Помоги проекту - поделись книгой:
Первые месяцы были самыми трудными. Местные жители относились к «городским умникам» плохо, хотя те трудились из последних сил. Жили горожане в пещерах, вырытых в мягкой породе лёсс. Пещеры кишели блохами, для борьбы с которыми под циновки, использовавшиеся в качестве матрасов, подкладывали принесенные с полей гербициды. В отчаянии Си Цзиньпин сбежал к матери в Пекин, но снова попал в «учебную группу» по перевоспитанию малолетних преступников. Полгода спустя его освободили, и молодой человек почел за благо вернуться в Шэньси.
Горная деревня Лянцзяхэ на несколько лет стала домом для Си Цзиньпина. Там он получил обучение на разных «факультетах деревенского университета»: пахал землю, носил навоз и уголь коромыслом, строил дамбы. Юноша быстро окреп и возмужал, стал высоким и крепким, мог носить по горным дорогам мешки с пшеницей весом в 50–100 килограммов. Выносливый, трудолюбивый и образованный парень растопил сердца крестьян.
В холодной и голодной деревенской жизни стали проявляться черты как внешности, так и характера настоящего «китайского богатыря». Неудивительно, ведь Центральная равнина с долиной Гуаньчжун в провинции Шэньси и землями соседней провинции Хэнань – это не только родные края семьи Си; это очаг китайской цивилизации, где правила легендарная династия Ся (XXI–XVI вв. до н. э.) и вполне достоверные Шан и Инь (XVI–XI вв. до н. э.). Там с XI в. до н. э. процветало могучее царство Чжоу. После его распада на соперничающие уделы повелитель царства Цинь победил все остальные царства Древнего Китая и в 221 г. до н. э. стал первым императором объединенной Поднебесной под именем Цинь Шихуан-ди. Город Сяньян и затем близлежащий Чанъань на протяжении многих веков были столицей 13 сменявших друг друга китайских династий. Из Чанъаня 20 веков подряд по Великому шелковому пути в далекие края Центральной Азии, Восточной и Западной Европы отправлялись караваны с китайскими товарами. В наши дни главный город провинции Шэньси Сиань (бывший Чанъань) является крупным промышленным, научным и транспортным центром Северо-Западного Китая.
Си Цзиньпин с матерью, братом и сестрами. 1972 г.
Впитывая мудрость и дух прародины всех китайцев, Си Цзиньпин урывками читал учебники и немногие литературные произведения, оставшиеся незапрещенными, из деревянного ящика, в котором хранились его немногочисленные пожитки. Придумывал усовершенствования для деревенской жизни и производства. Его первой «инновацией» стала деревенская кузница, с помощью которой удалось решить проблему нехватки сельхозинвентаря, а местным жителям получить дополнительный доход. Затем появилась установка по производству биогаза, информацию о которой Си Цзиньпин почерпнул из газет. Так Лянцзяхэ стала первой в провинции деревней, обеспечившей себя электричеством и теплом. Получив в качестве премии мотоцикл, Си Цзиньпин обменял его на ручной трактор и мощный насос для всей деревни.
Внутренняя энергия переполняла «грамотного молодого человека», ему хотелось учиться. В 1973 г. появилась надежда: сосланным пекинцам предложили заочно пройти вступительные экзамены в престижный столичный университет Цинхуа. Двадцатилетний Си Цзиньпин успешно выдержал испытание и получил квоту, выделенную всего на двоих человек из целого уезда. Но возникла проблема с анкетой абитуриента: власти университета не могли принять юношу с «контрреволюционной» биографией. К счастью, в том же году дело отца, Си Чжунсюня, было переквалифицировано с «контрреволюционной деятельности» на «противоречия внутри народа», что привело к благоприятным переменам и для членов семьи находящегося под следствием. В 1974 г. Си Цзиньпину с десятой попытки позволили вступить в партию, а вскоре избрали его секретарем партийной ячейки большой производственной бригады (деревни).
Его университеты
В октябре 1975 г. после семилетней ссылки в деревне Си Цзиньпин открыл новую страницу своей жизни: по рекомендации «бедняков и низших середняков» деревни Лянцзяхэ его зачислили на химико-технологический факультет университета Цинхуа по квоте «представителей рабочих, крестьянских и солдатских масс». Однако долгожданная учеба началась не сразу, буквально в те же дни в университете развернулась политическая кампания, призванная «критиковать Дэн Сяопина, давать отпор правой тенденции пересмотра приговоров». Со всей страны в Цинхуа потянулись за опытом любители и профессионалы «классовой борьбы», ожидалась новая волна репрессий и погромов. Цзян Цин, жена вождя, и трое ее соратников по «банде четырех» подговаривали уже дышавшего на ладан «великого кормчего» окончательно свести счеты с непокорным Дэн Сяопином, «идущим по капиталистическому пути». Конечно, в таких условиях учеба в университете Цинхуа, ставшем штабом новой погромной кампании, была приостановлена.
Вскоре возобновились занятия, но под влиянием событий, то и дело круто менявших судьбу Китая и ее граждан, шли кое-как. В январе 1976 г. после долгой болезни скончался премьер Госсовета (правительства) КНР Чжоу Эньлай, старавшийся смягчать наиболее одиозные решения «самого красного солнышка» и снискавшего за это ненависть «банды четырех» и в то же время любовь народа. Охваченные скорбью пекинцы, особенно молодежь и студенты, накануне традиционного Дня поминовения усопших Цинмин вышли 4 апреля на площадь Тяньаньмэнь. Начались стихийные демонстрации, появились плакаты, которые маоистами были справедливо сочтены как выпад против них, а значит, и против председателя Мао. В очередной раз Дэн Сяопин был отстранен от занимаемых постов, заключен под домашний арест; он ждал решения самого строгого судьи, Мао Цзэдуна. Приговор был фактически вынесен – Дэн Сяопина объявили «контрреволюционным элементом». До расправы дело не дошло только из-за резкого ухудшения состояния здоровья Мао. 9 сентября 1976 г. «красное солнышко» закатилось.
Университет Цинхуа, в котором в 1970-е гг. учился Си Цзиньпин. Пекин
Всего несколько дней потребовалось ветеранам компартии, возглавляемым Е Цзяньином, Ли Сяньнянем, Ван Дунсином и Хуа Гофэном, чтобы организовать арест «банды четырех» и не допустить повторения ужасов «культурной революции», полной экономической и политической катастрофы. В 1977 г. на XI съезде компартии были аннулированы все решения и приговоры времен «культурной революции». В сравнении с XX съездом КПСС Мао Цзэдуна, в отличие от Сталина, не объявили виновником всех бед партии и государства. Была избрана следующая формулировка: «на 70 % Мао был прав, на 30 % – ошибался». Как и в СССР после 1956 г., в Китае началась «оттепель». Из тюрем и ссылок стали возвращаться ветераны КПК, в том числе и отец Си Цзиньпина, Си Чжунсюнь.
Си Цзиньпин с отцом Си Чжунсюнем в провинции Гуандун во время создания первых специальных экономических зон (СЭЗ). 1978 г.
В ноябре 1978 г. Дэн Сяопин на партийном пленуме провозгласил стратегию «реформ и открытости». Жизнь понемногу стала налаживаться, у людей появилась надежда на светлое будущее. В таких исторических условиях в апреле 1979 г. Си Цзиньпин заканчивает учебу в университете Цинхуа.
Чтобы подняться вверх, надо опуститься вниз
До этого момента жизнь 26-летнего молодого человека состояла из последовательности счастливых и несчастливых случайностей. Рожденный «принцем», он легко мог стать «нищим» – погибнуть или стать деклассированным элементом на столичных улицах. Мог умереть от истощения и перенапряжения в глухой горной деревне. Мог не вытянуть выигрышный билет поступления в университет и вообще не быть допущенным к этой судьбоносной лотерее. Но Небо, испытав Си Цзиньпина на прочность, позволило ему выжить, окрепнуть, получить образование. Подошло время вмешаться другим, земным силам.
Си Цзиньпин во время службы в канцелярии Военного совета ЦК КПК. 1979 г.
Сразу после окончания учебы в университете Цинхуа молодой инженер-химик попадает не на производство или в научную лабораторию, а в одно из самых могущественных учреждений Китая – Военный совет ЦК КПК, который и по сей день служит доказательством правоты председателя Мао Цзэдуна, любившего повторять: «Винтовка рождает власть». Пришедшая к власти после многих лет вооруженной борьбы компартия всегда уделяла первостепенное внимание контролю над Народно-освободительной армией Китая (НОАК). В структуре ЦК КПК Военный совет занимает одно из высших мест, а председательство в нем является свидетельством обладания реальной властью. Дэн Сяопин возглавил Военный совет в 1980 г. и был его руководителем до 1989 г., когда оставил эту должность спустя несколько лет после ухода со всех других партийных и государственных постов.
Среди сотрудников канцелярии Совета, исполнительных молодых людей в военной форме, обеспечивавших документооборот и выполнявших порой деликатные поручения партийных «небожителей», оказался Си Цзиньпин. В китайской «Википедии» откровенно объясняется причина такого везения – секретариат возглавлял бывший подчиненный и близкий друг отца нашего героя. Хоть ветеран КПК Си Чжунсюнь и не входил в узкий круг «восьми старейшин», которые собирались на кухне Дэн Сяопина за обсуждением государственных дел, вскоре после полной реабилитации в конце 1978 г. он стал партийным, административным и военным руководителем важной приморской провинции Гуандун, развернув там эксперимент с созданием свободных экономических зон. В одной из первых ознакомительных поездок принял участие и старшекурсник Си Цзиньпин.
О службе Си Цзиньпина в Военном совете ЦК КПК в китайских источникам говорится скупо, но ясно, что за три года Си Цзиньпин показал себя с хорошей стороны, поэтому его продолжали двигать наверх. Движение это не означало назначения на выгодное место в правлении банка, синекуру на дипломатической службе или учебу в иностранном университете. Мудрые старейшины, сами прошедшие сквозь огонь, воду и медные трубы, продолжили «закалять сталь» и отправили молодого кадрового работника на низовую работу.
Тогда же произошло событие, весьма важное для судьбы Си Цзиньпина. В то время он был женат на Кэ Линлин, дочери высокопоставленного дипломата, ставшего послом КНР в Великобритании. Жена настаивала на совместном отъезде в Лондон, где Си Цзиньпину подыскали бы достойный дипломатический пост, но тот категорически отказался. Семейный конфликт закончился разводом. Понимая, к чему идет дело, Си Цзиньпин заранее попросился из столицы на самый трудный участок работы в провинции. Говорят, что уже на следующее утро после оформления бракоразводных документов он уехал из Пекина.
В марте 1982 г. Си Цзиньпин стал заместителем партсекретаря уезда Чжэндин в провинции Хэбэй. Ему снова «повезло» – уезд оказался одним из беднейших. В книге «Си Цзиньпин о государственном управлении» написано: «Сначала мало кто в уезде верил в способности этого молодого замсекретаря, но Си Цзиньпин быстро завоевал доверие народа благодаря прилежной работе и простоте в общении. Скромный и прагматичный, он жил на служебной квартире и питался в столовой. Вместе со всеми стоял в очереди, а потом, присев на корточки под деревом, быстро орудовал палочками, одновременно болтая с местными жителями. Также он любил совершать велосипедные поездки по деревням, расспрашивал крестьян о жизни и их проблемах. Не удивительно, что вскоре местные жители стали воспринимать Си Цзиньпина как своего».
Шесть лет работы Си Цзиньпина в Хэбэе – период быстрых изменений в стране. Стратегия «реформ и открытости» давала возможность руководителям на местах экспериментировать. Эффективных менеджеров замечали и поощряли. Через год после переезда из Пекина Си Цзиньпин становится секретарем уездного комитета и решает провести в своем уезде эксперименты. Для начала он добился снижения продовольственного налога с крестьян. Затем была изобретена и внедрена собственная система экономического стимулирования и испробованы методы из других уездов, их изучением молодой руководитель занимался лично.
В числе инноваций была и такая: съемочная группа телесериала «Сон в красном тереме» («Хунлоумэн») по любимому китайцами одноименному роману искала натурную площадку. Си Цзиньпин предложил режиссеру помощь, а свое начальство уговорил оплатить сооружение необходимых построек-декораций. После окончания съемок строения сохранили, к ним добавили инфраструктуру туристической зоны, и туда потянулись люди. За прошедшие годы в хэбэйском «Голливуде» было снято более 170 фильмов и сериалов, около полутора миллиона туристов приезжают ежегодно в еще недавно богом забытые места.
Примечателен и еще один эпизод. В начале 1983 г. Си Цзиньпин с коллегой отправились в Шицзячжуан, главный город провинции Хэбэй, «искать иголку в стоге сена»: нужен был изобретатель в области медицинской косметики, которого планировалось сманить в Чжэндин, чтобы наладить выпуск дефицитной продукции. Они не знали адреса изобретателя, поэтому Си Цзиньпин на перекрестках стал выкликать заветное имя. В конце концов ему улыбнулась удача, а уезд получил прибыльное производство. И это было только начало. Почтение к учености и интеллекту стало официальной политикой уезда, – за годы правления Си Цзиньпина в провинцию переехали 683 инженера и 53 ученых, включая знаменитого математика Хуа Логэна, ставшего консультантом по экономическим вопросам.
Об успехах Си Цзиньпина заговорила провинциальная печать, один писатель даже сделал его главным героем своего романа, хотя и под другим именем. Главное, что перспективного молодого кадрового работника сочли достойным нового повышения в Организационном отделе ЦК КПК. В свой 32-й день рождения, 15 июня 1985 г., Си Цзиньпин стал заместителем секретаря парткома города Сямэнь в провинции Фуцзянь.
От партизанских «специальных районов» к «специальным экономическим зонам»
Для того чтобы понять возможности и риски новой должности, надо вернуться в китайскую политическую и экономическую реальность середины 1980-х. Политика «реформ и открытости», связанная с именем Дэн Сяопина, на самом деле разрабатывалась и осуществлялась целой плеядой партийных деятелей старшего поколения, участников Великого похода, создания «специальных районов» и «опорных революционных баз» в тылу японских оккупантов, их китайских сателлитов, а также войск Гоминьдана. Среди них был и Си Чжунсюнь, отец Си Цзиньпина, который в годы антияпонской и гражданской войн был одним из руководителей сначала Пограничного района Шэньси – Ганьсу – Нинся, а затем Северо-Западного бюро ЦК КПК. Фактически он обеспечивал контроль над одним из немногих безопасных и поэтому стратегически важных районов, где в городе Яньань находились ставка Мао Цзэдуна и все руководящие органы компартии.
После продолжавшихся 16 лет репрессий и реабилитации в 1978 г. Си Чжунсюню было поручено навести порядок в южной провинции Гуандун, граничившей с английским Гонконгом и португальским Макао. Обследовав новые владения, ветеран обнаружил удручающую картину. Доходы жителей огромного промышленного города Гуанчжоу составляли одну сотую доходов жителей соседней британской колонии. Граждане КНР, особенно молодежь, стремились перебраться в Гонконг, невзирая на опасности, и подчас тонули в пограничной реке или гибли под пулями стражников.
Приехав с докладом к Дэн Сяопину, Си Чжунсюнь предложил не возводить «гонконгскую стену», а наоборот, сблизить условия жизни двух соседних территорий. Он разработал пакет мер по либерализации экономики Гуандуна, облегчению правил внешней торговли и привлечению капиталовложений. Этот проект встретил настороженную реакцию в Пекине, но в конце концов Дэн позволил своему старому соратнику начать эксперимент в районах, примыкающих к границе с Гонконгом и Макао. «Давай назовем их “специальными зонами”, ведь так сначала назывался и твой Пограничный район Шэньси – Ганьсу – Нинся», – сказал Дэн Сяопин. Он также добавил, что денег на реализацию смелого проекта выделить не может, но даст указания «не мешать», поэтому, как в годы войны, придется «кровью прокладывать дорогу вперед». В июле 1979 г. ЦК КПК и Госсовет одобрили создание первых специальных экономических зон (СЭЗ): Шэньчжэнь и Чжухай на границе Гуандуна с Гонконгом и Макао, Шаньтоу на востоке той же провинции Гуандун. Немного позже к ним добавили Сямэнь в провинции Фуцзянь.
Ко времени приезда Си Цзиньпина в июне 1985 г. в СЭЗ Сямэнь уже вершились большие дела. Однако молодому руководителю, переполненному энергией и смелыми идеями, хотелось достигнуть большего. Именно тогда впервые проявилась склонность Си Цзиньпина к долгосрочному планированию. Под его руководством была разработана Стратегия социально-экономического развития Сямэня на 1985–2000 гг. Возглавляя партийные и административные органы, отвечавшие за осуществление финансовой реформы и непосредственное управление СЭЗ, он подготовил и реализовал целый ряд политических установок, которые творчески интерпретировали курс Пекина на «реформы и открытость». Си Цзиньпину удалось, хотя и не сразу, добиться у центральных властей Пекина повышения статуса Сямэня до «города субпровинциального значения». Пятнадцать городов этого уровня пользуются особыми привилегиями и находятся на виду у Госсовета, который напрямую решает вопросы экономического и административного управления.
Провинция Фуцзянь и город Сямэнь имеют многовековую и очень яркую историю. На протяжении почти двух тысячелетий они были не только важными центрами торговли на Морском шелковом пути, но и источниками эмиграции миллионов «заморских китайцев» –
Одни люди богатели, но другие так и оставались бедными. Наверное, по этой причине Си Цзиньпина в 1988 г. переводят из богатого Сямэня работать в довольно отсталый городской округ Ниндэ на севере той же провинции Фуцзянь. Однако возможны и другие причины, например желание мудрых старейшин из Пекина еще раз проверить перспективного политика на прочность, как говорят в русской армии: «чтобы служба медом не казалась».
Новые назначения – новые испытания
Си Цзиньпин проработал в красивом и уже довольно богатом приморском Сямэне три года. За это время он получил немалый опыт работы в условиях рыночной экономики, осознал выгоды и проблемы взаимодействия с «заморскими китайцами», погрузился в сложные отношения с Тайванем. Там же в сентябре 1987 г. он женился второй раз на известной к тому времени певице Пэн Лиюань. Всего лишь четыре дня медового месяца пролетели быстро – у Пэн Лиюань своя бурно развивающаяся карьера, набирающая популярность певица то выступает на конкурсе в Пекине, то отправляется на гастроли в Канаду, США…
Может быть, еще и поэтому Си Цзиньпин охотно отправился в захолустье. Подавить тоску разлуки помогал упорный труд до изнеможения, он ездил по горным деревням Ниндэ, встречался с людьми, изучал обстановку в порученном ему уголке Китая. Удивительно, как в довольно зажиточной на тот момент провинции Фуцзянь оказался один из 18 самых бедных городских округов страны. В некоторые села не были проложены дороги, и секретарь окружного комитета пробирался туда пешком по грязи. И эти дороги подчас становились испытанием: после нескольких часов преодоления ям и ухабов Си Цзиньпин из-за боли в спине с трудом мог выбраться из машины.
В 1989 г. Си Цзиньпин трудился в горном округе провинции Фуцзянь
Найти общий язык с местными жителями было не просто: они говорят на диалектах
Во время трехлетней работы в Ниндэ Си Цзиньпин начал создавать новую систему взаимоотношений партийного аппарата с населением под девизом «идти в низы». Он требовал от подчиненных партийных кадровых работников напрямую принимать жалобы и предложения, постоянно отслеживать текущую политическую и экономическую ситуацию, проводить регулярные совещания для выработки оптимальных решений, активно вести политико-пропагандистскую работу. В Ниндэ он начал отрабатывать методологию борьбы с коррупцией и круговой порукой среди партийных кадров. При расследовании дел, связанных с нарушением правил строительства и распределения государственного жилья, Си Цзиньпин подверг суровой критике работников окружного комитета КПК, которые покрывали коллег из других руководящих органов: «Кого вы боитесь обидеть? Несколько тысяч чиновников или несколько миллионов людей?» За пять лет, что Си Цзиньпин руководил округом Ниндэ, под суд были отправлены более 400 коррумпированных кадровых работников, расследованы громкие дела.
И вот снова Фуцзянь, снова большой город. В 1990 г. Си Цзиньпин получает повышение и становится секретарем парткома города Фучжоу, административного центра провинции, крупного центра химической, целлюлозно-бумажной, пищевой, полиграфической, текстильной промышленностей. Еще в 1984 г. Фучжоу получил статус «открытого города», что позволило легче привлекать крупные иностранные капиталы. Семимиллионное население провинциальной столицы вдвое больше сямэньского. Словом, было где развернуться, и Си Цзиньпин развернулся.
В 1992 г. по его инициативе была принята программа «Фучжоу 3–8–20», в которой были сформулированы стратегические цели развития на 3, 8 и 20 лет вперед. Стоит отметить, что практически все эти цели были достигнуты в срок. Было реализовано несколько сверхкрупных проектов с участием ведущих китайских производителей автомобилей, электроники, алюминия, позволивших создать новую, современную промышленную базу города. Двенадцати средним и крупным государственным предприятиям по решению партийного руководителя разрешили привлечь иностранный капитал. Кроме того, Си Цзиньпин продолжает борьбу с бюрократией в партийных и административных делах. Принятый в Фучжоу «Регламент ускоренного прохождения административных процедур» упростил привлечение тайваньских инвестиций (они не считаются иностранными, поскольку Тайвань рассматривается как одна из провинций Китая в рамках политики «одна страна, две системы»). «Руководство к оформлению административных дел для населения Фучжоу» тоже облегчило деятельность тайваньских, иностранных и китайских предпринимателей, положительно повлияло на развитие экономики, в первую очередь мелкого и среднего бизнеса.
Непривычный для северянина Си Цзиньпина теплый и влажный приморский климат оказывается благоприятным для партийной карьеры. Он на хорошем счету в Пекине – это видно из участия в работе XIV съезда КПК в 1992 г. и его избрания кандидатом в члены ЦК КПК. На следующий год он стал депутатом IX Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП, парламент Китая). В 1995 г., оставаясь секретарем городского комитета в Фучжоу, Си Цзиньпин становится еще и членом Постоянного комитета парткома провинции Фуцзянь, политкомиссаром Фучжоуского военного подокруга. К 1999 г. он делает новый шаг наверх и становится заместителем партсекретаря провинции Фуцзянь, заместителем губернатора Фуцзяни и одновременно заместителем политкомиссара Нанкинского большого военного округа. Уже на следующий год Си Цзиньпин отбрасывает иероглиф 副
Спустя 15 лет с момента приезда Си Цзиньпина провинция преобразилась, стала богатой и развитой. За это время Си Цзиньпин успел поработать в старинном городе Сямэнь, ставшим одной из первых СЭЗ, отстающем округе Ниндэ и провинциальной столице Фучжоу. По своей привычке он успел объездить все уголки Фуцзяни, понять ее слабые и сильные стороны, что помогает ему при подготовке новых планов развития.
Страна по имени Фуцзянь
37 млн жителей, 121 тыс. км2 земли и 136 тыс. км2 акватории, богатая событиями история в несколько тысяч лет, выгодное соседство с «азиатским тигром» Тайванем, удобные порты и развитая система морских сообщений со странами Южных морей, Тихим и Индийским океанами, сохранившаяся со времен Морского шелкового пути. А еще здесь одна из восьми лучших кухонь Китая, плантации ценных сортов чая, в том числе знаменитого сорта
Однако и проблем у «страны Фуцзянь» даже через 22 года осуществления «политики реформ и открытости» оставалось немало. Неудивительно, что, став руководителем Фуцзяни, Си Цзиньпин сразу создал «руководящую группу по повышению эффективности органов власти». «Руководящая группа» – это ситуационный штаб, лишенный бюрократических ограничений и наделенный дополнительными полномочиями для решения конкретной проблемы. Результатом «мозговых штурмов» стало сокращение 40 % административных согласований в течение первого же года.
Си Цзиньпин во время одной из первых зарубежных поездок. Середина 1980-х годов
Тогда же появился первый в Китае «Порядок реализации мер по созданию открытого правительства». Так, принцип открытости распространился на все городские, окружные и уездные органы власти, систему поощрения и наказания чиновников за неподчинение новым установкам, был создан центр сбора жалоб от населения. Впервые в Китае была начата работа по обеспечению экологической безопасности продуктов питания, создана система маркировки «надежная продукция». Воспользовавшись своим новым положением, Си Цзиньпин ускорил реализацию программы «цифровой Фуцзяни», которую он предложил еще в 1999 г. «В течение последующих 10 с лишним лет эта невидимая “сеть” постепенно разрасталась и охватывала все большее число сфер – от повседневной жизни населения до производства, от административных дел до муниципального обслуживания. К 2010 г. Фуцзянь стала единственной в стране провинцией, где во всех больницах доступ к медицинскому обслуживанию обеспечивается “одной картой”».
Среди достижений Си Цзиньпина в Фуцзяни мои китайские собеседники непременно упоминали, причем не без понятной зависти, создание «экологического рая». Это единственная на весь Китай провинция, где качество воды, воздуха и ситуация в целом оцениваются на «отлично». Губернатор вовсе не был активистом «Гринпис», а просто увязывал экономическое развитие Фуцзяни с состоянием окружающей среды. Он выдвинул стратегическую концепцию создания «экологичной провинции» и лично контролировал ее реализацию. «Нам нужны не только горы серебра и золота, но еще зеленые горы и голубые реки» – любил повторять Си Цзиньпин.
Укрепление дамб и плотин из века в век остается важной заботой китайцев. В 1995 г. Си Цзиньпин, секретарь парткома города Фучжоу и замсекретаря провинции Фуцзянь, показывает пример кадровым работникам и жителям
Управление «страной Фуцзянь» методами долгосрочных программ и решения неизбежных повседневных проблем в режиме «ручного управления» не помешало молодому руководителю заниматься научной работой. В 1998 г., продолжая руководить провинциальной Высшей партийной школой, Си Цзиньпин поступает в заочную аспирантуру гуманитарного факультета своей альма-матер, Университета Цинхуа, по специальности «Марксистская теория и идейно-политическое обучение». В 2002 г. Си Цзиньпин становится доктором юридических наук. Впрочем, ему приходилось ездить в Пекин не только для встреч с научным руководителем. В феврале 2000 г. Си Цзиньпина вместе с первым секретарем провинциального парткома Чэнь Минъи вызвали в столицу, где они давали объяснения по скандальному делу группы компаний «Юаньхуа» председателю КНР Цзян Цзэминю, его заместителю Ху Цзиньтао, премьер-министру Чжу Жунцзи и секретарю Центральной комиссии по проверке дисциплины (партийная контрразведка) Вэй Цзяньсину. Скандал с «Юаньхуа», занимавшейся контрабандой и другими темными делами из построенного в Сямэне 88-этажного небоскреба, стал одним из крупнейших в период ускоренного и не всегда контролируемого развития приморских провинций. Помимо самих преступников сотни чиновников разного уровня были смещены со своих постов и посажены в тюрьмы. Высшие руководители Фуцзяни не были замешаны в скандале, и для них все обошлось без неприятных последствий. Более того, властители Китая обратили самое пристальное внимание на восходящую партийную звезду из Фуцзяни.
Страна по имени Чжэцзян
В ноябре 2002 г. в Китае произошла смена целого поколения руководства правящей компартии. Еще Дэн Сяопин создал неписаную, но жесткую систему, при которой партийные съезды проводятся раз в пять лет, а текущий генсек ЦК может быть переизбран только один раз, проведя на высшем партийном посту в общей сложности не более десяти лет. Соответственно, полномочия главы государства, председателя КНР, ограничиваются тем же сроком. После десятилетнего правления Цзян Цзэминя, подобранного еще Дэн Сяопином, в 2002 г. на XVI съезде КПК к верховной партийной и государственной власти пришел Ху Цзиньтао, представитель четвертого поколения руководства (первое поколение – Мао Цзэдун, второе – Дэн Сяопин, третье – Цзян Цзэминь). Произошли сильные изменения во всех партийных и административных системах страны, причем перестановки начались еще накануне съезда. Назначение Си Цзиньпина заместителем партсекретаря и заместителем губернатора провинции Чжэцзян за месяц до съезда означало включение в состав кадрового резерва четвертого поколения. Об этом же говорило и его избрание на съезде членом ЦК КПК. По завершении XVI съезда и после короткого периода «акклиматизации» в качестве второго лица Си Цзиньпин становится полновластным партийным и административным руководителем провинции Чжэцзян.
«Страна Чжэцзян» тоже расположена на процветающем побережье, сразу к северу от провинции Фуцзянь. Жителей в ней побольше – 55 млн человек, но земель поменьше – 10,55 млн км2. Провинция занимает четвертое место по валовому внутреннему продукту (ВВП). Испокон веков Чжэцзян называли «страной риса и рыбы». К традиционным продуктам я бы добавил еще шелк и чай (из многих знаменитых сортов выделяется «Лунцзин»), а основные промышленные товары наших времен – это текстиль, химия, электромеханическая продукция, стройматериалы, продукты питания. Приморская провинция развивает крупные порты общекитайского значения в Нинбо, Чжоушане, Вэньчжоу. Провинция Чжэцзян притягивает миллионы китайских и иностранных туристов своими красотами – это, пожалуй, самый живописный город Поднебесной Ханчжоу, десятки чудом сохранивших средневековый облик городков на каналах, по которым в старину из внутренних районов рис и соль довозили до Великого канала, который начинался в Ханчжоу и заканчивался в Пекине. В Чжэцзяне говорят в основном на разнообразных диалектах группы
Си Цзиньпин приезжает в Чжэцзян уже опытным руководителем. За его спиной почти все региональные масштабы: деревня, уезд, округ, город, провинция. У него уже выработался собственный стиль «освоения» нового участка работы. Сначала интенсивное обследование местных условий, поездки, встречи, беседы. Затем создание долгосрочного плана действий.
Примерно год ушел на первую фазу «освоения» Чжэцзяна. Выросший вдали от моря Си Цзиньпин еще во время работы в Фуцзяни влюбился в морские просторы и воздух, в дары моря. Он, конечно, знал, что здесь, как и в других приморских провинциях, ощущается острая нехватка пахотных земель – 70 % территории Чжэцзяна занимают горы. Морская акватория провинции почти втрое превышает площадь пригодных для сельского хозяйства земель.
В декабре 2002 г. появилась «Программа создания могучей морской провинции Чжэцзян», началось освоение тысяч островов, десятков тысяч удобных для развития аквакультуры бухточек и отмелей. Темпы роста морского сектора экономики приблизились к 20 % в год, он стал давать до 8 % ВВП провинции. В июле 2003 г. была обнародована «Стратегия двух восьмерок», причем первая восьмерка включала восемь преимуществ Чжэцзяна:
«использовать традиционные преимущества провинции, развивать различные формы собственности при ведущей роли собственности общественной ради совершенствования социалистической рыночной экономики; активно интегрироваться с Шанхаем, а также другими регионами дельты Янцзы на основе преимуществ географического положения Чжэцзяна; повышать открытость как для других провинций Китая, так и для внешнего мира; использовать преимущества сложившейся структуры местной экономики для ускоренного превращения Чжэцзяна в передовой центр обрабатывающей промышленности и индустриализации нового типа; использовать сложившееся сбалансированное развитие городских и сельских районов провинции для единого планирования и ускорения интеграции; использовать преимущества в окружающей среде для создания «зеленого Чжэцзяна»; использовать обширные горные массивы и морскую акваторию для создания морской экономики и прорывного развития менее успешных районов как новых двигателей экономики всей провинции; активно создавать новую инфраструктуру, укреплять правопорядок и доверие общества к органам власти; использовать накопленный интеллектуальный капитал для развития провинции с опорой на науку и просвещение, привлекать и поощрять таланты».
Тогда же, в феврале 2003 г., на страницах главной провинциальной газеты «Чжэцзян жибао» стали появляться краткие статьи-эссе под рубрикой «Новые речи Чжэцзяна». До марта 2007 г. в ней было опубликовано в общей сложности 232 материала на разные темы и разных размеров. Сейчас их сравнивают с постами в «Вэйбо», китайском общенациональном интернет-ресурсе, автора же, Си Цзиньпина, называют «первым блогером Поднебесной». Специалисты отмечают лаконичность, четкость структуры сообщений, логичность построения с непременным заходом. Выбор тем был безошибочным и всегда касался самых актуальных проблем – от собственности на землю до самоубийств школьников, не сдавших
Пожалуй, самым видным, видным даже из космоса, проектом нового руководителя «страны Чжэцзян» стало строительство гигантского моста общей протяженностью 35,7 км через Ханчжоуский залив. Мост сократил автомобилям расстояние между Шанхаем и портом Нинбо с 400 до 80 км, а время в пути – с четырех часов до одного. Вряд ли стоит объяснять не только экономическое, но и гуманитарное значение этого проекта, утвержденного в 2003 г. и завершенного в 2008-м. Си Цзиньпин увидел в строительстве моста реализацию одного из пунктов «стратегии двух восьмерок» и приложил немало сил, чтобы «выбить» необходимые финансы из Пекина, утрясти маршрут с властями Шанхая, недовольными повышением конкуренции со стороны порта Нинбо. Летящее над морем стальное сооружение хорошо видно даже из космоса. Оно сразу вошло в «десятку» самых красивых мостов мира и несколько лет было самым длинным мостом через морское пространство.
Но и на Земле достижения нового губернатора стали хорошо заметны. Стремясь сократить разрыв между деревней и городом, он в 2003 г. начал реализацию программы «тысяча деревень образцовых, десять тысяч деревень упорядоченных». Уже к 2007 г. в сельской местности появились городские коммунальные службы, в каждой третьей деревне был наведен порядок, в двух третях сельских поселений введена система раздельного сбора мусора и его переработки. Провинция заняла первое место в Китае по состоянию окружающей среды. Кроме того, удалось обеспечить надежную систему общественной безопасности – в 2006 г. ее одобрили 95 % опрошенных чжэцзянцев. Чжэцзян стал одним из самых безопасных регионов Китая, а по потенциалу устойчивого развития встал на четвертое место. Доходы на душу населения тогда же приблизились к отметке 4 тыс. долларов в год. Словом, «чжэцзянская пятилетка» для Си Цзиньпина стала временем прорывных успехов. Неожиданно она завершилась в марте 2007 г. переводом в Шанхай.
Испытание Шанхаем
Во втором по значению городе Китая Си Цзиньпин появился в связи с чрезвычайными событиями. Член Политбюро ЦК, секретарь Шанхайского горкома партии Чэнь Лянъюй в сентябре 2006 г. был отстранен от своих должностей и попал под расследование Центральной комиссии по проверке дисциплины. Этот деятель, самый высокопоставленный на то время региональный лидер под подозрением, был типичным и весьма противоречивым продуктом сращивания норм рыночной экономики и партийной власти. С одной стороны, он умело руководил 25-миллионным мегаполисом, самым крупным в Китае, имеющим статус города центрального подчинения, его быстро развивающейся промышленностью и финансовой инфраструктурой, крупнейшим в мире торговым портом, центром научной и культурной жизни. С другой стороны, товарищ Чэнь, как говорится, «ложку мимо рта не проносил».
В ходе подготовки к ЭКСПО-2010 в Шанхае он затеял гигантские стройки трассы «Формулы-1» за 300 млн долларов, теннисного комплекса мирового класса за 209 млн и искусственного пляжа, для которого завезли 128 тыс. тонн дорогого песка. Земли под строительство попадали в руки брата Чэня, перепродававшего их девелоперам по десятикратной цене. Стоимость жилья в городе достигла высот, недоступных даже обеспеченным людям. Но поводом для снятия с работы послужила связь с организаторами схемы использования пенсионных фондов города для личного обогащения. В числе причин для немилости называют и политические – Чэнь был близок к предыдущему генсеку Цзян Цзэминю и входил в так называемую «шанхайскую группировку», поэтому позволял себе открытую полемику с премьером Вэнь Цзябао и другими членами Политбюро, требовавшими от процветающих городов и провинций делиться богатством с внутренними, отстающими провинциями. Товарищ Чэнь даже открыто сомневался в верности марксистской идеологии…
Выбор Си Цзиньпина на роль руководителя «партийной бригады скорой помощи» был не случайным. Его запомнили как принципиального, но не кровожадного борца с коррупцией еще по скандалу в Фуцзяни. Умелое использование преимуществ рыночной экономики на подконтрольных территориях не сопровождалось обогащением подчиненных и родственников. Си Цзиньпин, кроме того, дистанцировался от проблем в отношениях действующего и ушедшего верховных лидеров. В расчет, наверное, брали и то, что покровительствовавшие Си Цзиньпину в начале карьеры мудрые старцы либо уже ушли из жизни, либо отошли от политики, и у него теперь не было ни перед кем никаких обязательств. Как бы то ни было, выбор был сделан.
Прибыв в Шанхай, Си Цзиньпин по привычке стал вникать во все дела, объезжать регион, встречаться с людьми из разных слоев общества. За семь месяцев руководства Шанхаем он побывал во всех районах колоссального города. Си Цзиньпин сделал все возможное, чтобы скандал не отразился на темпах подготовки к ЭКСПО-2010, ведь на карту была поставлена репутация Китая. Он не мешал партийному расследованию и работе прокуратуры, в то же время не форсировал «охоту на тигров», которая могла обострить конфликт разных группировок в Политбюро накануне очередного съезда партии.
Безукоризненный послужной список Си Цзиньпина в Шэньси и Хэбэе, впечатляющие успехи в Фуцзяни и Чжэцзяне, проявленные в Шанхае мудрость и умеренность были высоко оценены в партийных верхах. На проходившем в октябре 2007 г. XVII съезде КПК он был не только избран из членов ЦК в Политбюро, но и сразу стал одним из девяти членов Постоянного комитета Политбюро ЦК, коллективного руководства партией и страной. Он также вошел в Секретариат ЦК КПК и по совместительству был назначен ректором Партийной школы ЦК, стал курировать подготовку к Олимпийским играм и многие другие важные дела общенационального масштаба.
Испытание Пекином
Си Цзиньпин совершил «большой скачок» в Постоянный комитет Политбюро в 54 года. Это обстоятельство автоматически делало его и 52-летнего Ли Кэцяна главными претендентами на руководство партией и правительством через пять лет, когда очередной съезд КПК должен был избрать нового генерального секретаря, а затем сессия ВСНП – назначить председателя КНР и премьера Госсовета. Правда, в списке нового состава высшего партийного руководства Си Цзиньпин стоял раньше Ли Кэцяна, и это говорило о заранее намеченном между ними распределении ролей.
Начался интенсивный процесс обсуждения и проверки претендентов на пригодность к руководству Поднебесной, дополнительной подготовки в областях, где у них не хватало опыта. Си Цзиньпина сразу ввели в Секретариат ЦК, ведающий подготовкой всех решений высших партийных органов, связью со всей общенациональной сетью партийных организаций, подбором кадров и многими другими текущими вопросами. Он стал персонально ответственным за состояние дел в специальных административных районах Сянган (Гонконг) и Аомэнь (Макао), за завершение подготовки и проведение пекинских Олимпийских игр 2008 г., за идеологическое и информационное обеспечение сразу нескольких важных для Китая годовщин, пришедшихся на 2009 г.: 60-летия КНР, 20-летия событий на площади Тяньаньмэнь.
В марте 2008 г. на сессии ВСНП Си Цзиньпин был назначен заместителем председателя КНР. 18 октября 2010 г. пленум ЦК КПК избрал его заместителем председателя Центрального военного совета ЦК КПК. Через десять дней Постоянный комитет ВСНП доверил ему пост заместителя председателя Центрального военного совета КНР (параллельной структуры правительства). Нужно было быть слепым, чтобы не видеть, куда ведут все эти ступеньки…
Закономерно встает вопрос, не закружилась ли голова сравнительно молодого деятеля от карьерного взлета, похожего на старт ракеты? Думаю, что трудная судьба отца и его друзей, собственный довольно ухабистый жизненный путь научили Си Цзиньпина быть готовым к любым неожиданностям, как плохим, так и очень хорошим. Кроме того, высокое государственное служение является долгом «благородного мужа»
Испытание дипломатией
Чего Си Цзиньпину, пожалуй, не хватало, так это опыта на международной арене. Конечно, еще до переезда в Пекин он выезжал за границу. Китайские источники сообщают, что «во время работы на местах Си Цзиньпин посетил свыше 60 стран и районов, принял много иностранных гостей». С иностранцами он взаимодействовал во время работы в Фузцяни и Чжэцзяне, в ходе подготовки к шанхайской ЭКСПО и пекинским Олимпийским играм. Но все это был не тот уровень контактов, который подобает будущему руководителю Поднебесной. Поэтому Си Цзиньпин в своем стиле тщательного обследования новых участков работы стал совершать поездки за рубеж и встречаться с мировыми лидерами в Китае.
Первое зарубежное турне в КНДР, Монголию, Саудовскую Аравию, Катар и Йемен состоялось в июне 2008 г. Уже в августе прошла встреча Си Цзиньпина с президентом США Джорджем Бушем. В феврале 2009 г. последовала поездка в Латинскую Америку – в Мексику, Ямайку, Колумбию, Венесуэлу и Бразилию с заездом на Мальту. Именно во время пребывания в Мексике, встречаясь с соотечественниками, Си Цзиньпин произнес ставшие знаменитыми слова о западных критиках Китая: «Самый большой вклад Китая в дела человечества – это предотвращение нищеты 1,4 млрд человек. Но есть некоторые иностранцы с сытыми желудками, которые не находят ничего лучше, чем тыкать в нас пальцами. Во-первых, Китай не занимается экспортом революций. Во-вторых, Китай не экспортирует голод и нищету. В-третьих, Китай не приходит в ваши края и не причиняет вам головной боли. Чего еще вам надо?»
Европейский тур в октябре 2009 г. привел новую звезду китайской политики в Бельгию, Германию, Болгарию, Венгрию и Румынию. А в декабре того же года маршрут был проложен в Японию, Южную Корею, Камбоджу и Мьянму.
2010 г. стал временем встреч в Москве с президентом Дмитрием Медведевым и премьер-министром Владимиром Путиным. Си Цзиньпин встретился с руководством партии «Единая Россия» и получил адекватное представление о ее месте в общественной жизни, участвовал в открытии Года китайского языка в России. Сингапур – ЮАР – Ангола – Ботсвана – таков был маршрут еще одной поездки в 2010 г.
В августе 2011 г. Си Цзиньпин «показывал Китай» своему американскому коллеге вице-президенту США Джо Байдену, сопровождал его в путешествии по самым красивым и важным городам Поднебесной. В феврале 2012 г. трансконтинентальная поездка в США, Ирландию и Турцию сначала привела Си Цзиньпина в Вашингтон. Он встречался в Белом доме с президентом Бараком Обамой, с которым познакомился в Пекине еще в 2009 г. Вице-президент Байден сопровождал китайского гостя в поездке по стране – в Калифорнию и Айову, где в 1985 г. Си Цзиньпин «открыл для себя Америку», а на этот раз снова побывал в доме «старого друга» – фермера.
«После перевода на работу в ЦК он в течение менее чем пяти лет посетил пять континентов, 40 с лишним стран и регионов мира и имел широчайшие контакты и дружественные обмены с деятелями всех слоев общества в различных странах», – отмечается в книге «Си Цзиньпин о государственном управлении». Зарубежные поездки, встречи и переговоры в Пекине заполнили имевшийся дефицит опыта в дипломатии.
Но, конечно, вовсе не это обстоятельство играло решающую роль в решении главного вопроса – быть ли Си Цзиньпину руководителем правящей партии и управляемого ею великого государства под названием Китай. По мере приближения решающего события – XVIII съезда КПК – в высших кругах резко активизировался процесс обсуждения назревших изменений во внутренней и внешней политике во все более неблагоприятных для КНР условиях. Замедление темпов экономического роста, ухудшение экологической обстановки, нарастающее недовольство населения социальным неравенством, коррупцией и вседозволенностью чиновничьей прослойки. Ужесточение американской стратегии сдерживания Китая, обострение отношений с Японией, а также Вьетнамом, Филиппинами и другими странами Южных морей. Решать эти и другие неотложные проблемы по силам только энергичному, опытному деятелю с глубоким пониманием реалий Китая и широким глобальным кругозором.
Си Цзиньпин вполне удовлетворял всем этим требованиям. Но при принятии окончательного решения были и другие факторы и соображения. За десятилетия «реформ и открытости» в китайской элите сложились довольно устойчивые группы интересов, отражавшие позиции и запросы влиятельных регионов, отраслей экономики, государственных компаний, армии и органов безопасности. Некоторые из этих групп не хотели видеть Си Цзиньпина новым лидером именно из-за его повышенной пассионарности и принципиальности, знания хитросплетений интересов высших пекинских и региональных деятелей с представителями теневого бизнеса и криминальных кругов, отсутствия серьезного компромата на самого «наследного принца» и его окружение.
Иностранные дипломаты, разведчики и журналисты редко располагают достоверной информацией о деталях политики в высших слоях китайского руководства. Но даже полученные сведения они не всегда правильно анализируют – работая в ЦК КПСС в конце 1980-х гг., я регулярно читал «телеги», то есть шифрованные телеграммы из советского посольства, резидентур КГБ и ГРУ, которые отслеживали развитие острого внутриполитического кризиса, закончившегося «событиями на площади Тяньаньмэнь» весной 1989 г. Все эти структуры не смогли предсказать масштаб смуты, не предотвратили двусмысленный приезд в разгар событий советского руководителя Михаила Горбачева, давали неверный прогноз развития ситуации после его отъезда в Москву. Вряд ли были более эффективными и специалисты по Китаю из других стран. В лучшем случае иностранцам удается задним числом истолковать те немногие факты, которые всплывают на поверхность.
Поделиться книгой: