Помоги проекту - поделись книгой:
Константин Колонтаев
Финансовый капитал и история человечества
Введение
Осознание решающей роли материальных факторов и, прежде всего денег, в жизни человеческого общества, возникло как минимум ещё во времена ранней античности. Так, в стихах поэта — аристократа Феогнида из древнегреческого города Мегары (6 век до нашей эры), хорошо показаны процессы разложения родоплеменного общества и его аристократии, под влиянием развития товарно-денежных отношений:
Позднее, в Древнем Риме, внимание роли материального фактора в истории человеческого фактора в истории человеческого общества, уделил в своей поэме "О природе вещей" поэт, историк и философ Лукреций Кар.
Падение Римской империи в Европе, более, чем на тысячу лет прервало поступательное развитие человеческой мысли, в том числе и в области общественных наук. Первым в Европе вернулся к рассмотрению деятельности человеческого общества, с точки зрения определяющего влияния материального производства и процессов обмена и распределения, полученных в его ходе продуктов, выдающейся русский ученый обществовед Семён Ефимович Десницкий. В своём фундаментальном труде, посвящённом этому вопросу. " Юридические рассуждения, о разных понятиях, какие имеют народы о собственности в различных состояниях общежития", написанном в 1781 году, он показал, что человеческое общество постоянно изменяется, путём смены одним форм общественной жизни другими. Причём, эта смена, определяется развитием и совершенствованием отношений собственности. По его мнению, основной причиной общественного развития и прогресса, является постоянно развивающаяся и совершенствующаяся экономическая деятельность людей.[2]
На основании этого, Десницкий, первым в мире, дал научную периодизацию человеческой истории: 1) "первобытный период", когда люди живут за счёт охоты и собирательства
2) "пастушеский" 3) "земледельческий" и, наконец, 4) "коммерческое состояние" — общество, основанное на товарном производстве, то есть, на продаже продуктами человеческого труда (торговле), что приводит к возникновению частной собственности, как экономического фундамента данного уровня общественных отношений.[3]
В Европе, о влиянии материальных факторов на ход человеческой истории, первыми стали упоминать в 30-е г.г. 19 в. французские историки Гизо, Тъер и ряд других. Они же ввели и первые понятия о делении человеческой истории на общественно-экономические формации, введя в оборот понятие "феодализм", показав процесс его возникновения и исторического развития со времени падения Западной Римской империи и до Французской революции 1789 года и, указав, что эта революция, означала смену одной общественно-экономической формации другой (феодализма капитализмом). Эти взгляды, восприняли и развили затем в своих трудах, в виде теории исторического материализма и политэкономии Карл Маркс и Фридрих Энгельс. Именно в их работах было развито заложенное Гизо и Тъером, понятие общественно-экономических формаций, как чётко определённых факторов, через которые неизбежно проходит исторический путь, как всего человечества, так и отдельных стран и народов. Рабовладение, феодализм, капитализм, а затем социализм и коммунизм — вот те этапы, которые, по их мнению, человечество прошло или находится на них и через которые ему ещё предстоит пройти.
В целом, эта теория и закреплённые ею понятия о делении человеческой истории и предстоящего пути развития человечества, на чётко определенные общественно-экономические формации, благодаря победе социалистической революции в России и затем в других странах, стала определяющей, как в исторических взглядах коммунистической идеологии, так и у многих буржуазных историков.
Но, несмотря на это, у неё вскоре появились критики даже среди историков, называвших себя марксистами и признаваемых таковыми.
Наиболее известным среди них, стал видный русский, а затем советский историк Покровский Михаил Николаевич(1862–1932). Он высказал мнение, что человеческая история состоит из трёх основных этапов: докапиталистического (первобытнообщинный строй, с производством для собственного потребления); капиталистического (все ступени человеческой истории, экономической основой которых было производство на продажу, с целью получения прибыли, то есть товарное производство) и, соответственно далее социалистического и коммунистического этапов (производство для удовлетворения общественных потребностей).
То, что его предшественники называли "рабовладением" и "феодализмом", он именовал "торговым капитализмом" в отличие от капитализма промышленного, то есть того, что считали собственно капитализмом Маркс и Энгельс.
Свои взгляды по данной проблеме, М. Н. Покровский раскрывал в той или иной степени во многих своих работах, но, наиболее полно и последовательно, в своей фундаментальной монографии "Русская история в самом сжатом очерке" (1920), получившей высокую оценку со стороны В. И. Ленина.[4]
Впрочем, и сам В. И. Ленин, во многом склонялся к концепции Покровского. Так, говоря о России 17 века, которая в советской историографии, вплоть до её исчезновения в 1991 году, считалась феодальной, В. И. Ленин говорил о развитии в ней капитализма, в подтверждение этого, указывая на процесс формирования в ней внутреннего рынка, который он характеризовал, как "Действительно фактическое слияние всех областей и земель, княжеств, в одно целое. Слияние это было вызвано усиливающемся обменом между областями, постепенно растущем товарным обращением, концентрированием небольших местных рынков в один всероссийский рынок. Так как руководителями этих процессов были капиталисты-купцы, то создание этих национальных связей было ничем иным, как созданием связей буржуазных".[5]
Далее Ленин развивал это положение следующим утверждением: "Степень развития внутреннего рынка есть степень развития капитализма в нашей стране. Ставить вопрос о пределах внутреннего рынка отдельно от вопроса от степени развития капитализма, неправильно".[6]
Впрочем, Ленин шёл и дальше, он увидел империализм ещё в эпоху рабовладения. Говоря о войнах между Карфагеном и Римом за господство Средиземноморьем Ленин указывал: "Империалистические войны тоже бывали и на почве рабства (война Рима с Карфагеном была с обеих сторон империалистической войной) и в средние века, и в эпоху торгового капитализма".[7]
К сожалению, историческая концепция Покровского, всего на два года пережила своего создателя. Во многом, причиной этому были, как стремление самого Покровского объяснить влиянием торгового капитала, любые, даже самые мелкие исторические события, а с другой, что, пожалуй, самое важное, то, что он говорил о "торговом капитале", тогда, как надо было говорить о "денежно-торговом капитале", как предшественника нынешнего финансового капитала, поскольку именно деньги являются основным инструментом и целью товарного производства и связанного с ним процесса торговли. Именно владельцы денег, как разновидности капитала, контролируют и определяют, в конечном счёте, процессы товарного производства, торговли его продуктами, а значит и повседневную жизнь человеческого общества.
Причина такого определяющего влияния торгово-денежного, а затем и финансового капитала на процессы развития человеческого общества и его историю, заключается в том, что появление товарного производства и вместе с ним денег, как основного средства его функционирования и удобного выражения накопленного богатства привели к тому, что деньги, моментально стали показателем могущества того или иного человека или группы людей. Эти люди для защиты своих денежных интересов создали государство. Государство, в сущности, голая власть, а деньги источник власти, её концентрация. Имеющий деньги имеет власть, в прямом или скрытом виде. Чем больше денег, тем больше власти. Таким образом, реальными обладателями власти, как внутри государства, так и в региональном, а в настоящее время и в мировом масштабе, являются обладатели денежного капитала.
Вот, что по этому поводу отмечали некоторые из американских президентов: Джеймс Гарфилд — "кто управляет объемом денег в любой стране, тот является полновластным хозяином всей торговли и промышленности", Томас Джеферсон — "На каждом поколении лежит обязанность выплачивать свои собственные долги по мере их образования — принцип, который если бы он выполнялся, предотвратил половину всех войн в мире".[8]
Таким образом, нет никаких отдельных общественных формаций: рабовладение, феодализм, капитализм, а есть различные формы проявления капиталистического способа производства, которые сосуществуют рядом друг с другом на протяжении тысячелетий и в зависимости от уровня развития производительных сил в ту или иную историческую эпоху, доминируют в экономическом базисе общества. Возьмем, к примеру, рабовладение. В своей классической форме, оно господствовало на сравнительно небольшой территории тогдашнего мира: в Древней Греции и Риме. И в то же самое время, как сейчас установлено, оно не являлось основой экономики в странах Древнего Востока, в результате чего Марксу срочно понадобилось придумывать термин "азиатский способ производства". К примеру, египетские пирамиды, были вовсе не продуктами рабского труда, как это считалось еще недавно. На их сооружении трудились, главным образом вольнонаемные рабочие. Но дело, собственно не в этих частностях, дело в том, какова основная цель того или иного способа производства. Как сообщает учебник "История Древнего мира" — М. Просвещение, 1982 — часть 2 — с. 266: "Рабовладельческое хозяйство, было направлено на получение большей прибавочной стоимости." Если это так, то возникает вопрос, а какая тогда разница в основной цели производства между рабовладельческим обществом и промышленным капитализмом последних лет двадцатого столетия?
Другой солидный источник в лице "Большой Советской энциклопедии", сообщает следующее "Зачатки банковского дела существовали в рабовладельческом и феодальном обществе. Лица, которым деньги в виде драгоценных металлов, давались на хранение, а также менялы, отдавали их в ссуду под проценты. Денежный капитал, исторически был одной из первой форм капитала. Банки возникают в обществе на основе товарно-денежных отношений. Социальноэкономическая роль банков, определяется специфическим характером соответствующих общественных формаций".[9] Учебник по истории СССР признает: "Товарное производство, денежное обращение, купеческий и ростовщический капитал, существовали с отдаленных времен разложения первобытнообщинного строя".[10]
Что касается рабства, как экономической категории, то есть принудительного труда, то оно вовсе не исчезло с падением Римской империи, а продолжало в значительных размерах существовать и в эпоху промышленного капитализма. Так, например, в Северной Америке существовало около 200 лет с середины 17 до середины 19 века и стало одной из причин кровопролитной гражданской войны 1861–1865 годов в США. В английских колониях рабство было отменено в 30-е г.г. 19 в., во французских в 1848 г.[11] Последним примером массового использования рабского труда в условиях промышленного капитализма 20 века служит гитлеровская Германия 1941–1945 г.г. Причем источники пополнения рабской рабочей силы у нее оказались поразительно схожими с античной Грецией и Римом: военнопленные и гражданское население, насильственно вывезенное с оккупированных территорий.
А какова ситуация сейчас, накануне третьего тысячелетия нашей эры? По данным международной организации труда, на начало 1998 г., рабским трудом в мире было занято 250 миллионов человек.[12] Это что-то около 7 % всего трудоспособного населения мира. То есть рабский труд и в настоящее время является весьма заметной составляющей экономической деятельности в современном мире.
То же самое касается и феодализма. Заметная феодализация, наблюдалась, например, в Римской империи в последние 150 лет ее существования. Но этот процесс, был вовсе не вызреванием новой общественно-экономической формацией в недрах старой, а следствием упадка экономики империи из-за ее паразитической эксплуатации со стороны финансового капитала. Классический же феодализм Западной Европы с его характерными чертами: натуральным замкнутым хозяйством, минимальным продуктообменом, еле теплящейся денежной системой, который существовал в Европе после разгрома Западной Римской империи, в период 5-10 в. в н. э., являлся вовсе не какой-то особой общественно-экономической формацией, а следствием небывалого экономического упадка в Европе после краха империи и продолжавшейся вплоть до конца 8 в. вторжением и перемещением различных варварских племен по Западной Европе, которые окончательно уничтожили материальную базу производительных сил, существовавших в Западной Римской империи, накануне ее падения.
Концом классического феодализма, как продукта экономического краха, стала так называемая "феодальная раздробленность", когда громадные феодальные королевства, рассыпались из-за формирования местных рынков, на базе которых стали возникать более мелкие государственные образования. Чуть позже (10–11 в.в.) стали возникать и чисто капиталистические города-государства в Северной Италии и Германии, в которых в 11 в. возрождаются исчезнувшие вместе с Римской империей банки и денежный капитал. Наконец свидетельством возрождения денежно-торгового капитала в Европе, становится создание централизованных государств в Европе с сильной королевской властью. Эта сильная королевская власть, требовалась денежно-торговому капиталу европейских государств, для окончательной ликвидации элементов феодальной анархии, мешавшей его экономической деятельности. Дальнейшее усиление денежно-торгового капитала и начала соединения его с промышленным, привело к созданию во второй половине 17-первой половине 18 в.в., в ряде европейский стран (Франция, Австрия, Пруссия, Россия) режима абсолютных монархий, а в Англии и Голландии буржуазных республик.
Поэтому, несостоятельны утверждения, что капитализм в европейских странах начал развиваться, только после буржуазных революций, которые якобы для того и производились, чтобы, свергнув феодализм, открыть дорогу буржуазным отношениям в экономике. На самом же деле, буржуазные революции против монархий, производились торгово-денежным капиталом, тогда, когда монархия, как форма политической власти переставала выражать его интересы и становилась тормозом на пути его дальнейшего развития. Так было в Голландии в конце 16 века, когда испанская монархия перестала учитывать интересы голландского капитала. То же самое происходило и в Англии в период 1640–1688 г.г. Во Франции, в 1720–1780 г.г. объем внешней торговли, увеличился в 4 раза и к 1789 г. половина национального богатства страна, принадлежала буржуазии.[13] О каком же свержении феодализма тут может идти речь? Очевидно, что данные буржуазные революции были направлены не на свержение существующего общественного строя, а на изменение формы политической власти, которая перестала выражать интересы буржуазии.
Занимались серьезно историей экономической основы человеческого общества, невозможно не признать, что товарно-денежные отношения могут порождать только капитализм, который в зависимости от преобладания в нем тех или иных элементов и уровня развития производительных сил, может приобретать различные формы. Это периодически вынужден был признавать, хотя со многими оговорками, Маркс в своем "Капитале": "Денежное и товарное обращение могут опосредовать сферы производства самой разнообразной организации, сферы, которые по своей внутренней структуре все еще направлены, главным образом, на производство потребительской стоимости",[14] "Капитал, приносящий проценты или ростовщический капитал, вместе со своим близнецом, купеческим капиталом, принадлежит к формам капитала, предшествующим капиталистическому способу производства и наблюдается в самых различных общественно-экономических формациях. Развитие ростовщического капитала тесно связано с развитием купеческого капитала. В Древнем Риме со времени последних лет существования республики, денежно-торговый и ростовщический капитал достигали высшего пункта развития",[15] "Ростовщический капитал эпохи античности и средневековья эксплуатирует земельных собственников, крупных и мелких (знать и крестьянство). Ростовщичество подрывает и разрушает античную и феодальную собственность. Ростовщичество централизует денежное имущество, там, где средства производства распылены. Ростовщический капитал, обладает способами эксплуатации, характерными для капитала, без характерного для него способа производства. Ростовщичество исторически важно тем, что оно само есть процесс возникновения капитала".[16] По мнению Маркса, отличие античного капитала, от современного ему, заключалось в том, что античный капитал был денежно-торговым, а современный — промышленный: "Начало существования промышленного капитала было положено в средние века, в трех областях: судоходстве, горной промышленности, текстильной промышленности. Судоходство в тех размерах, в которых оно велось итальянскими и ганзейскими приморскими республиками, невозможно без матросов, то есть наемных рабочих. Добыча руды так же велась силами наемных рабочих".[17]
В связи с этим, последним, из приведенных высказываний Маркса, возникает вопрос: если в средневековье во времена северо-итальянских и северо-германских (ганзейских) городов республик, то есть в 12–15 веках, к существовавшему со времени античности денежно-торговому капиталу, добавился еще и промышленный капитал, (и все это за 300–400 лет до первых буржуазных революций в Голландии и Англии), то, о каком тогда феодализме в этот исторический период может идти речь? Кроме того, промышленный капитал не есть изобретение средневековья, он в принципе существовал и в Афинах и еще больше в Риме, в виде многочисленных судостроительных верфей, десятков тысяч торговых судов, на которых помимо рабов-гребцов, было значительное число вольнонаемных членов команд. Кроме того, массовое производство керамики, а в Риме еще и строительная индустрия, выполнявшая гигантские объемы работ по строительству дорог, акведуков, каналов, жилых и общественных зданий, также была развита горнометаллургическая промышленность. То есть в античную эпоху существовал и значительный капитал мануфактурного типа. Но его отличие от современного заключалось почти в полном отсутствии самодвижущихся механизмов, то есть все существовавшие тогда механические устройства приводились в движение силой людей и животных, отчего, кстати, бурное развитие промышленности и требовало рабского труда в невиданных до того масштабах. Первый механизм, приводимый в движение природной силой — водяная мельница была изобретена в Риме и стала распространяться, незадолго до падения Римской империи.
Таким образом, современный капитал, отличается от римского только своим технотронным характером и отличие это возникло только в 16–18 веках, когда в Европе, в промышленности массовое развитие получили водяные двигатели и окончательно закрепилось в середине 19 века, когда в производстве началось массовое применение паровых двигателей.
Глава 1. Разложение первобытных обществ, формирование товарно-денежных отношений и возникновение торгово-денежного капитала
В процессе эволюции человека, как биологического существа, у него, как и у других биологических видов, неизбежно возникают ситуации, когда его интенсивное размножение в благоприятных условиях приводит к закономерному истощению его кормовой базы. Чем больше становилось людей в первобытных охотничьих сообществах, тем интенсивнее велась или охота, тем меньше становилось пищи. Благодаря разуму, человек отвечал на сокращение пищевой базы усовершенствованием орудий и приемов охоты. Это ускоряло техническую эволюцию и развитие экономической деятельности первобытных человеческих сообществ.
Примерно в период 20 тысячелетия до нашей эры произошло коренное обновление каменных орудий труда. Этот процесс произошел за тысячу лет, по сравнению с десятками и сотнями тысяч лет, которые аналогичные процессы занимали ранее, то есть процесс техноэволюции ускорился примерно в 100 раз.[18]
На рубеже неолита (10–12 тысяч лет до нашей эры), исчезли мамонты и ряд других крупных животных. Таким образом, человечество столкнулось с первым в своей истории кризисом развития. Но благодаря разуму человечество, потеряв в результате техноэволюций прежнюю кормовую базу не погибло, а стремительно изменило ее, перейдя к земледелию и скотоводству, создав тем самым то, что собственно является экономикой. Это событие получило название "неолитической революции"[19]. Ее плодами человечество пользуется до сих пор, поскольку и в конце 20 века основным источником пищи продолжают оставаться поля и пастбища. Так же как и во времена "неолитической революции", в настоящее время производством продуктов питания занят в среднем каждый трудоспособный житель.[20]
"Неолитическая революция" стремительно ускорила не только технико-экономическое, но и общественное развитие человеческих племен. В период, предшествовавший "неолитической революции", человечество вовсе не было угнетено природой, как это представляется сейчас. Длительность палеолита, обеспечивалась наличием достаточной кормовой базы, которая не требовала настоятельной необходимости изобретать что-то принципиально новое в плане орудий труда. Это определяло и общественную организацию тогдашнего человечества — родообщину. В ней все было давно и четко выверено и установлено, обычаями и традициями, которые надежно гасили внутренние конфликты. Всякий твердо знал свое место, что и как надо делать и как надо себя вести. Внутри общины все более менее равны. Человек является частицей спаянного коллектива, был уверен в себе и тем самым имел духовный комфорт. Именно в смутных воспоминаниях об этом времени и лежат источники легенд о "золотом веке" в истории человечества, имевшихся у многих народов в разных концах мира. А в Европе просуществовавшее до позднего средневековья. Экономический рост порожденный неолитической революцией, первоначально не вызывал заметных внешних изменений в человеческих сообществах. Внешне община сохраняется, но из родовой она постепенно становится территориальной. К. Маркс в своем наброске ответа на письмо В. Засулич, описывал этот процесс следующим образом: "Историю разложения первобытных общин еще предстоит написать. Во всяком случае, исследование продвинулось достаточно далеко, что можно утверждать, что причины их распада вытекают из экономических данных. Постепенное накопление движимого имущества, все более и более значительная роль, которую движимое имущество играет в самом земледелии, порождает в недрах самой общины столкновения интересов, которые влекут за собой превращение пахотной земли в частную собственность, и кончается частным присвоением лесов, пастбищ, уже ставшими общинными придатками частной собственности. Земледельческая община, последняя фаза общинной формации, то есть уход от общества, основанного на общинной собственности."[21]
Именно территориальные (соседские) земледельческие общины в процессе развития в них товарно-денежных отношений порождали классы и становились основой первых государств: "с ростом деревень, те, кто руководил производством и дележом излишков, становились сборщиками излишков, то есть сборщиками налогов. Самые ранние империи представляли собой земледельческие общества, расположенные оп берегам крупных рек. Целью образования государства было распоряжение излишками и контроль за использованием воды в ирригационных системах. "[22]По мнению финского исследователя П. Кууси активный процесс развития товарно-денежных отношений раньше всего начался в земледельческих общинах на территории Ближнего Востока, начиная с 8 тысячелетия до нашей эры, став экономическим фундаментом для образования государств: "В период небольших государств взаимные связи и торговля, получили, куда большее развитие, чем было принято считать. Коллекция мелких предметов из обожженной глины, найденных тысячами при раскопках в 19 веке на Ближнем Востоке, являлись средствами учета товарных запасов. Полагают, что эта система действовала с 8000 до 2000 года до нашей эры, достигая расцвета в эпоху появления первых империй в середине 4 тысячелетия до нашей эры. Глиняные предметы различной формы условно обозначали различные товары и величины, используемые при торговых операциях. Подобная система информация использовалась до появления письменности"[23]
Таким образом, формирование и развитие товарного производства происходило задолго до появления государств в рамках территориальных (соседских) общин.
Появление государства тесно связано с выработкой общего мерила стоимости товаров — денег и появления класса посредников между производителями и потребителями.[24]То есть это означало появление торгово-денежного капитала. Появление этого капитала потребовало появление государства: "Купцам нужна была такая власть, которая могла бы обеспечить свободу и безопасность торговых путей на как можно большей территории, установить единую денежную систему, единую систему мер и весов".[25] С другой стороны и сама по себе повседневная деятельность даже первоначального, зачаточного торгово-денежного капитала еще в условиях общинно-племенного деления человечества, создавала объективные предпосылки для появления будущих государств, когда торговый обмен стирал границы как между общинами внутри одного племени, так и между несколькими племенами.
На том рубеже, который в условиях товарного производства отделял земледельческие общины от перехода в государства, вслед за развивающимся торговым капиталом начинает возникать денежный капитал, то есть торговля деньгами. Возникновение денег, как абстрактного выражения товара означало, что неизбежно вслед за торговлей товарами должна была возникнуть торговля деньгами: "Капиталисту приходится платить деньги многим лицам и постоянно получать деньги в уплату от многих лиц. Это чисто техническая операция уплаты и получения денег уже сама составляет труд, который делает необходимым проведения баланса платежей, взаимных расчетов. Этот труд выполняет особое подразделение капиталистов для всего остального класса капиталистов. Постоянное движение части капитала, существующее в виде денег, вызывает особый труд. Разделение труда приводит к тому, что эти технические операции выполняются для всего класса капиталистов особым подразделением капиталистов. Появляется особая — денежная отрасль предпринимательской деятельности. В качестве отрасли обслуживающей денежный механизм всего класса капиталистов, она концентрируется и ведется в крупном масштабе."[26] Другой причиной возникновения денежного капитала, было то, что торговые связи с момента возникновения, приводили к интенсивным, сначала межплеменным, а затем и межгосударственным связям: "Торговля деньгами развивается из международных отношений. При существовании особых монет в различных странах, купцы, производящие закупки в чужих странах, должны обменивать монеты своей страны на местные монеты или же обменивать на слитки чистого серебра или золота, как мировые деньги. Отсюда возникает меняльное дело. Из него развиваются обменные банки, где серебро (золото) функционирует, как мировые деньги, в настоящее время, как банковские деньги или торговые деньги. Поскольку вексельное дело сводилось к выдаче путешественнику менялой, какой-нибудь страны платежного требования на менялу другой страны, оно развилось уже в Греции и Риме".[27]
С возникновением и развитием товарно-денежных отношений, а затем и денежного капитала, связано такое общественно-политическое явление как войны. До начала процесса разложения первобытнообщинного общества, война как явление общественной жизни не была известна человечеству, хотя конечно имели место кратковременные стычки между различными племенами. Разложение родовой общины и переход к общине территориальной сразу же породило длительные, кровопролитные войны, в результате чего гражданскими правами в племени стала обладать та часть мужского населения, которая участвовала в боевых действиях. Теперь только она, а не взрослые члены племени избирают его руководящий состав. Поэтому этот период человеческой истории называют "военной демократией".
Данную особенность этого периода человеческой истории хорошо описал Д. И. Писарев в работе "Очерки из истории труда": "С воинами купцы жили в самых дружеских отношениях. Воины были самыми лучшими покупателями. Они сбывали купцам пленников и ту часть добычи, которая оставалась от их личного потребления. Тем же путем уходила значительная часть дани, которая собиралась с порабощенных народов и со своих трудящихся. Война и торговля, как два главных вида присвоения, возникают чрезвычайно рано в обществе людей".[28]
Глава 2. Денежно-торговый капитал и возникновение империй Древнего Востока
Часть 1. Экономическая основа возникновения империй Древнего Востока
Торговля деньгами, появившееся, уже в период разложения первобытного общества, неизбежно должна была покорить различные формы развитого денежного и торгового капитала в условиях первоначальных государств, которые впервые появились в Северной Африке (Египет) и на соседнем Ближнем Востоке. Известный исследователь финансовых институтов человечества, прежде всего банков и бирж профессор Э. Роде (из бывшей ГДР), отмечал: "Возникновение и развитие банковского дела было тесно связано с капиталом, приносящим проценты. Этому предшествовал ростовщический капитал, который уже существовал в период разложения первобытнообщинного строя. Представители богатой верхушки получили возможность давать деньги нуждающимся. С возникновением и развитием ростовщического капитала тесно связано возникновение банковского дела. Основополагающей и изначальной функцией банков было посредничество в платежах. В результате такого посредничества, банки превращали свободный денежный капитал в функционирующий, приносящий проценты. Они собирали денежные средства из всевозможных источников и представляли их в кредит под всевозможные проценты. Они собирали денежные средства из всевозможных источников и представляли их в кредит под всевозможные проценты. Банки и подобные институты существовали еще в древности. В Египте, банковские операции осуществлялись еще в 2700 г. до н. э. Многочисленные документы из Вавилона и Ассирии, например сборник законов Хамураппи (1704–1662 г.г. до н. э), показывают существование уже тогда своего рода векселей и чеков, законодательное регулирование ссудных операций и форм хранения средств. В те времена ссуды представлялись не только в виде денег, но и в виде партий товаров: зерна, фиников, шерсти, семян, масла, скота. При натуральных ссудах, также исчислялись проценты. При этом хранилищами денег и товаров служили храмы, так как в них обеспечивалась наибольшая безопасность. Как в Древнем Египте, Вавилоне, Ассирии, так и в Греции, храмы, как места хранения товарного и денежного капитала, играли роль банков. Герострат в 346 г. до н. э сжег храм не для того, чтобы "войти в историю", а чтобы с помощью пожара скрыть следы ограбления. Храмы играли роль банков некоторое время и в Риме, до тех пор, когда к концу 4 в. до н. э. в нем появились "чистые банкиры" ("публиканы")". Далее Э. Роде, отмечает, что: "Учреждения, аналогичные биржам, функционировали еще в Древнем Египте, Вавилоне и Финикии".[29]
Потребность денежно-торгового капитала в обширном централизованном государстве, еще на первоначальном этапе его развития, хорошо раскрыл Д. И. Писарев в своей работе "Очерки из истории труда", в которой он отмечал следующее: "Там, где между производителем и потребителем нет препятствий, там не нужно посредников, там роль купца равна нулю. Когда появляются расстояния и препятствия, тогда возрастает роль купца".[30]
Другой экономической причиной образования первых в истории человечества империй на Древнем Востоке, была та, что бурный рост производства сдерживался узостью внутренних рынков, как еще существовавших территориальных общин, так и возникшими на их основе небольших городов-государств: "Для товаров уже не находилось достаточного числа покупателей на городских рынках. Надо было вести товары за море, но в каждой гавани, где корабельщики останавливались, с них брали пошлину, даже если они не разгружали корабль. Всюду были таможни и заставы. В чужом городе даже самый богатый и именитый человек из другой страны был бесправным чужеземцем. Он не мог купить себе дом землю. Он должен был искать себе покровителей среди местных жителей, чтобы защитить свои права, свою собственность. Среди купцов было много таких, которые вели торговлю со многими странами, и отправляли в плавание целые флотилии кораблей. Им было невыгодно то, что у каждого маленького города были свои таможни, свои деньги, свои законы. Для того чтобы расширять дела, этим богатым купцам нужно было государство, границы которого охватывали бы множество городов. Того же хотели и ростовщики, дававшие купцам деньги и владельцы больших мастерских, где производились товары не только для своего рынка, но и для рынков других городов. Завоевания нужны были не только для обеспечения торговли, но и для того, чтобы получать рабочую силу и сырье в покоренных странах. Для завоеваний, для создания больших стран нужна сильная власть. Господствующие классы создают монархию".[31]
Мнение о том, что империи Древнего Востока создавались денежно-торговым капиталом для защиты своих интересов, разделяет и финский историк П. Кууси: "Для успешной торговли требуется наличие стабильной системы собственности и законов. И в Египте и в Вавилоне во времена древних империй уже существовали сложные законы. Поддержание и охрана права собственности, была важной функцией государства. В Вавилоне в период правления Хамураппи, купцы и ростовщики обладали властью, уступающей лишь власти жрецов и военночальников".[32] А поскольку, как известно жречество империй Древнего Востока так же активно занимались торговлей товарами и деньгами, то можно с полной уверенностью говорить, что денежно-торговый капитал обладал в древневосточных империях всей полнотой власти.
Часть 2. Денежно-торговый капитал и образование политической и интеллектуальной элиты древневосточных империй
Процесс постоянного функционирования денежно-торгового капитала резко усилил издавно существовавшую у человечества потребность в накоплении, передаче и сохранению информации, знаний и опыта. Эти функции практически с самого начала выполнялись представителями правящего класса. Сначала это было исключительно привилегией жречества, которое включилось в деятельность денежно-торгового капитала с самого начала его возникновения и практически являлось его составной частью. Затем, по мере развития государства, к этим функциям подключилась бюрократия, и стало возникать нечто вроде интеллигенции. Но, тем не менее, до самого конца существования древневосточных империй, грамотность в них, была привилегией незначительного числа населения из числа представителей господствующих классов и их детей, и то не всех, а только сыновей.
Школьное образование на Древнем Востоке помимо детей жречества и купечества, получали сыновья управляющих имениями и мастерскими, военных и гражданских чиновников, капитанов кораблей и других лиц из числа обслуживающих господствующие классы в управленческом и интеллектуальном отношении.[33]
Привилегия знаний и занятий умственной деятельности, обеспечивались также особенностями древневосточной письменности, основанной на различных системах иероглифической и клинописной письменности, при которой только для овладения элементарными навыками чтения и письма, требовалось несколько лет интенсивных занятий.
Только в самом конце эпохи древневосточных цивилизаций у финикийцев появилась алфавитная письменность, которую затем заимствовали и усовершенствовали греки, от которых она затем через этрусков перешла к римлянам.
Возникновение алфавитного письма, опять таки способствовал дальнейший бурный рост средиземноморской торговли, когда количество кораблей и соответственно их капитанов и навигаторов достигло нескольких десятков тысяч и письменность должна была бать приспособлена для того, чтобы ей могли обучаться и в дальнейшем без затруднений пользоваться большое количество людей.
Таким образом, еще в период империй Древнего Востока понятие интеллигенции, либо полностью совпадало с понятием господствующего класса (на ранних ступенях развития товарно-денежных отношений), либо означало полное обслуживание интересов господствующего класса, тем слоем общества, который занят умственным трудом и пополняется представителями различных общественных слоев в условиях бурного экономического и технологического развития.
То есть уже история Древнего Востока опровергает миф о том, что интеллигенция или, говоря более широко люди умственного труда и творческих профессий, якобы служат всему народу или обществу в целом. Они служат тому или тем, кто им платит.
Часть 3. Египет — первая империя Древнего Востока
Возникновение Египта, как первой древневосточной империи, происходило на основе тех экономических закономерностей, о которых говорилось в первой части данной главы. На первых порах на территории Египта образовалось несколько десятков государств, возникших на основе прежних территориальных общин. Этим и объяснялись их небольшие размеры. Каждое из этих государств представляло из себя небольшой город с окрестными селениями и полями. Стоявший во главе такого города-государства правитель, постепенно превращался из вождя племени в настоящего царька.
Дальнейшее развитие товарно-денежных отношений и усиление торгово-денежного капитала привело к тому, что усиливающаяся знать начинала стремиться к созданию более сильного государства.
На базе нескольких десятков городов-государств, сперва возникают два крупных государства: Верхний Египет (на юге Египта) и Нижний Египет (на севере Египта). Верхний Египет оказался более сильным и прочным государственным образованием, и его цари постепенно сумели захватить север (Нижний Египет) и тем самым получили выход к Средиземному морю и сухопутным путям, ведущих в Азию. Тем самым расширялся внутренний рынок, и открывались торговые пути к рынкам стран Средиземноморья и Ближнего Востока.
Окончательное объединение Египта в единое государство произошло около 3000 г. до н. э. Этот ранний период существования Египта, как древневосточной империи, получил наименование "Раннего царства"(3000–2800 г. до н. э.).[34]
О том, что Египет, как первая древневосточная империя возник в интересах местного денежно-торгового капитала, свидетельствует то, что в период "Раннего царства" его правители начинают совершать регулярные военные экспедиции на Синайский полуостров с целью установления контроля над находившимися там месторождениями медной руды.[35] Кроме того, Синайский полуостров является перекрестком сухопутных торговых путей, ведших в Малую Азию, Междуречье, Аравийский полуостров и далее в Индию.
После "Раннего царства" в Египте наступил период "Древнего царства" (2800–2250 г. до н. э.). Этот период характеризуется еще большим усилением государственной централизации. В Египте восточная деспотия приняла наиболее четкую форму. Фараон управлял страной с помощью огромного бюрократического аппарата, возглавляемого первым министром. Первый министр контролировал государственные учреждения и храмы, ведал набором в армию, был верховным судьей. Фараон владел формально всей землей государства, но фактически ему принадлежало ее около половины. В полном распоряжении находились рудники и каменоломни. Он же руководил внешней торговлей.[36] Таким образом, экономической основой "Древнего царства" был своеобразный государственный капитализм.
В этот же период продолжается расширение внешнеэкономических связей Египта и, прежде всего с соседними странами Эфиопии и Финикии. Из Эфиопии ввозится черное дерево и слоновая кость. Из Финикии ценные хозяйственные породы древесины (кедр и сосну).[37]
Наиболее важным периодом в системе развития Египта, как империи, является период "Среднего царства" (2050–1750 г. г. до н. э.). Прежние эпизодические военно-торговые экспедиции в страны Средиземноморья, сменяются постоянными торговыми отношениями. Исчезает натуральное мерило стоимости в виде определенного количества зерна и появляется денежная единица "дебен" в виде слитка золота весом 91 грамм. Из азиатских стран в Египет начинает ввозиться все большее количество серебра.[38] Бурное экономическое развитие Египта в период "Среднего царства", привело к тому, что наряду с прежней денежно-торговой знатью, в Египте появляются слои, которые можно назвать "средней буржуазией". Это были разбогатевшие ремесленники и крестьяне. В Египте их называли "сильные простолюдины". Именно на эту новую общественную прослойку пытаются опираться фараоны, с тем, чтобы уменьшить свою зависимость от старой знати и жречества.[39]
Если старая знать и жречество, выражали интересы денежно-торгового капитала, то "сильные простолюдины", в лице разбогатевших ремесленников и земледельцев, которые применяли как наемный, так и в небольших размерах рабский труд, стали тем, что можно назвать "промышленная и сельскохозяйственная буржуазия".
После двухсотлетнего упадка, связанного с вторжением и продолжительным господством в Египте союза арийских племен, известных под названием "гиксосы", положивших конец "Среднему царству" в 1750 г. до н. э, в Египте после изгнания гиксосов начинается период "Нового царства" (1580–1085 г.г. до н. э.). Внешняя и внутренняя политика страны вновь ведется исключительно в интересах денежно-торгового капитала. Вновь увеличивается количество торгово-исследовательских морских экспедиций в дальние страны. Одна из таких экспедиций во время правления царицы Хатшепсут, была направлена в страну Пунт (нынешнее Сомали). Корабли этой экспедиции вернулись нагруженные золотом, слоновой костью, душистыми смолами и саженцами и саженцами смолистых деревьев. Вслед за торговыми экспедициями, начинались военные походы египетских войск. Во время правления фараона Тутмоса 1, египетские войска доходят до берегов Евфрата на Ближнем Востоке и до третьего, порога Нила в Африке. Новым свидетельством роста влияния денежно-торгового капитала в Египте в этот период, стал факт полной замены денежными платежами различных форм натурального обмена.[40]
Наибольшего расцвета, внешняя торговля Египта, достигает в последний период его существования, как независимого государства — период так называемой "Саисской династии" (664–525 г.г. до н. э.). В этот период Египет становится центром морской торговли Восточного Средиземноморья. Усиливаются старые связи с финикийскими торговыми городами-государствами и устанавливаются новые с греческими городами-государствами. На побережье Египта появляются греческие торговые города-колонии, крупнейшим из которых стал город Навкратис.[41]
Египетское государство начинает действовать не только в интересах собственного египетского денежно-торгового капитала, но и в интересах финикийского. Так, фараоном Нехо была организована экспедиция большой группы финикийских кораблей вокруг Африки. В период правления фараона Яхмоса 2 (Амасиса) (569–526 г.г. до н. э.) египетскими войсками, доставленными на финикийских кораблях был завоеван остров Кипр — важнейший перекресток морских торговых путей в Восточном Средиземноморье.
История Египта, как первой из древневосточной империй и просто как независимого государства прекратилась в 525 г. до н. э., когда он был завоеван персидскими войсками.
Часть 4. Империи Месопотамии (Междуречья)
Процесс возникновения и развития в Месопотамии товарно-денежных отношений и происходившего затем на их основе государственного строительства был таким же, как и в Египте.
Как уже установлено историками первые государственные образования стали появляться в Месопотамии в период "урукской" археологической культуры (4 тысячелетие до н. э.), когда товарно-денежные отношения стали проявляться уже вполне отчетливо. Так, например, известно массовое производство керамической посуды с помощью гончарного круга, предназначенной на обмен.
Первые государственные образования в Месопотамии начинают появляться в конце 4 начале 3 тысячелетия до н. э. Довольно долгое время они сохраняли сильные родоплеменные традиции. Правитель во многом походит на племенного вождя. Для решения важнейших вопросов он созывает совет старейшин и народное собрание, участниками которого были все мужчины, способные носить оружие. Как и в Египте на территории Междуречья было несколько десятков городов-государств. Каждый из этих городов представлял из себя несколько бывших сельских общин, образовавших самоуправляющие кварталы. Городу подчинялось несколько окрестных селений. Правитель города-государства "энси", сочетал функции военноначальника и верховного жреца. Когда какой-нибудь город усиливался и подчинял себе несколько других городов, его правитель принимал титул "лугаль" ("великий").[42]
Аналогичные процессы происходили и на территориях, прилегающих к Месопотамии. Так, в середине 3 тысячелетия до н. э. на территории нынешней Сирии, восточнее города Алеппо возникло торговое город-государство Эбла. Находясь на перекрестке торговых путей между Египтом и Месопотамией — этот город-государство окрепло настолько, что пыталось установить контроль над всей территорией нынешней Сирии.[43] Таким образом, усиление экономического могущества даже сравнительного "молодого" государственного образования, практически сразу пробуждали в его политике имперские тенденции.
Как и в Египте, в Междуречье по мере развития денежно-торгового капитала усиливается потребность в едином большом рынке сбыта и обостряется борьба за гегемонию в деле объединения объединения региона между расположенными на его территории городами-государствами. К концу 3 тысячелетия до н. э. на территории Месопотамии образуются два крупных центральных государства. На севере Аккад и на юге Шумер. Вскоре, в период правления царя Саргона, Аккад полностью подчинил себе Шумер (конец 24 в. до н. э.). Образовалось единое централизованное государство с ярко выраженными чертами империи: многочисленный бюрократический аппарат (5400 чиновников), постоянная армия, энергичная завоевательная политика, в отношении богатых сырьем соседних регионов.[44]
Еще более характерными чертами империи, выражающей интересы денежно-торгового капитала, стало, возникшее в 2109 г. до н. э. на месте Аккадской державы, государство 3 династии Ура. Его правители претендовали уже на всемирное господство, называя себя "царями четырех стран света". Продолжается активная завоевательная политика и рост внешней и внутренней торговли, которой руководили специальные правительственные чиновники "тамкары". Кроме торговли, правительство также контролировало сельское хозяйство и ремесло. До настоящего времени дошли сотни тысяч деловых документов той эпохи в виде глиняных табличек. Это списки персонала, работающего в крупных поместьях и ремесленных мастерских, отчеты о выполненной работе, нормах выработке, количестве произведенной продукции. В сельском хозяйстве и промышленности принудительный труд сочетался с вольнонаемным.[45]
Держава 3 династии Ура распалась в начале 2 тысячелетия до н. э. под натиском кочевых племен. Спустя двести лет на ее основе в Междуречье возникает новая империя — Старовавилонское царство. Наибольшего могущества оно достигает в период правления царя Хамураппи (1792–1750 г. г до н. э.). В этой новой империи, экономическая и политическая власть денежно-торгового капитала в его высшей стадии развития, получает законченное оформление. В экономике это окончательный перевод денежной системы из показателей на основе натуральных продуктов в драгоценные металлы. Денежными единицами становятся слитки серебра: "сикль" — 8 граммов, "мина" — 500 граммов и "талант" — 30 килограммов.[46] В политической области — это появление системы письменного права, так называемые "Законы Хамураппи". Законы Хамураппи были направлены на ограничение старых ростовщических форм денежного капитала, которые своими методами долгового рабства провоцировали социальную напряженность и мешали развитию новых форм денежного капитала в виде кредитно-банковской системы. Аналогичные реформы, связанные с ограничением ростовщического капитала и порожденного им долгового рабства проводил в Древней Греции Солон (начало 6 в. до н. э.) и аналогичные реформы в Древнем Риме в виде законов народных трибунов Лициния и Секстия 367 г.г. до н. э. и законов 326 г. до н. э.[47]
Следующей державой в Междуречье, ставшей затем империей в классическом смысле этого слова, стала Ассирия. Первоначально (конец 3 — начало 2 тысячелетий до н. э.) это было малое торговое государство на севере Междуречье, формой правления, в которой была олигархическая республика. В силу своего первоначального, незначительного военного потенциала, она без сопротивления переходила под власть сменявших друг друга держав Месопотамии. Используя близость к важнейшим торговым путям, ассирийские купцы и ростовщики при активной поддержке государства проникали в Малую Азию, основывали среди проживающих там племен торговые колонии. Основой ассирийской торговли в Малой Азии был обмен промышленных изделий из Междуречья на добываемые в горах Малой Азии серебро, медь, свинец, и другие металлы.[48]В дальнейшем после крушения Старовавилонского царства под натиском кочевых племен, начинается постепенный рост могущества Ассирии. Переломным моментом в процессе начала превращения Ассирии из небольшой торговой олигархической республики в империю стал 1350 г. до н. э., когда Ассирия стала полностью независимой и начала расширяться за счет ослабевших соседей.
К началу 13 в. в до н. э. Ассирия подчиняет себе Митанию и начинает серию войн по подчинению Вавилоноии. В 12 в. до н. э. ассирийские войска выходят к побережью Черного моря в Малой Азии на севере. На западе, захватив Северную Финикию, выходят к Средиземному морю. Однако на этом ассирийская экспансия почти на два столетия прекращается, так как в течении 11 в. до н. э. само существование Ассирии, как государства оказалось под вопросом в результате вторжения арамейских кочевых племен, после чего весь 10 в. до н. э. страна находилась в глубоком упадке.
В последние десятилетия 10 в. до н. э. Ассирия восстановила свое экономическое могущество и в начале 9 в. до н. э. возобновила широкую завоевательную политику. В этот период она окончательно становится империей. Важным признаком этого, стало появление многочисленной регулярной армии со сложной внутренней структурой. Помимо пехоты и кавалерии, в ассирийской армии впервые появляются специальные саперные и осадные части. Ассирийцы первыми в истории стали применять для взятия крепостей специально предназначенные для этого механизмы: балисты, катапульты, тараны. Саперы наводили понтонные мосты из бурдюков, надутых воздухом, поверх которых укладывался деревянный настил. Большое изумление вызывало у современников правильное построение боевых порядков ассирийского войска и его дисциплина.[49]
Благодаря высокому экономическому потенциалу страны, численность ассирийской армии иногда доходила до 120 тысяч, цифра небывалая для тех времен. Для сравнения можно сказать, что в 1721 г. н. э. в Российской империи численность регулярной армии составляла 160 тысяч человек.
Не смотря на то, постоянные войны с соседями невероятно повысили роль армии и императора, как ее главнокомандующего, тем не менее, деспотическая по форме видимая власть ассирийских владык имела свои четкие пределы и кончалась там, где начинались интересы ассирийского торгово-денежного капитала. Очень легко эту особенность взаимоотношений ассирийских правителей и владельцев денежных состояний проявилась в судьбе правителя Салмансара 5, который в 722 г. до н. э. попытался обложить налогами деловой центр Ассирии город Ашшур, который их ранее не платил, то он вскоре стал жертвой заговора, организованного его ближайшими сторонниками. Новым правителем стал Саргон 2, который освободил от налогов не только ассирийские, но и вавилонские торговые города.[50]
После захвата в 671 г. до н. э. Египта Ассирийская империя достигла вершины своего могущества. И, если ранее, предшествовавшие ей державы Ближнего Востока, были просто империями, то в этот период Ассирия стала классической империей. Под ее контролем находился практически весь Ближний Восток, за исключением Аравийского полуострова, значительную часть Малой Азии и Египет. Впервые был создан гигантский рынок, на котором господствовали ассирийские и вавилонские, а, также, в некоторой степени и финикийские купцы и финансисты.
Но эта империя раздиралась противоречиями между ассирийскими и вавилонскими капиталами. Вавилоняне были недовольны гегемонией ассирийцев с их жесткой государственной централизацией. Воспользовавшись тем, что на Ассирию усилился нажим скифов и мидян, ассирийский наместник Вавилонии Набопаласар в 626 г. до н. э. провозгласил независимость Вавилонии и начал войну с Ассирией. В 612 г. до н. э. после взятия объединенными силами противников ассирийского господства, во главе с Вавилоном ассирийской столицы Ниневии, Ассирия была уничтожена. На ее развалинах, на территории Междуречья возникло новое государство "Нововавилонское царство".
Это государство, просуществовав менее одного столетия (626–539 г.г. до н. э.), но внесло заметный вклад в историю развития цивилизации не только ближневосточного региона, но и всего человечества.
В Нововавилонском царстве могущество денежно-торгового капитала достигло таких вершин, что он счел возможным обходиться без сильной государственной власти. Вместо восточной деспотии в Нововавилонском царстве установился олигархический способ правления, когда правитель в своей повседневной деятельности был вынужден считаться с мнением советов старейшин, которые управляли всеми крупными городами страны, включая столицу.
Эти советы состояли из владельцев крупных денежных состояний, занимавших высшие административные посты в храмах и передававших их по наследству.[51]
Помимо обширной внешней торговли, основой функционирования нововавилонского денежно-торгового капитала, был внутренний земельный рынок. Храмы сдавали в аренду или продавали принадлежавшие им участки земли различным торгово-ростовщическим кампаниям (наиболее крупной из которых был так называемый "Дом Эгиби"), которые затем эти участки продавали или сдавали в субаренду другим юридическим или физическим лицам.[52]
Довольно скоро, во внешней политике Нововавилонского царства стали проявляться имперские тенденции. В период царствования Навуходоносора 2 (605–562 г.г. до н. э.) начинаются длительные войны между Вавилоном и Египтом за влияние в Иудее и Финикии. В ходе этих войн Вавилоном были завоеваны Иудея и Финикия и серьезно ослаблены позиции Египта.
Таким образом, для вавилонского денежно-торгового капитала было в значительной степени отвоевано то экономическое пространство, которым он обладал в период Ассирийской империи.
В конце концов, денежно-торговый капитал оказал решающее влияние не только на возникновение Нововавилонского царства, но и затем на его гибель в дальнейшем. Когда, начавшаяся в 550 г. до н. э. война Вавилона с Персией, стала затягиваться, то вавилонские банкиры и купцы, деловые операции которых начали заметно страдать от продолжительных военных действий, не приносивших успеха для вавилонской стороны, пришли к выводу о необходимости ее скорейшего прекращения, хотя бы и за счет подчинения Персии. По их расчетам подчинение Персии было бы даже более выгодным, так как позволяло развернуть им свою деятельность в пределах обширной империи, которую Персия стремительно создавала у них на глазах. В результате таких настроений правящих кругов страны, в 539 г. до н. э. Вавилон, считавшийся самой мощной крепостью на Ближнем Востоке, был практически без боя сдан персидской армии, под командованием царя Кира.
Аналогичное стремление испытывал денежно-торговый капитал Египта. Об этом красноречиво говорят обстоятельства завоевания Египта Персией. Когда персидские войска вышли на границу с Египтом, внезапно умер энергичный противник персов фараон Амасис. После начала войны на сторону персов перешел командующий египетским флотом Уджагорресент, затем на сторону персов перешел командир группировки греческих наемников (самой боеспособной части египетского войска) Фанес.[53] В результате, после первого сражения, сопротивление египетской армии прекратилось, в дальнейшем персидские войска продвигались беспрепятственно, вплоть до полного захвата всего Египта.
Часть 5. Персидская империя — гигантский рынок от Греции до Индии
Возникшая, в период 553–550 г.г. до н. э. древнеперсидская держава, практически с первых лет своего существования приступила к обширным завоеваниям и, прежде всего в Малой Азии. Там персами было покорено обширное Лидийское царство с высокоразвитой экономикой. Именно в нем, впервые в тогдашнем цивилизованном мире, в 7 в. до н. э. начали чеканить золотые монеты.[54]
Вслед за этим, как уже говорилось, наступила очередь Вавилона. Мирным путем были подчинены торговые города-государства Финикии. В 525 г. до н. э. персидским царем Камбизом был завоеван Египет и предпринята попытка завоевания Эфиопии.
Таким образом, за 25 лет персидскими правителями была создана империя, превысившая по своим размерам Ассирийскую, которая существовала примерно на том же самом месте, но для ее создания понадобилось несколько столетий кровавых войн.
Эта разница, позволяет утверждать, что в создании первой в истории человечества межконтинентальной империи, помимо и даже более персидских владык, были заинтересованы широкие круги торгово-денежных капиталов тех стран, которые вошли в ее состав. Им было тесно в своих прежних национальных границах, и они считали выгодным для себя производить финансовые и торговые операции в пределах новой гигантской империи.
Поскольку, собственно персидский денежно-торговый капитал, так и не сложился, то Персидская империя на всем своего существования выражала интересы, прежде всего финикийского и вавилонского капитала, а так же египетского и греческого из городов Малой Азии.
Наиболее заметным выражением этого были реформы в период правления Дария 1 (522–486 г.г. до н. э.).
Для облегчения связи между различными частями огромной империи были проложены широкие дороги, мощеные камнем. Они хорошо охранялись, и передвижение по ним людей и товаров, было вполне безопасным. Так же была впервые в мире, создана регулярная государственная почтовая связь.[55] Это также очень облегчило деловые операции между различными регионами империи.
Поделиться книгой: