсюда вывод, что адресовано оно предводителю последних Соламиру, который, между прочим, тоже сватался к прекрасной дочери Арджирио. Иными словами, Аменаида уличена в сношениях с врагом отечества, она — предательница.

Однако об этом мы узнаем чуть позже, а пока, еще до того, как разразится скандал, Арджирио сообщает девушке, напрасно пытающейся уклониться от ненавистного брака, что в Мессине появился Танкред, как он предполагает, ведомый чувством мести, но вместо торжества тайных планов его ждет смерть. Что касается Аменаиды, ей надлежит выполнить свой долг перед отцом и городом и стать женой Орбаццано, причем немедленно, ведь тому придется прямо из храма отправиться на поле боя защищать Сиракузы. Арджирио удаляется, а Аменаида в отчаяньи, ведь, получив письмо, Танкред может поспешить в Сиракузы себе на гибель. Впрочем, тот уже рядом, пока она ломает руки, Танкред выходит из укрытия (у Вольтера влюбленные встречаются только в самом конце, но опера – другой жанр, обходиться без дуэта влюбленных на протяжении двух актов не по-оперному), перепуганная Аменаида, умалчивая о предстоящей свадьбе, умоляет его бежать, спасаться. Бежать Танкред не намерен, но у него хватает осторожности, чтобы скрыть свое подлинное имя. В следующей сцене, в которой народ приветствует Орбаццано, который будет вести войско в бой сразу после бракосочетания с Аменаидой, Танкред, с ужасом узнавший, что его возлюбленная должна стать женой другого, тем не менее предлагает Арджирио свою рыцарскую помощь в защите города, желая при этом сохранить инкогнито. Предложение принято, его приглашают остаться на свадебную церемонию, но тут Аменаида объявляет отцу, что не согласится на брак с Орбаццано даже под страхом смерти.

Впрочем, смерть грозит ей по совсем другому поводу. Входит Орбаццано со злополучным письмом в руке. Он требует, чтобы Арджирио зачитал письмо вслух, тот читает, всеобщее потрясение – как, Аменаида призывает Соламира! Напрасно девушка отрицает вину, все верят в ее измену, даже Танкред. Отец отказывается от нее, все требуют ее смерти, только подруга Изаура ей верна, но это ей не поможет, duralex, sedlex, как сказали бы древние римляне, закон суров, но это — закон.

Акт 2

И вот несчастная в темнице, и нет ей спасения. Сенат вынес ей смертный приговор, под которым даже ее родной отец поставил свою подпись. Орбаццано доволен, его отвергли, но он отомщен, Изаура возмущена, Арджирио убит горем, сама несчастная жертва судебной ошибки может утешить себя лишь мыслью, что когда-нибудь Танкред узнает истину, и больше никаких надежд… Одна, впрочем, есть. «Божий суд».

Напомним, что в раннем средневековье существовал подобный «метод» определения виновности, обвиняемого испытывали огнем, водой и тому подобное, а еще существовала такая разновидность, как поединок. Если обвиняли женщину, за нее мог заступиться какой-нибудь рыцарь, который должен быть сразиться с противником, назначенным обвинением. В случае, если защитник побеждал, обвиняемая объявлялась невиновной, считалось, что сам господь бог указал, где истина.

Итак, Аменаиду может спасти только «божий суд». И тут на на сцену благородно выходит Танкред. Он вполне уверовал в измену возлюбленной, двойную измену, ведь она предала не только их любовь, но и родной город, но все-таки решает сразиться за нее. Поединок между ним и представителем обвинения Орбаццано заканчивается победой Танкреда и гибелью Орбаццано. Возглавить войско теперь некому, и Танкред вызывается идти в бой вместо Орбаццано. Аменаиду тем временем освобождают, она встречается с возлюбленным, который осыпает ее упреками, обвиняет в измене, с трудом ей удается убедить его, что письмо, из-за которого она чуть не отправилась на тот свет, было адресовано ему, Танкреду. После чего воодушевленный рыцарь отправляется на поле боя и, конечно, разбивает сарацин, а затем влюбленные счастливо соединяются.

У Вольтера, однако, все кончается по-другому, это жизнерадостный Россини предпочел благополучный финал, правда, позднее он написал еще один, соответствующий вольтеровскому (либретто подправил граф Луиджи Леки), в этом варианте Танкред уходит в бой в неведеньи, его смертельно ранят, приносят с поля боя, только тогда Арджирио открывает ему, что злополучное письмо было адресовано вовсе не Соламиру, умиротворенный рыцарь просит отца Аменаиды соединить его руку с рукой возлюбленной и умирает.

В итоге постановщики, во всяком случае, нашего времени, совершенно запутались, вплоть до того, что стали ставить оба финала, так в спектакле Швецингенского фестиваля, который мы рекомендуем вашему вниманию, идет сначала несчастливый финал, потом счастливый.

«Танкред» появился на сцене театра Ла Фениче, для которого и был написан, 6 февраля 1813 года после долгих по тем временам репетиций. Случился и казус. Роль Танкреда играла синьора Маланотте, Россини отдал партию главного героя контральто, ибо в тот период, который можно назвать переходным, кастраты, исполнявшие в восемнадцатом веке героические партии, уже почти исчезли, а тенора еще во владение соответствующим репертуаром не вступили, и, как ни удивительно, героями – не героинями, а именно героями — на время заделались женщины, по сходству голосов, надо понимать. Так вот на последней репетиции Маланотте вдруг взбунтовалась и потребовала написать ей новую выходную арию, в старой, мол, ей трудно показать себя. Обескураженный Россини пришел к себе в гостиницу и сел за стол. Для него поставили вариться рис, гурман любил, чтобы это действо, то бишь варка риса, длилось ровно пятнадцать минут, не больше, не меньше, и вот за эти четверть часа композитор и написал новую арию, ту самую «Ditantipalpiti», почему ее и стали называть «рисовой».

Ария Маланотте понравилась, но на этом злоключения Россини не закончились, на премьере две исполнительницы, сама Маланотте и певшая Аменаиду Манфредини после первого акта вдруг потеряли голос, и представление пришлось прекратить. Анекдот, но то же самое повторилось во время второго спектакля, довести до конца удалось только третий.

«Танкреда» в последние годы ставят нередко, есть и несколько видеозаписей. Упомянутая выше постановка Швецингенского фестиваля 1992 года сделана в сотрудничестве с Ла Скалой, дирижирует ею все тот же Джанлуиджи Джельметти, а состав исполнителей не оставляет желать лучшего: Танкреда поет замечательное контральто Бернадетта Манка ди Нисса, Аменаиду – испанское сопрано Мария Байо, Арджирио – известный аргентинский тенор Рауль Хименес и Орбаццано – не менее известный бас Ильдебрандо д,Арканджело.

В продаже есть и другие записи, например, спектакль флорентийского фестиваля Маджио Музикале 2005 года, в котором партию Танкреда поет Даниела Барчелона, Арджирио — тот же Хименес, Аменаиду — Дарина Такова и Орбаццано — Марко Спотти; дирижер Риккардо Фрицца. Тоже хорошее исполнение.

А если вы испытываете тягу к совершенству, то поищите записи, в которых партию Аменаиды исполняет несравненная Мариэлла Девиа, справедливо заслужившая славу лучшей современной певицы в стиле бельканто.

ИТАЛЬЯНКА В АЛЖИРЕ

Опера в 2 действиях

Либретто Анджело Анелли

Действующие лица:

Мустафа, алжирский бей	бас
Эльвира, его жена	сопрано
Зульма, доверенная рабыня Эльвиры	меццо-сопрано
Али, капитан алжирских корсаров	бас
Линдоро, молодой итальянец, возлюбленный Изабеллы, любимый раб Мустафы	тенор
Изабелла, итальянка	контральто
Таддео, спутник Изабеллы	бас
Евнухи сераля, алжирские корсары, итальянские рабы и т.д.

Венецианская публика еще упивалась «Танкредом», вышедшим на сцену «Ла Фениче» 6 февраля 1813 года, а Россини уже писал для нее новую оперу, на сей раз буффа, и теперь уже для театра Сан-Бенедетто. Он приступил к работе в апреле, сочинял 23 дня, а 22 мая «Итальянка» увидела свет рампы и вызвала у слушателей поистине безумный восторг.

Предполагается, что либретто оперы навеяно историей Роксоланы. Раньше она (история) считалась легендой, теперь как будто оказалась былью, во времена Россини думали, что речь, возможно, идет об итальянке, ныне утверждают, что героиня истории – украинка. В возрасте 15 лет она попала в руки крымских татар (по прежним рассказам – корсаров), была продана в рабство и оказалась в гареме турецкого султана Сулеймана Великолепного. Она моментально прибрала властителя к рукам и вертела им, как хотела. Родила ему нескольких детей, умудрилась стать его законной женой, ухитрилась даже, дабы возвести на трон собственного отпрыска, убедить султана, что наследник того, то бишь сын от первой жены, — участник заговора против отца, и несчастного казнили. И так далее, и тому подобное.

Собственно, либретто оперы не имеет с этой историей почти ничего общего (что на самом деле к лучшему, в интригах и преступлениях, приписываемых Роксолане, забавного мало), это просто слабый отзвук легенды.

Действие происходит не в Турции, а в Алжире, и тот, кого обводят вокруг пальца, алжирский бей Мустафа. А итальянка это красавица Изабелла, отважно отправившаяся на поиски пропавшего жениха Линдоро, тот угодил в плен к корсарам и был продан в рабство тому самому Мустафе, Изабелле, впрочем, это до поры, до времени не ведомо, она просто села на корабль в сопровождении очередного поклонника по имени Таддео и плывет. Куда? Не суть важно, ибо корабль терпит бедствие, и пассажиры попадают в лапы алжирских корсаров, что как нельзя более кстати для их капитана Али.

Дело в том, что Мустафе надоела его жена Эльвира, которая слишком крепко его любит, и с сетований которой начинается опера, и Мустафа решает сменить ее на другую. Он поручает Али добыть ему какую-нибудь красавицу, лучше всего итальянку, и пока тот выполняет поручение, сам Мустафа изыскивает способ избавиться от Эльвиры. О, гениальная идея! Он зовет Линдоро и предлагает ему получить свободу, для чего тот должен жениться на Эльвире. Линдоро, естественно, думает только об Изабелле и выдвигает ряд возражений, а вернее, претензий, требуя, чтобы у невесты была масса достоинств. Но когда Мустафа обещает посадить его на корабль и отправить в Италию, молодой человек сдается, в конце концов, он не дурак, от Эльвиры он сумеет избавиться, мало ли на свете мужчин, которые захотят взять ее в жены или любовницы, именно это он чуть позднее и объясняет злополучной брошенной жене.

Тем временем корсары доставляют пленников во дворец Мустафы. Узнав, что ее предназначают в жены или наложницы бею, Изабелла, дабы сохранить, так сказать, свободу рук, выдает себя за племянницу Таддео, тот устраивает ей сцену ревности, но после небольшой перепалки все-таки соглашается играть роль дяди. Бей сражен как красотой Изабеллы, так и ее кокетством, она немедленно пускает в ход все свое искусство обольщения, и Мустафа теряет голову. В разгар этой сцены входят Линдоро, Эльвира и Зульма, которая должна сопровождать Эльвиру в Италию, они хотят проститься с беем перед отплытием. Изабелла и Линдоро узнают друг друга, однако прекрасная итальянка сохраняет самообладание, не дав Мустафе высказать возникшие подозрения, она первая начинает выяснять кто есть кто и, узнав подоплеку происходящего, устраивает Мустафе головомойку за недостойное обращение с женой. Она отучит его от варварских обычаев, отъезд отменяется, а Линдоро должен стать ее невольником. Всеобщая суматоха, в музыкальном смысле бурный ансамбль, венчающий первый акт.

Второй акт начинается с хора евнухов, сообщающих слушателям, что Мустафа, сраженный любовью, стал глупцом и остолопом. Сам Мустафа прихорашивается, он собирается идти к Изабелле пить кофе и посылает сообщить прекрасной пленнице о своем намерении бывшую жену.

Прибегает перепуганный Таддео, Али угрожает посадить его на кол, и злосчастный итальянец просит у бея защиты. Тот милостиво дарует ему звание Великого Каймакана. Таддео ошеломлен непонятной честью, которую ему оказали, и не прочь от нее избавиться, впрочем, хор помогает ему разобраться, что к чему, принимаясь славить Каймакана, как покровителя мусульман, а Мустафа многозначительно добавляет, что званием он обязан достоинствам своей племянницы. Таддео в затруднении, если он откажется быть Каймаканом, его посадят на кол, а если согласится, ему придется «держать свечу»… Поразмыслив, он все-таки предпочитает остаться Каймаканом.

Изабелла тем временем наряжается, готовясь к встрече с беем, любуется собой в зеркале, поучает Эльвиру, потом велит ей остаться и посмотреть, как следует обращаться с мужчинами. Линдоро, с которым она успела перекинуться парой фраз, объясниться и сговориться, неподалеку.

Мустафа отправляется пить кофе, он берет с собой Таддео, которому надлежит по знаку (чиху) бея уйти и оставить его наедине с красавицей. Полюбезничав с Изабеллой, Мустафа чихает, но Таддео не уходит, сделав вид, что не слышит. Мустафа выходит из себя, Изабелла и еще подливает масла в огонь, позвав Эльвиру и уговаривая бея с ней помириться. Рассерженный Мустафа напускается на всю компанию, нечего держать его за идиота.

Изабелла разработала план, как околпачить бея и бежать вместе со всеми итальянскими рабами, Линдоро и Таддео должны помочь ей, второй при этом не подозревает, кто первый, и считает, что Изабелла старается ради него. Следует известный терцет Мустафы, Линдоро и Таддео, итальянцы сообщают бею, что Изабелла его любит и хочет, чтобы он стал ее «паппатачи», Мустафа готов на все, но хочет тем не менее знать, что это такое, и ему вдохновенно объясняют, что паппатачи – любимцы женщин, живут среди красоты и и ласки, а главное их занятие – есть, пить и спать. Мустафе все это весьма по душе, и он радостно соглашается вступить в ряды паппатачи. Ему сообщают, что будет торжественная церемония посвящения и клятва.

Появляются итальянские рабы во главе с Изабеллой, которая призывает их не много, не мало, а подумать о родине и исполнить свой долг, все на все готовы.

Начинается церемония, задуманная для того, чтобы облегчить побег, переодетые итальянцы со свечами собираются вокруг «новобращенного», Мустафе зачитывают слова присяги, он клянется ее соблюдать, в том числе «смотреть и не видеть, слушать и не слышать» и тому подобное. Его сажают за стол вместе с «Великим Каймаканом», пока он ест, итальянские рабы тихонечко перебираются на готовый к отплытию корабль, за ними следуют Изабелла с Линдоро, при этом прекрасная итальянка называет возлюбленного по имени, и Таддео наконец догадывается, что остался в дураках. В дураках – ладно, да, но только не в Алжире, поколебавшись, он бежит вслед за прочими, и корабль снимается с якоря.

Вбегают Эльвира, Зульма и Али, поглощенный своей ролью паппатачи Мустафа не сразу понимает, что его обвели вокруг пальца, но гнаться за беглецами уже поздно, и он просит жену простить его.

Что за бред! – воскликнет суровый читатель… а может и не воскликнет, в наше время, когда все превращено в игру, и литература, и искусство, и чуть ли не сама жизнь, это либретто вряд ли кого-то очень уж удивит. На самом деле, это и есть своего рода игра, и есть такое свойство у Россини: лучше всего ему удаются оперы именно на такие несуразные либретто, можно подумать, они его особенно вдохновляют.

В опере масса прекрасной музыки, очень хороша увертюра, а самый «вкусный» кусок — это тот самый терцет второго акта Pappataci! Chemaisento!.

Есть несколько записей «Итальянки», среди них три-четыре DVD. Хотим обратить внимание слушателей на бесспорно лучшую из них, это фильм, снятый итальянским телевидением в 1957 году. Изабеллу в нем поет блистательная Тереза Берганца, у нее достойная компания в составе Марио Петри (Мустафа), Сесто Брускантини (Таддео) и Альвино Мисчиано (Линдоро), дирижер — Нино Сандзонио; помимо прочего, постановка именно такая, какой должна быть постановка «Итальянки», это веселая игра, актеры просто упиваются мизансценами, которые разыгрывают (подобное нередко встречается именно в россиниевских спектаклях), и это немаловажно, есть оперы, которые почти ничего не теряют в концертном исполнении, но оперы-буффа все-таки лучше не только слушать, но и смотреть.

Есть также фильм-опера, снятый в 1978 году, партию Изабеллы в нем поет еще одна замечательная певица — Лючия Валентини-Террани, и остальные певцы тоже хороши, это Сесто Брускантини (на сей раз в роли Мустафы), Уго Бенелли (Линдоро) и Энцо Дара (Таддео); дирижер – Гари Бертини, постановка опять-таки игровая, пестрая, красочная.

И еще один диск представляет запись совсем недавнюю, это спектакль Пезарского фестиваля 2006 года. Изабеллу здесь поет многообещающая певица нового поколения Марианна Пиццолато, Мустафу – Марко Винко, Линдоро – Максим Миронов, Таддео – Бруно де Симоне; дирижер — Донато Ренцетти, а режиссер – Дарио Фо, с которым уж точно не соскучишься, его изобретательность поистине неистощима (иногда даже чересчур).

АВРЕЛИАН В ПАЛЬМИРЕ

Опера в двух действиях

Либретто Феличе Романи

Действующие лица:

Аврелиан, римский император	тенор
Зенобия, царица Пальмиры	сопрано
Арсаче, персидский принц, возлюбленный Зенобии	контральто (первоначально партия предназначалась для кастрата)
Публия, дочь Валериана, тайно влюбленная в Арсаче	сопрано
Ораспе, пальмирский генерал	тенор
Личинио	бас
Великий жрец Исиды	бас
Пальмирцы, персы, римляне, пастухи, жрецы

В 1813 году театр Ла Скала подписал с Россини контракт на две оперы, сериа и буффа, либретто для обеих должен был написать Феличе Романи, назначенный к тому времени официальным либреттистом театра. Забегая вперед, скажем, что ни опера-сериа «Аврелиан в Пальмире», ни комическая «Турок в Италии» на премьере успеха не имели. Однако повторно поставленный в Милане через четыре года «Турок» встретил восторженный прием. Что касается «Аврелиана», вышедшего на сцену Ла Скалы 26 декабря 1813 года, он иногда исполнялся в течение ближайших полутора-двух десятков лет, затем канул в забвение, из которого был извлечен в восьмидесятые годы прошлого века. Правда, некоторые музыкальные фрагменты оставались на слуху всегда, в первую очередь, симфония, которую мы знаем как одну из самых знаменитых оперных увертюр, ныне ею начинается «Севильский цирюльник». И не только она, мелодии из «Цирюльника» в «Аврелиане» улавливаются нередко (правильнее, конечно, было сказать наоборот, но что поделать, музыку «Цирюльника» знает почти наизусть всякий любитель оперы, а вот «Аврелиана»….)

В основе оперы лежит хорошо известный эпизод древнеримской истории, связанный с гибелью Пальмиры. Пальмира, как ее называли греки и римляне из-за множества пальм, росших в оазисе посреди Сирийской пустыни, где был возведен город, возникла очень давно, почти за две тысячи лет до нашей эры, но стала расцветать и приобрела эллинистический облик в эпоху Селевкидов. Позднее она побывала вместе с другими владениями Селевкидов в Парфянском государстве, затем перешла под юрисдикцию Рима, под которой благополучно и пребывала до событий, развернувшихся в середине третьего века нашей эры, когда Рим в течение нескольких десятилетий переживал тяжелый кризис власти — так называемую эпоху солдатских императоров, усугубляемый экономическими проблемами и войнами. На севере досаждали готы, на востоке набирала силу сасанидская Персия, а самый трудный момент для Римской империи наступил, когда император Валериан потерпел от персов жестокое поражение и сам попал в плен, после чего персидский шах обрел в римской провинции Сирия свободу рук и вознамерился завладеть в том числе Пальмирой, богатым городом, жители которого имели звание римских граждан, а правитель – сенатора. Оденат, на тот момент, правивший Пальмирой, предпочел далеких цезарей подошедшему к стенам города шаху и сумел отразить нападение, а затем перешел в наступление, захватил ряд городов и далеко отбросил противника. За свои заслуги он получил от императора Галлиена восточные провинции в управление. Однако в 267 году он был убит, и власть переняла его жена Зенобия. Аппетиты у нее были непомерные, она не только правила, как царица, не оглядываясь на Рим, но и, не довольствуясь Сирией, отправилась завоевывать Египет и Малую Азию, что ей даже удалось, а в 271 году провозгласила себя императрицей. И тут ей не повезло, период римских неудач прервался. В 270 году римским императором стал Луций Домиций Аврелиан, который сумел сначала разбить северных варваров, а затем отправился укрощать мятежный восток. Противостоять римским легионам Зенобия не смогла, Аврелиан один за другим отобрал все захваченные ею города Малой Азии, разбил пальмирское войско и захватил Пальмиру, взяв в плен и саму Зенобию. Первоначально он решил проявить великодушие, запретил грабить город и лишь оставил в нем небольшой римский гарнизон (на этом месте, можно сказать, кончается опера). Однако, когда римские легионы удалились, жители восстали и перебили воинов гарнизона, весть об этом достигла ушей Аврелиана, когда он еще был на территории Малой Азии, рассвирепев, император вернулся, снова взял город и разорил его. Так погибла Пальмира, а Зенобия в золотых цепях украсила триумф Аврелиана и закончила свои дни в Италии, не сразу, ей даже даровали имение, как будто в Тиволи, где она провела остаток жизни.

Разумеется, либретто оперы не претендует на историческую точность, хотя в целом против истины грешит не слишком, не считая финала. Ну и, естественно, любовная история в опере неизбежна. Интрига незамысловата, и вот как это все выглядит.

Акт 1

Пальмира. Жертвоприношение в храме Исиды. Царица Зенобия, ее возлюбленный персидский принц Арсаче, верховный жрец и прочие служители молятся об избавлении от приближающихся к городу римских легионов. Молитва не помогает, входит генерал Ораспе и докладывает, что Аврелиан со своим войском уже у ворот. Арсаче клянется выступить на защиту Пальмиры во главе своей армии.

Однако персы терпят поражение, Арсаче попадает в плен, его приводят к Аврелиану. Враги обмениваются несколькими репликами, Аврелиан говорит персу, что должен бы быть суров по отношению к нему, но жалеет его, жертву безумной любви, на что Арсаче надменно возражает, что в сердце римлян нет места жалости, в итоге Аврелиан возвращается к своим делам, а Арсаче в свою темницу.

Зенобия же готовится защищать город, надеясь на его крепкие стены и храбрость своих воинов. Но прежде она обращается к Аврелиану с просьбой о перемирии и личной встрече, во время которой пытается уговорить Аврелиана освободить пленных, Арсаче в том числе, на что Аврелиан благоразумно отвечает отказом. Тогда Зенобия просит о свидании с пленником, что Аврелиан разрешает. Зенобия и Арсаче оплакивают свою печальную судьбу. Аврелиан предлагает освободить Арсаче при условии, что тот покинет Зенобию, Арсаче гордо отвечает «нет», и Аврелиан приговаривает его к смерти.

Акт 2

Пальмира взята римскими войсками, Зенобия в плену. Аврелиан признается Зенобии в любви, если она, эта любовь, будет принята, Зенобия останется царицей. Но нет, он получает отказ, Зенобия верна Арсаче. Последнего же пальмирскому генералу Ораспе удается каким-то образом освободить, и пылкий перс находит убежище у пастухов на холмах близ Евфрата. Узнав о его бегстве, к нему стекаются его уцелевшие воины, сообщают о захвате римлянами Пальмиры и пленении царицы. Арсаче решает предпринять новую атаку на римлян, однако до этого дело не доходит, ночью он пробирается в город, где при свете луны встречается с Зенобией, и бдительные римские стражи обнаруживают любовников. Те просят, чтобы их предали смерти, но Аврелиан не торопится, приказывает пока только разлучить их, как угрожает, навсегда, заключив для начала в отдельные камеры.

Публия, дочь Валериана, просит Аврелиана пощадить побежденных.

Финальная сцена в тронном зале царского дворца. Жрецы и воины поверженной Пальмиры молят о прощении. Приводят закованных в цепи Арсаче, Зенобию и Ораспе. Аврелиан отпускает их на свободу и даже возвращает Зенобии трон с условием, что бунтовщики принесут присягу на верность Римской империи. Те соглашаются и возносят хвалу великодушному императору.

«Аврелиана» извлекли из забвения в 1990 году, оперу поставили в Генуе, была телетрансляция, запись которой можно найти в интернете. Партию Зенобии пела Лючана Серра, Аврелина — Паоло Барбачини, Арсаче — Хельга Мюллер-Молинари; дирижер – Джакомо Дзани.

Недавно появился и DVD, это спектакль фестиваля Мартина Франка 2011 года, дирижер спектакля –Джакомо Сагрипанти, поют Богдан Михай (Аврелиан), Мария Алайда (Зенобия), а на роль Арсаче даже нашли, как то было у Россини «кастрата», то бишь контртенора или сопраниста, как хотите, Франко Фаджиоли.

ТУРОК В ИТАЛИИ

Опера в 2 действиях

Либретто Феличе Романи

Действующие лица:

Селим, турецкий принц, некогда возлюбленный Зайды, позднее очарованный Фьориллой	бас
Донна Фьорилла, женщина капризная, но порядочная	сопрано
Дон Джеронио, муж Фьориллы, человек бесхарактерный и пугливый	бас
Дон Нарчизо, поклонник Фьориллы, человек ревнивый и сентиментальный
Просдочимо, поэт и знакомый дона Джеронио	бас
Зайда, некогда рабыня и невеста Селима, потом цыганка	сопрано
Альбазар, прежде доверенное лицо Селима, теперь цыган и друг Зайды	тенор
Цыгане, цыганки, турки, моряки и др.

Как уже упоминалось, «Турок в Италии» был написан Россини для миланского театра Ла Скала, на сцене которого появился 14 августа 1814 года.

Сюжет «Турка» своего рода перевертыш «Итальянки». Теперь уже турецкий принц приезжает в Италию, в Неаполь, едва сойдя на берег, он встречает очаровательную кокетку Фьориллу и влюбляется в нее. Но Фьорилла не свободна, она замужем, не говоря уже у том, что у нее есть и любовник…

Впрочем, по порядку.