Помоги проекту - поделись книгой:
Михаил Перлин
Академия. Выбор пути
© Михаил Перлин 2016
© Skleneny mustek s.r.o. 2016
Глупо посвящать произведение другому автору, у которого этих самых произведений…
*разводит руками*
Даже не глупо: это просто вершина идиотизма! Однако, время от времени, я ещё и не такие глупости себе под настроение позволяю. А тут как раз – оно, в смысле, настроение! Так что деваться некуда: буду вдохновенно тупить. И благодарить заодно…
А что? Имеет право…
Вступление
Молодой человек шёл через лес, неслышно ступая по влажной, усеянной сучьями, редкими листьями и сухой хвоей земле. Казалось, он не касался земли – так бесшумны были его движения. Без видимых усилий он двигался напролом, не воспользовавшись ни одной тропинкой, подвернувшейся ему по пути. Во всей его фигуре чувствовалась цель – незнакомец явно хорошо знал конечный пункт своего рискованного похода и всем существом стремился туда. Он не был странником, случайно застигнутым темнотой в лесу или отбившимся от каравана дельцом. Он знал, куда и зачем идёт.
Ночь, особенно тихая безлунная ночь, часто устрашает путника неизвестностью, пугает потенциальной опасностью, притаившейся впереди и выжидающей неосторожного, посмевшего покинуть свой дом в такой час.
А уж встретить ночь в Великих Северных Лесах – глупость, граничащая с безумством. Что только не рассказывают о них! Особенно купцы и караванщики. Но и от жителей окрестных деревень тоже можно наслушаться немало.
А он шёл, то ли не зная, то ли презирая местные обычаи. Высокий и стройный он, тем не менее, не производил впечатление грозного воина. При всём желании я не смог бы описать его лица – оно пряталось в тени капюшона даже от редких звёзд на небе. Только несколько белых перстней изумительной старинной работы иногда слабо мерцали на руках незнакомца в их свете. Всё остальное скрывал чёрный плащ, абсолютная тишина да непроницаемая темнота безлунной ночи.
1. Незнакомец и Рыжая Джи́ра
И вот незнакомец вышел на поляну. Окружавшие его тёмные стволы временно, казалось с неохотой, расступились. Вдалеке, слышалось, течёт ручей. Молодой человек остановился возле поляны и осмотрелся – как будто он мог видеть вокруг! Сделал ещё несколько шагов и вдруг неожиданно весь напрягся, встал как вкопанный – даже дышать перестал.
Уже через миг он расслабился, поднял голову к небу и глубоко вздохнул. Теперь незнакомец был спокоен, и, казалось, чего-то ждал…
Капюшон больше не мешает описанию: незнакомец был темноволосым, немного смуглым юношей, на вид лет двадцати пяти, с чёткими, резкими контурами лица. Он был изысканно красив, даже элегантен. Но когда он глянул сквозь меня своими чёрными, как смоль и пронзительными, как крик ночной птицы глазами, я невольно потерял нить повествования. Хотя и знал, что он не может меня увидеть. И давно разучился бояться чего бы то ни было. Держался незнакомец прямо, даже надменно: так держать себя можно, только если полностью уверен в собственных силах и хорошо знаешь себе цену. В нём чувствовалась воля и недюжее упрямство. Такой никогда не свернёт с намеченной цели! И не дай вам Бог предложить ему совет: будет воспринято как личное оскорбление! Его отец был таким же…
Даже в разгар дня произошедшее разнеслось бы эхом на мили. А ночью было сродни грохоту упавшего векового дерева. На поляну с противоположной стороны вылетела старая, тяжело гружёная повозка. Её тянула упряжка из четырёх огромных кабанов, а управляла ей колоритнейшая старуха – огромная, ширококостная, с наглым вытянутым лицом провинциальной гадалки. Лихо притормозив аккурат посреди поляны, она легко спрыгнула с телеги и широкими шагами сборщика налогов и податей направилась к незнакомцу, на ходу потирая руки. Тот даже не шелохнулся. Только усмехнулся краешком рта. Похоже, он давно не практиковался: усмешка вышла вымученная и кривая.
– Ну здравствуй, милок! – осклабилась старуха, подойдя почти вплотную и бесцеремонно уставившись на незнакомца. – Не похож ты на местного, своих-то я за милю чую. Отвечай: откуда взялся и куда топаешь! – добавила она тоном, не допускающим возражений.
Незнакомец пристально посмотрел на немедленно сникшую старуху. Та даже сперва попятилась, потом, видимо, вспомнив кто такая, остановилась, гордо выпрямившись.
– Я иду издалека и путь мой лежит далеко, – наконец вымолвил он режущим слух глуховатым голосом. Его голос не был таким, просто он очень давно ни с кем не говорил.
– Вынуждена тебя задержать, милок. Не обессудь, такие уж тут порядки, – старуха откровенно хихикала и очевидно наслаждалась давно выученной ролью. Теперь она молча разглядывала путника, предвкушая реакцию. И она последовала:
– Я всё равно пройду, Рыжая Джи́ра, – сказал юноша остолбеневшей старухе. Но опыт вял своё, и она быстро оправилась от шока.
– Откуда ты мог узнать моё имя?! – завизжала она. Казалось, от гнева она увеличилась в размерах. – Как ты посмел назвать меня по имени, как равную?! И, если знаешь, кто я, как ты смеешь стоять?! – старуха Джира не стала дожидаться ответа и резко коротко свистнула дважды.
2. Неожиданная встреча
Через мгновение на поляне стало тесно. А спустя пару минут она стала напоминать лагерь лесных разбойников, разбитый недели назад. Со всех сторон к повозке выскакивали люди и гномы в звериных шкурах, с метками и дубинами в руках. Четверо несли огромный деревянный пень, служивший, видимо, чем-то вроде трона. А позади них тяжело топали гоблины, нёсшие на железных носилках уже разведённый и ярко пылающий костёр.
Джира уселась на пень и в свете костра начала разглядывать незнакомца с явным любопытством, граничащим с раздражением.
– У тебя минута, чтобы спасти свою жизнь, – медленно выговорила атаманша, пытаясь не смотреть путнику в глаза.
– Прежде всего я желаю знать, есть ли у тебя драгоценные камни или золото…
Продолжение не потребовалось: молодой человек показательно отодвинул плащ и все увидели большущий кошель и увесистый мешочек, притороченный к поясу. Разбойники ахнули, потом стали бурно радоваться своей удаче. Несколько экстравагантно, надо сказать.
– Что ж, тебе по карману купить моё прощение. Это редко кому удаётся! – старуха подмигнула своим подельникам и те глухо заржали.
Незнакомец так и не ответил. Он напрягся, прошептал несколько слов и сделал неуловимый, запрещающий жест рукой.
Костёр начал гаснуть. Смех немедленно прервался. С протяжным стоном оба бандита, стоявших рядом с Джирой, попадали навзничь, дыша глубоко и часто, как выброшенная на берег рыба. По спине Джиры потекла струйка ледяного пота, а волосы на затылке встали дыбом, когда она заметила… Ей почудилось, что от незнакомца отделились десятки теней и заскользили по земле во все стороны. В лицо ударило несколько порывов ледяного ветра. И Джира увидела перстни – их нельзя было не заметить! Они горели ярким серебристым огнём и внушали даже не страх, а откровенный ужас…
Тут вдруг всё разом закончилось, как будто сменили декорации. На поляну вышел высокий старик в белых одеждах, опиравшийся на посох. Вот уж кого не ожидал тут встретить! Подчёркнуто вежливо поздоровавшись с атаманшей, он не спеша подошёл к молодому человеку и остановился в нескольких шагах от него.
– Рад тебя приветствовать, выпускник, – просто и искренне сказал он.
Было заметно, что незнакомец смущён и растерян. Он стоял, опустив глаза, как школьник, прогулявший урок и застигнутый врасплох учителем.
– Не смущайся. Я давно знаю, что ты здесь. Эти леса – мой дом, – старик говорил медленно и ласково. Как с ребёнком, которого следует успокоить.
– Вы ведь не… – начал было юноша, дрожа всем телом, но старец поднял руку, останавливая его:
– Я покинул Академию очень давно. И их дела меня не касаются. Пойдём, я провожу тебя.
Он взял незнакомца за запястье. Кольца на миг вспыхнули уже знакомым сиянием, но тут же погасли. Они уже дошли до края поляны, когда до Джиры, наконец, дошло, что страшный, но такой тугой кошель от неё уводят.
– Что ты творишь?! – визгливо завопила атаманша. – Встать! – рявкнула она на своих бандитов. И сбивчиво затараторила:
– Он мой, у нас договор! Я уже год никого не порезала! Я нашла его в нашей части леса! Как ты смеешь, старик?! – тут она закашлялась и вынуждена была остановиться. Старик обернулся в её сторону и посмотрел на старуху, как на строптивую, но любимую племянницу:
– Ты нарушила уговор дважды, Джира – с укором вымолвил он. – Так что этот мальчик не последний. Я ещё буду иметь с тобой беседу. Идём, – потянул он за собой юношу.
Но не успели они скрыться за деревьями, как старик остановился, нахмурился и легонько пристукнул посохом о землю. Послышался… не стон, а, скорей, протяжный выдох, с которым старая атаманша осела на свой пень. Арбалет выпал из её слабеющих рук и покатился в огонь.
3. Маг Лесов
Они вышли на скрытую от посторонних глаз извилистую тропу. Старик уже не держал незнакомца за руку – они шли рядом. Шли молча, пока юноша не решился нарушить тишину.
– Мне рассказывали о Вас. В первый же год учёбы в Академии, – почтительно начал он. – Вас называют Магом Лесов.
– А я знал твоего отца. Он был тогда ещё моложе тебя. И таким же скрытым от всех, как и ты. Но тут меня зовут иначе: Белый Странник или Страж Леса. Местные жители не устают придумывать новые имена каждый год! – маг усмехнулся в усы и погладил бороду.
– Почему же Вы покинули Академию? Вы пользовались таким уважением…
– Просто здесь я нужнее. На своём месте, а это куда важнее любого почёта. Да и дела в Академии шли явно не туда. Пять некромантов среди преподавательского состава – где же это видано?! Сейчас, наверняка, и того больше. Да и такое абсолютное подчинение никому на пользу не идёт. Ведь потому ты и ушёл, верно? Хотя знал, чем тебе это грозит. Ты не из тех, кто смиряется – и это правильно!
Маг свернул в сторону и юноша последовал за ним. Он едва поспевал за своим спутником.
– Это Вас я почувствовал перед этой старухой? – юноша уже не стеснялся смотреть магу в глаза.
– Конечно, но я сразу скрылся, когда всё понял. Просто мне не сразу удалось разобраться, – старик сделал паузу и уважительно добавил: – Ты очень долго работал над своей защитой. Не разрушая её, я даже не вижу твоего имени.
Молодой человек долго молчал. Казалось, ему тяжело было ответить.
– Найт, – сказал он наконец.
– Что ж, Нэйтис, рад с тобой познакомится. Вижу, порядки стали ещё строже: учителя вас боятся, так?
– Жалкие трусы!
Нэйтис с такой яростью посмотрел вдаль, что ветка ближайшего дерева вспыхнула, рассыпавшись десятками разноцветных искр. Маг лишь головой покачал. – Они ещё заплатят, когда я доберусь… – тут он смущённо умолк.
– Мне не нужны чужие тайны, не беспокойся. Что дни подобной Академии сочтены, я сказал сто сорок лет назад, перед отставкой. Надо мной здорово потешались.
Тут маг резко остановился и, глядя в упор, строго спросил:
– Ты ведь не жалеешь о сделанном выборе?
Нэйтис не колебался с ответом ни секунды:
– НЕТ!
Они шли молча какое-то время. Потом он нехотя добавил:
– Только иногда я… – начал он.
– Можешь не продолжать. Я знаю. Сам принимал участие в создании этого заклятья. До тех пор, пока не узнал, что его будут применять не только для сдерживания Высокогорных Драконов. Тогда я славно поскандалил, только без толку.
Нэйтис вздохнул.
– Значит, Вы действительно знаете. А сколько ещё ждать?
– Это зависит от того, сколько тебя не было в Академии.
– Пять дней.
– Уже со дня на день, не переживай. Считай, что справился. Я, кстати, предупреждал, что оно чересчур привязано к месту. Но там уже некому было слушать, – маг печально умолк, о чём-то задумавшись.
– Ты ведь ищешь Затерянную Башню, – маг не спрашивал, а утверждал.
Найт побледнел, но ничего не ответил. – И тебе говорили, что в ней тебя ждёт гибель?
– Мне всё равно. Я доберусь! Я обещал! – его голос сорвался, в глазах стояли слёзы. Он не выдержал и отвернулся.
– Так-так, – маг замедлил шаг и положил руку на плечо своему спутнику. Тот сразу вздохнул с облегчением и успокоился.
– Вам надо было остаться. Вы там нужны. Вы не представляете…
– Представляю, потому и ушёл! – оборвал маг, раздражённо поведя посохом по воздуху. – Если бы можно было хоть что-то сделать! Я и так дождался выпуска.
Маг тяжело вздохнул и с интересом уставился на своего собеседника, как будто впервые увидел.
– Но ты – сможешь! Есть ещё пути, кроме Башни. Например, Восточный Замок. Если, конечно, они захотят вмешаться. Но это – реальный шанс.
Старик остановился и присел на поваленное дерево. Нэйтис устроился рядом. Он смотрел на мага с такой надеждой, какую уже не надеялся испытать. Я был приятно удивлён, осознав, что надежда обоюдна!
– Я дам тебе рекомендацию к Верховному Магу Ветров, одному из семи магов Восточного Замка. Он уж точно подскажет, что делать.
С этими словами маг поднял с земли старую заплечную сумку, которая уже с минуту лежала рядом, и протянул спутнику.
– Вот, возьми. Тут не только письмо. Этой сумке побольше лет, чем многим деревьям вокруг! Я смастерил её для путешествий, будучи твоим ровесником. Там ты всегда найдёшь много полезных для путешествия вещей. Например – еду.
Он посмотрел на Найта и с лукавой улыбкой достал из сумки ещё тёплый творожный пирог – лучший из тех, что пекут к городской ярмарке дважды в год. Тот посмотрел на еду, как на величайшее чудо. Маг гостеприимно указал на пирог и гость не заставил себя уговаривать. Уже через полминуты от пирога осталось лишь воспоминание.
– Да, ты не лучшим образом подготовился к дальней дороге, – старик рассеянно почёсывал бороду, глядя вдаль. Было видно, что он думает о другом. – Как долго ты думал продержаться этими странными кольцами?
И, не дождавшись ответа на риторический вопрос, вдруг расплылся в ехидной улыбке:
– И сколько же ты прикарманил их защитных магических Кристаллов? Не поверю, что ты ушёл, не хлопнув дверью!
Нэйтис замялся, но потом победоносно ответил:
– Пять!
Но, подняв глаза, сразу же пожалел о сказанном. Маг помрачнел и резко поднялся.
– Идём! Немедленно!
Через несколько минут на этом месте уже ничто не напоминало о путниках, что останавливались набраться сил перед дорогой.
4. Перепутье
Маг ходил взад и вперёд по извилистому тоннелю пещеры, скрытой у подножия невысокой пологой горы на окраине Великих Северных Лесов. Только через полчаса, после того, как путники зашли в пещеру, маг смог успокоится и сесть.
– Ты хоть понимаешь, что сейчас там творится! Я думал, предполагал, что ты всё-таки добрался до одного, но ПЯТЬ!
Маг приложился к фляге и долго пил густой, пенящийся напиток. Нэйтис покаянно опустил голову.
– Я говорил, предупреждал. Они отвечали, что больше не желают так жить, убеждали, чтобы я сделал это… Маг нетерпеливо перебил:
– Каждый день в этой магической тюрьме с академическим уклоном могут начаться массовые пытки! У Верховного просто нет выбора: на двух кристаллах Академии не продержаться и пары лет.
Поделиться книгой: