Пять ночей у Фредди. Неправильные

Из темного люка на девушек глядело лицо. Джессика пронзительно вскрикнула и отшатнулась. Чарли тоже отпрянула. Это была морда полусгнившего зверя-костюма. Меховой костюм находился в люке, оставалось лишь догадываться, как его втиснули в такое узкое пространство. Все тело Чарли онемело от шока, девушка застыла, не в силах отвести глаз от звериной морды; на нее накатил старый, знакомый с детства ужас.

– Желтый кролик, – прошептала она.

– Это Дэйв! – ахнула Джессика.

Чарли глубоко вздохнула, волевым усилием возвращаясь в настоящее, и сказала:

– Помоги-ка мне. – Она сделала шаг вперед, вцепилась в ткань и потянула что было мочи.

– Ты шутишь. Я не притронусь к этой штуке!

– Джессика! Иди сюда! – скомандовала Чарли, и подруга неохотно повиновалась.

– Фу, гадость. – Джессика дотронулась было до костюма, но сразу же отдернула руку. Потом уныло посмотрела на Чарли и предприняла вторую попытку. – Фу! – тихо повторила она и наконец, морща нос, взялась за костюм.

Вместе они изо всех сил потянули, но без толку.

– Кажется, он застрял, – предположила Джессика. Девушки ухватились поудобнее и в конце концов приподняли зверя. Ткань цеплялась за торчащие из досок гвозди и щепки, но Чарли продолжала тянуть. Наконец существо было извлечено из узкого люка и тяжело рухнуло на землю.

– Не похоже, что Дэйв инсценировал собственную смерть, – проговорила Чарли.

– А что, если это не он? – Джессика вгляделась в морду костюма.

– Это он. – Чарли посмотрела на испачканные кровью пальцы костюма. – Пружинные фиксаторы, возможно, не убили его сразу, но здесь он умер.

Через прорехи в костюме девушки видели тело Дэйва, а в широких прорезях глаз виднелось человеческое лицо. Кожа трупа сморщилась и высохла, глаза были широко открыты, лицо ничего не выражало, из него ушли все краски. Чарли придвинулась ближе. Первое потрясение прошло, и теперь девушке стало любопытно. Сначала она действовала осторожно, опасаясь, что в костюме остались «неразряженные» пружинные фиксаторы, но было ясно, что они уже сделали свое дело. Фиксаторы так глубоко впились в шею, что казались частью тела.

Чарли пригляделась к груди костюма. На желтом материале зияли широкие прорехи, в которых виднелись зеленоватые и розоватые пятна плесени. Девушка взялась за разорванные края и потянула материю в стороны. Джессика наблюдала за всем этим, зажав рот ладонью. Длинные, острые металлические детали пронзили все тело, и его покрывал слой засохшей крови. Помимо этого, в тело вошли и более мелкие детали, пронизав его в несколько слоев. Пропитавшийся кровью костюм задубел, однако на трупе не было видно следов разложения, несмотря на то что со смерти Дэйва прошел почти год.

– Складывается впечатление, будто он сплавился с костюмом, – сказала Чарли.

Она потянула за голову костюма, чтобы ее снять, но быстро сдалась. Широко открытые глаза костюма таращились на нее, а за ними виднелись глаза мертвеца. Сейчас на мертвого Дэйва падал солнечный свет, и его кожа выглядела отвратительной, выцветшей. Чарли вдруг почувствовала тошноту. Она отпрянула от костюма и поглядела на Джессику.

– И что теперь? – спросила та. – Может, хочешь еще и ноги ему помассировать? – Она резко отвернулась и сделала вид, что ее сейчас вырвет.

– Слушай, у меня занятия… – Чарли посмотрела на часы. – Через час. Ты по-прежнему хочешь пройтись по магазинам?

– Ну почему у меня не может быть нормальных друзей? – простонала Джессика.

Глава пятая

Мы постоянно учимся. Хотелось бы надеяться, что по крайней мере некоторые из вас чему-то учатся прямо сейчас, в этом классе. – Студенты доктора Тредуэлл нервно засмеялись, но преподаватель продолжала, не обращая на это внимания – очевидно, она и не думала шутить. – Когда мы учимся, наш разум должен решить, куда положить на хранение информацию. Бессознательно мы определяем, какие группы понятия наиболее значимы, и относим получаемые сведения к той или иной группе. Это, разумеется, довольно упрощенное объяснение. Когда этим занимается компьютер, мы называем это информационным деревом…

Чарли слушала вполуха; все это она уже знала и конспектировала просто автоматически. После того как они вчера ездили к Фредди, у нее постоянно стояло перед глазами тело Дэйва: его торс и покрывающее его жуткое кружево шрамов. Когда Дэйв был жив, он показал Карлтону свои шрамы, чтобы похвастаться тем, что выжил. Он так и не рассказал, как именно получил эти отметины, вероятно, имел место несчастный случай. «Он ведь постоянно носил те костюмы». Чарли помнила, как еще до всех этих убийств Дэйв надевал костюм желтого кролика и весело танцевал с желтым медведем… Она помотала головой, пытаясь избавиться от этого образа.

– С тобой все в порядке? – прошептал Арти. Девушка кивнула и отмахнулась от приятеля.

«Но тот покойник на поле появился не в результате несчастного случай. Кто-то вынудил его надеть костюм. Только зачем?» Чарли не переставая барабанила пальцами по столу.

– На сегодня все. – Доктор Тредуэлл положила на место мел и, чеканя шаг, спустилась с кафедры. Ее ассистент, суетливого вида аспирант, поспешил собрать домашние работы.

– Слушай, у тебя не найдется немного времени, чтобы вместе кое-что из этого повторить? – спросил Арти, пока они с Чарли собирали свои вещи. – От этого курса у меня голова пухнет.

Чарли помедлила. Она пообещала наверстать упущенное на первом свидании и еще раз встретиться с Джоном, но до встречи с ним оставалось еще больше часа. После визита в пиццерию «У Фредди» Чарли чувствовала себя так, словно побывала в родных стенах, хоть эти стены и были заляпаны кровью.

– У меня есть немного времени, – сказала она.

Арти просиял.

– Отлично! Спасибо огромное, тогда мы можем позаниматься в библиотеке.

Чарли кивнула:

– Конечно.

Она пошла через кампус вслед за Арти, без особого интереса слушая, как юноша объясняет, что именно ему непонятно.

Они нашли свободный стол. Чарли открыла свой конспект на сегодняшней теме и придвинула тетрадь к Арти.

– Слушай, ты не против, если я сяду рядом с тобой? – спросил юноша. – Будет проще, если мы оба будем видеть одно и то же, верно?

– Ага, ладно. – Чарли снова потянула к себе конспект, а юноша обошел вокруг стола и уселся рядом с ней, придвинув металлический стул на несколько дюймов ближе, чем Чарли хотелось бы. – Итак, что ты не понимаешь? – спросила она.

– Я же всю дорогу тебе рассказывал, – с легким оттенком недовольства в голосе проговорил Арти, потом кашлянул. – Думаю, в начале лекции я еще худо-бедно разбирался в теме, когда она повторяла пройденное на прошлой неделе.

Чарли засмеялась.

– Проще говоря, ты хочешь повторить все новое, что изучали сегодня.

Арти с застенчивым видом кивнул. Чарли начала с самого начала, то и дело тыкая пальцем в конспект. Перелистнув страницу, девушка обратила внимание на собственные зарисовки на полях. Она наклонилась ближе, чтобы лучше рассмотреть нарисованные внизу страницы прямоугольники. Все они были заштрихованы, так что походили на гранитные плиты. Чарли смотрела на эти зарисовки и не могла избавиться от чувства дежавю. Это что-то важное. «Я не помню, как рисовала это», – с тревогой подумала она. А впрочем… «Это просто каракули. Все студенты что-то машинально чертят в конспектах».

Девушка перевернула страницу, и у нее по спине пробежал холодок: на полях этой страницы тоже были рисунки, и на следующей тоже. Она все изрисовала прямоугольниками. Некоторые были большие, другие маленькие, одни едва намечены несколькими штрихами, другие так жирно обведены ручкой, что порвалась бумага. Все прямоугольники располагались вертикально и в высоту были больше, чем в длину. Чарли не отрываясь смотрела на них, медленно поворачивая голову, рассматривая зарисовки под разными углами, как вдруг ее озарило.

«Сэмми, это ты? – подумала она. – Это означает что-то, чего я не понимаю?» Чарли быстро глянула на Арти: он тоже уставился на страницу, потом перелистнул конспект. На следующей странице было то же самое: аккуратные, четкие записи, а на полях, вверху и внизу страницы – маленькие прямоугольники. Мало того, ими были покрыты все свободные от записей места, даже пространство между параграфами и оставшееся свободное пространство перед полями, где предложение было коротким. Арти быстро перевернул страницу обратно, посмотрел на девушку и улыбнулся, но взгляд у него был настороженный.

– Почему бы тебе не попробовать решить вот эту, первую, задачу? – предложила Чарли.

Арти склонился над листком с заданиями, а Чарли опять посмотрела в свой конспект. Память упорно подсовывала ей воспоминания об отцовском доме, и сделанные ею зарисовки только усиливали это ощущение.

«Я должна вернуться».

– С тобой все в порядке? – Арти с участливым видом наклонился к девушке. Чарли не сводила взгляда с конспекта. Теперь прямоугольники казались ей более выпуклыми, чем сами записи; она уже не могла сосредоточиться ни на чем другом. «Я должна вернуться».

Чарли захлопнула конспект и на миг крепко зажмурилась, потом, не обращая внимания на вопросы Арти, запихнула тетрадь в рюкзак.

– Мне надо вернуться, – сказала она, вставая.

– Но я застрял на первой задаче, – возразил Арти.

– Извини, мне правда очень жаль! – на ходу бросила Чарли. Пробегая мимо абонементного стола, она столкнулась с двумя студентами и даже не извинилась.

Добравшись до двери, она резко остановилась, чувствуя, как внутренности завязываются узлом. «Что-то не так». Чарли помедлила, вытянув перед собой руку, словно путь ей преградило какое-то невидимое препятствие. Наконец она взялась за дверную ручку, и ее пальцы «приклеились» к ней, как под воздействием электрического тока. Девушка не могла ни повернуть ручку, ни выпустить. Вдруг ручка пришла в движение сама: кто-то поворачивал ее с другой стороны. Чарли отдернула руку и сделала шаг назад, а в следующую секунду мимо нее прошмыгнул какой-то парень с огромным рюкзаком. Девушка повернулась и убежала, прежде чем дверь снова захлопнулась.

* * *

Чарли на полной скорости мчалась к Харрикейну, пытаясь успокоиться. В приоткрытые окна машины хлестал ветер. Девушка думала о лекции, которую доктор Тредуэлл читала на прошлой неделе. «Каждую секунду ваши органы чувств получают больше информации, чем они способны обработать единовременно». Возможно, именно в этом проблема Арти. Чарли посмотрела на возвышающиеся вдали горы, потом – на раскинувшиеся по обеим сторонам дороги поля. Глядя, как они пролетают мимо, она чувствовала, что внутреннее напряжение постепенно ее отпускает. В последнее время она слишком много времени проводила в классе и в своей комнате и редко выбиралась в «большой мир». Проплывающий за окнами пейзаж усиливал ее нервозность и врожденную неуклюжесть.

Девушка опустила оконное стекло еще ниже, впуская в салон свежий воздух. Над полем справа от дороги кружили птицы… Нет. Чарли остановила машину. «Что-то не так». Она вышла из машины, чувствуя себя нелепо, хотя последние несколько дней она и так постоянно была на взводе. Эти птицы слишком большие.

Приглядевшись, Чарли поняла, что это грифы, причем некоторые уже опустились на землю и бочком-бочком подбираются к лежащему на земле телу. «Это может быть что угодно». Чарли прислонилась к машине. «Возможно, это просто мертвое животное». Постояв так несколько секунд, девушка повернулась и неуверенно шагнула к двери машины, но в салон не села.

«Это не мертвое животное».

Чарли стиснула зубы и зашагала к тому месту, над которым кружили грифы. Когда она приблизилась, птицы, завидев ее, захлопали крыльями и разлетелись.

Чарли упала на колени.

Это была женщина. Сначала Чарли посмотрела на одежду трупа – та оказалась изодрана, как и одежда мертвеца, которого показал ей Клэй Берк.

Девушка наклонилась, чтобы осмотреть шею женщины, хотя и так уже знала, что именно увидит. На шее темнели глубокие, уродливые полукружия, оставленные пружинными фиксаторами, но Чарли не успела изучить их повнимательнее, ее окатила волна страха.

«Она выглядит в точности как я». Все лицо женщины покрывали синяки и царапины, так что трудно было определить степень схожести. Чарли покачала головой. Может, ей просто кажется, и никакого сходства нет. Хотя волосы каштановые, как и у Чарли, лицо тоже круглое, такой же цвет лица. Конечно, черты лица отличаются, но не сильно. Чарли встала и невольно сделала шаг назад; она вдруг осознала, что находится одна в чистом поле, как на ладони. «Клэй. Нужно позвонить Клэю». Девушка посмотрела в небо, жалея, что никак не может отогнать грифов и защитить тело.

– Простите, – прошептала она, обращаясь к мертвой женщине. – Я вернусь.

Чарли зашагала к машине, все ускоряя и ускоряя шаг, потом перешла на бег, словно за ней гнались по пятам. Запрыгнув в машину, она захлопнула и заблокировала дверь.

Несколько секунд она пыталась отдышаться и размышляла. Она сейчас на полпути между Харрикейном и школой, но недалеко отсюда рядом с шоссе есть автозаправка, оттуда можно позвонить Клэю. Бросив быстрый взгляд туда, где лежало тело, Чарли тронулась с места.

На автозаправке, похоже, никого не было. Подъехав, Чарли сообразила, что прежде никогда здесь не заправлялась. «А она вообще-то работает?» Заправочная станция выглядела старой и обшарпанной, это Чарли и раньше замечала, проезжая мимо, но до сих пор ей никогда не приходило в голову остановиться здесь и осмотреться. Колонки выглядели рабочими, хоть и не новыми, и над ними не было кровли, они просто стояли на бетонной площадке, к которой вела покрытая гравием дорога, открытая всем ветрам и непогоде.

Наверное, притулившееся рядом с заправкой небольшое здание когда-то было покрашено в белый цвет, но краска облезла, и под ней проступали серые доски. Домик явно слегка скособочился; было одно окно, но такое грязное, что почти сливалось с сероватыми стенами. Чарли поколебалась, потом подошла к двери и постучала. На стук вышел молодой человек, примерно того же возраста, что сама Чарли, одетый в футболку с эмблемой Сент-Джонс-колледжа и джинсы.

– Чем могу? – спросил он, окидывая девушку равнодушным взглядом.

– У вас здесь… открыто?

– Ага. – Парень жевал жвачку, неторопливо вытирая руки грязной тряпкой. Чарли глубоко вздохнула.

– Мне очень нужно воспользоваться вашим телефоном. – Парень открыл дверь и жестом предложил девушке войти. Внутри было просторнее, чем могло показаться на первый взгляд, правда, большая часть полок пустовала, а стоявшие у дальней стены холодильники потемнели. Молодой человек выжидательно смотрел на Чарли.

– Можно воспользоваться вашим телефоном? – снова спросила девушка.

– Телефон только для клиентов.

– Ладно. – Чарли оглянулась и быстро посмотрела на свою машину. – Позвоню и заправлюсь.

– Колонки сломаны. Может, хотите что-нибудь из холодильника? – предложил парень, кивая на грязный морозильный ларь со сдвижной крышкой и наклеенной сбоку полинявшей красной нашлепкой – вероятно, когда-то это был логотип. – У нас есть мороженое Popsicle.

– Я не хочу… Хорошо, возьму одно, – сдалась Чарли

– Выбирайте любое, какое пожелаете.

Чарли наклонилась над морозильником.

Из-за стекла на нее глядели бледные, остекленевшие глаза, сидевшие на покрытой рыжим мехом морде; пасть распахнулась в хищном оскале.

Чарли пронзительно вскрикнула и отпрыгнула от холодильника, врезавшись в стоявший позади нее стеллаж. Оттуда упали и покатились по полу несколько банок с консервами. Шум падения эхом разнесся по пустому магазину.

– Что это? – взвизгнула Чарли, но парень так хохотал, что никак не мог отдышаться. Приглядевшись внимательнее, Чарли сообразила, что кто-то положил в холодильник чучело животного, возможно, койота.

– Это было потрясающе! – выдавил наконец весельчак.

Чарли выпрямилась, ее трясло от злости.

– Теперь мне бы хотелось воспользоваться вашим телефоном, – холодно проговорила она.

Парень, улыбаясь до ушей, поманил девушку к прилавку и протянул ей древний телефон с дисковым номеронабирателем.

– Только местный звонок, – предупредил он.

Чарли повернулась к нему спиной и двинулась обратно к холодильнику, на ходу набирая номер. Ожидая соединения, она еще раз поглядела на спрятанное под стеклом чучело.

– Клэй Берк слушает.

– Клэй, это Чарли. Слушайте, мне нужно, чтобы вы приехали. Случилось еще одно… – Она быстро поглядела на парня за прилавком – тот не сводил с нее глаз, даже не пытаясь притвориться, что не прислушивается к разговору. – Здесь то же самое, что вы показывали мне в прошлый раз, там, где паслись коровы.

– Что? Чарли, ты где?

– Я на автозаправке в нескольких милях от вас, она похожа на выкрашенный сарай.

– Эй! – Парень за прилавком аж выпрямился от обиды.

– Точно, я понял, где ты находишься. Скоро буду. – На том конце линии раздался щелчок, и связь прервалась.

– Спасибо, что дали позвонить, – нехотя сказала Чарли и вышла, не дожидаясь ответа.

Чарли снова присела на корточки рядом с телом мертвой женщины. Она с тревогой поглядывала на дорогу, ожидая увидеть машину Клэя, но та все не появлялась. Зато грифы больше не вернулись.

«Можно было бы подождать его, сидя в машине», – подумала девушка, но с места не двинулась. Эта женщина умерла страшной смертью, ее тело бросили в чистом поле. Теперь, по крайней мере, она больше не одна.

Чем больше Чарли смотрела на тело, тем сильнее в ней крепла уверенность: она и эта женщина похожи. Девушка поежилась, хотя солнце и припекало ей спину. С каждой минутой в душе рос холодный, липкий ужас.

– Чарли?