Любовь против мести

Она стояла в полуметре от него и была привлекательна даже в гневе.

— Мне не требуется сковорода для нападений, Валентайн.

Он кивнул.

— Я верю. — Он протянул руку и отвел прядь волос от ее лица. Ее кожа была настолько мягкой, что ему захотелось прикоснуться к ней еще. — Вот что: когда я наколю дров, ты можешь подшутить надо мной и сказать, что из меня получится хороший муж.

Оливия даже не улыбнулась. Мак не мог понять, чем так разозлил ее.

— Я очень сомневаюсь, что ты умеешь колоть дрова, — сказала она, беря кастрюлю из мойки. — Однако, даже сделав это, ты не дождешься от меня уверения в том, что из тебя получится хороший муж.

— Почему ты злишься на меня? — наконец спросил он. — Я почувствовал это, как только вошел сюда. Ты чертовски привлекательна, но явно взбешена.

— Ничего подобного! — крикнула она, хватая со стола кухонное полотенце.

— Что произошло? Ты сегодня разговаривала с отцом?

— Слушай, приятель, — язвительно произнесла она, — мне не нужно разговаривать с отцом, чтобы разозлиться на тебя.

— Значит, ты все-таки разозлилась на меня, — удивленно протянул он.

— Верно, — она поставила кастрюлю на плиту. — Я сама могу составить о тебе мнение, без чьей-либо помощи.

Мак подошел к ней ближе, но Оливия сделала шаг назад и уперлась бедрами в гранитную столешницу.

— И что ты обо мне вообразила?

— Ты бабник и…

— Это так, — он хихикнул.

— Не перебивай меня! — угрожающе сказала она. — Через пять минут после расставания с очередной любовницей ты даже не вспомнишь ее имени.

— Я не завожу продолжительных романов, Оливия. — Мак подумал: а что, если поцеловать ее?

— И ты гордишься этим? — спросила она. — Не надоело прыгать из постели в постель?

— Так может рассуждать только женщина, у которой давненько не было любовника.

Оливия уставилась на него. Ее щеки пылали, в глазах отражалось раздражение. Бросив кухонное полотенце, она направилась к двери.

— Уже поздно.

— Я провожу тебя, — произнес он, идя за ней к парадной двери.

— Не утруждай себя, — схватив пальто, шляпу, перчатки и сумочку, Оливия открыла дверь. — Я вернусь утром.

Мак заметил, что на улице идет сильный снег, и произнес:

— Подожди, погода ужасная.

— Спокойной ночи, мистер Валентайн.

— По дорогам сейчас не проехать.

Выйдя за дверь, она пошла по тропинке. И бросила ему через плечо:

— Я уроженка Миннесоты, мистер Валентайн, поэтому видела погоду и похуже.

— Черт побери!

Оливия посмотрела через плечо и вздрогнула, увидев, что задний бампер ее автомобиля врезался в почтовый ящик Мака. Даже внедорожник не способен справиться с капризами природы.

Включив передачу, она нажала на педаль газа и услышала, как буксуют колеса.

— Проклятый снег!

Оливия попыталась вернуться на место парковки. Ничего не получилось. Никогда прежде она не вела себя так непрофессионально. Страх и нервозность еще ни разу не лишали ее способности управлять автомобилем.

Включив обогрев, Оливия достала сотовый телефон и набрала номер вызова такси. Не успел диспетчер ответить, как в окно автомобиля кто-то постучал. Вздрогнув, Оливия повернулась и увидела Мака, по-прежнему одетого в джинсы и рубашку. Она опустила стекло.

— Что ты делаешь? — спросил он.

— Я разбила твой почтовый ящик, застряла в снегу, а теперь вызываю такси.

Мак тихо выругался.

— Тебе лучше всего вызвать буксир. В такую погоду не приедет ни один таксист. Я мог бы предложить тебе остаться у меня, но не думаю, что это разумно.

— Да, не очень, — согласилась она. — Иди домой.

Закрыв окно, Оливия снова принялась вызывать такси.

Мак постучал в окно, на этот раз сильнее. Оливия снова опустила стекло.

— Что еще?

— Ты замерзнешь.

— Замерзну, если мне придется постоянно открывать окно. Иди домой. Ты можешь простудиться, а я не собираюсь нести ответственность, если ты подхватишь воспаление легких или отморозишь себе что-нибудь.

— Ты ведешь себя как ребенок. Пойдем в дом!

— Я никуда не пойду. Неразумно оставаться с тобой в доме на ночь, — она вздохнула. Ей хотелось оказаться дома, принять ванну, выпить чего-нибудь горячего и, возможно, посмотреть очередную серию «Секса в большом городе».

Однако похоже, что эти ее желания не сбудутся.

— Выбирай, — сказал Мак, клацая зубами, — или ты согреешься у камина, или замерзнешь в автомобиле.

Оливия вздохнула.

— Хорошо, я пойду в дом… но буксир все равно вызову.

Мак помог ей выбраться из автомобиля. Оливия пошла за ним следом к парадной двери дома.

— Если буксир сегодня не приедет, — сказал Мак, открывая дверь, — ты сможешь переночевать в моей комнате.

Оливия вошла в вестибюль. Ей хотелось нахмуриться, но вместо этого она рассмеялась.

— Ты сошел с ума, раз предлагаешь мне такое!

— Я считаю, что поступаю как настоящий мужчина, — он повернулся к ней и усмехнулся. — Я редко бываю галантен.

— Можно мне воспользоваться твоим телефоном? Мой телефон плохо принимает сеть в этом районе.

— Конечно, — он помог ей снять пальто и повесил его, потом обхватил ее руки ладонями, желая снять перчатки. Волна трепета прошла по телу Оливии. Она подняла глаза и увидела, что Мак пристально смотрит на нее. Он снял с нее перчатки и настолько медленно, что у нее все сжалось внутри. Потом Мак обхватил ее руки холодными ладонями.

— Ты замерз, — сказала она.

— А ты согрелась. — Их пальцы переплелись, и Оливия напряглась. — Не хочется тебя отпускать.

К своему сожалению, Оливия поняла, что тоже не хочет сейчас расставаться с Маком, однако она не собиралась уступать ему. Мак намеревался использовать ее в качестве объекта мести, а она уже слишком часто в прошлом позволяла мужчинам использовать себя.

Оливия высвободила руки.

— Я пойду и позвоню.

— Сегодня тебе не удастся вызвать буксир, Лив, — спокойно произнес Мак. — Я устроюсь в кресле у камина, а ты, если решишь остаться, можешь воспользоваться моей кроватью. Я не стану беспокоить тебя.

Оливия не знала, верить ему или нет. Однако выбора у нее не было. Ей нужно было где-нибудь переночевать.

— Спасибо.

— Спокойной ночи, — кивнув, произнес Мак и направился в жилую часть дома.

Глава шестая

В первой службе по вызову буксиров, куда дозвонилась Оливия, просто повесили трубку. Во второй диспетчер рассмеялся ее просьбе, в третьей Оливии пришлось выслушивать автоответчик.

Она очень хотела добраться домой, особенно после того, как непривычно для себя отреагировала на простое прикосновение Мака к ее рукам.

Оливия сидела на краю огромной кровати Мака, опустив плечи. Она устала и замерзла, а также была разочарована тем, что пришлось воспользоваться комнатой Мака. Другая на ее месте взяла бы плед и устроилась на полу в любой комнате. Однако Оливия очень любила удобства и не понимала тех, кто проводит свободное время на лоне природы, в палатке. Так или иначе, сегодня ей предстояло ночевать в комнате Мака. Она надеялась, что он все же сдержит слово и останется на оговоренном расстоянии от нее.

Стащив с кровати покрывало, Оливия завернулась в него. Маку теперь хорошо, он расположился у камина. Она выдохнула ртом и увидела перед собой белое облачко. В доме было ужасно холодно. Непонятно, что делает в доме мастер, которого Оливия встретила утром. Завтра же она вызовет специалистов по отоплению. Придется повременить с мебелью и уютной обстановкой. Если в доме будет такой холод, супруги Дебоулд сразу же переедут в ближайший пятизвездочный отель.

Оливия уже собиралась прилечь и заснуть, но в последний момент сдернула с себя покрывало и направилась в ванную комнату. Ванная комната была выложена светло-коричневым кафелем под камень. В ней имелся современный душевой аппарат.

Она помедлила, размышляя, можно ли воспользоваться душем Мака, потом решила действовать.

Почувствовав внезапный прилив веселья, Оливия включила горячую воду, закрыла дверь и принялась раздеваться. Едва она собралась встать под душ, в дверь спальни постучали.

У Оливии сердце ушло в пятки. Зачем Мак пришел? Неужели у него настолько развита интуиция, что он чувствует обнаженную женщину в своей комнате?

Завернувшись в огромное банное полотенце, Оливия приоткрыла дверь и высунула голову.

— Да?

— Значит, ты решила воспользоваться комнатой?

— Да, решила, тебя это не очень беспокоит?

— Нисколько, — он усмехнулся. — У тебя все в порядке?

— Да, я просто устала, — сказала Оливия, умолчав о том, что замерзла. — Что ты хотел?

Мак явно не поверил ей. Он пытался оценить ситуацию.

— Я поставил пиццу в духовку. Хочешь есть?

Она покачала головой.

— Спасибо, я не слишком голодна. Я просто очень-очень устала.

— Хорошо, тогда спокойной ночи, — произнес он. Оливия уже обрадовалась, что он наконец уйдет, а ей удастся согреться под душем, однако Мак наклонил голову набок. — Что это такое?

— Где? — невинно спросила она, будто не понимая, о чем он говорит.

— Я слышу шум воды. Ты принимаешь душ? — его губы изогнулись в усмешке.

— В данный момент не принимаю, — раздраженно сказала она.

— Решила воспользоваться моим горячим душем?

Оливия округлила глаза.

— Я не против, Оливия, просто я удивлен. Бери любые полотенца.

— Хорошо.

Она выжидающе смотрела на него. Пора уходить, мистер Валентайн. Что еще вы собираетесь мне сказать? Мак не двигался с места. Он выглядел очень сексуально в черном свитере и брюках такого же цвета.

Оливия разочарованно вздохнула.

— Я замерзла, мне нужно согреться.

Мак улыбнулся шире и посмотрел себе под ноги.