— И, как всегда, в своем репертуаре. Просто мужлан какой-то неотесанный, — добавила она ему на ухо после того, как Дербенев, проводив Анну до машины, вернулся обратно.

— Знаешь, мне почему-то хочется, чтобы эта девушка что-то изменила в его жизни, — ответил Николай, взяв жену под руку.

— Ох, твои слова — да Богу в уши, — покачала головой Вера.

— А почему бы и нет! — воодушевился Дербенев. — Чует мое сердце. Могу поспорить!

— Главное, чтоб его сердце почуяло, — не поддержала его жена. — Но спорить с тобой — значит проиграть. Поживем — увидим. — Вера взяла мужа под руку, и они заторопились обратно к гостям.

Всю дорогу до гостиницы Аня старалась не расплакаться.

«В такой спешке покидала бал только Золушка. Она возвращалась к ненавистной мачехе, а я — к не менее ужасному Константину Петровичу», — проводила она аналогию с известными сказочными персонажами.

«Вот сидит впереди, курит. Ему хоть бы что. Почему я должна на него оглядываться? Вот возьму и тоже закурю».

Анна достала сигарету и опустила стекло. Немного порывшись в сумочке и не обнаружив зажигалки, громко спросила:

— Константин Петрович, будьте так любезны, можно вашу зажигалку?

Костя, погруженный в свои мысли, не сразу понял, что обращаются к нему. Зато водитель машины, развозивший гостей, среагировал мгновенно, нажав кнопку прикуривателя. Почти одновременно один протянул Анне зажигалку, второй — прикуриватель. Поколебавшись несколько мгновений, Аня взяла прикуриватель.

«С таким человеком сладка и мелкая месть», — подумала она, возвращая горящий в темноте красным огоньком прикуриватель и глубоко затягиваясь.

«Как и все женщины, эта не исключение. Обязательное наличие стервозности», — усмехнувшись, отметил про себя Крылов.

— Сколько времени вам понадобится? — спросил он, не проронив за оставшуюся дорогу ни слова и впервые заговорив с Анной при выходе из лифта. — Десять минут хватит?

«А сколько нужно?» — хотелось уточнить девушке. Но за то время, что они добирались до гостиницы, обида улеглась, она согрелась в машине, и ей снова захотелось спать. Усталость, накопившаяся за двое суток, давала о себе знать.

— Достаточно, — ответила она негромко, открывая дверь.

Войдя в номер, Костя первым делом заглянул в компьютер. В «ящике» находилось несколько посланий, последнее из которых поступило около 20 минут назад. Прочтя его, он потянулся к телефону.

— Виктор, привет! Не знаю, как вам это удалось, но вы молодцы… Да, я уже все просмотрел, — он разговаривал по телефону и периодически нажимал кнопки, открывая файлы. — Вижу, нашел. Думаешь, будет лучше, если немного приукрасить? Нет, не пойдет. Балайзер что-то задумал, может проверить. Можем что-то важное упустить… Темню?.. Нет. Сам пока ничего не знаю… Дербенев подсказал кое-что, но это так, на уровне предположений… Да, исправь… Пусть будет не так хорошо, зато так, как на самом деле… Как себя чувствуешь? Температуры нет — это хорошо. Неужели даже Андрей Витальевич? На моей памяти первый раз заболел. Хоть кто-то в офисе остался?.. Да, сплошной лазарет, — произнес он с сочувствием, выслушав ответ. — Алле Ивановне скажи, пусть еще витамины на всех выпишет. И она тоже? Мне болеть некогда. И потом, у меня работа такая вредная, что даже микробы дохнут. Ха-ха… Новая сотрудница? — Костя потянулся за сигаретой. — Не знаю, что и сказать. Она тут такое сегодня вытворила, что сначала я краснел, а потом гордился… Да ты не о том думаешь! — выслушав ответ, Крылов рассмеялся. — Хорошо, хорошо. Шутишь — значит, выздоравливаешь. Приеду — расскажу. Так, вижу, — вернувшись к делам, он вновь стал водить мышкой. — Левая колонка? Правую удаляем. Отлично… Вот еще что. Я набросаю вопросы, ответы на которые мне нужны завтра. Самое позднее — двенадцать часов… Хорошо, пошлю тебе в «ящик» и на факс в офис. Сдавай с утра анализы и дуй на работу. Чует мое сердце, может у нас что-то выгореть… Да нет, справлюсь. И обстоятельства так сложились, что ты сейчас там, на месте, нужнее. Все, выздоравливай. Пока.

Костя положил трубку и задумался: «Что же все-таки на уме у Балайзера?»

Через несколько минут послышался негромкий стук. Когда Крылов открыл дверь, то невольно удивился: от ослепительного макияжа и прически Анны не осталось и следа. Ничто не напоминало о том, что эта скромная девушка с волосами, стянутыми сзади в узел, некоторое время назад представляла собой соблазнительную красавицу.

— Проходите, — посторонившись, он пропустил ее вперед. — Садитесь за стол к компьютеру. Там открыта папка. Восемь частей. Просмотрите все. Затем все необходимо соединить, — он замолк на пару секунд и, поводив мышкой, нашел необходимую страницу. — Вот в такой последовательности. Я пока просмотрю бумаги.

Костя уселся в кресло и, придвинув к себе журнальный стол, достал бумаги из кейса. Через несколько минут он углубился в чтение.

«Так, программы стандартные. Хорошо, что Артюхин предоставлял мне возможность работать на notebook, — думала Анна. — Если бы я сейчас стала расспрашивать шефа, как пользоваться таким компьютером, думаю, ему бы это не понравилось. Не так много различий, но попробуй с ходу найди мышку, даже если ты спец на персоналке».

Она просматривала страницу за страницей, прикидывая, какой объем информации ей придется собрать воедино. Неожиданно Анна неуверенно спросила:

— Константин Петрович, по-моему, здесь нет двух последних разделов. Может быть, они где-то в другом месте, и я их просто не нашла?

— А их там нет вообще, — оторвав голову от бумаг, ответил Крылов. — Нам с вами их нужно создать. За два дня. Что, по-вашему, может характеризовать наш рынок в настоящий момент? Каковы перспективы? И, может быть, самое главное… — Костя задумался. Кажется, он понял, что нужно американцу.

— Так, — вскочил он с места. — Пишите. Предполагаемый отчет о выпуске, продвижении и реализации продукта. Первое… нет, пожалуй, это будет вторым пунктом. Первое: краткое экономическое обоснование размещения очередной линии по выпуску…

За окном стояла глубокая ночь, когда Костя закончил диктовать основные тезисы двух недостающих разделов. По ходу дела появлялось много вопросов, ответы на которые могли дать только консультации со специалистами. Какую-то часть информации можно было вытянуть из Интернета. Но это была общая информация. Данные по налоговому, таможенному и юридическому законодательству требовалось уточнить.

«С утра нужно звонить Виктору. Как жаль, что его нет рядом. А девушка вроде не глупа, — подумал он, помня о том, сколько подсказок и дельных замечаний за время диктовки сделала Анна. — Но потянет ли? Слишком большой объем работы. У меня времени практически нет. Завтра придется снова ночью работать».

— На сегодня все. Три часа ночи, — он почувствовал, что начинают слипаться глаза. — Завтра в восемь внизу. Дербенев даст место за компьютером. Работай на дискетах. После правки выводи части на печать. Будет время, поищи что-нибудь в Интернете, утром дам список адресов. Ну, и все. Спокойной ночи.

Закрыв за девушкой дверь. Костя погасил свет, разделся и рухнул на кровать.

— 3 —

Ровно в восемь Анна ждала Крылова в баре при гостинице. По давней привычке она предпочитала утреннему завтраку чашку крепкого кофе. Заметив шефа, направлявшегося в зал ресторана, и прикинув время, необходимое ему для завтрака, она решила позвонить домой из автомата.

Ей и в голову не приходило воспользоваться телефоном в номере. За многие годы она привыкла за все платить сама, терпеть не могла дармовщины и не прощала этого другим.

Повернувшись спиной к холлу, она не заметила появления Крылова. Он тоже не любил завтракать и заглянул в зал только для того, чтобы найти Анну. Не обнаружив в ресторане, он неожиданно увидел ее в телефонной кабине.

Анна весело с кем-то разговаривала. Подойдя ближе, он услышал: «Все, целую. Да, да. Я перезвоню с факса. Попроси девочек… Чтобы не отфутболили. Уж вы-то можете… Угу, угу, — она закивала головой и, повернувшись вполоборота, заметила Константина Петровича. — Все. Катюшу поцелуй за меня, в садик не опоздайте. Пока».

«С мужем разговаривала», — решил Костя.

— Поехали. Я еще хочу зайти к Николаю, — бросил он на ходу.

Около трех часов дня Крылов забежал в кабинет, где Дербенев выделил им рабочее место. Рядом с компьютерным столом аккуратно лежали отпечатанные и разложенные по разделам страницы.

— Последний печатается, — взглянув в его сторону, заметила Анна. В одной руке она держала чашку с кофе, а другой продолжала работать на компьютере.

— Константин Петрович, если у вас есть время, подождите несколько минут, я выведу черновой вариант первого дополнительного раздела. Не хватает совсем немногого по растаможке комплектующих. Но я отправила запрос в Минск, — ловко управляясь с компьютером, она параллельно поясняла Крылову. — У меня соседка в таможне работает. Обещала к концу дня ответить. Правда, я не уверена, что правильно владею терминологией. Конечно, меня сегодня консультировали целый день ребята из отдела, но вы, наверное, найдете ошибки. Просмотрите, пожалуйста, и исправьте.

Произнося свой монолог, Анна, увлеченная работой, больше ни разу не взглянула в сторону Кости. Лишь когда из принтера стали выходить отпечатанные листы, она отставила в сторону чашку с кофе и оторвалась от экрана.

— Сейчас я вам все сложу в папку. Кстати, в Интернете нашла кое-что интересное. Посмотрите. И еще. Здесь ребята подсказали, что Балайзер любит не только положительное прогнозирование. Ему нравится, когда ситуация рассматривается с нескольких сторон: параллельно идут и возможные отрицательные моменты, но с обязательным предложением решения сложившейся ситуации. Своего рода интеллектуальная игра. И чем больше выявлено негативных факторов и предложено решений, тем более полным кажется ему анализ.

Анна быстро складывала в папку все бумаги, и Костя, наблюдая за ее движениями, удивленно думал. До сих пор он рассматривал ее роль лишь как исполнителя, механически выполняющего указанный объем работ. Здесь же с ним вместе старались делать дело. Захватив папку с бумагами и в очередной раз не найдя правильных слов, он уже на выходе произнес:

— Постарайтесь закончить к семи. Я просмотрю остальное в гостинице.

— Покажи, что у тебя, — негромко попросил Николай у подсевшего к нему на свободное место Кости.

Очередное заседание, проводимое с техническими работниками корпорации, началось несколько минут назад, и Костя был благодарен Дербеневу за предусмотрительно занятое место.

— Ты слушай, я все это уже слышал неделю назад в Лондоне.

Он надел очки и углубился в чтение. Периодически Николай что-то черкал на листах и делал пометки. Затем, захватив все бумаги, он незаметно для всех покинул зал.

Во время перерыва Костя попытался отыскать Николая. Он заглянул к нему в кабинет, но секретарша сказала, что шеф не появлялся. Безуспешно спрашивая о нем у проходивших сотрудников, он вернулся на свое место.

Лишь к самому концу учебы Дербенев снова появился в зале и тихонько сказал:

— Слушай, давай меняться. Бери что хочешь, а Анну оставь мне.

Костя непонимающе уставился на друга:

— Ты к чему это? — спросил он.

— Ты мне лучше скажи, где ты таких находишь? Она же с полуслова все понимает! Хватка — немыслимая. Для женщины, я имею в виду, — здесь он немного лукавил. О Вере он помнил всегда. — Твоя Анна такую разведку боем сегодня у меня провела, что самому тщеславному конкуренту не снилось! За день выудила нужную информацию и, просеяв, вычислила то, к чему я по крупицам шел долгие годы! Ай да умница! Сейчас вносит мои исправления, чисто логические, ты не подумай, я в твои цифры не вникал. Мне бы такого человечка со свежими мозгами! Я бы свою корпорацию построил, — добавил он шепотом.

— Кстати, как ты догадался, что на уме у Балайзера? — спросил Николай после паузы.

— Не знаю. Само как-то пришло, — ответил Крылов, продолжая переваривать слова Николая. — Хотя до конца не уверен, что прав.

— Мне кажется, прав, — уверенно произнес Дербенев и совершенно неожиданно спросил: — Слушай, а она замужем?

— Кто?

— Ну, Анна твоя.

— Не знаю, — Костя не понимал, к чему клонит Дербенев. — Дочка есть точно. А тебе-то что?

— Да вот думаю, не женить ли тебя с пользой для дела?

— Ну вот, — усмехнулся Костя. — Старая песня. Я, Коля, вряд ли женюсь во второй раз. Даже ради производственных показателей! Хватит на всю оставшуюся жизнь.

— Ну, это мы еще посмотрим! — усмехнулся Дербенев. — Я сегодня договорился о встрече с очень интересными людьми. Тебе будет полезно послушать. Нас уже коснулись нововведения… — и он негромко стал рассказывать о плане предстоящей встречи. — Часам к десяти заедем в офис, заберем Анну. Она попросила разрешения задержаться, я уже дал указания охране. Мои ребята пиццу заказали и даже изъявили желание ей помочь. Видать, очень уж им твоя Анечка понравилась! А что, выйдет замуж за кого-нибудь из моих и у меня останется. Чем не вариант?

— А вдруг твой парнишка из-за большой любви захочет у нас жить и работать? Здесь трудно угадать, — серьезно ответил Костя.

— Да ты шо? — не понял Дербенев.

— Любовь штука тонкая. А вдруг я Анну специально заслал охмурить у тебя кого-нибудь поперспективнее?

Но, взглянув на вытянутое от удивления лицо друга, улыбнулся:

— Расслабься. Шучу.

— Ты смотри, так не шути больше. Я своих ребят никому не отдам. Я их всех сам по одному отбирал, вырастил, можно сказать. Не прощу.

— Да у меня своих гениев хватает, — вновь стал успокаивать друга Костя. — Но и Анну отдавать никому не собираюсь. Я ее еще не до конца оценил.

— Хорошо. Закроем тему.

Через минуту, негромко рассмеявшись, Николай произнес:

— Как ты меня, а? Ну, ты даешь! Придется своих предупредить, чтоб не очень к девушке приставали. Если, конечно, в Беларусь эмигрировать не хотят, — и, все еще посмеиваясь, Дербенев вышел из аудитории.

Когда в двенадцатом часу, закончив очень полезную встречу, они подъехали к офису — на втором этаже светилось только одно окно.

— Пошли, зайдем, — предложил Николай. Тихонько приоткрыв дверь в полумраке комнаты, они не сразу заметили уснувшую прямо за компьютерным столом Анну. Внезапно она вздрогнула и подняла голову.

— Ой, приехали! — обрадовалась она. — Девочки из таможни факс прислали. Почти все есть. Только не знаю, куда вам информацию по налогам сбросили. Если бы адрес оставили, я бы достала.

— На сегодня хватит. Едем в гостиницу, — голосом начальника произнес Костя.

— Аня, вы собирайтесь, мы сами все отключим, — мягко и заботливо, в противовес Крылову, сказал Николай. Через десять минут они уже спускались по лестнице.

— Я вас до гостиницы подвезу, а завтра утром кого-нибудь из водителей пришлю. Машину оставляй здесь. Охрана присмотрит. И один совет — ложитесь сразу спать. На вас обоих лица нет.

Сев с Константином Петровичем на заднее сиденье, Анна какое-то время пыталась бороться со сном, но скопившаяся усталость взяла свое, и она уснула, склонив голову на плечо Кости.

«Спит, как ребенок, — улыбнувшись, подумал он, рассматривая ее в свете фонарей. — Коля прав. Что-то в ней есть. Нестандартное поведение с первого дня знакомства. Я с таким еще не сталкивался».

Внезапно машину тряхнуло, светлые пряди волос упали Ане на лицо. Попытавшись свободной рукой вернуть их на место, Костя слегка переместился. В это время, в поисках более удобного положения, голова Анны, соскользнув с его плеча, оказалась у него на ладони. Странное чувство зародилось в нем в эту минуту, и, уже подъезжая к гостинице, он поймал себя на мысли, что ему тоже любопытно, замужем ли она.

…Далеко за полночь, закончив просмотр материалов, присланных ему Виктором, и всего, над чем целый день трудилась Анна, Костя подошел к окну и закурил. За окном спал, мерцая огнями фонарей, город. С пятого этажа он неплохо просматривался еще и за счет того, что гостиница была расположена на высоком месте и возвышалась над кварталами невысокой застройки центра города. Он вновь думал о девушке.

«Цепкий ум, работоспособность, обширный кругозор. Не думаю, что здесь главную роль играет желание получить работу. Многие из ее действий за эти дни были вызваны хорошо развитым чувством интуиции. И, судя по тому, что она успела за день, с логикой и анализом у нее тоже все в порядке. Умеет владеть собой… Слишком много для женщины получается», — подумал он, суммировав все, и с сомнением покачал головой.

«Тогда непонятно, почему ее отпустил Артюхин? Насколько я знаю, он неплохо платит, и сам по себе никто от него просто так не уходит. Надо обязательно все узнать по приезде. Андрей Витальевич должен справиться».

— 4 —

Утром Костя нашел Анну на том же месте, что и вчера: в телефонной кабине.

— А почему из номера не звонишь, простите, не звоните? — не удержался от вопроса Костя, когда они выходили из гостиницы. Обещанная Николаем машина уже ждала.

— Из номера звонить дороже. По дочке скучаю…

— Она, наверное, с мужем? — осторожно уточнил Костя.